Электронная библиотека » Дарья Калинина » » онлайн чтение - страница 5

Текст книги "Рай в неглиже"


  • Текст добавлен: 29 ноября 2013, 02:14


Автор книги: Дарья Калинина


Жанр: Иронические детективы, Детективы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Глава 5

Подругам повезло. Клотильда Леонардовна оказалась дома. Вопреки предположениям подруг, которые они строили исходя из звучного имени этой особы, Клотильда Леонардовна оказалась вовсе не монументальной дамой бальзаковского возраста, а сухонькой тетенькой, едва ли дотягивающей до сорок второго размера.

– Вы ко мне? – приветливо осведомился у подруг этот воробышек. – По делу? Милости прошу!

Двигалась, разговаривала и принимала решения эта женщина-эльф в мгновение ока, и казалось, что все вокруг нее двигалось и жило в ускоренном режиме. Мгновение, и подруги оказались в ее безупречно прибранной гостиной, где не было и намека на ковры, мягкую мебель и располагающие к лени кресла. Нет, тут имелся гладкий пробковый пол, жесткие спинки бамбуковых стульев и татами из соломы, на котором лежало несколько подушек в простых белых чехлах.

– Василиса? – откликнулась она на вопрос подруг. – Ну конечно, знаю. Девочка в данный момент находится у нас в стационаре. Состояние у нее стабилизировалось. Скоро мы ее выпишем.

– И часто она так..

– Что? – улыбнулась Клотильда Леонардовна. – Лежит у нас? Да, частенько. Но не спешите ее жалеть. Для девочки наша больница вроде санатория. Ее там регулярно кормят, ухаживают за ней. А дома она живет, верней, жила с родителями, которые проповедуют естественный порядок вещей, а на самом деле, как я считаю, им просто ни до кого и ни до чего нет дела. Даже уход за собственными детьми представляется им чем-то ненужным и даже вредным. Дети росли у них, как сорняки возле забора. Сын каким-то образом вырос нормальным. А вот Василиса… Увы, за ребенком в первые три года его жизни необходим самый тщательный присмотр. Консультации всех врачей-специалистов, к которым нужно отвести малыша, – это ведь не прихоть какого-то чиновника-самодура, это объективная необходимость. Те врожденные недостатки или даже пороки, которые не отследили и не пролечили до трех лет, поздней уже поддаются лечению гораздо сложнее, если вообще поддаются.

– То есть Василиса стала жертвой родительского пофигизма?

– Лично я именно так и считаю, – решительно кивнула головой врач. – Хотя у ее родителей, конечно, есть на сей счет своя собственная точка зрения.

В голосе Клотильды Леонардовны звучало откровенное презрение к тем двоим, которые не выполнили свой родительский долг по отношению к дочери. Но подруг сейчас интересовало не это, и даже не сама Василиса, их интересовал сын беспутных родителей – Сема, Семафор.

– Семафором его прозвали где-то в третьем классе. Он где-то нашел разноцветные краски и что-то там ими пытался намалевать на стене дома. Получилось не очень, но зато сам он стал разноцветным. Нос был желтым. Лоб красным. Ну а подбородок был весь зеленый. Настоящий семафор! Сема всегда тяготел к ярким краскам. И всегда носил одежду пестрых расцветок. Желтые брюки, красную рубашку, ярко-зеленую куртку. Наверное, поэтому прозвище к нему так хорошо и приклеилось.

– Как хорошо вы все помните.

– Да уж, на память не жалуюсь. Но вы же хотели узнать про Василису. Вы ей кто? Знакомые?

– Нет, мы… собственно говоря, нам и Василиса-то нужна, чтобы узнать у нее про брата.

– Вот как? Знаете, вряд ли она вам поможет.

– А соседка сказала…

– Брат и сестра как бы существуют в разных мирах, – перебила Клотильда Леонардовна тоном, не терпящим возражений. – Всегда так было. И с возрастом не изменилось. Сема весь такой энергичный, подвижный, если не сказать суетливый. Он вечно чем-то увлекался, но надолго его не хватало. Он бросал одно занятие и принимался за другое. А Василиса всегда была медленной, плавной. Существовала в своем собственном мире, окружающие люди и события ее мало волновали.

– Но она ведь должна знать, чем занимался ее брат в последнее время?

– Совсем не обязательно. Даже совсем нет.

– Вы уверены?

– Василиса, как я уже сказала, живет в своем собственном мире. Вряд ли Сема стал бы делиться с сестрой тем, что он затевает. А что с ним случилось? Он во что-то влип?

В голосе Клотильды Леонардовны слышалось любопытство. И подруги решили, что могут рассказать ей о своем расследовании. Почему бы и нет? Клотильда Леонардовна была женщиной деловитой и умной. Она могла дать подругам хороший совет.

Врач выслушала подруг очень внимательно, и когда они закончили, лишь покачала головой:

– Удивительная история. Даже не знаю, что вам на это и сказать. Три смерти, все такие разные. И вы считаете, что они связаны между собой?

– Владик никак не мог подцепить лихорадку Западного Нила, сидя у себя на Свири.

– Да, случай поистине уникальный. Хотя я и не эпидемиолог, мне трудно судить об этом. Но я бы на вашем месте все же поговорила с его женой.

– Со Стефой?

– Да. Позвоните ей. Когда умирает богатый мужчина, чаще всего оказывается, что в его смерти так или иначе заинтересована супруга. Позвоните, расспросите. Мне эта история с младенцем, которого она пыталась подсунуть покойнику в качестве родного ребенка, кажется весьма подозрительной.

Разумеется, Клотильда Леонардовна была права. И все же подругам казалось, что в этом доме они добыли еще не всю информацию. Если сестра пропавшего продавца мотоциклов не могла быть им полезна, возможно, найдутся другие люди, лучше осведомленные о жизни Семы.

– Скажите, а у Семы были друзья?

– Ну, в школе он дружил с мальчиком по имени Коля. Не знаю его фамилии, он не из нашего дома. Черненький такой, похож на цыганенка. В детстве был очень хорошеньким, но с годами слегка подурнел. Стал похож на сухого жучка, но все равно он мне симпатичен.

– А как нам его найти?

– Адреса я его не знаю. Попробуйте разузнать у соседей. А еще лучше сходите в школу, где учились мальчики. Вон она, сразу через дорогу. Там вам должны сказать, где искать бывшего ученика.

В летнее время школа была закрыта, тут на вахте сидел лишь один важный усатый дед – охранник и всем говорил, что в школе никого нет, все учителя в отпуске. Но подруг это заявление не сильно расстроило. Они запомнили номер школы и теперь знали, как получить необходимую информацию обо всех учениках, когда-либо вышедших из стен данного учебного заведения.

С этой целью подруги поехали в офис своей туристической фирмы «Орион». В конце концов, их расследование – это просто хобби, а вот про работу, особенно в разгар туристического сезона, забывать никак не следует. Подруги знали об этом не понаслышке.

Совсем недавно они пренебрегли золотым правилом – ежедневно появляться в офисе, целиком и полностью доверившись нанятому ими менеджеру. В результате их фирма оказалась на грани банкротства, и подругам стоило огромных усилий вновь вывести свое детище на хороший уровень. Да и не получилось бы у них ничего, но им помогло настоящее чудо. Если бы не эта помощь свыше, то не видать бы им своего «Ориона» как собственных ушей.

Но сейчас в офисе все было благополучно. Тут царила нормальная рабочая атмосфера. Все девочки либо сидели на телефоне, либо искали подходящий тур для нетерпеливо ожидающего клиента, либо заполняли формуляры, отправляя очередного счастливчика в очередное путешествие.

Видя, что они особенно никому не нужны, все отлично справляются и без них, подруги подписали несколько бумаг, которые требовали их личной подписи, а затем подсели к Кириному компьютеру, в котором имелись всевозможные базы данных.

Эти волшебные базы, в которых были указаны все и каждый, дал подругам их близкий приятель Лисица. И девушки уже не раз имели повод, чтобы сказать ему спасибо за эту услугу.

Вот и сейчас девушки влезли в списки учеников школы, в которой учился Семафор, и быстро выяснили, что единственный мальчик по имени Коля и фамилии Пипеткин учился вместе с Семой все десять лет.

– Отлично. Значит, Николай Пипеткин. Очень хорошо. И где же нам найти тебя, Коля?

К счастью, Пипеткин – фамилия малораспространенная. Семья с такой фамилией в городе нашлась лишь одна. Судя по всему, семья состояла из деда, отца и матери Коли Пипеткина. Ну и разумеется, самого Коли – единственного сына четы художников-декораторов.

Судя по базе данных, пять лет назад семья Коли Пипеткина перебралась в другой район, в новый дом, в квартиру, которая почти в четыре раза превышала их прежнее жилье по размерам. Похоже, на семью Пипиткиных свалилось богатство, которое они немедленно и пустили на улучшение своих жилищных условий. Прежде-то вся их семья ютилась в крохотной двушке. И где там на сорока квадратных метрах помещались муж с женой, взрослый сын и еще вполне бодрый дед, было подругам мало понятно.

Они набрали номер домашнего телефона семьи Пипеткиных. Трубку сняла мама. И услышав, что девушкам нужен Коля, сразу же приветливо сказала:

– Ну конечно, он дома! Конечно, подъезжайте в любой момент. Конечно, ему сейчас удобно. О чем вы вообще говорите! Это же его работа!

Что именно у Коли была за работа, подруги не стали уточнять. Вдруг бы мама Коли заподозрила неладное и запретила им приезжать. Что бы они тогда стали делать? Караулить Колю возле дома, когда он выйдет, дело хлопотное. Куда приятнее приехать с визитом к заранее оговоренному часу, будучи твердо уверенными в том, что их ждут.

На всякий случай, памятуя о мудром совете Клотидьды Леонардовны, перед выходом из офиса девушки позвонили еще и Стефе, но у той дома снова никто не снял трубку. И подруги окончательно уверились в том, что мать Владика дала им неправильный номер. И если они все равно хотят поговорить с молодой вдовой, им придется разыскивать ее по каким-то другим каналам.

* * *

Дом, к которому приехали подруги, приятно их поразил своим внешним видом и общей атмосферой благополучия и ухоженности. Старая постройка в центре города была расположена в удачно тихом месте. Этакий маленький тупичок, в котором, казалось, застыло само время.

Но стоило подругам шагнуть через арку, закрытую ажурным плетением ворот, как они сразу же поняли, что цивилизация добралась и сюда. Вход преграждала обманчиво хрупкая бабушка-вахтерша, сидящая в будочке с коммуникатором и тревожной красной кнопкой на видном месте и наверняка еще одной, но уже потайной, расположенной где-нибудь под столом.

– К кому? – строго произнесла она, глядя на девушек в упор из-под опущенных на нос очков. – К Пипеткину? Ах, к этому! Ну идите, идите. И не лень вам деньги за такую ерунду отдавать!

– Вы это о чем?

– Когда коту делать нечего, он яйца себе лижет, – буркнула старушка. – А вы вон чего удумал!.. Ох, грехи-то наши тяжкие. И чего только не увидишь в наше время!

Дверь перед подругами открылась, но они так и не поняли, что же прозвучало в голосе старушки – насмешка, осуждение или откровенная издевка?

– Судя по всему, Коля Пипеткин ее расположением не пользуется.

– Да уж. Хотя и странно. Как думаешь, чем он занимается?

– Родители у него художники-оформители. Дед тоже художник. Скорей всего, Коля пошел по их стопам.

Дверь подругам открыла маленькая темноглазая женщина, сухая и подвижная, словно кузнечик.

– Коля, к тебе клиентки! – воскликнула она после того, как подруги по ее предложению зачем-то посетили ванную комнату с санузлом.

– Проводи их ко мне, мама!

– Пойдемте, девочки!

И заметив, что Леся замешкалась, женщина нахмурилась:

– Побыстрее, пожалуйста! Не задерживайтесь! Вы же знаете, Коля очень занят. К нему очередь на полгода вперед!

Очередь? На полгода? Интересно, как же тогда самим подругам удалось попасть так удачно и без всякой очереди?

Кира снова хотела спросить, а чем же занимается Коля, но вовремя прикусила язык. Ни к чему сейчас лишние вопросы. Через минуту сами все поймут.

Эльза с подругами к Пипеткину не пошла. Страх перед большим миром у нее почти совершенно прошел, и она осталась ждать снаружи в кафе.

– Я проголодалась!

– Мы тоже хотим есть, – пробовали убедить ее подруги. – Но нас ждет Коля. Если мы не пойдем, наше место могут занять, и нам придется добиваться встречи с ним еще неизвестно сколько времени.

– Все равно! Я хочу есть.

И Эльза уселась за столик в кафе, твердо давая понять, что пока она не поест, ей не интересен ни сам Коля, ни его профессия. Так что Эльза осталась наедине с антрекотом и жареной картошкой с салатом, а голодные подруги отправились к однокласснику пропавшего Семы.

Когда они очутились в комнате, где их ожидал Коля Пипеткин, то сразу же поняли, что с определением его профессии они не ошиблись. Он был художником. Вокруг стояли полотна, занавешенные тряпками. Стоял подрамник с чистым полотном. Всюду лежали кисти и краски. В воздухе витал неистребимый легкий запах растворителя, какой бывает в мастерских востребованных или просто работящих мастеров.

Но больше всего подруг интересовал сам Коля. Они впились в него взглядами, желая рассмотреть лучшего друга Семафора во всех подробностях. Но внешний вид художника их разочаровал. Был он маленьким, сухоньким, с блестящими черными глазками. И внешне точно напоминал жука. Волосы у него были черные и торчали во все стороны непослушными жесткими пружинками.

Для солидности Коля зачем-то нацепил на себя огромный темно-синий шелковый халат, в котором разгуливал взад и вперед по своей мастерской. Под халатом мелькали голые страшно волосатые ноги и желтые пятки. Тапочек Коля не носил.

– Располагайтесь, где вам удобно, – произнес художник. – Я буду готов через минуту.

– Хорошо.

– Не возражаете, если сначала я сделаю несколько ваших снимков?

– А это необходимо?

– Я не могу уделить вам сразу столько времени, чтобы написать картину с натуры. Да и вы устанете ждать. Конечности начнут затекать. Что вы думаете, ремесло модели не из самых легких. Так что лучше сейчас я сделаю общий набросок. Почувствую вашу ауру. А потом допишу картину, сверяясь с фотографией.

– Ну, если вы так привыкли работать, мы не против…

Значит, подруги были правы! Коля зарабатывает на жизнь картинами. И похоже, пишет он их просто мастерски, раз его семья живет в таких хоромах и в таком доме.

– Если стесняетесь, раздеться можете за ширмой.

– Раздеться?

– Ну да. А как же я буду писать? Кстати, вы хотите парный портрет?

– Да.

– Вообще-то с парами мне работать еще никогда не приходилось, – покачал головой Коля. – Но, наверное, это будет интересно. Знаете, я даже не возьму с вас двойную цену. Раз уж вы первые, кто на такое решился, то должны же вы получить хоть какой-то бонус за свою отвагу?

Никто не позировал ему парами? Хм… А как же семейные портреты, которые были в моде в восемнадцатом – девятнадцатом веках и сдали свои позиции только после прихода им на смену сначала черно-белой, а потом и цветной фотографии? Да и теперь близкие друзья или родственники, решившие запечатлеть свой образ в масле или акварели, частенько позируют вместе.

Но художник явно чего-то ждал от подруг. Ах да! Он же предложил им раздеться. Ну, и что им еще снять?

Под взглядом художника Кира сняла туфли, а Леся отложила в сторону сумочку. Потом Кира сняла пояс, а Леся вытащила из кармана носовой платок. Больше снимать было вроде нечего. Но Коля продолжал смотреть на них с явным ожиданием во взгляде. И под его взглядом подруги переминались с ноги на ногу, не зная, что им снять с себя еще.

– Вижу, что вы стесняетесь, – вздохнул наконец Коля. – Очень зря! В том, что вы собираетесь сделать, нету ничего противоестественного. Не нужно меня стесняться. Представьте себе, будто я врач. Между нами ничего личного, только работа.

Подруги согласно покивали, но все равно не поняли, что им можно снять с себя еще. И Коля произнес:

– Ну ладно! Остается последнее средство. Смотрите и учитесь!

Раз! И в одно мгновение он сбросил с себя свой шикарный халат, оставшись в чем мать родила.

– Ах!

– Ох!

– Батюшки!

Поражались подруги долго. Оказалось, что шерстью художник оброс и под халатом. Но главное было не это. Его мужское достоинство было таких гигантских и прямо-таки устрашающих размеров, что просто не могло не впечатлять.

– Это… Это вы зачем сделали? – прошептала Леся, не в силах отвести глаз от болтающегося между ног художника сокровища.

– Так для вас же! – пожал плечами Коля. – Чтобы вы меня не стеснялись. Видите, я уже голый. Раздевайтесь и вы тоже!

– Но нам-то зачем?

– А как же я тогда буду вас рисовать?

– Ну… так… это… в одежде!

– Нет, в одежде я никак не могу, – неожиданно запротестовал художник. – Я же не телепат, мне через одежду ничего не видно! Снимайте одежду и ложитесь!

– Ложиться? Куда ложиться?

Подруги ужаснулись, но Коля их неправильно понял и принялся растолковывать:

– Вообще-то обычно клиентки ложатся вон туда. Но раз вы вдвоем, ложитесь прямо на пол. Не беспокойтесь, там чисто. И можете взять вот эту простыню, чтобы вам было помягче.

С этими словами Коля сдернул простыню с того, что подруги приняли за гигантских размеров мольберт. Но оказалось, что под простыней скрыто самое обычное гинекологическое кресло. Впрочем, нет. Кресло было новейшего образца. С мягкими подушечками. И оно регулировалось по высоте и прочим параметрам. Конечно, подруги видели подобные вещи, и не раз. Как же иначе, ведь они были женщинами, так что им приходилось сталкиваться с такими конструкциями. Но вот в мастерской художника гинекологическое кресло было последней вещью, которую они ожидали тут увидеть.

– И… И зачем оно тут? – пролепетала Леся.

– Дамы, вы чего? – удивился Коля. – А как же мне познакомиться с вами? Как же я буду вас рисовать, если не вижу?

Понемногу до подруг стало доходить. Выходит, Коля рисует не самих людей, он рисует…

– Совершенно верно, – кивнул головой Коля, когда подруги озвучили вслух свою догадку. – Именно так и никак иначе. Я изображаю половые органы людей так, как я их вижу.

– И что? Есть спрос?

– Бешеный!

– И… И выставки бывают?

– В следующем месяце открывается моя выставка в Париже.

Феноменально! Конечно, подруги слышали, что такие вещи бывают. Но никак не ожидали, что столкнутся лицом к лицу с человеком, который рисует женские половые органы, да еще получает от этого неплохую прибыль.

Между тем, пока пораженные подруги разглядывали орудие мастерства художника, сам он что-то прикинул в голове и произнес:

– Выходит, вы не клиентки?

– Нет.

– А… А как же вы тогда сюда пришли?

– Правильней спросить не как, а зачем мы сюда пришли.

– И зачем?

Коля быстро накинул себе на плечи халат и снова обрел былую величавость. Впрочем, мужчине, снабженному таким орудием, есть чем гордиться. Маленький рост и невзрачная внешность не имеют ровным счетом никакого значения. Если у мужчины есть деньги и большой член, он может чувствовать себя королем, даже будучи записным уродом.

– Зачем же вы ко мне пришли? Я вас совсем не знаю.

– Зато мы знаем одного твоего друга. Вы с ним вместе учились в школе.

– Вы говорите про Семку? Семафора?

– Да. Как ты так быстро догадался?

Коля усмехнулся, отчего его некрасивое лицо в мгновение ока озарилось и преобразилось.

– А он у меня один друг и есть.

– Вот как… А он тебе не жаловался в последнее время на то, что ему грозит какая-то опасность?

– А что с ним случилось?

– Твой друг пропал.

– Как пропал? – ахнул Коля. – Что вы придумываете? Я с ним виделся на прошлой неделе. У него все было в порядке. Никуда пропадать не собирался. Работой в салоне он был очень доволен. Сказал, что коллектив отличный. Есть перспектива роста. Хозяин его хвалит.

– Но все это в прошлом. И теперь хозяин Сему совсем не хвалит. Он даже грозится уволить его ко всем чертям!

– Да вы что? – еще больше заволновался Коля. – Семке терять эту работу никак нельзя. У него сестра и родители…

– Про родителей мы уже все знаем. Родители у него в Гималаях.

– Ну а на чьи деньги они там торчат, вы не знаете? Семка им регулярно туда по сто-двести долларов шлет, чтобы они там сидели и сюда больше не совались.

– И зачем он это делает?

– Зачем? – переспросил Коля. – Сразу видно, что вы с его родителями не знакомы. Это же такие люди… Нет, поймите меня правильно, с ними очень интересно пообщаться… Ну, час, полтора, ну, два часа от силы. А дальше уже труба. Дальше они начинают реально напрягать. Семка просто на стену лез от их постоянных диет, йоги, медитаций. За хлебом сходить у них времени нет, а в позе лотоса корячиться – это пожалуйста. На подоконнике у них вечно овес колосился. Его они сырым ели – это, дескать, полезно. Овсянку в жизни не варили. Крупу сырой жевали. Или вот картошку поджарить – это уже нельзя. А почему, скажите на милость, картошка что, не овощ? Да и жарят ее на растительном масле. Что в этом дурного? Нет, жевали ее сырой. Жарить запрещали. Семка для себя и Василисы картошку тайком варил у соседей, потому что у них в квартире даже плиты кухонной не было. Родители так и заявили, зачем им плита, если они пищу сырой едят? Так и жевали все овощи и злаки сырыми. Про курицу и другое мясо я уже не говорю. Его Семка в родительском доме класса с пятого не видел. А с сестрой вы его познакомились?

– Она сейчас в больнице.

– Ну да, Василиса вообще тяжелая. Если ее предки еще понимают, что они живут не как все, то Васька вообще в ауте. Живет где-то в своем мире и даже не осознает, что вокруг нее-то все иначе. Ее одну на улицу нельзя отпустить. Потеряется.

– Она дурочка?

– Нет, с мозгами у нее хорошо. Книжки умные читает. На двух языках спокойно изъясняется. Сказать вам, на каких? Латынь и древнегреческий! – И взглянув на подруг, Коля поинтересовался: – Как вам? Нормально? На этих языках вообще никто больше не говорит, а она говорит!

– Действительно говорит?

– Целые главы наизусть заучивает. Память у нее феноменальная. Но в реальной жизни она никак себя не нашла. Работать нигде не работает, значит, ее содержание опять же на Семку ложится.

– И он такой жизнью доволен?

– Не думаю. Но Семафор очень ответственный. Если уж так получилось, что на нем одном родители и сестра, он их ни за что не бросит. Я его за это сильно уважаю.

– А куда же он мог уехать?

– Говорю же, понятия не имею. А что? На работе у вас никто не знает, где Семка?

Коля тоже принял девушек за коллег Семафора, но они не возражали. Все знакомые Семы были как один озабочены тем, чтобы он не потерял работу. И услышав, что Сему собираются уволить за прогул, начинали активно помогать Кире с Лесей в поисках пропавшего Семафора.

– Нет. На работе не в курсе.

– Хм… А его соседи?

– Они тоже не в курсе. Одна старушка сказала, что Сему забрали водолазы в скафандрах и поместили его в инфекционное отделение на карантин.

– Чушь какая-то! Старуха не в себе. Откуда взяться водолазам?

– Мы тоже так подумали. Но Сема на звонки в дверь не откликается. Дверь не открывает. И как попасть в его квартиру, если дверь закрыта?

– Дверь – это как раз не проблема.

– Как ты сказал?

– Дверь – не проблема. У меня есть ключи от Семкиной квартиры.

Вот это была удача! Подруги прямо подпрыгнули на месте.

– Что же ты раньше молчал?!

– А это важно?

– Ну конечно! Вдруг Семка до сих пор там? Старуха, которая про водолазов рассказывала, могла и ошибиться.

– Дома? И трубку не берет? Но почему?

Странный человек! А еще Василису упрекает, что она не от мира сего. А сам-то! Понять не может, что человеку может быть элементарно плохо, так плохо, что он и до телефона не доползет, он может заболеть или… или даже умереть.

Конечно, о последнем подруги предпочитали не задумываться, чтобы не накликать беду. Но все же в этом мире все возможно. И самое страшное в том числе тоже.

* * *

Обратно домой к Семе подруги примчались в рекордные сроки. Они подобрали насытившуюся и потому добрую Эльзу в кафе, быстро познакомили ее с Колей и помчались к Семафору.

Куда-то подевались все пробки. Девушки промчались по центру города, словно сегодня было утро жаркого воскресного дня, когда все распродажи в прошлом и пришло время отправиться на природу, чтобы хоть немного отдохнуть.

Только перед уходом из квартиры Пипеткиных возникла небольшая пауза.

– Коля, а ты куда?

Мама гинекологического художника попыталась подловить сына в холле своей роскошной квартиры.

– Куда ты собрался? А как же работа?

Тревога, с которой женщина произнесла эти слова, ясней ясного показала подругам, что не у одного Семы были проблемы с родителями. У Кольки в этом плане дела обстояли лишь немногим лучше. Да, возможностей у него было больше, но и его мама тоже не собиралась терять своего золотого теленка. Почему-то многие родители, заводя детей, искренне считают, что те будут заботиться о них в глубокой старости. А ведь эта позиция в корне неверна. Тут вопрос стоит иначе: то ли дети будут это делать, то ли нет. Заставить насильно их не может никто.

– Ты куда собрался?

– К Семе.

– С какой стати? У тебя же клиенты!

– Мама, у Семы серьезные проблемы.

– У него всегда проблемы! Хоть бы женился поскорей на своей девушке, она мне кажется единственной нормальной во всем их семействе. Но и ты тоже хорош, Коля!

– А я что?

– Вот тоже выбрал себе дружка! Ведь были же у вас в классе дети из нормальных семей. Зачем ты связался с этим чокнутым?

– Мама, дети из, как ты выражаешься, нормальных семей со мной дела иметь не хотели, потому что я был самым маленьким в классе мальчиком. А вот Сема дружил со мной все школьные годы и прикрывал от насмешек одноклассников. И когда он меня защищал, ты была им всегда очень довольна.

– За то, что он тебя защищал, я с лихвой расплатилась с ним домашними котлетами и салатами, которые он поедал у нас в доме тоннами.

И, повернувшись к подругам в поисках женской солидарности, мама Коли воскликнула:

– Мальчишка был вечно голодный! Просто не понимаю, о чем думали его родители.

– Мама, сейчас речь не о том! Сема попал в беду. У него что-то случилось.

– А при чем тут ты?

– Долго объяснять! Ладно, мам, целую тебя!

– Коля, но твоя работа… У тебя выставка в следующем месяце!

– Максимум через пару часиков буду дома!

И, не отвечая больше на возмущенные расспросы матери, которой очень не хотелось выпускать своего золотого птенчика из-под контроля, Коля выскочил на лестницу и дал откровенного драпака.

* * *

За дверью Семы не обнаружилось ничего ужасного. Обычная типовая квартира, не слишком чисто прибранная, даже, если сказать прямо, запущенная. Но ни холодного трупа, ни следов грабежа или насилия в квартире не обнаружилось. Зато пахло тут какой-то дрянью со стойким признаком химии.

– Фу! – сморщила нос Эльза. – А я только что пообедала!

Она-то сама пообедала, а вот для подруг взять из кафе сухпайком кусочек мяса с помидорками и картошечкой даже не догадалась. А ведь девушки мотались по ее делам с самого утра и тоже страшно проголодались.

– Ну и воняет тут! – поморщилась Кира, у которой в желудке тоже прямо все перевернулось (может, и хорошо, что Эльза оказалась такой скупердяйкой?). – Но где же все-таки Сема?

– Похоже, Семка просто свалил, – растерянно произнес Коля, заглянув в несколько ящиков. – Его дорожной сумки нету. И куртку он тоже взял. И свои любимые джинсы.

– А документы? Деньги?

– Денег и документов тоже нету.

Коля ориентировался в квартире Семафора очень хорошо. Было заметно, что он тут чувствует себя куда уверенней, чем у себя дома. Там был установлен тотальный контроль мамы. Впрочем, стоило Кире подумать об этой уважаемой особе, как телефон Коли завибрировал.

– Да, мама, – обреченно забубнил парень в трубку. – Нет, мама. Не знаю, мама. Не кричи, пожалуйста, так громко, мама.

В таком духе он бубнил еще около минуты, а потом с мученическим выражением лица убрал телефон обратно в карман.

– Мама беспокоится, – извиняющим тоном произнес он, глядя на подруг. – Мне пора возвращаться.

– Твоя мама очень строгая.

– Она переживает из-за выплаты кредита, – тут же встал на защиту своей родительницы Коля. – Наших накоплений и моих тогдашних заработков хватило ровно на половину нынешней квартиры. Но маме захотелось именно ту, в которой мы сейчас живем. Ну, мы ее и купили. А потом надо было ее отделать, приобрести мебель, шторы… в общем, пришлось взять еще один кредит.

– Интересно получается. Маме захотелось, а кредит выплачивать должен ты!

– Но это же моя мама, – удивился в ответ Коля. – Если она хочет чего-то, то я должен в лепешку расшибиться, но сделать это.

Молодец мама! Подруги готовы поставить ей десятку по пятибалльной шкале оценок. Просто гениальный манипулятор и гипнотизер. Вот только на то, чтобы так выдрессировать мужчину, нужно очень много лет. И конечно, потом страшно жалко отдавать такое вымуштрованное сокровище, на которое потрачено так много времени, какой-то посторонней, чужой и совсем незнакомой женщине.

– Слушай, Коля, а можно мы тут еще останемся?

– Где? – удивился художник. – Тут? Ну, не знаю.

– Ты же сам видишь, ничего ценного тут нету, и похоже, никогда не было.

– Да, Сема за богатой обстановкой никогда не гнался. А его родители и подавно.

– Вот видишь, украсть мы ничего не сможем.

– А зачем же тогда хотите остаться?

– Останемся, поищем следы, которые, возможно, укажут нам, где искать Сему. Ну что? Согласен?

Коля уже явно заколебался. Но в этот момент ситуация разрешилась сама собой. Дверь в квартиру открылась, и на пороге возникла молодая симпатичная девушка, которая с явным удивлением и даже испугом воззрилась на наших друзей.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации