Текст книги "Невесты вампира"

– Нет, – ответил ему Гном, как ни странно, немного успокоившись.

– И они не знают, – напомнил Майк. – Две новые жертвы для их тупого маньячного дела! К тому же Мира говорила, что они представятся журналистками, которые пишут статью об этой Алле. Убийцы же понимают, что в редакции девушек будут искать. А это для преступников опасно. Они хотя бы несколько минут должны потратить на то, чтобы решить, что с нашими девчонками делать. И… Кстати, Гном, а кто такие эти «они»? Ты сказал, их двое…

– Вы слепые, что ли? – тут же снова возмутился хакер. – Просто фото можно в Интернете посмотреть. Сейчас кину. И статью. Игнатов был женат на этой Алле. Его похороны. У гроба рыдают жена и двое приемных детей. Майк, двое! Сестра и брат!

– Я понял, – угрюмо ответил Майк. – Она работает в лаборатории. Она сама находила жертв по их анализам, возрасту, выбирала адреса.

– Помнишь, Лиза говорила, – вмешался в их разговор Шерлок, прекрасно зная, что его услышит и Гном. – Там, где похитили Надю? Последнюю жертву? Лиза сказала, что преступник встретил девушку в сквере. И она его не испугалась.

– Похищала тоже сестра? – понял майор.

– И убивала тоже, – угрюмо достроил логическую цепочку Майк. – Мы можем ехать быстрее? Гном? Ты еще что-то узнал?

– Этот брат, – похоже, хакер так и не расстался с ноутбуком или, пока ехал в такси, искал нужные данные в Интернете через смартфон, – он работает, угадай кем?

– Давай мы потом викторину устроим, – напряженным тоном предложил ему брат. Шеф агентства, похоже, смог успокоить коллег и полицию, но только не самого себя.

– Он гример в театре юного зрителя, – послушно сам ответил на свой вопрос Гном. – Мне навигатор показывает, что я буду на месте через тринадцать с половиной минут. А вы?

– Мы будем там раньше, – почти прорычал в трубку Майк. – Мы с полицией. Так что ты там особенно не геройствуй. Увидимся.

И он отключил вызов. И тут же уставился на свой аппарат. На самом деле он понимал, что ни Лиза, ни Мира не позвонят. Но вдруг… Он все еще хотел верить в чудо. Конечно, девушек, скорее всего, прямо сейчас не убивают… Но там же с ними сейчас насильник! И это заставляло Майка нервничать и злиться.

– Мои эксперты уже почти не отстают от твоей команды, детектив, – глядя на экран теперь уже своего смартфона, сообщил удовлетворенным тоном майор. – Итак, Алла Игнатова, актриса сорока девяти лет.

– Странно, – удивился Шерлок. – Девчонки сообщали, что ей сорок три.

– Было давно, – усмехнулся полицейский. – Ребята! Мы уже выехали из города! Успеем! Так вот, про Аллу. Возможно, она просто какой-нибудь тридцатый юбилей по женской забывчивости раз шесть отметила. Они любят скрывать возраст. Важно не это. Важно, что в восемнадцать лет она вышла замуж и сменила фамилию. Была Скворцова, стала Просоловой. И такая же фамилия у ее дочери. Лариса Сергеевна Просолова, тридцать лет. А вот потом… данных о законном браке нет, но есть свидетельство о рождении второго ребенка. Аркадий Васильевич Кольщиков, ему двадцать четыре года. И только двенадцать лет назад Алла третий раз выходит замуж и становится Игнатовой. Тогда же почти берет и сценический псевдоним. Старкова.

– Мира сказала, – выслушав все это без комментариев, сказал Майк, – что Алла ушла из театра, даже не дождавшись конца сезона. Год назад. Ходили слухи, что она больна. Возможно, онкология.

– Вот это я пока не знаю, – признался майор. – А это важно?

– Да. – Шерлок немного обеспокоенно смотрел на своего шефа, как Майк постоянно вертит в руках телефон, как он, весь напряженный и нервный, смотрит в окно, то в боковое, то вперед. Ему сейчас явно не до разговора. – Мы все не можем понять, зачем этой парочке кровь. Был вариант, что это какое-то полумистическое лечение. Так вот, похоже, им есть кого лечить. Потому они и жертв потом под мать одевают и красят. Ведь ее спектакль «Невеста вампира» был для самой Аллы важен.

– Спектакль определяет и возраст жертв, – напомнил Майк. – Мире двадцать восемь, Лизе двадцать шесть… Но когда добыча приходит сама, уже не до мелочей. Хотя… Группа крови измениться не может. Значит, они оставят девчонок в живых, пока не проверят их анализы. Евгений Дмитриевич, вы могли бы кого-то отправить в лабораторию? Если Лариса вдруг успеет уехать туда…

– Сейчас. – Майор тут же стал искать нужный контакт в смартфоне. – Еще минут пять, и мы на месте.

Майк даже не кивнул в ответ.

Сознание Миры «включилось» на том же моменте, на каком и выключилось. То есть на пике паники из-за проблем с дыханием. И девушка, даже еще не открыв глаза, подалась всем телом вперед, будто стараясь таким образом вобрать в себя жизненно необходимый воздух. Долгий вдох прозвучал в ее собственном понимании слишком громко, но главное, способность дышать все же вернулась! Мира еще пару раз вдохнула и выдохнула, давая успокоиться мозгу. И сразу привычно быстро проанализировала ситуацию. Ее вырубили каким-то хитрым способом. Скорее всего, пережали сонную артерию. И теперь… Мира поняла, что она где-то лежит. На чем-то твердом. Еще она ощутила холод металла на правом запястье, к тому же эта рука была неудобно поднята вверх. Наручники. А на второй руке почему-то немного болел крохотный участок на сгибе локтя. Так же девушка поняла, что руке немного прохладно. Похоже, ей зачем-то задрали рукав. Укол! Вот на что все это было похоже.

Мира вновь прислушалась к своим ощущениям. Ничего нового. Думает она по-прежнему быстро и логично, шум в ушах, головокружение и прочее-прочее отсутствуют. Тогда что ей ввели?

Девушка подумала, что надо было бы открыть глаза, но… Впервые в жизни она пожалела, что не использует такой женский фокус, как накладные ресницы. Сейчас из-под них можно было бы незаметно осмотреться. Ну да ладно. Мира все же чуть-чуть приоткрыла глаза и быстро окинула взглядом все вокруг.

Она была в помещении. Судя по всему, полулежала на полу. Рука на самом деле была пристегнута наручниками к батарее, а затылок упирался в стену. Перед девушкой стоял диван, спинка его закрывала остальной обзор. Рядом была Лиза. А где-то там, в другой стороне, за диваном, разговаривали двое.

– Ты как? – чуть слышно спросила ее вдруг экстрасенс.

– Нормально, – так же шепотом ответила Мира. – А ты?

– Он меня ударил, – не похоже, чтобы Лиза жаловалась, скорее, была возмущена.

Аналитик все-таки открыла глаза нормально и повернулась к коллеге. Следов крови на одежде девушки заметно не было. Сидела Лиза не так удобно, как Мира, спиной девушке пришлось упираться в батарею. Прическа у экстрасенса была слегка растрепана, зрачки расширены от страха, но все-таки Лиза чуть улыбнулась.

– Она взяла у нас кровь на анализ, – сообщила экстрасенс. – Теперь они спорят, что с нами делать.

– Подождем. – Мира тоже чуть улыбнулась, она старалась говорить уверенно, чтобы успокоить приятельницу. – Наши знают, куда мы поехали. Скоро нас найдут. Тянем время.

– Я успела подать сигнал тревоги Гному, – ответила Лиза.

– Хорошо, давай послушаем, – предложила ей аналитик.

А разговор хозяев этого дома уже переходил на повышенные тона.

– Тогда ты могла их сразу убить! – заявил мужской молодой голос, как-то капризно, с какими-то детскими обиженными нотками. – А так… тебе жалко, что ли! Они от этого не испортятся.

– Да замолчи ты уже! – уже знакомый женский голос с некоторой хрипотцой и странной манерой произносить слова почти без интонаций, речитативом. – Тебе бы только трахнуть кого-то. Они могут быть нам полезны. Если кровь подойдет.

– А если нет, – упорствовал мужчина. – Ты же их все равно убьешь. Так я могу пока…

– О чем ты думаешь? – Кажется, он смог вывести из себя даже ее. – Мама почти вылечилась, еще немного, и она снова будет молодой! Лишняя процедура очень нужна. Мы получим сразу много крови, от них и той, которая была раньше. Надо просто быстро это решить. Я приеду через пару часов.

– Я пока с ними сделаю это, – упрямо заявил ее собеседник. – Маме от этого хуже не будет. Кстати, ты ее успокоила? Она же может их увидеть!

– Я дала маме успокоительное, – женский голос стал еще более ровным. – Она всполошилась, когда услышала, что они журналистки. Но скоро она уснет. Я ее заперла. Не подходи к ним. Я быстро. И закрой за мной. Смотри за мамой.

– Да-да, – устало и раздраженно откликнулся мужчина. – Только уезжай уже. Ты мне надоела.

Они удалялись, явно продолжая спорить.

– Черта с два он нас не тронет, – садясь прямее, сообщила Мира Лизе.

– Но что нам делать? – Лиза поморщилась, чуть склоняя голову то вправо, то влево. – Надо как-то… отпугнуть его.

Мира кивнула, напряженно размышляя. Этот парень явно моложе женщины. Брат? Странно. Эта актриса в театре, Эльвира, рассказывала им о дочери Аллы. Только о дочери. Почему не было ни слова о втором ребенке? И этот детский капризный тон… Плюс навязчивое сексуальное желание. Похоже, мальчик нездоров.

Пока девушки переговаривались, дочь Аллы успела отъехать от дома, что было слышно через окно. А вот ее брат… Его почти не было слышно. Лиза явно нервничала, Мира просчитывала дальнейшие действия. Оказалось, он ходит очень тихо. Видимо, любит подкрадываться. Его приближение выдал только тихий скрип половицы. Совсем рядом с диваном.

Аналитик резко подняла глаза, и тут же мужчина вывернул из-за угла дивана. Он был высоким, худым, казался каким-то хрупким. Это впечатление усиливал и его наряд. Приталенная куртка, узкие джинсы, какой-то яркий платок на шее.

– Привет, подружка! – нагло улыбнулась ему Мира.

– Что? – этого хватило, чтобы выбить его из колеи. Он растерялся. На его лице, довольно тонком и красивом, появилось странное выражение растерянности и обиды одновременно.

– А! – как ни в чем не бывало продолжала аналитик. – Ты вроде бы мужского пола. Да? Не сразу сообразила по твоему прикиду.

– Сейчас по-другому сообразишь! – Он усмехнулся с некоторой бравадой и смешно дернулся, будто собирался расстегивать ремень или ширинку.

– Уверен? – с нескрываемым сомнением переспросила Мира.

– Тут никого нет, – напомнил он. – И я могу спокойно сделать «это самое» с вами обеими. Вам понравится.

– Вот уж вряд ли, – пробурчала Лиза. У нее не получалось выглядеть нагло и не бояться, но угрюмый тон отлично вписался в запланированный Мирой сценарий.

Чтобы поддержать приятельницу и дать ей понять, что все идет правильно, Мира обернулась к экстрасенсу и подмигнула ей.

– Прикинь? – нарочито язвительно спросила она Лизу. – Он реально считает, что нам может с ним понравиться.

– Им всем нравилось, – с ожидаемой детской обидой заявил парень.

– Кому? – тон у Миры был просто издевательский. – Тем девчонкам, которых твоя сестра грохнула? Так они же были в отключке.

– Я был с ними осторожен, – поделился молодой человек и шагнул еще ближе. Опаснее было то, что он реально расстегнул ширинку.

– Только им от этого легче не было. – Мира старалась не запаниковать и не выйти из роли. – Они ничего не чувствовали. Или ты такой идиот, что считаешь, если тебе нравится, то и им тоже?

Он резко выпрямился, в глазах мелькнула злость.

– Я не идиот! – выпалил он. – Я умный.

– Умные такой ерунды не говорят, – снова буркнула Лиза. – И девушек в бессознательном состоянии не насилуют, чтобы потом еще и врать, что девчонкам нравится.

– Но им нравилось! – У парня точно не всего в мозгах хватало, и поведение было детским. – Другим же нравилось! Тем, кто был до этого.

– Каким еще другим? – это немного сбило Миру с толку.

– Тем, из клуба, – стал пояснять он. – Они были все красивые.

– Ты… – аналитик быстро пыталась просчитать новые данные, – ты ходил раньше в клуб, и там тоже были девушки. И им с тобой нравилось… Они тоже попадали к вам с сестрой?

– Нет, – отмахнулся парень. – Тогда мама была красивая и молодая. Она мне все разрешала. И давала лекарство для девушек. И им нравилось со мной!

– Лекарство! – Мира усмехнулась. Похоже, этот придурок кормил девчонок наркотиками, а потом тоже их насиловал. – Мама, говоришь, разрешала. А сестра? Запрещает?

– Она дура, – отмахнулся молодой псих. – Она ничего не понимает. И не дает…

– Она не дает тебе спать с другими девушками или… – от такой мысли аналитика просто замутило. – Или не разрешает спать с ней?

– Не разрешает, – кивнул он. – А с другими можно, только когда мы их привозим к маме. Но это недолго. А я всегда хочу! Мама почти выздоровела, снова станет красивой, будет играть. И все мне разрешит!

– И денег на лекарство даст, – задумчиво кивнула Мира и зло выдала: – Какой же ты урод все-таки и придурок!

Он даже отшатнулся, не ожидая от нее такого. Но тут же его глаза зло сузились, он поджал губы и как-то смешно сжал кулачки.

– Не смей! – сорвался парень на крик. – Я умный и красивый!

– Ты моральный урод, – перевела для него аналитик, не скрывая презрения. – А чтобы девчонок трахать, когда они без сознания, тоже много ума не надо.

Парень подскочил и ударил Миру носком ботинка по ноге. Девушка с трудом подавила вскрик. Она заставила себя улыбнуться еще шире, наглее и злее.

– Реально больной придурок, – продолжила она. – Говоришь, умный? Это тоже мама сказала? Если так, то попробуй немного своими мозгами пошевелить. Все девушки, которых ты изнасиловал, были без сознания. Они не двигались. Но мы-то можем. И ты думаешь, мы не будем сопротивляться?

– И что? – Похоже, он на самом деле не понимал.

– А то, – пояснила Мира. – У тебя ничего не получится. Понимаешь, ты не сможешь… не встанет у тебя, урод!

– Я всегда могу! – Он даже подпрыгнул на месте и замахал в воздухе кулаками. – Я же хочу!

– Тебя не хотят, дебил, – внесла ясность в разговор Лиза. – Отвали.

Он еще постоял, глядя на них обиженно и зло, потом вдруг развернулся на месте и куда-то пошел.

– Он послушался? – Лиза сама не верила в то, что такое возможно.

– Конечно, нет. – Мира снова постаралась усесться удобнее. – Надеюсь только, что он не притащит нож.

Парень вернулся. Оружия в руках у него не было, и обе девушки, не скрывая, вздохнули с облегчением. Он принес ключи от наручников.

– Я все могу, – заявил молодой псих. – Ты!

Он снова ткнул Миру ногой.

– Ты сейчас увидишь, – пообещал он. – Я возьму ее. Ты все увидишь! И она сама скажет, что я красивый. Ей понравится.

И он нагнулся вперед, собираясь отстегнуть наручники. Мира, не раздумывая, свободной рукой изо всех сил приложила его по спине. Парень вскрикнул от неожиданности, а еще, похоже, от испуга. Но тут же чуть повернулся, занося кулак над головой девушки. Лиза врезала парню по коленкам. Он начал падать вперед, вытянув руки. Экстрасенс инстинктивно отклонилась в сторону, чтобы даже случайно не дать ему коснуться себя. Мира, наоборот, решила атаковать и снова двинула ему по спине, да так, чтобы он пролетел вперед быстрее и с большей скоростью. Одна рука его скользнула по ребру батареи, парень зашатался, будто завис на крохотное мгновение, а потом врезался в батарею лбом. И тут же обмяк, сполз между девушками на пол.

– Есть! – Мира удовлетворенно улыбнулась.

– Мира… – Лиза испуганно смотрела на бесчувственное тело. – И что теперь нам делать?

– Выбираться отсюда к чертовой матери, – почти радостно известила ее коллега. – У него были ключи в руках.

– Они упали. – Экстрасенс судорожно ощупывала пол где-то рядом со своим бедром. – Вот они!

Она потрясла находкой в воздухе.

– Открывай! – велела Мира, сама пытаясь нащупать у парня пульс.

– Я спрашивала, – возясь с замком, уточнила Лиза, – что мы будем делать, если он… если мы его убили? Вон, тут кровь…

– Из ран на голове всегда много крови, – деловито пояснила ей приятельница. – Жив он. Дышит, и пульс чувствую. Только лоб рассек. Ну, может, легкое сотрясение.

– Было бы что трясти, – как-то рассеянно заметила экстрасенс. – Все!

Наручники звякнули и раскрылись. Лиза тут же вскочила, собираясь бежать неизвестно куда.

– Стой. – Мира тоже поднялась на ноги и стала поправлять задранный рукав. – Ты куда так резво? Надо его пристегнуть теперь, а то он быстро оклемается.

– Держи! – Экстрасенс передала ей ключи. – Его сестры нет. Я пойду искать Надю.

– А! – получился этот возглас у аналитика немного смущенно. Она напрочь забыла об еще одной пленнице и вообще о том, что все агентство вписалось в это дело именно ради Нади. И теперь ей стало немного стыдно. – Ну… я тогда пока его пристегну… Где-то тут наши вещи, их найти надо… И в полицию звонить!

– Давай! – Лиза чуть размяла ноги, которые затекли от неудобного сидения на полу, улыбнулась. – Знаешь… К черту фигуру, к черту мужиков. Выберемся отсюда и… хочу бургер, шаурму и удон!

– Круто! – Мира пристегнула неудавшегося насильника к батарее. – Только… тебе, вообще-то, здоровый образ жизни на пользу. Ты его хорошо ногой приложила. Фитнес тебе в помощь!

– Есть я хочу больше, чем махать ногами, – весело сообщила экстрасенс. – Я пошла.

Аналитик лишь кивнула в ответ, задумчиво осматривая комнату, надеясь увидеть их сумочки и хоть какой-то телефонный аппарат.

Теперь картинка сложилась полностью. Мира поняла, что их с Лизой скрутили на крыльце и быстро заволокли сюда, в гостиную. Девушка на всякий случай еще раз проверила пульс у теперь уже их пленника, а заодно выглянула в окно. Ну да, вход в дом совсем рядом. А тут… Декор гостиной был каким-то… необычным.

Голые беленые стены. Пол тоже голый, правда, покрыт дорогущим паркетом. Справа камин. Массивный, отделан мрамором, может быть, даже натуральным. На каминной полке старинный подсвечник и что-то, похожее на антикварную пепельницу. А вот над камином висит огромный портрет. Мира узнала изображенную на нем женщину. Конечно, это хозяйка дома – Алла. С высокой искусной прической, в алом платье в пол, с просто немыслимым декольте. Фасон явно старомодный, под девятнадцатый век. Наверняка очередной сценический образ.

Мира развернулась. Слева от окон с тяжелыми бордовыми портьерами, похожими на театральный занавес, стоял тот самый диван с изогнутыми ножками и резными позолоченными подлокотниками. Оббит диван, как и два похожих на него кресла, был, опять же, бордовым плюшем с рисунком в виде гербовых лилий, подозрительно похожих на королевские французские.

А в дальней части этого помещения стоял длинный стол, покрытый белоснежной скатертью. К нему были придвинуты стулья. Точно такие же стулья нещадно резали в фильме по роману Ильфа и Петрова. Посреди стола красовался еще один массивный подсвечник и ваза с фруктами. Мира почему-то не сомневалась, что эти апельсины-яблоки бутафорские.

Невольно появилась мысль, что эта безумная семейка превратила свой дом в склад декораций к спектаклям матери. Вот только в этом театральном музее нигде не наблюдались сумочки Лизы и самой Миры.

Девушка решила подняться наверх, на второй этаж, и поискать там. Ее уже почти не удивила лестница с коваными перилами и белесыми, почти зеркальными ступенями, каждая из которых по краю была отделана позолотой. Не удивляли уже и развешанные по стенам небольшие картинки, где были изображены сцены из все той же театральной жизни.

Второй этаж напоминал не частный дом, а дорогой отель. Справа массивные двойные двери, опять же белые и с позолотой. Они как будто бы вели в номер люкс. Влево уходил коридор с красными дорожками, афишами, хрустальными люстрами и бра. И там виднелись четыре двери поскромнее. В небольшом холле на куске все той же красной дорожки стояли пара стульев и высокий журнальный столик – круглая столешница на длинной ножке. И вот тут-то и лежали сумочки бывших пленниц.

Мира радостно кинулась вперед и чуть не упала, споткнувшись о край этой самой дорожки. Восстановив равновесие, девушка дотянулась до своего добра, нашла-таки в сумочке свой смартфон и тут же набрала номер полиции.

– Алло, – ожидаемо устало прозвучало в трубке.

– Здравствуйте. – Мира старалась говорить решительно, чтобы донести до диспетчера важность своего сообщения. – Пожалуйста, срочно пришлите наряд полиции…

Сзади раздался какой-то шорох, будто чьи-то шаги. Девушка резко обернулась, с испугом подумав, что младший хозяин этого дурдома все-таки как-то умудрился освободиться или, еще хуже, вернулась его сестричка. Но сзади никого не было.

– Алло! Девушка! – довольно громко позвали ее из телефона. – Что там у вас происходит? Адрес у вас какой?

Диспетчер говорила с ожидаемым усталым раздражением.

– Адрес, – послушно стала диктовать Мира. – Коттеджный поселок «Новая даль», улица Луговая, дом шесть…

Шорох повторился, причем теперь он звучал громче, где-то совсем рядом. И что особенно не понравилось аналитику, шаги были… такие, будто кто-то не просто идет, а именно подкрадывается. Но никто по-прежнему не появлялся. Мира занервничала, отошла от столика ближе к лестнице, чтобы не пропустить возможную опасность. И снова никого…

– Девушка! – буквально кричали в телефон. – Что там у вас происходит? Полицию почему вызываем?

Теперь даже сквозь привычное раздражение в голосе диспетчера звучало нормальное человеческое беспокойство.

– Тут… – аналитик собралась с мыслями. – Похищение, попытка убийства и попытка изнасилования.

Конец фразы девушка произносила с некоторым мстительным удовлетворением. Понятно, что убийца тут сестричка, но и ее недоумка-братца очень хотелось наказать по закону. Шорох прозвучал снова. Громкий, совсем рядом… И теперь шаги сопровождались… стуком. Методичным и настойчивым. Мира чуть не выронила телефон. Почему-то было страшно.

– Тут еще кто-то есть, – почти шепотом сказала она диспетчеру в трубку и отключила вызов.

Кто-то упорно рвался в коридор из-за тех самых двустворчатых дверей, так похожих на вход в номер люкс. С учетом ненормальности всего этого дома незнакомец за дверью пугал уже самим фактом своего существования. Но…

Мира выдохнула с облегчением. Она, к своему стыду, снова забыла о Наде. Лиза же пошла искать девушку по первому этажу. А ведь вполне возможно, что похищенная последняя жертва именно здесь. Тела жертв находили в довольно нормальном состоянии, без следов побоев, так, может, девушек держали не в каком-то там подвале, а здесь, наверху?

– Надя? – приблизившись к дверям, позвала Мира. – Ты здесь?

В дверь с той стороны стали колотить еще яростнее. Наверное, пленница как-то смогла избавиться от наручников, услышала, что в доме что-то происходит, и теперь надеется выбраться.

– Сейчас! – громко крикнула аналитик. – Я сейчас открою дверь. Подожди буквально минуту!

Стук в дверь тут же прекратился. Мире даже показалось, что пленница отошла от входа подальше. Девушка чуть улыбнулась, довольная тем, что сможет искупить свою небольшую вину перед Надей за то, что забыла о пленнице, и теперь сама ее освободит.

Под массивной покрытой позолотой ручкой прятался обычный шпингалет. Ну, разве что более мощный, чем простой оконный. И прилегал он плотно. Мира чуть навалилась на дверь, чтобы проще было отодвигать защелку. Пара минут возни, и ей это удалось. Девушка открыла дверь, даже чуть распахнула ее, чтобы Надя лучше могла видеть путь к свободе.

Внутри было темно. Окна занавешивали… те самые розовые шторы. Те, которые шевелились, когда Мира с Лизой только подъехали к дому. Сейчас шторы были задвинуты. Полумрак получился плотный и какой-то… пугающий. И в нем выделялась огромная кровать, занимающая почти все пространство комнаты. Царская кровать с балдахином. Судя по всему, рядом с этой кроватью стояло еще и массивное кресло, а заодно и туалетный столик. Когда дверь открылась и лучи солнца попали внутрь, вся эта мебель стала поблескивать золотом. Снова тот же стиль… И это мгновенно насторожило Миру. Как и тот факт, что плененная девушка не рвется сейчас почему-то прочь из комнаты. Точнее, Нади тут аналитик вообще не видела. Спряталась за дверью? Но… Девушка почувствовала страх. Какой-то суеверный, липкий, гадостный. Такой бывает, когда смотришь фильм ужасов, где вот-вот должен впервые показаться какой-нибудь монстр и напасть на главную героиню. Именно в ожидании появления монстра и рождается этот самый страх…

Мира инстинктивно шагнула обратно в коридор, но при этом все еще продолжала напряженно обшаривать глазами эту странную комнату. Кровать, еще и шкаф, там далеко у окна, кресло… туалетный столик и… отсутствие зеркала! Почему-то эта новая деталь испугала девушку еще больше. Мира отступила еще дальше, полностью спрятавшись за дверью. Она уже собиралась закрыть комнату обратно, когда краем глаза заметила движение там, в полумраке.

Какая-то фигура будто отделилась от боковины шкафа, к которому явно прижималась раньше. Силуэт, к счастью, точно человеческий, приближался к двери мелкими шажками. И ожидавшей его в дверном проеме Мире такое плавное движение казалось пугающе неестественным, будто некто выплывает вперед.

Фигура добралась до середины комнаты, и теперь можно было понять, что это невысокая худенькая женщина. Лица пока было не разглядеть, а волосы… Аналитик нахмурилась. Голова незнакомки казалась какой-то слишком маленькой… и будто бы на ней чего-то не хватало. Наконец незнакомка в комнате шагнула еще ближе и будто застыла в лучах света, льющихся из коридора, давая себя рассмотреть.

Мира закрыла рот руками, чтобы подавить самый настоящий крик ужаса. Хрупкое ненормально худое тело одето в вечернее летящее легкое платье с подолом в пол и почти неприличным декольте. Тонкие руки, похожие на птичьи лапки, украшены кучей браслетов и колец, на иссушенной груди красуется массивное колье. Голова… и правда какая-то слишком маленькая, вся, как и шея и грудь, покрыта струпьями. Волос почти нет, только несколько жидких прядей, торчащих кусками, неприятно желтых, свисают на плечи и лоб. А лицо… покрыто несколькими слоями тонального крема, как посмертная маска, на скулах видны затемнения. Видимо, румяна. Глаза почти без ресниц, но намазаны тенями, а самое страшное – губы. Неестественно пухлые, яркие, просто кроваво-алые. И сейчас этот монстр растягивал их в какой-то жуткой ухмылке. Причем зубов во рту почти не было.

Эта ужасная женщина вытянула руки вперед и теперь уже решительно шагнула ближе. Мира тут же отпрыгнула назад и захлопнула дверь. Из комнаты донесся истошный вопль, пусть и приглушенный теперь преградой. Аналитик уже собиралась бежать отсюда без оглядки, когда сообразила, что монстр может выбраться в коридор. Девушка навалилась на дверь, по которой теперь уже молотили с той стороны кулаками, и дрожащей рукой стала задвигать тугую защелку. Ей это удалось, пусть и не с первой попытки. Все еще трясясь от ужаса и омерзения, Мира широко шагнула назад.

Каблук ботинка зацепился за что-то. Скорее всего, опять за край неровной красной дорожки. Мира споткнулась и на этот раз все же потеряла равновесие. Девушка понимала, что точно упадет, и попыталась все-таки как-то сгруппироваться. А еще взмахнула руками, задев при этом один из стульев. Казавшийся тяжелым предмет мебели дрогнул и тоже почему-то начал падать. А Мира уже была на полу, приложившись о твердую поверхность всей спиной и затылком. Стул, как казалось, очень медленно падал сверху. Стараясь уберечь лицо, девушка отвернула голову вбок и зажмурилась. Стул рухнул, хорошо приложив Миру по виску, и она второй раз за последний час потеряла сознание.

Гном просто пулей вылетел из такси, пронесся по двору дома Игнатовых, так ловко обходя собравшихся здесь полицейских, что ему точно мог бы позавидовать любой игрок какой-нибудь футбольной или бейсбольной сборной. Влетев в дом, хакер резко затормозил, чуть не врезавшись в очередного служителя правопорядка, который был в штатском.

– Ты Гном, – с каким-то удивленным весельем опознал его полицейский. – А все твои…

Хакер его почти не слышал, он обшаривал взглядом странную гостиную, будто неудачно собранную по принципу пазла из нескольких других комнат. И увидел два тела, лежащих на полу возле какого-то массивного цветастого дивана. И тут же с немым упреком посмотрел на полицейского.

– Что? – ошарашенно удивился тот. – Между прочим, парнишку скрутили ваши девочки. А эта… – у сотрудника правопорядка сделалось такое выражение лица, будто ему очень хотелось сплюнуть. – Она оказала сопротивление. Чуть двоих здоровых мужиков не убила.

До Гнома с трудом дошло, что это не его коллеги, а как раз преступники. И он сразу как-то гулко выдохнул и нервно дернул вверх уголки губ.

– Вон там ваши сидят, – указал ему майор, так как разговаривать с хакером пытался именно он.

Полицейский указал пальцем чуть правее, как раз на середину этого самого дивана. И хакер наконец-то увидел и узнал Лизу, немного растрепанную и явно усталую. Экстрасенс заботливо обнимала за плечи какую-то девушку, закутанную в плед. Наверное, как предположил Гном, начав соображать нормально, это Надя. Возле молодых женщин стоял и Шерлок. Вид у детектива был самый что ни на есть довольный и даже безмятежный.

– А Майк? – снова почему-то заволновался Гном, не разглядев брата среди толпы полицейских, что-то осматривающих в комнате, фотографирующих, измеряющих, записывающих и прочее-прочее.

– Ваш главный наверху, – как ребенку пояснил ему майор. – Там еще одна ваша девушка в обморок грохнулась.

– Мира? – такие новости Гнома потрясли. Он мог себе представить Лизу, попавшую в такую ситуацию, она же нежная и застенчивая, милая. Но Мира… сильная, смелая, быстро соображает… и вдруг…

– Она просто неудачно упала, – судя по тону, майору уже надоело объясняться. – Хотя… когда я увидел то, что видела она… мог бы тоже грохнуться. Майк с ней. Наверное, пока… ну, не знаю… но лучше им не мешать.

Вот тут уже окончательно пришедший в себя хакер насмешливо хмыкнул.

– Ошибаетесь, – сообщил он полицейскому. – Никакой романтики там не будет, – и тут же сменил тему, деловито уточнив: – Так что, мы раскрыли дело?

Говоря «мы», хакер указал рукой сначала на себя, потом на майора, явно давая понять, кто конкретно тут отличился.

– Знаешь, – тяжело вздохнув, сказал ему полицейский, – вот это твое «мы» получилось в этом деле уж очень широким. Отличились все.

Гном удивленно и вопросительно поднял брови, став вдруг очень похожим на своего младшего брата. Майор усмехнулся.

– Эти двое, – он указал на преступников, – напали на ваших девчонок сразу, как те приехали. Одну вырубили, второй, вон той черненькой, тот парнишка врезал по шее. Она даже сознание не теряла. Они затащили твоих коллег в дом, прикрутили наручниками к батарее. При этом эта ваша Лиза все-таки успела передать тебе сигнал бедствия. Сестричка взяла у них кровь для анализа и собралась ехать проверять. А этот сексуально озабоченный недоумок остался с пленницами.

Гном снова занервничал, стал издали присматриваться к Лизе, ища следы насилия.

– Да не было ничего, – успокоил его майор. – Каким-то образом девчонки умудрились его долбануть головой об батарею, освободились и пристегнули его вместо себя. А сестричка…