Читать книгу "Мой эльфийский заказ"

Я спрятала улыбку в кружке эля.

С каждой секундой мое настроение неуклонно росло, тело расслаблялось, напряжение отпускало. Мне всегда нравилась эта особая магия придорожных таверн, когда, измученная километрами пути, с пустым желудком и гудящими мышцами, ты выходишь из ночного мрака – дождливого, морозного или просто враждебного – и оказываешься в другом мире. Там тебя встречает мягкий свет очага, уютное тепло и запах свежего хлеба. Все проблемы и тревоги остаются за дверью. Ты наслаждаешься минутами отдыха и спокойствия.

Сейчас для полного счастья мне не хватало ощущения чистоты и свежести.

– Девушка, – подозвала я подавальщицу, – пока мы ужинаем, приготовьте нам, пожалуйста, горячую ванну.

– У нас есть только душ из бочки, – девица смотрела с явным раздражением, словно уже подыскала себе тихий уголок за барной стойкой, где собиралась прикорнуть, а тут я подкинула ей новое задание.

– Хорошо, пусть будет душ.

Душ из бочки – частая услуга в подобных заведениях. Выглядит это так. Ты намыливаешься в особой комнате, которую называют банной, затем встаешь под большую бочку, дергаешь за веревку – и сверху на тебя обрушивается поток теплой воды, смывая пену. Неплохая замена ванне.

– Воды осталось только на одну бочку, – подавальщица даже не пыталась скрыть своего недовольства. – До утра больше таскать и греть не будем. Если хотите вымыться оба, принимайте душ вместе.

Роан закашлялся, поперхнувшись чаем.

Глава 3. Потереть тебе спинку?

– Ты как хочешь, а я спать грязной не пойду.

Под моими ногами скрипели ступеньки лестницы, ведущей на второй этаж таверны. Слева от меня тянулась бревенчатая стена, справа – резные перила, чья деревянная поверхность была шершавой и липкой от многолетних наслоений жира. Коснувшись их, я тут же отдернула руку.

– Не могут мужчина и женщина мыться вместе! – воскликнул за спиной эльф, и возмущение в его голосе смешалось с поистине суеверным ужасом. – В бане ведь раздеваются. Догола!

Он произнес это так многозначительно, будто считал, что я не в курсе очевидных вещей.

Ступеньки закончились, и моим глазам открылся длинный коридор, освещенный одной-единственной тусклой лампой. Вокруг ее стеклянного плафона кружились мошки. По бокам коридора тянулись двери, а на них ножом грубо и криво были вырезаны цифры. Мы двинулись сквозь желтый дрожащий свет, разыскивая комнату номер восемь.

– Знаешь, тебе тоже не помешало бы принять душ. Сколько ты уже не мылся? – я брезгливо повела носом. – Как бы так выразиться, чтобы тебя не обидеть? Ты благоухаешь ромашками, но ромашки эти растут по краю выгребной ямы.

Эльф позади меня оскорбленно фыркнул.

Нужная дверь ожидала нас в конце коридора рядом с окном – разбитым и кое-как заколоченным досками. В руке у меня был длинный заржавленный ключ. Я вставила его в замочную скважину и провернула – туго, с противным скрежетом.

– И вообще твои раны надо обработать заживляющей мазью, а для этого ты должен быть чистым и…

Я осеклась, заметив в центре комнаты кровать – широкую, с розовым покрывалом в сердечках. Одну.

– Хм, – вырвалось у меня задумчивое.

– Как это понимать? – прошипел Роан над моим плечом.

Других кроватей в номере не было, а эта конкретная напоминала любовное гнездышко молодоженов. На стене за ней висело огромное сердце, вырезанное из деревянной доски.

Что ж, если координатор от Гильдии забронировал нам именно такую спальню, значит, в этом таился некий глубинный смысл. Чем ближе к тебе пленник, тем легче за ним следить даже во сне.

– Мы должны спуститься вниз и попросить выдать нам другие покои, – распалялся в дверях ушастый поборник нравственности. – С двумя отдельными кроватями. В одну с тобой я не лягу.

Пока он негодовал, я по достоинству оценила изголовье этого романтичного ложа – удобную конструкцию из деревянных планок. Тонкие перекладины пересекались под прямыми углами, образуя одинаковые квадраты, сквозь которые была видна грязная стена.

Шестеренки в моей голове пришли в движение. Рука потянулась к мешку с вещами, где среди магических артефактов и сменной одежды были спрятаны железные наручники. Я напряженно покосилась на своего пленника.

– Хватит ныть. Трудности надо переносить стойко. Мы останемся здесь и будем спать вместе. Прими это как мужик. Где твои яйца?

Роан задохнулся от возмущения.

Я прошлась по комнате – задернула шторы, похожие на рваные тряпки, задумчиво погладила решетку изголовья и полюбовалась серым налетом пыли на своем пальце.

– Душ готов! – донеслось из коридора. В закрытую дверь настойчиво постучали. Я отстраненно подумала, что сейчас кто-то войдет, но услышала удаляющиеся шаги.

Эльф смотрел на меня, упрямо выпятив острый подбородок. Мне показалось, что синяк вокруг его глаза начал бледнеть.

– Я тебя такого грязнулю к себе в постель не пущу.

– Отлично. Значит, посплю на полу.

– Нет. Мы сейчас вместе спустимся в банную комнату, а сюда вернемся чистенькими и ароматными.

Роан скрестил руки на груди.

– Да ладно тебе, – протянула я. – Поздно стесняться. Я тебя со всех сторон успела разглядеть, пока грузила в телегу.

Мой спутник закашлялся, поперхнувшись своей неловкостью. Кончики его ушей предательски порозовели, а пальцы начали постукивать по рукаву рубахи.

– Ты тоже будешь голой, – прохрипел он, разглядывая трещины на стене.

– И что?

Роан метнул в меня короткий, очень странный взгляд. Его скулы пылали.

– Не уверен, что хочу видеть тебя без одежды.

– Даже не знаю, должна ли чувствовать себя оскорбленной по этому поводу.

Обнажиться перед малознакомым мужчиной для меня не проблема. В Гильдии из наемников методично выбивали чувство стыдливости. Порой во время задания приходилось сбрасывать с себя одежду, чтобы отвлечь внимание жертвы и, например, подлить в бокал зелье для крепкого сна. Да, разоблачалась я частенько, но в постель по работе ни с кем не ложилась – тут у меня были принципы.

Роан казался непреклонным. Напряженные плечи, поджатые губы, упрямый взгляд. В позвоночник словно вогнали шест.

Я не могла уступить ему последнюю бочку горячей воды – кожа под туникой зудела. Я чувствовала прилипшие к спине ворсинки одежды. С отвращением видела в зеркале свои пожирневшие корни волос. Мне хотелось вымыться! До безумия. Почти до трясучки.

Но и лежать в кровати с потным мужиком… нет, увольте.

Что же делать? Как уговорить этого эльфийского недотрогу принять душ вдвоем?

Я крепко задумалась, и, как обычно, после бурного мозгового штурма у меня родилась идея. Надо просто пойти на хитрость.

– Роан, у меня к тебе предложение.

* * *

– Эта идея мне не нравится, – ворчал эльфийский зануда все то время, что мы спускались по лестнице на цокольный этаж, где размещалась банная комната.

Несколько минут назад мы пришли к некоему консенсусу, и теперь на острых скулах Роана Шейда играл стыдливый румянец, а губы кривились в чопорном выражении. И тем не менее, невзирая на все свои недовольные гримасы, он следовал за мной в душевую «Дикого крота».

– Помни. Мы договорились, – шепнул Роан и с обреченным видом толкнул хлипкую дверь, которая в ответ пронзительно скрипнула ржавыми петлями.

– Да-да, конечно, – отозвалась я и осмотрелась по сторонам.

Мы словно оказались внутри большого ящика – дощатый пол, бревенчатые стены, деревянный потолок. Высоко под потолком висела объемная бочка, окованная железом, от нее тянулась веревка: дерни – и тебя окатит водой. Чтобы воды хватило на всех, мы должны были встать под эту бочку вдвоем и прижаться друг к другу, одетые только в хлопья мыльной пены.

Тут и начиналась проблема. Ушастый моралист ни за что не согласился бы на подобное безобразие. Но я нашла выход. И назывался этот выход – обман.

– Что ж, начнем, – неуверенным голосом прохрипел мой спутник. – Ты ступай сразу под бочку, а я останусь здесь.

И он сунул мне в руки серый обмылок и мочалку в виде пеньковой рукавицы, которые взял с колченогого табурета рядом с дверью.

В банной комнате пахло липой и можжевельником. Я подумала, что аромат идет от веников на лавке у стены. Там же я заметила стопку из двух худых, облезлых полотенец.

Не догадываясь, что его водят за нос, Роан нервно теребил кусок черной ткани, похожий на ленту. Точно такой же был и в моих руках. Эти две самодельные повязки я отрезала ножом от своей старой туники. Чем только ни приходится жертвовать ради чужого спокойствия!

Отворачиваясь, я заметила, что Роан напряженно переступил с ноги на ногу. Пока я шла к бочке, его взгляд жег мне спину. Пленник тщательно проследил за тем, чтобы я заняла свое место и завязала глаза. После, судя по звукам, он проделал то же самое.

Зашуршала одежда, босые ступни зашлепали по деревянному полу. Раздался глухой стук. Кажется, мой ушастый скромник что-то уронил.

Без зазрения совести я стянула с глаз ненужную тряпку и увидела упругую голую задницу. Роан ползал на четвереньках, пытаясь вслепую нащупать на полу кусок второго мыла. Поза его была смешной и неприличной до крайности. Боюсь, бедняга со стыда умрет, если когда-нибудь узнает, что я застала его в таком виде.

Длинные светлые волосы свешивались вперед, пальцы шарили по деревянным доскам, Роан тихо ругался себе под нос. Между его ног болтался крупный, мясистый…

Я подумала, что не имею права за ним подсматривать, и отвела взгляд. И все равно время от времени продолжала коситься в его сторону.

Мой криворукий спутник наконец нашел упавшее мыло. Для этого он приподнял свою повязку, но, как честный эльф, вернул ее на место, едва достигнув цели. Не то что я.

Мыться с завязанными глазами – какая глупость! Вот еще – мучиться неудобствами! Пользуясь всеми преимуществами зрения, я медленно разделась, сложила свои вещи на лавке аккуратной стопкой. Без всякой суеты отыскала бутылку с шампунем и взбила на голове густую пену, затем растерла себя до красноты намыленной пеньковой рукавицей.

Тем временем в паре метрах от меня Роан постоянно что-то ронял и чертыхался сквозь зубы.

Я старалась лишний раз не смотреть на него, но успела оценить и широкий разворот плеч, и красивую мускулистую грудь, и едва заметные мышцы пресса на животе. Роан был высоким, поджарым и гибким, как лесной хищник. Уверена, когда синяки сойдут с его лица и растает фингал, закрывший левый глаз, он окажется невероятно привлекательным мужчиной.

– Я уже готова к душу. А ты?

В ответ Роан ругнулся. Мыло у него никак не пенилось, а все потому, что с повязкой на глазах он не видел маленькое ведерко с черпаком, оставленное тут, чтобы смочить банную щетку.

– Сейчас. Подожди немного.

Он принялся суетиться.

– Может, тебе помочь? Например, потереть спинку?

Роан вздрогнул, как если бы воспринял мою шутку всерьез и испугался, что я уже подкралась к нему сзади с мочалкой в руке. Брусочек мыла снова едва не выскользнул из его пальцев. Эльф повернул ко мне закрытое повязкой лицо, и выражение у него стало подозрительным, словно он пытался понять, подглядываю я за ним или нет.

«Да не смотрю я на тебя!» – едва не ляпнула я, но вовремя спохватилась.

Мне уже не терпелось смыть с себя эту липкую пену. Она щекотно пузырилась на висках, сползала на лоб и норовила попасть в глаза. Да и голая кожа успела покрыться мурашками – в этой комнате явно не хватало растопленного камина.

– Иди на мой голос, – я взялась за веревку, свисающую с бочки над головой.

Роан шагнул ко мне, слепо шаря руками в воздухе. Волосы спускались ему на плечи мыльными сосульками, а между ног белела шапка пены, похожая на снег. Я туда не смотрела. Честно.

– Сюда, сюда.

Как мы и договаривались, глаза эльфа были закрыты повязкой. Он осторожно двигался на звук моего голоса и водил перед собой вытянутыми руками. Когда он подошел достаточно близко, я поймала его ладонь и дернула Роана на себя. Наши голые тела звонко шлепнулись друг о друга.

Сюрприз!

Моя обнаженная грудь вмялась в его намыленный торс, живот прижался к животу. Промежностью я ощутила нежность мягкого члена.

Из горла Роана вырвался сдавленный звук – смесь дикого шока и протеста.

Чувствуя себя коварной злодейкой, я потянула за веревку – и сверху на нас обрушился поток приятного освежающего тепла.

Волосы облепили голову. Ресницы склеились. За миг до этого моя обманутая жертва собралась что-то сказать – возмутиться? – но нахлебалась воды и была вынуждена закрыть рот.

Голое тело в моих объятиях напряглось, а через секунду меня грубо оттолкнули к стене. Я покачнулась и шагнула назад, шлепнув босыми ногами по пенной луже.

– Что ты творишь?! – Роан сорвал с себя мокрую повязку.

Его красное лицо блестело от влаги. Подбородок дрожал. Бедняга невольно скользнул взглядом по моей фигуре, полностью обнаженной, и его глаза вылезли из орбит.

– О боги! – воскликнул он и спешно отвернулся. – Ты… ты…

– Голая, – подсказала я.

Вот же чудной мужик! Удивляется моей наготе так, будто не прочувствовал всю ее полноту, когда мы обнимались.

Широкая спина в алых шрамах содрогнулась. Эльф снова издал странный звук, но уже другой – как будто его переполняли эмоции.

– Оденься. Быстрее!

С этими словами Роан кинулся к полотенцам на лавке и одно из них, не глядя, швырнул мне, а второе обернул вокруг своих бедер. Его руки тряслись, когда он пытался затянуть узлом края ткани.

И зачем так нервничать?

Роан покосился на меня с опаской, готовый в любой момент отвести взгляд, если я не успела прикрыть свои прелести. Но я успела. Жаль, полотенце было слишком тонким – впитав воду, оно превратилось в мокрую тряпку, неприятную коже.

– Где твоя повязка?! – в голосе эльфа гремело обвинение. Его мускулистая грудь ходила ходуном, на щеках неровными пятнами горел румянец. – Ты ее что… не надела?

На его пылающем лице проступил откровенный ужас. С таким выражением говорят о страшных катастрофах и жестоких убийствах.

– Надела. Ты же сам видел.

Роан тяжело сглотнул.

– Надела, а потом… сняла? – шепнул он хриплым голосом, уже догадываясь, как было дело.

– А потом сняла, – кивнула я с беззаботной улыбкой.

Ноздри эльфа широко раздулись, затем сузились. Он открыл рот, но не смог ничего из себя выдавить, кроме надоевшего уже: «Ты, ты, ты». А еще зачем-то наставил на меня указательный палец. Видимо, пытался этим жестом полнее выразить свое возмущение.

– Тоже мне, нашел трагедию, – отмахнулась я. – Зато мы теперь оба чистые.

– Ты меня обманула!

– Не обманула, а действовала по обстоятельствам, а обстоятельства складывались определенным образом.

Роан смотрел на меня с видом оскорбленной добродетели и сопел, как сердитый еж.

– Неужели не понимаешь! – всплеснула я руками. – Если бы мы оба завязали глаза, то непременно промахнулись бы мимо бочки и помыли бы не себя, в воздух. И вообще ты сам виноват. Сразу было понятно, что мое предложение – полный бред. Мыться вслепую – это такая нелепость! Мог и заподозрить подвох.

Теперь я знала, как эльфы умеют скрежетать зубами – громко и выразительно.

Злобно фыркнув, Роан натянул рубаху на свой мокрый торс и в таком виде – в рубахе, белом полотенце на бедрах и со штанами подмышкой – устремился обратно в нашу спальню на втором этаже таверны. Он весь кипел. Не шел, а словно забивал ногами гвозди. Казалось, его дрожащая фигура сейчас вспыхнет факелом.

Я дала ему время немного остыть и осталась наедине с собой в банной комнате. Неторопливо привела себя в порядок – вытерла волосы, убрала полотенце на лавку, оделась – и только после этого поднялась в номер.

Роан уже лежал в постели, накрытый розовым одеялом с сердечками, и сурово рассматривал пыльную лампу на потолке. Освещала спальню не она, а крошечный восковой огарок на тумбочке у кровати. Над изголовьем висело кривое деревянное сердце.

– Давай я обработаю твои раны.

– Обойдусь, – процедил упрямец сквозь зубы.

Его взгляд прошелся по моей фигуре, как мне показалось, против воли хозяина, и кончики острых ушей нежно заалели.

Могу покляться, в этот момент Роан вспоминал, как во время душа мы соприкоснулись голыми телами. И похоже, он разозлился на себя за эти неприличные мысли, ибо резко повернулся ко мне спиной. Лег он, кстати, в одежде, словно переживая за свою добродетель.

Да кому она сдалась, пф-ф-ф?

Пока он выстраивал между нами невидимую стену отчуждения, я полезла в свой мешок с вещами и кое-что незаметно спрятала в широком рукаве туники.

– Роан?

Роан притворялся спящим.

– Эй, Роан?

Я поставила колено на постель. Матрас прогнулся под моим весом. Спина эльфа напряглась.

– Ро-о-оа-а-ан, – в этот раз его имя я пропела томным вкрадчивым голоском.

Не выдержав моего напора, а может, своего любопытства, Роан оглянулся.

– Дай мне, пожалуйста, свою руку. – На его хмурый взгляд я ответила улыбкой невинной акулы.

– Зачем это? – глаза моего пленника прищурились с подозрением.

– Надо.

– Нет. – Он сдвинул брови.

– Боишься?

Роан молчал.

Я снова протянула, подначивая его:

– Боишься?

В этот раз провокация удалась. С явным раздражением Роан протянул мне руку, и я быстро пристегнула его запястье к изголовью кровати, чтобы он не сбежал от меня под покровом темноты.

Глава 4. Хозяин змеи

Дзынь, звяк. Шу-у-ух, шу-у-ух.

Действуя мне на нервы, металлический браслет постоянно звенел и елозил по деревянной планке изголовья кровати. Роан за моей спиной недовольно сопел, без конца двигая скованным запястьем в попытке улечься поудобнее. Я чувствовала на себе его гневный взгляд.  Засранец решил, что если ему не спится, то и другим – нечего.

Хорошо ушастому – отдохнул, пока валялся в отключке на дне телеги. Я же умирала от усталости, но, вопреки всем своим отчаянным потугам, не могла отстраниться от внешних раздражителей, а именно, от этого беспрестанного «дзынь» и «шух».

– Ну хватит уже! – не выдержала я. – Можно не шуметь?

– Думаешь, удобно спать с рукой, задранной кверху? – прошипел Роан. – Отстегни меня – и наслаждайся тишиной.

И, словно бы в отместку, он принялся еще активнее греметь железным наручником. Деревянная решетка над моей головой жалобно заскрипела.

Да это же форменное издевательство!

– Можно подумать, в тюремных застенках ты спал на мягких перинах и шелковых простынях, да в исключительно удобных позах, – я боролась с желанием накрыть голову подушкой. – Там условия были еще хуже – и ничего. Что же сейчас ты из себя неженку-то строишь? Не принцесса – потерпишь.