Читать книгу "Сонный Лекарь – 5"

Сонный Лекарь – 5

Глава 1. Махинатор

Стоило маяку для пространственных перемещений активироваться, как в “Логове” загудел весь зал-пещера. Чашки и блюдца на тележке с десертами задребезжали и разбились прямо на тех местах, где стояли всё это время. Из стены со светящимися кристаллами выпали эти самые кристаллы. Даже вода в искусственном водопаде забурлила.

– Это нормально? – указываю Нерее на бьющуюся посуду. – При твоих перемещениях ничего подобного не происходит.

Лопались уже не сами блюдца, а осколки от них. Они буквально выпрыгивали из подноса, стоящего на тележке.

– Довлатов, – Гуру указала на пространственный маяк, – Каладрис “Сорокаликий” один из сильнейших одарённых в мире. А не только в Штатах. Как архимаг, он сам по себе ходячий Источник восьмого ранга.

– Я про вибрации.

– Так и я про них, – Нерея с непониманием глянула на меня. – Сжатие пространства, нора, телепортация, рокировка. У тех, кто одарён сильным родством с пространством, как мы с Перси, хватает инструментов для быстрого перемещения. В случае Каладриса выбор невелик. Его тип одарённости считается уникальным. Сильное родство от восьми до девяти единиц. Что-то связанное с энтропией, накоплением и выделением огромного количества энергии. Ещё он мастер щитов и всевозможных нейтральных техник. Но вот конкретно это…

Махнув рукой, Нерея указала на маяк.

– … Каладрис проворачивает через технику “конвертор”. Перемещение столь большого объёма маны и вызывает вибрации. По сути, эта точка пространства мира Земли готовится к тому, чтобы принять Каладриса. Так понятнее?

Перси улыбнулась, услышав объяснение сестры.

– Нери пытается сказать, что маяк Максвелла это одновременно координаты для перемещения и в то же время стабилизатор пространства. Без “предохранителя”, при перемещении архимага [8], вполне реально появление аномалии. Феномен Сопряжения Миров работает по схожему принципу.

Над рукой воительницы возник знакомый голубоватый шарик – основа для техники “Пласталь”. Персефона парой движений пальцев придала ему форму многослойного торта, покрытого сливками.

– Скажем, ты хочешь переместить кусок торта из 5-го слоя в 6-й, – проекция торта разлилась на плоские круги. – Для перемещения ты приподнимаешь сам 5-й слой. Но вместе с тем с силой толкаешь стоящий над ним 6-й. Создаётся пространственный вакуум на месте куска 5-го слоя. Как думаешь, чем он заполнится?

В голове закрутились шестерёнки. Если Нерея предпочитает молчать, пока её не трогают, то Перси любит вопросы с подвохом.

– Вакуум пространства на 5-м слое заполняется тем, что было на 4-м? Те же австралийские орки на Землю так попали?

– Так происходит далеко не всегда, Довлатов, – воительница усмехнулась. – Иногда куски пространства на 5-м слое просто сходятся, заполняя собой вакуум. Раз, и не стало города. Есть и другие сценарии. Те же орки попали на Землю из мира, находящегося в том же слое. То есть случилось перемещение из смежного сектора. А в случае второго Сопряжения Миров, сто лет назад, к нам произошёл перенос чудовищ из 4-го слоя. На это указывают следы менее развитого астрала. Эти твари поумнели только после переноса на Землю. А эльфы, наоборот, открыли к нам порталы из 6-го слоя в 5-й.

Качаю головой.

– Слушаю вас и радуюсь тому, что я целитель.

– Это ещё почему? – Нерея нахмурилась.

– Как почему? – развожу руками и заодно указываю на маяк. – Вдруг мозги запекутся после тех зубодробительных формул, которые вы с Сати Лупергод составляли? Кто вас тогда лечить будет?

В этот момент в зал-пещеру из правого коридора вбежал Гуладор в чём мать родила. Его явно привлекли сюда вибрации от пространственного маяка.

Пока голый орк-гигант оглядывался по сторонам, из прохода за его спиной вынырнула валькирия. Девушка, улыбаясь, всучила Гуладору охапку его одежды.

– В пещеру, чви! – Гуладор махнул рукой в коридор. – Не выходи, чви! Я проверю, всё ли безопасно.

В глазах Персефоны промелькнул целый океан зависти к потупившей взгляд валькирии. Обе дамы увидели в Гуладоре мужика. Да не простого! Сильного и надёжного альфа-самца вождя, какого хочет себе каждая женщина.

– Завидуешь? – Нерея с улыбкой смотрела на меня.

– Скорее радуюсь, – подумав секунду, уверенно киваю своим мыслям. – Я рад, что в моём окружении есть те, на кого стоит равняться.

Среди девушек-студенток я и так уже “Гуладор”. Им нужен перспективный парень при деньгах. Здесь же всё иначе. Находящиеся сейчас в зале дамы играют в премьер-лиге. Им нужен “мужик”, а не парень. Тот, кто кладя х*р на проблему, ломает ей хребет. Тот, чей приказ и порыкивания им самим хочется слушать. Опора по жизни, рядом с которой женщина будет чувствовать себя таковой.

– Что не так, чви? – Гуладор поймал на себе изучающие взгляды Перси и Нереи.

– Ничего, – голос воительницы стал на два тона мягче, а поза чуть более расслабленной.

[Мне есть куда расти,] – подумал я, глядя на то, как вечно недовольная Персефона меняется на моих глазах.

Заметив моё внимание, она тут же фыркнула. – Скажешь хоть слово, прибью!

С удивлением смотрю на Нерею.

– Сердце женщины, потёмки, – гуру улыбнулась.

– Нери! – воительница надулась.

– Всё. Молчу-молчу.

Пока мы болтали, из левого коридора показались Дуротан и краснокожий Юджех. Мудрейший из орков, счастливо улыбаясь, вёл под руку даму-буйволицу.

Великий вождь, оглядевшись, указал рукой на пространственный маяк.

– Это ещё что, чви?

– Каладрис хочет к нам в гости зайти, – видя непонимание на лице орка, добавляю, – глава Ассоциации Охотников.

– Та штука, чви? – “Недвижимый” оглядел зал-пещеру. – Не хочу крушить это место, чви. Здесь хорошо.

– Мы в центре крупного города, вождь, – Персефона нахмурилась. – Здесь нельзя сражаться. Даже если о-о-очень сильно захочется оторвать Каладрису голову, надо хотя бы в пригород выбраться. Он тоже это понимает. К тому же, цель его визита – это переговоры.

Дуротан недовольно фыркнул.

– Война, это тоже переговоры, женщина-чви. Орки сами решат, с кем и как будут вести переговоры.

*Вшш-цинь*

Вибрация зала вдруг сошла на нет, и в тот же миг рядом с маяком появился Каладрис. Всё тот же белый костюм, уверенный взгляд и повадки короля, вдруг оказавшегося в окружении своей свиты.

– Садись туда, чви, – Дуротан указал Охотнику на свободное кресло. – Мне никто не сказал, что ты придёшь. Я знаю ваш язык, чви. Знаю повадки таких, как ты. Оставь эти свои “светские беседы” для тех, кто готов их слушать. Орки, чви, так не ведут переговоры.

Каладрис усмехнулся, глянув на предложенное ему место. Он не оглядывался по сторонам и выглядел так, будто не раз наведывался в “Логово Зверолова”.

– Радует, что орки ещё используют слово “переговоры”.

Звон в ушах снова появился. Вождь фыркнул, продолжая стоять.

– Война это тоже переговоры. Я только что объяснял это той женщине, – “Недвижимый” махнул рукой в сторону помрачневшей Персефоны. – Ты тоже ведёшь войну, чви. Только воюешь чужими руками. Указываешь другим, куда ходить и что делать, чви. Разрешаешь и запрещаешь, чви. Ты создал себе власть, чви. Орки уже видели таких… “штук”, как ты, в другом мире.

Глава Ассоциации с иронией глянул на Дуротана.

– И-и-и что? Я должен смутиться, “Недвижимый”? Патриарх правит родом. Вождь племенем, а император государством. Я создал Ассоциацию Охотников, и только мне решать, как она будет работать.

Казалось бы, простая пикировка таила в себе кучу крохотных, но очень важных деталей. Вождь сразу перехватил инициативу в разговоре, обойдясь без приветствий. Указал, куда сесть гостю, и сам при этом остался стоять. Это не случайность. Дуротан признаёт Каладриса сильным противником. Если начнётся бой, у вождя будет больше времени на реагирование.

– Все друг друга используют, вождь, – Каладрис усмехнулся. – Ты символ надежды для своего народа. Вождь для других вождей, объединяющий разрозненные племена в единую нацию. Взамен ты получаешь от них ресурсы. Роль главы Ассоциации Охотников выглядит примерно так же. Если кто-то из наших бесследно пропадает, я… именно я, а не кто-то другой, говорит, где его искать. Мы создали правила для обучения воинов, разведчиков, целителей и групп поддержки.

– Чви, опять пустые слова! – Дуротан недовольно махнул рукой. – Говори, зачем пришёл.

Каладрис что-то ответил. Его губы шевелились, сердце билось, а я будто впал в транс, пытаясь уловить ускользающее от разума смутное ощущение. Звон в ушах? Нет, не то. Накладываю на себя “Фокус” и “Ментальный щит”. Теперь гул виброгенераторов не мешает думать. Вокруг Каладриса воздух буквально дрожит от таящейся в нём мощи. Охотник обманчиво спокоен. Дуротана он опасается не меньше, чем тот его.

Вождь что-то говорит, Охотник ему отвечает. Не слышу слов. Сознание переключилось на внутренний диалог.

[Почему Ассоциация Охотников и Комитет Силлы существовали независимо друг от друга?]

Вывод очевиден. Аталанта не смогла ужиться с Каладрисом. Возможно, Охотник монополизировал позицию главы Ассоциации и продвигает свои интересы? Или госпожа Силла почуяла, что с Каладирсом что-то не так? В Сети об этом не писали. Я специально проверял.

Интересно и то, как разделилась сфера интересов. В Ассоциацию берут всех, начиная с ранга ученика [1] и заканчивая архонтом [6].

У Комитета кандидаты на вступление должны были иметь ранг архонта [6]. Основной состав – это абсолюты [7] и архимаги [8] со всех уголков мира. Аталанте, судя по взятым интервью, было наплевать на происхождение одарённого. Будь это погрязший в игорных долгах архонт [7], как Риррико. Или впавший в опалу правитель-архимаг [8] из Японского Сёгуната. Аталанта ставила в приоритет готовность одарённого защищать мир Земли от угроз Сопряжения и появляющихся вместе с ним аномалий.

Их с Каладрисом взгляды на мир едва ли не противоположны. Один хочет сохранения власти. А другая желала развития и в то же время защиты Земли.

– Довлатов? – обеспокоенный голос Нереи заставил вынырнуть из воспоминаний. – С тобой всё в порядке?

Звон в ушах в тот же миг стал оглушительным. Вибрации от генераторов помех теперь не мешали слышать его нормально. Дуротан всё так же смотрел на Каладриса, не сводя с него глаз. И сейчас вождь весьма многозначительно молчал.

Кивнув Нерее, я обратился к главе Ассоциации.

– Могу я узнать, где и когда вы родились?

– Нью-Гэмпшир, Новая Англия. Это недалеко от Портленда. 10 апреля 1910 года, – Каладрис усмехнулся. – Признаюсь, где вы, Довлатов, родились, мне не интересно. Но о вашей связи с “Язвой” мне уже сообщили с десяток разных аналитиков. Вы знали это?

Последний вопрос Каладрис адресовал вождю.

– Намного раньше тебя, – Дуротан недовольно нахмурился. – Не обесценивай других, штука-чви. Таким бесчестием ты снижаешь ценность своих слов.

Перси с нескрываемым удивлением смотрела на Дуротана. Вождь, оказывается, – весьма глубокая личность и прекрасно разбирается в ведении переговоров.

– Довлатов-чви? – “Недвижимый” кивком указал на развалившегося в кресле Охотника. – Я слышу слова, но ни черта не понимаю. Что с ним не так?

Одна догадка пронеслась в моей голове.

– Десятого апреля 1910-го года, – внимательно смотрю на Каладриса, – Родились вы или ваше тело?

Охотник усмехнулся.

– Мне не нравится, что переговоры между Ассоциацией и Фракцией Орков проходят, как допрос. Вас здесь вообще не должно быть, молодой человек.

Нерея весьма многозначительно взглянула в мою сторону.

– У него человеческое тело, – качнув головой, указываю на Каладриса. – Я могу это подтвердить, как целитель. Но у него не человеческая душа. Поэтому я слышу звон, когда нахожусь рядом. В Поднебесной, с Эксцентричным Буддой, было точно так же, когда в него вселялся Дух Провидения.

Присев, подбираю с пола один из генераторов помех.

– Максвелл притащил сюда эти штуки, чтобы скрыть вибрации, исходящие от самого Каладриса.

В комнате повисло тягостное молчание. Персефона посмотрела на замершего Каладриса, потом на меня.

– Это крайне серьёзное обвинение, Довлатов.

– Ваша мать, скорее всего, это знала, – указываю на Перси и Нерею. – Но так и не убила Каладриса! Значит, на то были серьёзные причины. Предположу, что Каладрис не враг людям, но доверять ему Аталанта не могла. Поэтому создала Комитет Силлы в противовес Ассоциации.

Дуротан всё это время стоял так, чтобы было понятно: сделай Каладрис хоть что-то и великий вождь ударит по нему всем, что есть. Перси с удивлением пригляделась к главе Ассоциации. Тот холодно молчал, но мой обострившийся слух уловил гулкие удары его сердца.

– У тебя родство с пневмой девять баллов... или даже выше? – глава Охотников невольно дернул щекой. – Впрочем, можешь не отвечать. Раз слышишь гул в астрале, значит, так и есть.

Каладрис перевёл взгляд с меня на ошарашенную таким ходом Перси.

– Всё, что Довлатов сказал, правда. И чёрт возьми! Ваша мать ушла, а я по сей день выполняю данное ей обещание. Будь моя воля, я бы уже отправил всех присутствующих на тот свет!

– Но мы ещё живы,.. – напомнил я о себе.

Охотник недовольно отмахнулся.

– “Язва” от “язвы” недалеко падает? Или как там у вас, русских, говорится. Я не лезу в ваши игры в Аранской песочнице, а вы не лезьте в мои. ООН нуждается в напутствии кого-то долгоживущего.

– Чви! – Дуротан хмыкнул. – Вот теперь ты понятно говоришь. Так зачем ты пришёл?

Каладрис при этом вопросе сразу весь подобрался. Взгляд из настороженного стал уверенным. Такая перемена в поведении дала понять, за что именно глава Ассоциации получил прозвище “Сорокаликий”.

– Ради сотрудничества.

– Не интересно, – Дуротан рыкнул. – Орки не ведут дел с тем, чего не понимают.

– Вождь, нам стоит его выслушать, – вмешался я. – Я не доверяю Каладрису, но верю в то, что сотрудничество между людьми и орками может быть взаимовыгодным.

Глава Ассоциации кивнул.

– Вы, кажется, один тут работаете головой, мистер Довлатов, – охотник перевёл взгляд на вождя. – У Ассоциации есть сеть Центров Телепортаций по всему миру. Есть спутниковые снимки с МКС. Есть обученные разведчики, целители, сборщики трофеев. Мы предлагаем делать смешанные составы боевых групп для тактических операций. Половина от орков, половина от людей.

Несколько секунд Дуротан мрачно молчал, а потом шепнул мне:

– Переведи-чви. Что этот белый змей сейчас сказал?

Меня что-то смутило в поведении вождя, но я сам не понял, что именно.

– Если коротко, Ассоциация предлагает сберечь жизни орков. Помочь узнать врагов, сказать, где они и сколько их. Если будет группа из пятидесяти орков-воинов, Ассоциация даст ещё пятьдесят Охотников. В том числе целителей, разведчиков, добытчиков... и поваров. Меньше потерь, больше сражений, быстрее восстановление после боя.

– Чви-и-и! – сделав шаг вперёд, Дуротан протянул свою лапищу Каладрису. – Если твои воины готовы сражаться рядом с орками, то мы готовы, чви, вести переговоры.

Каладрис натянуто улыбнулся. Ради того, чтобы услышать эти слова, ему пришлось сунуться в бордель, устроить мутный схематоз с привлечением Максвелла и выложить на стол действительно стоящее предложение.

Теперь речь не о посредничестве, а уже о вполне конкретном сотрудничестве орков с Ассоциацией. Ради взаимовыгодной сделки Каладрису пришлось самому немного испачкать руки. Мне же показалось, что именно этого Дуротан и добивался.

– Подробности взаимодействия Ассоциации Охотников и Фракции Орков обсудим позже, – Каладрис усмехнулся, продолжая держать лапищу Дуротана. – Рад, что мы договорились. Уже завтра Зипштейн будет на себе волосы рвать от недовольства.

– Проблемы людей, чви? – вождь нахмурился.

– Не проблемы,– охотник гаденько усмехнулся, – Скорее, недопонимание. Зипштейн всё надеялся выкинуть Ассоциацию из состава ООН. Так главы государств получат больше власти, а значит, и больше возможностей для грызни. Мне же нужен целый мир, а не свора воюющих друг с другом стран.

– А ты, значит, пастух, Каладрис-чви? – “Недвижимый”, секунду подумав, понимающе кивнул. – Теперь мне понятна, чви, твоя игра.

Секунд пять мне не давала покоя только что увиденная сцена. Вождь кого-то, кроме меня, назвал по имени? Нет, дело не в этом.

Ещё раз взглянув на Дуротана и довольные морды других вождей, я вдруг понял: им нахрен не нужен переводчик. Они всё прекрасно понимают!

“Переведи” – это изящная уловка. Так Дуротан выигрывал себе пять-десять секунд форы, обдумывая свою позицию в переговорах.

– Не прощаюсь, – Каладрис кивнул довольно улыбающемуся вождю и, сделав шаг в сторону, тут же исчез.

*Взз-дынь*.

С удивлением смотрю на Перси и Нерею. Судя по спокойным лицам, могучие архонты [6] не поняли сути разыгранного на их глазах спектакля. Это была чистой воды политика! Не бой или наука. Каладрис хоть и старый лис, но, видимо, тоже уверовал в игру “недалёкого вождя”.

[Аталанта была права! Этого орка реально стоит бояться. Он же обвёл вокруг пальца всех дипломатов ООН, главу Ассоциации и почти перехитрил меня. Зеленокожий махинатор, ей богу!]

Аккурат в этот момент у меня завибрировал телефон. Пришло сообщение от Романова по экстренной линии связи.

[Миша, срочно возвращайся! Весь совет правления “Романов и КО” вызвали в королевский дворец Арана. База в порту заблокирована техномантами СБ и армией Арана.]

Глава 2. Поражение в правах

Расскажи богу о своих планах – дай дедушке посмеяться. Эта фраза идеально описывает события последних дней.

Орки остались в “Логове Зверолова”. Им предстоял очередной раунд переговоров с Каладрисом и представителями ООН по взаимодействию военных сил. Корабли, самолёты и перевозка войск, Центры Телепортаций, караваны продовольствия – обсудили даже отправку стотысячной армии орков к границам супер-аномалии в Российской Империи.

Несмотря на февральские морозы, в последние дни жуки Макоши стали здорово наседать на объединённый восточный фронт великих князей. Пруссам и прочим европейцам тоже приходится несладко.

Мы же с Персефоной и Нереей отправились в Аран. Ситуация на острове обстоит далеко не самым лучшим образом. База в порту наглухо заблокирована аранскими войсками и техномантами СБ.

Вышел, правда, один казус. Не считая дежурной смены, на наших складах никого больше не оказалось. Крейсер “Суворов” и десантное судно “Иван Рогов” вместе с экипажем ещё месяц назад ушли на плановое техобслуживание во Французскую Полинезию. Назад пойдут только послезавтра.

У капитанов кораблей, Лазуренко и Макарова, отпуск, выданный из-за новых рангов, тоже заканчивается только завтра. В общем, королевская семья Арана точно знала, когда именно стоит нас приглашать на разговор.

Не заезжая домой, я сразу поехал на встречу с ребятами. Мы встретились в кафе, неподалёку от королевского дворца Арана. Эта махина в стиле барокко находится на окраине города.

Уже подъезжая к месту встречи на такси, я заметил около кафе несколько чёрных внедорожников с тонированными окнами. У всех номера СБ Арана.

Подхожу к столикам на террасе. Романов, Долгорукова и Гагарина сидят за одним столиком. Наш дорогой финансист Мамай отсутствует. Катарина Лупергод и её тёзка, юрист Басмач Катарина Георгиевна, за другим столиком без энтузиазма копаются вилками в салате.

– Вернулся, потеряшка! – Романов, с мрачной миной, указывает на людей в чёрном, стоящих неподалёку. – Этих видел? Нас уже три дня крепко пасут.

– Да я уже понял, – покопавшись в карманах, протягиваю Долгоруковой кольцо-печатку. – Свет, ничего не спрашивай. Просто убери это в свой пространственный карман.

Дар рода Долгоруковых у Светки за полгода развился уже во вполне себе полезную способность. Она теперь в этом “кармане” может носить то, что не влезло в её женскую сумочку.

Долгорукова, не задавая лишних вопросов, убрала кольцо к себе. Гагарина же всё это время озиралась по сторонам.

– Миш, у меня интуиция кричит, что всё плохо. Прямо совсем-совсем плохо! Я ещё никогда настолько сильного страха не ощущала. Такое ощущение, будто смерть бродит где-то рядом.

– Тогда нам надо срочно во дворец, – пожав плечами, указываю на людей в чёрном. – Мне кажется, вон те ребята будут только рады. Заодно сопроводят нас и обеспечат охраной.

Романов сглотнул, глядя на наглухо затонированные внедорожники.

– Довлатов, ты же понимаешь, что нас вполне вероятно уже не выпустят из дворца?

– Так-с! – встаю из-за стола и обвожу взглядом совет правления. – Господа и дамы. Как целитель, я знаю, что страх смерти или чувство бессилия страшнее их самих. Так что напрягите свои булки и делайте, как скажу! Дамы, если станет совсем страшно, бейте в пах ближайшего охранника. Романов…

– Я так бить не буду. – княжич усмехнулся. – Но суть я понял, Миш. Уж лучше зубами в глотку палачу вцеплюсь.

…

Через час нас уже приняли в королевском дворце Арана. Само собой, королю Диеро Аран-ди не пристало общаться со студентами, владеющими какой-то там фирмой. Другое дело, второй принц – сорокасемилетний Сейм Аран-ди. В народе его зовут “Звездой Праведности”, раскручивая имидж борца за справедливость при любом удобном случае.

Королева отвечает за благотворительность и систему здравоохранения. Первый принц – за армию. Вторая супруга короля – “хранитель науки и знаний”. Проще говоря, каждый член королевской семьи Арана взял на себя работу одного-двух министерств.

На входе во дворец нас обыскали, попросив сдать всё оружие и артефакты. Слава богу, телефоны оставили. Без них было бы совсем скучно. Нас ведь решили помариновать, заставив ожидать приёма целый час.

Мы уже сидели в приёмной Сейма, когда Гагарина трясущимися руками протянула мне свой смартфон.

– Я так и думала! – прошептала она севшим голосом. – Когда ты только вернулся, Довлатов, у меня сразу интуиция заорала: “Опасность! Мы все умрём”.

– Что там? – Романов тоже заглянул в мой телефон. – Ох, ё! Это же здание нашего офиса.

Светка сглотнула.

– Точнее, всё, что от него осталось.

На экране телефона Гагариной шла трансляция одного из местных телеканалов. В офисе “Романов и КО” сейчас буйствовал огневик-архонт [6], сжигая само здание до состояние угольков. Неизвестный в маске демона одну за другой швырял в окна здания мощнейшие техники огня. Жар такой, что стены прогорают насквозь. На парковке не осталось ни одной целой машины.

В следующий миг завибрировал телефон Долгоруковой. Девушка тут же открыла его, читая сообщение.

– На склады Долгоруковых в Благовещенске совершён налёт.

– Секунду, – Романов достал свой телефон и тут же облегчённо выдохнул. – Мамай пишет. Говорит, с ним всё хорошо. Он сейчас с каким-то китайцем Ван Дунем от Довлатова. Их не было в офисе в момент атаки. Пока прячутся.

Я всё ждал, когда же придёт сообщение о нападении на склады в Аране. Некто, действующий против “Романов и КО”, устроил скоординированную атаку – это ежу понятно. Но вместо этого пришло сообщение от госпожи Сандры.

“Господин Михаил Довлатов. Весь наш дом сожгли. Шварц еле успела вытащить свой филактерий из огня. Сим сообщением уведомляю вас о расторжении контракта на аренду. Прошу больше не появляться у меня на глазах!”

Романов взглянул на мой телефон, потом на Гагарину.

– Поль, может, ну его этот бизнес? Ты же на падении акций заработаешь целое состояние, – княжич указал на мой телефон. – У Довлатова тут дом сожгли.

Гагарина нахмурилась, смотря на него.

– Гаус? Точно ведь он? Кто ещё мог архонта-огневика натравить на наш офис.

– Мелковато для него, – хмурюсь, пытаясь разобраться в своих мыслях. – За сжигание офиса “Романов и КО” с него СБ шкуру спустит. По аранским законам, это же всё равно, что теракт в черте города. Но вероятность есть. Свои руки он в этом деле точно не запачкал.

Договорить нам не дал слуга, вышедший из дверей.

– Господа и дамы, Сейм Аран-ди готов вас принять.

Убрав телефоны, мы вошли в зал переговоров. В центре помещения находился овальный стол из аномальной древесины. С нашей стороны было семь стульев. Это указывало на то, что Сейм ожидал здесь увидеть и Мамая, но наш финансист со вчерашнего дня ни с кем не выходил на связь. Нелегальный вывоз Ван Дуня из Империи Цинь потребовал его личного присутствия.

Со стороны Сейма имелся всего один стул, на котором он и сидел.

– Присаживайтесь, – принц указал нам на противоположную сторону стола. – Признаться, я ожидал увидеть “Романов и КО” в полном составе. Но один из вас… финансист, если не ошибаюсь? Где-то заплутал.

Смуглокожий, одетый в белые королевские одежды магистр-гидромант [4] выглядел донельзя спокойным. За его спиной замерли два старших магистра [5] в боевой экипировке аномальных войск. Стихии земли и воздуха.

Стоило нам рассесться, как в зал вошёл слуга Сейма и положил на стол слева тонкую синюю папку. Потом аккуратно обошёл Сейма со спины и положил красную папку. Всё было тихо и мирно, не считая того, что я не мог оторвать взгляда от слуги. Старик… лицо не знакомое, но вот исходящее от него чувство опасности не давало мне расслабиться.

– Господа и дамы, – Сейм, оперевшись локтями на стол, обвёл всех нас взглядом, – мы живём в эпоху четвёртого Сопряжения Миров. Человечество и наше мирное государство столкнулось с угрозой доселе невиданных масштабов. На вашей Родине прямо сейчас идёт сражение с жуками, также известными как Фракция Макоши. Ещё один очаг напряжения сейчас находится в Антарктиде. Нежить, дамы и господа! Из-за неё сейчас над миром нависла угроза полного вымирания человечества.

– Мы в курсе, господин Аран-ди, – указываю на себя и притихшего Романова. – Мы с княжичем были на Турнире. Там были и жуки, и нежить.

Принц хотел было что-то добавить, но моя речь явно сбила его с мысли.

– Турнир, значит? – откинувшись назад, Сейм брякнул набором регалий в виде медалей на своей груди. – Прекрасно. Тогда вы, господа, в курсе, что угроза Арану, как государству, вполне реальна. Не так давно у берегов Австралии случилось масштабное сражение между орками и нежитью. В том бою орки одержали безоговорочную победу. Мы подозреваем, что следующей целью нежити станут островные государства Океании. В связи с этим, мы готовы предложить всем статус граждан Арана.

Принц властным жестом указал на меня.

– Господин Довлатов, вам за ваши беспрецедентные достижения на деловом поприще мой отец готов пожаловать титул барона и земли одного из ближайших островов. Вы можете стать аристократом.

Гагарина нахмурилась.

– Господин Аран-ди. Вы же в курсе, что свод законов Российской Империи запрещает аристократам иметь двойное гражданство? Если мы примем гражданство Арана, мы автоматически лишимся такового у себя на Родине.

– Да бросьте! – принц усмехнулся. – Я в курсе, что у всех у вас нет ничего, кроме громких фамилий. Ни капиталов, ни земель. Легитимность ваших титулов также под большим вопросом. У вас, дамы, в Российской Империи больше нет ни одного близкого родственника. Только у Романова осталась семья дяди под Санкт-Петербургом.

Сейм, фыркнув, глянул на Лупергод и Басмач.

– У остальных дела не лучше. Аран и королевская семья в моём лице готовы предложить вам статус аристократов, – принц на секунду задумался. – Скажем, через пять лет или по завершению четвёртого Сопряжения.

В этот момент у меня завибрировал телефон. Наплевав на недовольно зыркающего принца, читаю входящее сообщение. Журналист, с которым мы виделись в Нью-Йорке, прислал вариант обложки журнала. Спокойно показываю сообщение Романову. Вскинув брови, княжич глянул на меня с искренним удивлением.

– Господин Довлатов? – Сейм нахмурился. – Мы тут вообще-то обсуждаем вопрос вашего аристократического титула.

– А что здесь обсуждать? – смотрю на принца с непониманием. – В Российской Империи есть свой император. Только он может дать или забрать у нас аристократические титулы. Как насчёт встречного предложения? Я могу договориться с советом великих князей Российской Империи о смене вашего гражданства. Дадим вам титул барона…

– Довлатов! – Гагарина впилась пальцами мне в плечо.

– А что сразу Довлатов? – указываю на принца. – Я, может, и далёк от мира аристократов, но знаю, что нас сейчас дважды оскорбили. О рода Гагариных, Долгоруковых и Романовых ноги вытерли, а меня купить хотят. Я ведь реально договорюсь с великими князьями! Выпишут Сейму баронский титул и земли на Чукотке.

Долгорукова сглотнула, не отрывая от меня глаз.

– А ведь ты реально с ними договоришься…

– Вот! – показываю Гагариной на Свету. – Хоть кто-то в меня верит!

Романов тактично кашлянул, напоминая, что красный от бешенства принц всё ещё сидит перед нами.

– Так вот, – кладу руки на стол, – как насчёт титула барона в Российской Империи?

Глаз Сейма дёрнулся.

– Теперь я понял, как с вами работать, господин Довлатов. Не зря мой отец столь высоко вас оценил, – принц указал пальцем на синюю папку. – Здесь пока ещё действующее предложение о баронском титуле. Меня поставили в известность, что именно с вами, Довлатов, надо обсуждать будущее “Романов и КО”.

Принц затих, всем своим видом показывая: “Спроси, что в красной папке”. Я же, натянув улыбку, поднимаюсь с места.

– Благодарю, господин Аран-ди, – кивком прощаюсь с принцем. – Мой ответ вы уже получили.

– В красной папке, – принц, недовольно морщась, указывает на второй документ, – другое предложение. Я же сказал, что понял, как с вами работать.

– И что там?

– Доказательства всех ваших преступлений, – Сейм, довольно улыбаясь, пальцем указал на моих друзей. – А также всех ваших сообщников. Некий Жан-Пьер, посредник из порта Арана, о вас на допросе много чего рассказал.

В моей голове закрутились шестерёнки. Всё, что может сказать Жан-Пьер, по факту ничего не значит. Знания могут быть внедрены ментатом. Любой международный суд это подтвердит. А раз так, то у Сейма есть что-то ещё.

– И? – удивлённо хлопаю глазами.

Сейм нахмурился.

– Ещё мы получили доказательства сокрытия одного факта о кораллах и полипах, – принц снова указал на красную папку, – использованного вами, господин Довлатов, с целью незаконного приобретения прав аренды на склады в районе порта. Полученная вами выгода колоссальна! Если я дам ход делу…

Принц властным жестом указал на моих друзей.

– … всем вам грозит “поражение в правах”, как выгодоприобретателям от той сделки. Потом по суду “Романов и КО” перейдёт в разряд компенсации и имущество Арана.

От наглости последней фразы я даже не знал, что сказать. Однако тут подала голос Басмач, наш юрист по международному праву.

– Господин Аран-ди, – начала она серьёзным тоном, – вы же понимаете, что, в зависимости от формулировки, ваши действия это либо “национализация частного иностранного бизнеса”, либо “рейдерский захват”. Любой вариант вызовет международный скандал.

Принц нахмурился.

– Госпожа… как вас там? Впрочем не важно, – Сейм, усмехнувшись, указал на окно. – Вы давно на улице бывали? У нас идёт Сопряжение Миров. Всем странам плевать на то, каким именно образом Аран расширит свои военные силы. Можете сколько угодно слать заявления в международный суд. Из тюрьмы, разумеется. Всем. Плевать!