Текст книги "Небесный бродяга"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nebesnyy-brodyaga-111689.jpg)
Автор книги: Антон Демченко
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 11
Своя колея
Кладовщик больше у нас не появлялся, а суета вокруг свалки почти спала, и к концу месяца о ней напоминали лишь редкие патрули солдат вокруг китового кладбища да так и не прекратившие шнырять по свалке команды трюмников, тех самых, прикормленных капитаном Гроссом. Было и еще одно последствие. Одиночки на свалке практически перевелись. Теперь крысы мотались по свалке компашками минимум по три-четыре человека, и радиус их действия значительно вырос. А может, дело в том, что за прошедший год все ближайшие окраины свалки были уже вычищены, и крысы потянулись за добычей в глубь кладбища. Правда, к старой части свалки они предпочитали не соваться, опасаясь, что их интерес может привлечь внимание команд трюмников Гросса, как их стали называть после известных событий. А те в таком случае не церемонились. Могли и вырезать попавшихся неудачников, если вдруг не понравятся их ответы.
Оставлять свой дом я не хотел, но добычу со склада на курьере на всякий случай постепенно обернул звонкой монетой в лавке Края, а сами денежки прикопал в укромном месте. Одной из немногих вещей, что я не стал продавать, стал дальномер, также отправившийся в тайник. Зато отставному старшине досталась та самая бутылка виски. Просто в подарок.
Надо заметить, что и сами трюмники Гросса на старую свалку особо не лезли, чем, несомненно, облегчили мне жизнь. Команды крыс, похоже, получили точно такой же приказ, что и солдаты гарнизона, и теперь шарились вокруг старой части свалки, изображая патрули.
Ну и замечательно, мне же лучше… убираться с такого хлебного места мне совсем не хотелось, да и жаба душила бросать курьер. Где еще я себе такой дом найду?
А действия трюмников Гросса позволили мне остаться на старой свалке. Если не высовываться и не шуметь, хм… м-да… то продолжать дербанить остовы «китов» можно было почти без опаски. Ну а чтобы не попасться на глаза этим патрулям на выходе в город, я просто перенес свои визиты на ночное время. Благо по ночам крысы по-прежнему предпочитали спать. Может, из лени, а может быть, потому, что до сих пор не догадались обзавестись летными очками.
Как бы то ни было, постепенно жизнь моя вошла в прежнюю колею, разве что теперь я старался не шататься почем зря по свалке и выходил на работу не абы как, а по плану. Прикинуть маршруты крысиных патрулей, с учетом этого присмотреть перспективный дирижабль, покрутиться вокруг, расставить ту самую сигнализацию и, лишь убедившись, что за два-три дня никто к нему не подходил, идти на дело. Просто, надежно и безопасно…
Работа на кораблях стала чем-то походить на конвейер. Я методично обыскивал каждый выбранный дирижабль, свинчивая с него все, что не сняли демонтажники. Ввиду сокращения количества выходов в город склад в курьере снова оказался забит под завязку, причем по большей части совершенно обычными трофеями, вроде все тех же измерителей разного назначения, колобашек вспомогательных рунных насосов и прочей мелочовки, вроде бухт энергопроводящего кабеля… не такого навороченного, как был в том дирижабле, но все-таки. Да и корабельные нычки перестали радовать ценными находками. Ну кому нужны консервы тридцатилетней давности? Или того же возраста десять комплектов женского белья в магазинной упаковке? Вообще, единственной серьезной находкой за последнее время я могу считать разве что пять штурманских готовален германского производства, найденных мною в одном из «китов». Да уж, что только не возят матросы в качестве контрабанды…
Но как бы то ни было, пару сотен монет за найденный хлам выручить можно… да плюс столько же за четыре готовальни (одну из плоских бархатных шкатулок со всем ее содержимым я решил оставить себе), а значит, пора собираться в гости к Краю. Заодно и кубышку свою пополню. При себе больше десяти – двадцати марок я никогда не держал. Зачем дразнить гусей? Это на свалке я могу спокойно пристрелить нападающего и спрятать тело так, что потом никто не найдет. Что и проделывал уже… четырежды. А в городе так не получится…
В первый раз я отнял жизнь больше полугода назад, когда, копаясь в остове каботажника из новых, прохлопал появление какой-то испитой хари, нацелившейся на мой рюкзак, в котором уже лежали аккуратно сложенные бухточки рунированных трубок нагревателя для парового котла. Сколько сил я убил на то, чтобы аккуратно, не повредив, снять эти самые трубки с котла, до сих пор, как вспомню, вздрагиваю. Адская работенка. Тем больше было мое удивление, когда заметил, как какой-то урод спокойно цепляет рюкзак с этими самыми трубками себе на спину и… уходит! Просто так, без затей.
Честно говоря, я опешил от наглых действий крысы и даже не сразу понял, что происходит. Подошел красноглазый пьянчуга, подхватил мой рюкзак и потопал себе, словно так и надо. В том, что дело серьезное, я убедился в тот момент, когда по собственной глупости рванул за ним следом. Глазом моргнуть не успел, как над моей головой просвистело лезвие ножа. Это пьянчуга отмахнуться решил, да, очевидно, проспиртованный организм подвел или глазомер отказал.
Этот свист смерти над головой моментально привел меня в чувство. Растерянность пропала, будто и не было. В груди полыхнула злость… и тут же ушла на задний план, а мозг начал работать так, как когда-то приучал нас тренер. Холодно, быстро и четко. Удар ногой по голени заставил пьянчугу взвыть, а последовавший за ним удар воздушной волной в грудь отбросил его от меня на добрых три метра. Прокатившись по гремящей ржавой обшивке, противник закряхтел, пытаясь подняться на ноги… Каюсь, у меня даже не возникло мысли оставить его в живых. Рука сама подцепила застежку самодельной кобуры, и пистолет скользнул в ладонь. Стоящий на карачках мужик поднял голову… выстрел был тихим, словно из стреломета. Глаза пьянчуги закатились, будто пытаясь рассмотреть появившийся во лбу «третий глаз», тело дернулось и бесшумно завалилось на бок.
Как я закапывал тело незадачливого пьяницы в кучу хлама, как возвращался домой… не помню. В себя пришел в ванной, стоя над наполненным баком, в котором с ожесточением оттирал свою куртку от собственной рвоты и крови пьянчуги, в которой перемазался, пока возился с его тушей. А вот кошмары меня не мучили. Сказалось воспитание там. Да и совесть, честно говоря, не особо дергала. Я понял и принял, что слабость, проявленная мною здесь к противникам, грозит тем, что, если оставлю в живых хоть одного, наживу врага. Крысы, они крысы и есть. Что и было доказано вторым случаем. Тем самым, из-за которого я получил скользящий удар ножом в бок и свалился в обморок в лавке Края…
Это была история из разряда: не делай добра, не получишь зла. Возвращаясь из города, уже на самой границе новой и старой свалки я услышал шум. Ну, любопытство не порок, поэтому, вместо того чтобы пройти мимо, решил взглянуть на происходящее поближе. Взглянул…
Четыре крысы обшаривали тела двух явных новичков и уже успели раздеть их до исподнего. Обычное дело. Дождавшись, пока довольные трюмники уйдут, я собрался и сам покинуть место этой маленькой трагедии. Но тут до меня донесся сдавленный стон… Я не скотина и, поняв, что один из новичков жив, не смог уйти.
Подобравшись поближе, я с удивлением узнал в живом сына нашего бывшего соседа. Меллинг маленький городок, так что ничего удивительного в такой встрече не было…
Я чуть не надорвался, пока дотащил кое-как перевязанного парня, здорового восемнадцатилетнего лба, до своего дома. Пришлось волокушу изобретать из двух кусков обшивки и проволоки. Ну не бросать же его было на свалке? Ночь, быть может, он и пережил бы, но остался бы как минимум без ушей, это сто процентов. Ведь, помимо крыс двуногих, на кладбище водятся и обычные четырехлапые грызуны. Немаленькие такие твари. Палец оттяпать могут в один укус. В общем, пожалел бедолагу… неделю выхаживал, пока он на ноги не встал…
А еще через пару недель, из благодарности наверное, он привел к моему дому двух своих дружков. Жаден оказался, урод… В этот раз я головы не потерял. Грохнул всех троих, абсолютно точно понимая, что и зачем делаю. Да вот не уберегся, получил-таки ножом в бок. Но с тех пор подобных ошибок я больше не совершал и гостей к себе домой не водил. Не считая Края, хм…
Нет, у меня, разумеется, бывали и драки без смертельного исхода… со сверстниками. Но все они происходили в первые три-четыре месяца после налета пиратов и в основном сводились к претензиям а‑ля «Ты чего это на нашу территорию полез?». Ну а дальше слово за слово, потолкались-попинались, помирились, потравили байки об интересных находках и вместе пошли сдавать товар. Я так, кстати, с половиной скупщиков перезнакомился. А что? Тоже польза.
А потом на свалку потянулись взрослые, и дети притихли. Кто-то перестал наведываться на китовое кладбище из страха, кого-то родители вывезли из города, а кто-то присоединился к начавшим набирать силу городским бандам, но с ними я пока не пересекался. И слава богу. В городе такого резкого малолетку не поймут даже бандиты. По крайней мере, внимание привлеку точно. А оно мне надо?
Глава 12
Заработки и траты
Край встретил меня в своей лавке… хмуро. На прилавке огромный гроссбух, в руке перьевая ручка, понятно. Пришло время подводить квартальный итог, и отставной старшина жутко страдает от пляшущей перед глазами цифири. Хм, мне вот интересно – а для кого он эти отчеты готовит, учитывая, что никаких фискальных органов в Меллинге и в помине не осталось?
– О, Рик! – Подняв голову на треньканье дверного колокольчика, Бронов расплылся в усталой, но широкой улыбке. – Легок на помине. Только что о тебе думал!
Кто бы сомневался. Пока я после того взрыва приходил в себя у Края дома, напросился к нему в помощники. И этот гроссбух помню… потому как ушлый отставной старшина не только за прилавок меня поставил, но еще и ежемесячный отчет на меня же скинул… Ничего удивительного, что и сейчас он меня вспоминал.
– Даже не проси, – поднял я руки в защитном жесте. – Твои бумажки, сам занимайся. А я сегодня просто клиент.
– Эх, нет в жизни счастья, – делано печально вздохнул Край и, отложив в сторону книгу и ручку, ткнул пальцем в массивную столешницу. – Выкладывай, что принес… клиент.
А потом был торг. Не то чтобы Край так уж хотел меня объегорить, но товар-то подержанный… так что не грех и цену сбить за поцарапанный латунный корпус или не подходящую под нынешние стандарты размерность соединений.
Как бы то ни было, свои законные двести марок я получил. Не самый большой доход за месяц вкалывания на свалке, но вполне достойный… в моем нынешнем понимании, ясное дело.
А вот готовальни Край долго крутил, вздыхал, хмыкал, но в конце концов с сожалением отодвинул футляры от себя и развел руками:
– Рик, сам понимаешь, верфь у меня этот товар не возьмет. Я им только детали с «китов» отдаю.
– Я понимаю, дядька Край, – кивнул я. – Но в каперских лавках у меня их возьмут за бесценок… Вот я и подумал, может быть, ты сможешь выручить за них нормальные деньги?
– Хм… комиссия? – приподнял бровь Край и, дождавшись моего кивка, с готовностью подвинул готовальни к себе. – Десять процентов мои.
Да не вопрос. Сомневаться в том, что Край продаст готовальни по лучшей цене, не приходилось. Вот чего-чего, а торговаться отставной флотский умеет не хуже восточных торговцев, давно уже забывших дорогу в Меллинг.
Попрощавшись с Броновым, я выкатился из его лавки с изрядно полегчавшим рюкзаком за спиной и, не теряя времени, устремился за покупками. Растущий организм – это, оказывается, такие расходы на одежду! А обувь! Учитывая, что здесь даже на фабриках вовсю в ходу ручной труд, цена пары ботинок лично во мне вызывает глубокую ненависть к эксплуататорам, не понимающим всей прелести механизации и смысла словосочетания «взять свое на обороте».
Первым на моем пути стал маленький магазинчик на Ратушной площади. Еще полтора года назад он принадлежал старому Йозефу, торговавшему готовым платьем и бравшему заказы по каталогам, которых в его лавке была тьма-тьмущая. О, сколько времени мы с приятелями проводили, листая толстый красочный журнал «Полезные механизмы»! Сколько споров о лучшей модели велосипеда заканчивалось тем, что хозяин лавки выгонял нас из своего магазина… м-да. А теперь вместо добродушного седобородого старика с лукавой улыбкой и вечным прищуром над стеклами пенсне здесь хозяйничает сухой и длинный, словно оглобля, германец с постоянно поджатыми словно в недовольстве тонкими губами под щеточкой нафабренных усов и костистым невыразительным лицом с сонными «рыбьими» глазами.
Правда, товар в его лавке ничуть не хуже, чем был у Йозефа… Разве что нет больше толстенных каталогов на полке у стены, а вместо вечного детского гомона, то и дело взрывавшегося криками удивления, в магазине воцарилась мертвая тишина.
– Добрый день, герр Шульц. – Поздоровавшись по-немецки, я изобразил короткий полупоклон. Любит этот германец такую вот «вежливость».
– Добрый день, – сухо кивнул владелец магазина, наградив меня нечитаемым взглядом.
О как, да он сегодня в хорошем настроении, однако… С чего я так решил? А все просто. Было бы настроение плохим, и Шульц просто указал бы мне на дверь. Плавали, знаем. И плевать этой оглобле на возможную потерю дохода. Гонор важнее. Тьфу… немчура проклятая.
– Я бы хотел купить одежду. Штаны, куртку, рубашки, вроде того, что сейчас на мне.
– Растете, юноша, – с таким видом, словно награждает меня высшим германским орденом, проговорил Шульц и, окинув еще одним коротким взглядом с головы до ног, прищелкнул пальцами. – Подождите, я принесу ваш размер. Ничего здесь не трогайте. – И, повернувшись к неприметному помощнику, просочившемуся в помещение, велел: – Клаус, проследи.
Тот кивнул и, усевшись на высокий стул, уставился на меня. Теперь глаз не сведет, пока отец не вернется. Ну да, Клаус – сын владельца магазина, такой же худой и нескладный. Исполнительный парнишка лет шестнадцати и, в отличие от отца, с вполне нормальным характером. Веселый и улыбчивый… когда не на работе. Зашугал его батя. Я подмигнул парню, тот бросил короткий взгляд в сторону шторки, за которой скрылся его отец, и выжидающе уставился на меня.
– Держи, приятель. С «Хельмута» скрутил. – Сделав несколько шагов, я протянул Клаусу небольшой шильдик с германским орлом и готической надписью – названием «кита», действительно некогда украшавший капитанскую консоль ходового мостика этого рейдера. Клаус подобные вещицы коллекционирует, и у нас давно налажен своеобразный обмен.
Парень просиял, покрутил в руках массивный значок и, улыбнувшись, тут же спрятал его в бездонный карман своих широченных штанов. Туда же отправился и переданный мною список книг, которые я хотел бы приобрести.
– После заката подходи на пустырь, – произнес он и, бросив короткий взгляд на шторку, шикнув, тут же сделался серьезным. Слух у Клауса – это нечто… да. Не прошло и несколько секунд, как в помещение вошел его отец, держа в руках стопку вещей.
– Клаус, не сиди сиднем. Помоги юноше подобрать одежду, – приказал он сыну и развернулся, чтобы вновь исчезнуть в подсобке. – На расчет позовешь меня. Не хватало еще, чтобы тебя всякие босяки обсчитывали.
Скорчив рожицу в спину отцу, Клаус посмотрел на меня и развел руками. Да, понимаю… тиранящая родня, это мне знакомо… Переглянувшись, мы принялись отбирать подходящую мне одежду. Пару теплых рубашек, для выхода в город и работы на свалке, крепкие саржевые штаны, до боли напоминающие обычные джинсы, привычные мне по тому миру. Комплект из кожаного комбеза и куртки, незаменимая вещь для ползания по китовому кладбищу… носки и нижнее белье, тоже несколько комплектов. Герр Шульц даже о перчатках не забыл… за что ему отдельное спасибо. Рюкзак толстел и тяжелел, а я мысленно подвывал, прикидывая, в какие расходы себя вгоняю. А ведь мне еще нужно обувь купить, да и на вечернем торге на пустыре денежки понадобятся.
Собственно, если бы не необходимость встретиться с Клаусом, я бы и не пошел к Шульцу. Благо в той дыре, в которую превратился Меллинг, его магазин одежды не единственный. В отличие от книжных. Бандиты и каперы-пираты – не большие любители литературы, а потому отыскать нужные мне книги в городе стало практически невозможно. Библиотека верфи не в счет. Выносить книги оттуда было запрещено, а некоторые из них мне хотелось бы иметь в собственности. И вот здесь мне как раз и мог помочь Клаус. Заядлый книгочей, он как рыба в воде ориентируется в маленьком «книжном клубе» Меллинга. Найти нужную книжку, совершить сложный обмен или просто отыскать человека, у которого можно взять требующуюся книгу с возвратом, для Клауса не проблема. Ну как не воспользоваться таким удобным случаем? Я и пользуюсь. Не все же по свалке рыскать в поисках нужной литературы, правильно? А переписывать целые тома в библиотеке – это мазохизм!
Вальтер Гросс смерил докладчика угрожающим взглядом.
– Значит, на верфь уже больше года поступают детали и приборы со старой части кладбища, так? И почему я узнаю об этом только сейчас, а не сразу после взрыва?! – прошипел он, и собеседник Гросса испуганно попятился. Капитан Меллингского гарнизона славился своим крутым нравом и полным пренебрежением к закону, когда тот мешал ему делать дело.
– Но у нас до сих пор не было приказа сравнивать время производства деталей… – Подчиненный утер выступивший на лбу холодный пот.
– А в сортир вы тоже ходите только по приказу? – осведомился Гросс и, внезапно успокоившись, заключил: – Поднимите все записи, опросите всех кладовщиков, но найдите мне скупщиков, от которых поступили эти приборы. Немедленно!
Часть вторая
Идти вперед
Глава 1
Бойся своих желаний. Они могут исполниться
Визит на пустырь удался на все сто. Клаус расстарался, так что к моему приходу ушлый германский подданный уже приплясывал вокруг большой стопки упакованных в грубую бумагу и перетянутых шпагатом книг. Нет, приплясывал он не столько от радости, сколько от нетерпения. Все эти книги он получил под честное слово и теперь переживал о том, чтобы вовремя отдать все долги. Говорю же, Клауса здесь знают очень хорошо и доверяют ему безоговорочно, даже старожилы. Правда, лишь в том, что касается книг и их оборота. Но лиха беда начало, сейчас ему доверяют обмен и продажу книг, а через полгода, глядишь, и репутация среди торговцев появится. А это даже в такой дыре, как Меллинг, очень и очень серьезно. Точнее, наверное, даже именно здесь репутация честного торговца значит куда больше, чем в любом другом городе.
В Меллинге ведь бывают не только безработные матросы, здесь на берег сходят и экипажи ремонтирующихся каботажников, у которых в карманах обычно звенит если не золото, то полновесное серебро. В основном это каперы, само собой, но кто сказал, что они нуждаются только в вине и девках?
Так что, учитывая, с какой скоростью среди матросни распространяются слухи, репутация честного торговца может принести Клаусу солидную прибыль. Собственно, именно поэтому его отец и закрывает глаза на увлечение сына книжными премудростями. Тоже понимает, что стать своим в Меллинге Клаусу будет куда проще, чем ему самому.
А свой – это выгодно. Цены ниже, доставка товаров проще, да даже такая вещь, как касса взаимопомощи, до сих пор работающая в Меллинге как ни в чем не бывало, это уже солидный козырь! А воспользоваться ею может только свой. Новичкам доступ к кубышке закрыт напрочь.
– Итак, Клаус. Чем порадуешь сегодня? – поинтересовался я после того, как мы обменялись рукопожатием и устроились за небольшим столиком под навесом старой, давно не ремонтированной беседки, вокруг которой в основном и крутилась вся нынешняя книжная жизнь города.
– Рик, не так много, как ты хотел, но кое-что есть… – улыбнулся Клаус. – И ты заплатишь за все, ручаюсь.
– Откуда такая уверенность? – прищурился я.
А этот… сын торговца только гордо хмыкнул и принялся осторожно развязывать шпагат. Аккуратист… немец-перец-колбаса, понимаешь.
– Скажем так, для нее есть все основания, – заметил Клаус, разворачивая бумагу и начиная раскладывать на ней принесенные книги.
Ну, что я могу сказать? Прав Шульцев сын. Несмотря на то что притащенная им литература и на пятьдесят процентов не совпадала с переданным мною списком, жаловаться на это я не стану. Более того, не торгуясь куплю все и буду рад.
– Я ведь правильно понял твой интерес? – с широкой довольной ухмылкой спросил Клаус, наблюдая, как я касаюсь потертых обложек, провожу пальцами по названиям…
О да! Да тут одно велиградское издание «Систем рунных расчетов в применении к летательным аппаратам» стоит больше, чем все остальные книги, вместе взятые… А ведь те тоже не абы что! Ни одной книги, какую бы я мог найти в библиотеке верфи. Зато на три из лежащего передо мной десятка изданий я видел ссылки все в той же библиотечной литературе. Солидной литературе…
– Сколько? – Я уж было приготовился к кровопусканию кошелька, но Клаус меня удивил.
– Как за твой список, – усмехнулся он. Заметив удивление, мелькнувшее на моем лице, Клаус развел руками: – Рик, я понимаю, дешево… Но тут очень удачно получилось. Старый Верин уезжает к внучке в Ревель и распродает имущество. Книги чуть ли не на вес торгует. Вот я и…
– Это все ты у него взял? – удивился я.
Клаус кивнул. Еще раз взглянув на разложенные на столе книги, я покачал головой и не торгуясь выложил перед сыном Шульца обещанные пятьдесят марок. Подумал… и накинул сверху еще пять. Оно того стоит. А из Клауса действительно выйдет хороший торговец. С таким можно иметь дела…
То, что грядут большие неприятности, я понял, когда вернулся в дом Края с пустыря, нагруженный покупками, от которых рюкзак распух и потяжелел… чертовы книги!
Ну а чем, как не неприятностями, может грозить болтающаяся на одной петле перекособоченная дверь, поскрипывающая на прохладном весеннем ветру?
Пришлось в срочном порядке менять траекторию движения. Кто его знает, а вдруг за домом Бронова ведется наблюдение, и меня прихватят, едва я ступлю на его порог?
Оставив рюкзак с покупками в своем тайнике, я проверил снаряжение, прихватил летные очки и, нацепив под куртку сбрую со стволом, отправился на разведку. И первым делом я решил аккуратно заглянуть домой к Краю.
Пробраться в пустой дом незамеченным не составило никакого труда. Благо вопреки моим ожиданиям никто за ним не следил. Обследовав прилегающую территорию и убедившись, что рядом нет ни одного наблюдателя, я перемахнул через символический заборчик на заднем дворе и, стараясь на всякий случай держаться в тени, подальше от заливаемых лунным светом открытых пространств, прокрался в дом.
И первый вывод, который я сделал после недолгого осмотра пустых комнат, был однозначным: кто бы ни пришел за Краем, это были не бандиты. Местная криминальная шушера ни за что не удержалась бы от грабежа, а дом Бронова был в полном порядке. Даже следов обыска не видно. И это странно… впрочем, исходя из этих данных, говоря языком моего тамошнего учителя математики, и тактического анализа, можно сделать еще один вывод. Края взяли люди, которым просто не интересна убогая обстановка его дома. А таковых в Меллинге немного. Если быть точным, чуть больше полутора сотен солдат гарнизона. И вот что мне теперь делать?
Когда я дошел до этого умозаключения, в животе похолодело. Молнией блеснула мысль, что это вторая часть шоу со взрывом. И я принялся судорожно рассуждать, где я мог проколоться. Впрочем, почти сразу одернул себя и, кое-как успокоившись, признал эту идею не самой вероятной, скажем так. Ну, если честно, то мне просто не хотелось верить в подобное развитие событий. И вообще, кто знает, где и как мог накосячить Край Бронов? У отставного флотского старшины хватало интересов в Меллинге, так что ничего странного в таком вот результате не было…
Так я успокаивал свою совесть, пока мозг продолжал просчитывать варианты и искать способы решить возникшую проблему. Каюсь, несмотря на доверительные отношения между мной и Броновым, в первую очередь я пытался определить, чем мне лично грозит происходящее и каких проблем стоит ожидать от грядущего. Счастливого ребенка Рика быстро забил куда более прагматичный Кирилл Громов, вынужденный слишком рано повзрослеть в том мире и в каждом событии и действии искавший подвох. Уж его-то жизнь совсем не располагала к счастливой вере в доброе и светлое. Спасибо родственничкам, они весьма споро отучили от этих глупостей. Другое дело, что и я не чужд обычной человеческой признательности, так что вопрос, вытаскивать Края из гарнизона или нет, передо мной не стоял. Ответ и без того очевиден.
Но сначала нужно разобраться, что к чему, а для этого нужно раздобыть хоть какую-то информацию. Вопрос, к кому я могу обратиться за нужными сведениями, учитывая, что круг моих знакомств в городе крайне узок. Если не сказать больше… Редкие старожилы, по тем или иным причинам до сих пор не покинувшие город, ставший обителью всякой шушеры и ищущих найма каперов, да продавцы нескольких магазинов. Вот и весь мой «ресурс». Впору самому себе пинка дать за то, что больше года так качественно сторонился людей. Хотя с крысами это точно был правильный ход…
От самокритики меня отвлек тихий шорох на первом этаже. На кухне? Да… Короткий посыл воздушной волны приносит ответ. Человек, скорее даже ребенок. Один, и он уходит. Хм… подсыл от очередной банды? Заметили сорванную дверь и решили полюбопытствовать? Тогда почему он не осмотрел весь дом?
Дождавшись, пока шаги стихнут, я скользнул вниз по лестнице, и уже хотел было кинуться следом за неизвестным визитером, когда заметил по центру стола в гостиной то, чего там раньше не было. Небольшой конверт без адреса и марки. И лишь одно слово, написанное знакомым, но почти забытым уже бисерным почерком: «Отшельнику».
Так Край в шутку прозвал меня после того, как побывал в гостях на курьере. А что? До ближайшего анклава крыс оттуда больше десяти километров. От городских окраин примерно столько же, вокруг ни души. Чем не отшельник?
Чуть помедлив, я все-таки взял в руки письмо и, не теряя времени, слинял из дома Края так же, как пришел, через задний двор, старательно укрываясь от возможных наблюдателей в резких угольно-черных тенях. Луна, зараза, никак не хотела прятаться в облаках, хотя ими полнеба обложено. Пришлось финтить. Письмо? Открою его в укромном месте.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?