Текст книги "Чёрный сектор"
![](/books_files/covers/thumbs_240/chernyy-sektor-255503.jpg)
Автор книги: Дарья Пепеляева
Жанр: Приключения: прочее, Приключения
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
– Захар, мне оно теперь нахрен не надо! Нашего Отца убили, Мама умерла от сердечного приступа… Я хотел, чтобы они гордились мной, когда я закончу учебу, – из глаз пробилась скупая мужская слеза. Тяжело было вспоминать о Родителях, – А теперь кому нужен этот мой МГУ?!
– Брат, перестань, – Захар взял брата за плечо, – Не надо так говорить… Слышал бы тебя Папа, он был бы недоволен.
– Отца убили те сволочи, что и меня допрашивали?
– Да… Они из особого иностранного подразделения «Химера». Я, Мария и Вова стараемся их отслеживать.
– Ты знаешь как погиб Отец? Скажи, ты знаешь как он погиб?
– Он был взят в плен, как и ты… Боевики из «Химеры» не выбили из него информацию… И Отца казнили, плюс его смерть инсценировали как обычное ограбление.
– Эта самая «Химера»… Я слышал, как те два урода в той комнате говорили… мол хорошо, что об этом мне не рассказал Отец или ты.
– Я уже работаю над этим… Обещаю, я найду их…
Вадим снова был не доволен братом.
– Ты так говоришь, будто Отец был дорог только тебе. Что значит «я найду»?
– Не понял тебя, Вадик…
Настал момент принятия решения. Вадим был готов произнести то, что он в конце концов произнес. Он сказал это уверенно, без страха:
– Мы найдем! Я хочу стать таким, как ты. Научи меня! Научи всему, что знаешь и умеешь!
Захар был поражен подобной просьбой. Брат просил показать ему тяжелый и кровавый путь профессионального ликвидатора! Безумие! Но, с другой стороны, Захар понимал Вадима. Ведь он был таким же любящим сыном, каким был и Захар. Однако, брат хотел было возразить:
– Вадик, я…
– Научи меня, – брат повторил свою просьбу уже тише, но все же более настойчиво.
Захару предстояло принять непростое решение. Он не хотел впутывать Вадима в дела ГУ ГШ. Не хотел, чтобы Вадим был одержим жаждой мести. И все-таки Ериков младший говорил верно… Не только Захар безмерно любил своего Отца. Но неужели Вадим был готов пожертвовать всем ради такого дела? Что ж, значит готов. Ведь дело то правое. Дело чести. Чести семьи. Ради Отца… Спустя томные минуты раздумий, Захар наконец-то дал ответ:
– Знай, сначала будет тяжко. В конце тренировок ты сам себя не узнаешь.
– Я готов. Братишка, мы с тобой – мне это важно… Я справлюсь, – Вадим снова лукаво улыбнулся. На его лице прямо отчетливо читалось: «Я готов».
Убедившись в готовности Вадима, Захар молча кивнул. Затем он поднялся с дивана и побрел к комоду. Открыв верхний ящик, он снова повернулся к брату:
– Помнишь, как мы в детстве играли с соседскими девчонками, бегали за ними в масках?
– Такое не забудешь. Как мы с тобой эти маски шили с волчьей пастью…
– Держи!
Захар достал из верхнего ящика, казалось бы, два куска плотной черной материи. Один из них он метнул младшему брату.
– Думаю, нам с тобой это пригодится.
Вадим развернул кусок черной материи. Невероятно, но это и были те самые маски, о которых младший брат только что говорил. И с этой черной маски на Вадима смотрел белый оскал темного волка. Маска закрывала лишь нижнюю часть лица. Глаза человеческие, но само лицо получалось волчье. А у Захара волк на маске носил снежную шкуру. Когда-то мальчики сами купили себе маски, а потом пришили к ним волчьи оскалы, вырезанные из каких-то старых футболок.
– Обалдеть! Ты и их сохранил! – радостно выдал Вадим.
– Такое на свалку не выбрасывают, – с улыбкой на лице ответил Захар.
Глава 1. Люди в волчьих масках
3 года спустя. Ливия. 17 апреля. 23:41 местного времени
Вряд ли Ливию можно было назвать тихим и спокойным государством. Возможно, у этого государства и был шанс стать мирным и культурным оплотом цивилизации. Но теперь, после полноценной кровавой революции, страна превратилась в самую настоящую пустошь. Политические деятели в стране были, но реальную власть явно представляли радикальные исламисты, наркоторговцы и вооружённые банды. Безусловно, об этом знала Организация Объединённых Наций. Но всё, на что были способны её представители, это устраивать «комедийные спектакли», обязательно под лозунгом: поможем народу Ливии обрести свободу. На самом же деле, страна умирала. Улицы были опустошены, мирное население боялось выходить из своих домов, стрельба в городах была уже нормой повседневной жизни. Однако, Ливия стала жирной линией соприкосновения интересов на карте мира. Россия видела перспективы мира в Ливии в том, что в будущем она может стать крупным рынком для Российской тяжёлой промышленности. США на некоторое время заняли нейтральную сторону в этом конфликте, хотя, скорее всего они заинтересованы в создании военных баз и добыче природных ресурсов. Турция чужими руками пытается возродить Османскую империю, но этому в Ливии ей противостоит Египет. В общем, настоящий политический хаос.
А гражданская война прошлась по городам Ливии опустошающим ураганом. Многие города лежали в руинах. Заводы, больницы, школы, целые городские кварталы – словно стаи саранчи опустошили места, где когда-то были мирные люди. Теперь же в этих местах господствовали экстремисты, имеющие наглость называть себя борцами за свободу. Вокруг каждого особо важного объекта в каком-либо захваченном городе была расставлена довольно сильная охрана. Оно и понятно, ведь бойцы противоборствующих группировок по-прежнему представляют опасность. Особое внимание было уделено почему-то железнодорожной станции в одном из захваченных городов.
Но сегодня ночью на одной из городских баз экстремистов охрана была усилена на максимум. Вместо обычных безмозглых подростков с ржавыми автоматами по периметру железнодорожной станции были расставлены ветераны кровавого передела Ливии. Это были беспощадные каратели, способные за идеологию застрелить даже ребенка, который нацепил национальную символику на футболку. Экипированы головорезы были в тактические бронежилеты и вооружены автоматами европейского производства, оснащенными специальными приспособлениями. Очевидно, они готовились к чему-то очень серьезному! Наверняка на железнодорожной станции сегодня произойдет важное событие!
Но это самое событие отнюдь не беспокоило двух спецов-экстремистов, патрулировавших обстрелянную улицу в районе густых зарослей кустарника. Они просто шли по своему маршруту, громко со смехом что-то обсуждая. Наверняка говорили о своих недавних совершенных пытках и убийствах, мол кто из них более изощренно издевался над мирными людьми. Чувствовали они себя более чем уверенно. Ну прямо настоящие хозяева людских судеб! Но вдруг их что-то смутило. Послышался странный шорох где-то в зарослях. Террористы на некоторое время остолбенели, пытаясь понять, что это было. Ветер? Вряд ли… Какие-нибудь животные? Здесь? Но откуда? Может, шутит кто-то из своих? Затем шорох повторился. Практически рядом! Бойцы тут же встрепенулись, судорожно схватившись за автоматы. В кустах явно кто-то скрывался!
– Эй, ты! – послышался чей-то хищный шепот, но уже позади!
Теперь позади! Черт! Да кто же это?! Исламисты взмокли за считанные секунды. С ними говорил кто-то, кто их видел, но кого они не видят!
– Глянь-ка сюда! – снова прозвучал этот жуткий шепот.
Уже не страх…. Ледяной ужас охватил двух охранников. И в душе эти двое не могли дать происходящему объяснения! Гордые «солдаты национального освобождения», отважные убийцы беззащитных людей охвачены ужасом из-за какого-то шепота?!
Один из патрульных медленно побрел вперед, держа наготове автомат. Шаг, снова шаг, еще один… Вот они, те заросли, откуда доносился шепот. Настал момент истины! Сейчас узнаем кто там… Но вдруг бойца остановил омерзительный хрип за его спиной. Он обернулся и увидел скривившегося напарника, а за его спиной черный человеческий силуэт. В руке силуэта была зажата рукоять ножа, серебристое лезвие которого вонзилось в горло бандиту. Захлебываясь под маской в собственной крови, бандит стал опускаться к земле. Охваченный паникой первый боец хотел было завопить, что есть сил. Но неведомая сила развернула его назад, а через секунду холодная сталь ножа пронзила и его горло. Кровь во рту зажурчала, не давая произнести ни звука, кроме как предсмертного хрипа. Жить осталось совсем немного, но перед смертью экстремист успел разглядеть лицо своего убийцы. Вроде бы, смерть уже пришла, чего еще бояться. Но в эти секунды еще больший ужас овладел телом погибающего врага! Убийца смотрел на свою жертву озлобленным взглядом сквозь желтые линзы своих очков, а нижняя часть лица была скрыта маской с изображением волчьей пасти! Словно не человек это и был! Волк, оборотень! И страшно экстремисту было не за себя, не за то, что смерти не избежать… Страшно стало за тех, кому еще доведется встать на пути у этих хищников.
Разделавшись с патрулем местных боевиков, Вадим и Захар стали прятать их тела, чтобы следующий проходящий здесь патруль не поднял тревогу. Тут же сквозь мелкое шипение по устройству радиосвязи зазвучал голос Марии:
– Волк 1 и 2, это Вожак, прячьте тела быстрее. К вам приближается воздушный патруль.
– Принято, Вожак, – ответил Вадим.
Братья схватили мертвецов и потащили их в заросли кустарника. Никакого эмоционального давления и каких-либо признаков отвращения. Вадим с братом делал теперь уже свою обычную работу. Спрятав тела убитых, Вадим и Захар сами укрылись в листве, держа наготове автоматы с глушителями. Через некоторое время послышалось отдаленное стрекотание вертолетного винта. Нагоняемый лопастями ветер дергал деревья за ветви, приводя лиственные заросли в движение. По земле скользнул белый луч прожектора, выискивающий следы присутствия незваных гостей. Вот уже луч «погладил» волчьи головы, но кустарник свое дело сделал – укрыл братьев от вражеского вертолета. Толстобрюхий Ми-8 с заполненными ракетами подкрылками медленно пролетел над позицией братьев-волков, оставив их без внимания. Удивительно, откуда местные оборванцы смогли достать себе вертушку! Торговцы оружием явно обеспечивали экстремистам хорошие поставки. Можно было облегченно вздохнуть, но не более того. Основная работа еще впереди.
– Вожак, я Волк 1, вертолет нас не заметил, продолжаем выполнение задания, – монотонно выговорил в приемо-передающее устройство Захар.
– Принято, Волк 1. У вас еще приличный запас времени. Представители НАТО достигнут вокзала через 20 минут. Они будут собираться на верхнем этаже здания вокзала. Будьте предельно осторожны.
– Вожак, я Волк 2, можете сохранять спокойствие. За нашу осторожность не беспокойтесь.
– Волк 2, я серьезно, ваша цель – только прослушивание переговоров и сбор данных. Никаких несанкционированных ликвидаций.
Сеанс радиосвязи завершился. Захар подозвал к себе брата жестом, после чего Вадим подкрался к нему. Пальцем Захар показал брату высокое полуразрушенное здание в темноте, с которого станция был как на ладони.
– Значит так, Вадик, мы двигаемся туда и оттуда ведем наблюдение. Лучше позиции не придумаешь. Даже вертушка нас там не заметит.
– Задание обещает быть коротким, – в голосе Вадима прослушивались ноты странной иронии.
– Будем надеяться…
– Но все равно мне это все не нравится. Зачем ГУ ГШ нужны эти записи переговоров НАТОвцев и местных бармалеев? Почему нельзя грохнуть всех разом и дело с концом?
– Хех, – Захар слегка усмехнулся, – Ну ты шпрот… Это называется стратегия. Нашим нужны явные доказательства причастности Запада к кризису в Ливии. Мы им предъявим доказательства, а там правительство уже пусть пытается уделать Америку с Европой под орех…
– А я бы все равно их всех грохнул! – еле слышно возмутился младший брат.
– Забей, – махнул рукой Захар, – аппаратуру не повредил?
– Блин, да что ж ты меня все обидеть так хочешь сегодня? – сквозь маску было видно, что Вадим лукаво улыбался, похлопывая рукой по тактическому рюкзаку за спиной.
– Молодцом, братишка. Ладно, залезаем в дом, записываем всю болтовню и валим отсюда нахрен.
– Звучит как план.
По сути, задание простое для Волков. И у людей в головах не было ни единой посторонней или дурной мысли, предельная концентрация на выполнении главной задачи, и только. Проще говоря – горячее сердце, холодная голова. Осталось дело за малым – добраться до нужного места. Главное не поднять тревогу. А это уже дело техники. Верно – техники. Захар включил миниатюрный монитор на запястье своей руки. Выглядел он почти как наручные часы. Вот только вместо стрелок циферблата был квадратный жидкокристаллический экран, на который передавалось четкое изображение местности с беспилотного самолета разведчика. Именно так – на высоте нескольких километров летел маленький беспилотный самолет-разведчик. Своего рода это был небольшой треугольный летательный аппарат с двигателем, размещённым в корпусе. Внешне ничего особенного. Но вот в функциональном плане машина была выше всяких похвал. В состав ее оборудования были включены: приборы ночного и инфракрасного наблюдения, системы распознавания голоса и лица, спутниковая связь.
В данную минуту беспилотник посылал на экран наручного монитора Захара инфракрасное изображение привокзальных улиц. Территория вокруг главного здания имела темные оттенки, зато патрули противника на мониторе обозначались ярким белым цветом. Это позволяло следить за противником и уклоняться от встречи с ним.
– Так.., – прошептал старший брат, – Два патруля впереди, отдаляются от нас в разные стороны.
– Словно дорожку нам расстилают, – высказал свое мнение Вадим, взглянув на свой монитор, – Теперь главное под прожектор вертушки не попасть.
– Оно и верно. Всё, давай за мной.
Пользуясь тем, что потрепанные городскими боями уличные фонари давали освещение ниже оценки «потянет с коньяком», братья двинулись к зданию. Покрывающие всё тело песчаные тактические костюмы тоже способствовали обеспечению маскировки. Хоть беспилотник и давал отличное изображение местности, рассчитывать всё равно было необходимо на своё острое зрение. За три последних года глаза Волков уже привыкли к темноте.
– Два патруля впереди, – прошептал Захар, просматривая свой монитор, – Первый в ста метрах от нас, второй в ста пятидесяти метрах…. Расходятся.
Вадим мельком взглянул на свой монитор, затем устремил взгляд вперед во тьму. Глаза уловили силуэты двух пар патрулей. Ближайший патруль уходил по улице направо, а второй уходил налево куда-то во двор.
– Улица свободна, – сделал заключение младший брат.
– Проходим прямо, пока они не вернулись.
Волки слегка ускорили темп. Оперативники двигались по затемнённым участкам улицы, держа пальцы на спусковых крючках автоматов с глушителями. Впереди пешие патрули, далеко позади пронеслась вертушка. А на вокзале по левую сторону находится база экстремистов, где наверняка наберется минимум полсотни обезумевших головорезов. Но братья по-прежнему были спокойны. Им приходится это делать не в первый раз.
Меньше чем за минуту Волки добрались до перекрестка, патруль исламистов в этот момент как раз находился на покорном удалении от них. Но даже с такого расстояния было отчетливо слышно, как они дико смеются над чем-то, попутно награждая друг друга подзатыльниками.
– Что-то им слишком весело там. Могу устранить их, – злобно прошипел сквозь волчью маску Вадим.
– Не дури, братишка, мы здесь не за этим…
– Ладно, я понял, никаких несанкционированных ликвидаций, – младший брат недовольно помотал головой.
Да, Вадим теперь всегда рвался в бой. Сейчас младший брат уже далеко не тот скромный студент, каким он был до того памятного плена в подсобке. Но, к счастью, он умел взять себя в руки, как бы злость не одолевала его. Старший брат хорошо натаскал его как в физическом, так и моральном плане. Программа подготовки далась Вадиму не очень-то сложно. Оно и понятно, ведь мотивация узнать причину гибели Отца заставляла всегда идти вперед, когда сил нет, и тебя практически втоптали в сырую землю. И дай только волю, и Вадим станет идеальной машиной войны. Младший брат не был таким расчетливым, терпеливым и хладнокровным, как Захар. Старший брат, безусловно, был мозгом «волчьего» дуэта. Но кулаком команды, её клинком однозначно стал теперь Вадим.
Здание было уже буквально в полусотне метров от позиции Волков. По сути, дело плевое – перебежать затемненный перекресток и войти внутрь. Но Захар в данной ситуации решил доверить дело технике.
– Вожак, я Волк-1, – Захар вышел на связь с Марией, – мне нужно, чтобы беспилотник облетел высотку перед нами. Мы займем там позицию.
– Принято, Волк-1, начинаю облет, – подтвердил координатор.
Высоко в небе беспилотный самолет слегка накренился на крыло и начал плавно заходить в поворот, сопровождая камерой тепловизора целевой здание. Вадим тут же стал внимательно смотреть на свой монитор. И что же у нас было здесь? Несколько источников тепла в районе второго этажа.
– Брат, четыре сигнала… Второй этаж… Пока не движутся, – прошептал Вадим.
– Обойти есть возможность?
– Не знаю, они внутри здания.
– Ладно, посмотрим по ходу движения. Давай внутрь.
Особого напряжения у Вадима с Захаром не было. Но известие о том, что в нужном им месте находятся нежданные гости, отнюдь не радовала. А Захара еще раздражала другая мысль: даже ночью на улице ни черта не прохладно! Вадим вида не показывал, но наверняка ему тоже было не сладко от душного воздуха. И вдруг тихий голос Вадима вновь нарушил тишину:
– И все-таки я не верю… Я ведь только недавно шкетом был.
– К чему ты это? – заинтересовался тихо бегущий впереди Захар.
– Тогда для меня вершиной технической мысли был аудио плеер… Ну тот, который кассеты проигрывал. А теперь мы видим людей сквозь стены по какой-то наручной хреновине!
– Ага, – согласился брат, – Тогда сотовый телефон только у Отца был. А сейчас чуть ли не у каждого айфон…
– Не гони, у меня его нет. Да и не нужен. Лишь пустая трата денег.
– Серьезно? Да ты не шкет, ты шпрот, хе-хе, – Захар любил так подшучивать над братом.
– Да пошел ты, дубина, – в голосе Вадима прозвучала ирония, совсем не обида. Младший брат знал, что старший всегда так шутит над ним.
Вальсируя между остовами сгоревших легковых автомобилей и воронками, братья нырнули в сгустившуюся тьму перед подъездом здания, которую навели ветви рухнувших на козырек входа деревьев. Прямо над песочным козырьком в здании зияла огромная дыра. Очевидно, в здание попал снаряд, пробил стену и раскурочил вход. Из этой дыры излучался тусклый рыжеватый свет, видимо огонь. А потом раздался громогласный гогот из того места, откуда было видно свечение. Теперь все ясно, та самая четверка сидела у костра, забыв и наплевав на правила несения караульной службы.
Захар жестом указал брату, что надо зайти внутрь, дабы правильно оценить ситуацию. Младший кивнул головой и плавно стал красться вперед, достав из набедренной кобуры пистолет с прибором беззвучной стрельбы и убрав автомат за рюкзак. Добравшись до самой двери, братья встали справа и слева от входа и просматривали углы крест-накрест. Ничего кроме развалин внутри не оказалось. Но доверяться первому предположению братья не стали. Захар вошел в здание первым, Вадим прикрывал его сзади. Внутри братьев встречал разрушенный лестничный пролёт. Вокруг были обломки, покрытые кирпичной пылью и копотью. Вместо лестницы на второй этаж в полу зияла лишь черная воронка, оставленная вероятно артиллерийским снарядом. А над головами братьев обрывалась площадка второго этажа, откуда огонь был виден уже ярче, нежели чем на улице. Братья быстро взглянули друг на друга. Вадим кивнул головой в сторону веселящихся охранников. А Захар кивнул в ответ головой. Волки готовились исполнить один из своих проверенных временем приемов.
Аккуратно прокравшись через груду обломков, стараясь не издавать ни звука, Захар прижался к стене, прямо под площадкой второго этажа. Вадим подобрался к брату, после чего старший сложил руки так, чтобы Вадим мог поставить на них свою ногу. Схема, по сути, простая: Захар поднимает Вадима наверх, а тот уже действует по обстоятельствам. Одной ногой младший оперся на руку, другой на колено, руками Вадим взял брата за плечи.
«Вроде бы шпрот, а ведь тяжелый, зараза!» – думал про себя Захар, медленно поднимая младшего брата выше.
Отпустив плечи Захара, Вадим стал опираться о стену, чтобы не соскочить. На уровне глаз уже находилась площадка нужного этажа. Вадим дал ладонью знак «помедленней». И вот взгляд Вадима уже был устремлен на четверку экстремистов, сидящих у костра в бочке. Они сидели на ящиках с боеприпасами, пили местный чай из жестяных кружек и о чем-то громко и радостно беседовали. Да, именно эти люди готовились встречать представителей НАТО на вокзале… Разумеется, Волки были в этаком недоумении. Братьев инструктировали, что вокзал будут охранять элитные подразделения экстремистов. Серьезно? Это сказано про этих четверых, или про тех уже мертвых патрульных в кустах? Уж Вадим с Захаром точно знали, чем может обернуться халатное отношение к своему делу. И братья таких ошибок не прощали ни себе, ни кому-либо еще. Жестом руки Вадим показал брату, что готов действовать. Захар в ответ согласно кивнул. Через несколько секунд, младший волк медленными и аккуратными движениями перевел автомат в боевое положение. Прислонившись локтями к оборванному снарядом краю лестничной площадки, попутно переключив режим огня автомата на автоматический, боец взял в прицел скопление противника. Все происходило тихо, никто из расслабившихся националистов даже не знал о присутствии прямо у них под носом Волков… Серия еле уловимых для слуха хлопков приостановила безудержное и бессмысленное веселье. Несколько автоматных очередей было более чем достаточно, чтобы заставить всех сидящих у костра замолчать. Никто даже не успел понять в чем дело. Теперь у костра остались только четверо убитых. Минимум шума, никакой суеты.
– Четко! – прошептал Вадим брату внизу, – Поднимай.
Резким толчком старший брат поднял Вадима наверх. Боец вскарабкался на площадку, затем обернулся, лег на холодное бетонное покрытие и протянул руку старшему брату. Взяв напарника за руку, он вытянул Захара наверх. Старший волк оперся руками о край и завершил восхождение.
– Волки, прием, – Мария снова вышла на связь, – Я потеряла из виду ту четверку в здании…
– Все в порядке, Вожак, – ответил Захар, – Угроза устранена.
– Уж простите, – Вадим снова иронизировал, – без несанкционированных ликвидаций не обошлось.
– Волки, давайте там полегче, – недовольно ответила Мария, – до прибытия представителей НАТО 12 минут.
– Принято, Вожак. Волк-1, до связи.
Камеры беспилотника теперь показывали активность только на самой станции, плюс с воздуха вертушка по-прежнему выискивала добычу. А Волки тем временем уже двигались по лестничным маршам на самый верх. Каким-то чудом, хотя бы со второго этажа по последний лестницы остались целы. Братья воспользовались этим. На всякий случай они проверяли вражескую активность на каждой площадке. Но там уже было все спокойно. Если подумать, то если бы та «веселая» четверка действительно охраняла здание, то проникновение в здание могло бы стать для оперативников серьезным препятствием. Но что произошло уже не изменить. Охранники мертвы. Они оставили здание без охраны, а тем самым образовали брешь, ведущую прямиком к вокзалу.
Захар с Вадимом оказались на верхнем этаже, как раз в той квартире, откуда было прекрасно видно всю железнодорожную станцию. Возникало такое чувство, что эта квартира все еще была наполнена жизнью, просто кто-то давно здесь не убирался. В поле зрения попадали раскиданные вещи из гардероба, на полу лежали вещи из постоянного обихода, кое-где встречались детские игрушки. Однако, о реалиях произошедших здесь событий свидетельствовали обломки, следы от пуль и осколков, запах гари и сажа на разодранных стенах. Грустное зрелище.
– Блин, Захар, мне это напоминает нашу первую квартиру… Такой же хаос, – проговорил Вадим с какой-то непонятной интонацией. То ли он иронизировал, то ли его охватила печаль. Непонятно.
– Шпрот, тебе тогда едва год был, ты не можешь этого помнить, – ответил Захар.
– Не, обрывочно я что-то помню, да и по фоткам старым тоже вспоминаю, – Вадим усмехнулся, – А я ведь помню папин Москвич-412 алого цвета.
– Ничего себе ты вспомнил! – тихо удивился старший брат.
– Ну вот, дубина, хе-хе. А ты говоришь, что я не могу это помнить.
– Ладно, забей.
Миновав прихожую и, судя по всему, гостиную комнату, братья оказались посреди черных развалин, явно оставленных реактивных снарядом. По логике, это была детская комната. Об этом свидетельствовали обгоревшие обломки игрушек на полк. Упавшая прямиком сюда ракета камня на камне не оставила.
– Господи, надеюсь, что детей в этой комнате не было во время обстрела, – Захар явно был шокирован.
– Ну и скажи мне, как после такого не сорваться на этих отморозков, – гневно прошептал Вадим, – Ладно, размещаемся здесь.
Позиция для наблюдения была выбрана правильно. Железнодорожная станция была вся, как на ладони. Посередине широкого пространства было видно небольшое двухэтажное здание, потрепанное пулями и снарядами. Это было главное здание вокзала. Справа от него Волки отчетливо видели вагонное депо, которое, судя по всему, использовалось в качестве топливного склада. Об этом свидетельствовала плотная расстановка вагонов-цистерн по всему железнодорожному полотну. А слева на бывшей автостоянке вражеские силовики разместили парк бронетехники. Охрана объекта на самой станции была действительно серьезная. Даже Вадим это заметил через увеличение оптики на своем автомате:
– Шестеро часовых на стоянке. Десять человек патрулируют вокруг здания вокзала, два наблюдателя на крыше… Так-с… Еще десять человек в депо, патрулируют… Вижу поезд на платформе. Внутри явно резервные группы.
– Да уж, – согласился Захар, разглядывая объект через бинокль, – Это явно не те дешевые отморозки, которых мы только что положили. Да и вооружены вроде недурно…
– Ага, последние модификации «Калаша» со всеми необходимыми обвесами.
– К черту все это. Готовь винтовку и микрофон.
– Понял тебя, сейчас сделаю.
Вадим залег на пол, снял с себя рюкзак и достал из него детали разобранной крупнокалиберной винтовки. Захар поспособствовал брату в сборе тяжелого оружия. Через полминуты тяжелая снайперская винтовка КСВК была поставлена на сошки и готова к ведению огня.
– Волки, напоминаю, у вас десять минут до начала встречи, – сообщила Мария.
– Принято, Вожак, мы уже на позиции, – ответил Захар, после чего он повернулся к Вадиму, – Как там микрофон?
Вадим же потянулся в карман разгрузочного жилета и достал оттуда небольшой пластиковый чехол.
– Высокочувствительный микрофон в целости и сохранности, желает «погреть уши».., – усмехнулся Вадим.
– Чего? – недоуменно произнес Захар.
– Как чего? Готов к работе микрофон, вот чего.
– Вот ведь шпрот.
– Дубина.
Вадим положил чехол перед собой, снял пластиковую крышку и достал из него… патрон калибра 14,7. С первого взгляда толком ничего не поймешь, но этот патрон и был микрофоном. То есть вместо свинцовой пули в гильзу было вмонтировано миниатюрное звукозаписывающее устройство, облаченное в противоударный корпус. При выстреле микрофон летел как обычная пуля. Но при ударе о твердую поверхность корпус частично впивался в твердый объект, частично рассыпался. Проще говоря, головная часть «пули» служила фиксатором, а ее тыльная часть рассыпалась и высвобождала микрофон из-под корпуса. Дико, но весьма эффективно. За последние три года братья Ериковы использовали это чудо техники столь часто, что они уже сбились со счета. Но надо признать, что стоило это устройство дорого, можно даже сравнить с некоторыми моделями сверхзвуковых боевых самолетов!
Отведя рукоятку скользящего затвора назад, Вадим вложил пулю в ствол оружия. Резкое движение рукой, приятный на слух щелчок, и винтовка была заряжена.
– Если что, то обычные патроны у меня с собой, – снова Вадим улыбался сквозь маску.
– Дай угадаю, у тебя наверно и штурмовые крюки с собой, – Захар тоже лукаво улыбнулся сквозь «челюсти» снежного волка.
– Хех, обижаешь. Мало ли, пригодятся. А ведь с ними можно было в здание вокзала попасть спокойно, – Вадим кивнул головой в сторону железнодорожной станции.
– Вот ведь шпрот. Мы прос-лу-ши-ва-ем. Усёк?
– Никаких несанкционированных ликвидаций, усёк, – снова улыбнулся младший из Волков.
А ведь Вадим был прав. Лежащий у него в рюкзаке сложенный арбалет с крюком и тросом позволял сделать отличный прицельный выстрел. Стрела с крюком вылетает, цепляется за какой-нибудь выступ, а далее натягивается трос и по нему боец скатывается под углом вниз. А дальше… Используя фактор внезапности, оперативник влетает в здание, предположительно в окно, и быстро ликвидирует ошеломленных противников. Методика экстремальная. Кому-то покажется, что такое возможно только в кино. Но вот Вадим мог доказать любому человеку, что этот способ нападения реален и весьма эффективен.
Минуты ожидания оказались для братьев совсем не томными. И вот наконец-то справа на дороге засияли фары четырех армейских внедорожников. Это были до бензина голодные «Хаммеры» американского производства, один из них был оснащен тяжелым пулеметом Браунинга. Ехала колонна довольно быстро. Наверняка для того, чтобы не попадать в поле зрения посторонних наблюдателей.
– А вот наши представители, мать их, – выцедил Захар.
– Ага, вижу их, – подтвердил Вадим.
Вадим внимательно просматривал колонну, стараясь лучше разглядеть пассажиров внутри автомобилей. Захар тем временем достал из заднего подсумка разгрузки и уже раскрывал короб устройства приема и записи звука, на которое будут передаваться все звуковые сигнатуры от микрофона. Это было своего рода военизированное подобие мелкого ноутбука с торчащей справа высокочувствительной антенной. После включения устройства, на экране высветилась надпись «поиск устройства». Осталось лишь установить микрофон, это уже дело Вадима.
А колонна тем временем остановилась прямо перед центральным входом в здание вокзала. Автомобили встали в хаотичном порядке, из них вылезли люди в пустынном пиксельном камуфляже, который получил широкое распространение в подразделениях НАТО. Вышли эти люди, так сказать, по-американски: гордая походка, едва ли не с киношным эффектом замедления времени, плюс сверлящий всё и всех суровый взгляд. Из здания к ним навстречу пингвиньей походкой вышел коротышка с черной бородкой, прической в стиле Ленина, в изношенной форме и с разгрузочным жилетом на брюхе. Вадим сразу же возмущенно помотал головой, при этом прошептав:
– Тоже мне, рожденные для войны, чтоб их, – после короткого, но в целом верного умозаключения, младший волк стал внимательней рассматривать натовскую делегацию, – Пять…. Восемь…. Одиннадцать человек в общей сумме.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?