Читать книгу "Никому тебя не отдам"

– Я хотела сказать. Завтра. Чтобы не портить тебе вечер.

– А как же Израиль? Америка? Разработки лекарства?

– Все закончилось. Арсений вернулся домой.

Не прошло и три года, а он тут как тут. Я закатываю глаза в потолок и пытаюсь взять себя в руки, прекрасно понимая, что Арс вряд ли останется в стороне от воспитания сына и будет сидеть сложа руки.

– Не хотела тебя сегодня беспокоить, но, раз ты сама позвонила. Сеня просил передать, чтобы ты разблокировала его везде, ребенка он привезет сам. Он хочет обсудить с тобой будущее Мирона и определить дни для общения с сыном.

– Ты серьезно? – ахаю я, с трудом вдыхая кислород.

– Да. Ты ведь знаешь моего сына. Он никогда не отказывался от Мирона и вернулся в Россию только ради него.

– Я поняла. Завтра позвоню! – сипло отвечаю и кладу трубку, сжимая аппарат в руке до белых костяшек.

Чертов Подгорный. Я так и знала! Так и знала, что он все испортит! Меня просто бомбит от эмоций. Я не хочу давать ему сына ни на секунду. Он только мой! Мой! Где он был, когда я истекала кровью и страдала от ужаснейшего токсикоза? А рожала в мучениях и испытывала жуткие боли? А тут, явился – не запылился. Еще и не один, а с какой-то пигалицей. Наверное, младший научный сотрудник. Или как там у них это называется? Еще и в дом к родителям притащил, и с Мироном познакомил. Об этом мы вообще не договаривались. Какого хрена происходит?

Краешком сознания понимаю, что меня эмоционально просто выносит за грани разумного, но не могу остановиться и не распалять себя.

Что ж, он хочет диалога? Он его получит. Но пусть даже не надеется, что я все та же влюбленная идиотка, готовая безропотно его ждать и верить каждому слову. В конце концов, я подключу тяжелую артиллерию в виде папы. Папуся его терпеть не может с недавних пор.

Глава 6. Таисия

– Ясь, почему ты не хочешь вместе съездить за Мироном? – спрашивает меня Данила, сидя за завтраком. – Мы же весь день хотели провести вместе. У нас совместный выходной. Когда еще такое будет?

Я гоняю по тарелке кусочек сырника и понимаю, что меня слегка подташнивает от нервов, а аппетит отсутствует напрочь. И разговаривать я не хочу совершенно.

– Дань, – наконец, откладываю вилку и вскидываю на него взор. – Арсений вернулся.

– Арсений? – по слогам повторяет Даня, мгновенно меняясь в лице. – Когда?

– Вчера вечером.

– Вы виделись?

– Две секунды. Я как раз выходила за ворота.

– Успели поговорить? – жестко спрашивает Шепелев, сжимая в ладони салфетку.

– Нет. Но придется. Сегодня вечером.

– И надолго он вернулся? Сумасшедший ученый?

– Дань, не нужно его так называть. Он – отец моего сына, – мягко прошу я.

– Сумасшедший и есть, – не унимается Данила. – Бросить беременную жену и полететь навстречу американской мечте, а потом жидко обделаться. Разве здравомыслящий и любящий человек так поступит?

– Но ты же рад, что все так получилось. Не так ли? – эмоционально вопрошаю я, хватая чашку с кофе.

– Рад. И не скрываю этого. В одном месте убыло, в другом – прибыло. Он сам виноват в том, что потерял тебя.

– Я не просила напоминать мне о том, что было в прошлом, Даня. Для меня гораздо важнее и ценнее мое настоящее. И ты об этом прекрасно знаешь!

Я еле держусь, чтобы не сорваться. Иногда Данилы бывает слишком много. Так много, что дышать нечем. Единственное, чего я сейчас хочу – выбраться на улицу и побыть в одиночестве, чтобы привести мысли в порядок. Едва проснувшись, я обнаружила в своем телефоне сообщение с номера Арсения. «Вечером поговорим. Сына привезу к 18 часам. Жди нас у себя дома. Одна». От такой наглости я даже рот раскрыла, намереваясь ответить ему что-нибудь гневное и противное, но сдержалась, отправив короткое «ОК». В конце концов, после работы с психологом, я стала старше и мудрее. А еще – сдержаннее и спокойнее. По крайней мере, хотела бы в это верить.

– Знаю, Ярослава. Главное, чтобы ты об этом не забыла, – тихо отвечает мне Данила, легонько касаясь моей ладони.

– На что ты намекаешь? – не ведусь на его ласку и нежность. Прекрасно понимаю, что таким образом он маскирует свою ревность.

– Ни на что.

– Данила. Я ведь не дура. Зачем ты так говоришь, чтобы я чувствовала себя виноватой? Да, у меня есть определенный багаж за плечами. И бывший муж. И ребенок. Этого уже не изменить. И нам придется контактировать, хочу я этого или нет. Поверь, я сама не в восторге от его приезда.

– Прости, Ярослава. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя виноватой. Даже в мыслях не было. Твоей вины точно ни в чем нет.

– И на том спасибо, – резко поднимаюсь со стула и выхожу из-за стола. – Благодарю за завтрак.

– Ты домой сейчас поедешь? – Данила неотступно двигается за мной по пятам, пока я направляюсь в спальню за своими вещами.

– Домой. У меня есть еще дела, Даня. Как раз все успею сделать, пока Мирончик у бабушки.

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я присутствовал при вашем разговоре?

– Уверена, – жестко отвечаю, понимая, что сама-то не хочу там присутствовать.

По итогу, быстренько собираюсь, наспех прощаюсь с Данилой у порога и вылетаю на лестничную площадку. Там, не дожидаясь лифта, сбегаю по лестнице на первый этаж и, наконец, выбегаю на улицу. Судорожно вдыхаю морозный воздух, надеясь на то, что он хотя бы немного меня охладит, а затем зачерпываю ладонями снег и прикладываю его к пылающим щекам. Становится гораздо легче, и я постепенно прихожу в себя.

Мне не нравится моя реакция на происходящее. Мне не нравится реакция Данилы на происходящее. Мне вообще – все не нравится. За последние два года я привыкла надеяться только на себя, самой планировать свою жизнь и будущее, и от этого так болезненно реагирую на то, что мой мирный уклад скоро явно пошатнется. Еще и Шепелев мозг выносит своей ревностью.

Не успеваю сесть в машину, как телефон в сумке вибрирует.

– Я не хотел, чтобы мы поругались. Извини, если обидел. Люблю тебя, Ярослава.

– И я тебя люблю, Даня. Позвоню вечером.

Немного подумав, добавляю в конце сообщения смайлик с сердечком и выезжаю с парковки.

Дома мне становится гораздо спокойнее, я, словно, напитываюсь родными стенами и чувствую себя увереннее. Включаю расслабляющую музыку и занимаюсь уборкой и глажкой белья, решая, что откажусь от клининга на следующей неделе.

Стрелки часов неумолимо приближаются к шести вечера, в духовке как раз уже готовы любимые куриные котлетки Мирона, а на плите остужается картофельное пюре с маслом и молоком. Я замираю в гардеробной, раздумывая, что бы на себя надеть. Наверное, в топе и коротких шортах встречать бывшего мужа не самый лучший вариант.

В итоге, натягиваю на босые ступни носки, надеваю леггинсы и удлиненную белую футболку оверсайз. Макияжа на лице нет, и наносить его я не собираюсь. Расчесываю волосы и заплетаю их в рыхлую косу.

Нервничаю ужасно, и за пять минут до назначенного времени подхожу к окну, чтобы выглянуть во двор. Именно в этот момент на территорию въезжает черный внедорожник Подгорного, паркуется на свободном месте, после чего из салона выходит Арсений, достает с заднего сидения нашего сына, и ставит его на землю. В объемном зимнем комбинезоне он выглядит как медвежонок, крепко сжимающий в руках яркую пластиковую лопатку.

Я во все глаза наблюдаю за происходящим, испытывая смешанные чувства, как замечаю, что с переднего пассажирского места выбирается Пигалица, которая берет Мирошу за руку и ведет в направлении детской площадки.

Бывший муж, словно чувствуя, задирает голову и встречается со мной глазами, отчего я трусливо отпрыгиваю от окна. Сердце ухает в пятки, а через пару мгновений в квартире раздается звонок домофона.

Глава 7. Ярослава

Задеревеневшими пальцами открываю дверь и отсчитываю секунды до того момента, как Подгорный появится на пороге моего дома. Отчего-то вспоминаю, как ждала его в самом начале наших отношений. Томительно, нетерпеливо и невыносимо. Я была очень к нему привязана, и тяжело переживала расставание даже на день, считая минуты до встречи.

Арс никогда не приходил с пустыми руками, принося с собой цветы или гостинцы. Я запрыгивала к нему на руки, и мы жарко целовались прямо в прихожей, истосковавшиеся и безумно влюбленные.

От воспоминаний меня отвлекает звук открывающихся створок лифта, и я машинально складываю руки на груди, словно выставляя барьер. Негативную энергетику я чувствую еще из подъезда. Меня это не пугает, моей тоже достаточно, она просто фонит. Не удивлюсь, если ее видно невооруженным глазом.

– Привет! – сухо здоровается Арсений, заполоняя собой всю прихожую. Мажет по мне совершенно равнодушным взглядом, обдавая холодным пренебрежением.

В нос проникает запах мороза и его туалетной воды. Не той, к которой я привыкла, и первое время оборачивалась, если чувствовала от кого-то похожий аромат. Другой. И Арс другой. Удивительно, насколько он поменялся. Черты лица стали грубее, в глазах ни намека на улыбку, движения четкие и собранные. Словно передо мной не живой человек, а робот.

– Почему Мирон не с тобой, а с посторонней девицей? – не обращая внимание на его приветствие, сразу же набрасываюсь. Какой вежливый и воспитанный, надо же! В прошлый раз я удостоилась лишь невыразительного кивка головы.

– Лина – не посторонняя, Ярослава, – как умалишенной поясняет мне Арсений. – Это – моя жена. И она имеет полное право находиться рядом с нашим сыном.

Я тяжело сглатываю, не ожидая такого поворота событий. Жена, значит. Какая прелесть.

– В таком случае, родите своего. Слова не скажу! – не удерживаюсь от острой шпильки. – А пока, я буду решать – кто имеет право находиться с ним рядом, а кто нет.

Арс немного бледнеет, я замечаю, как плотно он сжимает челюсти, но держит себя в руках. В отличии от меня. Я не справляюсь катастрофически, хотя заранее представляла, как буду с прямой спиной и ледяным выражением лица с ним говорить. Все установки слетели. Система дала сбой. Как всегда рядом с ним. А еще, я замечаю новое обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки. Совершенно безвкусное.

– Я, кажется, тебе не предъявлял, когда ты притащила в дом постороннего мужика и представила его Мирону? Со мной тоже никто не советовался, – цедит Подгорный, приподнимая бровь.

– Ты о Даниле?

– Я не знаю, сколько их было, – ухмыляется мой экс-супруг.

– Сколько было – все мои! – растягиваю губы в саркастичной улыбке. – Ты что, ревнуешь?

– Более я не испытываю такого чувства, Ярослава. Это – удел слабаков.

Слабаков, значит. Что ж, окей. Я тоже больше не слабачка.

– О чем ты хотел поговорить? Я соскучилась по сыну и жду его дома, а не гуляющим на площадке.

– Нужно определить график. И правила поведения.

– График чего? – нахмуриваю брови.

– Дней, когда я буду брать Мирошу.

– Куда ты его собираешься брать, Подгорный? В лабораторию? Так с детьми туда нельзя.

– Ты можешь сколько угодно плеваться ядом, Ярослава, – хладнокровно отвечает Арсений, приваливаясь к стене и укладывая руки на груди. – Я имею на Мирона ровно такие же права, как и ты. И я не собираюсь сидеть в стороне. Мой сын – единственная причина возвращения в Россию.

– Хм, надо же. А что же ты не вернулся в тот момент, когда он родился, Арсений Маркович? – истерично выкрикиваю я, чувствуя, как сердце болезненно сжимается. – Для чего было ждать практически два года?

– Я не собираюсь отчитываться перед тобой. И, попрошу, держи себя в руках. Я и забыл, насколько ты истеричная и несдержанная особа.

Забыл он. Да как же? Раньше ему это очень нравилось, когда я закатывала истерики, а потом мы жарко мирились по нескольку раз, горели и плавились в объятиях друг друга. Черт! Зачем я об этом думаю вообще?

– Сына мне верни сейчас же. Он на темной улице, с малознакомой женщиной! – шиплю я, как змея. Прекрасно понимаю, что миссия провалена и все мое хладнокровие летит к чертям собачьим.

– Мирон с Линой отлично поладили, – с улыбкой отвечает Подгорный, совершенно не реагируя на мою агрессию. – У Лины педагогическое образование, она умеет найти подход к ребенку.

– И флаг вам в задницу! – бросаюсь к шкафу за пуховиком, параллельно выуживая с этажерки угги.

– Ты куда?

– За сыном. Что непонятного?

– Ярослава, успокойся! – с легкостью выдергивает из моих рук куртку и впервые за все время, слегка касается меня кончиками пальцев, отчего меня просто передергивает. – Пять минут погоды не сделают, а мы спокойно все обсудим. Вообще, я надеялся на твое благоразумие. Что ты меня хотя бы в дом пригласишь, а не будешь держать на пороге!

– А я не благоразумная! – заявляю я, вне себя от бешенства. – Говори, что хотел и вали из моего дома. Я тебя не звала!

– Ты не в себе! – констатирует Подгорный. – Наверное, проще будет договориться с твоим отцом. С тобой диалога опять не получается. Ты слышишь только себя!

– Хахаха! – хохочу ему прямо в лицо. – Рискни, он тебе физиономию разобьет. У него давно кулаки чешутся.

– Пещерные люди! – закатывает глаза в потолок Подгорный, резко разворачиваясь к двери. – Не хочешь по-хорошему, Ярослава, будем решать через суд.

Я подхватываю пуховик, наскоро натягиваю его на себя, запрыгиваю в угги и вылетаю следом в подъезд.

– Дома сиди, сумасшедшая! Сейчас я приведу Мирона, – рычит на меня Арс, бросая злой короткий взгляд в ожидании лифта. Все-таки, я его довела. И нечего из себя строить сдержанного и холодного хозяина положения. Даже не надейся, что я буду играть по твоим правилам!

– Иди в жопу, Подгорный! – кричу ему через плечо, кубарем скатываясь по лестнице. – Сама приведу!

Глава 8. Ярослава

Своего сына с Пигалицей нахожу гуляющими на детской площадке. Мирон со знанием дела ковыряется в снегу, а она какого-то хера снимает его на телефон.

– Добрый вечер! – радостно приветствует она меня, убирая аппарат в карман куртки.

– Добрый! – рявкаю я, подхватывая сына на руки. – Идем домой, сынуля.

– Мамочка! – радостно кричит он, размахивая лопаткой.

– Я тоже тебя рада видеть, сладкий! – чмокаю его в пухлую щечку и затягиваюсь родным запахом. От Мирошки пахнет молоком и чем-то сладким.

– А Вы Ярослава? – какого-то хрена двигается за нами следом, девушка.

– Ярослава.

– Очень приятно! Меня зовут Лина!

Я удивленно посматриваю на нее через плечо, обернувшись. Похоже, она юродивая или типа того. Девушка открыто улыбается и, похоже, не стебется надо мной. Ей реально приятно познакомиться. Закатываю глаза и быстро перебираю ногами в сторону подъезда, дверь которого открывается и оттуда вылетает злющий Подгорный.

– Папа! – весело кричит при виде его, Мироша.

– Папе нужно домой, зайчик! – шепчу ему на ушко, намереваясь прошмыгнуть мимо. – Он ужасно опаздывает.

– Ярослава! Дай нам хотя бы попрощаться! – доносится до меня мужской рык.

Я останавливаюсь посреди двора как вкопанная и медленно разворачиваюсь к бывшему мужу. Клянусь, если бы я умела высекать молнии, от него бы и мокрого места не осталось.

– До свидания! – ухмыляюсь как дурочка и делаю книксен. – Мироша, помаши пока-пока.

Сынуля весело хохочет и послушно машет на прощание.

– Я завтра приеду, Мироша!

– У нас на завтра планы! – заявляю из вредности. Планов у нас нет никаких совершенно.

– Меня они мало волнуют. Придется как-то вписать в них нашу встречу с сыном. И, сразу предупреждаю, тебя я видеть не хочу.

– Я тоже не испытываю никакого удовольствия от твоего общества, Подгорный! Всего хорошего!

– До свидания! – пищит Пигалица, но я оставляю ее приступ вежливости без внимания. Много чести будет!

Мирошка мне что-то лепечет, я на автомате поддакиваю, пока мы поднимаемся в лифте, но понимаю, что совершенно раздавлена. Еще и в замкнутом пространстве я чувствую аромат туалетной воды бывшего мужа, и становится еще хуже.

Зайдя в квартиру, закрываю двери на все замки, будто Арсений сможет как-нибудь просочиться, и облегченно выдыхаю. Встреча с бывшим мужем далась мне тяжело. Гораздо тяжелее, чем я думала.

Забалтываю малыша, усаживая его ужинать, мыслями же нахожусь далеко-далеко. Еле-еле дожидаюсь момента, чтобы искупать и уложить спать сына, и хватаю телефон, чтобы позвонить маме.

– Да, Ясенька? – слышится в трубке запыхавшийся голос.

– Мамуся, у нас трагедия приключилась! – выпаливаю я.

– Господи, что случилось?

– Арсений вернулся.

– Тьфу, ты! Ты чего же так пугаешь, дочь. У меня чуть сердце не встало! Куда вернулся?

– А ты куда-то идешь? Я тут подумала, может, вам с папой приехать ко мне? – заламываю руки. – И мы все обсудим и решим.

– Я домой возвращаюсь, ходила до магазина.

– А папа где?

– Скоро должен вернуться.

– В общем, жду вас очень-очень, – всхлипываю в трубку.

– Ты чего там, плакать вздумала? – возмущается мама. – Будем совсем скоро. Соберись, дочь! Мирошка где?

– Спит Мирошка! Молоко все высосал и дрыхнет.

– Поняла. Жди!

Я кладу трубку и немного выдыхаю. Все-таки, это большая роскошь – иметь адекватных и чутких родителей. А папа, я уверена, за меня он глотку перегрызет. Помню день, когда сообщила, что мы разводимся с Подгорным. Я такого злого отца никогда в жизни не видела. И именно тогда они ужасно разругались с родителями Арса – Марком и Дашей. С Алисой мы перестали общаться немного раньше.

Разумеется, я безумно по ней скучаю. Все-таки, мы дружили почти пятнадцать лет. Но она не смогла метаться меж двух огней, и приняла сторону своего брата. Я не держу на нее зла, и, наверное, давно можно было уже помириться, но я не решаюсь. Хотя на свадьбу думаю ее пригласить. И Тайка говорит, что нужно сделать шаг навстречу, а там пусть сама решает – идти на торжество или нет.

В ожидании родителей, набираю Даниле. Он мне уже дважды звонил и писал, но я не отвечала.

– Да, малыш? – тут же снимает трубку.

– Данюш, привет!

– Как ты, Яся? Как все прошло? – в голосе явно сквозит беспокойство.

– Нормально, – кривлю душой. – Он настаивает на встречах с сыном. Просит определить дни.

Захожу на кухню и наливаю себе стакан воды, в горле пересохло от переживаний.

– А ты что?

– Диалога не вышло, если честно.

– Почему?

– Потому что я не готова делить своего сына с кем бы то ни было!

– Но он – его отец, Яся.

– Спасибо за напоминание, Данечка! А я забыла совсем.

– Мне приехать?

– Не нужно. Я жду родителей.

– Зачем? Он тебе угрожал?

– Нет. Разумеется, нет!

– Он был груб?

Я усмехаюсь про себя. Арс не был груб, чего не скажешь обо мне.

– Нет. Все нормально, правда.

– Завтра увидимся? – спрашивает Шепелев.

– Завтра я не работаю, но ты можешь приехать к нам вечером. Вместе поужинаем, – предлагаю удобный для всех вариант.

– Я могу приехать сейчас?

– Данечка, не нужно, правда. Я поговорю с родителями и лягу спать. Очень устала.

– Хорошо, Яся. До завтра?

– До завтра, Данила, – тепло отвечаю. – Люблю тебя.

– И я тебя люблю!

Я не сержусь на него. Прекрасно понимаю, что он нервничает. Будь я на его месте, давно бы мозг вынесла. Слава богу, у Шепелева нет багажа в виде бывшей жены и ребенка. Делить с кем-то мужчину – не мой вариант, я собственница до мозга костей.

Наконец, слышится тихий звук домофона, и я спешу открыть дверь.

– Мама, папа! – бросаюсь обнимать сразу обоих, не сдерживая слез. – Наконец-то!

– Ясенька, дочка, – слышится уверенный голос папы, который поглаживает меня по волосам, а я окончательно расклеиваюсь.

– Вот, Макар! Я же говорила, что мне не показалось! – доносится до меня обеспокоенный мамин голос. – Трагедия не в том, что Подгорный вернулся. А в том, что наша дочь, похоже, все еще его любит!

Глава 9. Ярослава

– Ты уверена? – в очередной раз спрашивает меня мама.

Мы сидим за столом на кухне. Папа доедает вторую порцию котлеток с пюре, а мама пьет зеленый чай. Я же, места себе не нахожу, двигаясь по кухне как робот-пылесос.

– Кируся, – включается в разговор папа. – Яся ведь русским языком сказала, что ее размотало не из-за любви к бывшему мужу.

– Да, мам, – поддакиваю я. – У меня к Арсу давным-давно ничего нет. И вообще, я выхожу замуж за Данилу.

– Хорошо-хорошо! – примирительно поднимает вверх две ладони, мама. – Значит, мне показалось. И то, что он женился, выбило тебя из колеи.

– Мне совершенно все равно, что он женился. Тем более, там и посмотреть не на что, – помимо воли, вырывается у меня. Я прикусываю язык, но уже поздно.

– Да? – усмехается мамочка. – И кто же там? Расскажи.

– Да какая-то мелкая блондинка. Тощая. Правда, довольно приятная внешне. Не назовешь красавицей.

– Как тебя, – вставляет папа.

– Как меня, – послушно подхватываю, а потом подозрительно смотрю на родителей, сложив руки на груди. – Эй, вы чего, троллите меня?

– Яся, дочка, я искренне не могу понять, чего ты разозлилась? – поднимается с места и приобнимает меня за плечи родитель. – Вернулся отец твоего сына, хочет с ним видеться, в воспитании участвует, алименты платит, с тобой пытается договориться. Просто мечта, а не отец.

– Мне было бы проще, если бы он от него отказался! – буркаю обиженно и скидываю его руку.

И папа хорош! Я была уверена, что он мою сторону примет, но нет. Они с мамой, видите ли, руководствуются здравым смыслом, а не эмоциями. Как я!

– Ясюша, такого не будет. Подгорные хорошо воспитали своего сына, и Арс не конченный какой-то. Выдыхай и прими это как факт. Даже наоборот, обрати в свою пользу. У тебя будет больше свободного времени. Ты не будешь так сильно уставать с Мирончиком.

– Я и так не устаю! – противлюсь из вредности.

– Ну да, конечно!

– В общем, вы считаете, что нужно с ним договориться? А то, что он со своей женой будет оставлять Мирошу?

– Малышка, – миролюбиво говорит папа. – Мирон вообще жить будет с Данилой. Арсений ведь не против этого?

– Еще бы он был против! – фыркаю. – Его никто и не спрашивает.

– Вот и замечательно! – прикрываясь ладошкой, зевает мама.

– Ты успокоилась?

– Да, спасибо вам. Завтра позвоню Подгорному и поговорю спокойно.

Мы еще какое-то время болтаем с родителями, после чего они уезжают домой, а я укладываюсь спать.

Сон не идет, и я прокручиваю в голове события сегодняшнего дня. Наверное, сейчас, я могу честно ответить себе на все вопросы и принять тот факт, что оказалась не готова к нашей встрече.

Все-таки, ненавидеть Арса на расстоянии гораздо проще и легче. Но его появление выбило меня из колеи. А равнодушный взгляд, холодный тон и пренебрежение – задели за живое.

Жена появилась. Надо же. Не девушка, а именно – жена. В чем была такая необходимость спешно жениться?

Любовь всей жизни? Вряд ли.

Насолить мне? Тоже – так себе вариант.

Беременность! – бахает у меня в голове. Действительно. Пигалицу ведь я не видела без верхней одежды. А ее пуховик довольно объемный, возможно, он скрывает живот. Что ж, все к лучшему. Родят общего ребенка и отстанут от моего.

Наша история давно окончена, и ничего не осталось, кроме горечи и разочарования. У меня новая жизнь, любящий жених и вполне себе светлое будущее, места в котором Подгорному нет. Что ж, придется учиться жить по новым правилам. Мама права, у меня будет больше свободного времени. Мы сможем чаще выбираться на свидания, в кафе или театр с Данилой, а не каждый раз пытаться вписать редкие вылазки в график моего сына, который для меня всегда в приоритете.

На утро завтракаем с сыном, после чего я немного играю с ним на коврике. Мы строим из конструктора клинику для лечения животных. Не знаю, насколько передается по наследству любовь к врачеванию, но Мирон просто обожает все, что связано с медициной. Как-то раз он был на работе у Марка в клинике, и мы просто со слезами его оттуда забирали.

Во время дневного сна набираюсь смелости и звоню Арсению. Испытываю странные чувства, вызывая переименованный контакт в телефонной книге. Раньше он был записан у меня как «Арсюша». Сейчас же просто «Отец-огурец».

Постукивая пяткой, выжидаю пять гудков, и собираюсь уже положить трубку, как в динамике раздается женский голос.

– Алло?

Первым порывом хочется отключиться, я еще раз смотрю на экран, чтобы убедиться, правильно ли я набрала номер. Все верно. Это номер бывшего мужа.

– Ярослава? – доносится из динамика.

Интересно, как я записана у него в телефонной книге? Истеричка? Ревнивица?

– Добрый день, – отзываюсь глухо. – Могу я услышать Арсения?

– Добрый! – голос сладкий, как мед. Аж приторно становится. – Он пока занят. Душ принимает. Что ему передать? Это Лина, если что.

Я закатываю глаза и сжимаю кулаки от злости. Почему эта Лина так сильно меня раздражает? По сути, она ведь не сделала мне ничего плохого.

– Он хотел сегодня встретиться с сыном. Я готова обсудить условия. Пусть перезвонит.

– Да, конечно. Обязательно передам. Хорошего дня, Ярослава.

– И вам!

Отбиваю звонок и пытаюсь унять бешеное сердцебиение. Да что со мной происходит черт возьми? Нутро словно выворачивает наизнанку, а по венам кислота растекается. Это ведь не ревность? Нет! Сто процентов! Я давно избавилась от этого чувства и проработала с психологом.

Глава 10. Арсений

Выключаю воду и выхожу из душевой кабинки. Тянусь взять пушистое полотенце из шкафчика, чтобы вытереть голову и влажное тело. После тренировки испытываю легкую усталость в мышцах и дикое чувство голода. Надеюсь, Лина что-нибудь приготовила.

Обернув полотенце вокруг бедер, собираюсь уже покинуть ванную комнату, как замечаю в углу шкафчика предмет. Вынимаю его с полки и подношу ближе к глазам. Это Ясина заколка. Видимо, забыла забрать при переезде. Настолько стремилась стереть все из моей жизни, что не оставила ровным счетом ничего. А спустя полтора года, даже аромат ее духов выветрился.

Зачем-то нюхаю зажим, прикрыв веки, а в голове всплывает картинка, связанная с ней. Мы в очередной раз вместе принимали ванную, Яся, чтобы не намочить свои длинные волосы, убрала их наверх, а потом решила поласкать меня с помощью язычка. Помню ее двигающуюся голову в районе моего паха и отблеск верхних светильников в матовом металле.

Ярослава. Сумасшедшая. Дикая. Непредсказуемая. После вчерашней встречи долго не мог прийти в себя, анализируя ее поведение. Честно, не ожидал, что она смиренно примет мой приезд. Но и то, что не захочет моего общения с сыном, тоже.

Изменилась она. Гордая стала и независимая. Словно повзрослела, став матерью. И Мирошку защищает так, словно я его отнять хочу. Глупая. Но красивая, пиздец. Глаза, губы, волосы. Фигура после родов только соблазнительнее стала, и бедра круглее.

– Арсюша, ты скоро? – доносится из-за двери нежный голос Лины.

– Иду, дорогая! – отвечаю ей, закидывая заколку на верхнюю полку. Потом обязательно выкину.

Щелкаю задвижку и открываю дверь.

– Тебе звонила бывшая жена, – протягивает мне телефон и улыбается. – Сказала, что хочет обсудить ваше общение с Мироном.

– Ты отвечала на звонок? – хмурюсь я, двигаясь в направлении кухни. Запаха еды не ощущается, похоже, снова придется довольствоваться яичницей с сосисками.

– Конечно.

– Зачем? – недоумеваю я.

– Ну, я подумала, вдруг что-то важное? – закусив губу, отвечает Лина.

– Не нужно отвечать на мои звонки. Я говорил, что мне это не нравится.

– Я поняла. Прости, пожалуйста.

– Ты не готовила обед? – спрашиваю очевидные вещи, открывая холодильник. На плите – пусто, в духовке тоже.

– Нет. Не успела.

Жена обнимает меня со спины, и крепко прижимается всем телом, поднимаясь на цыпочки. Прикасается щекой и щекочет меня своим теплым дыханием.

– Устала сильно. С утра такой прилив сил чувствовала, а потом резко все растеряла. И меня опять тошнит.

– Лежи, отдыхай, Лина. Тошнота – это нормально для твоего состояния. Не волнуйся. Я закажу доставку.

Изящные ладошки скользят по моему торсу, ласково оглаживая мои мышцы, а спину ласкает проворный язычок, отчего кожа усеивается мурашками.

– Я тебя очень сильно люблю, Арсюша! – нежно шепчет девушка, спускаясь ладонями ниже и накрывая мой вздувшийся пах, прикрытый полотенцем. – И я безумно тебе за все благодарна!

– Лина, – мягко отстраняюсь я. – Я правда жутко голоден. И мне нужно перезвонить. Иди полежи немного, раз устала. Я закончу с делами и приду к тебе в спальню. Хорошо?

– Конечно, доктор! – послушно выдыхает она и отлипает от меня. – Секс ведь не противопоказан?

– Не противопоказан! – смеюсь я и шлепаю ее по упругой заднице. – Чай принести тебе?

– Нет! – взвизгивает Лина. – Я не голодна.

– Окей!

Дожидаюсь, пока она скроется за дверью спальни, и захожу в историю звонков. Нахожу контакт Ярославы и набираю номер.

– Да? – тут же отвечает девушка.

– Здравствуй, – официально приветствую бывшую жену.

– Добрый день, Арсений, – в голосе тоже сквозит официоз.

– Ты звонила?

– Да. В общем, я подумала, ты прав. И можешь встречаться с сыном. Одного раза в неделю будет достаточно?

– Ты серьезно? – усмехаюсь я. – Я пропустил почти два года его взросления оффлайн.

– Хм, твои предложения?

– Мама сказала, после Нового года ты собираешься отдать его в детский сад?

– Да. Ему уже почти два, у нас во дворе отличное учреждение.

– Со следующей недели я приступаю к работе в клинике. Периодически там планируются дежурства. Соответственно, график будет плавающий. В идеале, я бы хотел видеть Мирошку минимум три раза в неделю.

– Три раза? – ахает она. – И как ты себе это представляешь?

– В моей квартире оборудована детская, которую ты в свое время согласовала от и до, – ровным голосом отвечаю, краем глаза замечая, как немного приоткрывается дверь в спальню. Видимо, Лина не выдержала и подслушивает наш разговор, чем очень меня веселит. – Мироша будет оставаться у меня с ночевкой. Можешь составить список блюд, которыми я могу его кормить. Насколько я знаю, аллергии у нашего сына нет и с этим проблем не возникнет.

– Я не знаю, в курсе ты или нет, Арсений. Но Мирон еще находится на грудном вскармливании и очень сильно ко мне привязан. Три раза в неделю для него слишком большое испытание! Он еще совсем крошка, – импульсивно парирует Ярослава.

А вот про грудное вскармливание я не знал. Точнее, думал, что оно уже давно закончилось.

– Думаю, ты можешь брать его на денек, но с обязательными ночевками дома, – продолжает Яся. Слышу, что она уже еле сдерживается, пытаясь быть милой и любезной. Ох, и тяжело ей это дается. Но, видимо, родители мозг промыли, что она стала такой покладистой за ночь. – Тем более, вам нужно привыкнуть друг к другу. Он тебя не знает. Пойми меня правильно, Арсений. Я ни в коем случае не хочу мешать вашему общению, но Мирошка правда еще очень мал. Что ты будешь делать, если у него случится истерика? Ты не укладывал его спать ни разу. Не знаешь, что он любит, во что играет, какие книжки ему нравятся. Да ты ему даже ни разу попку не подтирал!

– Значит, составь список, – резко прерываю ее монолог. – Подробный. И подготовь его к шести вечера. Я приеду за ним.

– И куда вы отправитесь? – фыркает бывшая жена. Представляю, какая она сейчас злая. Глаза, наверное, закатила в потолок и кулачки сжимает.