Текст книги "Проклятие замка Комрек"
![](/books_files/covers/thumbs_240/proklyatie-zamka-komrek-88922.jpg)
Автор книги: Джеймс Херберт
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 47 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]
Глава 14
Гладкий черный «Мерседес-Бенц» почти бесшумно подкрался к нему, пока он был отвлечен своими мыслями. Боковое стекло водителя было полностью опущено, и на него, сияя веселой улыбкой, смотрело юное лицо с яркими светлыми волосами.
– Dй an doigh? – крикнул молодой шотландец и снова улыбнулся, когда Эш пожал плечами и помотал головой в знак непонимания.
– Простите, мистер Эш, – извинился водитель, распахивая дверцу машины. – Я просто хочу, чтобы приезжие с юга знали, что явились в другую страну. – Он выдал смешок, адресованный, по большей части, самому себе, но Эш не сходил с места, так что водителю пришлось к нему подойти.
Сам автомобиль был красив, с гладкими аэродинамическими контурами, позволявшими предположить, что он не в меньшей мере может участвовать в гонках, чем перевозить шестерых людей. Водитель, по-прежнему широко улыбаясь, шагнул к нему, протягивая для пожатия руку. Эш был удивлен, увидев, что на нем простой, угольного цвета шерстяной килт, а не клетчатый, но в сочетании с толстым черным джемпером и спорраном[13]13
Спо́рран (англ. sporran, на гэльском sporan) – поясная сумка-кошель, чаще всего кожаная, носимая на поясе, на ремне килта или на отдельном узком ремешке или цепочке.
[Закрыть], которым он тоже щеголял, что, очевидно, отражало корпоративный стиль: это был вариант униформы стюардессы – униформы, которая сама смешивалась с интерьером компании «Гольфстрим». Длинные толстые носки заканчивались чуть ниже коленей водителя, и, что позабавило Эша, вместо короткого кинжала (официально известного как sgian dubh), который шотландские горцы носят выступающим из верхней части одного из носков, будучи полностью в клановом одеянии, у этого парня к ноге был привязан маленький мобильный телефон в кожаном футляре.
– Fбilte — добро пожаловать, – сказал водитель, останавливаясь перед парапсихологом.
Вблизи Эш увидел, что веселый водитель несколько старше, чем он сначала предположил на расстоянии, морщинки вокруг глаз и на лбу честно свидетельствовали, что он успел изрядно пожить на этом свете. Однако был он статен, с серо-голубыми глазами, а густые короткие волосы не обошлись, как подозревал Эш, без отбеливания.
Вертолет к этому времени улетел, и Эшу больше не приходилось повышать голос, чтобы его было слышно.
– Я думал, большинство шотландцев говорят по-английски, – сказал он с улыбкой, чтобы это не прозвучало обидно. – А вы, значит, по-прежнему пользуетесь гэльским?
– Да, некоторые из нас, но в основном горцы, которые хранят язык, – знаете ли, среди кланов. Я и сам с гор, поэтому мне нравится напоминать себе о своем происхождении. А иногда перехожу на гэльский, чтобы порадовать своего деда. Ему девяносто восемь, и он по-прежнему настаивает на том, чтобы придерживаться родного языка, диалекта aulde. Когда я его навещаю, он всегда дает мне небольшой урок, потому что гордится, что мы произошли от кельтов. Я склонен говорить на нем, когда расстроен, а еще, как я сказал, чтобы приветствовать новых клиентов.
Человек в килте усмехнулся, чтобы его ответ не показался невежливым.
– Для меня Шотландия всегда была другой страной.
– Ну вот, значит, в этом, сэр, мы согласны, – он по-прежнему добродушно улыбался.
– Или заглазны. Простите, неудачная шутка. – Эш попытался говорить с шотландским акцентом, но это получилось довольно неуклюже.
– Так и есть, сэр, но не совсем без юмора. Меня, кстати, зовут Гордон Дэлзелл.
Эш почувствовал, что относится к этому человеку с теплотой, несмотря на его подначки – или, может, благодаря им.
– А меня – Дэвид, и я не клиент, поэтому не стоит говорить «сэр».
– Вы правы, но мой работодатель не одобрит такой фамильярности, так что лучше пусть будет «мистер Эш», если это вас устраивает. Жаль, второй наш вертолет на этой неделе занят где-то в другом месте, он мог бы доставить вас напрямую из Лондона в Комрек.
– Так у них два вертолета?
– «Агуста 109 Гранд». Название говорит само за себя. Используется, главным образом, администрацией. Красивая штучка, и внутри и снаружи, и может перевозить до шести пассажиров с легким багажом. Досадно, что вы не смогли воспользоваться им сегодня – могли бы избежать небольшого переполоха с самолетом. К сожалению, на этой неделе он занят в Домашних графствах – перевозит разных покупателей на Оружейную ярмарку и обратно.
– Ваш работодатель занимается торговлей оружием? – Это было неожиданностью для Эша.
– Да, и многими другими вещами. Однако его приоритетный бизнес – инвестиции. – Он бегло осмотрел экстрасенса. – Жаль, на «Гольфстриме» вы… э-э… испытали неудобства. – Это прозвучало искренне, пусть даже он сказал о случившемся как о чем-то несущественном.
– Вы слышали об этом?
– Да, по радио передавали, и я в курсе. Мне поручено помочь вам успокоить нервы.
– Со мной все хорошо. Летать не боюсь. – Равно как и умирать, мог бы добавить Эш, если бы был откровенен.
– Ну, коли захотите пропустить стопку, то на нашем маршруте я знаю несколько очень милых постоялых дворов. Да, и, пожалуйста, не стесняйтесь курить – в моей машине это не запрещено.
– Я бросил и то, и другое.
– Когда?
– Сегодня утром.
Дэлзелл метнул взгляд в Эша и увидел, что тот не шутит.
– Скоро вы поймете, что это суровое испытание, сэр.
– Рассказывайте. Это уже третья моя попытка. Последний раз бросал всего на две недели. А раньше, конечно, закурил бы. – Он подавил эти мысли.
– Ладно, но если по дороге передумаете насчет стопочки, то просто кивните мне.
– Нет, – твердо ответил Эш. – Я хочу ехать прямо в замок. Мне там очень многое надо проверить, а дневной свет на данном этапе более практичен. Пойдем? – Эш не особо спешил в Комрек, но был методичен в своем подходе к предполагаемым призракам. Поскольку он рассчитывал провести в замке не более трех суток, было бы глупо транжирить время в самом начале игры.
– Как пожелаете, мистер Эш.
Взяв наплечную сумку исследователя, дружелюбный водитель подошел к задней пассажирской дверце и открыл ее для Эша.
Следователь мотнул головой.
– Я поеду впереди, рядом с вами. Хорошо?
– Конечно. Но там есть телик и DVD, вмонтированные в переднее кресло. Это ведь может заполнить какое-то время в дороге? – Водитель вопросительно поднял брови.
– Я думал, Комрек неподалеку.
– Не-а. Сами увидите, езда по узким и извилистым проселкам занимает время.
– Все равно – поеду впереди.
– Так тому и быть.
Шотландец положил сумку Эша на заднее сиденье, затем шагнул к передней пассажирской дверце и мягко ее открыл. Наклонив голову, чтобы усесться в «Мерседес», Эш подумал, что Дэлзелл выглядит так, будто он сумеет постоять за себя и своих пассажиров в любой дорожной склоке. Он не мог понять почему, но это давало ему странное чувство безопасности.
– Хорошая машина, – одобрительно заметил Эш, устроившись на мягком темно-сером кожаном сиденье и обратив внимание на панорамную стеклянную крышу.
– «Мерседес-Бенц Гранд Спортс Туэрер», – с гордостью сообщил ему водитель, открывая дверцу напротив и усаживаясь за руль. – Мягкая езда и большая мощность. Облегчает мне работу.
Он пристегнулся и завел двигатель, нарочно утопив педаль акселератора так, чтобы заставить мотор взреветь. Он улыбнулся Эшу, как мальчишка, устроивший свою первую шкоду на вечеринке.
– Ладно, я впечатлен, – сказал Эш, разглядывая сложную высокотехнологичную центральную панель с дисплеем навигации и рядами многофункциональных кнопок управления. – Но давайте поедем.
– Верно, мистер Эш. Примкнуть и дослать! Мне всегда хочется это сказать.
Они выехали из аэропорта менее чем за минуту – Эш уже расслаблялся в роскошном интерьере мощного автомобиля, когда они вынеслись за ворота. Он уловил, что водитель окинул его быстрым оценивающим взглядом, когда они выехали на дорогу.
– Отопление вас устраивает, мистер Эш? Слишком тепло, слишком холодно?
– Все просто прекрасно. Ничего не меняйте.
– Тогда какую-нибудь музыку? Или местные новости?
– Нет, буду просто наслаждаться ездой.
Он еще глубже погрузился в свое сиденье.
– Давно вы работаете на замок Комрек? – спросил он у Дэлзелла.
Автомобиль замедлил ход, чтобы свернуть с главной артерии на узкую дорогу, отороченную живыми изгородями.
– О, это уже вопрос. – Водитель прищурился, как будто ответ лежал за ветровым стеклом. – Давайте-ка прикинем. Должно быть, уже четыре года. У нас с партнером была собственная служба пассажирских перевозок по Эдинбургу и окрестностям, когда на нас вышел представитель замка Комрек. Как раз вовремя – бизнес шел тяжко и все время ухудшался. Туризм зачах, особенно там, где дело касалось американцев.
Он с сожалением покачал головой, словно эти воспоминания все еще досаждали ему.
– Мы в основном зависели от туристов из США, чтобы держаться на плаву, и не только летом, но и в холодное время года. К сожалению, какое-то время они сидели дома, не рискуя куда-либо летать. Но кто может их за это винить? Вот почему было удачей, когда мистер Мейсби явился к нам с предложением, от которого мы не могли отказаться. Мы раньше возили его раз-другой, так что он нас уже знал.
– Саймон Мейсби?
– Да, именно этот парень.
– И вы заключили контракт со всей его компанией, а не только с той частью, которая работает в замке Комрек? – догадался Эш.
– Тоже верно. Одно из условий, однако, заключается в том, что мы должны ездить исключительно для Комрека. Никаких других клиентов, только люди Комрека и Мейсби. И мы должны там жить, чтобы выезжать, ночью или днем, по вызову. Там их целое сообщество – слуги, горничные, повара, офисный персонал и садовники, а также врачи и медсестры. Свой собственный мирок, вот это что. А иногда нас посещают особо важные персоны, но все это очень засекречено.
Эшу стало еще более любопытно.
– Почему все так сложно устроено?
– По правде сказать, не знаю. Мы забираем их из аэропорта, а иногда ездим в Лондон или куда еще, чтобы доставить кого-либо из них или отвезти документы, например, и тому подобное. Мы постоянно заняты, и выбора у нас нет.
– Полагаю, у пациентов – простите, «гостей» – бывает довольно много посетителей?
– Не-а, ни единого. В замок дорога закрыта. Это еще одно правило Комрека.
Эш посмотрел на него с удивлением. Потом снова откинулся на спинку сиденья и серьезно задумался.
Хотя день был пасмурным, с низкой завесой металлически-серых облаков, пейзаж оживляли осенние краски – листья деревьев постепенно становились красными, коричневыми и золотисто-желтыми, меж тем как стоявшие среди них выносливые вечнозеленые растения отказывались менять свои круглогодичные тона в угоду наступающим холодам. В полях за деревьями крупный рогатый скот и овцы безостановочно жевали свою Богом данную траву, а с ней и любые лакомые кусочки почвы, инстинктивно понимая, что холодное время года быстро приближается и очень скоро сочная зелень травы, дарованная природой, может покрыться снегом толщиной в несколько дюймов, так что им придется довольствоваться исключительно корытом с кормами.
Мирный пейзаж с неглубокими оврагами и дальними холмами наряду с уютным теплом от кондиционера автомобиля медленно убаюкивали Эша, а непрерывные, но негромкие замечания водителя обо всем, мимо чего они проезжали, только усиливали сонливость парапсихолога. Поток адреналина, вызванный практически смертельным утренним инцидентом, медленно убывал, сменяясь размягченным чувством благополучия.
Легкая болтовня Дэлзелла касалась то нескольких одноэтажных придорожных домов с шатровыми крышами, иные из которых были крыты вереском, то давно заброшенных заводов со сводчатыми башнями. Потом были коттеджи ткачей, открытые вересковые пустоши и глубокие овраги. Путешествие в Комрек заняло больше времени, чем он ожидал, и маршрут оказался необычайно сложным, с завихрениями и поворотами, причем основных дорог они избегали, предпочитая тихие узкие проселки.
Не в первый раз за время поездки мысли Эша вернулись к Дельфине Уайетт.
– Далеко еще? – наконец спросил он, прорезываясь через бормотание водителя.
– До Комрека? Да мы там будем всего за ничего, – ответил Дэлзелл. – Мне велено везти вас по живописному маршруту.
– В самом деле? А ради чего?
Шофер слегка пожал плачами.
– Просто делаю, как мне сказали. Вероятно, хотели сделать эту поездку более приятной для вас. Rach air muin![14]14
Половой акт, или коитус, или совокупление (гэльск.)
[Закрыть]
Эш понятия не имел, что означают последние слова водителя, но прозвучали они как ругательство. Потом он увидел, что могло вызвать внезапную ярость у Дэлзелла.
Белый полицейский автомобиль, который только что вывернул из-за поворота впереди, начал замедлять ход, так что обе машины едва могли протиснуться мимо друг друга на узком проселке.
Дэлзелл приветливо помахал рукой двум полицейским в другом автомобиле, но ответа не последовало. Оба полицейских долго и упорно смотрели на Эша, пока их автомобиль осторожно проезжал мимо. Знаки на полицейском автомобиле были желтыми с синим, а на капоте он заметил логотип и рубленые буквы рядом с ним. Из любопытства он подался вперед в своем кресле, поворачивая голову, чтобы прочитать надпись: ПОЛИЦИЯ СТРАТКЛАЙДА.
– Ваши друзья? – сухо спросил он у белобрысого шофера.
Дэлзелл добродушно усмехнулся.
– Да нет. Но они ничего, если не прихватят тебя, когда гонишь за сто миль в час или заплетаешься, перебрав. – Он быстро глянул на Эша. – А я вот ни того, ни другого не делаю – по крайней мере, когда работаю. Мы, кстати, называем их «по́лями», – добавил Дэлзелл.
– По-ли. Мне нравится. Не так сурово.
– Как правило, мы не многих из них видим – область, которую они охватывают, слишком растянута. Так что если вздумаете по какой-то причине их вызвать, будьте готовы к долгому ожиданию.
– Буду иметь это в виду, – вяло ответил Эш.
Листва слегка задевала стекла и кузов, так близко ехал «Мерседес» к краю дороги, и шотландец снова выехал на ее середину.
Эш опять прикидывал расстояние до Комрека. Поскольку солнца не было видно за свинцовыми тучами, он давно потерял всякое чувство направления, и было заманчиво считать, что это преднамеренная уловка, чтобы запутать его, а не его собственная паранойя. Не проверялась ли его проблема с алкоголем (Саймон Мейсби, конечно, узнал о ней на вчерашней встрече) – сначала Джинни, стюардессой, потом Дэлзеллом во время их поездки? Может, кто-то задумал притупить его сообразительность и выбрал этот окольный путь к Комреку, чтобы сбить его с толку? Пару раз ему казалось, что он узнает тот же ориентир на местности, хотя приближается к нему с другой стороны.
Но зачем? Это казалось ему бессмысленной и простодушной уловкой. Чего можно достичь с ее помощью?
Кроме того, ни в одном из двух документов, которые они с Кейт подписали, не было никаких упоминаний о замке Комрек или его местоположении: договаривающейся стороной значился Саймон Мейсби из компании «Мейсби и партнеры», и указывался только лондонский адрес компании. Что касается соглашений, то они были заключены между Институтом экстрасенсорных расследований и компанией «Мейсби и партнеры», и осмотрительность – нет, секретность – являлась особым условием сделки.
Он расправил плечи и вытянул руки перед собой так, что его пальцы едва не коснулись приборной панели. Дважды повернул голову, чтобы ослабить напряжение в шее и плечах, а затем, опустив руки на колени, обратился к шотландцу.
– Хорошо, – сказал он Дэлзеллу. – Расскажите мне о Комреке.
Водитель глянул на него, и Эш подумал, что тот вроде бы немного обескуражен. Может, он действительно ожидал, что Эш к настоящему времени задремлет.
– Итак, о Комреке? – со значением напомнил ему экстрасенс.
– Вы имеете в виду его историю? – спросил Дэлзелл, снова сосредоточившись на дороге.
– Все, что вам хотелось бы мне рассказать, кроме того, что случилось недавно.
– Что ж, я не могу рассказать вам о нем слишком много – это не разрешается. Каждый, кто там работает, подписывает соглашение о конфиденциальности.
– Но вы работаете в замке – сколько, вы сказали, лет?
– Больше четырех. Но, видите ли, мы с партнером не слишком уж во всем этом участвуем, мы просто водители.
– Я уверен, что вы говорите с другими сотрудниками, – многозначительно сказал Эш. – Поймите, меня это все совершенно не касается. Я бы только хотел узнать что-нибудь из истории замка. – Он не мог быть в этом уверенным, но ему показалось, что Дэлзелл испытал облегчение.
– Ну да, я могу вам об этом рассказать, только не удивляйтесь, что я знаю не слишком много. Замок в этих краях всегда был своего рода загадкой. Он, как вы увидите, стоит на отшибе, и посторонним быстро дают понять, что их присутствие нежелательно. Местные жители полагают, что в замке размещен какой-то сверхсекретный и очень дорогой санаторий для богатых, и в некотором смысле так оно и есть. Он крайне недоступен, и потенциальные нарушители редко оказываются возле самого замка.
– Усиленные меры безопасности?
– И еще кое-что. Но мы с партнером, мы не любопытны, вы понимаете? Высокие заработки, хорошие условия. Мы благодарны за возможность там работать. С тех пор никогда не оглядывались назад.
Слегка подустав от разглагольствований о том, как щедро вознаграждает Комрек – или компания «Мейсби и партнеры» – своих сотрудников, Эш перешел прямо к делу.
– Сколько лет замку? И сохранились ли какие-нибудь истории о призраках, обитавших в нем прежде?
– О призраках, говорите? Что ж, об этом можно посудачить. Вы слышали, что на Комрек наложено проклятие?
Эш едва не застонал вслух. Какой чертов древний замок или особняк не был проклят? Его как охотника за привидениями постоянно забрасывали такими россказнями о проклятиях, наложенных на старинные здания, в том числе церкви и пабы.
– Ладно, – сухо сказал он, – расскажите мне об этом.
– Ну, всей истории я не знаю, но это было, когда истинные кланы мстили шотландской знати, вступившей в союз с Эдуардом I, королем Англии, против Роберта Брюса, который был дважды побежден в битве. Это было где-то в начале четырнадцатого века, очень хлопотное время для Шотландии. Замком Фалек, как тогда называли Комрек, владел лэрд[15]15
Лэрд (англо-шотл. laird – землевладелец, лорд) – представитель нетитулованного дворянства в Шотландии. Лэрды образовывали нижний слой шотландского дворянства и, в отличие от титулованных лордов, участвовали в парламенте Шотландии через своих представителей.
[Закрыть] Дункан Маккиннон. «Фалек» означает «спрятанный» или «скрытый», потому что его было чертовски трудно найти, если только не приблизиться к нему с моря.
По сей день именно оттуда можно увидеть замок во всей красе, на вершине крига, то есть утеса. В общем, Роберт Брюс в конце концов вернулся из укрытия на отдаленном острове у берегов Ирландии. Он собрал свои силы, и на этот раз… О, на этот раз он дал сражение Эдуарду II, которого разгромил в битве при Бэннокберне! Это было в 1314 году, но лишь когда на английский престол взошел Эдуард III, была провозглашена независимость Шотландии. Это случилось в 1328 году, и мы никогда этого не забываем.
Эш улыбнулся, а Дэлзелл усмехнулся.
– Так что же за проклятие?
– Да. Муллахд. В деталях я не уверен, но это в наших краях стало легендой. Жену и дочерей лэрда Маккиннона сбросили с зубцов замка, так что они разбились о скалы внизу, а их тела поглотило море. Это сам Маккиннон исторг проклятие замку, как раз перед тем как прыгнул вслед за ними по собственной воле.
«Мерседес» приближался к дорожной развязке, а Дэлзелл хмурился, как будто беспокоясь, не слишком ли много информации выдает о замке. Он повернул направо, присоединившись к другим машинам, ехавшим в том же направлении.
– Значит, вы знаете, зачем я еду в Комрек?
– Говорю же, это закрытое сообщество. Слухи расходятся, пусть даже сэр Виктор пытается удержать их взаперти. Но в замке происходит слишком много странных вещей, чтобы все их замять.
– Вы лично когда-нибудь сталкивались с чем-то необычным?
Водитель мрачно улыбнулся, обгоняя тяжело загруженный бортовой грузовик.
– Не-а, – сказал он, словно бы разочарованный. – Но слышал кое-какие причудливые рассказы от тех, кто сталкивался. Все это чертово здание полно такой ерунды, так что медики раздают транквилизаторы направо и налево, как конфетки.
– Одурманивают пациентов?
«Мерседес» набрал скорость на более широком участке дороги.
– Больше ничего не могу сообщить, мистер Эш. Давний приказ. Надеюсь, вы не возражаете, но дело здесь не только в ценной работе. К тому же вы сказали, что не хотите слышать о привидениях.
Дэлзелл, конечно, был прав.
– Ну, по крайней мере, расскажите мне о проклятии Маккиннона, – попросил Эш. – Это вы можете сделать, верно?
– О, там было что-то о наведении адского пламени, чтобы спалить замок дотла.
– Тогда это проклятие не очень-то исполнилось.
– Я не слишком в этом уверен. В замке Фалек был пожар через какое-то время после того, как лэрд, убивший Маккиннона и его семью, вскоре мирно скончался в своей постели. Но проклятие не умерло вместе с ним: здание было практически полностью уничтожено огнем, а потом это повторилось спустя много лет, когда замок восстановили. Вот почему его название от столетия к столетию столько раз изменялось.
– А как именно?
– Одно время он был известен как замок Эйр-Лет, то есть изолированный замок, каковым он, безусловно, остается и по сей день. Но, похоже, в нем всегда происходило что-то дурное; например, следующий владелец однажды в глухую ночь был вынужден бежать с семьей, чтобы скрыться от его злости.
– Злости?
– Да, понимаю. Звучит смешно, не правда ли? Но именно так они в те дни это охарактеризовали. Через несколько лет замок снова перестроили – по крайней мере, те его части, что были разрушены. В некоторых из главных залов были увеличены окна; там прежде было холодно и темно, так мне рассказывали. И, конечно, опять изменили название, лишь бы избавиться от проклятия. На этот раз его назвали замком Уайгнек, что означает «одинокий», «уединенный», «частный», «секретный» – выбирайте сами. Какое-то время все было прекрасно, хотя история гласит, что никто из обитателей никогда не был там счастлив.
– Это меня не удивляет, – сказал Эш. И полушутя добавил: – Кажется, я различаю шаблон, который начинает вырисовываться.
– Ха! Но если б вы увидели его вечером солнечного дня, при великолепном закате, когда серый песчаник стен приобретает мягкий розовый оттенок, вы бы никогда не поверили, что в нем таится что-то зловещее.
Его описание прозвучало как отрепетированная скороговорка экскурсовода.
– А название опять изменилось, – заметил он. – Что случилось на этот раз?
– Ну, сказать вам по правде, я мало что еще знаю, но в конечном итоге замок стал своего рода убежищем для богатых людей. Чем и остается по сей день. И именно поэтому он называется Комрек.
– Комрек — значит?..
– Убежище, – с выражением ответил Дэлзелл.
* * *
Следователь с любопытством смотрел на шофера, но тот сосредоточился на дороге. Они доехали до Т-образного перекрестка и остановились; мгновение водитель выглядел несколько неуверенным в своих действиях.
– Заблудились? – сухо осведомился Эш.
– Что вы, нет-нет. Просто подумал кое о чем, что вам, может, захотелось бы увидеть.
– Хорошо, почему бы и нет?
Дэлзелл указал налево и свернул на более широкую дорогу, где движения, наоборот, было мало.
Низко у них над головами пролетела большая белая птица.
– Чайка? – спросил Эш у Дэлзелла. – Значит, мы недалеко от побережья?
– Баклан, сэр. Да, море справа от нас, совсем недалеко. По пути можно увидеть глупышей, больших бакланов, да и морских птиц всех видов. Моевки гнездятся на морских утесах.
– Значит, мы скоро будем в Комреке?
– Он неподалеку, мистер Эш. Уже совсем близко. С бастионов замка в ясный день можно запросто увидеть серых тюленей, которые отдыхают на скалистых берегах. У нас в Шотландии хватает дикой природы, понимаете? На территории замка встречаются олени и красные белки, потом еще есть пустельги, а с севера к нам даже залетают странные беркуты. Если вы в душе любитель природы, то прекрасно проведете время в этом уголке мира. Это, конечно, касается всей Шотландии. Не слишком многие регионы полностью урбанизированы, а если хотите увидеть природу в ее лучшем, внушающем благоговение виде, постарайтесь провести месяц в горах.
– Шотландский Совет по туризму был бы от вас в восторге. Вы говорите это всем, кого подвозите?
Дэлзелл рассмеялся.
– Вы не можете винить человека за то, что он любит свою страну. Как долго вы думаете здесь пробыть?
Эш нахмурился.
– Надеюсь, мне не потребуется более трех дней.
– Чтобы что сделать, если вы не возражаете, что я спрашиваю, мистер Эш?
– Вы честно не знаете, зачем я сюда приехал?
– Меня не проинформировали обо всем этом, но я знаю, что это не увеселительная прогулка. Знаю, что вы охотник за привидениями, но связано ли это каким-то образом с тем, что недавно случилось с одним из клиентов замка?
– Что вы слышали?
– Ничего такого, что имело бы какой-то смысл. Говорили о каком-то тяжелом ранении… A bhidse![16]16
A bhidse! (гэльск.) – Ну, хитрожопый (примерно). (Подходит и гораздо более грубое слово. – Ред.)
[Закрыть]
Это внезапное слово, за которым последовал резкий выдох, прозвучало для Эша как еще одно гэльское ругательство.
– Мне надо кое-что проверить, – сказал шофер. Они поднимались по дороге, вдоль которой тянулись деревья и кусты, и теперь были на гребне холма, глядя вниз на все продолжение пути. Эш был озадачен, когда Дэлзелл остановил машину и, извинившись, вышел.
– Я сию минуту, – сказал водитель, прежде чем закрыть дверь. – Просто полюбуйтесь пейзажем минуту-другую.
Эш устремил взгляд вниз по склону холма, пристально рассматривая пейзаж. Сырой воздух придавал окружающей его зелени темную пышность, и, пока он наслаждался этой мирной картиной, горизонт стал от него удаляться. Автомобиль, что было невозможно, катился назад, вверх по склону.
Когда он метнулся к ручному тормозу, его ремень безопасности натянулся, ограничив его движение. Но в тот же миг он увидел, что рычаг переключения передач находится в режиме парковки. Тем не менее, пока он глазел через ветровое стекло, пейзаж неумолимо продолжал удаляться от него.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?