Читать книгу "33 несчастья для тёмного мага"

4.2

Еще раз оглядев кухню, я убедилась, что грязь больше не торопится возвращаться, а это означало лишь одно – я могла перебираться в другие комнаты.

Эта незатейливая мысль невероятно вдохновила меня: я слишком устала от однообразия за три дня. Так что на поиски нового поля битвы с грязью я шла во всеоружии: с двумя ведрами, губками, тряпками, чистящим порошком и целым арсеналом любимых песен.

Я прошла мимо гостиной, мимо столовой и остановилась перед дверью с искусной резьбой по всей поверхности. Бронзовая ручка в форме драконьей головы была покрыта толстым слоем пыли, будто в комнату давно уже не входили. Я смахнула пыль и толкнула дверь.

Та открылась с протяжным, почти нарочитым скрипом

– Вполне подходит этому замку, – усмехнулась я, входя внутрь. – Нужно будет заодно и петли смазать.

Оказавшись внутри, я застыла в немом восхищении. Передо мной была библиотека.

Такая огромная, что первым моим порывом было закрыть дверь и притвориться, что я ее не видела.

Здесь было целых два этажа, с галереей, опоясывающей весь периметр по верху. Стеллажи из темного дерева тянулись от самого пола до потолка, украшенные резными карнизами и пилястрами. И все они были заполнены книгами. Сотнями, тысячами книг.

Еще столько же лежало на столе посреди зала, на стульях, на подоконниках и даже на полу. Высокие стопки, неаккуратные кучи книг – словно кто-то свалил все с полок в порыве злости.

И все это толстым слоем покрывала пыль, делая когда-то яркие, цветные обложки однообразной серой массой. С люстры в центре зала свисал настоящий занавес паутины. Шторы на высоких, просто необъятных окнах напоминали серые, грязные тряпки – а ведь когда-то они были благородного темно-синего оттенка. Кое-где они частично соскользнули с карниза и теперь лежали одним концом серой кучей на полу.

А сами окна были настолько грязными, что солнечный свет с трудом пробивался сквозь многолетние наслоения пыли, грязи и птичьего помета снаружи. Он просачивался тусклыми, мутными полосами, создавая в библиотеке атмосферу вечного сумрака.

Я медленно прошла в центр помещения, поворачиваясь на месте, пытаясь охватить взглядом весь масштаб запустения, и чувствовала, как внутри растет смесь ужаса и восхищения.

– Боги милосердные и вся их магия, – выдохнула я. – Как вообще можно так запустить собственный дом?

В темных углах на втором этаже что-то заскреблось и завыло низким голосом, но меня подобное уже не могло напугать. Куда страшнее было то, что я не имела представления, с чего начать.

Но, как говорится, начинать всегда лучше с самого начала. И если я хотела навести здесь такую же чистоту, как и в кухне, мне нужен был свет. А это означало, что в первую очередь нужно избавиться от штор и вымыть до блеска окна.

– Кто есть живой или не живой, а ну, помогайте! – громко сказала я, обращаясь к безмолвным полкам.

Никто не отозвался, так что я, сгрузив в уголке свои инструменты, отправилась на поиски стремянки – по другому дотянуться до карнизов не представлялось возможным.

Стремянку я искала добрых двадцать минут, методично проверяя все помещения.

Деревянная, старая, с потемневшими от времени ступенями, она нашлась в чулане под лестницей.

Мне потребовалось еще столько же времени, чтобы дотащить ее до библиотеки. Но когда я установила ее возле первого окна, я убедилась, что она достаточно крепкая и устойчивая, чтобы выдержать меня вместе с тяжелыми шторами, а потом и с ведром воды.

Ступени поскрипывали, так что я осторожно делала каждый шаг, не желая свалиться на твердый пол. На верхней ступени я оказалась почти на одном уровне с карнизом. Штора крепилась на больших бронзовых кольцах, надетых на толстую штангу. А сами кольца были покрыты зеленоватым налетом патины и выглядели так, будто их не трогали с тех пор, как повесили эту штору.

Я потянулась к ближайшему кольцу и попыталась его сдвинуть. Ничего. Оно будто приросло к штанге. Я обхватила его обеими руками покрепче и потянула сильнее. Кольцо не сдвинулось ни на миллиметр.

– Ну же, – пробормотала я, – давай, двигайся, ты, упрямая штуковина...

И дернула изо всех сил.

Кольцо, наконец, подалось – с протяжным, скрипучим визгом, от которого заложило уши. Звук был настолько громким и неожиданным, что я вздрогнула и чуть было не потеряла равновесие.

Стремянка качнулась под моими ногами, и я инстинктивно вцепилась в карниз, но устояла. Сердце сразу же заколотилось где-то в горле. Я сделала несколько глубоких вдохов, успокаиваясь, и только потом вернулась к своему занятию.

Следующее кольцо подалось быстрее. То ли не так сильно заржавело, то ли я уже приловчилась. Еще один противный визг – и оно соскользнуло со штанги.

Третье. Четвертое. Пятое.

Я методично тянула на себя пыльную штору и сбрасывала со штанги кольца один за одним. Даже не заметила, как стала напевать – глупую песенку про рыцаря, который разбился, упав со стены замка, а теперь все его слуги никак не могли собрать несчастного обратно.

Мой голос отражался от высокого потолка, и мне вспомнились мамины слова. Она частенько шутила, что каменный тролль наступил мне на оба уха сразу.

– Зато симметрично, – прошептала я свой обычный ответ.

Воспоминание заставило меня улыбнуться, и я потянулась к последнему кольцу. Оно поддалось легче остальных, словно штора устала сопротивляться.

Но тут я поняла, что совершила ошибку.

Штора, потеряв последнее сцепление с карнизом, начала падать. А так как я в этот момент продолжала держаться за кольцо, тяжелая ткань потянула меня за собой.

Прямо вниз с высоты второго этажа.

4.3

Я рывком распахнула дверь. И отшатнулась, когда мне прямо в лицо раздался полный ужаса крик.Я летела вниз так долго, что успела подумать о том, как несправедливо порой распоряжается судьба. Окажись я в романтической сказке, меня непременно бы поймал благородный рыцарь. Ну или хотя бы мрачный, нелюдимый темный маг. Подхватил бы меня на руки, прижал к груди, а потом обязательно поинтересовался бы, в порядке ли я. А я бы сказала… Бамс! Я приземлилась на груду ткани, уже лежавшую на полу, а сверху меня накрыло остатками шторы, больно ударив металлическим кольцом по руке. – Пчхи! – Я наглоталась пыли и расчихалась. Забарахталась в груде ткани и с трудом выбралась наружу. Да, это точно не сказка. Шторы хоть и смягчили мое падение, но запястье теперь болело, а в носу до сих пор свербило от пыли. В дальних углах галереи злорадно захихикали – громко и откровенно потешаясь над моей неудачей. – Еще посмотрим, кто станет смеяться, когда я доберусь до твоих полок, – мрачно пообещала я, думая о том, сколько еще призраков и теней в этом замке мне придется приструнить. – Уноси ноги, пока цела… – заунывно прозвучало сверху, когда голос, наконец, отсмеялся. – Что-то ты поздно спохватился, – я поднялась и начала отряхивать платье, покрытое пылью, как и все вокруг. – Если ты не заметил, я уже свалилась. – Дальше будет хуже, – предостерег голос, но я лишь фыркнула. – Дальше будет стирка! А потом я вернусь, и ты сможешь в полной мере насладиться моими певческими талантами! Штора оказалась невероятно тяжелой. Я попыталась поднять ее, обхватив обеими руками, но смогла оторвать от пола только один край. Пришлось тащить волоком. Я ухватила штору за один конец и потянула к двери. Она поползла за мной по полу, оставляя за собой чистую дорожку в пыли. Мы проделали путь по лестнице на первый этаж и дальше в подвал, где находилась постирочная комната. Огромное помещение со множеством тазов, кранов, специальных валиков для отжима, целой шеренгой бутыльков и металлических банок с порошками, мылом и разного рода жидкостями для выведения пятен. Здесь была даже большая бадья, похожая на ванную. В нее я и сгрузила мою ношу. А потом стала заливать теплой водой. По-хорошему сначала нужно было как следует ее встряхнуть, чтобы избавиться от слоя пыли. Но в таком случае понадобилось бы человек пять, не меньше. А в одиночку я бы только умаялась лишний раз, не добившись даже минимального результата. Так что я засыпала штору порошком, нашла деревянную палку и стала перемешивать воду, чтобы добиться пышной пены. Даже в неярком свете магических светильников под потолком я видела, как потемнела вода. Я потыкала штору палкой, пытаясь выбить из нее въевшуюся пыль, и слила воду. Залила второй раз, насыпала еще порошка – учитывая местные запасы разных средств, я могла не экономить. Второй раз вода темнела медленнее. Так что я с чистой совестью оставила штору отмокать и решила заняться обедом – до двух оставалось всего полтора часа, а мне еще нужно было придумать, что приготовить, учитывая, что запасов продуктов почти не осталось. Когда маг закончил обед, я оглядела пустые полки кладовой и холодильного шкафа. Оставалось надеяться, что посыльный с новой поставкой не опоздает. Иначе завтра мне придется подавать милорду пустой чай. Я хихикнула, вспомнив, как мама порой отвечала Дейзи на вопрос: с чем чай? – С дуем. И демонстративно дула на чашку, остужая горячий напиток. Я сама с тех пор только так чай и пила – трижды подув на чашку, прежде чем сделать первый глоток. Но вряд ли господину Мрачному-милорду понравится эта шутка. Так что либо мне придется очень быстро бежать в Туманный Лог и обратно, либо использовать те увядшие клубни для готовки. Но посыльный все не появлялся, хотя я несколько раз бегала к входной двери проверять. Так что пришлось пока вернуться к стирке – несчастная штора отмокала в мыльной воде уже почти два часа. Я еще дважды сменила воду, активно перемешивая штору палкой, потом залила ее прохладной водой и еще дважды прополоскала, если это можно было так назвать. Нет, этому замку определенно требовался целый штат прислуги. На одну только стирку нужно было выделить хотя бы троих и желательно покрепче меня. После полоскания, когда к шторе вернулся прежний, темно-синий цвет, я поняла, что самое сложное еще впереди. Мне предстояло отжать ее, а потом найти место, где можно повесить ее сушиться. Хорошо, что здесь хотя бы были специальные валики. Вот только отжимать штору пришлось по частям. Я заправила край шторы между валиками и начала крутить рукоятку. Механизм сопротивлялся – валики были старыми, скрипели и поворачивались с трудом. Но постепенно ткань начала проходить между ними, и вода хлынула вниз, в подставленный таз. Я крутила, заправляла следующий кусок ткани и снова крутила. Плечи ныли. Спина болела, а пальцы совсем онемели. Но я справилась. Теперь оставалось вытащить эту громадину на улицу для просушки. Я нашла в углу прачечной большую плетеную корзину, с трудом запихнула в нее штору и потащила все наружу. Тащить корзину пришлось волоком – она была слишком тяжелой, чтобы нести в руках. При этом я останавливалась каждые несколько метров, чтобы перевести дух и немного отдохнуть. Из прачечной по лестнице в коридор. По коридору к главному входу. Шаги я услышала на полпути к двери. Господин Грейвстоун появился из-за поворота, с книгой в руках. Прошел мимо меня, рассеянно кивнул и скрылся за следующим поворотом. – Да, пожалуйста, не беспокойтесь, – пробормотала я ему вслед. – Я сама справлюсь. Снова взялась за корзину и поволокла дальше. У входной двери я остановилась, чтобы отдышаться. Руки тряслись от усталости, спина ныла от необходимости постоянно наклоняться. Я выпрямилась, потянулась и взялась за тяжелую ручку. И тут за дверью послышались шаги – тихие, осторожные. Поднялись по ступеням, остановились у двери. Что-то глухо стукнуло о каменный пол.

4.4

– Чудовище!

Я растерянно смотрела на молодого парня в потертой униформе, который истошно орал, указывая на меня пальцем.

– Сами вы… – обиженно протянула я и сдула с лица выбившуюся прядку. – Меня зовут Вивьен Брайтвуд, и я – помощница господина Грейвстоуна. – Я посмотрела под ноги, где стояла большая корзина, полная продуктов. Сверху лежали три плотных конверта. – А вы, должно быть, посыльный?

– Ч-чу-до… – заикаясь, повторил этот малахольный.

– Да что вы заладили!

Я опустила взгляд на свой фартук и вздохнула.

Ну да, вид у меня, должно быть, тот еще. Платье и фартук – в мыльных потеках, волосы растрепались, щеки пылают, руки стерты от стирки и уборки.

– В общем, вот, – посыльный указал на корзину у моих ног и попятился, явно намереваясь поскорее смыться. Но у меня были на него свои планы, и я пошла следом, пытаясь добродушно улыбаться и одновременно приглаживая волосы.

– Постойте, я ведь должна передать вам заказ от милорда. – Я старалась вести себя как заправская домоуправительница, хотя больше всего мне хотелось сесть на ступеньки, чтобы отдышаться. А уже потом разбираться с этим пугливым парнем. Все-таки когда тебя встречают истошным криком, немудрено испугаться до икоты. – Нам нужны кое-какие особые продукты, а еще…

– Может, в следующий раз? – Посыльный продолжал пятиться и чуть было не упал. Я потянулась к нему, чтобы помочь, но он буквально скатился по ступеням и резво припустил к воротам. – Я очень тороплюсь! А уже темнеет! И дорога неблизкая!

– Но это займет всего минуту! – Я зашагала по ступенькам за ним. – У меня уже все записано, я сейчас принесу список...

– Оставьте у дверей в корзине! – выкрикнул он, выскальзывая в приоткрытые ворота. – Я завтра утром заберу!

– Да подождите же вы! – Я рассердилась и прибавила шаг. Но посыльный уже потянул ворота на себя, и они со страшным скрипом захлопнулись. На лице парня отразилось облегчение.

– В следующий раз! – крикнул он, запрыгивая на лошадь, что дожидалась его в кустах. – Все в следующий раз!

И исчез в густом тумане, что выползал из леса к замку.

– Вот так да, – пробормотала я, глядя ему вслед. – Я что, настолько странно выгляжу?

Пожала плечами и вернулась к своей шторе.

Во дворе замка, конечно же, не было никаких веревок, чтобы сушить белье. Так что я решила воспользоваться большими перилами на каменной террасе у входа. Сняла фартук, протерла им перила от пыли и с сожалением посмотрела на то, что с ним стало.

– Ничего, я сегодня же все постираю. Вот только закончу с этим. А потом еще…

Я вспомнила, сколько еще портьер осталось в библиотеке, и закрыла глаза с тяжелым вздохом. А ведь еще были полотенца и салфетки на кухне. Да и постельное белье стоило бы освежить. А сколько еще штор во всем замке?

– Решаем задачи по одной! – напомнила я себе и решительно взялась за штору, медленно вытягивая ее из корзины.

Расправив полотнище на перилах, я окинула взглядом внутренний двор замка. Он оказался не таким запущенным, как я предполагала.

Пообещав себе, что в ближайшее время наведаюсь туда, чтобы осмотреть все повнимательнее, я вернулась к входной двери. Сырую корзину из-под шторы оставила на пороге, чтобы она просохла. И подхватила корзину с продуктами, радуясь тому, как много нам прислали.

Взгляд скользнул по письмам, лежавшим наверху, и я едва не выронила корзину. На верхнем письме красовалась размашистая подпись старосты Хэмиша. Та самая, которую я подделала в своем сопроводительном письме. Его печать алым пятном красовалась на конверте.

Письмо, которое он обещал отправить господину Грейвстоуну! В котором собирался заявить, что никого больше не пришлет в замок!

Сердце рухнуло куда-то в желудок.

Если маг прочитает это письмо... Он тут же выгонит меня. И это в лучшем случае. За подделку документов господин Грейвстоун может обратиться к стражам. Тюрьма, судебное разбирательство… Моя репутация будет уничтожена, и даже если я отделаюсь неделей заключения, я в жизни больше не найду приличную работу. И моя Дейзи…

Дейзи останется в приюте еще на годы.

Первым порывом было уничтожить письмо. Сунуть в камин, сжечь дотла.

Но если милорд спустится в деревню, и староста расскажет ему про письмо? Уничтожение чужих писем едва ли лучше, чем подделка документов.

Тогда спрятать. Убрать подальше с глаз, сунуть в дальний угол в комнате. И если милорд спросит о письме, скажу, что оно потерялось. А потом случайно “найду” его, если деваться будет некуда. Так хотя бы вместо двух обвинений я обойдусь одним.

Руки дрожали, план был дырявым, как решето, но другого у меня не было.

Я решительно сунула письмо от старосты поглубже в корзину с продуктами. Другие два оставила наверху. И понесла корзину на кухню.

Странное дело, но корзина с продуктами оказалась куда легче, чем та, что была с мокрой шторой.

Я бодрым шагом направлялась на кухню, когда, словно из ниоткуда, появился господин Грейвстоун.

– Мисс Брайтвуд, – он с удивлением посмотрел на меня, будто не ожидал меня увидеть. – Я слышал крики. Что-то серьезное?

– Всего лишь перепуганный посыльный, – я нервно усмехнулась и перехватила поудобнее корзину.

– Когда они перестанут верить в эти байки… – Маг неодобрительно покачал головой. А потом вдруг подошел ко мне и одним движением забрал у меня корзину. – Давайте помогу.

Я стояла разинув рот, глядя, как маг легко обхватывает корзину одной рукой – будто она была пустой. Он повернулся и пошел вперед, оставив меня хватать воздух ртом.

То есть, когда я тащила неподъемную штору, обливаясь потом, он даже не заметил, а теперь вдруг решил помочь? Что за странный мужчина? Может, еще и поможет разложить продукты?

А потом я ощутила, как по позвоночнику прокатилась ледяная волна. Письмо!

Он сейчас найдет письмо!

4.5

Господин Грейвстоун с удивлением посмотрел на меня, когда я догнала его и попыталась забрать корзину с продуктами.

– Милорд, не стоит, – затараторила я. – Я сама разберусь, вы ведь для этого меня наняли, верно? Уборка, готовка, все остальное. Вы сами, должно быть, ужасно заняты, чтобы отвлекаться еще на такие мелочи.

Но он не выпускал корзину из рук, пока мы не дошли до кухни. Потом водрузил ее на стол.

– Это заняло не так много времени, мисс Брайтвуд.

– Спасибо, милорд. – Я нацепила на лицо вежливую улыбку и всей душой молилась, чтобы он поскорее ушел.

Маг взял лежавшие сверху письма и, бросив напоследок на меня нечитаемый взгляд, развернулся и направился в коридор. Его шаги – четкие и мерные – отличались от тех, что я слышала ночью. Но я до сих пор не могла понять – неужели в замке есть кто-то еще?

А если и есть – почему господин Грейвстоун скрывает его и позволяет выходить только по ночам?

Кожа покрылась мурашками, и я зябко повела плечами.

– Бррр… Нет, это такие же глупости, как и то, что милорд превращается по ночам в чудовище, – уверенно произнесла я, засовывая руку в корзину и нащупывая письмо от старосты.

– Никакие это не глупости, – произнес прямо за моим плечом низкий шепот.

Я взвизгнула и подпрыгнула на месте. Резко обернулась и замахала зажатым в руке письмом как мухобойкой. Темная, плотная тень подавилась своими угрозами, невнятно булькнула и развеялась, будто дым.

Я свернула письмо поплотнее, сунула его в карман фартука и попыталась отдышаться. Сердце колотилось, словно у зайчишки, вспугнутого хищником.

– Хватит пытаться меня напугать, – произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал грозно и уверенно. – Я все равно отсюда никуда не уйду!

– Но это правда, – обиженно засопел голос под потолком. – Если ты останешься здесь…

– Ничего не слышу! – я повысила голос и затянула детскую песенку, которую так любила Дейзи. – Вспыхни, палочка, гори, что ты делаешь, смотри?!

Голоса стихли, и я стала разбирать корзину, прикидывая, как распределить продукты на неделю и какое составить меню на ближайшие дни.

Не знаю уж, как Марта умудрилась оставить после себя полупустую кладовку, но когда я закончила разбирать продукты, поняла, что голодная смерть нам с милордом точно не грозит.

Еды было столько, что хватило бы на половину месяца при условии, что милорд перестанет пропускать ужины и начнет требовать второй завтрак и дополнительный перекус трижды в день.

Я убрала пустую корзину в кладовую и поспешила к себе, чтобы привести себя в порядок. С таким выбором продуктов хотелось поскорее приступить к приготовлению ужина, но я помнила, как повел себя посыльный при виде меня. А еще письмо, лежавшее в кармане фартука, жгло даже через несколько слоев ткани.

В комнате я немного покружила в поисках укромного места, а потом сунула письмо под матрас. Даже если милорд случайно зайдет ко мне, он точно не полезет туда. Разве что решит сменить наматрасник. Но я очень сомневалась, что он станет заниматься подобными вещами.

Спрятав письмо, я занялась собой. Как следует умылась, распустила растрепанный пучок, расчесала волосы и заплела косу. Переоделась в чистое и вернулась в кухню, заодно забросив в прачечную платье и фартук.

Завтра снова нужно будет устроить стирку. Иначе скоро мне не во что будет переодеваться. А ведь нужно бы еще заняться стиркой вещей милорда…

Почему-то на ум пришел черный шелковый халат, в котором я однажды представляла своего работодателя. Интересно, у него есть подобный?

Пришлось как следует ущипнуть себя за руку, чтобы избавиться от подобных мыслей.

– Ай! – я вскрикнула от боли. Кажется, я переусердствовала, и теперь на запястье останется синяк. Будет мне напоминанием не думать о том, о чем не следует.

В коридорах на стенах заколыхалась паутина и зазвучал тихий смех. Кажется, обитателей коридора порадовали мои страдания.

– И до вас тоже доберусь, – незлобиво пообещала я. – Или вообще расскажу про вас милорду, и он вас развоплотит.

Я и сама не понимала, почему сразу не сказала хозяину замка о том, что меня пытаются напугать странные тени и ночные шепотки. Наверное, потому что они заменяли мне собеседников в этом пустом замке. А исчезнут – и мне придется разговаривать самой с собой.

К тому же с призраками на кухне я будто даже успела подружиться. По крайней мере, та тень из угла даже пару раз давала мне советы. А голос с потолка и вовсе напоминал мне старого смотрителя из приюта – ворчливого, но незлобивого.

Так что и остальных приструню, приручу, а если повезет – сделаю своими союзниками в борьбе за чистоту замка!

Я вернулась на кухню и замурлыкала себе под нос, как только приступила к готовке. Волнение, связанное с тем, что письмо может меня разоблачить, было почти забыто. Мне оставалось только надеяться, что староста не будет ждать от мага ответа, и быть начеку.

Но пока что можно было выдохнуть с облегчением и вернуться к своим прямым обязанностям.

Я разделала куриную тушку, как следует отбила филе, обмазала маслом, тщательно натерла специями и травами. Разогрела сковородку, и пока курица шкварчала на огне, распространяя аппетитный аромат, я занялась гарниром. Но не успела поставить на огонь кастрюлю с водой, как вокруг меня зазвенела странная, неестественная тишина.

А потом пол под моими ногами содрогнулся.