Текст книги "Сталинградская битва"

Бронетанковые и моторизованные немецкие войска прорвали оборону 62-й армии Сталинградского фронта и вышли в район Каменского. Ставка приказала немедленно ввести в бой формируемые 1-ю и 4-ю танковые армии, имевшие всего 240 танков и две стрелковые дивизии, которые не смогли остановить, но несколько задержали продвижение врага. Г. К. Жуков писал: «Конечно, ввод в бой частей, находящихся в стадии формирования, нельзя признать правильным, но иного выхода в то время у Ставки не было, так как пути на Сталинград прикрывались слабо».

На Сталинградское направление прибыли шесть стрелковых дивизий, сформированных на Дальнем Востоке.

Специальной комиссией произведена приемка командного пункта-бомбоубежища, построенного в Сталинграде по постановлению ГКО в откосе р. Царица на глубине 26 метров, который защищает от прямого попадания бомбы весом 1800 килограммов.

Газета «Новое слово», Берлин, писала:

«Взятие германскими войсками Ростова и их продвижение в прямом направлении на Сталинград вслед за падением Луганска означает для СССР потерю важнейших промышленных областей и столь же важных областей сельскохозяйственных. А для Советского Союза в его нынешнем положении жизненно необходимо не только сохранение последних, сильно истощенных сил Красной армии, но и сохранение промышленных районов. Потеря всей Украины, выход из строя ленинградской и московской промышленности, частично эвакуированной на восток, частично разрушенной в результате близости фронта, – нанесли уже смертельный удар оборонной промышленности Советского Союза…»

Советская 21-я армия нанесла контрудар с севера на Клетскую. 8-й армейский и 14-й танковый корпуса противника перешли к обороне.

Советская 1-я танковая армия нанесла контрудар из района Калача в северо-западном направлении. Продвижение фашистов на юг, вдоль правого берега Дона, было временно остановлено.

Командующим 64-й армией назначен генерал-майор М. С. Шумилов, его заместителем – генерал-лейтенант В. И. Чуйков.

На Сталинградское направление прибыли стрелковые дивизии: 204-я (полковник А. В. Скворцов), 321-я (подполковник А. И. Валюгин). Во время бомбардировки авиацией противника переправ у станицы Нижне-Чирская убиты заместитель командарма 62-й генерал-майор артиллерии Броуд и начальник оперативного отдела штаба армии подполковник Сидорин.

Командование Сталинградским фронтом отдало приказ Волжской военной флотилии подготовить корабли к артиллерийской поддержке сухопутных войск, не допустить переправы противника через Волгу, обеспечить коммуникации от Саратова до Астрахани и перевозку войск и воинских грузов через Волгу, а также противоминную оборону.

В результате контрударов 1-й и 4-й танковых армий план врага – окружить 62-ю армию и захватить переправы через Дон на участке Вертячий – Калач-на-Дону с целью дальнейшего марша на Сталинград – был сорван. Однако ликвидировать прорвавшуюся к Дону группировку врага и восстановить фронт обороны 62-й армии на участке станица Клетская – хутор Калмыков не удалось.

На Сталинградское направление прибыли 126-я (полковник В. Е. Сорокин) и 399-я стрелковые дивизии (полковник Н. Г. Травиков). По пути следования эшелоны 399-й дивизии подверглись бомбардировке вражеской авиацией, при этом дивизия потеряла убитыми и ранеными 675 человек.

В период катастрофического отступления Красной армии И. В. Сталин издал приказ № 227, прозванный в народе «Ни шагу назад», действовавший в течение всей войны и впервые опубликованный целиком лишь в 1988 году: «…Немецкие оккупанты рвутся к Сталинграду, к Волге и хотят любой ценой захватить Кубань, Северный Кавказ с их нефтяными и хлебными богатствами. Враг уже захватил Ворошиловград, Старобельск, Россошь, Купянск, Валуйки, Новочеркасск, Ростов-на-Дону, половину Воронежа. Часть войск Южного фронта, идя за паникерами, оставила Ростов и Новочеркасск без серьезного сопротивления и без приказа Москвы, покрыв свои знамена позором… Мы потеряли более 70 миллионов населения, более 800 миллионов пудов хлеба в год и более 10 миллионов тонн металла в год. У нас уже нет теперь преобладания над немцами ни в людских резервах, ни в запасах хлеба… Из этого следует, что пора кончить отступление. Ни шагу назад! Таким теперь должен быть наш главный призыв… Не хватает порядка и дисциплины в ротах, батальонах, полках, дивизиях, в танковых частях, в авиаэскадрильях. В этом теперь наш главный недостаток. Мы должны установить в нашей армии строжайший порядок и железную дисциплину, если мы хотим спасти положение и отстоять Родину. Нельзя терпеть больше командиров, комиссаров, политработников, части и соединения которых самовольно оставляют боевые позиции… Паникеры и трусы должны истребляться на месте… Командиры роты, батальона, полка, дивизии, соответствующие комиссары и политработники, отступающие с боевой позиции без приказа свыше, являются предателями Родины. После своего зимнего отступления под напором Красной армии, когда в немецких войсках расшаталась дисциплина, немцы для восстановления дисциплины приняли некоторые суровые меры, приведшие к неплохим результатам. Они сформировали более 100 штрафных рот из бойцов, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, поставили их на опасные участки фронта и приказали им искупить кровью свои грехи. Они сформировали далее около десятка штрафных батальонов из командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, лишили их орденов, поставили их на еще более опасные участки фронта и приказали им искупить свои грехи. Они сформировали, наконец, специальные отряды заграждения, поставили их позади неустойчивых дивизий и велели им расстреливать на месте паникеров в случае попытки самовольного оставления позиций и в случае попытки сдаться в плен… Не следует ли нам поучиться в этом деле у наших врагов, как учились в прошлом наши предки у врагов и одерживали потом над ними победу? Я думаю, что следует. Верховное Главнокомандование Красной армии приказывает:

1. Военным советам фронтов и прежде всего командующим фронтами:

а) безусловно ликвидировать отступательные настроения в войсках и железной рукой пресекать пропаганду о том, что мы можем и должны якобы отступать и дальше на восток, что от такого отступления не будет якобы вреда…

в) сформировать в пределах фронта от одного до трех (смотря по обстановке) штрафных батальонов (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины.

2. Военным советам армий и прежде всего командующим армиями:

… б) сформировать в пределах армии 3–5 хорошо вооруженных заградительных отрядов (до 200 человек в каждом), поставить их в непосредственном тылу неустойчивых дивизий и обязать их в случае паники и беспорядочного отхода частей расстреливать на месте паникеров и трусов…

в) сформировать в пределах армии от пяти до 10 (смотря по обстановке) штрафных рот (от 150 до 200 человек в каждой), куда направлять рядовых бойцов и младших командиров, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на трудные участки армии, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления перед Родиной…»

Между прочим, немцы напечатали приказ № 227 на листовках и во время Сталинградской битвы сбрасывали их с самолетов в качестве «пропуска» для сдачи в плен. Случаев, чтобы кто-то из наших солдат воспользовался этим «пропуском», не было.

Самсонов в 1987 году первым из советских военных историков возложил вину за весенне-летнее отступление 1942 года на Сталина: «…Тогда наше отступление на Юго-Западном направлении, к Волге и на Кавказ, уже тем более не было неизбежным. Но Сталин – опять Сталин! – посчитал, что гитлеровские войска главный удар нанесут на Западном направлении, как это было в 1941 году; соответственно были расположены и наши резервы. Вермахт между тем начал наступление на Юго-Западном направлении и прорвал оборону». И этим приказом Сталин перекладывал свою вину и свою некомпетентность на других. Усиление произвола и жестокости, политического гнета было призвано возместить эту некомпетентность. А между тем современная война немыслима без инициативы командиров всех уровней. Но именно ее и стремился уничтожить автор приказа.

Идея о заградотрядах была не нова. Она уже была изложена Сталиным в телеграмме всем фронтам от 12 сентября 1941 года. Возможно, он вспомнил опыт Гражданской войны, когда в Красной армии также широко применялись заградотряды, созданные по приказу Троцкого. Троцкий считал, что «нельзя вести массы людей на смерть, не имея в арсенале командования смертной казни. Надо ставить солдат между возможной смертью впереди и неизбежной смертью позади». Заградотряды во время Великой Отечественной войны были составлены в основном из энкаведешников. И они имели приказ стрелять в любого, кто отходил от передовой; их не волновало, что это, возможно, простая передислокация.

Точного учета штрафников в советской армии не было; современные историки полагают, что их было около полутора миллионов. Согласно положению о штрафных ротах, утвержденному Г. К. Жуковым 26 сентября 1942 года, пребывание в них определялось в 3 месяца, а фактически было много короче: многие погибали в первом же бою. Поражает в приказе также и спущенный Сталиным «план» по штрафникам. То есть никто еще не знает, сколько «паникеров и трусов» будет в ближайшем бою и будут ли они вообще, но количество штрафных батальонов и штрафников уже определено.

Президиум Верховного Совета СССР учредил ордена Суворова I, II и III степени, ордена Кутузова I и II степени (III степень была утверждена в феврале 1943 года) и ордена Александра Невского (для награждения командиров Красной армии за выдающиеся заслуги в организации и руководстве боевыми операциями и за достигнутые в этих операциях успехи). Орденом Суворова I степени под № 1 был награжден Г. К. Жуков. Всего орденом Суворова награждено более 7 тысяч человек, орденом Кутузова I степени – 669, II степени – 3325, III степени – 3328, орденом Александра Невского – 42 тысячи человек.

Продолжаются ожесточенные бои советских войск в районах юго-западнее Клетской, Цимлянской, Батайска и Азова.

ГКО принял постановление № 2121 «О вывозе электротехнического оборудования со Сталинградской эвакобазы Наркомэлектростанций».

Гитлер осознал наконец свою ошибку и приказал повернуть 4-ю танковую армию с кавказского направления на Сталинград.

На Сталинградское направление прибыла 208-я стрелковая дивизия (полковник К. М. Воскобойников), где вошла в состав 64-й армии. До этого дивизия выполняла задачи по обороне дальневосточных границ СССР.

После полной неудачи, постигшей советские войска во время первого этапа летнего немецкого наступления, когда в течение одного месяца были потеряны и промышленные районы Донбасса, и богатые сельскохозяйственные районы правобережья Дона, главной заботой советского командования стало отстоять Сталинград: и потому, что он был важным стратегическим пунктом, и потому, что носил имя Сталина. Поэтому, несмотря на тяжесть оборонительных боев, которые вели в излучине Дона наши войска, Ставка, не давая подкрепления сражающимся войскам, стала в то же время усиливать Сталинградский фронт. Только за 2 дня (31 июля – 1 августа) Сталинградскому фронту было передано 2 армии – 51-я с Северного Кавказа и 57-я из резерва Главного командования. 62-й и 64-й армиям были переданы на усиление 1-я и 4-я танковые армии. Таким образом, к началу августа, когда войска противника, подошедшие к внешнему обводу оборонительных рубежей Сталинграда с запада и юга, начали фронтальное наступление на город, вокруг него были сосредоточены значительные силы.

Войска немецкой 4-й танковой армии перешли в наступление в полосе 51-й армии, прорвали оборону советских войск и вышли в район Котельниковского, развивая далее наступление вдоль железной дороги Тихорецк – Сталинград. Противник пытался с ходу прорваться к Сталинграду с юго-западного направления.

Более 160 самолетов 8-й воздушной армии нанесли четыре удара по скоплениям войск и техники врага и переправам в районе Калача-на-Дону. В результате было уничтожено и повреждено свыше 30 танков, 150 автомашин, 50 повозок с боеприпасами, 3 орудия противника.

Ставка Верховного Главнокомандования издала директиву командующему и члену Военного совета Сталинградского фронта о создании заградительных отрядов.

Немецкая танковая армия нанесла удар по Сталинграду с юга. Германское командование ввело в сражение северо-западнее Сталинграда 8-ю итальянскую армию.

В бою под Сталинградом погиб 50-летний контр-адмирал Борис Владимирович Хорошхин (1892–1942), заместитель командующего Волжской военной флотилией.

После появления приказа № 227, подписанного Сталиным 28 июля и зачитанного по войскам 29 июля, все советские газеты заговорили о «железной дисциплине», о том, что «враг не так уже силен, как это кажется иным перепуганным паникерам», «нужно, чтобы советские воины были готовы скорее погибнуть смертью героев, чем отступить от исполнения воинского долга перед родиной». 1 августа «Красная звезда» добавила мрачную и до сих пор не предававшуюся гласности деталь к уже известной истории 28 панфиловцев: «Вспомним, как 28… героев-гвардейцев расправились с одним презренным трусом. Не сговариваясь, панфиловцы одновременно выстрелили в изменника, и в этом священном залпе прозвучала их решимость не сойти с рубежа, бороться до конца». Газета также напоминала о герое Гражданской войны Щорсе, одним из правил которого было: «Боец, вышедший из боя без приказания командира, расстреливается, как за измену».

В отличие от первых месяцев войны, когда советские сообщения носили чрезвычайно уклончивый характер, сводки Совинформбюро, публиковавшиеся с первых чисел августа и осенью 1942 года, были, можно сказать, продуманно жестокими в своей откровенности.

Гитлеровские войска вели наступление на Сталинград по двум направлениям: с северо-запада (из района Вертячий – Калач) и юго-запада (из района Аксая). Ширина Сталинградского фронта возросла до 800 километров. Боевой состав Сталинградского фронта достиг 9 армий (21, 51, 57, 62, 63, 64, 1 и 4-я танковые и 8-я воздушная).

Передовые части 4-й танковой армии, которую 31 июля германское командование вновь вернуло под Сталинград, вышли к Котельниковскому (город к югу от Сталинграда, ныне Котельниково) и оккупировали его. Немцы захватили Котельниковский столь внезапно, что эвакуировать удалось лишь около трети населения, притом в ужасных условиях. Многие погибли от бомб на железной дороге или от пулеметного обстрела на шоссе; значительная часть скота, который перегоняли в астраханские степи, тоже погибла во время налетов. Вообще стремительное немецкое наступление лета 1942 года вызвало новую волну поспешного бегства и эвакуации населения. Центральные области России, расположенные по Волге, были осаждены сотнями тысяч беженцев, часть из которых продолжила путь в Среднюю Азию. Двигались эшелоны со станками, сырьем, горючим, с людьми. Но многие города и селения были брошены местной властью на произвол судьбы. Были случаи, когда враг приходил только через несколько дней после того, как власти – советские и партийные – покидали города. В руки оккупантов попадали заводы, фабрики, склады, продукты, скот, горючее, архивные документы, ценности, гражданское население и раненые в госпиталях.

К вечеру передовые части 4-й немецкой танковой армии вышли к р. Аксай и начали развивать наступление на Абганерово и Плодовитое.

Для уничтожения прорвавшейся в район Котельниковского неприятельской группировки создана и вступила в бой оперативная группа в составе 157, 138, 29-й стрелковых дивизий, 154-й морской стрелковой и 6-й танковой бригады под командованием генерал-лейтенанта В. И. Чуйкова.

Вышел приказ Народного комиссариата обороны № 00162 о формировании 1-й авиационной бригады по перегонке самолетов, поступающих в СССР по ленд-лизу. Согласно приказу Военный совет Сталинградского фронта направил в бригаду один авиаполк.

Приказом Ставки Верховного Главнокомандования сформировано управление Юго-Восточного фронта. Командующим назначен генерал-полковник А. И. Еременко.

Продолжались оборонительные бои войск Сталинградского фронта в районах восточной излучины Дона и у Котельниковского с 6-й полевой и 4-й танковой армиями противника.

Командир эскадрильи 208-й истребительной авиационной дивизии капитан Т. А. Войтаник в воздушном бою, спасая ведомого, атакован двумя немецкими истребителями, одного из них таранил. Вражеский самолет рухнул на землю. Капитан Войтаник спасся на парашюте.

На ликеро-водочном заводе организован цех по розливу беззапальной огнесмеси.

На фронте развернулись упорные танковые бои, но попытка противника внезапного танкового прорыва к Сталинграду потерпела неудачу.

После неудачных боев в районе Котельниковского группа В. И. Чуйкова отошла на северный берег р. Аксай, где организовала оборону на участке Городской – Тингута. Группа введена в состав 64-й армии.

Ставка разделила Сталинградский фронт на Сталинградский (под командованием В. Н. Гордова) и Юго-Восточный (под командованием генерал-полковника А. И. Еременко) фронты (28 сентября они были переименованы соответственно в Донской и Сталинградский фронты). 9 августа Ставка подчинила командующему Юго-Восточным фронтом Сталинградский фронт, передала в его распоряжение Волжскую военную флотилию, а 15–16 августа – Сталинградский военный округ и Сталинградский корпусной район ПВО.

Среди рабочих Сталинграда организовано соревнование за выполнение ежедневной нормы на 200 и более процентов.

4-я танковая армия немцев, развивая наступление вдоль железной дороги Тихорецк – Сталинград, вышла на рубеж оз. Цаца, Плодовитое, Абганерово, раз. Капкинский, Жутово и далее по южному берегу р. Аксай.

Немецко-фашистские войска атакуют левый фланг 64-й армии на участке Абганерово, Тингута, оборонявшемся частями 126-й и 38-й стрелковых дивизий. К 10 часам группа немецких танков (около 70) прорвалась в стыке между дивизиями и вышла в район разъезда 74-й километр. Наступавшая за танками вражеская пехота была остановлена.

Группа прорвавшихся танков, контратакованная частями 13-го танкового корпуса, к середине дня с большими потерями была отброшена за передний край. Противник предпринял еще ряд атак, которые перемежались с авиационными налетами. В 16:25 противник перешел в атаку из района селения Плодовитое в направлении на разъезд 74-й километр. Прорвав фронт обороны 38-й стрелковой дивизии, противник к исходу дня вновь занял разъезд 74-й километр и продвинулся далее на северо-восток к ст. Тингута. Дальнейшее проникновение противника в глубину советской обороны было приостановлено.

Морские пехотинцы, защищая подходы к Дону, уничтожили более 200 фашистов и 7 танков. Командир батальона 154-й морской стрелковой бригады старший лейтенант И. Н. Рубин за этот бой стал первым кавалером ордена Александра Невского.

Командир авиазвена старший лейтенант М. Д. Баранов в бою с 25 фашистскими истребителями и бомбардировщиками сбил 4 самолета.

Утром 6-я полевая армия под командованием генерал-лейтенанта Ф. Паулюса, получив значительные подкрепления и имея перевес сил в четыре раза, возобновила наступление. После жестоких и кровопролитных боев советские войска оставили разъезд 74-й километр, что в 35 километрах южнее Сталинграда.

Сталинградский комитет обороны обязал строительные организации города соорудить на оборонительных рубежах дополнительно 620 огневых точек.

Во время штурмовки позиций противника в районе разъезда 74-й километр самолет командира авиаполка майора В. В. Землянского был подожжен огнем зенитной артиллерии врага. Майор Землянский направил горящий самолет в колонну танков и автомашин врага.

51-я армия в результате тяжелых боев на Дону в районе Цымлянская – Николаевская под натиском превосходящих сил врага отошла на рубеж Ново-Сальский – Нововеселый.

Совинформбюро сообщило о боях «к северу от Котельниковского». Это означало, что немцы крупными силами форсировали Дон и ведут наступление на Сталинград с юга.

Гитлеровцы провели ряд сильных атак на участке Генераловский – Заливский, обороняемом частями 157-й стрелковой дивизии. Но все попытки прорвать нашу оборону успехом не увенчались. В этот день части 157-й стрелковой дивизии уничтожили до двух батальонов пехоты 1-й румынской дивизии, пытавшихся вклиниться в нашу оборону в районе балки Попова.