Текст книги "Невидимая угроза"
![](/books_files/covers/thumbs_240/nevidimaya-ugroza-112721.jpg)
Автор книги: Джина Майер
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Джина Майер
Невидимая угроза
© Ravensburger Buchverlag Otto Maier GmbH, Ravensburg (Germany), 2013
© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2015
© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2015
Никакая часть данного издания не может быть скопирована или воспроизведена в любой форме без письменного разрешения издательства.
* * *
Я смотрю в дверной глазок и вижу засохший цветок в горшке, который госпожа Франц поставила на подоконник лестничной клетки. Рядом валяется расплющенная банка из-под колы. Еще я вижу Серена. Он спускается по лестнице с третьего этажа. Серен учится в моем классе, но мы не дружим. На прошлой неделе он сунул меня лицом в песочницу. Песок набился мне в рот, и в глаза, и в нос. Я чуть не задохнулся. Но Серен сказал, что нельзя так быстро задохнуться.
Серен смотрит на дверной глазок, прямо в мой левый глаз. От страха я отшатываюсь и едва не падаю с табурета. Он ведь не может увидеть меня с лестничной клетки? Или может? Я вновь приникаю к дверному глазку и успеваю заметить макушку Серена. Затем он скрывается из виду.
Я вижу засохший цветок, вижу пустую банку из-под колы, вижу огромную муху. Она бьется в оконное стекло.
Папу я не вижу.
Мама на кухне, она говорит по телефону с Гарри, и я слышу, как она ругается с ним.
«Я не могу работать в такой атмосфере! – жалуется она. – Как, по-твоему, я должна справляться со всем?! Я же не машина!»
Потом мама громко произносит плохое слово, швыряет трубку на стол и начинает хлопать дверцами шкафа, будто они в чем-то провинились. Гарри и мама не дружат. Он ей не друг, а кто-то другой, но я не знаю точно, кто именно.
«Иди уже есть! – кричит мама. – Что ты прилип к этой двери? От того, что ты там все время торчишь, ничего не изменится!»
Я знаю, что не изменится. Но я хочу увидеть, как папа будет подниматься по лестнице. Его голова появится в том самом месте, где только что была макушка Серена. Папа знает, что я стою у дверного глазка. Поднимаясь по лестнице, он всегда мне улыбается.
Глава 1
«Мэрилин Монро носила одежду сорок второго размера».
Эта мысль не позволяет Софии отчаяться. Она бормочет себе под нос эту фразу, как мантру, когда ей становится совсем худо. Как сегодня. Сегодня понедельник. По понедельникам Софии всегда нелегко. Первые два урока – физкультура, а перед физкультурой нужно переодеться. Снять одежду. Это хуже всего. В волейбольной секции, которую посещает София, занимаются еще двадцать девочек. И у всех тридцать шестой размер одежды. Кроме Бритты. У Бритты тридцать второй. Ну, и кроме Софии, конечно. София носит одежду сорок второго размера. Как Мэрилин Монро. Сейчас считается, что девушки с таким размером страдают от избыточного веса. У кого сорок второй размер, тот жирдяй. Но Мэрилин Монро – богиня кино, секс-символ – не была жирной. Она была идеальна. Увы, те времена прошли. Каноны красоты изменились. Мэрилин Монро умерла.
София стянула джинсы. К сожалению, они не шлепнулись на землю, как брюки-клеш Луции. Софии пришлось стаскивать штанины с бедер и икр, как стягивают шкурку с сарделек.
Луция неспешно сняла футболку, повесила ее на крючок и только потом принялась искать в сумке спортивную форму. Сейчас на ней был только белый лифчик. И трусики. Но Луция не торопилась. Будто у нее есть все время мира. Да, она могла себе такое позволить – с ее упругой загорелой кожей. И стройными, невероятно стройными ножками.
Не то что София. Уж ей-то приходилось поторапливаться. Стянуть джинсы. Надеть спортивные штаны. И побыстрее, пока остальные не обратили внимание на ее толстые белые ноги.
– Готова? – спросила Эмили.
– Секундочку. – София достала спортивную куртку из сумки.
И тут же покраснела, осознав, что Эмили обращалась не к ней, а к Луции. Ну ясное дело. Времена, когда Эмили ждала ее в раздевалке, прошли.
– Готова. – Луция переоделась, схватила бутылку с водой и побежала за Эмили в спортзал, даже не оглянувшись на Софию.
– Мэрилин Монро носила одежду сорок второго размера, – пробормотала София.
И вздрогнула – за ее спиной кто-то рассмеялся. Бритта.
Бритта была низенькой, худой и прыщавой.
И носила брекеты, хотя ей уже исполнилось шестнадцать. Она пыталась подружиться с Софией с пятого класса. Но София не собиралась с ней связываться – ей только не хватало подружки, которая выглядела бы еще хуже, чем она сама.
– Это миф, – заявила Бритта.
– Что? – переспросила София.
– Что Мэрилин Монро носила одежду сорок второго размера. Это неправда. У нее был тридцать восьмой размер.
– Чушь, – неуверенно возразила София.
– Тридцать восьмой! Вообще, это уже перебор. Ну, в смысле, для актрисы. Сейчас бы ее никто снимать не стал. Такую толстуху-то. – С этими словами Бритта развернулась и вышла из раздевалки.
Конечно, она просто хотела отомстить Софии за то, что та не пригласила ее на день рождения. Но от этого легче не становилось. Мэрилин Монро носила одежду тридцать восьмого размера.
Из спортзала донесся свисток господина Баумгарта, по полу зашлепали подошвы кроссовок. Софии хотелось разрыдаться.
За физкультурой шла физика. После перерыва, конечно. София терпеть не могла физику, но для этого урока хотя бы не нужно переодеваться. Девочка выскочила из спортзала: в одной руке – сумка с формой, в другой – сумка с учебниками и тетрадями.
София чувствовала себя отвратительно. Как и всегда после физкультуры. А все потому, что она не могла хорошенько вымыться, только обтереть пот – и все. Быстро нанести дезодорант – и прочь отсюда. Главное – не смотреть в зеркало. Главное – убраться поскорее.
Опустив голову, она бежала через школьный двор.
– София?
Та остановилась и оглянулась. Никого из знакомых она не увидела.
– София? Ты же София Ротэ, верно?
К ней подошел молодой парень. И очень красивый к тому же. София где-то его видела, но не могла вспомнить, где именно.
– Да, это я.
– Меня зовут Феликс. Я дружу с твоим братом. Мы вместе ходим на бадминтон.
Да, точно. Феликс. Новый приятель Морица. На прошлых выходных они соревновались во время турнира. Мориц выиграл. Ну конечно, Мориц выиграл. Мориц всегда выигрывал.
– А где он? – спросил Феликс.
– Кто?
– Твой брат.
– Понятия не имею. Дома, наверное.
– Дома? Но… он же в этой школе учится. Он мне так сказал в воскресенье.
– Да, но он уже сдал письменные экзамены, поэтому у него больше нет занятий. Завтра последний экзамен, устный, – и все.
Феликс хлопнул себя кулаком по лбу:
– Точно! Вот я дурак! Он же мне говорил. Ладно, может, ты мне поможешь…
– А что случилось? – Краем глаза София видела, как Луция и Эмили вышли из спортзала. Она чувствовала на себе их взгляды.
И как они смотрели на Феликса! И на нее! София в точности знала, что они думают: «Что это за парень? Что ему нужно от Софии?» Ей было приятно осознавать, что они сейчас за ней наблюдают. Хотелось постоять тут подольше, пока все девчонки из ее волейбольной группы не пройдут мимо.
Феликс порылся в сумке и достал связку ключей.
– Вот. Сегодня утром разбирал свою сумку с формой и нашел их. Может, это ключи твоего брата?
Ключи. Последние несколько дней Мориц только и делал, что искал ключи. На брелке висели ключ от подъезда, ключ от квартиры, ключ от шкафчика в раздевалке, ключ от замка для велосипеда. И в воскресенье этот брелок с ключами куда-то запропастился. Папа уже вызвал мастера, чтобы тот поменял все замки. Это обошлось бы семье в целое состояние, но, к счастью, до этого дело еще не дошло.
– Понятия не имею, как ключи попали ко мне, – говорил тем временем Феликс. – Наверное, Мориц перепутал сумки. Они висели рядом.
– Да, он уж точно обрадуется, когда узнает, что ключи у тебя. Ты ему уже звонил?
– У него мобильный был отключен. Я поэтому сюда и пришел. Вот гадство! Ну ладно, хорошо, что я тебя встретил.
– Погоди-ка.
София достала мобильный и набрала номер домашнего телефона. Мориц взял трубку только после восьмого-девятого звонка. Голос у него был сонный, похоже, сестренка его разбудила.
«Ну надо же, – подумала София. – У него завтра выпускной экзамен, а он там дурака валяет, будто это все его нисколечки не волнует». Она сама давно уже сидела бы за столом и зубрила бы материал, пока дым из ушей не пошел бы. А в итоге все равно завалила бы экзамен.
– Что такое? – нервно осведомился Мориц.
– Тут к тебе из бюро находок пришли. – София передала трубку Феликсу.
– Да уж, порадовал я твоего брата, – улыбнулся Феликс, закончив разговор. – Счастье еще, что вы замки поменять не успели. – Он протянул ей ключи. – Ну ладно. Передавай привет Морицу. Мы с ним скоро на бадминтоне увидимся.
– Передам.
– А у тебя, небось, сейчас еще уроки?
– Физика. – София поморщилась. – Любимый предмет, знаешь ли.
Феликс рассмеялся.
– Да, я тоже всегда физику терпеть не мог. Ладно… Жаль. У меня как раз есть время, я думал тебя кофе угостить, но раз у тебя уроки…
– У меня после половины одиннадцатого окно, – выпалила София.
Она еще не успела договорить, как кровь прилила к ее лицу – щеки стали розовыми, красными, багровыми. «Бывают же такие дурехи», – послышался ей голос Эмили, хотя на самом деле ее одноклассница давно уже ушла. За то недолгое время, пока Эмили дружила с Софией, она успела изложить ей пять важнейших правил флирта. Первое правило гласило: «Никогда, никогда, никогда не делай первый шаг в отношениях». Остальные четыре правила София забыла. Да они ей и не понадобятся, потому что она сразу все запорола. София видела, как Феликс колеблется. Наверное, пытается придумать, как бы поскорее от нее отделаться.
– Ничего страшного, – промямлила София, хотя Феликс, собственно, ничего не сказал. – Так, просто подумалось. А сейчас мне и правда пора бежать.
На самом деле до звонка еще было далеко.
– Нет, идея классная. Значит, встречу тебя в половине одиннадцатого у центрального входа. Может, знаешь тут кафешки неподалеку?
– Нет. То есть да, кафешки я знаю, но зачем тебе сюда возвращаться? Можем и в другой раз встретиться. – Сердце бешено стучало, ладони вспотели, ноги подгибались. Вдруг он заметит, как она волнуется?
– В общем, я за тобой зайду, – сказал Феликс.
София хотела сказать, что в этом нет необходимости, но во рту у нее так пересохло, что она и слова не могла выговорить. Рот у нее отрывался и закрывался, как у погибающей птицы.
– Ты разве не собиралась бежать на урок?
София кивнула, махнула ему рукой и помчалась прочь, не попрощавшись.
Урок физики прошел как во сне. София попеременно щипала себя правой рукой за левую и левой за правую. Она думала о том, что Феликс сидит сейчас неизвестно где, пытается убить время и злится. Кого обрадует перспектива встречи с шестнадцатилетней толстухой? «А я ведь даже душ не приняла», – подумала София.
На перерыве между двумя уроками физики она помчалась обратно в раздевалку. Там как раз переодевались пятиклассницы, о чем-то щебеча и хихикая. София поспешно стянула блузку и, перегнувшись через умывальник, открыла кран. Холодная вода обдала ей волосы, а когда девочка отшатнулась, она стукнулась головой о край умывальника. С трудом выпрямившись, София увидела, что ее окружила стайка пятиклассниц. Девчушки потрясенно смотрели на нее, открыв рты. Только в этот момент София вспомнила, что забыла свое полотенце в кабинете физики.
– Может мне кто-нибудь одолжить полотенце? – спросила она у девчонок.
Ни одна из пятиклассниц не ответила. Они казались такими напуганными, будто София направила на них пистолет.
– Вот! – София вытащила из кармана джинсов пять евро и помахала купюрой в воздухе. – Можете немного подзаработать.
Черноволосая девчушка осторожно взяла у Софии деньги и передала ей полотенце. Затаив дыхание, она смотрела, как взрослая девочка вытирается.
Но Софии полотенце не очень-то помогло. Волосы были под стать ее телу: казалось, что их слишком много. Неукротимые кудряшки. Если их намочить, то полотенцем не высушишь. София сунула полотенце малявке в руку и помчалась в другой корпус школы. К тому моменту как девочка добежала до кабинета физики, она вся взмокла. Да еще и шишка на лбу выскочила.
Еще двадцать минут.
Десять.
Пять.
Четыре.
Три.
Через две минуты Феликс встретит ее у центрального входа в школу. Красивый, классный Феликс, на которого засмотрелись даже Луция с Эмили. Он будет ждать Софию. Которая и тогда, в школьном дворе, выглядела отвратительно, а теперь все стало только хуже. Мокрые волосы липли к плечам – только сверху они высохли и теперь торчали во все стороны. Шишка на лбу набухла и покраснела.
«Я просто не пойду к нему, – подумала София. – Сначала он, конечно, разозлится, но потом обрадуется. Я не пойду, а Мориц ему завтра скажет, что мне стало плохо».
После звонка София спокойно сложила тетрадь и пенал с ручками в сумку и вышла из кабинета. Чувствуя, как стучит сердце, девочка подошла к лестнице. Ступенька, еще одна, еще одна. Она очутилась в фойе, миновала учительскую. «Спрячусь в компьютерном зале», – мелькнула у нее мысль, но это решение осталось только в ее сознании, почему-то тело не выполнило эту команду. Не свернув в компьютерный зал, София шагала прямо к выходу. Вот она, открытая дверь, двор… Пути назад уже нет. Только теперь София остановилась и оглянулась. Феликса там не было. «Он не пришел», – поняла она. Смятение сменилось ощущением пустоты. «Ясное дело, – думала девочка. – Чего еще было ждать?»
И тут послышался гудок.
Машина Феликса стояла прямо перед школьными воротами. Парень высунулся из окна и помахал ей рукой.
– София! – позвал он.
И снова ей показалось, что все ученики повернулись и смотрят в ее сторону. Она помахала ему в ответ, наслаждаясь всеобщим вниманием, и медленно двинулась к машине. Каждый шаг дарил ей наслаждение.
Кафешка оказалась и не кафешкой вовсе – так, пара столиков в булочной. Они были там единственными посетителями. Феликс заказал латте, но кофеварка сломалась.
– У нас только растворимый, – проворчала продавщица. – Есть что-нибудь будете?
– Нет, спасибо, – отказалась София.
Феликс тоже ничего не заказал. Продавщица скрылась за прилавком, с тоской бросив последний взгляд на газету с кроссвордом, от которой ее отвлекли Феликс и София.
Девочка сглотнула. Острое чувство счастья развеялось. Феликс пришел сюда с ней только потому, что она сама бросилась ему на шею. Он слишком вежливый, чтобы ей отказать.
Парень улыбнулся. Наверное, ему хотелось посмотреть на часы, но снова вежливость не позволяла.
«Ну же, скажи что-нибудь!» – мысленно прикрикнула на себя София. Если молчать, будет еще хуже.
– А ты уже окончил школу? – с трудом выдавила она.
– Уже давно. Правда, я так и не доучился. Я не такой умник, как твой брат. Бросил школу после десятого класса. Мама настаивала только на том, чтобы у меня был аттестат об основном общем образовании.
– Повезло же.
– Да, я тоже так думаю. Правда, тогда мне так не казалось, я очень нервничал.
– Нет, я не об этом. Повезло, что ты не такой умник, как Мориц.
Феликс рассмеялся.
– Ну да. Иногда хотелось бы, чтобы мне все так легко давалось, как ему. За что ни возьмется – все у него получается, да? Он говорил, что собирается учиться на врача…
– Да, собирается на медицинский поступать. У него в аттестате только отличные оценки.
– Круто! А я хорошистом был, да и трояки в аттестате имеются.
– Да, у меня то же самое.
Может, Феликсу тогда было наплевать на оценки. Может, он и пальцем о палец не ударил, чтобы получить хорошую оценку. А София зубрила с утра до вечера и все равно из хорошисток так и не выбилась.
Продавщица принесла им кофе. Переставляя чашки с подноса на столик, она пролила половину кофе в блюдца.
– Упс! – прокомментировала София.
Продавщица недовольно уставилась на нее.
– Такое со всяким может приключиться, – возмутилась она.
– Ясное дело. – София захихикала, потому что Феликс начал строить гримасы за спиной у неуклюжей девицы.
Та подозрительно оглянулась, но парень уже невинно улыбался.
– Принесу тряпку. – Она отошла.
– Ну, за встречу! – Феликс поднял чашку. С донца тут же начало капать. – За нас, лузеров! Я рад, что ты меня не осуждаешь. – Он отхлебнул кофе. – Фу! – Чашка тут же оказалась на столе. – На вкус как помои.
– Эй, откуда тебе знать, какие на вкус помои?
– У нас дома только такую дрянь и пили. Мы были очень бедными. Знаешь, одна буханка хлеба на семерых детей в неделю.
– Сочувствую. Неудивительно, что ты плохо учился в школе. От голода, наверное, и сосредоточиться не мог.
– Хуже. Учителя постоянно выгоняли меня из класса, потому что у меня так урчало в животе, что другие не могли сосредоточиться.
– Бедняга.
– А ты? Чем горька твоя судьбинушка? – Феликс склонил голову к плечу.
Этот взгляд… Немного насмешливый, очень заинтересованный и такой теплый… София чувствовала, как этот взгляд касается ее, наполняя ее тело приятным теплом. А потом тепло поднялось вверх, к лицу. Щеки стали розовыми, красными, багровыми. Ох, к черту! К счастью, тут подошла продавщица с тряпкой и протерла блюдца.
– Милости прошу, господа, – сквозь зубы процедила она, прежде чем вернуться к своему кроссворду.
Тем утром София узнала о Феликсе следующее. Он подрабатывал в магазине электроники «Медиамаркт» и посещал вечернюю школу, чтобы все-таки получить аттестат. Два раза в неделю он играл в бадминтон и любил ходить в кино. Он слушал группы «Green Day», «Foo Fighters» и «Nirvana», а София разве что помнила их названия.
– Да ну, это старая музыка. Прямо как я, – ухмыльнулся Феликс.
Ему было двадцать – на четыре года старше Софии.
– Эй, ничего ты не старый! – возмутилась София.
«Идеально, – подумала она. – Ему двадцать, мне шестнадцать. Мы словно созданы друг для друга».
– Что собираешься делать, когда получишь аттестат? – спросила она.
– Пойду дальше учиться.
– На кого?
– Я тебе расскажу, когда мы познакомимся поближе.
«Когда мы познакомимся поближе…» Это звучало многообещающе.
– А когда тебе нужно возвращаться в школу? – будто невзначай осведомился Феликс.
София посмотрела на часы.
– О господи! – Она вскрикнула так громко, что продавщица от неожиданности уронила ручку. – Мне давно пора было вернуться. Шестой урок уже начался.
– Значит, не будем торопиться. Опоздала так опоздала. – Он жестом подозвал продавщицу. – Мы рассчитаемся.
Когда он подбросил ее к школе, София опять притихла.
«Ну вот и все, – думала она. – Теперь он меня высадит, поедет себе дальше и забудет обо мне». Она вдруг осознала, что у него наверняка есть девушка. «Феликс такой красивый, умный, веселый. Не может быть, чтобы такой парень ни с кем не встречался». А даже если у него и нет девушки, то с чего бы ему интересоваться такой, как София? «Жируха». Так ее называли раньше мальчишки. Это ей Эмили рассказала. А может, они и сейчас ее так называют, просто она об этом ничего не знает.
– Что случилось? – спросил Феликс. – Почему ты молчишь? Я что-то не то сказал?
София покачала головой:
– Нет, глупости.
Он все сделал правильно. А она влюбилась в него по уши.
– Да ладно тебе. Подумаешь, урок прогуляла. Из-за этого из школы не выгонят. Поверь мне, уж я в таких делах разбираюсь!
Она вымученно рассмеялась.
– Я могу пойти с тобой. Расскажу твоей училке, что ты упала на улице. Потеряла сознание. Или что тебя поймали в «Медиамаркте» на мелкой краже.
– Отличная идея. Шестой урок ведет госпожа Бауманн, она таких шуток не понимает.
– А что за урок?
– Музыка.
– Уф, не круто. У всех учителей музыки есть комплекс неполноценности.
Феликс остановился у ворот школы и выключил мотор, хотя тут нельзя было парковаться.
– Ну так что? Мне пойти с тобой и принять удар на себя? Я отличный козел отпущения, поверь!
– Глупости.
София покачала головой. Однако мысль о том, чтобы пройтись с Феликсом по школе, показалась ей заманчивой.
– Может, мне повезет и Бауманша вообще не заметит, что меня не было на уроке.
– Ну, как скажешь. Но если она начнет к тебе придираться, ты мне только скажи, слышишь?
– Непременно.
А потом – он к ней наклонился. София затаила дыхание. Его лицо было так близко, что у нее сдавило горло. Феликс нежно коснулся кончиками пальцев шишки на ее лбу.
– Что это с тобой приключилось? Пыталась сквозь стенку пройти?
– Я тебе расскажу, когда мы познакомимся поближе, – выдохнула София.
Феликс рассмеялся… и поцеловал ее. В щеку, конечно, и это был недолгий поцелуй, но все равно – он ее поцеловал.
– Ладно, тогда до скорого.
– До скорого.
«Ну почему он не выразился конкретнее? Так, главное, сейчас ничего лишнего не ляпнуть», – подумала София.
– Окей. – Она нащупала ручку, открыла дверцу и вышла наружу.
Земля качалась у нее под ногами, будто она напилась. «Это любовь», – подумала девочка. Она уже пару раз влюблялась – в Тимо из параллельного класса и во Фредерика из театрального кружка. Но она еще никогда не испытывала ничего подобного. Чувство было таким глубоким, таким сильным, таким… настоящим.
Стекло в дверце опустилось.
– Я с тобой свяжусь! – крикнул ей вдогонку Феликс. – Пока!
Он завел мотор и уехал.
– Пока… – пробормотала София.
Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы не поднять руку и не коснуться щеки, куда ее поцеловал Феликс. Как отстойная героиня в отстойной мыльной опере!
– Кто это был? – Ева курила, прячась за воротами школы. – Твой парень?
София пожала плечами и просто прошла мимо.
«Он со мной свяжется, – думала она. – Но когда? Когда?»
– Зря ты прогуляла музыку, – крикнула ей вслед Ева. – Бауманша рвала и метала.
Мир перевернулся с ног на голову. София влюбилась и витала в облаках. А Мориц – умный, прилежный, всегда добивающийся своего Мориц – провалился на экзамене. Впервые в жизни. На самом главном экзамене.
– Девяти баллов не хватило, – потрясенно сказал его отец. – Мориц, сынок, что случилось?
Он был гинекологом и очень радовался решению сына пойти на медицинский. Ко всему прочему, Мориц хотел поступить в Гейдельбергский университет, где когда-то учился и его отец.
«Всегда хорошо, если сын наследует профессию отца», – часто говаривал он. Словно речь шла о какой-то семейной драгоценности, которая передается из поколения в поколение.
– Ты перенервничал? – спросила мама.
Но Мориц ничуть не волновался перед экзаменами. С чего ему вдруг впадать в панику? Он еще с начальной школы всегда получал только отличные оценки.
– Эй, Мориц, ты меня слушаешь? – Отец перегнулся через стол и попытался заглянуть сыну в глаза.
Но у него ничего не вышло – Мориц, как загипнотизированный, смотрел в тарелку.
– Да что с ним такое? – Господин Ротэ повернулся к Софии.
С тем же успехом он мог задать этот вопрос яичнице. София понятия не имела, почему Мориц провалил устный экзамен. Они с братом словно жили на разных планетах. Да что там – в разных солнечных системах. Раз в пару световых лет с планеты в другом конце галактики долетали обрывки новостей, вот и все: «Ты видела мою зарядку для телефона?» – «Нет». – «Можно твою взять?» – «Бери, если найдешь». И опять тишина в эфире.
– Может, экзаменаторы на тебя давили? – осторожно спросила госпожа Ротэ.
– Существуют распоряжения как раз для таких случаев, – поддержал жену господин Ротэ. – Если с тобой обошлись несправедливо, экзамен можно пересдать.
Мориц покачал головой.
– Вообще, всем и так должно быть ясно, что нельзя учитывать этот результат экзамена. В последние годы ты по всем предметам только «отлично» получал.
– Все было по-честному. – Голос Морица звучал так хрипло, будто парень простудился.
– Ты о чем? – спросил отец.
– Меня переклинило. Такое бывает.
– Но почему? Ты перенервничал из-за того, что в университете высокий конкурс? Слушай, но ведь остальные экзамены ты сдал на «отлично».
– Как этот экзамен повлияет на средний балл аттестата? – спросила госпожа Ротэ.
Мориц поднял голову, но на родителей так и не посмотрел. Его взгляд остекленел.
– Мориц, да что с тобой такое? – испугался его отец.
– Ничего. – Мориц отодвинул стул и решительно поднялся на ноги. – Мне не хочется есть, извините.
И с этими словами он вышел из комнаты.
Старший брат Софии, Мориц. Куда бы София ни пошла, он там уже бывал. И озарял ей путь. Пример для подражания. «Я вела уроки у твоего брата», – говорила каждая учительница в начале нового учебного года, прочитав фамилию Софии в журнале. «О, ты сестра Морица? – спрашивал тренер по бадминтону. – Он отличный игрок». Даже стоматолог уже осматривал Морица и восторженно рассказывал Софии, какие у ее брата здоровые зубы.
«Тебе стоит брать с него пример». Эту фразу произносили они все. Конечно, не вслух. В конце концов, все знали, что родственников нельзя сравнивать. Но именно эта фраза читалась на их лицах. А хуже всего было их разочарование, когда они узнавали Софию чуть лучше: «Вы с братом совершенно не похожи». «Так и есть», – отвечала София.
Все на свете любили ее брата. А ее не очень. Девочка часто думала, что ей было бы легче без него. Она с нетерпением ждала того дня, когда Мориц наконец-то уедет в Гейдельберг учиться.
Правда, после знакомства с Феликсом София пожалела, что никогда особенно не общалась с братом. Будь они ближе, она могла бы расспросить Морица о Феликсе. София хотела знать о Феликсе все. Как они с Морицом познакомились? Они просто приятели или друзья? Где он живет? Что он любит есть? Правда ли, что у него семь братьев и сестер? Чем он увлекается кроме бадминтона? Есть ли у него девушка? Конечно, последний вопрос интересовал ее больше всего. Но, учитывая ее отношения с братом, расспрашивать Морица не имело никакого смысла. Он только ухмыльнется, и все. Скажет, мол, София, выброси его из головы. Это птица не твоего полета. Если тебе вообще удастся взлететь. С твоим-то весом.
Феликс. Феликс. Феликс. Феликс. Она не могла думать ни о чем другом. «Позвони мне!» – мысленно заклинала она Феликса. «Пожалуйста, свяжись со мной! Даже если у тебя ко мне нет никаких чувств. Мы могли бы стать друзьями. Просто позволь мне быть рядом».
София достала мобильный из кармана. Никаких новых сообщений, ни одного пропущенного звонка. Феликс не знал номера ее телефона, но он мог спросить у Морица.
Взгляд Софии остановился на открытке, которую она прикрепила к стене над письменным столом. Мэрилин Монро. Мэрилин Монро носила одежду тридцать восьмого размера. Не сорок второго. «Сейчас бы ее никто снимать не стал. Такую толстуху-то», – вспомнились ей слова Бритты.
София протянула руку, сорвала открытку со стены и бросила ее в мусорное ведро. А потом включила компьютер.
«Феликс», – ввела она в строку поисковика. И тут же стерла. Глупости. Она даже не знала его фамилию.
Динь!
В почтовом ящике оказалось семь новых сообщений.
Сердце Софии забилось чаще. Может быть, Феликс прислал ей письмо. Она об этом не подумала. А ведь стоило бы. Электронные адреса Морица и Софии отличались только именем. Если Феликс знал адрес Морица, то он мог написать и Софии. Она открыла ящик. Реклама, реклама, реклама… Сообщение от руководителя школьного хора с новым расписанием репетиций. Два запроса на добавление в друзья на Фейсбуке. Письмо без темы. И со скрытым адресом. «Спам, – подумала София. – Или сообщение от Феликса». Хотя, конечно, у него не было причин отправлять ей анонимные послания. У нее так задрожали руки, что пришлось трижды кликнуть на письмо, прежде чем оно открылось. На мгновение ей почудилось, будто Феликс сидит рядом и смотрит на нее, склонив голову к плечу. И снова ее тело словно бы наполнилось теплом его взгляда.
А потом она прочла сообщение. Раз, другой, третий. И ничего не поняла. Только на четвертый раз слова пробились к ее сознанию. Теперь Софии уже не было тепло. Ее бросило в холод. Девочка задрожала. Речь шла о Саре, ясное дело. О Саре и о том, что они сотворили с ней. «Но я же ни в чем не виновата! – подумала София. – Это все Эмили придумала». Однако остальные тоже участвовали. Все, в том числе и София. Кто бы ни прислал ей это сообщение, он знал об этом.
«Иди уже есть наконец!» – кричит мама.
Она накрыла на стол. Три тарелки, три стакана, столовые приборы. Но только на одной тарелке лежит бутерброд с паштетом. Только в один стакан что-то налито. Сок. Сок для меня. Мама и папа едят то, что приносит папа. Потому что папе после работы нужно хорошенько поужинать, а мама не умеет готовить. Она не умеет готовить, потому что она не хочет уметь готовить. Однажды она приготовила пюре с сосисками. Картошка для пюре подгорела, а сосиски лопнули. Тогда мы еще жили в нашем старом доме, но я не хочу вспоминать об этом. И все же воспоминания не так-то просто сдержать. Когда в голове всплывает образ нашего старого дома, нелегко выбросить его из головы. Отец тогда накричал на маму и выбросил пюре в мусорное ведро прямо в кастрюльке, а потом швырнул туда и сосиски. Мама засмеялась, и отец ударил ее – всего один раз, зато как сильно! Но мама все равно смеялась, хотя у нее из носа пошла кровь. Мама ничуть не испугалась. А я испугался.
Я прижимаюсь лбом к двери, так крепко, что у меня болит лоб. Я стараюсь выдавить мысли об отце из головы. Или запихнуть их куда-нибудь поглубже. Пусть они исчезнут! Я смотрю на лестничную клетку в дверной глазок. Я вижу засохший цветок и банку из-под колы. Мухи там нет. И папы тоже нет. Когда папа приходит, он вначале ест, потом выпивает бокал вина вместе с мамой, а потом играет со мной. Мы строим фабрику из кирпичиков «Лего». Фабрику исполнения желаний, как говорит папа. Нужно вставить в разъем желание, оно попадет по ленте конвейера в машину, а с другой стороны выскочит то, что ты пожелал. Но на самом деле таких фабрик не бывает. Это всего лишь игра. Иначе я давно бы уже отнес свое желание на такую фабрику. Тогда папа не говорил бы вечером: «Ну все, мне пора». И не надевал бы пальто. Он оставался бы в спальне с мамой и утром завтракал бы с нами, а иногда отводил бы меня в школу. Может, тогда Серен оставил бы меня в покое.
«Иди есть немедленно!» – говорит мама.
Уже семь часов. Я слезаю с табурета и собираюсь идти на кухню, когда слышу шаги на лестничной клетке. Я запрыгиваю обратно на табурет и выглядываю в глазок.
И он уже там. Стоит перед дверью и жмет на кнопку звонка. Я не вижу его лица, только плечо. Но я знаю, что он улыбается.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?