Читать книгу "Меня зовут Ро-де-ри!"

– Зачем ты так, Лэра…

– Убирайся, – повторяю я. – Ненавижу тебя, слышишь?! Ненавижу!

Зажмуриваюсь, не желая глядеть на него. Стараюсь глубоко дышать и проговариваю про себя – один, два, три… тридцать пять, тридцать шесть… сто…

Когда я открываю глаза, в кабинете я одна. Свет за собой незваный гость тоже погасил – привычка всех выпускников Академии. Темнота окружает меня – такая уютная, родная.

Двадцать семь дней… Он что, считал?!

От этой мысли меня разбирает смех. Не потому, что нервничаю – нервы магов очень крепкие.

Но одного из них мне удаётся выводить из себя с завидной регулярностью.

***

Освещение я включаю опять – и натыкаюсь на запись. Доклад розыскника. Пробегаю лист глазами – и обессиленно падаю в кресло.

Нет. Не может быть.

День накануне смерти Винкера Сарьэна. Девять вечера. «Скользкий угорь» – крошечная забегаловка в Рыбном квартале. Полчаса ходьбы до «Весёлого некроманта» и столько же до Центральной площади. Сейлэд Декллиб и Файбэр Сарьэн, опознаны по изображениям. Пришли вместе, сидели, выпивали, после чего молодой человек расплатился за двоих и покинул заведение, а маг остался – его сочли вдрызг пьяным. Тупо пробегаю список свидетелей. Пять человек, в том числе хозяин и подавальщик. Хозяин лично выставил невнятно бубнящего оборванца за порог. Завтра остаётся только вызвать всех в Службу и поставить лицом к лицу…

Ловлю себя на том, что ищу лазейки. Вдруг это совпадение. Файбэр угостил незнакомца выпивкой, а потом тот встретился с заказчиком… Смеюсь сама над собой, затем резко поднимаюсь. После снятия воспоминаний резерв ещё не восстановился, но нежданная встреча придала сил. Злость – лучший помощник.

Наверное, надо сказать Даллору. Ведь я собираюсь на встречу с убийцей. Но… пока вина не доказана, Файбэр мой друг. Возможно, он объяснит имеющиеся факты простыми причинами. Или растолкует мне что-то, чего я не понимаю. Посмеётся вместе со мной… Поставить в известность начальство я успею всегда.

От здания Службы до моего дома рукой подать. Но я иду не к себе, а к пристройке, распахиваю дверь и буквально взлетаю вверх: Марике подхватывает меня мощными лапами и прижимает к груди. При этом горрт тихонько урчит, выражая радость. Страур, наоборот, обнюхивает меня и жалобно скулит… на мне запах его второго хозяина.

– Тише, – строго говорю им. – Сегодня я устала, порталы строить не могу. Поэтому сами решайте, на ком я поеду, а кто побежит рядом.

Брат с сестрой переглядываются, и Страур опускается на четыре лапы, а Марике бережно сажает меня ему на спину. Обнимаю шею, зарываюсь руками в густую шерсть.

– Вперёд. Только не бегом!

Для молодых горртов поездка всегда развлечение. Они с удовольствием обнюхивают магические светильники, запозднившихся прохожих, заглядывают в окна домов. До Центральной площади мы доезжаем быстро – слишком быстро, на мой взгляд. Марике ссаживает меня, заглядывает в лицо своими лиловыми глазами – «Что дальше, хозяйка?»

– Ждите, – прошу я. – И прислушивайтесь. Мне может потребоваться ваша помощь.

Страур улыбается в усы и смешно садится на задницу. Марике, как более серьёзная, фыркает и лижет мою руку. Слух у горртов тоньше человеческого. Мне достаточно шепнуть имя, чтобы они прибежали.

У Файбэра в гостях я ни разу не бывала. Не хотела давать повод для ревности его любовницам. Но расположение дома знаю прекрасно, а войти куда-либо для мага не представляет ни малейшего труда. В дверь квартиры я всё же предварительно звоню: время позднее, друг может быть не один.

Молодой человек открывает практически сразу, словно стоял за дверью. Кого-то ждал? Вряд ли меня, но радостная улыбка вспыхивает на лице двумя очаровательными ямочками у губ.

– Родери! Проходи!

На секунду мне кажется, что я и вправду нездорова. Заподозрить Файбэра, такого славного, приятного в отношении, с юных лет самостоятельно пробивающего себе место в жизни, – большей нелепицы не придумать. Но изобразить, что просто пришла в гости, я не могу. Разобраться сразу – и потом уже расслабиться.

Протягиваю молодому человеку запись, найденную на столе. Файбэр хмурится, берёт, читает… Пожалуйста, рассмейся! Скажи, что я совсем свихнулась у себя на Службе, надо больше отдыхать и развлекаться – то, что ты говоришь мне постоянно при наших встречах – единственных, скрашивающих моё пребывание в Брэгворде.

– Что ты собираешься делать? – голос друга странно спокоен.

– Неправильная формулировка, – в отличие от него, я не способна справиться с эмоциями, – вопрос в том – «что я должна сделать»?

– И что же?

– Вызвать завтра тебя и свидетелей. Официально оформить ваши показания. Предъявить тебе обвинение, взять под арест…

– Ты же понимаешь, что этого мало для суда?

Не верю своим ушам. Не хочу верить! Он не отпирается…

– Файбэр! – опускаюсь до мольбы. – Убеди меня, что я ошибаюсь. Что это совпадение. Что ты никогда не видел Сейлэда Декллиба, не встречался с ним в забегаловке Рыбного квартала, не поил вином!

– Может быть, ты всё же пройдёшь в гостиную?

Послушно следую за ним, позволяю усадить себя в кресло.

– Родери, я убил своего деда. И ни секунды не жалею об этом.

Странная у меня натура. Кажется, уроки, что я получила, должны были научить не доверять никому. Ан нет, я по-прежнему выбираю не тех людей и глупо удивляюсь, почему мне так больно разочаровываться…

– Он был отвратительным, напыщенным, лицемерным самодуром, зажившимся на свете. Своё богатство он не заслужил, не заработал – оно досталось ему в приданное от жены. Но вёл он при этом себя так, словно имеет право учить всех, как им жить и что делать, будто Сам Всевышний! Читал наставления с утра до вечера, попрекал куском хлеба, цеплялся к любой мелочи! Существовать с ним в одном доме было невыносимо. При этом себя он не ограничивал ни в чём – слуги, горрты, сад, удовольствия…

Молчу. Никто не заставлял взрослых детей висеть на шее у отца. Винкер выделил им часть наследства – они его промотали. Это был их выбор, и нечего жаловаться.

– Родери, у тебя недостаточно доказательств. Даже если я подтвержу, что встречался с этим пропойцей – это ничего не значит. Мало ли кто с кем выпивает. Артефакты я уничтожил, маг мёртв.

– Тебя видели входящим в дом.

Друг пожимает плечами.

– Не меня, а кого-то… Странно, я думал, что Кейлис меня не заметил.

– Он – нет. Но оба его брата стояли в кустах. Я сняла воспоминания у Разшэна.

– Они не могли меня узнать. А чёрных плащей в Брэгворде тысячи.

– Файбэр, – смотрю в голубые глаза, даже сейчас сохраняющие приветливое выражение, – множество косвенных улик на суде сыграет решающую роль. Близость проживания, посещение книжных Бальмонда, проникновение в особняк, куда доступ имели только члены семьи. Я докажу причастность Декллиба – отпечаток его ауры сохранился на фиалках, попавших под заклинание… Всевышний! Тебя казнят за двойное убийство! Зачем, ради всего святого, зачем ты сделал это?! Ты единственный из всей жалкой семейки лентяев и нытиков крепко стоял на своих ногах! Рано или поздно состояние деда и так досталось бы вам в наследство – почему ты не подождал?!

– Ждать?! – он вскакивает, лицо искажается гневом. – Сколько можно было ждать, Родери?! Это у тебя высокие идеалы и служение Короне! Ты же не живёшь, ты существуешь, отказавшись от простых человеческих радостей! Но ты можешь себе это позволить, век магов втрое дольше людского! А я прожил почти четверть своей короткой жизни, и всё время себе в чём-то отказывал, экономил, выкручивался… Выбирал – купить понравившуюся мне вещь или отвести симпатичную девушку в театр! У меня нет личного горрта, и не будет ещё лет десять, а собственный дом появится и того позже! Мне надоело ждать, Родери! Один мерзкий старик, о котором во всём мире не всплакнёт ни единая душа, – и десять счастливых людей! Да мне спасибо надо сказать, что я на это решился! Дед помер во сне, даже не мучаясь, – слишком прекрасная смерть для того, кто столько лет издевался над собственными детьми!

– А мага ты убил тоже… из сострадания? – дрогнувший голос самой себе кажется чужим.

– Родери! – непритворно изумляется Файбэр. – Ты столько раз говорила, что подонки, занимающиеся запрещённой магией, недостойны жить! Что их надо вылавливать, словно вредителей, и относиться к ним со всей строгостью закона! А теперь тебе жаль вконец опустившегося пропойцу, погрязшего в преступлениях, который и сам вскоре бы загнулся без моей помощи!

Мне страшно. Неужели моя нетерпимость подсказала способ убийства и проявленную жестокость?!

– Закон не позволяет убивать. Даже таких, как Декллиб. Я судебный маг, Файбэр. Обязана следовать закону.

– Тогда я опять спрашиваю – что ты собираешься делать?

Сжимаю пальцы.

– Спасти тебе жизнь. Кроме меня никто не видел эту запись. Показания Разшэна Даллор не связал с тобой. Но он умный человек, быстро придёт к тем же выводам, что и я. Прошу тебя – признайся добровольно. Судья Брэгворда добр, он заменит казнь пожизненным заключением.

Нехороший смешок.

– Ты так уверена, что меня осудят? А если я сейчас уничтожу эту запись? Не дам тебе выйти отсюда? Твой Даллор не кажется мне таким проницательным, как ты. И я буду жить дальше – наследником четырёх миллионов, уважаемым господином…

Мне удаётся вернуть невозмутимость – по крайней мере, внешнюю.

– Не дашь выйти – как? Я маг первого уровня, Файбэр. Знаешь, что это значит? Три года назад со мной мог справиться только Далайн, да и то с трудом. А запись… это копия. Оригинал приобщён к делу. Выпускники Академии никогда не забывают о долге, какие бы дружеские чувства не связывали их с убийцей.

Он смотрит на меня – тяжело, долго. Решится напасть? Смешно… но я на всякий случай ставлю защиту.

– А я-то надеялся, ты меня поймёшь! – фальшивая на сей раз улыбка. – Что ж, нет на свете настоящей дружбы! Ты победила, Родери. Утром я приду с повинной. Твоего Даллора ждёт награда, а ты сможешь спать с чувством выполненного долга, пока я буду гнить в Закрытом Городе. Всего наилучшего!

Встаю и, развернувшись, направляюсь к выходу. Удар я чувствую, лишь когда прогибается защита. Напасть на мага… невероятная глупость, зато последние иллюзии рассыпаются окончательно.

– Теперь моих показаний будет достаточно, если у судьи останутся сомнения, – презрительно оглядываюсь через плечо. Увесистая ваза, треснувшая от соприкосновения с невидимой границей моего заклятия. – Если к началу рабочего дня я не увижу тебя в Службе, пришлю Чистильщиков с бумагами на арест. Бежать не вздумай – у дома мои горрты. Они покараулят твой сон.

«Всего хорошего» я не желаю. Издеваться над побеждённым не в моих привычках.

Марике при виде меня поднимается на лапы, отряхивается, словно огромная собака. Страур тянется за сестрой, настороженно принюхивается – что это за оболочку я нацепила?

– Это защита, глупый, – треплю его по тёплому дышащему боку. – Она много раз спасала жизнь вашей хозяйке.

Передаю малышам ауру Файбэра.

– Сторожить. Понятно?

Марике кивает, затем поднимает морду к тёмному звёздному небу, тихонько вздыхает. Горрты не любят ночь, но хозяевам подчиняются беспрекословно. Страур легонько касается меня носом, поводит ушами, косится на обезлюдевшую площадь. В лиловых глазах – тревога.

– Не беспокойся, дойду прекрасно.

Вот только куда? Мысль о том, что мне придётся остаться дома, наедине со всеми потрясениями сегодняшнего дня, угнетает. Лечь спать – я не усну, читать – вряд ли получу удовольствие. Вернуться в Службу, заняться оформлением бумаг?

– Родери!

Чёрт! Подпрыгиваю, как нашкодившая девочка!

– Простите, Родери! Я вас еле нашёл. Вы сильнее меня уровнем, поисковые заклинания не срабатывают.

Даллор виновато склоняет голову… Нет, они нисколько не похожи! Разве что оба худые и тёмные.

– Вы меня напугали.

Марике при слове «напугали» ворчит. Негромко, но в морозной тишине звук разносится по площади и эхом отскакивает от стен домов.

Он вздрагивает.

– Это ваши горрты?! Почему они такие огромные?

– Чистая кровь. Потомки самой первой выведенной линии. После зверей скрещивали как попало, они выродились, измельчали. Помните статуи в Бальмонде? Мои такие же.

– Вы их выгуливаете? Ночью?

– Они на задании. Сторожат убийцу.

Маг окидывает взглядом дом, горртов, меня – и в глазах появляется понимание:

– Работа судебного мага – непростое испытание… Родери, а вы ужинали?

– Нет.

– Разрешите тогда вас пригласить? Только я не знаю куда, пока недостаточно ознакомился с городом.

– «Плющ». Это недалеко, угол Малой Торговой и Банковской, у самой площади. Построите портал? Я вымоталась сегодня.

Даллор кивает, ещё раз восхищённо оглядывает горртов и раскрывает портал.

Глава 10

В «Плюще», как и вчера в это время, людно. Свободных столиков нет, но, завидев нас, компания дознавателей во главе с Вейкечем, дружно поднимается на ноги.

– Мы всё равно собирались уходить, – кланяется нам Карен. – Госпожа Родери, господин Даллор, приятного вечера.

– Славные люди работают в Службе, – замечает Даллор, поблагодарив их и распрощавшись.

– Разные. Но в основном да, после того…

Умолкаю. Первые месяцы в Брэгворде я добилась увольнения половины сотрудников. Те, кто привыкли сутками ничего не делать, распрощались с тёплым местом первые. Вслед пошли взяточники, подозреваемые в связях с преступниками, хамы, пьяницы и им подобные.

– Господин Лаверс просветил меня по поводу вашей бурной деятельности на благо города. Он на вас чуть ли не молится.

К нам подходит официантка, мы делаем заказ. Я смотрю на угловой столик за её спиной, за которым вчера обедала с Файбэром и где мы с ним сидели сегодня.

– Вина, красного, поприличнее.

Даллор не высказывает удивления, наоборот, присоединяется.

– Левезвордское выдержанное у вас есть? Вот и отлично. Несите бутылку.

– Я не большой знаток вин, – поясняет он мне, – род Даллор не древний, всего несколько поколений. Родители рядовые маги, третий и четвёртый уровень. А в Левезворде проходил практику, так там и остался.

– Говорят, красивый город.

– Восхитительный. Много старых зданий, музеев под открытым небом. Климат позволяет – зимы́ там нет совсем.

– Вы сами попросились в Брэгворд?

– Разумеется нет! – Даллор смеётся. – Но это единственная Служба, где не было нормального Главы. По крайней мере, формально. Ведь вы, Родери, по документам значитесь обыкновенным сотрудником. Простой судебный маг… высшего уровня.

Приносят вино – густое, насыщенного рубинового цвета.

– За знакомство, Родери!

На вкус напиток напоминает тот, который я пила на выпускном в Академии. Счастливая и окрылённая. Впереди – Вэйнро, работа рядом с любимым человеком…

– Я в Брэгворде временно, Даллор.

– Как это? – изумлённо вскидывает бровь маг.

– Через месяц я уйду.

Вернее, через двадцать семь дней. Почему Файбэр не подождал?! Другой судебный маг не был бы так внимателен. Никто не заметил бы эти чёртовы фиалки, старика похоронили бы и забыли. Я услышала бы о смерти Винкера Сарьэна спустя время и порадовалась бы за друга.

– Мне очень жаль, – Даллор расстроенно склоняет голову набок. – Жаль, что это убийство произошло до вашего ухода. Тяжело терять друзей. У меня было такое… Девушка, которая мне безумно нравилась, воспользовалась моим положением. Я, совсем мальчик, долго не мог поверить, что ничего для неё не значил, был только средством для достижения цели.

Залпом выпиваю бокал и начинаю рассказывать. О воспоминании Разшэна и тех мыслях, что у меня возникли. О записи на моём столе и разговоре с другом. Об осколках вазы на полу…

– У меня очень мало друзей, Даллор. Даглар Роллейн, пара сокурсников, Коуэрн Веспер – мой учитель из Академии. Я слишком много времени уделяла учёбе, утратив умение сближаться с людьми. Файбэр казался таким искренним, внимательным, жизнерадостным! Несколько часов назад я могла бы поклясться, что он невиновен! Что там… я до последнего надеялась, что это ошибка, случайность, недоразумение… Только не это жестокое: «Я убил деда»!

Второй бокал я выпиваю машинально, даже не ощущая вкуса.

– Почему, чувствуя магию в самых мельчайших подробностях, я до сих пор не научилась разбираться в людях?! Словно я специально притягиваю мерзавцев, старательно изображающих хороший парней! Начинаю им верить, а потом…

Брэгворд. Скромная должность. Незнакомые люди. Шепотки за спиной. Звание «стерва». Десятки снятых с себя проклятий. Выстроенная с нуля новая жизнь. Уважение коллег. И – опять?!!

– Родери, простите, если вновь лезу со своим любопытством… Выпускница Академии с пятью дипломами, маг первого уровня… Как вообще вас могло занести в провинцию?! Бальмонд, Анзéлис, Вэйнро, было бы понятно. Но Брэгворд!

– Вэйнро, – усмехаюсь я. – Четырнадцать лет… Хотите, я расскажу вам историю, Даллор? Не из тех, что любят слушать дети. В ней нет и быть не может счастливого конца… Налейте ещё вина, пожалуйста. И не смотрите так. Я знаю, что магам нельзя пить, но я не часто хороню тех, кому доверяла. Вернее, это – второй раз.

С чего я взяла, что у мага сухое и непривлекательное лицо? Очень даже милое, особенно когда он сидит и не сводит с меня восхищённых глаз.

– Сказка начинается обыкновенно. Жила-была девочка. Родители её погибли, она росла в приюте в Эрносе. Очень хорошем приюте, где её любили и баловали. Потом у неё обнаружились способности к магии, она попала в школу, и там её тоже всячески хвалили и выделяли. Настолько, что, с блеском сдав экзамены в средней школе, девочка поступила в королевскую высшую и училась вместе с представителями древнейших магических родов. Там она подружилась с мальчиком, внебрачным сыном некого высокопоставленного мага. Они сумели поступить в Академию на один курс, ради чего девочке пришлось пройти программу двух лет за год. В Академии они повзрослели и вдруг как-то незаметно поняли, что их дружба переросла в нечто большее. Потом… нет, мальчик её не бросил. Они вместе отправились на практику в Вэйнро, работали бок о бок и не представляли себе жизни друг без друга. Обменялись клятвами и собирались пожениться. Вот тут всё и произошло… У мальчика умер папа. Горе, конечно, но главное было в том, что папа занимал слишком высокую должность в Лэргалле. Наследственную, ко всем чертям, должность! И родственников, кроме сына-бастарда, у него не было.

Прикрываю глаза и снова слышу: «Я не могу на тебе жениться, понимаешь?! Не могу взять магичку без рода! Даже если бы мы уже были женаты, наш брак расторгли бы вмиг! Король Лэргалла не может не подчиняться законам своего же мира!»

– А дальше, Родери? – выдыхает Даллор.

– Дальше… Брак между нами оказался невозможен. Законы Лэргалла не позволяют королю жениться на девушке без роду и племени. Тогда этот коронованный гад не нашёл ничего лучше, чем предложить мне место его постоянной любовницы – ну и главного мага Лэргалла по совместительству… Ответ ты знаешь, не далее как сегодня цитировал. Не ожидала, что и у стен дворца в Эрносе существуют уши. Далайн орал, что я тысячу раз пожалею, что он сошлёт меня в самую занюханную дыру, где я не выдержу и месяца, я же предложила ему проверить… В результате мы заключили пари: я отрабатываю ровно три года, представляю ему блестящие рекомендации, он отпускает меня и навсегда забывает о моём существовании. Если не справлюсь – занимаю должность при Короне. Три года заканчиваются через двадцать семь дней.

– Ты считала?!

– Не я. Он, как оказалось. Сегодня, перед тем как отправиться к Файбэру, я имела удовольствие лицезреть в своём кабинете Его Величество собственной персоной. Наверное, кто-то уже донёс ему, что моя помолвка с Роллейном – фиктивная… Запечатала бы рты этим доброжелателям! Пока Далайн думал, что я его забыла, он меня не трогал.

Печальная улыбка.

– И считал дни.

– Да хоть ночи! Ненавижу его понятия о любви, ненавижу двойную «эл», подаренную им в насмешку, его наглую уверенность, что всё покупается, даже то, что мне приходится держать его горрта!

– Это как?! – раскрывает рот Даллор.

– Марике и Страур – брат и сестра. Мы привязали их вместе, а потом горрты решили, что останутся со мной – оба! Представляешь? Я сильнее Далайна, и связь со мной крепче…

Даллор выпивает своё вино, бокал с которым он так и держал в руках всё время, пока я откровенничала.

– Родери, – в его глазах прыгают чертенята, – то есть ты послала Его Величество Валлэйна куда подальше, отказалась от его опеки, увела у него привязанного горрта, доказала, что можешь прекрасно существовать в провинции и продолжаешь тянуть из него душу?

– У него нет души, – рычу я. – Иначе он не посмел бы предлагать мне стоять рядом с троном и любоваться тем, как он будет делать наследников с родовитой девушкой!

– А с чего ты взяла, что он собирался так поступать?

– А законы Лэргалла? Король обязан продолжить род! Рано или поздно у него появилась бы жена! Легла бы с ним в постель и… ненавижу!

Даллор отставляет свой бокал, подсаживается на соседний со мною стул и обнимает. Представляю, какие сплетни поползут завтра по Брэгворду. Но мне всё равно. Объятия мага приятны.

– Такая сильная слабая женщина… Родери, ты потрясающая! Работать с тобой честь, и дружить с тобой удовольствие… Поешь что-нибудь, а? Ты же ни к чему не притронулась!

– Не хочу.

– Тогда давай я провожу тебя домой. Порталом. Не представляю, как ты вообще на ногах держишься – после снятия воспоминаний. Я такое только в Академии видел, на показательных демонстрациях. Жаль, что не я был на месте Его Высочества – в жизни бы тебя не отпустил, лучше б от короны отказался.

– У него выбора не было.

Доверительно приглушаю голос и поясняю:

– Мы надеялись, что у Серту́га Валлэйна появятся законные дети. Он же молодой был совсем, двухсот лет не исполнилось. Далайн править не хотел, его магия больше интересовала. Но не мог же он Лэргалл бросить?

– А тебя – смог? – возмущается Даллор.

– Я сама ушла. Я не вещь, чтобы меня брать или бросать!

Добродушная усмешка.

– Это точно. Ты сама что хочешь заберёшь… хоть сердце короля. Пойдём, Родери. Ты на Широкой улице живёшь?

– Девятый дом. Крыша такая смешная, скатная.

Портал раскрывается прямо перед носом пробегающей официантки. Девушка привычно обходит его по дуге. Маг помогает мне подняться, поддерживает одной рукой. На улице дурман опьянения проходит, а вот тёплые чувства – нет.

– Спасибо, Даллор. Мне необходимо было выговориться.

– Кэлэйн. Надеюсь, мы с тобой друзья. И я тебя точно не подведу. У меня нет ни папы короля, ни деда-миллионера.

Улыбаюсь.

– Тогда уж Лэра. Без всяких «эл».

Даллор уходит так же порталом. Стою, задрав голову. Звёзды в просветах между низкими тучами мерцают спокойно и холодно. Пойдёт снег. Вот уже первая снежинка мелькает, сверкает крошечной искрой, вторая…

Одного друга я сегодня потеряла. Второго приобрела.

А обо всём остальном я подумаю утром.

***

Просыпаюсь я со странным чувством. Вроде всё хорошо, я выспалась, за окном рассвет… Тут я вспоминаю вчерашний день и закусываю губу.

Мой друг оказался убийцей. А когда я его раскрыла, он попытался убить меня.

На ноги поднимаюсь, словно подброшенная пружиной. Умыться, одеться, расчесать и уложить волосы – дело нескольких минут. Форменную куртку привожу в порядок магией, иначе в ней стыдно показаться на улице.

– Марике, Страур, – зову негромко, знаю – услышат.

Услышали. Выйдя за дверь чувствую дрожь под ногами: два бегущих горрта способны вызвать небольшое землетрясение. Выпавший ночью снег разлетается от мощных ног мерцающей пылью. Белые громадины радостно подскакивают ко мне, трутся лохматыми мордами.

– Домой, – запускаю их в пристройку. – И наедайтесь впрок: сегодня поедем в Родерворд.

Радостный скулёж и тявканье. Чисто собаки! Увеличить, к примеру, волкодава раз в десять – вот тебе и горрт. А что внешне непохожи – дело привычки.

Резерв мой восстановился, и на Службу я иду порталом. Причём сразу в кабинет. Сталкиваюсь на пороге с Вэйтой.

– Осторожнее, Олли! Вы мне ногу отдавили!

Во-первых, не отдавила – нечем. Во-вторых…

– Третье предупреждение, госпожа Саумер.

Рот девицы беззвучно открывается и закрывается. В глазах – невероятный ужас. Зато – блаженная тишина… и хихиканье Глевуса.

– А я её предупреждал, – хмыкает Эрмен, – не стоит злить мага… Госпожа Родери, вы её надолго? Как Лаверса, на день?

– Пока походит до обеда, – с утра я добрая, – там будет видно.

– Доброе утро! – слышу за спиной энергичное.

Поворачиваюсь, улыбаюсь.

– Доброе утро, Кэлэйн.

Отпавшие челюсти розыскников и буря эмоций на лице Вэйты. То, что она что-то говорит, понятно по движению губ, но с уст не срывается ни звука.

– Ого! За что ты её так? – Даллор насмешливо оглядывает девицу.

– Я честно говорю всем новеньким, что меня называют Родери, и никак иначе. И разрешаю две ошибки. На третий раз господин или госпожа лишаются дара речи в буквальном смысле этого слова – чтобы помолчали, подумали и сделали выводы.

– Ты страшный человек, Лэра. А у меня предупреждения есть?

Вэйта в страхе отступает. Шелман и Наригер кланяются и уносятся по делам.

– Два, но они снимаются. Ты пришёл сказать, что Файбэр Сарьэн ждёт в допросной?

– Да.

Грустнею и отворачиваюсь.

– Лэра, думаю, тебе не стоит присутствовать.

Согласно киваю.

– Слишком тяжело. И всё, что я хотела знать, я услышала вчера. Возьми Вейкеча: у него прекрасный опыт записи признаний. Я займусь бумагами.

– Уступаешь мне всю славу за раскрытое тобой дело?

– Мне не нужна слава. Меня интересует блестящая рекомендация, которую я через двадцать шесть дней представлю Короне. Напишешь? Как мой начальник?

– Я сделаю для тебя кое-что получше.