Текст книги "Кровавый завет"
![](/books_files/covers/thumbs_240/krovavyy-zavet-91738.jpg)
Автор книги: Брайан Макклеллан
Жанр: Боевое фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Пороховой маг в состоянии транса способен обогнать лошадь. Пробежав еще по двум крышам, Таниэль оказался в нескольких футах от Избранной. Она прыгнула на соседнюю крышу, но лишь коснулась ее края носками башмаков, соскользнула и ухватилась обеими руками за черепицу.
Таниэль перепрыгнул с большим запасом, затормозил и замахнулся, чтобы вонзить штык ей между глазами. Она разжала пальцы и полетела в низ.
Таниэль выругался сквозь зубы. Он колебался не больше секунды, а затем прыгнул вслед за ней. Даже на пике порохового транса его пронзила боль, когда пятки коснулись мостовой. Таниэль приземлился на четвереньки рядом с Избранной, которая уже поднялась на ноги. Он инстинктивно ткнул в нее штыком и сразу почувствовал, что удар достиг цели.
Женщина тяжело повалилась на землю, рука в перчатке легла в футе от Таниэля. Лицо ее когда-то было очень красивым, но теперь она постарела, кожа обветрилась, в уголках глаз появились морщины. Она вздохнула, собралась с силами и вытащила из груди штык Таниэля.
– Мальчик, ты и понятия не имеешь, что происходит, – произнесла она предсмертным шепотом.
Таниэль расслышал звон оружия Готэна, только когда Убийца Магии оказался рядом с ним и направил пистолет на Избранную.
В этот момент земля загудела.
– Ложись! – крикнул Готэн и прыгнул между Таниэлем и Избранной.
Земля ушла из-под ног Таниэля. Все его тело вопило от боли. Он чувствовал себя так, словно им выстрелили из пушки вместо ядра. Звенело в ушах, перед глазами все кружилось, голова раскалывалась.
Рядом обрушилась каменная стена.
Когда пыль начала рассеиваться, Таниэль увидел, что Готэн с перекошенным лицом все еще сидит над ним на четвереньках. Убийца Магии открыл один глаз. Его губы шевельнулись, но Таниэль не услышал ни звука. Весь мир ходил волнами. Ка-Поэль приблизилась к нему сквозь туман. Поодаль стояла Жулен. Дома по обеим сторонам улицы исчезли, разрушенные до основания. Остались лишь сырые подвалы, заполненные щебнем, и колеблющаяся завеса пыли. Окровавленные куски плоти лежали среди обломков. В этих домах жили люди, но рядом с ним не оказалось Убийцы Магии, который мог встать между ними и взрывом.
Таниэль прерывисто вздохнул.
Жулен подошла к нему и одним толчком сбила с еще дрожавших ног. Ка-Поэль проскользнула между ними, и ее гневный взгляд заставил Избранную отступить на шаг. Прошло еще какое-то время, прежде чем Таниэль расслышал, что кричит Жулен:
– …упустил ее! Позволил ей сбежать! Проклятый недоумок!
Таниэль снова поднялся на ноги и мягко отодвинул Ка-Поэль в сторону.
Жулен шагнула к нему и ударила кулаком прямо в лицо. Голова Таниэля откинулась назад. Он без долгих раздумий перехватил следующий удар, выкрутил руку Избранной, а затем оттолкнул ее от себя.
– Остановитесь, во имя бездны! – Таниэль отвернулся и сплюнул кровью. – Она умерла. Никто не смог бы выжить после такого.
– Она не умерла. – Щеки Жулен пылали от гнева, но Избранная уже не пыталась сопротивляться. – Я все еще чувствую ее. Она сбежала.
– Я воткнул в нее штык на два фута. Она не могла сбежать с таким ранением.
– Думаешь, сталь может повредить ей? Ты в самом деле так думаешь? Да ты просто не знаешь этих тварей!
Таниэль сделал несколько глубоких, успокаивающих вдохов, затем привычно насыпал на ладонь порох.
– Ка-Поэль, она еще жива?
Дикарка подняла тонкими руками ружье Таниэля, провела пальцем вдоль окровавленного штыка и растерла засохшую кровь между пальцами. Мгновение спустя она кивнула.
– Ты можешь выследить ее?
Еще кивок.
– Даже я не могу ее выследить, – усмехнулась Жулен. – Она прячет свой след. Даже раненая, она намного сильнее, чем ты можешь вообразить. Твоя проклятая девчонка ни за что не найдет ее.
– Поэль?
Дикарка презрительно фыркнула и отвернулась. Замерла ненадолго, стараясь сориентироваться, а потом показала пальцем куда-то вдаль.
– Теперь у нас есть направление, – сказал Таниэль. – Успокойтесь и смотрите, как работает настоящая ищейка. – Он повернулся к Ка-Поэль и жестом отдал команду: – Приведи нас к ней.
Прикрыв глаза от дождя, Таниэль посмотрел на Жулен. Она стояла над ним, скрестив руки на груди. От вызывающей усмешки шрам на ее лице искривился еще сильнее.
– Прошло два дня, – сказала она. – Признайте, что ваша ручная дикарка не может выследить эту стерву, и мы наконец-то перестанем мокнуть под дождем. Просто скажем Тамасу, что у нас возникли проблемы.
– Вы так легко сдаетесь?
Таниэль опустил руку в сточную канаву, стараясь не задумываться о том, что за жидкость хлюпает между его пальцами. В канализацию собирались все отходы, от человеческих испражнений до трупов домашних животных, не говоря уже о мусоре и грязи с городских улиц. Во время дождя все это стекало по трубам в большие пруды далеко за городом. Сливное отверстие в этой канаве оказалось забитым, и Таниэль стоял по плечи в грязной воде, что доставляло ему не больше удовольствия, чем постоянные издевки Жулен.
– Вы ведь знаете, что Тамас не заплатит вам ни краны, пока работа не будет сделана.
– Мы найдем ее. Но не сегодня. Не при таком дожде. Ливень – ее рук дело. Я чувствую водоворот аур, вызванных из Иного. Она запутала свой след. Как только дождь закончится, я снова отыщу ее.
– Ка-Поэль уже нашла ее след.
Таниэль наклонился еще ниже, почти касаясь щекой омерзительной жидкости, в которой стоял. Он почувствовал под рукой что-то твердое, ухватился за него и вытащил на поверхность.
– Она ободрала все ногти о булыжники мостовой и заставила нас копаться в каждой канаве отсюда и до… О бездна, что это?
Таниэль поднялся на ноги. Этот серый шарик в его руке, казалось, скатали из грязи, соскобленной с сотни ботинок. Его едва не стошнило от запаха, но он продолжал удерживать добычу на вытянутой руке. Комок грязи свисал с длинной палки. С хлюпающим, всасывающим звуком вода начала уходить из канавы.
– Думаю, это сломанная трость, – определил Таниэль.
Ка-Поэль подошла и внимательно изучила зловонный комок. Ковырнула пальцем, поднесла к самой переносице и покачала головой вверх и вниз, рассматривая грязь с разных сторон. Затем внезапно запустила пальцы внутрь и вытащила что-то из самой середины.
Жулен подалась вперед:
– Что там? – Она покачала головой. – Ничего особенного. Глупая девчонка.
Таниэль вымыл руки в самой чистой луже, какую смог отыскать, затем забрал у Готэна свою сорочку и куртку из оленьей кожи.
– У вас не очень острое зрение. Это волосок. Волосок Избранной.
– Это невозможно. Никто не сможет отыскать один-единственный волосок во всем этом дерьме. Но даже если это действительно ее волос, что ваша дикарка станет с ним делать?
– Найдет ее саму, – пожал плечами Таниэль.
Ка-Поэль отошла в сторону и открыла ранец. Долго возилась с чем-то, повернувшись ко всем спиной, затем закинула ранец на плечо и отвесила быстрый поклон. Ткнула себя пальцем в грудь и изобразила хватающее движение.
Таниэль усмехнулся, застегивая сорочку:
– Мы поймаем ее.
Он махнул рукой и остановил экипаж. Ка-Поэль села рядом с кучером, чтобы показывать, куда ехать. Трое остальных забрались в салон. Как только дверь захлопнулась, Жулен брезгливо принюхалась.
– От вас пахнет помоями, – заявила она. – Пусть уж лучше я насквозь промокну, чем останусь здесь. Поеду на подножке.
Она выскочила обратно, а через мгновение экипаж тронулся.
– Ка-Поэль действительно сможет выследить Избранную по этому волоску? – спросил Готэн.
Они ехали уже несколько минут, и все это время его колени неловко бились о ноги попутчика.
– По одному волоску это трудно сделать. Лучше, если есть что-то еще. Кровь с моего штыка, ресница, оброненный на улице кусочек ногтя – эта Избранная имеет привычку грызть ногти. Одна мелочь ведет к следующей. Чем больше такого мы найдем, тем легче будет за ней проследить. Если мы хотим застать Избранную врасплох, нам нужно точно определить, где она находится.
Он открыл альбом и пролистал его, на мгновение остановив взгляд на портрете Влоры, вложенном между страницами, а затем открыл незаконченный набросок лица Избранной. Таниэль рисовал его по памяти. У него единственного имелась возможность как следует рассмотреть беглянку. Готэн долго изучал рисунок, затем Таниэль захлопнул альбом и положил обратно в карман куртки.
– Как работает магия Ка-Поэль? – поинтересовался Готэн.
– Понятия не имею, – признался Таниэль. – Я никогда не видел, как она колдует. Так или иначе, это не похоже на наши представления о магии. Никакого шевеления пальцами, никакого вызова ауры.
Сам он давно прекратил попытки разобраться в ее колдовстве.
Минуту спустя Готэн откашлялся и искоса посмотрел на Таниэля. Хитрая усмешка появилась на его лице.
– Мы с Жулен заключили пари.
Таниэль насыпал полоску пороха на запястье и вдохнул ее.
– Какое?
– Жулен думает, что вы спите с этой дикаркой, а я говорю, что нет.
– Неподходящее пари для благородного человека.
– Мы все здесь просто солдаты, – ухмыльнулся в ответ Готэн.
– И какова была ставка?
– Сто кран.
– Вот вам и женская интуиция. Передайте Жулен, что она должна вам сотню.
– Мне кажется, что мужчину намного легче просчитать, – заметил Готэн. – Иногда вы смотрите на дикарку как на женщину, но даже тогда это всего лишь намек на желание, а не взгляд любовника.
Таниэль заерзал на сиденье и хмуро взглянул на Убийцу Магии, не зная, как ответить. Случись такое в офицерском кругу, он просто вызвал бы наглеца на дуэль. А сейчас… Что ж, как и сказал Готэн, они оба были простыми солдатами.
– Она еще совсем ребенок, – объяснил Таниэль. – Кроме того, я познакомился с Ка-Поэль, когда уже был помолвлен с другой женщиной.
– О, примите мои поздравления.
– Помолвка расторгнута.
– Прошу прощения. – Готэн отвел взгляд.
Таниэль вытряс на руку еще одну полоску и снисходительно махнул табакеркой:
– Не берите в голову.
Он вдохнул порох и прислонился головой к стенке кареты. Дождь скороговоркой стучал по крыше, лошадиные копыта цокали по мостовой, грохотали колеса. Столько разных звуков, способных заглушить его мрачные мысли!
Интересно, где сейчас Влора? Может быть, как раз подъезжает к Адопесту. Или уже была здесь, а теперь отправилась куда-нибудь по заданию Тамаса. Он гнал от себя проклятые вопросы, мучившие его при каждой короткой передышке. С тех самых пор, как он прибил этого щеголя к стене, заставив извиваться на собственной шпаге, словно пришпиленная к бумаге бабочка. Что пошло не так? Он совершил ошибку, когда уехал в Фатрасту. Ввязался в чужую войну лишь для того, чтобы произвести впечатление на Тамаса. Слишком долго Влора оставалась одна. А тот негодяй, что затащил ее в постель, был профессиональным соблазнителем. В этом не было ее вины.
В порыве ярости Таниэль сжал кулаки. Когда он совершил большую глупость: когда полюбил Влору или когда позволил другому мужчине запятнать честь его женщины? А была ли Влора его женщиной? Таниэль не мог припомнить то время, когда еще не собирался жениться на Влоре. Тамас сводил их вместе при каждом удобном случае. Она была сильным пороховым магом, и можно было ожидать, что дети от такого союза вырастут столь же способными. Тамас долгие годы поощрял их взаимную симпатию. В любом случае он считал Влору будущей невесткой с куда большей уверенностью, чем Таниэль представлял ее своей женой. Таниэль отмахнулся от этой мысли, а заодно и от злорадства по поводу провалившихся планов Тамаса. Теперь он уже ни за что не согласится жениться против своей воли… или найдет другую жену, а не заранее подготовленную невесту порохового мага. Например, Ка-Поэль. Он рассмеялся, не обращая внимания на любопытствующие взгляды Готэна. Тамас пришел бы в ярость, узнав, что его сын женился на дикарке из чужой страны. Веселое настроение быстро покинуло Таниэля, теперь он боролся с желанием открыть альбом и взглянуть на портрет Влоры.
– До ужаса прекрасная часть города, – заметил Готэн, отвлекая Таниэля от тяжелых раздумий.
Убийца Магии слегка отдернул занавеску, как раз настолько, чтобы было видно, что творится снаружи. Через мгновение карета резко остановилась, Таниэль открыл дверь.
Они оказались в Самалинском квартале. Густой, режущий глаза дым навис над городом, по-прежнему моросил мелкий дождь. Вокруг было тихо – бесчинствующую толпу разогнали два дня назад, но от стоявших рядами роскошных особняков мало что осталось. Только дымящиеся руины или выпотрошенные до голых стен здания.
Кроме одного трехэтажного особняка из серого камня. Он был стилизован под старинный замок с башенками, парапетом и дозорной дорожкой. Стены почернели от бушевавших вокруг пожаров, но само здание осталось целым. Нетрудно было догадаться, по какой причине.
У парапета стояли солдаты. Вывороченные из мостовой булыжники сложили в стену высотой по пояс, защищающую парадный вход. За ней тоже притаились солдаты с мушкетами наготове. Они наблюдали за подъехавшей каретой с неприкрытой враждебностью.
Таниэль соскочил на землю. Жулен уже стояла рядом, надевая перчатки. Ка-Поэль тоже спустилась с облучка.
– Чей это дом? – спросил Таниэль у кучера.
– Генерала Вестевена. – Тот почесал подбородок.
Отряд солдат вышел из дверей особняка и направился прямо к ним. Таниэль внутренне подобрался. Слишком хорошо он знал эти серо-белые мундиры и высокие шлемы с плюмажем. Королевские гвардейцы. Предполагалось, что их всех перебили. И все же они стояли здесь, охраняя дом бывшего командующего гвардией. Генералу Вестевену было почти восемьдесят лет – старик по любым меркам. Однако поговаривали, что он пребывает в бодром здравии и ясном уме. Из всех военачальников Адро только Вестевен имел достаточно высокую репутацию, чтобы соперничать с Тамасом.
– Разве генерал в городе?
Разумеется, Тамасу придется с ним разобраться. Такие хвосты оставлять никак нельзя.
– Я слышал, что да, – объяснил кучер. – Он должен был отправиться в Нови, но прервал поездку и как раз вчера вернулся.
– Ты уверена, что она здесь? – Таниэль оглянулся на Ка-Поэль.
Девушка кивнула.
– Поглоти ее бездна!
Гвардейцы остановились, не дойдя до них всего пяти шагов. С ними был капитан, пожилой человек с кислым лицом, ростом на пол-ладони выше Таниэля. Губы капитана скривились в усмешке, когда он заметил значок порохового мага.
– В вашем доме прячется женщина, – начал Таниэль, касаясь пальцами рукояти пистолета. – Избранная. Я должен арестовать ее по приказу фельдмаршала Тамаса.
– Мы не подчиняемся приказам этого предателя, юноша.
– Значит, вы признаете, что укрываете ее?
– Она гостья генерала.
Гостья. Отряд гвардейцев под командованием генерала Вестевена и с ними Избранная. Это очень опасно. Таниэль заметил ружья в окнах верхних этажей и на парапете. Капитан гвардейцев вооружен шпагой и пистолетом. У двоих из его солдат были духовые ружья с удлиненными стволами и металлическими цилиндрами воздушных резервуаров – оружие, специально предназначенное для борьбы с пороховыми магами. Отмеченный не может подчинить духовое ружье своей власти. Несомненно, кое у кого из стрелков наверху есть такие же.
Вероятно, с помощью Жулен и Убийцы Магии Таниэль смог бы прорваться в особняк. Но одно дело солдаты, и совсем другое – Избранная.
Он почувствовал, как за его спиной Жулен коснулась Иного, и предостерегающе поднял руку.
– Нет, – тихо произнес он. – Отступаем.
– Провалиться мне в бездну, если я отступлю! – огрызнулась Жулен. – Я сожгу их всех и…
– Готэн, – повысил голос Таниэль, – остановите ее.
Ему необходимо уйти отсюда живым и предупредить Тамаса. Если генерал Вестевен в городе, Тамас не станет медлить, а соберет силы и нанесет удар в самое сердце.
– Мы уходим. – Таниэль облизал пересохшие губы.
– Сэр, – подал голос кто-то из гвардейцев, – это же Таниэль Два Выстрела.
– Вы никуда не уйдете, Таниэль. – Капитан прищурился.
– Бегом к карете! – крикнул пороховой маг. – Эй, кучер!
Солдаты уже нацелили мушкеты. Таниэль запрыгнул на подножку кареты, обернулся и выхватил пистолет. Он выстрелил в грудь ближайшему солдату, прежде чем тот успел пустить в ход свое оружие. Затем бросил пистолет на сиденье и чутьем Отмеченного потянулся к пороху. У двух солдат были обычные мушкеты, а у капитана – пистолет. И все трое носили с собой порох.
Он легко отыскал их пороховые рожки и мысленно прикоснулся к ним, вызвав одну-единственную искру.
Взрыв получился таким мощным, что едва не снес его с подножки кареты. Лошади заржали и в ужасе понеслись вскачь, так что Таниэлю пришлось держаться изо всех сил. Однако он успел оглянуться. Капитана гвардейцев разнесло в клочья. Кто-то из его подчиненных еще пытался подняться на ноги, остальные превратились в кровавое месиво. Никто не посмел выстрелить вслед уезжающей карете.
Когда кучер успокоил лошадей, Таниэль перебрался внутрь.
– Я могла бы справиться с ними, – проворчала Жулен.
– А потом нас всех перебили бы. За нами наблюдали по меньшей мере два десятка солдат с духовыми ружьями, не говоря уже о прячущейся где-то в доме Избранной. Я хочу, чтобы вы вдвоем вернулись и проследили за особняком. Если Избранная покинет убежище, ступайте за ней, но не пытайтесь справиться своими силами.
– А куда поедете вы? – поинтересовался Готэн.
– Мне нужно предупредить отца.
Таниэль поднялся к кучеру и попросил притормозить на мгновение. Готэн и Жулен вышли через другую дверь и быстро скрылись в переулке. Таниэль одновременно и боялся, и надеялся, что они нарушат приказ и попытаются сами прорваться в особняк. Тогда ему больше не придется иметь с ними дел. Однако он нуждался в помощи Убийцы Магии.
– Вам хорошо заплатят, – пообещал Таниэль кучеру.
Тот кивнул, твердо сжав губы.
– Отвезите нас к Палате Пэров, – распорядился Таниэль. – Как можно быстрее.
8
– Олем, ты знаешь, что недавно издали мою биографию? – спросил Тамас.
Телохранитель, стоявший в непринужденной позе возле двери, поднял голову:
– Нет, сэр.
– Мало кто знает. – Тамас сцепил пальцы и уставился на дверь. – Королевский совет скупил все книги и сжег… ну, хорошо, бо́льшую часть во всяком случае. Автор, лорд Самурсет, впал в немилость и был выслан из Адро.
– Совету не понравилось, как его изобразили в книге?
– Вовсе нет. Просто автор слишком симпатизировал пороховым магам. Он назвал их фантастически совершенным оружием, способным со временем полностью заменить Избранных.
– Опасное предположение.
Тамас кивнул:
– Я в достаточной мере тщеславен, чтобы эта книга доставила мне удовольствие.
– Что он написал про вас?
– Самурсет утверждает, что женитьба превратила меня в консерватора, рождение сына научило милосердию, а смерть жены подкрепила эти полезные качества беспристрастностью. Он считает, что мое стремительное продвижение к званию фельдмаршала во время кампании в Гурле – это лучшее, что произошло с армией Адро за последнюю тысячу лет. – Он пренебрежительно махнул рукой. – Чепуха по большей части, однако я должен признаться…
– Да, сэр?
– Временами я не чувствую в себе ни милосердия, ни справедливости, ни чего-то еще, кроме ярости. Иногда кажется, что мне снова двадцать лет и любая проблема решается с помощью дуэльных пистолетов с дистанции в двадцать шагов. Олем, это самое опасное, что может случиться с командующим. Поэтому, если тебе покажется, что я готов выйти из себя, скажи мне об этом. Никаких знаков, никакого вежливого покашливания. Просто скажи. Ты ведь можешь это сделать?
– Могу, – согласился Олем.
– Хорошо. Тогда позови Влору.
Тамас смотрел, как бывшая невеста его сына без малейшего трепета заходит в кабинет. Многие считали фельдмаршала хладнокровным человеком. Он всячески поддерживал такое мнение о себе. Возможно, это сказалось на его отношениях с сыном. Но под внешней расчетливостью Тамаса скрывался крутой нрав, и сейчас, впервые в жизни, ему хотелось застрелить женщину.
Он положил сцепленные руки на стол. Лицо его застыло в неопределенном выражении, с приветливой улыбкой и хмурым взглядом.
Влора была темноволосой красавицей с идеальной фигурой. Широкие бедра и маленькая грудь легко угадывались под обтягивающим мундиром адроанской армии. Ее отец, на-барон, разорился, неудачно играя на бирже. Остатки фамильного состояния ушли на покупку золотого рудника в Фатрасте, который истощился спустя два месяца после начала разработки. Отец Влоры умер год спустя после этого фиаско, когда ей было всего девять лет. Дальние родственники отправили девочку в школу-пансион, где ее через несколько месяцев и отыскал Тамас. Брошенный ребенок с уникальным талантом – она могла зажечь порох с расстояния не в десяток шагов, как самые лучшие из Отмеченных, а за несколько сотен ярдов. Тамас забрал девочку из пансиона, дал ей хорошее образование и обеспечил успешную карьеру в армии. Что же пошло не так?
Тамас уставился в невидимую точку над головой девушки, изо всех сил стараясь сдержать ярость.
– Пороховой маг Влора явилась, Тамас, – сказала она, чтобы привлечь его внимание.
Фельдмаршал поморщился. Влора звала его Тамасом с тех пор, как ей исполнилось четырнадцать. Ни одна живая душа не обращалась к нему с такой беспардонной фамильярностью. Она всегда относилась к нему как к отцу, даже в большей степени, чем Таниэль.
– Садитесь, – коротко бросил он.
Влора подчинилась.
– Сабон объяснил вам ситуацию?
Он чувствовал, как Влора разглядывает его лицо, но сам упрямо смотрел в воздух над ее головой.
– Мы потеряли много людей, – сказала она. – Много друзей.
– Это серьезный удар. Мне сейчас необходим каждый пороховой маг. Я бы предпочел оставить вас…
«В университете Жилемана», – мысленно закончил он. Где она могла бы продолжить учебу и по-прежнему предавать его сына.
Тамас откашлялся:
– Вы нужны мне здесь.
– Я здесь.
– Хорошо, – наклонил голову Тамас. – Я хочу отправить вас с Семьдесят пятым полком в северную часть города. Нужно уничтожить собравшихся там мятежников и…
Тамас остановился, услышав стук в дверь. Олем чуть приоткрыл ее и зашептался с посыльным, доставившим донесение.
– Тамас, – внезапно произнесла Влора, – я хотела бы работать вместе с Таниэлем, если это возможно.
Фельдмаршал задрожал от гнева, но быстро справился с собой.
– Прошу вас, обращаясь ко мне, говорить «сэр», – отрезал он. – Ваша просьба невыполнима. Мне нужно очистить город, и вы отправитесь в Семьдесят пятый полк.
Тамас не хотел, чтобы Таниэль прошел через это. Он был хладнокровным, но не жестоким.
– Сэр! – позвал Олем, размахивая донесением.
– Что там?
– У нас трудности.
– Какого рода?
– Ребята наткнулись на баррикады.
– И что?
– Крепкие баррикады, сэр, хотя и построенные второпях. Это не обычные бунтовщики. Они хорошо организованны.
– Где?
– В Кестентере.
– Отсюда и мили не будет. Они вступили в переговоры?
– Да, – ответил Олем недовольным тоном. – Это роялисты, сэр.
– В конце концов, они должны были вылезти из щелей, – признал Тамас. – Верноподданные, оставшиеся без проклятого короля. Численность?
– Неизвестна. Но кажется, быстро увеличивается.
– Какую территорию они занимают?
– Я уже сказал, сэр. Кестентер.
– Что? Весь центр города?
Олем кивнул.
– Кровавая бездна!
Тамас откинулся в кресле и позволил себе взглянуть на Влору. Злость на нее боролась с раздражением из-за тех глупцов, что готовы пожертвовать жизнью ради мертвого монарха. Руки фельдмаршала задрожали.
– Почему?
Слово вырвалось помимо его воли, и Тамас немедленно отругал себя. Нужно сохранять спокойствие. Он заставил себя встретиться взглядом с Влорой. Хотелось спросить: «Почему ты предала моего сына?»
В ее глазах Тамас увидел отчаяние. Это были глаза грустного, брошенного ребенка, совершившего страшную ошибку. От этого он разъярился еще сильнее. Вскочил на ноги и отбросил кресло в сторону.
– Сэр! – подал голос Олем.
– В чем дело? – чуть ли не зарычал Тамас на своего телохранителя.
– Не время и не место, сэр!
Губы Тамаса беззвучно зашевелились. Он ведь действительно приказал Олему в случае чего остановить себя.
Дверь распахнулась, и в кабинет ввалился Таниэль, задыхаясь, словно бегом поднимался на пятый этаж. Увидев Влору, замер в дверях.
– Таниэль. – Девушка поднялась ему навстречу.
– Что случилось? – На этот раз Тамас заставил себя говорить спокойно.
– Генерал Вестевен объединился с Избранной.
– Вестевен уехал в Нови. Я проверил это перед началом переворота.
– Вчера он вернулся. Я только что был возле его особняка. Дом охраняют по меньшей мере два десятка гвардейцев. Мы установили, что там находится Избранная, но не смогли пробиться внутрь. Она в гостях у генерала.
– Его не должно быть в городе. Возможно, гвардейцы просто устроили штаб в его доме.
Таниэль зашел в кабинет и встал рядом с Влорой, по-прежнему глядя на отца:
– Если Вестевен в городе, он скоро начнет действовать. В любую секунду можно ждать удара.
Тамас откинулся в кресле, переваривая информацию. Генерал Вестевен, давно удалившийся на покой командующий королевской гвардией, был живой легендой. Он одерживал победы чуть ли не по всему миру и в равной степени внушал уважение как аристократам, так и простолюдинам. Один из немногих военачальников Девятиземья, на кого Тамас смотрел как на равного. И он был безгранично предан королю.
Фельдмаршал пододвинул к себе футляр с дуэльными пистолетами и зарядил один.
– Олем, выгони из этого здания всех, кроме солдат Седьмой бригады. Как только Палата Пэров будет очищена, мы займемся баррикадами. Возможно, за ними стоит сам генерал Вестевен.
Телохранитель тут же выбежал из кабинета.
Остальные также вышли в коридор, затем спустились по лестнице. Олем снова присоединился к ним на втором этаже. Коридоры были заполнены народом: горожанами, крестьянами, уличными торговцами. Казалось, здесь собралось полгорода. Олему пришлось проталкиваться сквозь толпу, чтобы добраться до Тамаса.
– Слишком много народу в здании, сэр, – доложил он. – Нам потребуется несколько часов, чтобы всех вывести.
– Что здесь делают все эти люди? – Тамас нахмурился.
Посетители выстроились в шеренгу по всему коридору, и Тамас не мог разглядеть, где заканчивается этот строй. Он схватил ближайшего мастерового за отвороты плотной рабочей куртки, на кармане которой был вышит молоток:
– Зачем вы сюда пришли?
Мастеровой вздрогнул.
– Э-э-э, простите, сэр, я хочу узнать про новые налоги. – Он обвел рукой шеренгу. – Мы все хотим.
– Новые налоги еще не установлены.
– За короля!
Прежде чем Тамас успел обнажить шпагу, над ухом фельдмаршала прогремел выстрел и мастеровой рухнул на землю. Влора тут же принялась перезаряжать пистолет. По другую руку от Тамаса Таниэль поднял оба своих.
Весь коридор мгновенно пришел в движение. Люди сбрасывали плащи и накидки и выхватывали из-под них оружие: шпаги, кинжалы, пистолеты. Некоторые умудрились принести даже мушкеты. В один миг толпа горожан превратилась в вооруженный отряд. Они набросились на солдат Тамаса все с тем же кличем: «За короля!»
Олем метнулся вперед, заслоняя Тамаса от наседавшей толпы. Выстрелил из пистолета, а затем выхватил шпагу и сразил трех роялистов за столько же ударов сердца.
– Ко мне! – проревел Тамас, подняв свой клинок. – Седьмая бригада, ко мне!
Несколько застигнутых врасплох солдат погибли в первые же мгновения стычки. Коридор был переполнен роялистами, быстро сомкнувшими кольцо вокруг Тамаса и его спутников. Но они не учли, что им противостоят три пороховых мага и закаленный в боях свирепый Олем.
– Назад к лестнице, сэр! – крикнул телохранитель. – На верхний этаж!
Они начали пробиваться к лестнице. Роялисты нападали все разом, надеясь на численное превосходство. Тамас дрался плечом к плечу с Олемом, сдерживая напор неприятеля, а Влора и Таниэль из-за их спин стреляли из пистолетов. Лестницу затянул пороховой дым от многочисленных выстрелов. Тамас с наслаждением вдохнул его.
В коридоре мелькнули серо-белые мундиры – остатки личной гвардии короля Манхоуча. Их было двенадцать, все вооружены лучшими духовыми ружьями с примкнутыми штыками. Они ринулись в атаку без всяких колебаний. Это уже была не толпа вооруженных горожан. Отлично обученные убийцы, не уступающие в меткости лучшим стрелкам Тамаса. Такие не дрогнут и не отступят, пока не повалятся замертво.
Однако у остальных роялистов духовых ружей не было. Тамас почувствовал, как Влора подожгла чей-то пороховой рожок, и через мгновение мужчина, стоявший возле гвардейцев, взорвался. Кровавые ошметки забрызгали соседей, двоих гвардейцев взрыв повалил с ног. Тамас потянулся пороховым чутьем к еще не выстрелившему мушкету другого роялиста и тоже зажег порох. Неожиданный взрыв обжег лицо женщины рядом с ним.
Они поднялись по лестнице на третий этаж. Гвардейцы не отставали. На полпути к четвертому этажу раздался хлопок духового ружья. От этого звука холодеет кровь любого Отмеченного, поскольку такой выстрел мог предназначаться только ему.
Влора споткнулась о ступеньку и упала. Таниэль, поднявшийся выше, прыгнул к ней, отбивая штыки стволом своей винтовки и встречая атаки гвардейцев глухим рычанием. Быстрым, расчетливым движением, как у опытного мясника, его штык разрезал шею кого-то из нападавших. Таниэль уклонился от ответного колющего удара и сцепился с другим гвардейцем. Тот был на ладонь выше и на три стоуна[2]2
Стоун – британская единица измерения массы, равная 14 фунтам, или 6,35 килограмма.
[Закрыть] тяжелее. Таниэль замахнулся прикладом и ударил врага с дикой силой, вминая нос гвардейца в его мозг. Гвардеец рухнул без звука. Тамас с удовольствием следил, как сражается его сын. Возможно, он и заслуживал прозвища Таниэль Два Выстрела, но неплохо овладел и самыми зверскими приемами рукопашного боя.
Тот рванулся к четверым оставшимся гвардейцам.
– Таниэль! – рявкнул Тамас. – Отходи!
Он поднял Влору на руки и, погруженный в пороховой транс, даже не почувствовал ее веса. Девушка скрипела зубами от боли.
– Кость задета?
Она замотала головой.
Послышался новый хлопок, и пуля царапнула левое плечо Тамаса, пройдя в нескольких дюймах от головы Влоры. Он обернулся и увидел длинный ствол духового ружья со штыком, нацеленным ему в живот.
Он перенес вес Влоры на одну руку, а другой выхватил пистолет и выстрелил не целясь, от бедра. Гвардеец упал замертво: пуля угодила ему между глазами.
Когда фельдмаршал добрался до пятого этажа, последние гвардейцы уже лежали мертвыми на ступеньках лестницы. Тамас и его спутники осмотрели свои раны. У Олема было множество свежих глубоких порезов, которые необходимо срочно зашить, но ничего более серьезного. Влору ранили в бедро. Однако она могла наступать на ногу, значит пуля не повредила кость, и скоро девушка будет в порядке. Таниэль не получил ни царапины. Когда он вытирал запекшуюся кровь со штыка своего ружья, его лицо исказилось в дикой гримасе. Откуда-то появилась Ка-Поэль. От рыжеволосой девушки пахло серой. Она вытерла почерневшие руки о куртку из оленьей кожи и улыбнулась Тамасу, удивленно смотревшему на нее.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?