282 000 книг, 71 000 авторов


Электронная библиотека » Арина Теплова » » онлайн чтение - страница 1


  • Текст добавлен: 19 ноября 2026, 14:00


Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Арина Теплова
Лучшая бабушка. Империя Железной леди

Глава 1

Российская империя, Санкт-Петербург,

дом Литвиновых, 1896 год


Резкая боль в груди привела меня в чувство. Пронзило странное ощущение, будто я упала вниз и вошла в своё тело. Я сделала тихий вдох и пришла наконец в себя, мысли немного прояснились.

– Да пусть уже идёт в мир иной, карга старая, – раздался рядом приглушённый голос.

Это я карга? Мне только сорок пять исполнилось неделю назад. И я ещё дама в полном расцвете сил.

Но почему-то была уверена, что говорят именно обо мне.

– Она уж наверняка не к ангелам попала, – ответил второй женский голос. – Столько кровушки выпила из родных своих, да и нас ругала за все подряд.

Каких родных? У меня и родственников-то особо не было. Родители ушли из жизни, когда я была совсем молодой, а с дальними двоюродными братьями и сёстрами я не общалась много лет.

– И не говори, Машка, поделом ей. Никто о ней плакать точно не будет.

Я попыталась пошевелиться или открыть глаза, но не могла двинуться. Тело словно было каменной глыбой, недвижимой и тяжёлой.

Это что, сон? Кошмар? Но почему такой сильный звон в ушах? Едва слышу, как говорят эти две женщины.

– От неё и пахнет дурно, не хочу к ней подходить.

Я даже возмутилась. Про кого они говорят так пренебрежительно? Снова про меня, что ли?

– А давай не будем её мыть, Зинка? Ей же всё равно, она ж померла.

– И точно. Всё равно в гроб закроют и в землю опустят. Там снова грязная будет.

Похоже, про меня. Это от меня плохо пахнет? Да не может того быть! Я всегда следила за собой и за своим телом, мылась каждый день, натиралась всякими кремами и бальзамами, вообще была невероятно чистоплотной.

Невольно я попыталась принюхаться к себе. И у меня получилось задвигать ноздрями. И правда, какой-то смрадный запах. Как от старушенции какой-то. Неужели мой?

– Ой! Зинка, ты видела?

– Чего?

– Она носом двинула. Смотри.

– Да брешешь. Она ж померла.

«Да сколько можно слушать бред этих сумасшедших женщин?» – возмутилась я про себя. Вновь попыталась собрать силы, чтобы двинуться. В следующий миг мне удалось резко распахнуть глаза.

Картина, представшая передо мной, мягко сказать, была неприятной. Два белых девичьих лица, едва окутанных вечерним светом, с засаленными волосами и с выпученными, испуганными глазами.

– Она живая, – удивилась одна девушка.

– А-а-а! – закричала испуганно вторая.

Обе шарахнулись прочь от меня, и я услышала топот удаляющихся ног.

Что за две дурные особы? И с чего они вообще решили, что я должна отойти в мир иной? Бред какой-то. Я же чувствовала себя невероятно живой, даже не болело ничего. Только вот двигаться я не могла отчего-то.

Мне удалось мотнуть головой, и я попыталась пошевелиться. Мне удалось чуть приподняться на руках. Очень тяжело давалось каждое движение. Было чувство, что по всему моему телу проехал каток.

Оглядевшись, увидела совершенно незнакомую комнату. Богато убранную, с лепниной на потолке, с дорогой мебелью. Обстановка напоминала какой-то старинный вычурный дорого интерьер, как при царском режиме, ещё до революции. Я лежала на большой высокой кровати, над головой балдахин.

Смеркалось, и в комнате был полумрак.

Что происходит? Отчего я здесь?

Последнее, что я помню, как резко надавила на тормоз. А потом дикий скрежет тормозов и грохот машины, со всей дури врезавшейся в бетонное ограждение.

Вдруг моя голова сильно закружилась, а в груди защемило. В следующий миг я опять грохнулась головой на подушку и потеряла сознание.

Когда снова пришла в себя и открыла глаза, было совсем темно. Лунный свет, проникающий через большие окна с портьерами, едва озарял комнату, и мне стало совсем жутко.

Я не понимала, где нахожусь, но видела, что все так же лежу на кровати с балдахином, а вокруг – незнакомая огромная комната с картинами на стенах и вычурной хрустальной люстрой.

Проморгавшись, я опять попыталась пошевелиться. Мои мысли были словно затуманены. Но одно я знала точно: надо немедленно встать и осмотреться. Понять, что происходит.

Мне удалось пошевелить рукой, и я обрадовалась. Ущипнула себя и ощутила боль.

Я была жива! И это точно не сон.

Уже что-то определенное.

Пошевелила ногой, точнее, ступней. Повертела головой. Снова подняла руку.

Вдруг скрипнула дверь, и я замерла. Повернула голову и увидела, что створка приоткрыта наполовину, а из коридора льётся неяркий свет.

– Эй, кто тут? – прохрипела я и сама удивилась своему низкому неприятному голосу.

Тут же чуть закашлялась, горло саднило, словно я натёрла его наждачной бумагой.

– Помогите мне, пожал… – Я не договорила.

Надо мной в темноте мелькнула тень, и тут же на моё лицо упала большая подушка. Я судорожно попыталась вдохнуть, но не могла нормально дышать.

Кто-то давил на подушку так сильно, что я хрипела под ней и чувствовала, что снова настал мой последний час. Я пыталась поднять руку и оттолкнуть того, кто душил меня подушкой, но руки не слушались меня.

Глава 2

И тут в моём сознании появилась мысль. Я из последних сил набрала воздуха и замерла, притворилась недвижимой, прикрыла глаза и расслабилась.

И это сработало.

Тут же подушку убрали с моего лица. А я так и лежала с закрытыми глазами, не двигаясь, и терпела из последних сил, задерживая дыхание. Я чувствовала, что убийца стоит надо мной и рассматривает меня.

– Зойка! Где эта дрянная девка? – неожиданно раздался визгливый голос из коридора. – Ты опять не убрала бельё с улицы! А там дождь начался!

Послышались тихие удаляющиеся шаги, и через миг хлопнула дверь.

Я резко открыла глаза и начала жадно хватать ртом воздух, испуганно оглядываясь по сторонам. Я снова была одна в комнате. Изверг сбежал, испуганный окриком из коридора.

Когда отдышалась, я опять прикрыла глаза, попыталась повертеть конечностями. Но они так и не слушались меня.

Я что, парализована? Больна? Вообще, где я и что происходит вокруг?

Это был какой-то нескончаемый кошмар.

Из моих глаз покатились слёзы, и это было необычно. Ведь по жизни я была оптимисткой и довольно сильной личностью. Но сейчас почему-то ощущала себя совершенно потерянной и беспомощной.

Не знала, что делать. Снова звать на помощь? А если услышит тот, кто сейчас пытался меня убить? И вернётся, чтобы довершить начатое грязное дело?

Кричать было опасно. Требовалось как-то набраться сил и попытаться встать.

Размышления вызвали у меня очередное головокружение, и я снова потеряла сознание.

И долгое время пребывала в забытьи, словно в бреду. То теряя сознание, то снова приходя в себя. Мне думалось, что моё тело никак не может прийти в себя, потому что душа не могла решить – остаться в этом мире или нет. Но с каждым разом, приходя в себя, я чувствовала, что моё тело наполняется новыми и новыми силами.

Проснулась я от детского голоса, точнее, от несчастного лепета ребёнка.

– Бабушка, зачем ты ушла от нас? – гнусавил надо мной голос девочки. – Они все рады, что ты умерла. Рады. Они такие злые, бабушка.

Мои глаза были закрыты, и я лежала, приходя в себя.

– Зачем ты оставила меня одну, – продолжал всё тот же тоненький голосок ребёнка. – Я снова буду совсем одна. Они все ненавидят меня, как и тебя ненавидели. Они снова отправят меня в тот жуткий приют. Я не хочу этого.

Ощутила, что что-то мокрое капает мне на руку. Подумала, что это, скорее всего, слезы несчастной девочки, которая шептала надо мной.

– Бабушка, я так люблю тебя, – всхлипнула она. – Очень-очень. Попроси ангелов, чтобы они вернули тебя обратно. Я без тебя не смогу.

Более не в силах слышать этот поток детского страдания, я резко открыла глаза.

Уставилась осоловелым взглядом на девочку лет восьми, с русыми волосами, бледным личиком и дрожащими губами.

– Кто ты? – выдохнула я.

Увидела, как большие серо-голубые глаза ребёнка стали ещё больше от удивления и её рот открылся в недоумении. Она явно была поражена.

– Бабушка? Ты жива? – изумлённо спросила девочка.

– Пока вроде жива, – ответила зачем-то я.

Хотя знала, что никакая я ей не бабушка. Да и вообще, я эту девочку видела впервые в жизни. Но мне отчего-то очень хотелось в этот миг утешить несчастного ребёнка.

– Милая бабушка! – вымолвила девочка и бросилась ко мне на грудь, обнимая тонкими руками. – Ангелы услышали меня! Услышали. Благодарю вас, ангелы!

Я тоже приобняла девочку, осторожно погладила её по спине. Потом чуть отстранила.

– Дорогая, погоди, – попросила я, разглядывая девочку. На ней было чёрное платье. – Кто ты? Как тебя зовут?

– Людмила. Ты не помнишь меня, бабушка? Это же я, твоя внучка Людочка.

И только тут я поняла, что руки и тело снова слушаются меня. Обрадовавшись этому, попыталась сесть на постели, и у меня это получилось.

– Бабушка, как ты себя чувствуешь? – спросила Люда. – Хочешь встать? Давай я позову кого-то из горничных.

– Нет, не надо, – попросила я.

Почему-то подумалось, что если ещё кто узнает, что я пришла в себя, опять появится тот самый злодей, напавший на меня с подушкой чуть раньше. Сначала надо было понять, что здесь происходит и где я вообще. А ещё лучше попытаться узнать, кто желает моей смерти.

Я опять огляделась по сторонам.

Просторная комната в чайных и золотистых тонах, похоже, спальня. Напротив широкой кровати с голубым балдахином находился резной белый шкаф, далее трюмо с зеркалом, у окна секретер и небольшой стол. На стенах какие-то картины на морскую тему. С потолка свисала хрустальная вычурная люстра, а рядом с кроватью висели бра, выполненные в том же стиле.

Очень красивая комната, и видно, что дорого обставлена и со вкусом. Хотя я не очень любила такую вычурную, какую-то имперскую обстановку, более предпочитала стиль хай-тек, но все же комната мне понравилась: много света и пространства.

И все-таки было непонятно, где я находилась? Возможно, мне стало на улице плохо и меня принесли сюда? Но почему не вызвали скорую? Да и отчего девочка называла меня бабушкой? Куча вопросов роилась в моей голове.

– Людочка, помоги мне встать, пожалуйста, – попросила я.

– Хорошо, бабушка, – кивнула она, придерживая меня.

Я опустила на мягкий ковёр ноги и удивлённо посмотрела на них, даже чуть задрала длинную юбку.

Это были не мои ноги!

Мои были стройными, с красивым педикюром. Сейчас же я видела перед собой неухоженные ступни в чёрных прозрачных колготках и чуть полноватые лодыжки. Тут же я начала осматривать свои руки. Они тоже не походили на мои: все в пигментных пятнах, сухие и слишком тонкие. Ногти на пальцах обгрызены и неухожены.

Недоумение, а точнее, паника завладели мной. Я что, не в своём теле?

Глава 3

– Как хорошо, что ты поправилась, – довольно щебетала надо мной Людочка. – А ты ангелов там видела? На небе?

– Нет, дорогая, – отмахнулась я, уже основательно нервничая, и остановила взор на трюмо, точнее, это был скорее трельяж с тремя зеркалами. – Мне надо немедленно посмотреться в зеркало!

Я уже стремительно двинулась по мягкому ковру, благо движение мне давалось легко, только в пояснице сильно покалывало.

– Бабушка, надень тапочки, – предложила девочка, подавая мне вышитые кокетливые туфельки на небольшом каблучке и с меховой опушкой.

Какие-то вычурно-безвкусные и вульгарно-красные. Но я решила всё же надеть их. Мне не терпелось встать и подойти к зеркалу. Увидела, что на мне какая-то чёрная строгая юбка в пол, блуза, пиджак, колготки. Одета строго и вычурно.

Но почему тогда я лежала на кровати? Правда, на покрывале, но всё же.

Обстановка комнаты и то, как я была одета, наводили меня на мысль, что я не в XXI веке, а где-то в прошлом. Конечно, не совсем в давнем прошлом, где ходили в кринолинах и париках, а в веке так девятнадцатом.

– Людочка, а почему я спала одетая?

– Потому что Лариса Самсоновна велела Зойке нарядить тебя, чтобы, когда гроб принесут, ты готовая была.

– Гроб?

– Да. Все же думают, что ты умерла. Сегодня в два пополудни тебя хоронить должны, бабушка, – объяснила девочка, так и поддерживая меня за талию и заглядывая в лицо.

– А-а-а, – не сразу дошло до меня.

– Они там все в гостиной большой собрались, ждут, когда на кладбище ехать. А ты жива! Вот они все офонареют!

Слово «офонареют» меня немного покоробило, но я поняла, что девочка имела в виду «обалдеют».

– А сколько сейчас времени, Люда, ты знаешь?

– Около полудня, бабушка.

Мы уже приблизились к трельяжу, и я застыла перед своим отражением.

Боже! Это я?

На меня из зеркала смотрела дама лет под шестьдесят с обветренным, сухим лицом, тусклыми небольшими глазами, тонкой полоской губ и седыми волосами. Тонкая шея и покатые плечи. Взгляд потухший и потерявший вкус к жизни. А ещё на лице были жуткие веснушки, которых у меня никогда не было раньше.

Ужас просто! Да я настоящая бабка!

И ведь надо же случиться такому недоразумению! Ведь раньше я была просто красавица. Постоянно ухаживала за собой: за своей кожей, волосами, губами. Поддерживала и своё тело в форме. Занятия спортом и йога были в моем арсенале последние двадцать пять лет. В свои сорок пять я выглядела на десять лет моложе. А сейчас из зеркала на меня смотрела жуткая облезлая дама за пятьдесят.

Я быстро начала задирать длинную, бесформенную юбку, увидела, что на мне надеты не колготки, а чулки, стянула их вниз. Вообще сняла эти неудобные чулки. Затем сорвала с себя пиджак, блузку и ощупала тело. Стояла перед своим отражением в каком-то смешном дурацком лифоне а-ля бабка, которые носили точно при царе Горохе.

Тело моё было немного пухлым и таким же запущенным, как и лицо. Создавалось такое впечатление, что ранее владелица моего тела совсем не заботилась о себе. Возможно, у неё не имелось денег или она была бедной родственницей в этом богатом доме?

Скорее всего.

Но зато теперь я поняла, отчего меня хотели придушить. Смотреть на меня было жутко. Я бы тоже такое страшное существо захотела удавить.

Я несколько раз глубоко выдохнула, пытаясь взять себя в руки и успокоиться. Это очень важное действие, когда на тебя неожиданно обрушиваются неприятности или страшное известие. Надо попытаться мыслить спокойно, без излишних эмоций, чтобы не наломать дров.

– Людочка, а сколько мне лет? – спросила я, нахмурившись, чувствуя, что снова хочу упасть в обморок и никогда не просыпаться в этом доме и в этом теле.

– Пятьдесят с чем-то, бабушка, – ответила неуверенно девочка. – Я точно не знаю.

– А зовут меня как?

– Нина Георгиевна Литвинова.

Я кивнула и отошла от трельяжа, приблизилась к окну, выглянула наружу. Увидела дорожку у дома, справа и слева красивые клумбы, дорога устремлялась вперёд до ажурных ворот, а сбоку виднелся сад, едва расцветающий, со свежей зеленью. Двор походил на въезд в богатую усадьбу, такие часто снимали в исторических кино про дворян.

Я опустила глаза и отметила, что под нами ещё целый этаж и сбоку окна. Похоже, я находилась в каком-то особняке.

– Людочка, а в этом доме много комнат?

– Много, бабушка. Ты всё позабыла? Но это ничего. Главное, что ты снова пришла в себя. Ты спрашивай меня, я всё тебе расскажу, – почтительно предложила девочка.

– Об этом я и хотела тебя попросить, – улыбнулась я, поворачиваясь к девочке. – Скажи, а чей это дом? Моего сына?

– Твой дом, бабушка. Ты здесь хозяйка, – ответила Людочка. – И дом, и сад, и конюшня – всё твоё. А ещё у тебя много денег, бабушка. Ты миллионщица! Так говорит дядя Антон.

Вот это поворот.

Я недоуменно захлопала глазами.

Глава 4

Что, правда? Вот я, такая старая и страшная, и миллионщица? Точнее, миллионерша. А что? Зато теперь понятно, отчего меня хотели придушить. Наверняка стали нужны мои денежки, а я, видать, никак не помирала. Вот и решили помочь.

Конечно, если Людочка говорила правду и всё верно понимала про меня. Но девочка вроде выглядела умненькой, интересно, сколько ей лет?

– Сколько тебе лет, дорогая, напомни?

– Восемь, бабушка. Через месяц девять уже будет.

Я решила снова одеться, но лишь накинула блузку с дурацкими бабскими кружевами и поправила юбку.

– А какой сейчас год, Людочка?

– 1896 от Рождества Христова.

Ясно. Всё же с эпохой я не ошиблась: рубеж XIX–XX веков.

– И, как я понимаю, сейчас весна, апрель? – спросила я, вспоминая вид из окна, зелень на деревьях и клумбах едва начала пробиваться.

– Нет, май, десятое число.

– Спасибо, Людочка. Ты мне так хорошо помогаешь все вспоминать. Но у меня есть к тебе небольшая просьба, внученька.

– Какая, бабушка?

– Никому не говори, что я ничего не помню, не хочу выглядеть глупой. Понимаешь, меня, зайчонок? Это будет наша с тобой маленькая тайна.

– Хорошо, бабушка, – закивала Люда. – Наша тайна.

Я опять задумалась.

Итак, что у нас получалось? Я находилась в теле какой-то седой миллионерши – бабушки, конечно, не дряхлой старухи, но и не молодой особы. У меня были дом, внучка и даже, видимо, слуги. Это уже неплохо.

Но отчего я попала сюда? Неужели действительно ангелы услышали молитвы этой девочки и переселили меня в тело этой Нины? Возможно, и, похоже, в прежнем мире я или умерла, или же находилась без сознания, например, в коме.

В этот момент дверь в комнату распахнулась, и на пороге возникла девушка в строгом платье и переднике, похожая на горничную.

– Людмила Осиповна, вас ждут внизу, – строго заявила она, входя, и тут же застыла на месте. Уставилась на меня испуганными глазами. – Царица небесная, она встала! – вскрикнула в ужасе девица и тут же с грохотом упала в обморок.

Я быстро подошла к горничной, наклонилась и похлопала её по щекам, но она не приходила в себя. Нахмурившись, я поняла, что нужен врач или хотя бы воды плеснуть ей на лицо. Обернувшись, заметила на столе графин с водой и два стакана. Тут же налив и набрав в рот воды, я прыснула ею на потерявшую сознание горничную. Но это ничего не дало.

Снова поднявшись на ноги, я оглядела коридор. Такой же помпезный и вычурный, как и моя спальня. С лепниной на потолке и паркетными светлыми полами.

– Бабушка, ты забыла тапочки, – раздался рядом голос Люды. – Не стой босая, а то заболеешь.

Видимо, девочка боялась, что со мной что-то случится.

– Людочка, надо вызвать доктора. У нас есть телефон? – спросила я, пытаясь вспомнить, появились ли в домах в эти годы девятнадцатого столетия телефоны или нет.

– Он внизу, в твоём кабинете, бабушка.

– Пойдём туда, дорогая, – велела я.

Мы направились по широкой лестнице на первый этаж особняка, и я, на удивление, прекрасно двигалась, ничего у меня не болело и не сковывало движения. Только поясница продолжала нещадно ныть, а к ней добавилось покалывающее правое плечо. Скорее всего, оттого что я долго лежала на постели.

Людочка семенила за мной, а я глядела по сторонам. Особняк внутри был просто великолепен. Точно жилище миллионерши. Просторный, немного помпезный. С хрусталём, синими коврами на белой мраморной лестнице, зеркалами и дорогими шёлковыми обоями на стенах.

Я спустилась с лестницы первой, немного ошарашенная, но впечатлённая. Хозяйка этого дома точно не скупилась на ремонты и украшения интерьера.

– Людочка, так где же кабинет? – обернулась я к девочке.

В это время Люда замешкалась на лестнице, остановилась и завязывала на туфельке ленту, которая развязалась.

– Первые двери направо, бабушка, – ответила она.

Думая только о том, чтобы побыстрее вызвать доктора и снова вернуться к той несчастной девушке, что лежала на пороге спальни, я быстро распахнула первые двери и стремительно вошла в кабинет.

И тут же резко остановилась. Это был не кабинет, а комната, похожая на большую гостиную с диванчиками, креслами и чёрным роялем. И здесь находилось почти два десятка человек. Кто-то сидел, кто-то стоял, но все были в чёрном.

Взоры присутствующих тут же обратились ко мне, и в гостиной наступило гробовое молчание. Но всего на пару мгновений. Тут же со всех сторон послышалось множество голосов:

– Нина?!

– Какого чёрта?

– Нина Георгиевна?

– Боже, что это?

– Она не умерла?

Недоумение, страх и удивление отражались на лицах окружающих. А в глазах многих застыл не просто немой вопрос, а благоговейный ужас. Словно увидели не привидение или неожиданно ожившую бабушку, а демона из преисподней.

– Вернее, дверь налево, бабушка, – мяукнула извиняющимся голоском Людочка за моей спиной.

Ясно, я ошиблась дверью и вошла не в кабинет. Бывает.

Но эффект, произведённый моим появлением, мне понравился.

Бледные и покрасневшие лица присутствующих говорили сами за себя. Похоже, как и говорила Людочка, видеть меня живой в данный момент не желал никто в этой комнате. Кроме, наверное, моей внучки, которая притихла рядом.

– Приветствую вас, господа, – громко и решительно произнесла я.

После моих слов одна из девушек, стоявшая у окна, грохнулась в обморок.


Страницы книги >> 1 2 3 4 5 6 7 | Следующая
  • 0 Оценок: 0


Популярные книги за неделю


Рекомендации