Читать книгу "Элитная школа «Сигма». Цена ошибки"

Глава 13

Алекс смотрел на нас не мигая. И я смотрела в ответ – прямо в его глаза. Глаза, которые я так давно не видела…

Осознание того, что, возможно, вижу его в последний раз, накрывало меня медленно и неотвратимо. Но я держалась. Держалась из последних сил – из упрямства, из гордости, из страха сломаться у всех на глазах.

Музыка закончилась, и я отстранилась от Кости. Он не замечал Алекса за своей спиной, и я была этому рада. Не хотелось бы, чтобы этот треугольник взглядов становился ещё острее.

– Ты в порядке? – тихо спросил Костя.

– Да, – с трудом сдерживаясь, кивнула я. – Спасибо за танец.

Я обогнула Костю и направилась к лестнице. Каждый шаг отдавался в груди тупым ударом. Проходя мимо Алекса, я не остановилась и даже не повернула головы. Только сильнее стиснула зубы и до боли впилась ногтями в ладонь, пытаясь заглушить физической болью ту, что разрывала изнутри. Лишь бы выдержать. Лишь бы продержаться ещё хотя бы пару секунд.

И как только он остался за спиной, внутри всё оборвалось.

Слёзы хлынули внезапно, горячо и неуправляемо. Сдерживать их больше не было сил. Ни сил, ни смысла. Внутри – только боль и пустота. Такая глухая и звенящая, будто кто-то вырвал из груди что-то важное и оставил зияющую дыру.

Я поднялась в комнату почти бегом. Ники там, конечно, не оказалась, и я, не раздеваясь, упала на кровать. Уткнулась лицом в подушку и разрыдалась.

Не знаю, сколько я так пролежала, но минуты тянулись как часы. Голова раскалывалась от слёз и напряжения, виски пульсировали. Мысли крутились по кругу, безжалостно возвращаясь к одному и тому же.

Я пыталась убедить себя, что это просто переезд. Что люди уезжают. Что жизнь продолжается. Пыталась дышать глубже, вставала и умывалась, возвращалась к кровати и била подушку – пыталась хоть как-то выплеснуть эту злую энергию, эту сводящую с ума панику.

Но легче не становилось.

В какой-то момент мне стало невыносимо находиться одной в этой пустой комнате. Тишина давила. Я ловила каждый звук в коридоре, надеясь, что Ника вдруг вернётся – за телефоном, за косметичкой, за чем угодно. Увидит меня и останется. Просто посидит рядом.

Но дверь не открывалась.

– Не могу так больше… – выдохнула я сквозь остатки слёз.

На ощупь нашла на тумбочке телефон и открыла диалог с Женей.

«Твоё предложение ещё в силе?» – набрала я, почти не думая.

Ответ пришёл мгновенно:

«Да, приходи в запаску) Все уже тут».

Я поднялась с кровати и пошла в ванную. Смотреть на своё отражение в зеркале было страшно – словно там была не я, а кто-то чужой. Размазанная тушь, покрасневшие глаза, припухший нос, красные пятна по всему лицу.

Включив холодную воду, я тщательно смыла всю косметику. Затем заново накрасилась, распустила волосы и переоделась в более удобное платье – короткое, лёгкое и не такое парадное. Сейчас мне было без разницы, как я выгляжу, всё, чего мне хотелось – хотя бы на секунду отвлечься от своих мыслей.

Выйдя из комнаты, я направилась вниз через правое крыло.

На первом этаже прошла до самого конца коридора, спустилась по узкой лестнице, миновала ещё один короткий проход с душевыми и туалетами. Дальше шли раздевалки и два зала – спортивный и танцевальный.

Стало понятно, почему ребята выбрали именно это место – играющую здесь музыку не было слышно из коридора.

Я толкнула дверь в «запаску» – и замерла.

Полумрак разрезали вспышки светомузыки. В центре танцевала толпа людей с мишурой на шеях. У стен стояли столы, заставленные бутылками и пластиковыми стаканчиками. Два парня, взяв на себя роль диджеев, колдовали над аппаратурой. Ещё двое стояли за импровизированной стойкой – играли в барменов, не иначе.

Все танцевали. Смеялись. Общались. И пили.

– Привет, – ко мне подошёл стоящий у входа парень и окинул меня внимательным взглядом. – Ты с кем?

Но не успела я ответить, как из танцующей толпы вынырнул Женя:

– Она со мной!

Парень молча кивнул и посторонился, давая мне пройти.

– Привет, – улыбнулся Женя. – Пойдём?

Не успел он договорить, как ко мне подошёл ещё один парень – с широкой улыбкой на лице и с пластиковым стаканчиком в руке – и сунул мне последний.

– Что это? – тихо спросила я у Жени, не отрывая взгляда от мутной жидкости.

– Лёгкое, почти сок, – усмехнулся он и, понизив голос, добавил: – Пошли к нашим.

Я понюхала жидкость в стаканчике – пахло сладко. Но стоило мне сделать глоток, как горло тут же обожгло – это был далеко не сок.

Женя усмехнулся и подвёл меня к своей компании. Там стояли Мирон, Крис, Ира и ещё несколько ребят, которых я хоть и видела в школе, но даже не знала, как их зовут.

– Это Миша, – представил меня Женя.

И начал по очереди называть имена.

– Даня.

– Лика.

– Арс, – последний парень представился сам и тут же протянул мне руку.

Видимо, это тот самый Арс, который и устроил вечеринку. Я молча кивнула и пожала его руку. А дальше случилось чудо: Крис и Ира улыбнулись мне, почти дружелюбно – неужели на них так подействовал Новый год? – и я постаралась улыбнуться в ответ. Хотя, справедливости ради, последнее время наши отношения, на удивление, улучшились.

Не знаю, с чем это было связано, но никакой злости либо ненависти, исходящих от Крис, как это было раньше, я не чувствовала. Сейчас мы с ней спокойно могли перекинуться парой слов, обсудить что-то или даже подшутить над чем-то. Не думаю, что это был какой-то хитрый план с её стороны, но даже если и так – мне уже терять нечего…

– Бутылочка! – крикнул кто-то сзади. – Все сюда!

Толпа оживилась. Кто-то фыркнул, кто-то обрадовался, но так или иначе – все начали подтягиваться ближе.

– Пошли, – Женя в шутку толкнул меня плечом.

– Я пас, – отмахнулась я. – Посмотрю на вас.

Он недовольно прищурился.

В детском доме это была самая жёсткая игра. Там «бутылочка» никогда не была просто развлечением. Каждый, кто садился в круг, знал: отказаться от задания или соврать – значит потерять уважение. А потерять уважение – стать лёгкой мишенью.

Поэтому играли в неё только самые смелые.

Но парадокс был в том, что отказаться сесть в круг – тоже означало признать себя слабым. И никто не мог сказать, что из двух зол было страшнее.

Здесь же, наверное, всё обстояло иначе. А, впрочем – мне плевать.

– Ну ок, – кивнул Женя. – Но если тебя кто-то пригласит публично – не отказывайся, ладно? Тут такие правила.

– Хорошо, – кивнула я.

Парадокс – будь то детдом или элитная школа, люди, несмотря на внешнюю обёртку, остаются такими же.

Я отошла к стене, обдумывая пришедшую в голову мысль и наблюдая за тем, как недалеко от меня собирается круг – шумный, разгорячённый алкоголем, с полными предвкушения взглядами.

И именно в этот момент, стоило мне остаться одной, мысли об Алексе снова полезли в голову. Слишком навязчиво и безумно больно.

Может, и правда лучше не стоять в стороне?

Словно прочитав мои мысли, Арс поднялся с диванчика и, оглядевшись по сторонам, нашёл меня взглядом:

– Мишель! – крикнул он сквозь музыку. – Сыграешь с нами?

Наверное, это знак. Отвлечься… Заглушить шторм внутри шумом, смехом и каким-никаким адреналином.

– Да, – кивнула я и подошла к кругу.

Стакан в моей руке был наполовину полон, но стоило мне сесть, как кто-то тут же наполнил его до краёв.

Парень, который всех собрал, начал объяснять правила. Они были простые и абсолютно понятные:

Выбираешь правду или действие. И если не отвечаешь на заданный вопрос или не выполняешь действие – пьёшь до дна.

– Поехали! – крикнул Арс, и бутылочка закрутилась.

– Правда или действие?

– Правда или действие?

– Правда или действие?

Эта фраза зазвучала почти без пауз.

Громкий смех, оглушительный свист, пьяные выкрики… Вопросы становились всё откровеннее, действия – всё смелее: выпить, станцевать, поцеловать кого-тои всё это миллионами разных способов. На фоне всего остального действия, типа: Показать свои счета, переписку, запросы в поиске, даже страницы в инкогнито, казались сущими пустяками.

Каждое действие было проверкой границ, каждый кон, каждый выпитый стакан – расширением этих самых границ.

И я прекрасно понимала – дальше будет только хуже, но пока меня это не касалось, я особо не задумывалась об этом. К тому же, мой стакан всё ещё был полон. И, что мне нравилось, эта игра и вправду помогала заглушить мысли…

– О, Миша! – выкрикнула Крис, и все лица тут же повернулись в мою сторону.

– Правда или действие? – спросил парень, который крутил бутылочку.

– Правда, – не раздумывая, ответила я.

– У тебя был секс с кем-нибудь в этой школе?

Видимо, из-за того, что бутылочка впервые указала на меня, вопрос был очень простой. Но я не хотела на него отвечать… И не потому, что не знала, что ответить или боялась чужого мнения. Нет. Просто потому, что этот вопрос заставлял думать об Алексе, а я уже не могла выносить этих мыслей.

Я поднесла стакан к губам и, закрыв глаза, выпила содержимое до дна.

– У-у-у, – раздалось из круга. – Ну что за облом!

– Да по-любому был, – выкрикнул какой-то парень. И с ним даже кто-то начал спорить, но я их не слышала, стараясь отдышаться – горло не то, что обожгло, оно чуть не сгорело!

А когда глаза перестали слезиться, и я вернулась в здесь и сейчас, игра уже продолжалась. А мой стакан был снова полон.

В какой-то момент бутылочка указала на Арса, и он выбрал действие.

– Выбери кого-нибудь из круга, – заговорщически протянула девушка.

Этот вопрос означал, что действием будет либо поцелуй, либо что-то ещё более раскрепощённое…

Арс мельком прошёлся взглядом по кругу – мне даже показалось, что он это сделал просто для вида – и остановился на мне. Серьёзно?

– Мишель, – улыбнулся он и перевёл взгляд на того, кто крутил.

– Отлично, – усмехнулась девушка. – Арс, покажи на Мишель, как нужно страстно целоваться. Как будто ты вернулся с необитаемого острова.

– Оу! – удивилась я. – Спасибо, конечно, но показывайте на ком-нибудь другом. Не на меня же бутылочка показала.

– Здесь такие правила, – спокойно объяснил Женя. – Если тебя выбирает тот, на кого показала бутылка, считай, она показала на тебя.

– А если я отказываюсь?

– Выпиваешь вместо того, на кого она указала, – пожал плечами Женя.

Сопротивление внутри меня моментально поднялось, но я не выдала его ни одним жестом. Я сама сюда пришла и сама села играть – так, что, будь добра, Мишель, играй по правилам.

– Так это читерство какое-то, – ответила я, в то время как Арс уже подходил ко мне ближе.

Арс был симпатичным, и, наверное, многие бы сейчас хотели оказаться на моём месте, особенно судя по некоторым недовольным взглядам девушек, но я не собиралась с ним целоваться. К тому же, я не в детском доме, и тут правила… лайтовее.

– Я пью! – выпалила я.

– У-у-у, скукота! – начали выкрикивать ребята.

– Ну ничего, посмотрим на тебя через пару стаканов, – усмехнулся кто-то.

Было ли мне до них какое-то дело? Не-а.

– Я тоже пью, – заявил Арс. Хотя по правилам он мог этого не делать.

– Ну тогда выпейте хотя бы на брудершафт, – предложила та девушка, что крутила.

Арс протянул мне руку.

– Только если без поцелуя, – произнесла я.

– Ладно-ладно, пока без поцелуя – улыбнулся он.

Я взялась за его ладонь и поднялась. Арсу подлили что-то в стакан, а мой и так был полон. Мы вышли в центр круга и, скрестив руки, прислонили стаканчики к губам. От Арса пахло алкоголем и сладким парфюмом.

Я сделала глоток и почти задохнулась от жгучего вкуса, но допила до дна.

Не успела я прийти в себя, как почувствовала чужие руки на своей талии. Арс уже наклонялся в мою сторону, но я тут же отшагнула и в следующую секунду влепила ему пощёчину – звонко, но несильно.

И судя по поднявшемуся гулу, толпе понравилось такое представление.

– Я же по-дружески, – с ухмылкой произнёс Арс.

– Я тоже, – скопировала ухмылку я.

Когда села на своё место, в круге раздалось:

– Лучше бы поцеловались! Всяко приятнее…

– Просто кое-кому нужен мастер-класс по страстным поцелуям, – протянула Крис.

– Вот выпадет на тебя – и дашь, – парировала я.

Бутылочку теперь крутила я. Крис сидела напротив, и я примерно понимала, как задать направление. Иллюзий не строила – даже с опытом детдома это всегда лотерея.

Но бутылка замедлилась… и остановилась ровно на Крис.

Я удивилась, но виду не подала. Зато остальные взорвались одобрительными криками.

– Правда или действие? – спросила я.

– Действие, – не задумываясь ответила Крис.

Я невольно отметила её смелость.

Придумывать ничего не пришлось – оставалось лишь выбрать партнёра.

Последнее время я замечала, что Крис была чем-то встревожена. Ника говорила, что они с Мироном поссорились. А я видела или мне казалось, что между ними что-то есть. Что-то настоящее и искреннее.

Может, это глупо. Может, я лезу не в своё дело. Но… вдруг сработает?

– Покажи мне мастер-класс, – сказала я, глядя ей прямо в глаза. – Выпей на брудершафт с Мироном. И стра-а-астно поцелуйтесь.

В её взгляде я не заметила раздражения. Только короткий победный блеск – будто я своим заданием попала прямо в точку.

Мирон же, в отличие от меня, не стал отнекиваться. Да и, честно говоря, здесь вообще мало кто отказывался от заданий и от ответов на вопросы. Просто если люди были в отношениях, их подобным не мучили.

Тем временем Крис с Мироном вышли в центр, переплели руки и, глядя друг другу в глаза, начали пить.

Когда стаканы опустели, они подошли вплотную друг к другу и поцеловались.

Их поцелуй был горячим, живым, с накопившимися эмоциями. Я даже засмотрелась на эту страсть между ними, на это живое чувство. Их поцелуй отличался от всех, что сегодня здесь были.

– У-у-у-у! – прокатилось по залу.

– Всё, хватит! – засмеялись из круга. – Остановитесь!

Крис с Мироном с явной неохотой оторвались друг от друга, и Крис с довольной улыбкой вернулась на место.

– Учись, – протянула она, садясь обратно.

Это не прозвучало высокомерно, поэтому я просто усмехнулась и покачала головой.

Дальше бутылочку крутила Крис. А за ней и другие. На меня она не выпадала, и я была этому только рада. Голова уже ощутимо кружилась, в теле разливалось тяжёлое тепло.

Некоторые задания, а точнее их исполнения,были действительно смешными: станцевать на стуле, заказать в школу хор Турецкого, рассказать самый нелепый случай с учителями, позвонить родителям и подшутить над ними. Круг то и дело взрывался смехом.

На секунду мне стало даже легко.

И тут бутылочка снова указала на меня.

– Правда, – ответила я. На действии бы точно пришлось пить.

– Тебе нравится кто-то из школы? – спросила девушка напротив.

Сердце вздрогнуло, но лицо осталось спокойным.

– Да, – уверенно ответила я.

– А он здесь?

Я с трудом выдавила из себя улыбку.

– Это уже второй вопрос.

В круге засвистели и начали возмущаться. Но я не дала им развить тему и крутанула бутылку снова.

Парню, на которого она указала, придумать задание мне помогли – он выложил пост: Поздравьте, скоро стану папой!Не прошло и пары секунд, как ему позвонила мама, и он под оглушительный смех ребят добрых пять минут убеждал её, что это всего лишь шутка.

Когда он закончил, кто-то крикнул:

– Эй, народ, давайте перекур!

Компания разбрелась кто куда. Я вышла из зала просто подышать. В коридоре было тише, прохладнее. Голова же кружилась всё сильнее.

Я прислонилась к стене и закрыла глаза на несколько секунд.

– Спасибо, – раздалось сбоку.

Я посмотрела налево – Крис, как и я, привалилась спиной к стене.

– За что? – протянула я.

– Ты же специально дала мне задание с Мироном.

– Не, – усмехнулась я. – Совпало.

Она хмыкнула в ответ, но спорить не стала.

Некоторое время мы молча стояли и смотрели куда-то вдаль. Из зала доносились басы, смех, чьи-то крики.

– Насчёт видео можешь не париться, – произнесла я. – Его никто не видел и… я удалю его.

– Твоё дело, – абсолютно легко, без капли злобы, ответила она. – Только мне скинь. Сохраню на память свой первый раз.

– Первый раз? – удивилась я.

– Ага, – усмехнулась она. – И благодаря тебе – он стал незабываемым.

На этот раз уже рассмеялась я.

– Тогда должна будешь, – протянула я.

Крис толкнула меня в плечо, и мы снова замолчали, уставившись каждая перед собой.

– Ты сказала, тебе нравится кто-то из школы, – наконец произнесла Крис. – Это Алекс, да?

Я не стала поворачиваться на неё, чтобы она не увидела мой взгляд.

– С чего ты взяла? Мы с ним расстались.

Я старалась, чтобы голос звучал ровно.

– Просто вижу, – спокойно ответила Крис.

И вдруг добавила:

– Напиши ему.

– Не могу, – покачала головой я. Даже думать об этом было больно. – Там всё сложно.

– На самом деле всё просто, – протянула она. – Это мы сами всё усложняем.

Интересно, если бы Крис знала мою ситуацию, она бы всё равно так сказала?

– Может быть, – пожала плечами я.

– Ладно, я пошла, – Крис оторвалась от стены, но перед тем как уйти наклонилась ко мне. – Кстати, будь осторожна, Арс то и дело на тебя посматривает. А он тот ещё бабник.

– Спасибо, – улыбнулась я, и она, развернувшись, ушла обратно в зал.

Я осталась одна в полутёмном коридоре, но здесь мне было комфортнее, чем среди людей. Не знаю, сколько я так простояла, но в какой-то момент в зале уже начиналась дискотека – музыка стала громче, ритм быстрее. У меня же внутри наоборот – всё замедлялось, блекло и пустело.

Неожиданно мир вокруг начал слегка плыть. Свет от ламп вытягивался в размазанные полосы, пол будто терял устойчивость. Я провела ладонью по лицу, пытаясь сосредоточиться, и поняла, что моё состояние мне совсем не нравится: мысли путались, сердце билось неровно, а в голове стоял странный гул.

Я зашла в туалет рядом с залами, надеясь, что холодная вода приведёт меня в чувство – включила кран, подставила ладони и плеснула себе в лицо.

Нет, так дело не пойдёт. Нужно уходить отсюда – как можно быстрее добраться до комнаты, лечь в кровать и, возможно, уснуть.

Я уже выключила кран, когда дверь открылась, и в туалет вошёл Арс.

– Как тебе вечеринка? – спросил он с улыбкой, которая показалась мне слишком… хищной. В голове тут же всплыли слова Крис, но я тут же отбросила их прочь.

– Нормально, – ответила я, стараясь говорить ровно. – Но, кажется, я немного перебрала. Пойду в комнату.

Он медленно кивнул и подошёл ближе.

– Тебя проводить?

– Нет, спасибо, – я попыталась усмехнуться. – Сама дойду. В крайнем случае – доползу.

Я рассчитывала, что это прозвучит легко и всё закончится шуткой, но вместо этого он вдруг шагнул ещё ближе, отчего я инстинктивно отступила назад.

– Эй… ты чего?

– Да ладно тебе, – его голос стал ниже и мягче, но в этой мягкости ощущалась настойчивость. – Ты еле стоишь. Я просто помогу.

Он сделал ещё шаг, и я почувствовала, что упираюсь спиной в холодную плитку стены. Пространство между нами сократилось до минимального.

– Я сказала – не надо.

Он поднял руку и опёрся ладонью о стену рядом с моей головой, перекрывая выход. От него пахло алкоголем, и запах был даже сильнее, чем от меня.

– Давай просто продолжим то, что не закончили, – произнёс он, склоняясь ближе.

Я попыталась оттолкнуть его, но руки казались ватными. И вся прилагаемая сила не давала должных результатов.

– Арс, отойди.

Он схватил меня за запястье. Не до боли, но крепко, так, что стало ясно: по-хорошему он отступать не собирается.

В голове всё закружилось ещё сильнее – то ли от алкоголя, то ли от накатившей паники. Сердце застучало так громко, что, казалось, его слышно в пустом помещении.

– Хочешь чтобы я закричала? – сказала я уже без шуток, безуспешно пытаясь вырваться.

Он только сильнее прижал меня к стене и наклонился, целясь в губы. Я начала извиваться как уж на сковородке, а его хватка только усиливалась.

– Отпусти! – я дёрнулась изо всех сил и чудом высвободила одно запястье. – Не надо!

– Да что ты ломаешься…

– Отпусти, говорю!

Я упёрлась рукой ему в горло, и в его глазах мелькнул недобрый блеск. Он с лёгкостью её перехватил и заломил так, что у меня из глаз брызнули слёзы, а в следующий миг дверь резко распахнулась.

Сквозь слёзы за спиной Арса я увидела… Алекса?!

Я не знала, откуда он взялся, как оказался здесь и почему именно сейчас, но он не колебался ни секунды. В два быстрых шага он оказался рядом, схватил Арса за плечо, рванул на себя и, резко развернув, ударил кулаком прямо в лицо.

Удар прозвучал глухо и тяжело. Арс отлетел назад, ударившись спиной о раковины.

– Ты псих?! – выдохнул он, держась за лицо.

– Если девушка говорит «не надо», значит, не надо, – произнёс Алекс сквозь зубы.

В его взгляде читалась только жёсткая, сдерживаемая ярость, и, на мой взгляд, Арсу сильно повезло, что Алекс ограничился лишь одним ударом.

А потом он повернулся ко мне.

– Ты в порядке?

Арс в это время выскочил из туалета. А я не успела ни ответить, ни осмыслить происходящее, как из коридора внезапно донёсся крик:

– Шухер! Расходимся! Завуч уже в этом крыле!

Шум поднялся мгновенно, как вспыхнувший пожар. Захлопали двери, кто-то побежал, послышались сбивчивые шаги и панические шёпоты.

– В окно!

– Прячьтесь!

– Выключите свет!

Играющая на фоне музыка оборвалась на полуслове, ещё больше усилив тревогу.

Мир вокруг закружился сильнее, пространство снова поплыло, но при этом я чётко осознавала – надо бежать.

– Чёрт! – Алекс мгновенно схватил меня за руку и потянул за собой.

Из коридора уже доносились тяжёлые шаги взрослых и строгие голоса. Они были очень близко…

– Быстрее, – бросил он.

Мы выбежали из туалета и свернули в сторону танцевального зала.

– Сюда.

Алекс затащил меня за собой в тёмный зал, и целенаправленно направился к задней стене, где обнаружилась небольшая каморка с танцевальным реквизитом.

Шаги в коридоре становились всё ближе.

– Нас исключат… – прошептала я.

– Тише.

Алекс отдёрнул тяжёлую портьеру, за ней оказалась узкая техническая панель. Он сдвинул её в сторону, и в стене открылась тёмная ниша – узкая, как щель.

– Мы туда не поместимся… – выдохнула я, глядя в эту темноту.

– Поместимся, – уверенно ответил он.

Он шагнул внутрь первым, а затем втянул меня за собой и задвинул эту панель – вот теперь нас окутала кромешная темнота.

А помимо этого, я оказалась вплотную прижата к Алексу. Его рука легла мне на талию, поддерживая, чтобы я не сползла вниз.

Я абсолютно не видела Алекса, но я чувствовала его дыхание у себя на лице, а под моими руками билось его сердце. Я отвернула голову, не в силах выдержать это испытание, но легче не стало, теперь его дыхание касалось моей макушки.

Меня начало трясти – не знаю от чего, то ли от волнения, то ли от самой ситуации, то ли от выпивки, то ли от всего сразу! Я стискивала зубы, чтобы они не стучали друг об друга, но это не помогало, и дрожь раз за разом прокатывалась по всему телу.

– Тише, – прошептал Алекс прямо у моего уха. – Нас здесь не найдут.

Его дыхание коснулось моей щеки, тёплое, неровное. Мне уже было неважно, найдут нас или нет – я просто не могла дышать, мне было жарко и холодно одновременно.

Из коридора доносились крики Галины Юрьевны. Резкие и властные. Она снова и снова кого-то находила, ловила, отчитывала и громко, с нажимом произносила фамилии. Каждое имя звучало как приговор.

Потом крики стихли. И я услышала медленные, тяжёлые шаги в танцевальном зале. Они приближались.

Щёлкнул выключатель, а спустя несколько секунд скрипнула дверь каморки – той самой, за стеной которой мы стояли, втиснувшись в узкую нишу.

Я перестала дышать. Совсем.

Алекс сильнее прижал меня к себе, его ладонь поднялась выше – на мою спину. Он прижимал меня к себе так, будто боялся, что я сейчас упаду. И если бы не он, наверное, так бы и вышло.

Сердце билось так громко, что казалось – его слышно не только в зале, но и в коридоре. В висках, в горле, в животе. Но всё равно сквозь эту сумасшедшую дробь я ощущала, как под моей ладонью бьётся и его сердце – так же быстро, так же горячо, и так же напряжённо.

Через несколько секунд шаги замерли – прямо за стеной. Время остановилось, и даже мысли – и те застыли в этом мгновении.

А спустя ещё несколько секунд шаги начали удаляться. Щёлкнул выключатель, следом хлопнула дверь.

Вернулась густая, давящая тишина. Но наши с Алексом сердцебиения не стихали, будто опасность никуда не делась. Она и так никуда не делась…

Не знаю, сколько мы так стояли – минуту, две, вечность? И поверьте, я бы не отказалась от последнего!

– Кажется, ушла, – едва слышно произнёс Алекс, всё ещё прижимая меня к себе. – С тобой всё в порядке?

Алкоголь, адреналин, страх – всё смешалось в один тяжёлый ком. Мир качнулся. Пол будто поплыл из-под ног, и я начала сползать вниз.

– Эй, ты чего, – он тут же удержал меня, крепче прижав к себе.

– Всё немного… кружится, – с трудом выговорила я.

И это была только половина правды. Меня кружило не только от выпитого. Мне безумно хотелось прижаться к Алексу ещё ближе. Почувствовать его. Просто перестать сопротивляться этому безумию. От одних только этих мыслей по телу пробегала волна жара, и ноги переставали держать. Каких усилий мне стоило не поддаться этому искушению и не впиться в него губами – не выдать себя – знала только я.

Кого я обманываю? Я никогда не смогу его забыть…

– Ты много выпила? – негромко спросил он.

– Не знаю, – ответила я и, не поднимая головы, через силу добавила: – Мы можем выйти отсюда?

Я не хотела никуда выходить. Я хотела навсегда остаться с ним в этом маленьком помещении. В помещении, где нас бы никто никогда не нашёл.

Алекс отодвинул панель. Я чуть ли не вывалилась из узкой ниши в каморку и жадно втянула воздух. Сразу стало легче… но только телу. Внутри всё по-прежнему штормило.

– Я провожу тебя, – сказал он. – Тебе сейчас лучше не попадаться никому на глаза.

Я даже не стала спорить. Сил на это просто не было.

Алекс осторожно выглянул в зал, убедился, что никого нет, вернулся ко мне, взял за руку и повёл за собой. Его ладонь была тёплой и уверенной.

– Я могу идти сама! – я попыталась высвободить руку, но в ту же секунду наступила каблуком на какую-то неровность, пошатнулась и чуть не упала.

Он мгновенно подхватил меня под локоть.

– Я вижу.

В его голосе не было ни насмешки, ни раздражения. Лишь спокойная констатация.

Больше я не спорила. Я и так чувствовала себя полной дурой…

Когда мы вышли в коридор с душевыми, Алекс подошёл к кулеру и, налив в стакан воды, протянул его мне. Я взяла – пить и правда безумно хотелось.

– Пей маленькими глотками, – добавил он.

Я послушалась. Вода показалась ледяной, и от этого стало чуть легче. Допив, я смяла стаканчик и выбросила его в урну, чувствуя, как дрожь всё ещё гуляет по пальцам, да и по всему телу!

Мы вышли в основной коридор. На каблуках идти было почти невозможно: каждый шаг отдавался неуверенным покачиванием, пол будто продолжал жить собственной жизнью. И я чувствовала, как меня ведёт то вправо, то влево.

В какой-то момент Алекс подхватил меня на руки. Легко и без каких-либо слов.

– Эй…

– Твои каблуки слишком громкие, – сказал он.

И так мы дошли до моей комнаты… Не знаю, каким чудом, но нас никто не заметил. Я со второй попытки открыла дверь ключом – Ника до сих пор где-то тусила.

Алекс занёс меня внутрь, осторожно закрыл дверь и донёс до кровати. А затем посадил меня так аккуратно, словно я могла рассыпаться от неловкого движения.

– Тебе нужно умыться, – сказал он. – Станет легче.

– Да… надо, – кивнула я и наклонилась к туфлям, чтобы снять их.

Но всё продолжало плыть. Пальцы не слушались, застёжки казались сложнее любого механизма в мире. Дурацкое состояние…

Алекс сел на кровать рядом со мной, и, не говоря ни слова, подхватил мои ноги, помогая расстегнуть ремешки.

Да он издевается…

Мне и так рядом с ним трудно дышать, а тут – его руки на моих лодыжках, его близость, его сосредоточенное молчание. Я сейчас точно свалюсь в обморок… Скорей бы.

– Спасибо, – протянула я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

И сразу же после этого поднялась и почти сбежала в ванную.

Дверь закрылась за мной, и я прислонилась к ней спиной. Сердце колотилось как бешеное. Внутри меня то и дело потряхивало – от пережитого, от близости, от собственных мыслей.

Я включила ледяную воду и сначала подставила под неё ладони. Почувствовав, как холод понемногу возвращает меня в реальность, я наклонилась и умыла лицо.

Стало чуть легче. Мир перестал качаться. Контуры снова обрели чёткость.

Но ненадолго.

Головокружение возвращалось волнами – мягкими, но оттого не менее коварными.

Завтра Алекс навсегда уезжает отсюда, а сегодня произошло… всё это!

Зачем жизнь так издевается надо мной? Зачем он вообще туда пришёл? Зачем снова спас? Зачем так смотрел на меня?

Как же мне хотелось проснуться завтра утром и понять, что этого вечера не было. Что это был сон. Глупый, горячий, невозможный сон.

Мысли путались, скользили, теряли форму. Веки тяжелели. Меня начинало клонить в сон – и я была этому безумно рада. Уснуть сейчас – значит не чувствовать. Не помнить. Не думать. Не болеть.

Я почистила зубы, вытерла лицо, вышла из ванной и замерла.

– Ты ещё тут?

Алекс всё так же сидел на моей кровати, в очередной раз доказывая, что всё это был не сон и не галлюцинация…

– Тебе легче? – спросил он.

– Да… всё хорошо, – с задержкой ответила я. – И… спасибо.

Я обошла его, залезла на кровать и откинулась на подушку, стараясь не смотреть в его сторону.

– За всё.

Он не торопился уходить. Просто сидел и молчал.

Моё сознание медленно отключалось, но я упрямо держалась за него. На моей кровати сидел Алекс. Это было слишком…

– Как ты там оказался? – спросила я, разрушая вязкую тишину.

– Хотел задать тебе тот же вопрос, – усмехнулся он.

– Ну ты хотел, а задала я, – пробормотала я, закрывая глаза.

– Крис написала.

Крис…

Ну конечно.

Голова закружилась ещё сильнее. Алекс сидит на моей кровати? Это точно сон…

– А что написала? – я всё ещё цеплялась за реальность, которая уже казалась выдуманной.

Он немного помолчал, а потом произнёс:

– Что ты меня любишь.

Люблю… Чего?... Нет…

Мысли начали рассыпаться.

– Не люблю… – пробормотала я едва слышно.

Кажется, он что-то ответил. Я не разобрала. Голос стал далёким, как сквозь воду.

Это же был сон… Мне снился Алекс…

– Тебя не посадят… Уезжай… – прошептала я то ли во сне, то ли наяву.

И окончательно провалилась в спасительное беспамятство.