Текст книги "Земля смерти"
![](/books_files/covers/thumbs_240/zemlya-smerti-2178.jpg)
Автор книги: Дэвид Вебер
Жанр: Зарубежная фантастика, Фантастика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 44 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Эскадрилья за эскадрильей истребители бросались в атаку, возвращались на авианосцы, пополняли боезапас и снова атаковали. Очень скоро они обнаружили, что противник может применять против них плазменное оружие, и все же не могли оставаться за пределами его досягаемости. На вражеских сверхдредноутах была слишком мощная противоракетная оборона, чтобы ракеты FM2 могли сквозь нее пробиться. Поэтому истребителям оставалось только пытаться проскользнуть почти вплотную к кораблям противника, прямо в потоки смертоносной плазмы, чтобы нанести по ним удар ракетами FRAM, которые не успела бы сбить никакая противоракетная оборона.
Так пилоты и делали. Снова и снова!
Теллер наблюдал за происходящим с флагманского мостика «Кудесника». Он испытывал одновременно горечь и гордость, видя, как мужественные молодые ребята гибнут, жертвуя жизнью ради любых повреждений кораблям противника, на борту которых находились существа, которых они не могли себе даже представить. Противник казался им воплощением безликого, необъяснимого, примитивного зла.
Когда Теллер думал о количестве сбитых истребителей, ему становилось плохо. Еще хуже ему было оттого, что он не смог предотвратить уничтожение последних линкоров землян. Героическое самопожертвование Вильерса казалось совершенно бессмысленным, никак не повлиявшим на исход сражения актом.
Неприятнее всего было то, что противник не стал отклоняться от выбранного курса ради преследования авианосцев и линейных крейсеров. Как чудовищные насекомые, вражеские корабли неумолимо стремились к светилу, излучавшему тепло, в лучах которого распустилась жизнь.
– На этом курсе они будут постепенно от нас удаляться, – заметила Санторелли.
– Сам вижу! – зло ответил Теллер, но тут же мысленно обругал себя за то, что срывает бессильную ярость на подчиненном. – Придется следовать за ними. В противном случае они отдалятся от нас настолько, что истребители их не достанут… Но нельзя приближаться к ним на дальность ракетного огня.
Казалось, Теллер принял какое-то важное решение. Он повернулся к начальнику оперативного отдела штаба:
– Коммандер де Лаура! Отправьте приказ на все авианосцы. Истребители должны рассредоточить свои атаки!
– Рассредоточить?
– Вот именно! Теперь пилоты не должны стараться все вместе уничтожить ту или иную цель. Пусть повредят как можно больше кораблей, чтобы вынудить их снизить скорость! – Он едва заметно улыбнулся. – Я понимаю, что пилотов учили не этому. Да и вообще это будет им не по душе, ведь они счастливы только тогда, когда корабли разлетаются под их ударами на куски… Но я уже говорил: наша задача – выиграть время!
– Они все поймут! – Де Лаура сама когда-то была пилотом космического истребителя… Мгновение спустя она начала отдавать четкие приказы.
Теллер залюбовался казавшейся невероятно спокойной бело-голубой планетой Эребор-А-2, над которой дрейфовал его корабль. Вместе с тем он прекрасно понимал, насколько обманчиво это внешнее спокойствие. Экраны показывали бесконечные очереди мирных жителей, медленно продвигавшихся к космическим челнокам.
По крайней мере все протекает спокойно. Слишком спокойно! Даже детишки продвигались в очередях тихо, прижимая к груди любимые игрушки. На их лицах было написано не больше удивления, чем на лицах их родителей.
Теллер сочувствовал им всем сердцем. Вряд ли он ужаснулся бы больше, если бы экраны внезапно показали жертвы, ведомые на заклание к окровавленному алтарю, или евреев, толпящихся перед входом в замаскированные под душевые газовые камеры. Кто бы мог подумать, что нечто подобное повторится?! В этом было что-то нереальное.
Намного реальнее было лицо Августина Райхмана на экране одного из мониторов связи. Обычно этот дородный человек был воплощением уверенности и оптимизма. Теперь его осунувшееся лицо могло сказать Теллеру намного больше, чем вид тысяч неизвестных ему людей.
– Джексон! Мне нужно еще время! Я могу снять с этой планеты все население! На моих кораблях хватит места! – Райхман перевел дух. – Прости! Я понимаю, что вы и так сделали все возможное, чтобы задержать их, но… Послушай, может, мы сможем ускорить погрузку, если отправим на помощь добровольцев?
Теллер медленно покачал головой. Он задержал противника, но, вспоминая, что потерял при этом восемьдесят пять процентов истребителей, не испытывал от этой мысли ни малейшего удовлетворения. Впрочем, двести с лишним пилотов, погибших вместе со ста двадцатью семью машинами – гораздо больше, чем рассчитывал Теллер, – задержали противника, которому пришлось лететь медленнее, чтобы поврежденные корабли не отстали. Линейные крейсера и авианосцы контр-адмирала описали вокруг вражеских кораблей большую дугу, оставаясь за пределами досягаемости их ракет, и приблизились к планете, где Райхман погрузил уже две трети колонистов на борт своих транспортов и на челноки, сновавшие между планетой и кораблями.
Но враг медленно приближался. В распоряжении Теллера было четыре линейных крейсера, десять легких авианосцев почти без истребителей на борту и тринадцать легких единиц, включая эскортные корабли Райхмана. Сложившаяся ситуация напоминала ночной кошмар.
Джексон Теллер никогда не считал себя особо храбрым человеком. Порой он даже сомневался в собственном мужестве и давно сознательно разыскивал ситуации, в которых смог бы принести свою жизнь в жертву на алтарь долга. Он был добросовестным офицером и хотел быть уверенным в том, что, когда от него потребуется то, что люди называют отвагой, он сможет опереться на какое-нибудь другое из своих качеств. Адмирал полагал, что знает в лицо все свои страхи и умеет преодолевать их.
Теперь Теллер понял, как мало знаком с настоящим страхом. Ведь он с удовольствием пожертвовал бы жизнью, лишь бы избежать решения, которое ему предстояло принять.
Он снова покачал головой:
– Нет, Августин! У меня осталось только двадцать три истребителя и почти нет боеприпасов… Как только эти… существа поймут, что здесь идет эвакуация, они бросят сюда полным ходом все свои суда. Наверняка они понимают, что я не смогу оказать им даже символического сопротивления. Конечно, корабли у них тихоходные, но и твои транспорты не быстрее… Если ты не вылетишь отсюда загодя, ты не спасешь никого…– Теллер набрал побольше воздуха в грудь и выпалил: – Мы должны вылетать в К-45, как только ты соберешь все свои челноки. Прикажи тем, что находятся на космодроме, немедленно взлетать.
Круглое лицо Райхмана побелело.
– Только не это! На планете осталась добрая треть на селения. Мы же не можем!…
Теллер не узнал собственный голос:
– Немедленно прекратить эвакуацию, коммодор! И приготовиться к вылету! Это приказ! Если хотите, вам доставят его в письменном виде!
Несколько мгновений казалось, что Райхман вот-вот скажет нечто такое, что никто еще не слышал от офицера ВКФ. Потом он обмяк.
– В этом нет необходимости, господин адмирал, – уныло сказал он.
Теллер отвернулся, потому что не мог больше видеть лицо Райхмана. А еще меньше он хотел смотреть на экраны, изображавшие толпу, которой только что объявили, что больше на борт никого не возьмут.
– Коммандер де Лаура!
– Слушаю, господин адмирал.
– Прикажите связистам и механикам установить цепочку коммуникационных буев вплоть до узла, ведущего в К-45. Кроме того, свяжите меня с тем, кто командует внизу на планете…
Теллер не смотрел на де Лауру. Он прислушивался к негромкому, но душераздирающему вою, доносившемуся из динамиков, – толпа явно реагировала на услышанное объявление.
– Я хочу, – тихо сказал он, – чтобы станции на планете продолжали трансляцию как можно дольше. Они должны показать нам, что это за существа и что они будут делать после высадки.
Глава 6
«Мы должны задержать этих тварей!»
– Господа офицеры!
Ванесса Муракума вошла в главную штабную рубку корабля ВКФ Земной Федерации «Кобра» в сопровождении Лероя Маккены, Линг Чан и Марка Леблана и взглянула на собравшихся командиров космических эскадрилий глазами, пылавшими, как лазеры ракетного наведения. Смуглый капитан Леблан не заботился о восстановлении волосяного покрова над лысеющим лбом. Даже Ванесса не понимала, отчего он не имплантирует себе волосы – потому, что слишком занят, чтобы думать о таких пустяках, или потому, что щеголяет своими залысинами. Впрочем, он отпустил аккуратно подстриженную бороду – верную помощницу офицера разведки, скрывающую выражение лица. Разглядывая мрачные и напряженные лица своих офицеров, Ванесса подумала, что Леблану сегодня особенно пригодится его борода. У нее самой было невозмутимое, почти спокойное лицо. Впрочем, никто не догадывался, чего ей стоило не терять самообладания.
Она пересекла рубку и заняла место во главе стола. Офицеры штаба встали за тремя стульями по правую и левую руку от нее.
– Дамы и господа, прошу садиться! – Голос Ванессы был таким же спокойным, как и выражение лица. Послышался звук отодвигаемых стульев, и ее подчиненные сели. Ванесса положила свою изящную руку на стол.
Никто из присутствующих еще не видел официального сообщения о сражении в Эреборе, но по лицам было понятно, что некоторые слухи до них уже докатились.
– Перейдем к делу, – сказала она. – Противник захватил Эребор.
Кто– то втянул воздух сквозь сжатые зубы, услышав подтверждение своих самых худших опасений.
– Мы предполагали, что так и произойдет, но не рассчитывали, что при этом будут уничтожены все тяжелые корабли адмирала Вильерса.
Казалось, собравшиеся за столом получили удар электрическим током. Ванесса продолжала говорить деланно спокойным голосом:
– Капитан Леблан и коммандер Линг Чан сообщат вам все самые последние подробности, но я хочу, чтобы вы полностью отдавали себе отчет в том, что вытекает из случившегося.
На несколько секунд она замолчала, чтобы присутствующие приготовились к самому страшному, а потом продолжила все тем же ровным голосом:
– В соответствии с подписанными договорами о взаимопомощи, федеральное правительство обратилось к Орионскому Ханству и Ассоциации скопления Змееносца. Оба наших союзника уже начали передислокацию, но их корабли, так же как и основная масса наших боевых кораблей, доберутся сюда только через много недель. Короче говоря, сейчас нам придется полагаться только на свои силы. Времени у нас мало. Как вам известно, согласно первоначальному приказу мы должны были оставаться в Сарасоте в качестве резерва адмирала Вильерса и выдвинуться вперед только после прибытия подкрепления. Ситуация изменилась. Мы должны немедленно вылететь в беззвездную систему К-45 для прикрытия эвакуации населения из Мира Мерривезер. Судя по всему, пройдет еще два, а то и три месяца, прежде чем у нас будет достаточно сил, чтобы пытаться остановить противника. Пока мы можем только задержать его и обязаны это сделать. Приказ командующего Аврам совершенно ясен: мы должны выиграть как можно больше времени для эвакуации населения Миров Мерривезер и Юстина, избегая при этом больших потерь. Кроме нас, других сил у ВКФ Земной Федерации в этом районе нет. Если мы позволим себя уничтожить, движущегося к нам подкрепления окажется недостаточно, чтобы помешать противнику захватить Ромул, а может, и Белькасу. А до прибытия других кораблей пройдет не меньше двух месяцев. Из этого вытекает, – Ванесса повернула голову и окинула собравшихся бесстрастным взглядом, – что при угрозе уничтожения наших кораблей мы будем отступать даже из густонаселенных миров еще до полной эвакуации их населения. Сидевшие вокруг стола офицеры зашевелились, словно намереваясь зароптать, но Ванесса пригвоздила их к месту взглядом темно-зеленых глаз. Все собравшиеся прекрасно знали, что Военно-космический флот Земной Федерации скорее погибнет, чем бросит на произвол судьбы мирных жителей. Это был не приказ командования; личный состав ВКФ так заставляли поступать долг, честь и совесть… И все же все понимали, что Ванесса права.
– Ну что ж! – Ванесса придвинулась поближе к столу, положила на него обе руки и посмотрела на начальника оперативного отдела штаба. – Прошу вас, коммандер Линг Чан.
Линг Чан была самой младшей по званию среди присутствующих офицеров, но окинула решительным взглядом темных глаз сидевших вокруг адмиралов, коммодоров и капитанов и включила компьютерный терминал.
– Мы получили от адмирала Теллера исчерпывающие сведения, – начала она. – Большинство его эскортных кораблей и авианосцев уцелело, но потери истребителей катастрофические. В начале сражения у него было сто сорок девять истребителей, а в конце – только двадцать три.
При этих словах заместитель Муракумы контр-адмирал Вальдек вздрогнул, но Линг Чан продолжала самым бесстрастным тоном, на какой была только способна:
– Радует то, что пока не отмечено применения противником космических истребителей, стратегических ракет беспилотных носителей этих ракет и боеголовок с антивеществом второго поколения. Благодаря тому, что наши корабли в сражении объединяет более совершенная информационная сеть, мы по-прежнему обладаем огромным преимуществом в бою на дальней дистанции. Когда мы по числу кораблей сравняемся с противником, он тут же будет остановлен. Сейчас, по оценкам экспертов, общий тоннаж уничтоженных вражеских кораблей в четыре раза превышает наши потери по этому параметру, но противник продолжает наступать. Капитан Леблан, – Линг Чан кивнула на прибывшего с ней офицера разведки, – изложит свои соображения на эту тему, но меня больше волнует, как это обстоятельство влияет на сложившуюся оперативную обстановку, а не мотивы, движущие противником.
Она посмотрела на экран монитора и снова подняла глаза.
– Нас тревожит то, что противник применил до сих пор неизвестный тактический прием и обладает новым типом оружия, из-за которых и погибли тяжелые корабли адмирала Вильерса. Не имея беспилотных носителей стратегических ракет, противник изобрел свой метод штурма узлов пространства: одновременный провод сквозь него значительного количества кораблей. Мы с капитаном Лебланом все еще анализируем имеющиеся данные, но уже ясно, что у противника имеется тип кораблей, специально предназначенных для массированного прохода сквозь узел пространства, чтобы проложить путь тяжелым кораблям. Разумеется, многие из них гибнут в результате совмещения, но таким путем противник может мгновенно бросить на нас множество кораблей, обладающих значительной огневой мощью.
58– я ударная группа этого не ожидала. Оценив происшедшее, адмирал Вильерс счел, что ему остается только идти на сближение с противником, что он и сделал… лишь для того, чтобы убедиться в наличии у него нового оружия. За неимением более подходящего названия, мы пока именуем его «плазменной пушкой». Наши эксперты еще не понимают, как можно создать поле, удерживающее в себе плазму, но, по их мнению, эта пушка должна быть менее дальнобойной, чем обычные энергоизлучатели. Тем не менее она обладает огромной разрушительной силой и, судя по предполагаемому количеству таких пушек на борту одного сверхдредноута, намного легче нашего энергетического оружия. Сейчас мы разрабатываем методы борьбы с кораблями, вооруженными такими пушками. К сожалению, они сочетают в себе наиболее разрушительные характеристики сверхскоростных ракет и энергетического оружия: на дальности своего действия они бьют очень точно, вызывают огромные разрушения, а скорость плазменных снарядов слишком велика, чтобы противоракетная оборона могла пытаться уничтожить их в полете. В настоящий момент мы просто советуем держаться за пределами досягаемости этих пушек.
Линг Чан на мгновение замолчала, взглянула на экран монитора и оглядела собравшихся.
– Я готова передать присланные адмиралом Теллером данные вам и вашим штабам. Сама же я продолжу их анализ вместе с моими помощниками. Прибыв в К-45, мы обсудим их гораздо подробнее, и мне очень хочется, чтобы к этому времени вы поделились со мной возникшими у вас соображениями.
Линг Чан села, а Ванесса взглянула на сидевшего по левую руку от нее капитана Леблана:
– Прошу вас, капитан!
– Господа офицеры, – невесело усмехнувшись, сказал только что прибывший офицер разведки, – происходящее напоминает скверный роман.
Некоторые офицеры, к собственному удивлению, хрипло рассмеялись. Даже Ванесса едва заметно улыбнулась, но Леблан тут же подался вперед и окинул собравшихся очень хмурым взглядом глубоко посаженных карих глаз.
– Противник не хуже нас понимает, что в целом техническое преимущество на нашей стороне. Как только что отметила коммандер Линг Чан, его потери в несколько раз превышают наши, и ситуация вряд ли изменится. Тем не менее противник по-прежнему бросает в бой все новые и новые сверхдредноуты, а теперь применил доселе неизвестный класс штурмовых космических кораблей. Откровенно говоря, я не думал, что человечество когда-нибудь действительно встретит орглонов, но наш нынешний противник очень на них похож. Пока нам не удалось изучить обломки кораблей или базы данных противника, мы не можем судить об особенностях его психологии. Все наши выводы опираются только на его тактические приемы, и эти выводы неутешительны.
В штабной рубке воцарилось гробовое молчание, а Леблан откинулся на спинку стула.
– Сначала поговорим о том, что должно беспокоить нас в первую очередь: противник намного меньше нас считается с потерями. Полагаю, ни один адмирал ВКФ Земной Федерации не стал бы упорно наступать, потеряв такое количество кораблей и не причинив противнику сопоставимого урона. Не говоря уже об ударе по боевому духу личного состава, у него просто кончились бы тяжелые корабли. Полагаю, что упомянутая особенность поведения противника показывает, насколько мы близки к одной из его важнейших звездных систем, а может, и к центральной звездной системе. Не сомневаюсь, что в случае непосредственной угрозы Солнечной системе ВКФ Земной Федерации тоже не стал бы считаться с потерями, пытаясь оттеснить от нее противника. Не исключено, что эти существа наступают так упорно, чтобы отогнать нас как можно дальше от своего дома. Этот вывод напрашивается сам собой, но я не считаю его верным. Точнее сказать, вторая особенность поведения противника заставляет меня предположить, что этот вывод верен не до конца.
– Какая вторая особенность? – негромко спросил Вальдек.
– Прежде чем открыть огонь, эти существа не попытались вступить в контакт с коммодором Брауном. Даже ригельцы не приступили к широкомасштабным боевым действиям против Земной Федерации, не попробовав сначала хотя бы прощупать, что мы собой представляем. Эти же существа просто начали стрелять. По нашим собственным меркам и по меркам цивилизаций, которые до сих пор встречались на нашем пути, такое поведение просто безумно. А неспособность понять мотивы поступков противника крайне затрудняет предсказание его дальнейших действий. Поэтому специалистам по экзотическим существам надо попотеть, но все-таки разобраться в психологии этих существ. А пока сам собой напрашивается вывод о том, что их стратегия объясняется не стремлением защитить какую-то очень важную для них звездную систему, а просто их природной агрессивностью.
Весьма примечательны в этом отношении их штурмовые корабли. Вы только подумайте! Много лет назад адмирал Муракума сама говорила мне, что разумные существа не станут жертвовать сотнями тяжелых кораблей, штурмуя в лоб несколько защищенных узлов пространства подряд. Так берут лишь чрезвычайно важные узлы пространства, которые не захватить другим способом. Простая арифметика не позволит постоянно идти на штурм таким способом. Для постройки сверхдредноута требуется почти два земных года. А ведь еще надо подготовить команду для такого огромного корабля! Никто не может позволить себе бессмысленно обрекать на верную гибель плоды такого огромного труда.
Противник же вроде бы придумал менее дорогостоящий, с его точки зрения, метод. Пока мы не можем это доказать, но результаты предварительного анализа коммандера Линг Чан совпадают с моими: корабли, которые эти существа одновременно посылают сквозь узлы пространства, построены специально с этой целью. Конечно, пока мы почти ничего не знаем о психологии противника, но он очень убедительно продемонстрировал свою готовность жертвовать большим количеством быстрых в постройке легких единиц, чтобы расчистить путь своим тяжелым кораблям. Мне лично кажется, что это предвещает использование тактики камикадзе на ригельский или фиванский манер. Так что будьте бдительны!
И наконец, потери в тяжелых кораблях, на которые готовы идти эти существа, позволяют предположить, что они обладают промышленным потенциалом по меньшей мере таким же мощным, как и наш собственный.
Кто– то недоверчиво фыркнул, и Леблан мрачно усмехнулся:
– Я понимаю: мы привыкли считать, что в известной части Галактики наш промышленный потенциал не превзойден. До сих пор у нас не было оснований в этом сомневаться, но смогли бы мы пожертвовать таким количеством сверхдредноутов, чтобы захватить даже не коренные системы, а лишь несколько второстепенных колоний? Позвольте еще раз подчеркнуть, что даже самому свирепому противнику надо восполнять потери в кораблях. Более того, он наверняка понимает, что пока не сталкивался с нашими еще не передислоцированными главными силами и что в будущем мы сможем выставить против него гораздо больше кораблей, чем сейчас. В подобной ситуации мы стали бы прощупывать силы противника наименее ценными кораблями. Мы не стали бы жертвовать своими мобильными силами ради ударов, после которых нам нечем было бы отбивать контратаки. Хотя ни в коем случае нельзя думать, что логика этих существ подобна нашей, вряд ли мы рассуждаем настолько по-разному. Следовательно, нынешние потери для них приемлемы. Значит, у них огромное количество тяжелых кораблей и, безусловно, имеется колоссальный промышленный потенциал для их постройки.
Леблан пожал плечами, и многие из офицеров, сидевших с мрачными лицами вокруг стола, побледнели. Конечно, их и раньше беспокоило пренебрежительное отношение противника к собственным потерям, но Земную Федерацию как ее собственные граждане, так и представители иных рас считали наиболее развитой цивилизацией в истории Галактики, и очень немногим ее военным уже приходило в голову то, о чем только что заявил Леблан: оказывается, может существовать еще более мощная промышленность, чем у землян!
Ванесса подождала несколько секунд, чтобы офицеры как следует обдумали услышанное, и откашлялась.
– Мы не знаем, прав ли капитан Леблан, но сейчас лучше переоценить противника, чем недооценить его. Предложенные вашему вниманию выводы могут быть правильными или ошибочными, но наша задача от этого не меняется. Мы должны задержать этих существ до подхода главных сил Ударного флота.
Собравшиеся закивали, и Ванесса едва заметно невесело усмехнулась.
– Ну вот и отлично. Пока у нас вроде бы есть кое-какое техническое преимущество, так что давайте подумаем, как его лучше использовать. На экранах ваших мониторов сейчас появится анализ сражения в Эреборе, проделанный коммандером Линг Чан. У вас есть пятнадцать-двадцать минут, чтобы с ним ознакомиться, а потом, – закончила Ванесса, усмехнувшись еще более нерадостно, – я выслушаю ваши соображения.
Ванесса Муракума сидела в своей роскошной каюте, рассеянно разглядывая дисплей. Беззвездная система К-45 представляла собой бесплодную область космоса, в которую выходили три узла пространства. Сейчас в этой пустоте дрейфовала «Кобра», за которой выстроились остальные корабли 59-й ударной группы. Их было немало: двадцать линейных крейсеров, двенадцать линкоров и столько же легких авианосцев с кораблями эскорта. Ванесса подумала, что любой адмирал на ее месте гордился бы тем, что командует таким внушительным соединением, но ей самой было не до приятных мыслей. Всю жизнь она упорно трудилась ради того, чтобы в один прекрасный день в ее руках сосредоточилась такая власть. Теперь она ее получила. Но – вот беда – вместе с властью она получила и ответственность за такие трудные решения, что не могла не томиться мучительным желанием передать эту власть любому, кто согласится ее взять.
Ванесса выключила дисплей, и светящиеся точки, обозначавшие корабли с тысячами людей, готовых пойти на смерть по ее приказу, пропали. Она посмотрела на лежащую на столе дискету с видеозаписью и невольно поежилась. Еще несколько мгновений она смотрела на диск, борясь с подступающей к горлу дурнотой, но тут у входа в каюту прозвучал звуковой сигнал, и Ванесса с трудом подняла глаза.
Стараясь выглядеть бодрой, Ванесса расправила плечи и нажала кнопку. Люк отворился, и в каюту вошли офицеры, которых она пригласила к себе. Первым шел контр-адмирал Теллер. За ним следовали Демосфен Вальдек, Лерой Маккена и Марк Леблан. Она жестом пригласила их садиться в удобные кресла перед столом и взяла видеозапись.
– Господа, – сказала Ванесса ровным голосом, показавшимся сейчас чужим даже ей самой, – полагаю, вы уже видели съемки, сделанные в Эреборе?
Офицеры кивнули, и Ванесса испытала прилив жалости к Теллеру, лицо которого выражало глубокое отчаяние. Ему не в чем было себя упрекать, ведь он эвакуировал из Эре-бора всех, кого успел. Но это было слабым утешением.
Ванесса сочувствовала Теллеру, понимая, что сама может оказаться на его месте. Несколько мгновений она смотрела на этого адмирала, а потом откашлялась.
– Прежде всего хочу поблагодарить адмирала Теллера за сделанное им в Эреборе.
В затуманенных глазах Теллера мелькнуло что-то похожее на удивление, и Ванесса обратилась прямо к нему.
– Я понимаю, что вы сейчас чувствуете, – негромко сказала она. – Не скрою, – продолжала она, сжав в руке видеозапись, – что меня все это пугает. И наверное, не только меня, – добавила она, окинув взглядом собравшихся. – И все-таки мы не имеем права поддаваться страху. Мы должны изгнать его, забыть о его существовании. Если экипажи наших кораблей поймут, что адмиралы напуганы, им будет очень трудно сражаться… А что если страх парализует нас самих?!
Ванесса покачала головой. Остальные смотрели на нее молча, но Вальдек едва заметно кивнул. Демосфен Вальдек принадлежал к одному из самых влиятельных семейств в Индустриальных Мирах. Эти семейства фактически управляли всей Земной Федерацией, и Ванесса, бывшая – как и многие члены экипажей ее кораблей и даже начальник ее штаба – родом из Дальних Миров, вполне могла бы ненавидеть его уже за это. Несмотря на то что Устав вооруженных сил Земной Федерации однозначно гласил о невмешательстве в вопросы политики, к глубокому прискорбию Ванессы, в Военно-космический флот проникла взаимная неприязнь между выходцами из Дальних Миров, которых становилось на боевых кораблях все больше и больше, и «индустриалами». Наблюдая за циничными манипуляциями политиков, Ванесса прекрасно понимала причины этой неприязни и все же чувствовала, что с ее возникновением ВКФ стал утрачивать что-то ценное и невосполнимое. Она с грустью подумала, что это напоминает потерю невинности. Утрачивалось какое-то особенное и почти святое чувство братства по оружию, призванного защищать Земную Федерацию, вопреки любым мелким политическим дрязгам. Если это чувство пропадет, его будет не обрести вновь!
Еще больше Ванессу пугало возникающее в этой связи взаимное недоверие. Из-за этого она чуть не поругалась с Лероем Маккеной, уроженцем Мира Шейло, экономика которого была практически разрушена пятьдесят лет назад, когда его правительство осмелилось бросить вызов крупнейшей компании космических перевозок из Индустриальных Миров. Либерально-прогрессивная партия тут же протащила в Законодательном собрании специальный закон, призванный «уладить» спор между правительством этой звездной системы и компанией «Трансстеллар». Этот закон разорил очень многих в Мире Шейло, включая семью Маккены. Разумеется, смешно было бы ждать от него, что он простит это «индустриалам», но Ванессе пришлось потребовать, чтобы в своей новой должности Маккена позабыл об этой ненависти.
«Особенно, – подумала она, – по отношению к Демосфену Вальдеку».
Клан Вальдеков представлял собой одно из тех неординарных семейств, некоторые члены которых разительно отличаются от всех остальных. Ветвь, к которой принадлежал Демосфен, с завидным постоянством поставляла ВКФ выдающихся офицеров. Его бабушка, Минерва Вальдек, прозванная «матерью авианосных соединений Земной Федерации», была героиней Третьей межзвездной войны, одной из самых блестящих представительниц офицерского корпуса, носившего черную форму с серебряными знаками различия ВКФ. Ванесса знала Демосфена уже много лет и не сомневалась, что он слеплен из того же теста, что и его бабка. Даже Маккена скрепя сердце стал это признавать. Не считая Теллера, Вальдек сейчас был самым мрачным офицером в каюте. Он сидел, стиснув фамильные массивные челюсти, и в глубине его глаз притаилась печаль. Впрочем, когда Демосфен заговорил, его низкий и звучный голос был спокоен.
– Вы правы. Недопустимо, чтобы нас парализовал страх. Но при планировании наших операций мы должны учесть все, что теперь знаем. Я прекрасно понимаю, что мы не можем позволить себе большие потери, но речь все-таки идет о жизнях миллионов людей. Мы должны задержать этих тварей, чтобы эвакуировать как можно больше мирных жителей.
Чернокожий большеносый Маккена покосился на Вальдека. При других обстоятельствах Ванесса обрадовалась бы тому, что Лерой услышал, как решительно Демосфен настаивает на спасении жителей Дальних Миров, но сейчас ей было не до радости.
– Я согласна, – ответила она. – Именно поэтому я и поблагодарила адмирала Теллера. Если бы он не спас свои корабли, сейчас у нас было бы не двенадцать авианосцев, а всего четыре. А не создай он цепь ретрансляционных спутников, мы так и не узнали бы о случившемся с людьми, оставшимися в Эреборе.
Ванесса снова посмотрела на Теллера и сказала как можно мягче:
– Я понимаю, как трудно вам было решиться улететь оттуда. Уверена, что это еще долго будет вас мучить, а полчища умников, никогда не бывавших в безвыходных ситуациях, будут растолковывать вам, как этого можно было избежать. Но я знаю, что вы поступили правильно, и сообщила об этом командующему Аврам.
– Благодарю вас, – хрипло прошептал Теллер. Ванесса знала, что он говорит искренне, но в его голосе слышалось страшное напряжение, и его руки заметно дрожали, пока он не сложил их у себя на коленях.
– Если бы у меня оставалось больше истребителей или у них кончились сверхдредноуты… – Теллер замолчал и с трудом перевел дух.
– Вы поступили правильно, – четко выговаривая каждое слово, повторила Ванесса, вздохнула, откинулась в кресле и бросила видеозапись на стол. – Демосфен тоже прав. Теперь мы по крайней мере знаем, с кем имеем дело.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?