Читать книгу "Брак по договору"

– 11 Михаил -

Сегодня я впервые увидел Соню такой повзрослевшей. Пожалуй, это лучше всего отражает действительность.

Когда она спустилась в этом своем платье, я реально охренел. Знал, что она красивая девушка, но все старательно одергивал себя, заставлял думать, как о маленькой девочке, которую надо оберегать.

А здесь…

Черт, я увидел молодую красивую женщину, которая вызывала вполне определенные желания. Пришлось напомнить себе, что это – дочка Тарского. И что все свои пожелания стоит держать при себе. Тем более что, во-первых, она ясно дала понять, что воспринимает меня лишь как друга семьи. А во-вторых, еще и влюблена в Рогова.

И все же даже встретив Валентину, с которой у нас был давно сложившийся тандем, в том числе и в интимном плане, я никак не могу отделаться от ощущения, что Соня – на ступень выше.

– Не ожидала тебя увидеть, – едва заметно улыбается Валя, когда подхожу к ней – А как же медовый месяц?

– Ты же знаешь, я трудоголик.

– Насколько я помню, ты никогда не отказывался вовремя сделать перерыв и отдохнуть, – с явным намеком говорит Терехова, кладя руку мне на плечо.

– Ты забываешь, что я теперь несвободен, Валюш, – улыбаюсь ей в ответ и руку ее убираю. Ни к чему провоцировать слухи.

– Надо же, правда будешь верным этой малолетке, Мишань? – фыркает та.– Мне-то не заливай, я же знаю, какие у тебя аппетиты. Что она может тебе дать?

Валентина – женщина, знающая себе цену. А еще она из тех, кто четко понимает – секс, который изредка случался у нас раньше, был лишь приятным бонусом к работе над общими проектами. Не более.

– Ты забываешься. У нее моя фамилия.

Все-таки Терехова баба умная. Этого точно не отнять. Она сразу понимает и считывает посыл в моих словах.

– Виновата, – идет на попятный. – Буду держать границы. То есть теперь между нами все?

Опускаю взгляд на бокал. Для меня ответ очевиден. И пока я понятия не имею, что делать с тем неуместным влечением, которое появилось к моей жене.

– Ты же умная девушка, Валюш. Но это не значит, что мы не можем сотрудничать в остальном.

– Вот как… И что же на этот раз?

– Ты же знаешь, что затевает Сомов с дружками?

– Возможно, – кокетливо отвечает она и делает небольшой глоток шампанского, после чего ненароком облизывает нижнюю губу привычным жестом.

Когда-то это меня заводило…

– Я тоже хочу узнать. Оплата – как и всегда.

Терехова мгновенно преображается, как только разговор заходит про дела. Поразительная женщина, конечно. Хищница, которая научилась выживать среди мужчин.

– Пока у меня нет конкретики, только намеки. Но у них готовится большой проект под застройку.

– Ты же понимаешь, что мне нужна именно конкретная информация. И чем быстрее, тем лучше.

– Ты торопишься? Боишься, что они подомнут под себя регион?

Все-таки умеет Валентина видеть картину в целом. С такой, как она, лучше играть на одной стороне.

– Отчасти, – уклончиво отвечаю. – Хотелось бы иметь представление, куда дует ветер.

– Ты как всегда, – фыркает она. – Однако вот с молодой женой своей ты как-то не так ловко управляешься, как с двумя компаниями.

– Думаешь?

– Тут и думать не надо, милый. Вокруг нее Язов нарезает круги уже почти полчаса.

Стоит услышать фамилию этого урода, как я едва сдерживаюсь, чтобы не рвануть туда, к Соне. Нет, в ее доверии я уверен на сто процентов. И дело даже не в том, что я стал невольным свидетелем уже двух ее разговоров с Валерой.

Просто так повелось с первого дня, как мы познакомились. И я это доверие с ее стороны всегда остро ощущаю, потому не могу повести себя как мразь последняя и воспользоваться им.

– Уверен, нет поводов для беспокойства.

– Да? – с сомнением хмыкает Валентина. – Ну, тебе виднее, Миш. Но я бы на твоем месте пригляделась.

– Спасибо за твою заботу, но я сам разберусь с женой.

– Да-да, я уже поняла. Как узнаю что-то про Сомова – дам знать.

– Буду очень благодарен.

Мы расходимся, и пока иду обратно в зал, где оставил Соню, внутри гашу неуместный порыв злости. Она же не моя собственность, в конце концов. Имеет право общаться с другими мужчинами.

Вот только Софы нигде нет. Как, собственно, и Язова. И теперь уже вся эта картина выглядит несколько иначе. Я начинаю беспокоиться. Ведь Сонечка девушка нежная, а этот козел – та еще мразь.

Жену нахожу в одном из коридоров, когда начинаю уже всерьез прикидывать, как и кого напрячь, чтобы выяснить, куда она делась.

– Софа, я тебя потерял, – едва сдерживая раздражение, тут же говорю.

– Извини, я думала, что успею вернуться в зал, – виновато отвечает, еще и взгляд отводит. – Ты видел Настю? Она ушла в твою сторону вроде.

– Настю? – искренне удивляюсь. – Нет, но… Она что, здесь?

– Да, только что столкнулась с ней.

Это довольно странно. Во-первых, Настя не любитель таких мероприятий. Во-вторых, с чего ее сюда потащили родители? Да и кто из них? Мать или отчим? Еще на свадьбе хотел с ней поговорить, спросить, как сейчас дела дома, но она слишком быстро уехала, пока я искал, куда ушла Соня, и разбирался с этим Валерой.

– Это плохо?

– О чем с тобой говорил Язов? – Вопрос звучит слишком резко. Я даже жалею, что поддался эмоциям, которые вообще-то обычно без проблем держу под контролем. Однако сейчас что-то из ряда вон получается.

– Откуда ты знаешь? – Теряется жена. – Да ни о чем таком. Просто ботал всякое. Ты не думай, я не слушала его россказни про отца и Виолетту.

– Что именно про них?

– Ну, что ее подослали к папе, и он знал об этом. И тоже ее использовал.

Мне бы, конечно, хотелось выругаться. Но я молчу. Не думал, что все это может всплыть после смерти Тарского.

– Миш? Это же неправда? – с такой надеждой спрашивает Соня, а мне ответить-то ей нечего. Врать не хочу. Поэтому поддаюсь порыву и просто обнимаю ее.

– Какая теперь разница, Софа? Твоего отца больше нет с нами. А про покойников говорят либо хорошо, либо никак. Не думай об этом, – советую ей. – Просто живи дальше.

Мне кажется, буря миновала, но тут моя молодая жена ловко загоняет меня в угол всего одним точным вопросом:

– Это правда, что ты решил устроить слияние наших компаний?

Рука на ее плече сжимается крепче, чем допустимо. Тут же беру себя в руки.

– Пока это только обсуждается.

Софа все же выворачивается из моих рук и пристально смотрит. Так умеет только она одна. Я уже давно заметил, что есть в ней такая особенность – смотреть и доверительно, и в то же время словно анализируя.

– Ты ведь можешь это сделать без меня?

– Думаешь, я хочу обобрать тебя? – в груди вскипает необоснованное раздражение от того, что она, оказывается, может сомневаться во мне. – Мы подписали договор.

– Я подписала его, не читая.

– Что?

Соня смущенно краснеет, опускает взгляд в пол.

– Ты же сказала, что обсудила с юристом, и он одобрил…

– Я соврала тебе, – ее голос дрожит, а смотрит она по-прежнему куда угодно, только не на меня. – Я доверилась тебе, Миш. Полностью. Поэтому если ты меня обманешь…

Притягиваю ее обратно к себе, прижимаю, обнимаю. И так это правильно, что даже странно.

– Даю слово, что не подведу, – тихо говорю. Соня прижимается чуть ближе, отвечает:

– Миш, я давно хотела сказать… Ты должен знать, что я тебя…

В этот момент из-за поворота выходит небольшая, громко смеющаяся, компания. И жена тут же замолкает…

– 12 Соня -

Мое так и не случившееся признание повисает в воздухе, пока эта странная компания не проходит мимо, попутно поздоровавшись с Мишей и отколов мне пару сомнительных комплиментов.

– Не обращай внимания, – говорит муж, когда те, наконец, уходят достаточно далеко.

– Почему их не выгонят за… Ну, за крик и вообще странное поведение?

– Потому что те двое, что шли в обнимку, это наследники главных спонсоров мероприятия. Так что на их эксцентричные выходки просто закрывают глаза.

– Как банально, – вздыхаю.

– Ты что-то хотела сказать? – вдруг спрашивает Миша.

А я теряюсь. Не знаю, почему поддалась моменту и фактически призналась ему в чувствах. Просто вот показалось, что здесь и сейчас он тот самый. Но теперь моя уверенность в этом уже не так сильна. Что если Калганов просто не поверит?

– Да я хотела спросить, когда мы поедем домой, – тушуюсь под его внимательным взглядом.

– Уже устала?

– Нет, но…

– Неинтересно, понимаю. Мне нужно переговорить с мэром, и поедем домой, хорошо?

Конечно же, я соглашаюсь. И хотя мне куда комфортнее подождать в той же машине, например, я сопровождаю мужа, улыбаюсь, говорю на отвлеченные темы с незнакомыми людьми и принимаю поздравления по поводу свадьбы.

– А вы еще не в положении? – вдруг спрашивает одна довольно бестактная девица. Да еще и пристально смотрит на мой живот.

– Полагаю, планирование прибавления в нашей семье не тот вопрос, который будет освещаться, – довольно холодно заявляет Миша.

Спутник этой дамочки тут же извиняется всячески, да и сама она краснеет и под глупым предлогом уходит в сторону столов.

В общем, мы еще около часа проводим в зале, а потом, наконец, уезжаем. Миша немногословен и задумчив. На все вопросы отвечает односложно и как будто вообще не со мной находится.

Это, безусловно, меня ранит. Я то и дело вспоминаю про ту женщину, с которой его видела.

Но что я могу ? Спросить в лоб, кто это был? На каком основании? Даже реши он мне изменить, у меня даже нет права что-то ему предъявить. И когда зашел сегодня разговор про этот треклятый договор, я не выдержала, призналась, что не читала.

Я пыталась, правда. Не один раз. Но в итоге поняла, что даже если там будет что-то ужасное, я же все равно подпишу. Потому что это мой шанс быть рядом с Мишей.

Так какой смысл вникать в сложные юридические формулировки?

Я понадеялась, что после этого муж поймет, что я ему верю, что не сомневаюсь в нем и никогда не предам.

А он… Он меня пожалел, дал обещание, хотя я и без него бы не допустила ни малейшего сомнения! Я и про слияние-то спросила, только чтобы урезонить Виолетту, если та станет меня доставать.

– Спасибо, что поехала со мной, – говорит Миша уже дома. – Отдыхай.

– А ты… куда? – возможно, я выгляжу жалко, но мне так не хочется расходиться по комнатам сейчас.

– Надо поработать еще.

– Ты совсем не отдыхаешь. Это плохо для здоровья.

Муж приподнимает брови.

– Считаешь меня уже слишком старым для такого ритма жизни?

Щеки опять обжигает, а мысленно я себя обзываю дурой и идиоткой.

– Прости, я не это имела в виду. Просто ты почти всегда за работой, – бормочу, надеясь как-то загладить свою идиотскую фразу. – Папа тоже постоянно работал, но говорил, что хотел бы научиться отдыхать и…

– Я понял, Соня, – мягко перебивает меня Калаганов. – Спасибо за беспокойство. Не волнуйся, как минимум на год моего здоровья точно хватит.

Подмигивает мне и уходит в сторону своего кабинета, а я пытаюсь сдержать подступающие слезы. Каждый раз, когда муж напоминает мне про срок нашего договора, я никак не могу отделаться от чувства, что я ему в тягость.

Но я стараюсь держаться.

Следующая неделя проходит никак. Мишу я почти не вижу, хотя он и говорил, что будет приезжать к ужину, мне так и не удалось с ним ни разу поесть. А ведь я готовила сама, попросив повара дать мне возможность сделать для мужа все самостоятельно.

Но каждый вечер Миша приезжал все позже и позже. Уставший, иногда раздраженный. Конечно, на меня он не кричал, но все же я чувствовала, что мое присутствие его напрягает.

Естественно, ни о каком отпуске и медовом месяце и речи не шло. В те редкие встречи, что у нас с Калгановым все же случались, он уточнил про мою учебу – семестр ведь уже начался. А я к своему стыду даже не знала, что ему ответить. Я-то надеялась, что смогу провести с ним время.

Однако все было напрасно, и в итоге я и правда вернулась в академию. Фамилию мне уже везде сменили, так что в первый же день девчонки устроили мне допрос с пристрастием – ведь они не поленились и нашли фото с нашей свадьбы. Так что мне битый час пришлось отвечать на их вопросы и старательно изображать счастливую молодую жену.

– А фамилию тебе уже поменяли? А зачем?

– А мне вот Тарская больше нравилась.

– Да ты что! Калганова звучит круче! – так и сыплются вопросы со всех сторон.

– Слушай, Сонь, а муж твой, ну как… – многозначительно двигает бровями Катя, когда фамилию обсуждать уже становится неинтересно. – Ну, в постели – огонь?

– Да, Сонь, как оно – со взрослым мужиком?

Я только лицо руками закрываю от стыда.

– Я не стану это обсуждать, – с трудом выдавливаю в ответ. – Вы чего?

– А чего? – фыркает Тоня. – Нормальный вопрос так-то. Поди, у Калганова побольше будет, чем у Валерки этого щуплого.

Девчонки наперебой начинают спорить про возраст, размеры и прочее, а я просто не могу с ними находиться дальше. Вскакиваю и бегу в сторону аудитории.

– Эй, Сонь, ты чего? – доносится в спину.

– Мне в деканат надо, забыла! – придумываю на ходу, лишь бы не увязались и не продолжили этот неуместный разговор.

К счастью, девчонки остаются обсуждать между собой параметры мужчин. Я же, наконец, могу выдохнуть и расслабиться хотя бы ненадолго. Все-таки сложно это – делать вид, что ты по-настоящему счастлив, когда на душе кошки скребут.

Я успеваю прогуляться до деканата и посмотреть расписание дополнительных лекций, когда замираю, услышав знакомый голос.

– Сонечка, ну, вот и встретились мы снова.

Медленно оборачиваюсь и вижу, как из деканата выходит Язов собственной персоной.

– 13 Соня -

Я даже не знаю, как реагировать. Во-первых, как он здесь оказался? Во-вторых, почему он был у декана моего факультета?

В-третьих… Какая я ему Сонечка?!

– Добрый день, Алексей, – сдержанно отвечаю, а сама поудобнее подхватываю сумку, готовясь сбегать, если что.

И мужчина замечает это.

– Соня, не бойся, я же не собираюсь на тебя нападать.

– А кто сказал, что я боюсь? – с вызовом спрашиваю.

– Твое тело, – усмехается Язов и убирает руки в карманы брюк. При этом выглядит так вальяжно-нахально.

– Вы ошибаетесь, – возражаю. – И мне вообще-то пора идти.

– Подожди, Соня, – преграждает мне дорогу мужчина. – В прошлый раз ты так быстро убежала, что мы и не пообщались почти.

– Знаете, я спешу, – довольно грубо огрызаюсь и опять пытаюсь обойти Алексея.

– Настолько, что тебе неинтересно, зачем я здесь?

Вопрос звучит слишком самоуверенно. Но помимо этого у меня появляется нехорошее предчувствие.

– По поводу твоего отца, Сонечка.

– В каком смысле?

– Ты знала, что он был спонсором академии?

– Нет. Но даже если и был, что с того? Папа оплачивал мое обучение, так многие делают.

– Безусловно, в этом нет ничего такого, – легко соглашается Язов. – И для того, чтобы дочь училась в этом престижном заведении, необязательно отваливать большую сумму помимо платы за обучение.

– Вы намекаете, что отец купил мои оценки?! – шокировано спрашиваю, обалдевая от подобного заявления.

– Что ты, Сонечка, – тут же усмехается он. – Насколько я мог убедиться, все твои пятерки вполне заслужены.

– Тогда к чему все это? – я уже теряю терпение и просто хочу поскорее уйти от этого неприятного человека.

– Все очень просто, – ухмыляется Алексей. – Это плата за молчание.

– Звучит как бред, – мотаю головой. – Пропустите, мне неинтересно слушать все это дальше.

Тут Язов неожиданно делает ко мне шаг, и я тут же зеркалю его действие и отступаю.

– А зря, Сонечка, очень-очень зря. Ведь у твоего отца были очень опасные секреты. И расплачиваться за них придётся тебе. Но если ты будешь хорошо…

– Соня! Вот ты где!

Я выдыхаю с облегчением, когда слышу голос Валеры. Сейчас я как никогда рада, что он учится тут, со мной. Пусть и на другом факультете.

– Привет, – улыбаюсь ему, шагаю вперед и малодушно прячусь, по сути, за спиной друга. И Рогов мгновенно это считывает. Как и Язов. Потому что недовольно хмурится, стискивает зубы.

– Извините, Алексей, нам и правда пора.

– Если интересно узнать секреты твоего отца, позвони мне, – бросает тот напоследок. И мы с Валерой, наконец, уходим.

– Что этот тип хотел от тебя?

– Понятия не имею, – честно говорю, когда спускаемся на первый этаж. – У тебя есть еще занятия?

– Вообще-то нет. И это, Сонь… – Друг замолкает. – Я хотел извиниться. Опять.

После того неприятного разговора я на него сильно злилась. Да и, откровенно говоря, всерьез раздумывала над тем, что теперь наше общение перейдет в разряд “привет-пока”. К тому же все эти дни Валера никак не давал о себе знать – только звонил несколько раз, но я не стала брать трубку.

Я была уверена, что стоит нам заговорить, как он опять начнет говорить гадости про Мишу. И мы снова поругаемся.

– За то, что кричал на тебя, – добавляет Рогов. – Твой Калганов был прав – это недопустимо.

– Только за это? – уточняю я. – А за то, что ты пытался его очернить?

И вот тут Валерка вновь становится похож на боевого кота. Разве что когти не выпускает.

– Очернить? Я просто хочу тебе раскрыть глаза!

– Нет, Валер, ты хочешь доказать, что Миша плохой. Вот и все.

Он шумно выдыхает, мотает головой, будто едва сдерживается.

– Я тебя защитить хочу. И раз уж ты не веришь мне на слово, то вот, полюбуйся!

Достает мобильный и что-то в нем листает. Зная упрямство друга, я уже понимаю, что это не просто так. И мне бы уйти, отгородиться от этих его доказательств, но я с болезненным упорством жду, что будет дальше.

– Вот, читай!

Валера почти силой вкладывает телефон мне в руки. Я же замираю, видя фото, на котором мой муж с той самой Валентиной. Кадр сделан весьма удачно – Миша стоит довольно близко к женщине, а та улыбается. А чуть ниже замечаю заголовок:

“Бывшие любовники снова вместе?

Едва женившись, Калганов снова вышел в свет с бывшей возлюбленной Валентиной Тереховой…”

Дальше я даже не дочитываю. Понимаю, все это – желтая пресса. Их работа – устраивать скандалы и смаковать грязные подробности. Но даже зная, что, по сути, это ложь – ведь приехал муж со мной, я не могу полностью проигнорировать происходящее.

– Тоже скажешь, что я придумываю? – обреченно спрашивает Рогов. – Так пролистай пониже.

И даже делает это за меня, пролистывает гадкую статью до нового заголовка:

“Что перевесит – выгода от брака с наследницей Тарского или проверенные временем чувства?”

А дальше еще одно фото. Снова они. Снова вдвоем, но теперь практически вплотную. Кажется, еще немного, и поцелуй случится.

Или он уже случился…

– 14 Соня -

Мне стоит немалых трудов взять эмоции под контроль. Хотя как взять? В итоге я чуть не до вечера сижу, запершись в комнате, и плачу.

Валера, конечно, попытался меня успокоить, обнять, но я оттолкнула его и сбежала. Хорошо, что хоть с охраной ему хватило ума не связываться.

С каждым разом мы с Роговым все больше отдаляемся друг от друга, и теперь мне попросту не от кого ждать поддержки. Не к кому пойти, чтобы поговорить по душам.

Не с девчонками же, честное слово, у которых на уме только вопросы, каков Миша в постели.

К вечеру удается найти пусть и шаткое, но все же равновесие.

Не счесть, сколько раз я повторила себе, что Калганов мне ничего не обещал. Даже наоборот, предельно честно заявил, что брак – фиктивный. Ждать от него верности сейчас глупо. И душу рвать себе не стоит. Моя любовь – моя проблема.

Хотя я и не считаю ее проблемой, напротив. Надеюсь, что он поймет и тоже полюбит меня, когда мы узнаем друг друга поближе.

Правда, соревноваться с той шикарной женщиной мне особо нечем – она яркая, эффектная, с классной фигурой, и наверняка умеет многое в постели.

Я же… никакая по сравнению с ней. Но у меня есть мои чувства. Искренность. Преданность. Разве этого мало, чтобы семья стала крепкой?

На ужине Миши снова нет. Он в очередной раз задерживается, а я опять ем в одиночестве. И только уже когда ложусь спать, случайно замечаю в окне, как открываются ворота, и заезжает его автомобиль.

Сердце мгновенно ускоряется. Сама я судорожно соображаю, как и под каким предлогом выйти к нему и попытаться поговорить. Почувствовать – правда ли эта Валентина – его бывшая женщина, или у них все еще есть отношения?

Как – понятия не имею. Но точно знаю, что еще немного, и я сойду с ума от неизвестности. Кажется, я даже готова просто задать вопрос в лоб!

Мужа нахожу в его кабинете. Он такой трудоголик, что я невольно вспоминаю папу. Тот тоже постоянно работал.

– Можно? – стучу по двери чисто номинально, ведь, по сути, уже зашла в комнату.

– Соня? – Калганов явно удивлен, увидев меня. – Ты чего не спишь? – даже взгляд на часы бросает.

– Тебя ждала, – честно говорю.

Он тяжело вздыхает, запускает руку в волосы, от чего те перестают лежать идеально.

– Я ведь уже говорил тебе, – с укором произносит. – Не стоит этого делать.

– Почему? – мне едва удается не дрожать и не допускать слез в голос.

Впрочем, ответ я не получаю. Да и взгляда тоже – Миша просто отводит глаза. Будто ему неприятно меня видеть. Впрочем, конечно, моя коротенькая пижама простого белого цвета вряд ли может соревноваться с тем изысканным и откровенным, я уверена, бельем, которое носит та женщина.

– Я хотела поговорить, – прочищаю горло, чтобы не выглядеть совсем уж жалкой. – Про Язова.

Вот тут мой муж уже реагирует. Тут же цепко смотрит на меня.

– Он тебе угрожал?

– Что? Нет, с чего ты взял? – растерянно спрашиваю, подходя поближе.

– Тогда почему о нем речь?

– Я сегодня встретила его в академии, и он говорил странные вещи.

– Когда? – резко спрашивает Миша.

Я теряюсь от его такого напора. Даже не сразу отвечаю, а муж встает из-за стола, обходит тот и оказывается ко мне очень близко.

– Софа, это не шутки. Как это вышло?

– Я шла в деканат, а он как раз оттуда выходил. Ну и вот, увидел меня, поздоровался.

– А потом?

Мне очень хочется увидеть в его глазах ревность или хотя бы намек на это. Но пока я ощущаю только беспокойство и настороженность.

– Потом сказал, что отец был спонсором академии не просто так. Что в этом есть какой-то тайный умысел. Ты знаешь, о чем он?

Миша стискивает зубы, едва заметно мотает головой, и мне непонятно, можно ли это считать ответом.

– Не бери в голову, – наконец, произносит муж.

– Почему? Ты ведь понял, о чем он, да? – спрашиваю скорее наугад, чем действительно подозреваю что-то. Но во взгляде Миши мелькает нечто такое, что дает понять – я на верном пути.

– Соня…

– Нет, я хочу знать правду! – Даже делаю шаг к нему, и теперь наши тела почти соприкасаются. – О чем шла речь? Мой папа еще что-то сделал, да?

– Это все в прошлом, – неожиданно мягко отвечает Калганов, кладет ладони мне на плечи, и кожу под его пальцами тут же начинает покалывать. Весь мой воинственный настрой начинает теряться. Как и всегда рядом с ним. Это мужчина удивительным образом действует на меня – успокаивает, сглаживает все, что бушует в душе. Мне хочется стать покорной и мягкой рядом с ним. Льнуть к нему, словно кошка в ожидании нежности и ласки, и ласкать в ответ самой.

Завороженно глядя ему в глаза, я все больше теряю нить разговора. Становится не так важно, о чем мы спорили, или что обсуждали. Весь этот момент пропитан какой-то удивительной магией и нашим взаимным притяжением. Я это точно знаю! Чувствую! Ведь не может мужчина смотреть вот так, если не испытывает ничего подобного.

А муж смотрит! Вижу, как его зрачки чуть расширяются, а сам он немного подается вперед. И я послушно делаю так же.

Даже не верится, что вот-вот он и правда меня поцелует. Просто так. Не потому что надо, чтобы все поверили в наш брак, не потому что нас должны запечатлеть для интервью. А просто так. Потому что сам хочет этого.

– Соня… Сонечка…