Текст книги "Город живых"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gorod-zhivyh-55810.jpg)
Автор книги: Антон Ледовских
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Данил поприветствовал бойцов и уселся на тумбу кнехта. У края причала было немного прохладней. Пахло водорослями и рыбой. Парусник, сопровождаемый портовыми буксирами, был не дальше ста метров. Уже можно было разглядеть смуглые лица моряков. Лица островитян светились улыбками. Они радостно махали руками, приветствуя город. Данил в очередной раз усомнился в подозрениях контрразведчиков. Толпа восторженно взревела.
Через пять минут парусник уже пришвартовался к причалу. Загремели по сходням сапоги моряков. Люди напирали на оцепление, из толпы летели цветы. Навстречу спускающимся морякам из здания морвокзала вышла делегация от руководства города. Среди них мелькнуло лицо полковника, виденное Данилом по телевизору. Моряков сразу окружили контрразведчики. Подъехал автобус с забранными решетками окнами. Несколько контрразведчиков зашли на корабль. Они знаками показывали оставшимся морякам на автобус. Те растерянно переглядывались, но сопротивляться не стали. Скоро уже все островитяне были погружены в автобус. Взревели сирены, и автобус, сопровождаемый двумя бронированными машинами, унесся в сторону военной базы. Люди стояли в недоумении. Контрразведчики увели у них праздник практически из-под носа. Недовольно ворча, толпа стала расходиться. Данил тоже был разочарован. Они с Максом ожидали чего угодно, но только не такого поворота событий.
– Да, Макс, если бы знали, чем все кончится, наверняка бы не тащились через весь город.
Макс понуро кивнул.
– Ладно, пойдем хоть искупаемся, совсем, что ли, впустую сходили.
Друзья поплелись в сторону пляжа. Накупавшись в теплой воде, они разлеглись на песке. Оба были сильно загоревшими и смотрелись как заправские курортники. Макс успел прокоптиться в море. Данил же вдоволь назагорался на точке. Мускулистые фигуры товарищей невольно притягивали взгляды отдыхающих на пляже молодых девушек. Провалявшись на пляже почти до вечера Максим, сославшись на то, что завтра рано вставать на работу, ушел домой. Данилу не хотелось идти, тем более, потом пришлось бы опять возвращаться в центр на вечеринку.
Центральный парк
Солнце еще только клонилось к заходу. Зной летнего дня медленно уходил, уступая мягкой вечерней прохладе. Данил легко шагал по лестнице, подымающейся с набережной, наверх к центру. Там, заросший вековыми деревьями, находился старый городской парк. Он всегда был культурным центром города и излюбленным местом отдыха горожан. В мирное время в нем проводились праздники, гуляли старики и молодежь. Стояли аттракционы для детей, скрипело старое колесо-обозрение.
Все это осталось в прошлом. Из-за нехватки электричества карусели и аттракционы давно не двигались. Молчали мощные колонки на танцполе дискотек. Но люди по привычке тянулись в парк. Прогуливались по темным аллеям, сидели вечерами на лавочках. Не изменяли этой традиции и рейдеры. Вечеринка должна была состояться в одном из двух работающих в парке кафе.
Данил, поднявшийся по лестнице, быстро дошел до бокового входа в парк. Там его уже поджидали Костик и Вадим. Втроем они двинулись вглубь по тенистой аллее. Кафе находилось недалеко. В нем сидело не менее пятидесяти бойцов. Праздник набирал обороты. На мангале жарилось сочное мясо. Молоденькие официантки сбивались с ног, поднося напитки и закуски к столам. Лейтенант по-хозяйски направился к свободному столику, заставленному бутылками с напитками и тарелками с дымящимся шашлыком. Мимоходом он кинул на поднос, стоявший при входе, несколько купюр и талонов на паек. Гулянка проводилась за общий счет. Данил последовал его примеру, освободив карманы от пары бумажек. Обмениваясь кивками со знакомыми и незнакомыми рейдерами, Данил протиснулся вслед за лейтенантом к столу. Вокруг звучал веселый смех. Рейдеры отдыхали.
Из небольших колонок лилась негромкая музыка. Играли старые диски, сохранившиеся с мирных времен. Гулянка набирала обороты. Вокруг кафешки толпами бродили горожане. Данил неоднократно ловил на себе взгляды симпатичных молодых девушек. Выпитый алкоголь начал действовать на уставший организм, и Данила начало тянуть на приключения. Обернувшись к лейтенанту, Данил ухмыльнулся и сказал:
– А может, пригласим к нам пару девчонок, вон их сколько ходит.
Костя серьезно посмотрел на молодого бойца и совершенно трезвым голосом ответил:
– А у нас не принято.
Данил обалдело уставился на лейтенанта. Потом провел взглядом по соседним столикам. И действительно, в кафе не было ни одной девушки.
– Ты парень молодой, еще не знаешь всех превратностей жизни. Вокруг много молодых хищниц, которых интересуешь не ты, а содержимое твоих карманов. Лучше найди себе девушку, которая не будет знать, кто ты.
Данил внимательно слушал старшего товарища.
Константин продолжал развивать свою мысль:
– Да и серьезные отношения мало кто из наших торопится заводить. Жизнь рейдера непредсказуема и, к сожалению, коротка. А уезжать каждый раз за периметр и знать, что можешь не вернуться, при том, что дома тебя ждут жена и дети, очень тяжело. Многие из-за этого бросали службу. Вот что я тебе посоветую – не торопись жить и не торопись умирать.
Только теперь Данил понял, что, несмотря на ровный голос, Константин уже был достаточно пьян. Видно, алкоголь настроил его на философский лад. Тут кто-то позвал лейтенанта, и тот пересел за соседний столик. Старшина оживленно беседовал с подсевшим к ним бойцам. Данил остался как бы не у дел. Посидев немного, он заскучал. Мысли опять повернулись в романтичное русло. «Если гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе», – рассудил Данил и направился к выходу из кафе. Навстречу тут же попалась симпатичная девушка, которая, казалось, только и ждала его появления. Она тут же ухватила его под руку и начала щебетать что-то на ухо. Мозг, одурманенный алкоголем, практически ничего не воспринимал. До сознания долетали только обрывки слов.
«Я так мечтала познакомиться с настоящим рейдером. Какой ты милый…» – и т. д. и т. п. Девушка, продолжая ворковать, тянула Данила куда-то в глубь парка. Он не сопротивлялся, млея от ощущения близости молодого женского тела. Неспешно они удалились от центральных аллей и углубились в дебри парка. Данил начал вертеть головой, пытаясь понять, куда же они забрались. Тут вокруг возникло непонятное движение, и Данил осознал, что, скорее всего, они уже пришли.
Перед ним стояли четверо парней. Данилу вспомнились слова лейтенанта. Он почувствовал себя добычей. Ощущение было не из приятных. Скорее всего жизни Данила ничего не угрожало, а вот гордости и бумажнику наверняка грозила опасность.
Девушка кошкой ускользнула от Данила и скрылась в темноте парка. Грабители молча надвигались на молодого рейдера. Уровень боевой подготовки Данила не оставлял ему шанса выйти победителем из этой схватки. Но внутри закипала злость. На себя, на вероломную девушку и этих парней, покусившихся на легкие деньги. Не дожидаясь, когда грабители сомкнутся вокруг него, Данил резко отпрыгнул назад. Один из грабителей, подумав, что рейдер пытается убежать, кинулся на него. И тут же получил сокрушительный удар в челюсть. Данил сумел обмануть нападающего, и тот мешком осел на подкосившиеся ноги. Триумф был кратковременным. Оставшаяся тройка гуртом навалилась на Данила, уронив его на землю. Рейдер отчаянно отбивался и лягался даже придавленный к земле. На него градом посыпались удары. Тяжесть тел пропала, теперь его избивали ногами.
Оставив попытки отбиться, Данил попытался закрыть руками голову. Неожиданно удары прекратились. Послышался громкий вскрик и звуки падения тел. Данил оторвал руки от лица. Над ним стояли Костик и Вадим. Рядом валялись незадачливые грабители. Против двух матерых бойцов у шпаны не было шансов. Лейтенант протянул руку и помог подняться Данилу. Ребра сильно ныли, но сломаны, скорее всего, не были. Отплевываясь кровью, Данил с огромным трудом выпрямился. Теплые чувства переполняли его, но Костик приложил палец к губам, останавливая попытки Данила рассыпаться в потоке благодарностей.
– У нас боевое братство, парень.
А потом, улыбнувшись, добавил:
– Вообще это нормально – на первом корпоративе по морде получить. Там еще один салага прямо в кафе отхватил. Правда, от своих. Начал парней палачами называть. А мы чистильщики. – Последнюю фразу Костик произнес уже более серьезным тоном.
Вадим рассмеялся.
Данил смотрел на этих двоих, ставших за три месяца такими близкими для него людей. Он был счастлив, несмотря на то, что кровь продолжала капать из разбитых губ, а ребра невозможно саднили. В первый раз он понял, что такое настоящее боевое братство.
В дальнем конце аллеи затопали тяжелые ботинки. Светя фонариками, к рейдерам спешили полицейские. Видимо, кто-то все же заметил драку. Данил с удивлением заметил среди полицейских знакомое лицо девушки, заманившей его в ловушку. Лейтенант быстрым движением рванул с шеи жетон, показывая его на вытянутой руке приближающимся.
– Недоразумений нам больше не надо, хватит на сегодня.
Девушка, увидев рейдерский жетон, на мгновение оторопела. Она спешила сюда, чтобы обеспечить себе алиби в возможном расследовании. Что, мол, гуляла с парнем, а на него напали. А она смогла вырваться и позвать помощь. Она не предполагала подобного развития ситуации.
Однако, не растерявшись, девушка тут же закричала:
– Эти проклятые военные избили моих друзей, задержите их!
Попытка была достойна уважения, но не имела успеха. Жетон давал рейдерам неприкосновенность от внутренних сил правопорядка. Решения по проступкам бойцов мог принимать только внутренний трибунал, состоявший из командования отряда. Полицейские могли только отконвоировать нарушителей на базу. Кроме того, лицо лейтенанта было известно в городе. Константин имел достойную репутацию, не позволяющую полицейским усомниться в его правоте. Полицейские замялись, не зная, что делать.
Костя правильно истолковал нерешительность наряда.
– Она наводчица этой банды. – Он махнул рукой в сторону валяющихся на земле грабителей.
Девица не успела сказать ни слова, как наручники уже захлопнулись у нее на запястьях. Та же участь ждала и остальных налетчиков. Полицейские привели в чувство грабителей и, поставив их на ноги, повели к выходу из парка. Лейтенант в это время успел объяснить ситуацию полицейскому сержанту – командиру патруля. Тот согласно кивал, а напоследок попросил завтра появиться в управлении для дачи показаний.
Данил печально проводил взглядом удаляющуюся процессию из полицейских и задержанных.
– Жаль девушку, уж больно красивая.
Сослуживцы ничего ему не ответили, лишь молча взяли под руки и повели обратно в кафе. Вечер, как и день, был подпорчен осадком чувства несправедливости. Данилу было действительно жаль девицу.
Наказания за уголовные преступления в городе не отличались большим разнообразием. Обычно преступнику предлагалось на выбор два приговора: смерть или изгнание за периметр. Причем большинство выбирало смерть. Страх перед мертвяками был сильнее, чем перед расстрелом. Город не мог себе позволить содержать тюрьму, лишние рты были никому не нужны. Гуманность в наказаниях была забыта. Кстати, именно эта мера позволила сократить преступность в городе до минимальных размеров.
Данил во время драки успел отрезветь и принялся топить тоску в спиртном с новой силой. Ему казалось, что в случившемся есть доля его вины. Если бы он послушал Костю, то, возможно, девушка осталась бы на свободе. Хотя, с другой стороны, на его месте мог оказаться кто-то другой, у которого нет таких хороших товарищей, как у Данила. Окончательно запутавшись в своих переживаниях, Данил незаметно уснул. По традиции уткнувшись лицом в большую миску с салатом.
Совещание
Проснулся Данил в казарме. Предусмотрительный лейтенант договорился на базе о грузовике, который транспортировал тех, кто ходить уже не мог.
Кто-то долго тряс Данила за плечо, прежде чем он разлепил глаза. Во рту был противный привкус, голова гудела, ныли ребра. Еще не полностью очнувшись, Данил дал себе зарок впредь быть более воздержанным.
Перед ним, улыбаясь, стоял Костя, в руках у него была запотевшая бутылка минералки. Лейтенант протянул ее Данилу. Прильнув разбитыми губами к горлышку, он с жадностью принялся пить холодную воду. Опорожнив бутылку, Данил более осознанным взглядом оглядел Константина. Тот был чисто выбрит и свеж. Если бы Данил не сидел с ним вчера за одним столом весь вечер, он никогда бы не заподозрил, что Костя может быть с похмелья. Смотреть на его сияющее лицо было даже противно.
Но время на размышления лейтенант Данилу не дал.
– Давай поднимайся, у тебя на сборы двадцать минут. Бегом в душ, а потом в актовый зал. Совещание будет.
Константин двинулся дальше по казарме, распихивая по пути других бойцов. Данил поплелся в душ. Поток холодной воды немного привел его в чувство. Быстро переодевшись в форму, Данил направился в зал собраний. В двери он вошел уже почти трезвым шагом.
Там уж собралась почти вся группа. Сам Константин сидел за столом в президиуме. Через пять минут собрались все. Постучав ручкой по горлышку графина, призывая к тишине, Константин начал свою речь:
– Бойцы, в связи со скорым закрытием точки «Метро» командование возложило на нашу группу поиск новых источников продуктов питания и мануфактуры.
По залу прокатился вздох разочарования.
– Мне поручено сформировать несколько поисковых групп и предоставить в штаб примерный план поисков.
– А чего искать? В радиусе пятиста километров на север мы уже прочесали все, что можно, – послышалось из зала. Рейдеры согласно загудели.
Константин, дождавшись тишины, продолжил:
– Я прекрасно осведомлен о положении вещей за периметром. Тем не менее приказ есть приказ. Так что я надеюсь услышать конкретные предложения, а не ахи-вздохи.
В зале воцарилась невольная тишина. Данил оглядел товарищей по оружию. Никто не делал попытки предложить хоть что-нибудь. Видя такую ситуацию, Данил решился.
– А почему нам не пробить «Метро» на юге?
В зале послышались смешки. Сидящий рядом Вадим тоже осклабился:
– Дороги на юг нет, мы просто не можем перейти реку, текущую через мегаполис. До мостов через город не добраться. А все паромные переправы за городом разрушены. Теоретически мы можем высадить на противоположный берег залива мобильный десант, но нам нужны пути для грузовиков.
Данил выслушал, но не согласился со старшиной.
– Там под мегаполисом еще одна дорога есть, она по деревням идет прямо к мосту. Я с отцом через нее на рыбалку ездил, чтобы в пробках не толкаться.
Отвечал Данил старшине, но к его словам моментально прислушался весь зал. Костя поманил Данила к себе. Нажав что-то на пульте стола, лейтенант приглушил в зале свет, а на доске за его спиной проектор высветил карту окрестностей города.
– И где эта дорога? – поинтересовался лейтенант.
Данил внимательно вглядывался в карту, ища знакомые ориентиры. По прошествии минуты он взял со стола маркер и начертил короткую линию, соединившую западный мост и ближайшую к мегаполису деревню. Линия пролегла по участкам, полностью закрашенным зеленым цветом, согласно карте там были поля. Центральный въезд в мегаполис находился гораздо северней.
Лейтенант с недоверием разглядывал незамысловатый чертеж Данила.
– Грузовики там пройдут? – уточнил он после небольшой паузы.
– Раньше проходили, там дорога по насыпи односторонняя. Я как сейчас помню, что по десять минут там стояли, фуры пропускали.
– Кто-нибудь был в тех местах?
Бойцы отрицательно качали головами. С задних рядов послышался нерешительный голос:
– Слышал что-то подобное, но сам там не был.
Еще один боец подтвердил, что ранее была информация об объездной дороге.
– Я больше за мост боюсь, вдруг там машин много, – продолжил Данил, – а так, если мост пересечем, я дорогу по-над заливом знаю до столицы соседней области. Там «Метро» тоже на окраине стоит, как наша точка.
– Ну, мост – это не проблема, у нас для этого таран есть. Можно машины в реку сбросить. Перила там не очень высокие, думаю, пройдем. – Сомнения Кости кончились, он принялся за решение проблемы.
– Так, рабочая версия есть, закажем самолет для разведки и будем пытаться. Поедут, как обычно, две машины. Назначаю в группу Данила как проводника. Вадим поедет старшим. Остается еще шесть вакансий. Предлагаю добровольцам выдвигать свои кандидатуры.
Вверх взметнулся лес рук. Лейтенант оглядел желающих и быстро назвал еще шесть имен.
– Последний нюанс: таран город даст, естественно, только для очистки моста. С ним пойдет сопровождение из двух бээмпэ. Экипаж назначу позднее.
Константин немного помедлил, как бы пытаясь вспомнить, все ли он учел. И оставшись, видимо, доволен, удовлетворенно кивнул.
– Совещание закончено. Все свободны. Попрошу остаться только группу разведки.
Рейдеры разошлись. Лейтенант обсудил еще кое-какие подробности с Данилом и остальными свежеиспеченными разведчиками и вскоре укатил в штаб.
Поскольку впереди замаячил длительный поход, Данил поспешил домой в надежде потратить оставшееся до выезда время на отдых.
Смута
Идя по окраинам города к своему дому, Данил непроизвольно отметил, что город в разгар рабочего дня почему-то был наводнен бесцельно шатающимися людьми. Обычные деловые пешеходы, вместо того чтобы спешить по рабочим делам, бродили как бы в растерянности, то и дело сбиваясь в небольшие группки. Группки со временем росли, расширялись за счет свежих прохожих. В любой другой день Данил обязательно бы поинтересовался, что происходит, но похмелье, временно отпустившее молодой организм, навалилось с новой силой. В голове отбивали дробь маленькие молоточки, вызывая на лице мученические гримасы. В таком состоянии рейдер не хотел показываться горожанам. Мешало чувство стыда и боязнь опорочить честь мундира.
Потратив остаток сил на подъем по лестнице, Данил ввалился в квартиру. Родной дом встретил его мрачной тишиной. Только сейчас Данил заметил, что в квартире царит запустение. Частые отлучки из города наложили свой отпечаток на внутреннее убранство. Толстый слой пыли, таившийся по углам, и вечно задернутые плотные шторы придавали квартире нежилой вид. Данил кое-как разделся и рухнул на диван. Как ни странно, сон не шел. Данил протянул руку и взял с тумбочки телевизионный пульт. Щелкнув кнопкой, он оживил висящую в углу жидкокристаллическую панель. И вновь обессиленно прикрыл глаза. Голос диктора медленно пробивался в затуманенное сознание Данила.
Репортаж велся с площади перед администрацией города. Журналист горячо и сбивчиво вещал что-то о свободе слова и демократии. Данил попытался вслушаться в его речь.
– Весь город с радостью встречал наших далеких друзей, прибывших к нам через тысячи километров, преодолев непредсказуемую морскую стихию. И чем мы их встретили? Плен и заточение в военных казематах. Уже прошли сутки с момента их прибытия, а до сих пор ни один гражданский человек не был допущен к гостям для общения. Администрация ссылается на необходимость карантина. Но всему городу, кроме, соответственно, военных, понятно: в море заразиться невозможно. Почему же, спрашиваем мы у властей, послы до сих пор находятся в заточении? И что в ответ? – Голос репортера почти сорвался на крик.
– Администрация прекратила всякое общение с прессой и населением. Я призываю всех граждан, которым не безразлично будущие нашего города, прийти сюда, на площадь перед администрацией, и добиться свободы для наших гостей.
Услышав последние слова репортера, окружающие взревели в одобряющем крике.
Камера отъехала, беря площадь крупным планом. Толпа на площади была огромна. Люди размахивали плакатами и что-то кричали. Через общий шум продолжал пробиваться голос репортера.
– Граждане, бросайте работу, приходите на площадь. Давайте вместе добьемся от администрации ответа. Даешь всеобщую забастовку!
Трансляция неожиданно прервалась. На экране появилось лицо примелькавшегося за последние дни подполковника контрразведки. Зазвучал его ровный, хорошо поставленный голос. Ни один мускул во время речи не дрогнул на лице подполковника. Контрразведчик призывал к спокойствию и настоятельно не рекомендовал гражданам покидать своих домов и рабочих мест. Он завел долгое и пространное объяснение по поводу необходимости соблюдения мер безопасности и карантинного расписания. Внизу экрана засветилась бегущая строка.
«Всем военнослужащим, находящимся в очередных отпусках и увольнительных, предписывается немедленно явиться на места базирования. Строжайшим образом запрещается принимать участие в несанкционированных митингах. Нарушители будут переданы в военный трибунал города и осуждены по законам военного времени».
Данил витиевато выругался. Скрипнула входная дверь. Рейдер быстро вскочил с кровати и потянулся к тумбочке за оружием. «Беретты» поблескивали хромированными боками в тусклом полумраке квартиры. Последние события сделали Данила немного нервным. Подозрительность оказалась излишней. В дверном проеме показалась фигура Макса. Приветственно кивнув, он прошел в комнату и уселся на кресле около кровати. Данил, расслабившись, откинулся на подушку.
– Я тебя из окна увидел, мы сегодня с самого утра бастуем, а я сестренку решил проведать, – как бы извиняясь, начал Макс. – Ты новости видел?
Данил утвердительно кивнул.
– Пойдешь к администрации?
Вместо ответа Данил указал на экран телевизора. Максим вгляделся в циклично повторяющуюся бегущую строку. Когда он повернулся к Данилу, на лице у него было презрительное выражение.
– Так ты что, с ними?
– Я с рейдерами.
Максим молча поднялся и направился к выходу. В дверях он остановился и, обернувшись, процедил:
– Я был о тебе лучшего мнения.
Не прощаясь, Максим покинул квартиру.
Данил медленно начал собираться обратно на базу. На душе было паскудно. Осуждение друга было практически последней каплей. Душа рвалась туда, на площадь. Но долг звал в казарму. С тяжелым камнем в сердце Данил вышел из дому и пошел на базу. Сам себя он успокаивал одной мыслью: рейдеры не будут воевать с мирным населением. Идя прочь от дома, он чувствовал на своей спине злые взгляды горожан. Такое было впервые, рейдеров всегда уважали в городе.
По пути Данил встретил еще несколько знакомых бойцов. Они приветственно кивали и присоединялись к нему. Вскоре рядом с Данилом шло уже около десятка рейдеров. Шли молча. Всех обуревали одни и те же чувства. Теперь случайные прохожие опасались бросать вызывающие взгляды в сторону бойцов и старались сторониться группы. Десятка своей размеренной, практически строевой поступью, вызывала благоговение.
База встретила Данила таким же тягостным молчанием. Бойцы, вытаскивая из казарм табуреты, рассаживались на плацу вокруг небольшого радиоприемника. Телевидение было под контролем властей. Зато где-то в городе работал радиопередатчик, вещающий о событиях на площади. Данил, последовав примеру остальных бойцов, притащил табурет и уселся на краю плаца. Ближе к радиоприемнику подобраться было невозможно.
Данил не успел вслушаться в негромкое звучание радиоприемника, когда в ворота базы влетел, сверкая полированными бортами, черный «Мерседес». Головы рейдеров как по команде повернулись к машине. Резко затормозив около плаца, «мерс» остановился. Из него вылез тучный майор контрразведки, сжимая в руках скомканный бумажный пакет. Выбравшись из прохлады внутренностей иномарки, майор, попав под злое летнее солнце, сразу начал потеть. Вероятно, на его потливость повлиял еще тот факт, что майор был очень взволнован и явно нервничал. Откашлявшись, он огласил плац громким криком.
– Кто старший? У меня приказ от командования.
Поднялось сразу несколько фигур. Встали офицеры – командиры полевых отрядов. Среди них был и Константин. Слаженной группой они подошли к майору. При их приближении тот вытянулся и закаменел лицом.
– Мы все тут главные, – взяв инициативу в свои руки, начал Константин.
Остальные офицеры согласно закивали. В какой-то мере он был прав. Раньше старшим офицером на базе был замполит. Номинально командиром рейдеров числился некий полковник из совета городского управления. Но на базе он был крайне редким гостем, предпочитая заниматься делами непосредственно в совете. Теперь же после гибели замполита боевые отряды остались как бы предоставлены сами себе, подчиняясь только непосредственным командирам. Единой власти на базе не было.
– Я привез приказ командования о немедленном выдвижении личного состава рейдеров для обеспечения безопасности здания администрации. Вам приказано заступить в оцепление.
Говоря это, майор преобразился. Тон его стал уверенным, в голосе послышались командные нотки. Он хотел добавить еще что-то. Но его грубо и неожиданно прервал Константин.
– Мы не войдем в город.
Майор весь побагровел от возмущения.
– Я вас всех под трибунал отдам, – срывающимся голосом заверещал он, – это нарушение устава. Саботаж!
– А вы, уважаемый, хоть раз устав рейдеров читали? – вновь прервал его лейтенант.
Майор непонимающе захлопал глазами.
Константин продолжал:
– В уставе черным по белому написано, что рейдеры не имеют права проводить военные операции в черте города. Ваш приказ абсурден и, более того, незаконен.
Майор бессильно хватал ртом воздух. Слов для ответа у него не нашлось.
Константин, вплотную приблизившись к майору, склонился к его уху. Слова были произнесены негромко, но все находящиеся поблизости отчетливо их слышали.
– Передай командованию, чтобы оно не рассчитывало на нас в своих интригах. Против гражданских мы воевать не будем. На их стороне мы тоже не пойдем.
Выдержав небольшую паузу, Костя добавил совсем уж тихо:
– Пока не пойдем.
Майор, окончательно выбитый из колеи, заметно побледнел и даже перестал потеть. Пробормотав что-то неразборчивое, он рысцой кинулся к свой машине. Хлопнула дверца, и автомобиль унесся прочь.
Началось изнуряющее ожидание. Неизвестность.
К вечеру бойцы потянулись в оружейку. Рейдеры облачались в боевую выкладку. Обстановка нагнеталась радиопередачами. Ничего внятного приемник об обстановке в городе не прояснял. Было известно только то, что вся контрразведка и полиция стянута к зданию администрации. Население же застыло в нерешительности. Штурма пока не было. Уже по темноте Константин, безоружный и в одиночестве, ушел в город, чтобы попытаться прояснить обстановку.
Ожидание продолжалось всю ночь. На базе практически никто не спал, теперь уже вслушиваясь, не загремят ли выстрелы из центра города. Но было тихо. Радиоприемник тоже молчал, трансляция прекратилась. Видимо, контрразведчики сумели все-таки найти передатчик.
Все закончилось ранним утром. К воротам базы подлетела патрульная машина полиции. Из нее выскочил радостный Константин.
– Отбой! – закричал он от самых ворот. – Островитян выпустили.
Рейдеры обступили лейтенанта плотным кольцом, пытаясь выяснить у него подробности.
Выяснилось, что когда обстановка напротив здания совета уже накалилась до предела, перед толпой выступил пресс-секретарь администрации. Он пообещал, что утром посланцам дадут возможность свободно выйти в город. Секретарь еще что-то малоубедительно продолжал рассказывать о карантине, но его уже никто не слушал. Толпа ликовала. Свою лепту во всеобщую радость внес и Константин, заявив о политике невмешательства рейдеров.
С рассветом вновь открылись двери администрации, и из них хлынул поток островитян. Толпа бурно приветствовала посланцев новой колонии. Бородатых матросов поднимали на руки и подбрасывали в воздух. Те, в свою очередь, смеялись и кричали что-то в ответ. Только тут выяснилось, что разговаривают они на греческом.
Отвлеченная появлением освобожденных послов толпа не заметила, как стремительно было свернуто оцепление. Через пару минут перед зданием не осталось ни одного человека в военной форме.
Кое-как был налажен диалог с островитянами, нашлись несколько человек, знающих греческий. Посыпался град вопросов. По толпе, подобно волнам от упавшего в воду камешка, расходилась информация, передаваемая из уст в уста тысячами людей.
Константин не остался в толпе, здраво рассудив, что еще успеет ознакомиться со всеми новостями, а сразу же кинулся на базу, чтобы не держать бойцов в неизвестности.
Вскоре после его приезда вновь заработал телевизор. Все тот же контрразведчик объявил о снятии военного положения. Бойцы с облегчением потянулись сдавать оружие. Через полчаса база практически опустела. Осталась только дежурная смена.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?