Читать книгу "Попаданка в бывшую драконьего принца"

5

На следующий день я проснулась в отвратительном настроении. Кошмары не мучали, но осознание случившегося окончательно пришло. Пусть я абсолютно не понимаю, что именно произошло, но… Больше нет ни Алёны, ни предательства, ни боли, ни дома, ни мамы, ни больницы. Ничего нет. Кроме огромной дыры в прошлом Олены, чья жизнь по какой-то неведомой причине досталась мне. И мрачного туманного утра, дымящейся чашки на столике и свежей выпечки рядом. Голосов суетящихся в соседней комнате горничных. Необходимости быть послушной дочерью. И бесконечного желания бунтовать. Здесь мы с Оленой вполне единодушны. Все, что я не смогла или не успела сделать там, я очень хочу учудить здесь. Быть непримиримой, идти против ожиданий окружающих, отомстить и наказать всех, кто довел Олену до той комнаты на постоялом дворе. Только для этого придется для начала разузнать все подробности ее жизни до.

Никогда не занималась подобным – не выслеживала мужа в соцсетях, не разыскивала аккаунты бывших одноклассников, ни лезла с расспросами к коллегам. Сплетни и слухи – вообще не мое. Но сейчас, видимо, придется вспомнить все, что я когда-то знала об этом и попытаться хотя бы примерно восстановить события. Потому что иначе я просто не смогу ничего сделать! Наверняка, все хотят, чтобы Олена побыстрей вышла замуж и уехала подальше от столицы. Не только родители, но и принц, Император и, наверное, многие, кто замешан в некрасивой истории соблазнения знатной девицы. И все они вздохнут с облегчением после. Как и Лёшка, и моя в прошлом лучшая подруга.

Почему я не закатила тогда знатный скандал? Не попыталась защитить себя? Дать им понять, что сделали мне больно? Глупо было уходить молча и оставлять предателям простор для предположений. Невысказанные обиды остались только моими причинами. Даже моя мама, которой я ничего не сказала, не будет винить Лёшу и Катю. А они будут сочувствовать ей, соболезновать, делать вид, что ничего не понимают и якобы поддерживать. Мерзко, нужно было сказать. И им, что ненавижу и презираю. А потом развестись и жить дальше. Но у меня не получилось, поэтому сделаю все, чтобы вышло у Олены.

Мои замыслы приостановила мама. Я как раз допивала что-то среднее между кофе и какао и грустно смотрела в окно. На низкие тучи, которые скрыли вершины гор вдалеке.

– Олена, – алира Грайнирд казалась взволнованной. – Хорошо, что ты уже встала. К тебе гости.

Ошарашила она меня известием. Чего-чего, а такого точно не ожидала. Кто? Да еще в такую рань! Это точно не жених, вряд ли его пригласили бы к завтраку. Недоуменно уставилась на Олту в ожидании пояснений.

– Уна, приехала. Ну же, Олена, не будь такой букой, – правильно расценила мама мое выражение лица. – Не знаю, что вы не поделили, но сейчас тебе очень нужна поддержка. Она же твоя лучшая подруга…

Вот как, лучшая подруга пожаловала. Да уж, интересно, что они с Оленой не поделили. Не принца часом? Удивительное легкомыслие для матери, которая едва не потеряла дочь. Или все же знает, из-за чего конфликт был, и там ничего особенно ужасного?

– Я поговорю с ней, – согласилась без особого энтузиазма.

С одной стороны, если родители не заметили подмены, то можно немного расслабиться на этот счет. С другой, порой подруги владеют такой информацией…

Быстренько покончила с завтраком. Вызвала горничную и потребовала подготовить домашнее платье. Уверена, о моих предпочтениях прислуга сейчас знает больше. Потом, хотя уже и умывалась, снова пошла в ванную. Наверное, будет вежливо уложить волосы и замазать синяки под глазами. Да, несмотря на удивительную красоту, алире Олене были не чужды обычные женские сложности.

В замковую библиотеку я спустилась минут через тридцать. Надеюсь, это приемлемо для посещения без приглашения. На низеньком диванчике рядом с окном сидела яркая блондинка. В глухом платье темно-зеленого цвета, рядом маленькая сумочка. Руки на коленях, пальцы сцеплены в замок. Поза напряженная, взгляд вдаль, хотя за окном ничего особо и не видно из-за низкой облачности. Совсем не удивлена, что эти двое были подругами – можно не видеть лица Уны, но и так понятно, что тоже красотка.

– Уна, – позвала тихо.

Гостья порывисто обернулась, моментально поднялась и бросилась ко мне. Я аж чуть отступила назад от неожиданности. Но девушка, кажется, не заметила моей реакции – бросилась на шею и стиснула в объятьях.

– Олена! – воскликнула она в полголоса. – Как же я рада, что ты в порядке! Я так волновалась!

Уна немного отстранилась и заглянула мне в лицо. Я вымученно улыбнулась, не сильно понимая, что следует сказать или сделать.

– Спасибо. Я в порядке, – повторила за ней.

– Я привезла твои любимые пирожные, – Уна сжала мои ладони в своих. – И книгу, которую ты просила до…

Она осеклась и отвела глаза. А я испугалась, что она перестанет говорить. Нет, пусть скажет все, что собиралась. Потому что если я начну спрашивать, могу запросто перейти черту и дать повод для подозрений.

– Какую книгу?! – мгновенно переспросила, хватаясь за ее слова.

– Ну… Роман любовный… Помнишь? Такой, не сильно приличный. Перед твоим отъездом из столицы я обещала, что достану из библиотеки Императора.

– Припоминаю, да…

Уна, воспользовавшись моментом, потащила меня к дивану. Немного порывшись в сумочке, вручила небольшой томик. И тут я окончательно поняла причину ее пунцовых щек. И сама покраснела. Обложка ярко демонстрировала, о чем книга. Понятно, Олена интересовалась искусством любви. Наверное, Эйнара хотела удивить… Покорить? Привязать к себе?

– Уна! – прошипела возмущенно и сунула пособие по этому самому под диванную подушку. – А если увидят?!

– Не увидят, – подмигнула подруга. – Нет ничего проще, чем спрятать книгу в библиотеке.

И многозначительно обвела взглядом комнату, в которой мы находились. А ведь она права – проследила за ее взглядом. А еще здесь сосредоточено огромное количество информации по бесчисленным вопросам, роящимся у меня в голове. Не знаю насчет Олены, но я не очень-то любила читать. В основном, учебники и развлекательную литературу. Но с сегодняшнего дня это помещение станет моим любимым во всем замке.

Хихикая, мы сели друг напротив друга. На правах хозяйки я разлила по чашкам дымящийся травяной настой. А Уна открыла коробку, перевязанную пышным бантом. Хоть узнаю, чем Олена любила полакомиться…

Потом мы ели малюсенькие кремовые произведения искусства и переглядывались, улыбаясь. Разговор не клеился. И понятно почему – я не знаю, о чем спрашивать, а подруга явно не рискует бередить мои раны. Кстати, не очень похоже, что они были в ссоре. Или беда с Оленой обнулила все личные претензии?

Когда молчание стало совсем невыносимым, я рискнула задать вопрос, который показался безопасным и логичным.

– И как там? В столице?

И многозначительно посмотрела на Уну. А та будто только этого и ждала – залилась соловьем. Вряд ли я запомню эту мешанину из слухов, событий и имен. Но интересно, что ничего знакомого в ее речи не проскользнуло. Ни о принце, ни о тайнике, ни о самом Императоре. Наверное, намеренно обходит острые углы… Я периодически улыбалась, понимающе кивала головой, многозначительно закатывала глаза. Очень надеюсь, что угадала с реакциями. По крайней мере, подруга ничем не выдала удивления или озадаченности моим поведением.

Внезапно она замолчала и опустила голову. Ее пальцы быстро-быстро теребили край оборки платья, выдавая нешуточное волнение.

– Что? – не стала делать вид, что не заметила.

– Я приехала не только навестить тебя…

Интересное заявление… А зачем еще приезжают к подруге, которая натворила таких дел? Позлорадствовать? Убедиться лично, что не сдохла? Убедить в чем-то? Из личной заинтересованности или по чьей-нибудь просьбе?

– Нет, ты не думай! – поспешила она пояснить. – Я очень переживала из-за случившегося. А когда ты пропала на несколько дней, чуть с ума не сошла…

Последнее крайне сомнительно, насколько я знаю особенности женской дружбы, но важно не это. Передо мной сидит девушка, которая, я уверена, знает обо всем в подробностях. И как же хочется завопить: «Так что же случилось?!» Но нельзя. Я печально киваю и делаю скорбное выражение лица. В надежде, что это заставит Уну продолжать.

– В общем… Не знаю, как тебе сказать… Прости, если это будет не то, о чем следовало бы говорить, но меня очень просили…

– Кто? – надеюсь нетерпения крайней степени в моем голосе не слышно.

– Император, – сказала она таким тоном, будто беседовать с правителем – самая обыденная вещь на свете. – Он в некотором роде… Чувствует свою ответственность. Эм… И когда он услышал о твоем исчезновении и скандале с родителями… Олена, ты можешь вернуться. На прежнюю должность. Его Величество считает, что ты не обязана перечеркивать свою жизнь из-за единственного срыва. Считает, что у тебя были причины.

Уна замолчала, напряженно вглядываясь в мое обескураженное лицо. Услышанное действительно сильно взволновало, но я не все поняла, конечно же. Только то, что отец бывшего любовника Олены ей сочувствует и пытается предоставить выбор. В отличие от Альрика Грайнирда.

– Я, – порывисто встала и быстро заходила вдоль стеллажей. – Мне надо подумать. Это несколько неожиданно. Спасибо, что сказала Уна!

Хотелось расцеловать подругу. Из родительского замка у меня только один путь – в дом мужа, которого Олена решительно отвергла. В столице же я не только могу разузнать много нового, но и буду значительно свободней в передвижениях и действиях, чем сейчас. Надеюсь…

– Император понимает, как нелегко тебе пришлось. Правда. Он беспокоится и предлагает переселить тебя в другую комнату…

– Не надо! – воскликнула я, перебив Уну. – Нет, я хочу ту же комнату. Не надо ничего менять. Все в порядке, я справлюсь.

Игнорирую шокированное лицо подруги. Пусть думает, что я немного не в себе. Олене простительно, но допустить хоть какие-то изменения я не могу. Многое тогда потеряется. Нужно ходить теми же коридорами, встречаться с теми же людьми, смотреть из тех же окон. Так события прошлого имеют больше шансов склеиться в единую картину.

– Хорошо, я передам, – растерянно пробормотала Уна. – Надеюсь, что ты скоро приедешь. Мне так много нужно тебе рассказать.

В этот момент в библиотеку вошла Олта, и Уна мгновенно замолчала, опустив глаза.

– Здравствуй, Уна. Давно тебя не видела. Как поживаешь?

Голос мамы был до приторности сладок, но любой идиот сообразил бы, как сильно она не любит гостью. Интересно почему?

– Все хорошо, алира Грайнирд. И вам доброго дня.

Уна чуть присела перед подошедшей Олтой, а глаза так и не подняла. Стоит ли попытаться вызнать что-то у мамы о подруге Олены? Или слишком рискованно?

6

После прихода Олты Грайнирд обстановка стала еще более напряженной. Вскоре Уна, сославшись на важные дела, попрощалась. Мы с «мамой» остались вдвоем. Женщина неодобрительно осмотрела остатки угощения и чуть слышно хмыкнула.

– Они были вкусные, – зачем-то сказала я.

Не спрашивать же в лоб, за что она подругу дочери так явно не любит.

– Верю, – кивнула Олта. – Лучшая кондитерская Империи. Похоже, Уна решила, что может купить твое прощение. Надеюсь, ты понимаешь, что сладости – не достаточная плата за то, что она сделала?

– Понимаю, – покорно кивнула, даже не собираясь спорить. – Уна приезжала передать мне приглашение Императора.

Буду действовать наугад – думаю, эта информация точно заинтересует чету Грайнирд.

– И что же Император хочет от тебя? – Олта моментально побледнела так, будто приведение увидела.

– Хочет, чтобы я вернулась в столицу. К своим обязанностям.

Насколько поняла из дневников Олены, последнее время она работала в замке. Что-то среднее между компаньонкой и фрейлиной. Сложная для моего понимания занятость, ведь о таком читала только в книгах и видела в исторических фильмах. Олена, Уна и другие молодые представительницы знати сопровождали членов правящей семьи – участвовали в балах, охотах, официальных приемах. Олена по большей части занималась делами Императрицы и ее дочерей, племянниц и прочих родственниц. Уна же входила в свиту самого Императора и, соответственно, близко контактировала с мужчинами главного клана. И есть у меня догадки, что с кем-то из них особенно близко… Вот только дневник совсем не тоненький и многие страницы вырваны, поэтому пока только догадки.

– Это больше просьба или все же приказ? – тихо проговорила обескураженная мать. – Ты можешь отказаться?

– Не знаю, – пожала плечами. – Я не собираюсь отказываться.

– Как?! Олена, ты вот так запросто туда вернешься?! Нет, ты не можешь, не должна! Я запрещаю!!!

Олта вскочила и нависла надо мной. Она тяжело дышала, а взгляд метал молнии. Будь я ее дочерью, точно испугалась бы. Но… Для меня это просто посторонняя тетка, которая орет.

– Не нужно так со мной разговаривать, – проговорила тихо, но четко. – Ты не можешь мне запретить вопреки желанию Императора.

Если ошиблась, пусть спишут на посттравматический синдром. Но судя по тому, как Олта бессильно рухнула обратно, я попала в самую точку.

– Олена, доченька…

– Не надо, – перебила ее. – Лучше в столицу, чем замуж. Или сначала в столицу, потом замуж.

– Ты не понимаешь! Не верю я в добрую волю Императора. Он просто пытается заманить тебя в ловушку! А потом что? Темница? Лечебница? Или просто внезапно исчезнешь, как уже было?!

Вот об этом я почему-то не подумала… Что если возврат в главный замок Империи принесет ни возможности распоряжаться собственной жизнью, а опасности? Что же Олена такого натворила, что Император может пытаться избавиться от нее?

– Все будет хорошо, – натянуто улыбнулась. – Не собираюсь я никуда исчезать.

Олта расстроенно покачала головой и встала. Она дошла почти до дверей в коридор, потом остановилась, обернулась и тихо проговорила:

– Подумай хорошенько, доченька. Ты действительно можешь забыть все это и зажить нормальной жизнью вдали от двора. А рядом с Императорской семьей тебя не ждет ничего хорошего.

И ушла. Вот такое материнское напутствие. Я и сама уже поняла – либо тихая жизнь с каким-то не сильно привлекательным мужем где-то в глухомани, либо опасности и интриги столицы. И правда, есть над чем поразмышлять…

Но обдумывать ситуацию, о которой мало что знаешь – дело нелегкое. Олте тоже верить опрометчиво – она, насколько я поняла, никогда при дворе не задерживалась на длительное время. То есть участником и непосредственным свидетелем событий не была. Но у меня есть дневник Олены – информация из первых рук.

Но прежде чем покинуть библиотеку, я спрятала подарок Уны. Вот же бесстыжая!!! Кто ж такие вещи незамужним дарит?! Впрочем, посмотрев парочку картинок, я заинтересовалась – почитаю как-нибудь на досуге. Как только дневничок осилю…

Потом прогулялась между стеллажами. Внимательно всматривалась в корешки – мне бы хотя бы какие-то основные данные о замке, семье, городе, стране, императорском клане, принце. Ну, хоть что-то для общего понимания, где я вообще и чем мне это грозит.

Прихватив пару неподъемных томов, поднялась в свои комнаты. Книги положила на стол и сразу же полезла под подушку. Нужно отыскать последние отрывки связанные с Уной. Возможно, Олена описала их ссору, если она не была связана с Эйнаром.

Я искала и читала, всматриваясь в ровные мелкие строчки. Не забывая при этом прислушиваться к происходящему в гостиной. Горничные приходили и уходили, принесли мне обед, а ближе к вечеру передали пожелание родителей отужинать вместе. Понятное дело, идти совершенно не хотелось. Но мне срочно нужен был перерыв от изучения записей Олены. Столько подробностей, что голова кругом. Об Уне очень много всего. Если сопоставить прочитанное – они познакомились в детстве, но потом разлучились на долгие годы. Но продолжали переписываться, обучаясь в разных школах и проживая в разных городах. А снова стали близко дружить именно в императорском замке. Не только подруги детства, но и коллеги. Рассказы об Уне не прерывались вырванными страницами, но иногда мне чудилась какая-то недосказанность. Будто Олена написала не все, что было у нее на душе. И со временем это напряженность в повествовании только усиливалась.

Поужинать с «родителями» все же согласилась. Иначе ведь они могут сами сюда прийти, если так уж надо увидеться. Поэтому лучше уж в столовой. Оделась просто, предложенные служанкой украшения проигнорировала. Отец мной недоволен? Значит, я вроде как наказана. Вот и обойдусь без драгоценностей. На самом деле, я просто побоялась сломать что-то – камней такой величины я и в руках никогда не держала, не то чтобы носить. И чувствовать себя буду неуверенно. Как самозванка, коей и являюсь…

В столовой меня встретили гробовым молчанием и неодобрительными взглядами. Матушка, по всей видимости, успела рассказать папочке о нашем разговоре. Но Альрик за весь ужин не попытался заговорить об этом. И о чем-то другом тоже. Зачем звали, я не поняла – возможно, обязательные семейные посиделки.

Олта тоже молчала, только периодически укоризненно смотрела прямо в глаза. Никак не реагировала на это – к сожалению, у меня другие заботы, кроме того чтобы быть послушной дочерью. Радует, что глава семейства не пытается лезть со своим мнением. Или его вполне устраивает, что Император подготовил дочурке ловушку. Кстати, это отлично соответствует его словам при первой нашей встрече.

Когда чета Грайнирд покинула обеденную залу, я задержалась еще немного, чтобы насладиться десертом. А что? Раньше я отказывала себе во многом, сидела на диетах. А у Олены такая комплекция, что ей никакие тортики не страшны.

Покончив с ужином, я решила попробовать самостоятельно вернуться к себе. Да и в общем прогуляться по замку. Если моему отъезду начнут препятствовать, знать, как добраться до главных ворот – важно. Но далеко отойти от столовой не удалось, совсем скоро я наткнулась на приоткрытую дверь, из-за которой раздавались голоса родителей. Олта громко и эмоционально упрекала мужа в наплевательском отношении к дочери. А он громогласно отбивался от заслуженных обвинений.

– Как ты не понимаешь?! – орал Альрик. – Она жива только благодаря вмешательству Императора! Не отправь он на поиски одд Холджера, не видать нам Олену живой! Как мы теперь можем воспротивиться его воле? Ничего с ней там не случится – хотел бы убить, давно бы сделал это!

– Можно подумать, смерть это самое страшное! – эмоционально возразила Олта. – До чего они довели нашу девочку! Это несмываемо, Альрик! Как бы дальше не сложилась жизнь Олены, это пятно на весь род!

– Думаешь, я этого не понимаю?! – возопил папа. – Но это вина Олены! Она накликала беду на себя и весь род! Зачем было доводить до такого? Откуда вообще в ее голове взялись мысли о принце?! У нас что, дворец в столице есть? Или выезд с белоснежными жеребцами? А может, мы можем похвастаться родственными связями с высшей знатью?! Это все дурацкие книжки! Школа для девочек! Подружки-вертихвостки! Сама проглядела, упустила дочь, Олта, а теперь на меня валишь! Я всегда был против! Считал, пусть сидит в замке, учится меч держать и готовится продолжать род. А ты – нужно ко двору, там женихи лучше! Ну? Получила женихов?!

Ответом Альрику стало молчание. Видимо, так все и было. Мать беспокоилась о личной жизни дочери и просчиталась. Потому что Олена не обратила внимания на кого-то близкого к ней по статусу, а возжелала самого принца. Не спорю, такая красотка могла бы свести с ума кого угодно… Она и свела, но, очевидно, ненадолго. И поплатилась за это. Печально, но закономерно. Я сама никогда не смотрела на мужчин богатых, красивых, успешных. Считала, что не к добру. Не хотела обжечься и страдать потом всю жизнь, вспоминая. Поэтому и выбрала Лёшку – обычного инженера. Симпатичного, юморного парня, с которым мне было хорошо. Влюбилась быстро, без особых раздумий. Была уверена, что будет ценить, не обидит. И поначалу так оно и было. А закончилось мерзко… Я тоже когда-то просчиталась в личном. Как Олена и ее мать.

Тихонечко отошла от двери – вряд ли услышу еще что-то полезное. Зато теперь знаю, что спасению я действительно обязана Императору и тайнику. Этому невыносимому одд Холджеру. Наткнулась в дневнике Олены еще на несколько упоминаний о нем – упорный мужчина, не терял надежды привлечь девушку. И цветы присылал, милые сувениры дарил, приглашал на прогулки по дворцовому парку. В ответ, правда, получал насмешки и отказы. Но реагировал адекватно – никакой агрессии, скорее снисхождение опытного охотника к неразумной, юной жертве. Почему-то кажется, что он добился бы своего, если бы не то событие, до сути которого никак не могу докопаться. Эх, Олена, ну классный же этот Лэйф! Сходила бы погуляла пару раз, пока принц не видит. Может и поняла бы кое-что… Кстати, неизвестно насколько серьезными были намерения одд Холджера, но попытаться выяснить было бы не лишним.