Текст книги "Серебряная Снежинка"
![](/books_files/covers/thumbs_240/serebryanaya-snezhinka-61612.jpg)
Автор книги: Андрэ Нортон
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Девушка внимательно слушала, согретая грубым мужским смехом и шутками по адресу того или иного чиновника. Имена этих чиновников она старалась запомнить с усердием, с каким новобранец полирует меч и доспехи. Однажды командир ее охраны рассмеялся и презрительно отозвался о Мао Йеншу, том самом, от которого зависит ее будущее. Ни за что на свете Серебряная Снежинка не нарушила бы обычай и не спросила бы, что он знает; но ей очень хотелось это сделать.
Кутаясь в стеганое платье, Серебряная Снежинка сидела у вечернего костра и ждала возвращения Ивы из одной из своих загадочных отлучек. Над костром висел небольшой котелок с супом, и хоть не ее обязанность за ним присматривать, она тем не менее это делала. Если бы она была ученым, пусть самого низшего ранга, или даже просто кандидатом, едущим в столицу на трудный гражданский экзамен, она могла бы сидеть у большого костра и согревать не только тело, но и разум.
Ее живой ум тосковал по таким разговорам. Заключенный в женское тело, он должен был заниматься супом и ждать, пока другие люди не принесут новости. Отец всегда разговаривал с ней, как мог бы говорить с сыном и наследником. Эти мужчины, если бы заметили ее появление, если бы она решила появиться в их обществе, отнеслись бы к ней как к хрупкому цветку, случайно упавшему с прилавка на рынке: он красив, но не имеет подлинной ценности для мужчин, занятых серьезными делами.
Целомудренная девушка, предназначенная для внутреннего двора императора, Серебряная Снежинка будет для них товаром, чем-то вроде свертка шелка или резной нефритовой вазы. Товар нужно благополучно доставить во дворец. Когда чиновник вынужденно обращался к ней, он пользовался изысканной, сложной, полной цветистых комплиментов речью, принятой при дворе; эти комплименты ничего не значили ни для него, ни для нее, сидящей в безопасности за занавесями повозки.
А чего еще она может ожидать? Даже госпожа Пан, которая много лет провела при дворе и стала прославленной, насколько может прославиться женщина – она написала историю своих братьев, – в руководстве для придворных дам писала, что самое большее, на что может рассчитывать женщина, это то положение, которого уже лишилась Серебряная Снежинка. Женщины, утверждала госпожа Пан, созданы исключительно для скромности и покорности, благоразумия и спокойствия. Желание Серебряной Снежинки ехать верхом, ее стремление хотя бы послушать обсуждение за мужским костром – все это поведение неприличное и непочтительное. Девушка уже заметила, что некоторые женщины, неохотно принимавшие ее в своих домах, считали ее неженственной, потому что она самостоятельно входила в дом; ее не вносили, слабую и больную после дороги.
Она знала, что сказал бы ей отец. Он и сказал как-то, когда она несколько лет назад затронула в разговоре с ним эту тему.
– То, что пишет госпожа Пан, несомненно, хорошо и прилично. Но сама госпожа тоже женщина и потому способна ошибаться. – Веселые искорки в глазах отца устраняли всякий намек на нравоучение, который она могла бы услышать в его ответе.
Из лагеря чиновника донеслись отдельные слова. Опять Конфуций: «Тот, кто неестественно ведет себя, придет к неестественному концу». Серебряная Снежинка вздрогнула и плотнее закуталась в дорожное платье. Она знала, что вот уже несколько ночей стража каравана удваивается, а ее собственный эскорт старается держаться поближе к ней. Это означает угрозу разбойников
– крестьян, согнанных со своих земель за неуплату налогов и жестоких в своем гневе; или (об этом она и думать не хотела) – страх перед каким-то зверем, диким или домашним.
Серебряная Снежинка помешала суп и снова вздрогнула. Ива.., служанка каждый вечер тщательно красила волосы, она всегда держалась в тени. И тем не менее в каждом доме, где они останавливались, начинались отвратительные разговоры, что Ива – больше зверь, чем человек.
Это могло стать опасным. Поколение назад страх перед колдовством стоил императорским министрам поста, а некоторым и головы – или другой части тела. Не будет пощады ни ей, ни ее отцу, если будет доказано, что они держали под своей крышей ведьму. Даже просто обвинение в колдовстве смертельно опасно, особенно для семьи, которую считают изменнической.
Чужаки видят только рыжую женщину (или с волосами, выкрашенными в неестественный черный цвет), к тому же хромую, и считают Иву противоестественным созданием. Они не знают, какая она верная и любящая. Я должна предупредить ее, подумала Серебряная Снежинка и тут же пожалела о своей мысли. Служанка будет плакать, лицо ее необычно покраснеет, и глаза станут казаться еще более странными, чем обычно. Она начнет говорить, что одним своим присутствием приносит опасность возлюбленной хозяйке.
На снегу заскрипели шаги, остановились в темноте, за пределами круга света от костра.
– Достопочтенная госпожа?
Серебряная Снежинка взяла себя в руки, не успев вскочить от неожиданности.
– Младший брат, – приветствовала она ао Ли, который старше ее не менее чем на тридцать лет. Он переминался с ноги на ногу, держа руки за спиной, смотрел в землю, словно не знал, с чего начать. После долгой паузы
– девушка терпеливо ждала, когда он заговорит, – старый воин показал то, что держал за спиной.
– Ничтожный подумал, что достопочтенная госпожа захочет сохранить это, – сказал он.
Лук, тщательно смазанный, хотя и не ею, и колчан со старательно оперенными стрелами.
Глаза девушки наполнились слезами, она раскрыла дрожащие губы, чтобы поблагодарить старого солдата. Вместо того чтобы тут же исчезнуть в замешательстве и смущении, как она ожидала, ао Ли снова переступил с ноги на ногу и вытянулся, как будто собирался докладывать ее отцу.
– Достопочтенная госпожа хорошо умеет им пользоваться. – Действительно хорошо: ее учил этому сам ао Ли.
Серебряная Снежинка улыбнулась. Но когда ответной улыбки не последовало, она встревожилась.
– Достойный солдат считает, что ей придется им воспользоваться? – спросила она. – Стража… – Она указала на привязанных лошадей и расположившихся вокруг ее костра воинов. ао Ли оглянулся. Несмотря на холод, на лбу его, под широким шарфом, выступил пот. Он наклонился вперед, но не пренебрежительно, а для скрытности.
– Волки, госпожа, – прошептал он. – Но не .. Треск, как от сломанной под ногой ветки, заставил их подпрыгнуть.
– Благородная госпожа оказала честь недостойному солдату, – сказал ао Ли голосом, который показался девушке неестественным. – Солдат удалится, чтобы лучше защищать ее.
Ему она вполне может доверять. Но что испугало старика? Серебряная Снежинка прижалась щекой к луку, вспоминая последнюю охоту у Великой Стены, прежде чем появился императорский посыльный и призвал ее к незнакомому будущему. Прикосновение знакомое, привычное; девушка попробовала тетиву. Она новая и туго натянутая.
Где же Ива? Ведь она хромает. Если поблизости волки, она не сможет ни убежать от них, ни сражаться. Серебряная Снежинка едва не окликнула ао Ли, чтобы тот организовал поиски. Но служанка, наверно, не хочет, чтобы к ней было привлечено внимание. Девушка заставила себя сидеть неподвижно, но под длинными рукавами так стиснула кулаки, что ногти впились в ладони.
– Красные брови.., разбой прошлой ночью.., трое крестьян…
Опять отрывки разговора от костра чиновника. Итак, совсем не звери. Пока можно не опасаться за Иву. Но кто такие «красные брови»? Наверное, разбойники. Серебряная Снежинка была вдвойне благодарна за этот подарок… может, если она воспользуется луком, это не сочтут ужасающим нарушением приличий.
Но лучше нарушение приличий, отважно подумала она, чем насилие над ее телом. Она дочь полководца, возможная будущая наложница императора; она не добыча разбойников.
Ветер изменил направление, заставив девушку вздрогнуть; слова чиновника стали не слышны.
Неожиданно звезды над головой перестали обещать свободу. Напротив, открытые просторы вокруг скорее угрожали, чем сулили освобождение. Ветер поднял от костра искры. Серебряная Снежинка встала и пошла в повозку. Она хотела отыскать в своих вещах кинжал с нефритовой рукоятью. Им она прервет жизнь разбойника или свою собственную.
Шорох завесы заставил ее вздрогнуть и обернуться. Девушка схватила зловеще сверкнувший кинжал, готовая пустить его в ход.
Завеса раздвинулась. Перед Серебряной Снежинкой стояла Ива. Своими зелеными лисьими глазами она сразу увидела кинжал в руке хозяйки.
– Госпожа? – осторожно начала она, используя свое самое формальное обращение к хозяйке.
Серебряная Снежинка покраснела и опустила кинжал. Однако она с удовлетворением заметила, что рука ее не дрожит ни от холода, ни от страха.
– Входи, Ива, пока здесь, как и снаружи, не наступила зима.
– Я сберегла немного супа, – сказала Ива, поднимая закутанной в тряпку рукой котелок. Она опустила за собой завесу, закрываясь от ветра и внешнего мира. Серебряная Снежинка ждала, едва сдерживая нетерпение. А Ива наливала суп, расправляла подушки. Наконец они сумели сесть рядом и сблизить головы над вкусно пахнущей едой.
– Я рада, что ты благополучно вернулась, – прошептала Серебряная Снежинка. Ива рассмеялась.
– Легко пройти по лагерю, если тебя считают уродливой, госпожа. Мужчины хватаются за амулеты и пропускают меня всего лишь с одной-двумя шутками. И если не обращать внимания на их грубые слова, можно услышать и узнать многое. – Блеск в глазах служанки напомнил Серебряной Снежинке, как трудно было Иве этому научиться.
– И что можно узнать таким способом? – спросила она.
Ива достала маленький диск, исписанный иероглифами и идеограммами. Несмотря на всю свою ученость, Серебряная Снежинка не могла его прочесть. Необычные картины и символы, конечно, язык зверей.
– Солдаты спрашивали, зачем такой уродливой женщине, как я, такая красивая вещь, – заметила Ива. Выглядела она так, словно хочет в кого-то вцепиться когтями. – Я ответила: чтобы видеть, что у меня за спиной. Они рассмеялись. Но это правда: я вижу в нем, что у меня сзади, по бокам и впереди, потому что не все люди таковы, какими кажутся.
– Ты видела таких? – спросила Серебряная Снежинка.
Ива кивнула.
– Да, старшая сестра. Некоторые из них волки. Волки! Именно об этом хотел предупредить ее ао Ли, когда их разговор прервали.
– Что ты знаешь о «красных бровях»? – спросила девушка у служанки.
Чашка не дрогнула в руке Ивы, но служанка пристально взглянула на хозяйку.
– Я мало что узнала в окрестностях лагеря, старшая сестра, – сказала она. – Братья и сестры в меху боятся луков и копий солдат. Но еще больше они боятся волков. В лагере есть люди, которые принимают серебро, но не оправдывают его своей службой. Но…
– Что но? – подхватила Серебряная Снежинка. – Если твои братья и сестры так боятся, они не стали бы с тобой говорить.
– Это верно, госпожа, – согласилась Ива. – Но еще больше они боятся «красных бровей», которые охотятся не от голода, а из-за страсти к убийствам, которые сжигают деревни, когда им не нужно тепло, и убивают детей, человеческих и звериных, словно не думают о завтра. Мне кажется, солдаты охраны тоже боятся. Когда я проходила мимо них, ветер принес запах страха…
Она поморщилась и чихнула.
– Но что еще хуже, многие боятся лазутчиков. И действительно, здесь они есть.
– Ты можешь их узнать? Ива кивнула.
– Хорошо. Наблюдай внимательно. Серебряная Снежинка достала лук, радуясь удивлению Ивы.
– Мы не безоружны, – сказала она.
– Госпожа, если они узнают, что ты умеешь стрелять…
– Они предпочтут, чтобы я повесилась на собственном шарфе из страха насилия? Я заставлю дорого заплатить за развлечение и убью себя, прежде чем они смогут развлечься. Ива, не забудь: кроме торговых товаров, мы везем шелка и золото – и нефрит – в подарок Сыну Неба. Наш караван был бы богатой добычей. Ты можешь найти след этих разбойников? – спросила она.
Ива положила руку на свои войлочные сапожки. Один с толстой подошвой, чтобы компенсировать недостаток: слишком короткую ногу.
– Госпожа, если бы у меня была свободная ночь, я могла бы узнать. Но оставить тебя неохраняемую, без служанки…
– О чем ты говоришь? – спросила Серебряная Снежинка. – Я думала… – Она указала на хромую ногу Ивы, скрытую складками платья. Ива не может подтверждать подобные отвратительные слухи. Она говорит просто о подсматривании.
Но Ива энергично покачала головой.
– Когда твой достойный отец купил меня у работорговца, я была всего лишь щенком. Могла ли я выжить без хозяина? Нет. Поэтому я и осталась. Старшая сестра, позволь мне…
Я думала, ты меня любишь. А ты говоришь, что если бы не была хромой, оставила бы меня и убежала! При этой мысли глаза Серебряной Снежинки наполнились слезами. Ива взяла ее руку свой мозолистой ладонью, похожей на лапу, и поцеловала.
– Я тебя никогда не оставлю. Только разбойники охотятся на себе подобных и оскверняют свои гнезда. Звери чувствуют благодарность к тем, кто их кормит, согревает.., любит, – сказала Ива, кланяясь до земли. – Ничтожная подобна зверю у твоих ног. Прости меня, старшая сестра, за мои слова.
Слишком большой риск.., а если разбойники заметят Иву и решат поохотиться на нее? Но готовность Ивы рискнуть собой может спасти их всех.
– Только до захода луны. – Хотя Серебряная Снежинка имеет право приказать, голос ее звучит просительно. – Разве не сказал полководец Сунь-цзы, что армия без тайных осведомителей все равно что человек без глаз и ушей?
– А служил ли этот мудрец с твоим отцом, да улыбнутся ему предки? – спросила Ива. Дорогая Ива! Как Серебряная Снежинка ни пыталась учить ее, та добровольно никак не хотела учиться.
Для служанки важны не традиции человечества, а виды и запахи местности, по которой они проезжают, ей понятны речи растений и животных; Ива, подобно женщинам шунг-ню, умеет читать местность. Умеет и кое-что еще. За все годы жизни вместе Серебряная Снежинка делала вид, что не замечает этого.
В своей невинности и наивности Серебряная Снежинка так же упряма, как Ива. Что если слухи справедливы и Ива действительно лисица-дух? Сама ответь на свой вопрос, девушка, – непривычно резко подумала Серебряная Снежинка. – Что с того, если она действительно лиса? Она отдала тебе свое сердце! Разве все остальное имеет значение?
Впервые Серебряная Снежинка позволила себе допустить невероятное. Конфуций считал веру в духов-лис глубочайшим суеверием. Ну, тогда скажем просто, что Ива умна и что она владеет силами, недоступными обычной женщине. И что на любовь она отвечает любовью.
– Это человеческое искусство; я о таких людях ничего не знаю, зато знаю, как вынюхивают и разведывают животные, – сказала Ива, и в глазах ее светились смелость и суховатая усмешка. – И буду действовать согласно своей природе и тому, что приказывает хозяйка.
Она дождалась неуверенного кивка девушки и повернулась, собираясь выйти из повозки.
– Куда ты?
– Следить за волками, старшая сестра.
Ива загадочно улыбнулась и исчезла за завесами повозки.
Снаружи донесся лисий лай. Серебряная Снежинка удивилась тому, что зверь решился подойти так близко к лагерю вооруженных людей. Лай был полон боли, однако девушка не стала выходить и смотреть, кто это кричит.
Наконец лай и вой замерли вдали. Серебряная Снежинка выглянула. На утоптанном снегу лежало тяжелое верхнее платье из овечьей шкуры. Это платье Ивы, подумала девушка. Несмотря на хромоту, служанка была очень вынослива. Очевидно, сбросила платье ради большей скорости и гибкости.
Неожиданно из-под овчины выползла большая лиса, ее блестящая рыжая шерсть казалась почти черной в тени повозки. Лиса встала. Серебряная Снежинка заметила, что она хромает. Попала в ловушку стражников или это простое совпадение? Серебряная Снежинка протянула к лисе руку, но та метнулась мимо девушки в ночь.
***
Положив рядом лук, приготовив кинжал, Серебряная Снежинка дремала, прислонившись к стенке повозки. Она не осмеливалась крепко уснуть, чтобы встретить нападение в готовности. Где Ива? думала она. Ночь подходила к концу.
Будь это обычная ночь, служанка давно погасила бы костер и выполнила другие необходимые работы по лагерю. Если эта работа не будет сделана, могут заметить. Подняв тяжелое верхнее платье Ивы, Серебряная Снежинка надела его. Платье было пошито на более высокую и плотную женщины и легко легло поверх платья самой девушки. Серебряная Снежинка выбралась наружу, наслаждаясь сладостью воздуха, смешанной с запахом пепла угасающего костра.
На мгновение она остановилась, восхищаясь огромной аркой неба. Но потом услышала шаги. Мгновенно насторожилась, положив руку на рукоять кинжала. Она готова была бросить снег на огонь, чтобы и враг ничего не видел. Но это воин.., точнее ао Ли. Серебряная Снежинка подозвала его и, так хорошо подражая голосу Ивы, что сама удивилась, отдала приказания, какие может передать служанка от госпожи. ао Ли ушел, а Серебряная Снежинка осталась снаружи, напрягая слух. И наконец услышала визг, как будто собаку – или лису – пнули или ударили. А может, это вскрикнула женщина. Ей так больно, что ее вопль больше не похож на человеческий.
Выкрик, удар какого-то снаряда о фургон, протестующие возгласы из глубины каравана; а зверь закричал снова и побежал ., побежал к ней.
Если они ударили Иву, я позабочусь, чтобы они лишились головы – с непривычной яростью подумала Серебряная Снежинка. И поклялась также, что если Ива не вернется, она отправится искать ее.
Она прислонилась к повозке, стараясь как можно больше походить на служанку, которая выполнила одно поручение и не торопится идти за другим. Ведь в повозке ее ждет бесконечная череда новых дел. Звуки в чистом ночном воздухе разносились далеко. Серебряная Снежинка услышала тяжелое дыхание лисы, которая хочет поскорее добраться до норы.
Теперь слышны и звуки лап зверя. Один, два, три ., волочение; один, два, три ., волочение; долгая пауза, за ней слабый визг, почти сразу стихнувший, как будто животное отдает себе отчет об опасности. Серебряная Снежинка заставила себя признать: лиса появилась, когда исчезла Ива. У лисы такая же хромая нога, как у Ивы. У нее расцветка Ивы, ее храбрость и верность. Это Ива!
Итак, то, чему она старалась не верить все эти годы, правда: Ива лиса. Но она же ее служанка, ее подруга; и сейчас ей грозит опасность. Серебряная Снежинка поднесла руку ко рту. Неужели Ива так серьезно ранена, что звериные чувства победили в ней человеческие и она не сможет вернуться?
– Ива? – шепотом позвала она. Ей ответил новый визг.
Серебряная Снежинка Побежала в темноте вперед; за последними умирающими углями костра видна была фигура зверя. Когда девушка прикоснулась к его правому боку, животное отпрянуло. Свежая рана на лапе – на хромой лапе. Серебряная Снежинка понадеялась, что кровь смыла с раны грязь. В тусклом свете рана кажется болезненной, но не серьезной: скорее результат бессмысленной человеческой жестокости, чем стремления убить. Девушка подняла дрожащую лису, а та здоровой лапой коснулась ее щеки. Потом отнесла животное в повозку, положила рядом с котлом воды и укутала в тяжелое платье Ивы.
Серебряная Снежинка согрела драгоценные остатки рисового вина – еще один предмет роскоши, оставшийся от прошлого богатства дома. Обычно это высокоценимое вино предназначалось только для дворца, но у отца был его небольшой запас, и он отдал его дочери, чтобы она могла согреться в долгой трудной дороге. Говорят, от вина бывает воспаление ран, но Ива так замерзла. Если выпьет, может, ей станет лучше.
А под платьем билась лиса, вначале слабо, потом со все большей силой. Серебряная Снежинка решительно отвернулась. Она не будет смотреть. Судя по звукам, переход от лисы к девушке еще труднее и болезненнее, он сопровождается смесью лисьего лая и человеческих стонов и слез. Если бы только она могла чем-нибудь помочь!
Снаружи небо перед рассветом уже посветлело. Скоро поднимутся возчики и стражники и займутся своими делами. Ива должна участвовать в этой работе, в подготовке к отъезду, но совершенно очевидно, что сегодня она даже не сможет выйти из повозки. Впервые Серебряная Снежинка радовалась обычаям и занавесям, которые позволяют ей оставаться незаметной и держаться в стороне от всех. Неловко и неумело начала она убирать защитные ширмы. Очевидно, она успешно изображала служанку; если кто-то и заметил ее неловкость, то приписал хромоте.
Снова забравшись в повозку. Серебряная Снежинка ощутила густой аромат подогретого вина. Под теплыми одеждами спала, свернувшись, Ива.
Серебряная Снежинка наклонилась, чтобы поправить покрывало, и в этот момент Ива вскрикнула и дернулась. Одежда распахнулась, обнажив кровоподтек на боку и глубокий порез на ноге. Однако дышала служанка ровно, и Серебряная Снежинка решила, что ребра у нее не сломаны. Когда Ива проснется, нужно будет перевязать ей грудь. А пока можно заняться раненой ногой. Серебряная Снежинка начала промывать рану остатками вина; Ива снова вскрикнула и пришла в себя.
– Сейчас закончу, младшая сестра, – прошептала Серебряная Снежинка.
– Я рисковала жизнью не для того только, чтобы ты могла меня лечить,
– ответила служанка. – Нужно бежать отсюда. У красных бровей есть свои люди в лагере. Они подозревают, что ты везешь с собой сокровища. Если будет милость… – Она смолкла.
Небо духов-лисиц, должно быть, заселено множеством богов, подумала ее хозяйка. Неужели у этих существ, способных менять форму, есть свой бог, которому они поклоняются?
– Хорошо, что не напали сегодня. У тебя верная и бдительная стража. Но в караване есть и другие.., одного-двух я знаю. Следует ожидать нападения в пути. Может быть, сегодня, а может, и нет.
Но предупреждаю тебя, старшая сестра: если мы сегодня заночуем не в городе, нам нужно быть очень осторожными. Разбойников много, и они очень озлоблены. Это в основном крестьяне, согнанные с земель. Они не смогли заплатить налоги, которые берут с них чиновники именем императора.
– Значит, они не виноваты в своих злых делах, – заметила Серебряная Снежинка.
Ива покачала головой. Глаза ее горели ярко и гневно.
– Один из них сделал со мной это, я думаю, просто потому, что я пробегала мимо. Может, они не виноваты в своем положении, но и сами причинили много зла. Госпожа, говорю тебе: мы должны сами о себе позаботиться, чтобы не попасть им в руки! Следи за гнедыми лошадьми. Я слышала, что они в основном на гнедых!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?