Текст книги "Небесный бродяга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nebesnyy-brodyaga-111689.jpg)
Автор книги: Антон Демченко
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 2
Рик, который живет…
М-да, если уж полиция сорвалась с резьбы и начинает терроризировать город, который должна была охранять, значит, дело плохо.
Как оказалось в дальнейшем, я был прав. Гарнизон, высаженный в Меллинге линкором, не имел никакого отношения к вендскому флоту. Если быть точным, город оказался под властью германского императора. Я вспомнил, какую территорию занимал рейх в том мире, и не удержался от ухмылки. Здесь он втрое меньше, и это без учета колоний. Но «империя», чтоб ее…
И этому гарнизону не было никакого дела до выживших горожан. Нет, они никого не притесняли, но и жалоб не принимали. В результате вскоре народ побежал. И первыми сбежали бывшие власти, разумеется… Тем более что на чугунке, как зовется здесь железная дорога, кто-то словно открыл клапан, и в Меллинг хлынули отбросы всех мастей, большей частью из все той же Германской империи. Это было последней каплей.
Я бы тоже куда-нибудь сбежал. Но куда?! Куда деваться двенадцатилетнему пацану без документов и с коробкой вендских гривен, найденной в отцовом тайнике в подполе? Да меня пристрелят по дороге, и никакой Воздух не поможет! Про любимые руны вообще не заикаюсь.
Нет, конечно, можно было бы присоединиться к дядьке Краю, перестрелявшему наших полицейских, когда те нацелились на его дочь. Ни сам Край, ни Хельга мне бы не отказали. Но в том-то и дело, что, когда я созрел до этой мысли, то есть на следующий день после его стычки с полицией, отставной флотский уже успел отправить дочь к родне на восток, а сам остался в Меллинге и уезжать почему-то явно не торопился. Остальные соседи, кто мог бы мне помочь, либо были убиты пиратами, либо бежали еще до того, как я добрался до руин моего дома.
Нет, разумеется, я обратился к Краю, но… Увидев меня живым и здоровым, бывший флотский старшина искренне обрадовался, а когда услышал мой вопрос, резко посмурнел и развел руками. Дочь под охраной его двоюродного брата уехала проходящим поездом рано утром. От греха подальше… А он остался. Дела.
– А твои? – покосился на окно Край Бронов, кряжистый, почти квадратный мужик, с широченными ладонями и круглым, некогда улыбчивым, но сейчас хмурым лицом, когда я, напоенный чаем с горячими блинами, осоловело клевал носом за столом на кухне его дома.
– Я из школы возвращался, когда те дирижабли ударили. Как раз к перекрестку со стороны Цветочной подошел, – вздохнул я. – Мама с папой дома были. Их первым выстрелом и накрыло. Словно специально целились…
– Понятно, – хмуро кивнул Край. – А родня? Отец твой говорил, что его кум где-то на Фабричке живет…
– У них и останусь, если уехать не получится. Я уж с дядькой Милом договорился, – отозвался я.
Говорить, что дом отцова кума, моего крестного, пуст, я не стал. Зачем? С Края станется поселить меня у себя, а я… Я не хочу. Интуиция, чуйка, называйте как угодно, но это чувство не раз меня спасало в том прошлом, и я привык ему доверять. Сколько раз я избегал очередного визита в реанимацию как минимум просто потому, что решал сменить маршрут, которым возвращался с обеда в свою комнату? Не перечесть. Вот и сейчас то самое предчувствие зудело и настаивало на том, что селиться под одной крышей с Краем затея дурная и опасная. Да и вообще, оставаться в городе нельзя. Ни в коем случае. Чувство опасности было настолько острым, что я и не подумал ему противиться. И правильно сделал. Собственно, подтверждение этому я получил через несколько недель, увидев, как гарнизонные шерстят дом Края, а двое солдат в темно-серой форме уводят избитого соседа куда-то вниз по улице. И это был не первый местный житель, чем-то не потрафивший новой власти. Уж что они там искали, бог весть… В следующий раз я встретил бывшего соседа только через месяц, когда он, кряхтя, наводил порядок в своей скобяной лавке, на соседней улице. Отпустили его германцы…
К тому времени я уже успел найти себе жилье на китовом кладбище. А что? Место тихое, спокойное и никаких соседей с ненужными вопросами. Комфорт? Так ведь не зря я полтора года на верфи работал, подобрать удобное место для жилья особого труда не составило. Да и знания руники никто не отменял. Обосновался я в остове небольшого высотного курьера, очень удачно сидевшего на брюхе, так что никаких проблем с перемещениями по его внутренностям не было. Но главное было не в этом. Курьер это не каботажник, хотя по размерам и похож. Но летает он, как «киты», на запредельных высотах, и времени на посадки для дозаправки водой у него нет. Все ради скорости. Вместо этого, как и на «китах», на курьерах устанавливают рунные водные конденсаторы. И конкретно на этом, найденном мною на свалке стареньком «Тайфуне», конденсатор имеется в наличии. Рабочий. Почему его не сняли? А зачем? Модель древняя, на другой высотник его не переставишь, да и снимать огромную трубу, проходящую вдоль оси корабля от бака до кормы, замучаешься. Это ж весь корпус разбирать надо! В общем, невыгодно и никому не нужно. Понятное дело, что работать на земле с той же эффективностью, что и в небе, этот конденсатор не может. Нет набегающего потока воздуха. Но мне ведь много и не надо, а для душа и питья его мощности вполне хватит.
Вообще, здешние рунные механизмы меня несказанно порадовали. Почему? Да потому, что руны тут ничем не отличаются от известных мне по тому миру. А уж рунику я учил на совесть! Надо ж было как-то скомпенсировать свою слабость в стихиях… да и интересно было.
Правда, и здесь мир смог меня удивить, когда, восстановив несколько поврежденных участков конденсатора, я попытался активировать этот агрегат. Честно говоря, включая трубу, я надеялся только проверить ее работоспособность. На это моих собственных сил должно было хватить… Каково же было удивление, когда замкнутый контур вдруг стал всасывать энергию из окружающего пространства. Сам! Я-то все голову ломал, где мне найти приличный накопитель, а тут… Это был самый натуральный шок. Зато стало немного понятнее, почему я не могу привычно оперировать энергоинформационным полем… Эфиром то есть. Оно слишком густое и неподатливое. Настолько, что удержать над ним контроль практически невозможно. Все равно что пытаться голыми руками отклонить струю воды из брандспойта. Сносит! Вывод один. Оперировать Эфиром без помощи рун здесь практически невозможно.
Но, включая конденсатор, кое-что я все-таки упустил, а именно водопровод. Увлекшись восстановлением агрегата, я как-то позабыл, что конденсатор питает не только штатный водопровод курьера, но и непосредственно двигательный отсек. Его и затопило. Несильно, но пришлось ждать двое суток, пока вода уйдет в землю. Грязи было-о… Тем временем я облазил всю водопроводную систему курьера, а это несколько километров труб, между прочим, и, воспользовавшись утащенными из подвала отцовыми инструментами, изолировал ненужные мне части системы, заодно и дышавший на ладан бак утилизатора в порядок привел. Теперь и о запахе канализации беспокоиться не надо… года три как минимум. А там что-нибудь придумаю.
А потом была долгая и упорная борьба с местным аналогом системы освещения. Убил бы «гения», что ее создал. Поначалу я хотел восстановить штатную проводку, но, разобравшись в ее рунах, плюнул на этот бред и, вооружившись отодранными от обшивки пластинами, за два дня сработал собственную времянку. Получилось очень даже неплохо. Металлические листы с выцарапанными на них Воздухом рунами послушно излучали не очень яркий, но ровный свет, стоило соединить их между собой небольшой перемычкой, на которой я вывел недостающую на пластинах часть рун. Есть контакт между группами рунескриптов – есть свет. Контакта нет, и свет гаснет. Все просто… ну, для тех, кто хоть что-то понимает в рунике.
Еще несколько дней у меня ушло на то, чтобы перетаскать из подвала все домашние припасы, и, каюсь, не удержался, полазал в домах слинявших из города соседей. Хорошо еще, что в царившей тогда в городе суете никому не было дела до таскающегося туда-сюда ребенка.
Но кто бы знал, сколько нервов и сил я убил на то, чтобы перетащить в свой новый дом одну-единственную кровать! Нет, разумеется, я ее предварительно разобрал, но… телу-то всего двенадцать, и сил у него, как у двенадцатилетнего! М-да, придется вспомнить о тренировках…
Но дотащил. С руганью, вымотавшись до дрожи в коленях и заработав не один синяк, пока перетаскивал упрямую «сетку» через завалы на свалке, я таки допер ее до своего нового дома и, глянув на мостик над моей головой, глухо застонал. Чтобы затащить кровать на двадцатиметровую высоту, придется вывернуться наизнанку… А куда деваться? Потащил…
Да, в курьере я обосновался не в капитанской каюте, как можно было подумать, а на мостике. Почему? Потому что жилых отсеков здесь просто нет. При разборе монтажники вынесли все, вплоть до переборок. Так что остался только металлический каркас, трюм да два «непродуваемых» объема. Собственно, мостик и двигательный отсек. Остальное же… прикрытые драной обшивкой «ребра» основного корпуса, с узкими мостками, протянутыми на разной высоте, и с кучей труб, оплетающих это пространство, словно невиданные железные змеи. Неуютно… А на мостике шик и блеск. Помещение небольшое, обогреть легко. Стекла вставил, бронежалюзи починил, ну и наличие запасных выходов тоже не стоит со счетов сбрасывать.
Глава 3
Будни трюмной крысы
Как и предполагала моя чуйка, дела в городе месяц от месяца шли все хуже. Не у всех, понятное дело. Гарнизон и вахтовики, привезенные очередным германским дирижаблем для работы на верфи, чувствовали себя довольно вольготно. А вот местные…
В городе по ночам шла стрельба. Грохотали ружья и револьверы, припозднившихся прохожих резали, как свиней, обирая до нитки. Гарнизону было плевать. Защищать старожилов они не собирались. Но когда накопившаяся в Меллинге криминальная шушера решила пошерстить Фабричку – район, где поселились вахтовики, солдаты, охранявшие эти кварталы, быстро надавали оборзевшим бандитам по щам. Проще говоря, перестреляли всех и свалили трупы на центральной площади, прямо перед обгоревшим зданием ратуши. Твари намек поняли и больше в расположенную на отшибе Фабричку не лезли, ограничившись основной частью города. Старожилы тоже смекнули, куда ветер дует, и проходящие через Меллинг поезда снова заполнились бегущими от такой жизни жителями недавно процветавшего городка.
Было еще одно место, которое гарнизонные взяли под свой присмотр. Рынок, куда фермеры из окрестных сел свозили свои продукты. Но бандиты туда изначально не совались, быстро объяснив более тупым коллегам всю пагубность нападений на хуторян и сельчан. Жрать-то всем надо. Правда, было еще ворье… Так где его нет?
В общем и целом жить в городе стало весело. Настолько, что я старался заглядывать туда только для того, чтобы пополнить свои запасы и разжиться необходимыми для нормальной жизни вещами. Отцовы деньги я не трогал. Зачем? Если еще во времена оны мы с друзьями бегали на свалку за всякой мелочовкой, которую у нас с удовольствием принимали кладовщики на верфи. Власть в городе сменилась, сменились и кладовщики… но вот аппетит у них остался прежним, так что я ни на секунду не сомневался, что их заинтересует мой товар. И не ошибся.
– Тебе чего, малец? – Сидящий за столом в небольшом домике за складами заведующий взглянул на меня поверх очков. По-немецки спросил. Что ж, этот язык я учил. Пусть не здесь, а там, но… мал-мала говорить могу.
– Вот, дяденька. – Я забрался с ногами на стул и вывалил перед опешившим кладовщиком кучу свернутых в двигательных отсеках «китов» измерительных приборов. Почищенных и проверенных на работоспособность, разумеется.
Кладовщик смерил взглядом немаленькую кучку блестящих надраенной латунью деталей, поворошил ее пальцем и, сняв очки, вздохнул.
– И?
– Мы с мальчишками раньше на свалке такие вот штуки искали и приносили сюда. Вот видите, это манометр! У нас дядька кладовщик такой приборчик за полгривны брал! – радостно сообщил я.
Мой визави сверкнул глазами. Есть поклевка! Ну да, новый-то полторы стоит…
– Половина вендской гривны… это же получается две марки… Он рабочий? – Грузный кладовщик подозрительно постучал по стеклу манометра ногтем и снова воззрился на меня.
– А как же! – закивал я.
– И чем же ты его проверял? – недоверчиво поинтересовался кладовщик.
Ну, это просто… Я выудил из кармана небольшую металлическую пластинку с двумя резиновыми «усиками», один из которых присобачил к штуцеру. Стрелка дернулась, а глаза кладовщика полезли на лоб.
– Это что?
Ну не объяснять же ему, что прежний кладовщик сам проверял работоспособность притащенных нами деталей и приборов, в том числе и манометров, а поскольку я не доверяю новому контрагенту, то сварганил эту вот игрушку за полчаса, буквально на коленке.
– Это нам Риткин отец сделал, специально, чтобы мы хлам не таскали. Инженер он… был… – Я натурально всхлипнул, а кладовщик неожиданно отвел глаза. Однако…
– Понятно. Хорошее дело ты придумал, малыш, – чуть помолчав, заговорил мой собеседник и, пожевав губами, тряхнул головой. – Но не могу я тебе по полгривны за них платить. Дорого, не позволят мне столько из кассы потратить…
Ну да, как же, из кассы, ага! Так я и поверил…
– А как же быть? – Я уселся на стул. – У меня же… мне же надо…
– Погоди-погоди, малец, – засуетился кладовщик, явно почуяв приближающийся слезоразлив. – Давай я заберу у тебя эти вот приборчики… по… по марке за штуку? Это хорошая цена, соглашайся! У тебя здесь раз, два, три… пять… двенадцать… ага, двадцать манометров. Это двадцать марок. У нас рабочие на верфи столько за неделю зарабатывают. Ну?
– Правда?
– Конечно. – Кладовщик, как ему казалось, незаметно вздохнул, а я посмотрел на кучу приборов на столе, помялся и неуверенно кивнул. Мой собеседник тут же усмехнулся и, выудив из кармана портмоне, брякнул на стол две монеты по десять марок. – Держи! Заработал. Найдешь еще что-нибудь интересное, тащи. О цене договоримся.
– А вы не могли бы меня с охраной познакомить, а то с рюкзаком через дыру в заборе продираться неудобно, – прибрав монеты, спросил я, уже стоя на пороге.
Кладовщик хмыкнул:
– Так вот как ты сюда попал… Ладно, скажем, что ты сын моей знакомой. Как мамку зовут?
– Гелла с Цветочной. Ее там все знают! – похвастался я. Есть, есть такая Гелла. И сын у нее есть моего возраста. Такой же светловолосый и худощавый, нас частенько путали в школе.
– А, слышал о такой, – усмехнулся кладовщик. Еще бы, кто ж не слышал о теперь уже бывшей бандерше первого борделя Меллинга? – А ты, значит, ее сын?
– Влад, – с готовностью подтвердил я.
– Ну ладно, Влад… меня можешь звать дядькой Кристианом. – Кладовщик поднялся с кресла и потопал к выходу. – Идем, с охраной познакомлю. Так, в следующий раз моя смена в среду. Понял?
– Понял. Приду в среду, – кивнул я.
– Молодец. Иначе охрана не пропустит, и вот еще что… – Кристиан притормозил и внимательно посмотрел мне в глаза. – Сейчас подойдем к охранникам, потом проводишь их человека к той дыре в заборе, чтоб ее заделали?
– Конечно. – Я довольно улыбнулся. – Порядок быть должен… да и… конкуренты мне не нужны.
Кристиан расхохотался:
– Хитер!
Но долго с кладовщиком мы не проработали. Через три месяца вернувшуюся к «работе телом» Геллу прирезал пьяный клиент, а ее сын вообще пропал… не он первый, кстати говоря… Ну и зачем мне лишние вопросы? Да и к тому моменту у меня появились другие варианты. Не прошло и двух месяцев с начала нашего сотрудничества, как в городе заработала скупка, и одним из первых скупщиков, к моему удивлению, стал Край. Ему я и стал сдавать товар.
Честно говоря, когда я узнал о том, что в городе скупают хлам со свалки, то сначала грешил на жадность Кристиана, но чуть позже понял, что такие объемы кладовщику не потянуть. Да и тот факт, что разрешение на эту деятельность спущено из администрации верфи, тоже не укладывался в мои представления о связях Кристиана. Выходит, администрация прочухала возможность экономии и левого заработка. А что, учитывая размеры свалки, тут еще свинчивать и свинчивать… лет на десять труда, без выходных и отпусков.
Одно плохо. На свалку потянулся мутный народ. Много. Нет, поначалу если кто и лез, то со знанием дела, в основном все те же старожилы, знающие, с какой стороны браться за гаечный ключ. Но количество отребья, сбежавшего в стертый со всех карт город, росло, и не все они находили свое место под солнцем в Меллинге. Вот и поползли неудачники на китовое кладбище. А кое-кого туда и вовсе пинками загонять начали. Ну то есть если в Меллинг бежали от проблем с законом в Германии или Венде, то на свалку драпали те, кто не ужился с городскими бандами или… администрацией верфи. Этакие двойные изгои. Вот тогда я и понял, что одними ежедневными тренировками мне не обойтись, а ножа на поясе откровенно мало. Револьвер? Не смешите мои тапочки! Эту дуру и взрослому-то удержать при выстреле не всегда удается, а уж двенадцатилетке… да и кто мне его продаст? Нет, конечно, у меня есть Воздух, и, учитывая отсутствие среди здешних жителей адептов стихий, это большое преимущество, даже с моими невеликими силами. Но… мало этого, откровенно мало. И я придумал. Зачем мне порох? Зачем эти тяжелые, вырывающиеся из рук громыхалки, если есть руны и свалка с тысячами километров труб разного диаметра и назначения? Ну а уж отлить пули и вовсе не проблема…
Но на этом мой пыл не угас, и я решил обезопасить не только себя, но и свой дом. Вот где фантазия развернулась на полную. Сил и времени угрохал немерено, но результат того стоил, честное слово. Не завидую я идиоту, что рискнет прийти ко мне в гости без приглашения. Ха.
Глава 4
Выходные трюмной крысы
Только спустя год после налета пиратов Край допер, что я все это время водил его за нос. Ух и разозлился он на меня… Но ничего, отошел и даже согласился, что результат себя оправдал. Позже…
– Ты пойми, дядька Край, – говорил я, сидя за столом в его доме и морщась от боли в боку, там, где его распорол нож очередной трюмной крысы, обнаружившей мой курьер в самой глубине китового кладбища. – Ну вот остался бы я с тобой. Долго бы прожил? Гарнизонных помнишь? Сколько ты у них на губе просидел? Больше месяца. А меня куда бы дели? Пинком под зад и на улицу, это в лучшем случае. А в худшем пристрелили бы вон как Рона с Верхней, чтоб под ногами не путался. Скажешь, нет?
– Хм… – Край нахмурился, но нехотя кивнул.
– Вот-вот. Уезжать? Это сейчас я не боюсь ни черта ни бога, ни адской сковородки, а тогда… с отцовыми деньгами доехал бы до первого же полустанка, получил бы в лоб от любого хмыря, и все. Да и куда мне ехать-то, сам посуди? Ни родни, ни кола ни двора.
– А здесь?
– А здесь вот он я. Сижу перед тобой. Живой, сытый, одетый-обутый, – усмехнулся я, притопнув по полу тяжелым ботинком, и тут же скривился от пронзившей бок боли.
– Вижу. Только шкура штопаная-перештопаная. Скажешь, нет? – скопировал мои интонации Край и покачал головой. – Тоже мне, волк-одиночка! Сколько тебе лет, Рик?
– Тринадцать, – гордо ответил я, расправляя плечи. – А моим противникам побольше было, между прочим. Но я, вот он. А они где?
– То-то и оно. Пацан… тринадцать лет. Впору девчонок за косы дергать, а у тебя за спиной уже три жмура висит! – рявкнул Край, но взял себя в руки и продолжил уже тише и спокойней: – И это лишь те, о которых я знаю. Серьезно, Рик, оставайся у меня. Сейчас-то никого не трогают. Живем себе… Может, оставишь эти ползания по свалке? У меня дом большой, да и помощник в лавке всегда кстати.
– А смысл? – развел я руками и, заметив удивленный взгляд собеседника, поторопился объяснить: – На свалке жизнь спокойнее. Ну сам посуди, дядька Край. Здесь куда ни плюнь – в пьянь со стволом попадешь, либо в гарнизонного. Бандиты в гости как к себе домой заходят. Ты сколько отстегиваешь за безопасность?
– По сотне марок Толстому плачу, – хмыкнул Край.
– Вот… а если в город новенькие нагрянут, да начнут с Толстым территорию делить? Полыхнет твоя лавка, и все. Про учебу и заработок я вообще молчу. Вспомни, сколько я тебе товара на прошлой неделе приволок? На пятьдесят марок. Ну и кроме того, на свалке, в отличие от нашего когда-то славного города, люди предпочитают обходиться без стрельбы.
– Зато ножами размахивают будьте-нате, – горько усмехнулся Край, кивнув на мой бок.
– А в городских трактирах иначе? – парировал я.
– О! А ты по ним ходишь, что ли? Не рановато? – съехидничал мой собеседник.
– Край, ты же понимаешь, о чем я говорю, – вздохнул я. – На китовом мне действительно безопаснее, чем здесь. Я живу в старой части кладбища, там, где трюмные крысы не шарятся. Далеко им. Ну а эти трое случайность… редчайшая. Да и ориентируюсь я на свалке куда лучше всех этих понаехавших… Уж от опасной компании сбежать всегда успею!
– И все-таки мне было бы спокойнее, если бы ты в городе жил. Хотя бы до шестнадцати лет. Подкопил бы деньжат, да отправился учиться, – вздохнул Край.
И ведь вижу, что он действительно переживает, но… а, ладно!
– Край, поднакопить… это в твоем понимании сколько? – вкрадчиво поинтересовался я.
– Ну, тысяч пять марок хотя бы, – пожал плечами он. – Для старта достаточно.
– Пять тысяч? Готовь, – ухмыльнулся я.
– Не понял, – нахмурился Край.
– Я тебя приглашаю в гости. Заглянешь на мой склад и, обещаю, в один заход товара на все пять заберешь.
– Так вот что ты с крысами не поделил! – понимающе воскликнул Бронов.
– Да нет. Если бы они знали, что у меня на складе есть, толпой бы пришли. Дом им мой приглянулся. – Я вздохнул. Говорить, что это был не первый мой бой на свалке, я не намеревался. Да и об этой троице умолчал бы, но… грохнулся в обморок прямо в лавке Края. А там врач, осмотр, штопка… короче, спалился. Эх, не быть мне разведчиком. Ну и хрен с ним.
– До-ом… – протянул Край и хмыкнул. – Что ж у тебя за дом такой, что его три трюмника отжать захотели? Никак вилла в три этажа с центральным отоплением и бассейном?
– Ну, бассейн не бассейн, а ванна знатная имеется. И ведрами ее наполнять не надо. Вода сама по трубам течет от конденсатора. Канализация опять же со всеми удобствами. Да и с отоплением все в порядке, теплые полы по самой новейшей моде. Хоть босиком ходи, – усмехнулся я.
– Это где ж ты себе такую роскошь нашел, а? – неподдельно удивился Край.
– Не нашел, а построил. На китовом кладбище, – поправил я Края. – Курьер-высотник для жизни приспособил. Не нарадуюсь.
– Брешешь ведь, – прищурился он.
– Вот поправлюсь, вместе сходим, полюбуешься, – фыркнул я. – Считай это официальным приглашением в гости. И про деньги не забудь! Насчет пяти тысяч я говорю абсолютно серьезно.
– М-да… А был такой скромный, вежливый мальчик, – покачал головой Край, заслышав мою ругань и шипение от очередного укола боли, последовавшего в наказание за слишком резкое движение.
– Ох, да что ж такое-то, – отдышавшись, пробормотал я. – В первый раз так больно.
– Место неудобное. Как чуть шевельнешься, так его и тревожишь, – с готовностью пояснил мой собеседник, как ни в чем не бывало подливая мне в чашку чай. – Терпи, раз подставился.
– Да не подставился. Не заметил я этого упыренка, – поморщился я. – Первых двух на подходе к дому завалил. Как по ниточке шли, гады. А третий, который их и привел, словно того и ждал. Выпрыгнул откуда-то, как чертик из табакерки, и с ходу полоснул. Я еле увернуться успел. Да вот не уберегся все же.
– А откуда знаешь, что это он их привел?
– Сам сказал, когда я ему ногу прострелил, – фыркнул я.
– Прострелил? Чем? У тебя что, и ствол имеется? – Край покосился на сваленный в углу комнаты сидор с товаром.
Неужто не заглядывал? О как… А чего ж я тогда распинаюсь-то? Эх, ладно. Край – дядька свойский, уже не раз помогал… сдать не должен. Да и кому сдавать-то? Армейцам да администрации до нас дела нет. С бандотой он сам не дружит. Так чего бояться?
– Имеется, – кивнул я в ответ. – Самоделка.
– Покажешь? – У моего собеседника аж глаза заблестели.
Ну да, я и забыл, что Край Бронов большой любитель огнестрельного оружия. Придется показывать.
Я, кряхтя, начал подниматься из-за стола, но отставной старшина тут же замахал на меня руками и сам кабанчиком метнулся к моему рюкзаку. Освободив край стола, водрузил на него сидор и выжидающе уставился на меня. Вот неугомонный. Пришлось отставить в сторону чашку с чаем и браться за завязку. В городе обычно я оружие на виду не ношу, чтобы не привлекать лишнего внимания, потому еще на подходе упаковываю в рюкзак. При себе оставляю только один нож, закрепленный горизонтально на поясе со спины. Тоже чтобы не светить длинными ножнами и не вводить окружающих в искушение.
– Это ж слонобой какой-то! – присвистнув, прокомментировал Край, заполучив в руки мое творение и глянув на калибр.
Нет, сам по себе ствол достаточно компактный, но… Ну не виноват же я, что стальных труб меньшего диаметра на свалке днем с огнем не сыскать? Вот и получился калибр-десятка, в смысле десять миллиметров. Не так много, но при его габаритах… м-да.
Край покрутил в руках ствол, приложился, качнув головой, поцокал языком и, окинув пистолет внимательным взглядом, принялся за разборку. Да так сноровисто, словно каждый день его разбирал! И бормочет себе под нос:
– Интересно-интересно. Хм, нагара нет. Стоп. А чем он стреляет? Патрона нет. Пуля мягкая. Свинец? Он, родимый. Нет, а как же… Стоп-стоп-стоп. Руны, да, Рик? Здесь, значит, половина скрипта, здесь другая. Замыкаем. Ого! Вот это «духовушка»… А я ведь не верил, когда твой батя, пусть земля ему пухом будет, говорил, что ты руны раньше алфавита выучил. Молодец, Рик. Выдумщик, а? А рамка-то… у кого заказывал рамку, Рик? Наши местные, что старые, что новые, такого не выточат, точно говорю…
Я скривился и махнул рукой. Объяснять, что делал ее сам, не хотелось. Пусть думает, что хочет. Хотя для того, чтобы вырезать из бронелиста раму, мне пришлось резак переделывать, добиваясь нужной толщины «струны». Чуть не угробил инструмент, который две недели ладил! А уж сколько сил пришлось для обработки приложить, у-у!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?