Текст книги "Тайна отеля «Зимний дом»"
![](/books_files/covers/thumbs_240/tayna-otelya-zimniy-dom-180524.jpg)
Автор книги: Бен Гутерсон
Жанр: Зарубежные детские книги, Детские книги
Возрастные ограничения: +6
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава девятая
Хозяйка и говорящая птица
Утица
Улица
Улика
После завтрака Элизабет отправилась в библиотеку. Фредди успел объяснить, сколько всего интересного ждёт её в «Зимнем доме»: коньки и санки; два бассейна на нижнем этаже; смотровая площадка наверху, с которой хорошо видны горы вокруг; вечерние концерты, которые совсем не такие скучные, как можно было бы подумать; кино; булочная, где есть бесплатные печенья, и так далее.
Всё это время Фредди говорил только с ней, вернее, рассказывал ей. Это было для неё ново. Элизабет забеспокоилась, что он ничего не знает про тётю Пурди, и дядю Бурлапа, и про их дом, и считает её девочкой своего круга, которая приехала в «Зимний дом» на каникулы. По дороге сюда она и не мечтала, что на три недели сможет стать подлинной Элизабет Летин – настоящей, какой она сама себя осознавала. Теперь она была рада этому.
Элизабет дошла до библиотеки ровно в девять. Двери были заперты, рядом никого не было. Девочка не знала, что делать, но тут из-за дверей послышался шум, они открылись, и появилась старушка сантиметров на пять ниже ростом. Её белоснежные волосы были заколоты в пучок. Она носила синюю юбку с серым свитером, а на шее на шнурочке висели очки. На плече у бабули сидел длиннохвостый попугай. Он был такой зелёный, что напоминал оживший лайм. Элизабет стало не по себе, когда попугай посмотрел на неё и сказал: «Здесь Летин! Здесь Летин!»
Элизабет громко ахнула и испуганно подумала: «Он знает, как меня зовут?»
– Ну что же, добрый вечер, – сказала старушка.
Элизабет поздоровалась, пытаясь успокоиться после шока, вызванного словами птицы. Она снова посмотрела на попугая, который теперь вёл себя тихо и лишь крутил круглой головой. Повернувшись к женщине, она спросила:
– Библиотекарь – это Вы?
Женщина даже глаза закатила от удовольствия:
– Да, я.
Она опустила подбородок вниз и повернула голову к сидящему на плече попугаю.
– И я учу его говорить «Здесь зима», а не «Здесь лето».
Она вздохнула.
– Но он лучше знает, что делать. Его зовут Миль.
Она распахнула двери.
– Меня зовут Леона Спринджер. Я единственный и неповторимый библиотекарь «Зимнего дома».
– А я Элизабет, – сказала девочка.
Удивительное знание попугаем её фамилии получило внятное объяснение.
– Я Элизабет Летин, – повторила она. – Очень рада с Вами познакомиться.
– А, какое совпадение, – сказала Леона. – Тебе могло показаться, что он знает твоё имя.
Она засмеялась.
– Я очень удивилась, – кивнула Элизабет.
– Ну, я как раз открываюсь, – ответила Леона. – Ты пришла вовремя.
Библиотека тонула во мраке, и Элизабет не могла ничего разглядеть, кроме тёмных силуэтов, которые, как оказалось, были книжными шкафами. Ещё прошлой ночью Элизабет поняла, что библиотека намного больше, чем одна комната. Она всматривалась в пространство, ощущая его широту, подобно человеку, который ночью вышел из леса на край огромного поля. Затем Леона протянула руку к стене и нажала кнопку выключателя. Элизабет увидела, что находится в огромном холле, потолок которого уходит вверх на три этажа. Здесь было больше книг, чем она вообще могла себе представить. От удивления девочка открыла рот.
– Ты первый раз в нашей библиотеке, – сказала Леона и пошла вдоль книжных шкафов, как будто ей надо было с кем-то там встретиться. – Миллион раз я видела такое же выражение лица.
Попугай проскрипел:
– Здесь Летин!
Но Элизабет уже знала, что он имеет в виду «лето».
– Пожалуйста, проходи, – сказала Леона, – я всё тебе покажу.
Место, куда вошла Элизабет, лучше всего можно было охарактеризовать словами «крытый дворик», в котором вдоль стен установлены книжные шкафы. Полки ряд за рядом словно уходили в небо. Небольшие балконы, пристроенные на самом верху, позволяли посетителям свободнее ходить и смотреть книги. Элизабет подумала, что находится на дне колодца или шахты. Но шахта была настолько просторной и полной воздуха, что Элизабет захотелось воспарить и подняться к окнам на самом верху. Вокруг неё ввысь поднимались книжные шкафы, на которых стояли тысячи, тысяч книг. Леона уже прошла к своему столу в конце ряда, а Элизабет так и не сдвинулась с места.
– Давай же, дорогая, – сказала Леона, посмеиваясь и маня девочку к себе. – Ну как будто ты раньше никогда не видела библиотеки.
– Но не такую, как эта, – вздохнула Элизабет. – Она колоссальная.
Она зажала себе рот рукой.
– Ох, извините – я слишком громкая!
В огромном пространстве эхо повторило её слова.
Леона опустила руку и оглянулась.
– Здесь нас всего трое – Миль, ты и я. Так что эхо скоро затихнет.
Она сложила руки рупором и весело крикнула:
– Пока здесь разрешается шуметь.
И засмеялась.
Элизабет захихикала в ответ: она ещё никогда не видела таких библиотекарей.
– Я думала, что библиотека – это одна или две комнаты, – сказала она.
Ей не хотелось рассказывать про свой ночной визит сюда, тем более о том, что она кое-что видела.
Леона снова рассмеялась.
– Я бы сказала, она слегка побольше.
– Она похожа на ту, про которую я недавно читала. «Побег из библиотеки мистера Лимончелло».
– Мне понравилась эта книга, – сказала Леона. – Я её прочитала, когда она только вышла.
– Вы её читали? – удивилась Элизабет.
Тётя Пурди, которая была немного моложе Леоны Спринджер, никогда не проявляла ни малейшего интереса к книгам Элизабет. Девочка даже представить себе не могла, что кто-нибудь немолодой, с седыми волосами, будет читать такие книги и они ему понравятся.
– Я читаю все хорошие книги, – объяснила Леона. – Всегда читала.
– Она не просто хорошая, – сказала Элизабет. – Действие происходит в библиотеке, поэтому это само по себе ещё интереснее. Я же библиофил.
Леона покачала головой, задумалась и ответила наконец:
– Если ты любишь книги, то пришла в правильное место.
– Тревога! – проскрипел Миль на плече у Леоны и завертел головой. – Тревога!
Старушка повернула голову в сторону двери, как будто она поняла, что означал этот крик. Её глаза расширились.
– К нам с визитом пожаловал знаменитый владелец Норбридж Фоллс, – сказала она. – Миль, как всегда, меня предупредил.
Элизабет тоже посмотрела в сторону входа. Там стоял Норбридж Фоллс. Он разглядывал огромный потолок с таким видом, будто никогда не был здесь раньше.
Он показал на Элизабет.
– Ну что, ты уже познакомилась с мисс Леоной Спринджер? – спросил он. – Ещё один гость, которого я не могу убедить выписаться из «Зимнего дома».
– Они разрешили Вам сегодня уйти пораньше, да? – смеясь, сказала Норбриджу Леона.
– Я услышал, что кто-то здесь терзает попугая, – рассмеялся в ответ Норбридж. Он кивнул Элизабет.
– Доброго тебе утра, наша умница – собирательница пазлов. Надеюсь, ты хорошо отдохнула и позавтракала. У тебя не найдётся минутки, а? Мне надо кое-что тебе сказать очень коротко, и после этого ты сможешь дальше заниматься библиотекой, с разрешения мисс Спринджер.
Леона ободряюще посмотрела на Элизабет, словно говоря, что, как только девочка освободится, её будут ждать у столика библиотекаря.
– Но не поворачивайся спиной к этому человеку, – предупредила она. – Это известный карманник.
И направилась к стойке выдачи книг.
Норбридж нахмурился и вздохнул так, чтобы Леоне было хорошо слышно.
Элизабет хихикнула и подошла к Норбриджу. Она никогда не слышала, чтобы её тётя с дядей так разговаривали, подшучивая друг над другом настолько мягко, что это было проявлением дружеского расположения.
Норбридж вывел её в коридор, и его лицо изменилось. Элизабет почувствовала: что-то пошло не так. Может быть, выяснилось, что её присутствие здесь было ошибкой, и её отправят домой.
– Ты хорошо спала? – спросил Норбридж. – Утро было добрым?
– Абсолютно, – ответила Элизабет. – Я познакомилась с Фредди Ноком. Он рассказал мне про проект, который делает для Вас, и обещал попозже всё тут показать.
Норбридж погладил бороду.
– Очень хорошо, – сказал он, – очень хорошо.
Он откашлялся. Щемящее чувство того, что сейчас ей объявят плохую новость, вернулось в сердце Элизабет.
– Я хочу попросить тебя о небольшой любезности, Элизабет, – произнёс Норбридж.
Он сжал руки и посмотрел на неё с величайшей серьёзностью.
– Пока ты здесь, я бы попросил тебя показываться мне или Джексону два раза в день. Ты сделаешь это? Утром перед завтраком и затем вечером после ужина, перед тем, как идти спать. Мой кабинет на первом этаже. А если меня нет, подойди к Джексону, отметься у него, и всё.
Элизабет очень удивилась. Ей казалось, что у владельца такого большого отеля есть дела поважнее, чем отмечать два раза в день её присутствие, но спорить с ним она не собиралась.
![](i_013.jpg)
– Конечно, я сделаю это, – ответила она. – Всё в порядке?
– Да, да. Всё отлично. Я только… я хочу быть уверен, что тебе всё здесь нравится и так далее. Так что, если ты сделаешь это для меня, без пропусков, я буду очень признателен. В конце концов, ты же путешествуешь самостоятельно.
Норбридж протянул Элизабет руку, чтобы скрепить их соглашение рукопожатием.
– Договорились?
Она пожала его руку.
– Договорились.
– Очень хорошо, – сказал он. – Ну что же, не буду отвлекать тебя от библиотеки.
Он показал в сторону огромных дверей.
– Удачи.
Фоллс собирался уйти, но тут Элизабет спросила:
– Всё закончилось хорошо вчера вечером, когда за Вами приходил посыльный?
Лицо Норбриджа сморщилось. От неожиданности он смешался.
– Вчера вечером? – переспросил он и затем просиял:
– О, да, да, вчера вечером, почти ночью. Когда мы тут с тобой гуляли. Было же очень поздно тогда, правда?
Он стоял и тихонько кивал головой. Казалось, он не понимал, о чём речь.
– Там было всё в порядке? – продолжала Элизабет. – Когда Вы ушли от меня?
– Нормально, – бросил Норбридж, – там кто-то оставил включённой кофе-машину возле стола для настольного тенниса. Ну, мы всё исправили.
Он вдохнул полной грудью, как будто только что ему пришлось произнести длинную речь.
– Ну, давай, развлекайся в библиотеке.
Затем он помахал ей рукой, большими шагами пересёк коридор и исчез.
Элизабет ушла не сразу. «Он очень милый, но странный, – подумала она. – И зачем ему надо, чтобы я отмечалась два раза в день?»
![](i_014.jpg)
Леона провела для Элизабет небольшую экскурсию по библиотеке. Они начали с огромного читального зала, где стояли дубовые столы, а на потолке были нарисованы облака. Затем она показала громоздкие каталожные шкафы с выдвижными ящиками, стоявшие в середине главного зала.
– У нас нет ни одного компьютера, – гордо объявила Леона, – и мы не собираемся их тут ставить.
Затем они пошли в комнату на третьем этаже, где хранились особенные, коллекционные издания. Всё это сопровождалось короткими анекдотами из библиотечной жизни.
Минут через двадцать они сидели в офисной комнатке за стойкой выдачи и потягивали розовый чай, заваренный Леоной.
В библиотеку уже пришли пять человек и выбирали книги.
– Когда я впервые приехала сюда, отель показался мне огромным и старинным, – рассказывала Леона. – Это было в 1951 году, после того, как моя семья эмигрировала из Уганды. Мне было одиннадцать.
Миль пристроился на деревянном насесте посередине комнаты и вертел головой. На стенах были развешены фотографии достопримечательностей – Эйфелевой башни, здания английского парламента и великих пирамид Гизы. На шкафах лежали пучки засохших роз и лаванды. Свет в комнате был неярким.
– И Вам сразу здесь понравилось? – спросила Элизабет.
Леона отпила чаю и обдумала вопрос.
– Я была в смятении. Я поняла, что хочу здесь жить и остаться здесь библиотекарем. Когда ты ещё ребёнок, у тебя возникают подобные фантазии. Но в моем случае это была уверенность. Уверенность! В первую же зиму я подружилась с Норбриджем и потом приезжала сюда при первой возможности. В школе я выбрала специальность «библиотечное дело». И что вы думаете, я вернулась в «Зимний дом», чтобы больше отсюда не уезжать. Я даже не представляю, где ещё я хотела бы жить.
Она отпила ещё глоток.
– Но я всё говорю и говорю… Скажи мне, дорогая, какие писатели тебе нравятся?
Они проговорили ещё полчаса. Элизабет казалось, что она разговаривает с Леоной как со старой подругой. Ей было очень уютно.
– Норбридж хорошо умеет делать фокусы, правда? – спросила Элизабет.
Леона сделала небольшую паузу, прежде чем ответить.
– Да, – сказала она. – Это у них семейное, у Фоллсов.
– Странные птицы! – позвал Миль. – Странные птицы!
– Миль, тихо! – сказала Леона. – Уже надоел!
– Что Вы имели в виду? – спросила Элизабет. – У них в семье были и другие фокусники?
– Извините, пожалуйста, – произнёс мужчина, остановившись перед стойкой и заглянув в комнату. – Вы не поможете мне найти отдел истории искусства?
– Я лучше вернусь к работе, – сказала Леона. Она встала, посмотрела на посетителя, а затем легонько поклонилась Элизабет.
– У нас будет много времени поговорить, но сейчас я тебя покину. Было очень приятно познакомиться. Пожалуйста, смотри, здесь что хочешь.
С этими словами она подмигнула Милю и быстро вышла за дверь. Элизабет осталась одна и отправилась гулять по просторам библиотеки.
Глава десятая
Спрятанная книга
Крига
Крага
Драга
Драма
Следующие пару часов Элизабет перемещалась от зала к залу, по всем трём этажам, карабкаясь по лестницам, разглядывая книжные шкафы, читая имена на бюстах великих людей и изучая картины на стенах. Она наугад открыла каталог и обнаружила, что Леона оставила комментарий практически на каждой карточке: «Захватывающее чтение!», или «Автор недостаточно изучил материал», или «Подарок библиотеке отеля «Зимний дом» от миссис Торнтон Райнстоун, март 1960 года».
На третьем этаже был коридор с окнами и портретами писателей: Сервантес, Мелвилл, Шекспир, Данте, Милтон и другие. Элизабет достала свой блокнот и переписала их имена в новый список, который озаглавила «Знаменитые писатели, чьи книги я хочу когда-нибудь прочитать».
Пройдя по третьему этажу, Элизабет остановилась перед читальным залом, на запертых дверях которого висело предупреждение: «КНИГИ ИЗ ЭТОГО ЗАЛА РАЗРЕШАЕТСЯ ЧИТАТЬ ТОЛЬКО В СТЕНАХ БИБЛИОТЕКИ. НЕ ВЫДАВАТЬ!» Она уже была готова пойти дальше к картине на противоположной стене, но вдруг внутри неё возникло такое сильное ощущение, что в глазах потемнело. Она схватилась за стену, чтобы не упасть, в немом ожидании. Что-то громко заскрипело. Дверь читального зала с шумом распахнулась. Элизабет помотала головой и вздохнула: «Ну почему эти странные вещи происходят со мной?» И вошла в читальный зал.
Он был не меньше, чем целый дом тёти Пурди и дяди Бурлапа. Комната была не квадратной, а какой-то десятиугольной, на полу толстый и мягкий ковёр. Здесь царила особая тишина, никакого эха. Элизабет просмотрела содержимое книжных шкафов, начав с книг по истории и географии. Она двигалась по убыванию номеров в сторону религии и психологии.
Ей казалось, что здесь надо вести себя очень тихо.
Подойдя к стремянке на колёсиках, она положила рюкзак на пол и залезла на лестницу в поисках интересного на верхних полках. Элизабет радовалась, что, кроме неё, в комнате никого нет. Это не было чувством мелкой провинности, которое она часто ощущала в доме дяди и тёти, делая такое, чего – она точно знала – делать не следует и что может иметь неприятные последствия. Например, размазывать по хлебу дополнительный кусочек ореховой пасты или расходовать бутылку шампуня быстрее, чем это предписывала тётя Пурди.
В данном случае её волнение носило личный характер, как будто она собиралась прочесть адресованное ей и только ей письмо.
Элизабет стояла на верхней ступеньке лестницы возле самого высокого шкафа. Она читала названия книг: «Пирамиды Древнего Египта», «Сновидения и их толкование», «Астрология для вас!». Казалось, в расположении этих книг не было никакого порядка. Элизабет удивилась, потому что все остальные книги были очень чётко расставлены. Она пригляделась к этой полке внимательнее и обнаружила, что между книгами остаётся зазор: одна или две книги явно отсутствовали. Она сдвинула книги к одному краю, плотно утрамбовав их, и увидела, что между книгами и стенкой лежит потёртая книжка, будто её нечаянно столкнули туда очень давно и забыли. Элизабет выудила книжку и прочитала название: «Руководство для детей: игры, секреты, развлечения и так далее».
«Какое интересное название», – подумала Элизабет. Она перевернула книжку, но на её обороте коричневого цвета было пусто. На вид это была самая обыкновенная книжка. Рядом с заголовком стояло имя автора: Грейнджер. Элизабет раскрыла обложку. «Райли Смих Грейнджер» – полное имя автора, сама книга вышла в 1897 году. Никакой другой информации, которую обычно пишут на титульных листах, не было – ни названия издательства, ни города. Книге было более ста лет, и уже этот факт будоражил воображение.
Элизабет прочитала оглавление и нашла несколько интересных глав: «Как сделать японского квадратного змея», «Как сделать подводную смотровую трубу из дерева», «Как пускать мыльные пузыри из курительной трубки», «Как сделать бумеранг», «Как построить снежную крепость», «Как организовать охоту на мусор» и многие другие. Но последние главы ещё больше поразили Элизабет: «Как выпросить дополнительный десерт за обедом», «Как обмануть учителя, чтобы он думал, что вы знаете предмет лучше, чем на самом деле», «Как придумать историю, в которую поверит даже мэр вашего города».
«Какая-то сумасшедшая книга», – подумала Элизабет. Она продолжила читать заголовки и уже не могла не смеяться: «Как спрятать дома куклу», «Как сделать, чтобы люди принимали вас за иностранца», «Как убедить взрослых, что вы доели весь гарнир», «Пять способов бороться со скукой, если вас заставляют сидеть в комнате». Элизабет спустилась с лестницы и ещё минут десять изучала книгу, открывая её то там, то здесь.
Вдалеке зазвенели колокольчики. Через двадцать минут будет обед. Элизабет подумала, что эту книгу нельзя выносить из библиотеки. Но ей очень хотелось взять и почитать её где-нибудь в другом месте. «Что, если Леона не выдаст её мне?» – подумала она. Не сознавая, что делает, она быстро сунула книгу в рюкзак.
«Эта книга валялась так долго и никому не была нужна», – оправдывалась Элизабет, пытаясь игнорировать голос совести, твердивший, что делать так нельзя. «Я скоро её верну, никто ничего не заметит. Это же даже не самая популярная книга».
Элизабет вышла из комнаты, сперва пройдясь зигзагами по ковру. Затем пропрыгала по лестнице через две ступеньки. Там она увидела мужчину и женщину в чёрном, которые рассматривали какую-то книгу из шкафа. Они стояли к лестнице спиной. Элизабет перестала прыгать и понеслась вниз, торопясь спуститься, чтобы они её не увидели. Спустившись на второй этаж, она снова взглянула в их сторону, но шкаф закрывал обзор.
– Странные птицы! – проскрипел Миль громко из офиса Леоны на первом этаже.
– Тс-с, Миль, – сказала Леона. Она была в офисе, и её тоже не было видно.
– Странные птицы! – ещё раз позвал Миль.
Элизабет заглянула в свой рюкзак, чтобы убедиться, что «Руководство для детей» спрятано под другими книгами, и продолжила спускаться.
Глава одиннадцатая
Матч на титул лучшего составителя метаграмм
Мать
Рать
Ратл
Ротл
Рота
Нота
По пути на обед в Зимний зал Элизабет остановилась у входа, чтобы полюбоваться фамильным древом и огромными фресками. Рядом с древом на стене девочка увидела нарисованный свиток со стихотворением. Утром она его как-то не заметила.
Где горы высоко стоят,
Туманом полны до небес,
Осенние дни улетят,
Туда, где зима белит лес.
Зима остаётся со мной,
Но снова пою о весне,
Смывает гроза летний зной,
И запах цветочный сильней.
Глазами октября смотри,
И слушай – как апрель.
Всё время врут календари,
Ночь в старину длинней.
Сначала свет, а после тьма,
Чтоб перейти за край.
Кулон блестит, сводя с ума…
Лишь веру не теряй.
Она подумала о стихах, которые ей нравились, например, «Там, где кончается тротуар». Ещё интересные стихи были в «Алисе в Стране чудес». Но стихотворение на стене, на её взгляд, не имело никакого смысла. Хотя, пока она перечитывала его несколько раз, у неё возникло такое же состояние-ощущение, как когда она решала кроссворд или помогала двум джентльменам собирать пазл с изображением гималайского монастыря. Как будто в стихах было что-то, что можно было разгадывать.
Она ещё раз посмотрела на семейное древо, и кое-что показалось ей странным: более половины женщин, перечисленных в нём: Морена, Клариса, Серена, Лавина, Ровена и Равенна – прожили ровно сто лет.
«Какова вероятность такого совпадения?» – подумала Элизабет. Одной из немногих женщин, кто не дожил до ста лет, была жена Норбриджа. «Это тоже странно», – подумала она.
Снова прозвучал колокольчик, и Элизабет вошла в зал. Фредди ждал её за тем же самым столиком, где они завтракали.
– Как тебе библиотека? – спросил он.
Элизабет уселась, и начался разговор. Фредди рассказал ей о своих успехах с Ореховым Чудорбаном, а она рассказала о библиотеке. О найденной книге она говорить не стала. Когда принесли еду, она решила спросить Фредди о том, что её волновало.
– Ты должен приходить к Норбриджу каждый день и отмечаться?
Фредди в этот момент уминал перловый суп с мясом.
– В смысле – говорить ему, где я, или что-то в этом роде?
– Да.
– Нет. Ну, иногда он интересуется, как у меня дела, но это происходит нерегулярно. Мы с ним обсуждаем проект, и всё.
Он поправил очки на носу.
– А почему ты спрашиваешь?
– Он попросил меня отмечаться у него дважды в день. Я подумала, может быть, ты тоже так делаешь.
Фредди покачал головой.
– Не-а. Может…
Он не закончил фразу.
Элизабет не могла догадаться, что он собирается сказать.
– Что? А?
– Ну, он знает моих родителей и всё такое. Может, он просто… Я не знаю. Ты говорила, что это какое-то чудо, что ты здесь оказалась. Может, он просто проявляет бдительность. Чтобы быть уверенным, что с тобой ничего не случится.
Его слова не убедили Элизабет. Она подумала, что они очень сильно отличались друг от друга, и, возможно, Фредди тоже это заметил. Он-то был богат, и у него были родители. Она была полной противоположностью – бедной сиротой. На мгновение она почувствовала себя такой же отверженной, как это бывало в Дрире. Она была «племянницей» самых бедных жителей городка.
– Ты знаешь, я ведь прошлой ночью дошла до библиотеки. Я видела, как Норбридж там искал какую-то книгу, – сказала она, спеша выбросить из головы воспоминание о своих тёте и дяде. – Я видела его через стекло. И он был какой-то странный, когда провожал меня в мой номер, а потом пришёл посыльный и позвал его куда-то. Там явно случилось что-то серьёзное. Норбридж сразу изменился. Такая разница…
– Ты можешь перевернуть «разница» в «зарница».
– Неужели? – сказала Элизабет. – И что ты об этом всём думаешь?
– Я думаю, что это странно, – ответил Фредди. – Позавчера ночью мне не спалось, и я пошёл на кухню за флюрчиками. Вдруг из-за угла появился Норбридж. Он явно шёл из библиотеки. Он очень удивился, столкнувшись со мной.
Элизабет не знала, что и думать. Она провела в «Зимнем доме» меньше дня, но Фредди говорил, что было что-то странное в ночных визитах Норбриджа в библиотеку. Так что, возможно, её интуиция не подводила, и здесь действительно что-то крылось.
– Как ты думаешь, здесь всё в порядке? – спросила она.
– Возможно, – ответил Фредди. – У него всегда столько всего в голове. Управлять «Зимним домом» сложно.
Элизабет снова представила себе Норбриджа, скользящего среди книжных шкафов и освещающего себе путь фонариком. Она решила пока об этом не думать.
Фредди отложил ложку и поднял палец.
– Эй, я кое-что принёс, – сказал он. Фредди сунул руку в карман и вытащил сложенные в несколько раз листы бумаги и два карандаша. Всё это он положил на стол.
– Это что? – спросила Элизабет.
– Бери карандаш и бумагу, – ответил Фредди.
Он отодвинул тарелки и расчистил стол перед Элизабет.
– Головоломки со словами. Пришло время узнать, кто лучше решает задачи такого сорта.
Идея неожиданно порадовала Элизабет.
– Давай. Уже начали. «Торс». Как мы будем это делать?
– И «рост» тогда тоже.
Элизабет изобразила гнев и показала ему кулак, но ничего не сказала.
Фредди рассмеялся.
– Я выбираю первое слово, ты – последнее, и каждый строит метаграмму. Кто первый закончит, тот и выиграл.
Элизабет взяла вторую ручку и лист бумаги.
– Я готова, – сказала она.
Фредди написал что-то на своём листке бумаги и передал его Элизабет: МУХА.
Элизабет переписала слово на свой листок, подумала, а затем написала в самом низу: СЛОН. Она показала слово Фредди и сказала:
– Один, два, начали.
Оба лихорадочно принялись писать, записывая слова, перечёркивая и корябая. Разум Элизабет просматривал различные возможности построения метаграммы, и через пару минут она уже выстроила цепочку, связывающую эти два слова, и объявила:
– Готово!
Фредди выкрикнул то же самое слово в то же мгновение. Взрослые за столом перестали есть и посмотрели на них с интересом.
Элизабет вручила свой листок Фредди:
МУХА – МУРА – ТУРА – ТАРА – КАРА – КАРЕ – КАФЕ – КАФР – КАЮР – КАЮК – КРЮК – КРОК – СРОК – СТОК – СТОН – СЛОН.
Он передал ей свой:
МУХА – МУЛА – КУЛА – КИЛА – КИЛТ – КИОТ – КЛОТ – КЛОН – СЛОН.
Они оба засмеялись, и к их веселью присоединились все сидящие за столом.
– Разные слова в цепочке, а результат один и тот же, – сказал Фредди.
– Давай ещё, – сказала Элизабет, – теперь я начинаю.
Она начала придумывать подходящие для игры слова, по алфавиту перебирая разные возможности.
Вдруг она увидела на тарелке недоеденную булку и написала: БУЛКА. Фредди увидел её слово, закрыл глаза, словно сочиняя очередную анаграмму, и затем написал: ТЕСТО.
– Один, два, три! Начали.
Соревнование началось, и, как и в прошлый раз, они закончили одновременно.
На листке Элизабет было написано:
БУЛКА – БЕЛКА – БАЛКА – ПАЛКА – ПАЧКА – КАЧКА – КАСКА – КАСТА – ПАСТА – ПАСТЬ – МАСТЬ – МЕСТЬ – МЕСТО – ТЕСТО.
А на листке Фредди:
БУЛКА – БУРКА – БАРКА – ПАРКА – ПАРТА – КАРТА – КАСТА – ПАСТА – ПАСТЬ – МАСТЬ – МЕСТЬ – МЕСТО – ТЕСТО.
– Два раза ничья! – сказала Элизабет.
– У вас обоих очень хорошо получается, – сказала сидящая рядом худенькая женщина. Ей было около тридцати лет, волосы у неё были каштановые. Она держала за руку бородатого мужчину рядом.
– А имена у вас какие? Почему вы не попробуете поиграть с ними?
От этого предложения лицо Фредди просияло.
– Я Фредди, – сказал он, – но это слишком сложно.
Элизабет восхищённо рассматривала бархатную синюю блузку женщины.
– Я Элизабет, – сказала она.
– Почему бы вам не построить цепочку слов от «Фред» к «Бетт»?
Женщина нежно посмотрела на мужа, словно говоря ему: «Вот как ловко я разрешила спор двух малышей». Затем она повернулась к Фредди и Элизабет и выпалила:
– Готовы, и начали!
Они начали писать. Элизабет сразу поняла, что основная сложность будет в том, что в словах «Фред» и «Бетт» гласные стояли на разных местах. Но она решила действовать по порядку. На первом шаге было довольно много возможностей: ФРЕЗ или БРЕД, а также АРЕД, ВРЕД и ТРЕД. Цепочка с началом в слове ФРЕЗ показалась более предпочтительной, и Элизабет продолжила: ФРИЗ, затем ПРИЗ… Дальнейшее ветвление завело её в тупик: ПРАЗ – ПРАМ – СРАМ или ПРАЗ – ПРАЩ – ПРЫЩ… Увы – эти слова были абсолютно бесперспективными, заменяя одну букву, из них никак не получалось сделать осмысленное существительное.
Тогда Элизабет вернулась к слову БРЕД. Заменив в нем гласную, она получила БРОД, который превратила в БРОМ, а на следующем шаге – в БИОМ. Две гласные буквы стояли подряд. Это был удачный ход, который требовалось закрепить. Из БИОМ в БИОТ, но куда дальше? Может быть, БИНТ… а после…
В этот момент Фредди рассмеялся и быстро что-то застрочил карандашом. Потом он хлопнул ладонью по своему листку и громко крикнул:
– Готово!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?