Текст книги "Тевтонский Лев. Золото галлов. Мятежники (сборник)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tevtonskiy-lev-zoloto-gallov-myatezhniki-sbornik-112130.jpg)
Автор книги: Андрей Посняков
Жанр: Попаданцы, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 15 (всего у книги 60 страниц) [доступный отрывок для чтения: 15 страниц]
Получив оплату, портной лично уложил покупки в корзины и отправил с «любезнейшим господином» слуг.
– Эй, вставайте! – Первым делом Беторикс разбудил товарищей. – Обновки примерять будем.
– А что, готово уже? – Алезия заинтересованно открыла глаза. – Вот славно!
Надели, кому что подошло, хоть девушка и протестовала: мол, зеленое к голубому не подходит, а уж коричневое к лиловому – тем более. Парни лишь переглянулись да хмыкнули – вот еще, тонкости! Что за важность, какого цвета платье – лишь бы удобно было да тепло.
Кариоликсу еще купили кальцеи – слуга солидного негоцианта не должен ходить босиком. Алезия все подсмеивалась над галлом – мол, без брак коленки не мерзнут? Или другое что? Парень отмалчивался, а девчонка смеялась. Ишь, хохотушка.
Так вот, выдавая себя за римских торговцев, путники добрались до Лугдуна, города куда больше и богаче, нежели Араузио. Тут и крепостная стена имелась, мощная, еще галльской постройки, со следами ремонта. Сразу можно было отличить, где римская кладка, а где постарались галлы: те строили крепости, засыпая землей и щебнем каркас из продольных и поперечных балок, скрепленных железными стержнями; таким образом, стена получалась непробиваемой, к тому же из нее торчали балки, образуя видные издалека специфические квадратики.
Виталий осматривал все с интересом: помнил, что в скором времени Лугдун станет столицей новой провинции, известной впоследствии как Лугдунская Галлия. Тогда в нем появятся и амфитеатр, и акведук, и все такое прочее, хотя город и сейчас производил солидное впечатление. Бывшая галльская крепость Лугдун после захвата римлянами разрослась и похорошела. Кроме жителей, здесь находился многочисленный гарнизон – город располагался на самой границе. А за холмами и высоким валом уже лежали чужие, «косматые» земли – территория арвернов.
Горожане даже гордились тем, что живут в приграничном, довольно опасном месте, чувствуя себя последним оплотом цивилизации, и в некоторых отношениях были куда большими римлянами, нежели сами обитатели столицы. Влияния галльских племен, аллоброгов и тех же арвернов, здесь уже почти не ощущалось, хотя Лугдун возник на рубежах их владений. Наоборот, все считали себя жителями огромной страны, будущей империи, пусть даже пока и провинциалами. Уходили или смешивались с новыми старые верования, латынь все больше вытесняла местную речь, еще бывшую в ходу у простолюдинов, но презираемую аристократией и купцами, особенно молодежью. Говорить на языке галлов, носить кервезию и браки считалось признаком отсталости. Даже уличный торговец лепешками и тот старался выглядеть, словно только что явился откуда-нибудь с Палатина или Форума Романо. Вот такие тут были нравы.
– Торговцы? Из Медиолана? – Хозяин небольшой корчмы, расположенной на виа Фамилиа, прищурившись, оглядел вошедших.
Сам трактирщик выглядел типичным римлянином: никаких брак или телогреек из козьих шкур, одет в две туники, на ногах кальцеи, вот только произношение подводило: по-латыни говорил примерно так же, как и Беторикс. Круглое мосластое лицо, зачесанные на лоб темные волосы с едва заметною рыжиной, карие с хитринкой глаза, будто две букашки.
– Говорят, у вас можно недорого снять комнаты, – Виталий улыбнулся во весь рот. – Нам на пару дней. Хочу кое-что прояснить про озимые.
– А! – понятливо кивнул хозяин. – Пшеницу хотите купить?
– Хотелось бы.
– Боюсь, вы опоздали! – Трактирщик сочувственно развел руками. – Пораньше надо было приезжать.
– Так ведь тут еще и урожай-то не собран! – удивился Беторикс. – Не юг.
– Да, не собран, – согласился хозяин. – Но уже продан почти у всех. Легионам требуется много зерна, и, уж поверьте мне, заготовители славного Цезаря времени даром не теряют, скупают все на корню.
– Могли бы просто захватить, – хмуро буркнула Алезия. – Война ведь.
– Где-то захватят, а где-то придется обходиться и тем, что есть у самих. – Трактирщик почесал за ухом. – Да и кто вам сказал, что это война? Так, задавить «косматых» мятежников… Думаю, много времени для того не потребуется.
– Полностью с вами согласен, уважаемый господин…
– Петрак. Марк Виниций Петрак, – поспешно представился хозяин. —
– А я – Гай Вителий Лонгин.
– Значит, вам, господин Лонгин, нужна комната. Слуги пусть уж ночуют в кухне.
– Ну… хорошо, пусть так.
– И, вероятно, потребуется консультация – где что у кого купить?
– Может быть. Все зависит от оплаты.
– О, она не будет слишком большой.
– Надеюсь.
Войдя в так называемую комнату, а на деле клетушку с оконцем на задний двор, Виталий первым делом вытащил из-за пазухи «сенаторскую грамоту» и, задумчиво осмотрев помещение, спрятал ее под набитый сеном матрас, в единственное место, хоть сколько-то пригодное для сокрытия ценностей. После чего немного постоял, прикидывая планы на завтра, и, затворив за собой дверь, прошел через кухню в корчму.
Вечерело, и в закусочной скапливался народ – средней руки торговцы, ремесленники, зажиточные крестьяне, продававшие на городском рынке сено, глину и скот. Люди, конечно, не богатые, но и не очень бедные, а кое-кто из них явно следил за своим внешним видом. Целая компания таких модников занимала столик в углу: завитые кудри, шитые бисером пояса, туники с узорными подолами, застегнутые изящными фибулами плащи. Фибулы, конечно, не золотые, однако позолоченные, серебряные, в римском стиле.
– Извините… – Беторикс осторожно протиснулся между модниками, чувствуя, как те провожают его насмешливыми взглядами, словно завсегдатаи столичных клубов – заезжего лоха.
Нужно было срочно поговорить хоть с кем-то, знающим приграничье, особенно с той стороны. Ведь очень скоро беглецы ступят на свободные от римского владычества земли – а что их там ждет?
– Ищете местечко? – Из полутьмы, слабо рассеиваемой светильниками, бесшумно возник хозяин. – Вон там есть свободное, пойдемте, я покажу.
Усадив гостя за стол сразу за модниками, хозяин самолично принес пиво в большой деревянной кружке. Именно любовью к пиву провинция и отличалась от Рима – выращивать здесь виноград римляне запрещали, вполне обоснованно опасаясь конкуренции, поэтому вино было дорогим.
– Хорошее пиво! – Виталий с улыбкой протянул трактирщику дупондий, подумал и дал еще один. – Слуг моих покормите.
– Обязательно! – тряхнул рыжеватой челкой хозяин корчмы.
Он же и подсадил к гостю какого-то мелкого зерноторговца, который принялся долго и утомительно рассуждать о яровых, чем даже напомнил корабельщика-грека, не к ночи будь помянут.
Ничего толкового Беторикс от него не узнал и поспешил откланяться, надеясь, что больше пользы принесет разговор с самим хозяина корчмы – завтра с утра, когда тот будет посвободнее.
– Что ж, уважаемый, мне пора! – Поднявшись, Беторикс вежливо поклонился и снова протиснулся рядом с модниками.
Те снова смерили его пристальными взглядами. И чего смотрят, паразиты? Может, дыра на заднице?
– Алезий! – пройдя на кухню, тихонько позвал Беторикс, придав имени своей подруги форму, больше подходящую для ее роли мальчика. – Зайди ко мне, как доешь.
– Зайду! – Девчонка кивнула, за обе щеки уписывая типичную римскую оцеллу – лепешку с оливками и тертым сыром.
В своей комнатушке Виталий тут же стащил с себя плащ и верхнюю тунику, силясь рассмотреть, пока еще не стемнело, что с ними не так. Да нет, на вид все в порядке. И над чем же тогда эти чертовы щеголи смеялись? Может, он что-то не так застегнул или складки неправильно заложил? Еще как-то нарушил местный этикет? Да нет, Алезия и Кари подсказали бы.
– Звал, Беторикс?
– Алезия? Ну, заходи, заходи, чего на пороге встала?
– Боюсь… Ты ведь, мой господин, не совсем одет.
– Издеваться вот только не надо, а? Никогда не видела, что ли?
– Ко мне сейчас один хмырь приставал – то ли повар, то ли привратник.
– С чем приставал?! – насторожился Виталий. – Расспрашивал?
– Не в том смысле, – девушка хмыкнула. – Красивый мальчик ему понравился.
– Так оставайся на ночь у меня. А то еще руками полезет и нащупает что-нибудь не то!
– Пожалуй, останусь. И дверь чем-нибудь подопрем.
– Тут особо нечем, кроме кровати.
– Кровать подойдет. И ставень закрой.
Виталий прикрыл окошко, и сразу стало темно.
Алезия сняла тунику. Усевшись на край ложа, Беторикс протянул руку и сразу коснулся теплой нежной кожи… Бедро… а это – талия, животик… Грудь…
– Ах, милый… Мы с тобой так давно не делали этого!
Еще бы не давно – дня три уже прошло. В дороге кругом люди, и сразу станет ясно, что это вовсе не мальчик…
– О, Боги… как мне хорошо с тобой… – прошептал Виталий и с жаром поцеловал девушку в губы…
Неземное блаженство накрыло обоих горячей волною, столь же могучей, как вечный космос, тела их сплелись, прижались друг к другу с такой силой и страстью, что, казалось, стали наконец одним целым.
– Милый… милый… – закатив глаза, шептала Алезия, Виталий же ничего не говорил, чувствуя себя на седьмом небе от счастья.
И все же разобрал, что кто-то вроде бы толкнулся в дверь снаружи. Или показалось?
Однако Алезия тоже что-то такое почувствовала.
– Слышишь, милый… Мне почему-то кажется, здесь что-то не так. Не могу пока сказать, что… Но я чувствую опасность! Клянусь Сегомом, Рудианом и всеми богинями рек, может быть, нам стоит убраться отсюда пораньше?
Виталий лишь головой покачал: чего она выдумывает?
– Позавтракаем, узнаем, что надо, и уйдем.
– Давно хотела сказать, – продолжала неугомонная Алезия. – Надо нам знак условный придумать, чтобы предупреждать друг друга об опасности и сразу всех не схватили.
– Ладно, ладно, согласен! – Беторикс успокаивающе погладил подругу по плечу. – Предлагаю кричать «Пожар!»
– А почему пожар? – удивилась Алезия.
– Потому что это слово всегда привлекает внимание, – лаская девушке грудь, расслабленно прошептал гладиатор. – И все начнут суетиться, а не только мы…
– Слушай…
– Все, хватит болтать, спи уже. А не то… Вот сейчас кого-то за ухо укушу! А-ам!
– Ай, ай… не надо-о-о…
– А-ам…
– Ой… милый… ах…
Утром, едва рассвело, беглый гладиатор покинул комнатку первым. На кухне уже вовсю суетились, чистили котлы, затапливали полукруглую печь, начинали варить, парить, жарить. Хозяин тоже был здесь.
– А, господин Вителий! – оглянувшись, улыбнулся трактирщик, и эта слишком уж широкая ухмылка его показалась постояльцу не вполне искренней.
Впрочем, а может ли кабатчик вообще быть искренним?
– Вы спрашивали вчера о знающих людях… Там, в трапезной, уже сидит один такой.
– В трапезной?
– Да-да, проходите.
За столиком, напротив распахнутой в туманное утро двери, расположился мужчина лет тридцати, того скучновато-официального вида, каким отличаются прокуроры, адвокаты и судейские. Обычное продолговатое лицо, высокий лоб с большими залысинами, аккуратно выбритый подбородок, поверх шерстяной туники – палла с откинутым капюшоном.
– Салве. Это вы меня ждете? – подойдя ближе, осведомился молодой человек.
Незнакомец тут же поднялся:
– Господин Вителий Лонгин из Медиолана?
– Это я.
– Пойдемте.
– Но позвольте, куда?
– Просто выйдем на улицу, здесь слишком дымно.
Он был прав – слуги наконец растопили печь, как следует, и в залу клубами валил едкий дым.
Нежданный посетитель вышел первым, и Беторикс, пожав плечами, последовал за ним в серый утренний туман, промозглый и липкий.
Оп!!!
Не успел «торговец из Медиолана» сделать и пары шагов, как тут же оказался схвачен четырьмя молодцами, выскочившими прямо из тумана! Двое сразу же заломили Виталию руки, двое других приставили кинжалы к груди.
– Вырываться не советую, – с усмешкой произнес незнакомец. – Я – Деций Карнувий Амброз, волею господина наместника помощник эдила.
Ах, вот оно что! Помощник эдила – и судейский, и полицейский, и следователь в одном флаконе! Интре-е-есно… за каким же хреном его принесло? Постановление о розыске беглых явно сюда не дошло: где Нарбо и где Лугдун?! А ведь ни телеграфа, ни телефона, ни тем более сотовой связи тут нет пока.
– Мы ничего противозаконного не сделали! Я – римский гражданин!
– Никто вас и не обвиняет, – отмахнулся помощник эдила. – По крайней мере пока. Просто нужно кое в чем разобраться.
– А коли так, то зачем сразу руки крутить? – скептически хмыкнув, Виталий посмотрел на ярко-оранжевое солнце, пробивающееся сквозь облака и туман, и вдруг истошно заорал:
– Пожа-а-ар! Пожа-а-ар! Пожар, люди добрые! Спасайся кто может!
– Помолчите, – холодно приказал судейский. – Никакой это не пожар, а просто рассвет. Хотя чем-то похоже, будто крыша горит. Но никогда не следует паниковать раньше времени.
– Да-да, – задержанный охотно кивнул. – Теперь я и сам вижу, что не прав.
– Надеюсь, именно в таком духе и пройдет вся наша беседа, – неожиданно улыбнулся помощник эдила. – Элой, Витеган! Обыщите здесь все и захватите слуг. У вас ведь есть слуги, господин Вителий Лонгин?
– Да, конечно. Боюсь только, что вы их уже не застанете: они обычно встают ни свет ни заря и где-то рыщут в поисках пропитания.
– Вы что же их, совсем не кормите?
– Это же не рабы, а наемники, – пожал плечами Виталий. – Зачем мне их кормить? Достаточно и того, что я им плачу, поверьте, не так уж и мало.
– Что ж, логично. Идем.
– Господин Карнувий! – Из корчмы выглянул один из стражников. – Так нам слуг-то искать?
– Ищите. Явитесь с докладом в четвертом часу дня!
Часов в десять – машинально перевел Виталий. Не шибко-то много времени дал господин следователь своим людям.
– Но господин…
– Что еще? – Помощник эдила оглянулся с явным раздражением.
– Откуда же мы узнаем время?
– На площади Юпитера, к вашему сведению, установлены прекрасные часы!
– Господи-ин… А если не будет солнца?
– Все! Надоело уже слушать ваше нытье! – не выдержав, рыкнул Карнувий. – А ну, живо принимайтесь за дело! Вот ведь, послали боги сотрудничков.
Присутствие – или как тут именовали подобные места? – находилось в небольшой базилике, располагавшейся недалеко от корчмы. Снаружи угрюмая желтовато-серая штукатурка, внутри зал с колоннадой, мраморные скамьи, стол, за которым виднелось невысокое кресло.
Помощник эдила уселся и расслабленно улыбнулся, глядя на подведенного стражниками Беторикса.
– Ну, господин Вителий, начнем! Всего несколько вопросов. Вы утверждаете, что являетесь римским гражданином, торговцем из Медиолана.
– Я не торговец, а контрагент. То есть приказчик, – поправил задержанный.
– Это не важно, – отмахнулся следователь. – Нас интересует другое. Есть мнение, что вы агент, только не крупного торговца, а… Верцингеторикса!
– Что-о?!!! – вполне искренне изумился Виталий, который о Верцингеториксе в это время думал меньше всего.
– Да, да, вы не ослышались! Именно вождь мятежников вас и послал. И вы никогда не жили в Медиолане, более того, никогда в Италии не были! Какой там римский гражданин… смешно даже!
– Почему же смешно? – Виталий сейчас пытался выиграть время, лихорадочно соображая, как выбраться.
То, в чем его тут обвиняют, немногим лучше того, что есть на самом деле. А четверо вооруженных воинов – это даже для бывшего гладиатора слишком. Хотя если завладеть мечом… Отбиваться в любом случае надо, не сдаваться же просто так?
– Эй, эй, господин Вителий, или как вас там зовут? Вы меня слушаете?
– А? Ах да, да… Слушаю со всем вниманием. Я просто растерялся от столь нелепого обвинения.
– Продолжим. Итак, вчера вечером мне доложила о вас целая группа молодых людей из числа завсегдатаев таверны Виниция. О вас и ваших столь же подозрительных слугах.
– Интересно, – чуть сместившись влево, ближе к стражу с мечом, протянул Беторикс. – И чем же мы им внушили подозрения?
– Вашим обликом, любезнейший господин.
– Обликом? – Виталий по-настоящему удивился. – И чем же им наш облик-то не понравился?
– А всем! – с неожиданной жесткостью в голосе следователь хлопнул ладонью по столу и, вскочив, принялся нервно ходить вокруг, поглядывая на задержанного с торжествующим видом. Ишь ты, Шерлок Холмс выискался. Эркюль Пуаро, блин… – Да неужели вы сами не видите, как одеты?
– А что? Чем вам моя одежда не показалась? – оскорбился Беторикс. – И туники и плащ, по-моему, вполне приличные.
– Приличные, с этим никто не спорит. Но сочетание цветов! Кто же наденет поверх коричневой туники лиловый плащ? Да еще зеленым поясом подпояшется? Нет, любезнейший мой, в римских городах так не носят! Даже у нас, на что уж провинция, а и то все знают, что с чем следует одевать: коричневое с золотисто-желтым, серый – с голубым, зеленый – с лиловым. Каждый мальчишка об этом знает! А где не знают? В стане мятежников! Откуда же галлам знать тонкости римской моды? Вот вы и попались! Вроде бы такая мелочь…
Виталий про себя выругался. Черт! А ведь надо было послушать Алезию, тогда бы так нелепо не вляпались бы. И что теперь говорить, как оправдываться? «У нас у Ленинхраде, дядечка, завсехда джинсы со стрелочками носили». Поверят? Ага, как же! Придется все же прорываться – теперь вся надежда на меч стражника…
– Господин Карнувий!
В базилику едва ли не бегом ворвались два молодца, оставленные помощником эдила в корчме для поиска слуг и производства обыска.
– А, явились! – Снова усевшись за стол, следователь поднял глаза. – Что-то рано.
– Да мы думали…
– Очень хорошо, что вы умеете иногда думать. Рад за вас. Ну и чего же надумали? Докладывайте.
– Слуг нет нигде…
– Ага, ага, кто бы сомневался! И в корчме вы ничего не нашли.
– Как раз таки нашли, господин Карнувий!
– Да что вы? – Помощник эдила столь высоко поднял брови, что нельзя было наверняка сказать, чего в этом движении больше – удивления или презрения?
– Вот… – Один из молодцов, подскочив к столу, протянул Карнувию свиток.
Виталий улыбнулся – нашли-таки!
– Молодцы, молодцы, – скупо похвалил начальник. – Небось прочли уже?
– Господин… – Молодцы сконфуженно переглянулись. – Мы не умеем читать.
Виталий едва сдержался, чтобы не рассмеяться. Как контору ни назови, хоть милиция, хоть полиция, а если сотрудники неграмотные, то все равно – туши свет, сливай масло.
– А еще мы узнали… – Тот парень, что оказался ближе к столу, наклонился и что-то зашептал начальнику в самое ухо.
– Ага… – Выслушав, следователь кивнул и слегка переменился в лице, энтузиазм его явно угас. – Хорошие для вас вести, господин Вителий.
– Рад слышать! И какие же?
– Первая, что вы спите с красивым мальчиком, своим слугой.
От удивления Виталий вытаращил глаза – это здесь при чем? Настучал, вероятно, тот самый кухонный распутник, что вчера приставал к Алезии.
– Так поступают почти все римляне, а вот среди галлов подобные привычки не слишком распространены, – продолжал следователь.
– А вторая хорошая новость?
– Вот, – Карнувий показал грамоту. – Вы ее не очень-то удачно спрятали… на ваше счастье. Этот Марк Фабий Максим, сенатор – ваш патрон?
– Да, – охотно подтвердил задержанный. – Это верно.
– И все же… – Следователь задумчиво посмотрел в блеклые оконца под самым потолком, потом перевел взгляд на ряд медных ламп, горевших столь же тускло, и неожиданно вздохнул. – Все же хочется узнать, с чего вы так вырядились?
– Вам честно сказать? Не обидитесь?
– Не обижусь. И знаете, я даже предвижу ответ. Здесь провинция! В этом все дело. А вы все там снобы! Не так ли?
– Увы… – Виталий сконфуженно развел руками. – Надел, что попало, пожалел хорошие вещи брать в дорогу. Думал, тут, в деревне, и так сойдет.
– Что ж, впредь будет вам наука. Знаете, я бы мог вас задержать, бросить в узилище, а разбирательство – дело долгое.
– О, господин помощник эдила! Дайте же мне возможность не сколько сгладить свою опрометчивость. Позволите угостить вас и ваших людей вином? Только не говорите, что не стоит с таким типом и пить!
– Да нет, нет, – засмеялся следователь. – Уж так и быть – выпьем. Но все же на будущее – никогда не будьте таким снобом, друг мой! Никогда!
Глава 11. Весна 52 г. до Р. Х. Кельтика
Интервью
Теперь путники шли через земли арвернов. Узенькая дорога петляла среди лугов, полей и дубрав, то сбегая по склонам давно потухших вулканов, то вновь поднимаясь. Как ни странно, но здесь, в свободной Галлии, спутники Беторикса держались более настороженно, нежели в римских пределах. Впрочем, это объяснимо: у римлян имелись писаные законы, обязательные для всех, у галлов же прав был тот, кто сильнее. Любой аристократ-разбойник мог выскочить из лесу с отрядом верных людей – и горе побежденным!
Поэтому на свободной земле никто не мог чувствовать себя свободным – такой вот парадокс, объясняющийся не столько лихим и безалаберным характером галлов, сколько их общественным устройством, по которому любой местный князек, заручившись поддержкой большинства окрестных кланов, мог с полным основанием считать себя пупом земли и даже чеканить собственную монету. Многие так и делали, добавляя еще больше сумятицы в ситуацию и без того путаную. Часть племен безоговорочно поддерживала Цезаря, часть была против, большинство же просто выжидало, с интересом следя – на чью сторону склонится наконец благоволение богов, римских или кельтских.
Практически никогда галлы не чувствовали себя единым народом, разве что вспоминая совсем уж седую старину, да и то без особых оснований. Множество мелких племен бесконечно ссорились между собой и призывали на помощь крупные, а те, в свою очередь, соседей – германцев и римлян. Эдуи и сеноны поддерживали римлян (опять-таки не все), арверны с Верцингеториксом во главе резко выступали против завоевателей, призывая галльские народы принести на свою землю свободу. Только кто мог сказать наверняка, будут ли после победы арвернов свободными битуриги, эдуи, секваны и прочие?
Римские легионы оставляли после себя сожженные поля и деревни, разоренные города и вдов – слишком старых для продажи в рабство. И то же самое делали арверны Верцингеторикса – жгли, разоряли, грабили, разве что в рабство пленников не обращали – предпочитали приносить в жертву своим кровавым богам.
– Кто здесь побывал, римляне или арверны? – проходя мимо пепелища, участливо спросила Алезия согбенную старуху.
– Эту деревню сожгли римляне… – не сразу отозвалась та. – А соседнюю арверны. А за тем холмом пришельцы-карнуты, говорят, вырезали всех подчистую. Боги, боги, скажите, как теперь жить? На кого надеяться? Во что верить?
А надеяться можно было только на себя.
– Сегодня заночуем в лесу, завтра будет уже полегче. – Алезия невесть почему решила вскинуть бремя командования на свои хрупкие плечи.
– Это почему же полегче? – ехидно поинтересовался Тевтонский Лев. – Теплее будет или, наоборот, попрохладнее?
– Пожарищ не будет, милый! – пояснила девушка. – И разоренных деревень.
– Почему?
– Земли арвернов кончаются, а во-он за тем высоким холмом, что по левую руку, виднеются поля и рощи секванов.
– Угу, – гладиатор с улыбкой кивнул. – А справа у нас что?
– Справа эдуи. Говорят, римляне признали их за своих братьев и не будут разорять.
– Ага, римляне не будут. А Верцингеторикс?
– Этот может, – Алезия вздохнула и вдруг улыбнулась. – Не понимаю, чего мы грустим-то? Скоро ведь в свои земли придем. Вверх по реке – Кабилон, город секванов. Скоро мы там будем. А уж после него – Бибракте, священная крепость эдуев, а за нею, всего в двух днях пути – Алезия. Дом!
– А еще дальше – леса и долины сенонов, – мечтательно произнес Кариоликс. – Эх, буду ли я там хоть когда-нибудь? Просто не верится.
– Будешь, будешь, – закрываясь от солнца, Беторикс приложил руку к глазам. – Сейчас где-нибудь тут заночуем. Пора бы уже подыскать удобненькое местечко. Хотя бы во-он в той рощице, где…
Не договорив, он свернул с дороги на показавшуюся слева тропу. Алезия и Кари переглянулись, хмыкнули и быстро зашагали следом.
Еще уходя из Лугдуна, беглецы раздобыли одежду галлов – прочные кожаные башмаки, браки, разноцветные плащи с застежками на груди, а для Алезии еще и длинное шерстяное платье – ибо даже мешковатые браки делали ее фигуру слишком уж соблазнительной – да головное покрывало, чтобы скрыть остриженные волосы.
Углубившись в лес, путники выбрали полянку, уже заросшую первой травою и папоротниками. Несмотря на теплые солнечные дни, ночи стояли по-весеннему холодные, даже с заморозками. Для ночлега требовалось устроить из веток и хвороста шалаш, натаскать мха и травы, позаботиться и о пище. У путников еще оставались кусочек соленой свининки да краюшка ржаного хлеба, прихваченные пару дней назад на рынке в небольшом городке Матиско, а уж назавтра нужно было что-то найти. Впрочем, мелкой дичи в лесу хватало, имелось и огниво. Виталий только диву давался, глядя, насколько умело и ловко пользуются им Алезия и Кариоликс, не всякая курильщица так с зажигалкой справится!
Вот уже полетели искры, задымились специально собранная сухая трава и кусочки коры, занялся и хворост – хорошо разгорелся, жарко, почти без дыма.
– Ну, наконец-то погреемся… – Алезия протянула к огню ладони, потом фыркнула и побежала к видневшемуся за деревьями озеру – небольшому, с прозрачной и, верно, не очень-то теплой водицей. – Только вы за мной не ходите, ладно? А потом сразу спать.
Через некоторое время со стороны озерка донеслись плеск и возглас – видать, и впрямь холодноватой оказалась водичка. Не лето ведь!
– Давно хотел тебя спросить, друг, – разделив хлеб на четыре равные доли (четвертая – про запас), Кариоликс убрал нож за пояс и прищурил левый глаз. – Как так вышло, что римлянин тебя отпустил?
– Я говорил уже: по закону обязан был отпустить.
– Как это – по закону? Он же тебя схватил, значит, не должен был отпускать!
– На этот счет есть закон. Плохо было бы, если бы он этот закон не исполнил.
– Тебе – да, плохо. Как и всем нам.
– Ему самому в первую очередь. Этот римлянин – должностное лицо. Кстати, он по крови скорее галл в какой-то части.
– Он живет как римлянин, значит – римлянин, а не галл, – упрямо твердил юноша. – Они все там римляне, хотя многие еще говорят на нашем языке. Однако, думаю, родную речь скоро забудут.
– Это ты верно заметил!
– А ты говоришь, галлы… – Парнишка немного помолчал, поглядел на пламя и продолжил: – И что же, этот римлянин испугался своего же закона?
– Не испугался, а исполнил, – терпеливо пояснил Тевтонский Лев. – Испугался он моей грамоты… Ну, я рассказывал.
– А, да, да, вспомнил! – Кариоликс радостно сверкнул глазами. – Ты там грозился каким-то вергобретом…
– Сенатором.
– Ну да. Вот он и испугался.
Тьфу ты, бестолочь! Ну что ты будешь делать с этим упрямым парнем? Талдычишь, талдычишь ему про закон, а он все туда же, на страх сводит – конечно, дикарю так понятнее.
– И как только у вас хватило ума меня отыскать?
– Да что ж мы, совсем глупые? Ты закричал про пожар, мы и убежали – как и условились, а потом незаметно шли за тобой все время.
– Извини, брат, погорячился. Вы не глупые, вы терпеливые.
– Это уж точно! – Юноша довольно улыбнулся. – Пойду все-таки принесу те сухие ветки…
Виталий посмотрел вслед пареньку и усмехнулся: а может, тот и прав по большому-то счету? Не закону следовал помощник эдила, а просто не захотел связываться с клиентом богатого и влиятельного человека, тем более римского сенатора.
Кариоликс подкинул в затухающий костер ветки, улыбнулся. Видно было, парнишке давно хотелось поговорить, а общаться с Алезией он почему-то робел.
– Тевтонский Лев, ты правда тевтон?
– Нет.
– А кто ты?
– Не знаю, – почти честно признался Виталий. Его народа в этом мире еще практически нет, есть в лучшем случае праславяне какие-нибудь.
– Но имя-то у тебя галльское. Ты из белгов? Венетов? Лексовиев?
– Сказал же, не знаю, – уже с явным раздражением отозвался Беторикс.
Имя галльское! Нарек дядька Энгус пять лет назад при посвящении в дружину, вот он и стал Беториксом. В реконструкции занимаются созданием комплекта, относящегося к тому или иному региону, но не образа персонажа, у которого есть племенная принадлежность и прочая «легенда». А была бы – сейчас бы пригодилась. Вообще, как подумал Виталий, занеси его в свое время судьба к ролевикам, а не реконструкторам, пожалуй, теперь легче было бы «вживаться в образ» – гладиатора, путешествующего торговца, кем еще там придется стать?
– Алезия говорит, тебя еще ребенком украли разбойники, – продолжал Кари, и Виталий усмехнулся по себя: созданием для него легенды, оказывается, озаботилась подруга. – Украли и продали в рабство. Вот ты ничего и не помнишь – ни родителей своих, ни дома, ни родной земли… Тяжко так жить, брат! Когда вокруг все чужие.
– Зато ты мне, как брат, Карик. А Алезия – супруга.
– Да, она тебя очень любит, прямо как настоящая жена.
– Она и есть жена.
– Да ладно! Кто тебе ее отдавал? Та старуха из лупанария, что ли? Ты за невесту выкуп платил, твой род заключал договор с ее родом? Ее принимали в твой род?
– Да у нас с ней и родов-то нет, ты же знаешь!
– А нет родов, то какие же могут быть супруги? Сожители и есть. Без рода только рабы женятся, да разве они ровня настоящим людям? Ты как маленький, простых вещей не понимаешь, что ли?
Да, не понимает, выходит. Вот тебе и здрасьте – без рода и семьи не может быть?
– А ты-то откуда знаешь, что она меня любит? – помолчав, спросил Виталий, решив оставить сложные вопросы родового устройства на потом и обратившись к более близким, личным.
– Да видно.
Хм… видно ему. Сам Виталий не был так в этом уверен, да и не знал, как назвать отношения, связавшие его с этой красивой и своенравной девчонкой: большая и чистая любовь или только сексуальное влечение? Однако вместе они уже довольно давно и все никак не расстанутся. Неужели просто потому, что еще не дошли до цели? А там их дороги разойдутся?
Конечно, Виталий очень хотел найти ту усадьбу, через которую, возможно, сумеет выбраться назад в свое время. Но… Алезия… ведь она останется здесь, эта девушка, то ласковая, словно кошка, то опасная, словно разъяренная пантера.
А что если ее с собой прихватить? Но что она там будет делать? В цирке с метанием копья выступать? Да и здесь, если подумать, в гладиаторской школе не так уже плохо жилось, пока хозяином был Валерий. Эх, Валера, Валера, как-то не по-людски и простились с тобой, второпях…
– Ланиста нам здорово помог, – сказал Кариоликс, будто мысли подслушал. – Если б не он, куда тяжелее нам бы пришлось…
– Это точно так…
Собеседники замолчали, прислушиваясь к далекому волчьему вою. Уже начинало темнеть, и последние лучики солнца догорали на вершинах деревьев, золотили длинные перистые облака.
– Что-то Алезия долго моется. – Молодой галл поворошил догоравшие угли длинной толстой веткой и посмотрел на озеро. – Может, стоит ее позвать?
Беторикс кивнул, приложил рупором ладони ко рту и закричал:
– А-ле-е-е-е-езия! Але-е-е-е-езия! Ты скоро там?
Никакого ответа, лишь затухало на склонах холмов долгое и протяжное эхо:
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?