Книга: Через сто лет - Эдуард Веркин

А еще эта книга была в той части советов (а эта часть даже больше половины от общего числа), от которой я вообще не знала, что можно ждать. Тип в моем списке оказались и социальная фантастика (все же, на мой взгляд, "социальная фантастика" лучше описывает эту книгу, чем "детская фантастика"), и триллеры, и современные детективы, и детективное и классические фэнтези, а как это всё стыкуется с мистикой, моим единственным пожеланием (ага, если вы успели решить, что там был список из 20 пунктов, то вы ошиблись), я еще не поняла. Но первая же книга — полное попадание в мое сердце

Вообще я бы назвала эту историю нестандартной как минимум по трем причинам.

Во-первых, если говорить на языке жанров, то это социальная фантастика о самых мистических существах, связанная на романтике, легкой драме и черной комедии. Смесь странная, но работает на пять с плюсом.

Во-вторых, здесь отлично раскрыт черный юмор, но сделано это без особой жести, мрачноты и кровавости. Если б у героев было бы больше эмоций, то я бы это называла то иронией, то сарказмом, то черным юмором, вот такое разнообразие, хех, но и без него это выглядит живо (хотя в данном случае говорить "живо" не совсем точно).

В-третьих, мироустройство будет полностью раскрыто только ближе к середине истории, а что-то будет рассказано и того во второй половине книги. Базовую информацию о героях, их окружении и планах сообщат довольно-таки скоро, так что воспринимать историю ничего мешать не будет, но тоже будут делать это достаточно плавно и постепенно.

Для сравнения могу привести Дженни Колган - Книжный магазинчик счастья , которую буквально сегодня же взялась читать. Там книга буквально начинается с практически биографии главной героини, описания всего ее мира и обозначения целей. Здесь же через 20 страниц вы легко можете начать задавать себе вопросы по типу "а чего я тут делаю, здесь ничего непонятно", но не спешите откладывать книгу, дальше реально будет понятнее.

... я стал перебирать книги. Шла обычная вупырская скукотища. «Вампир, которого я любила», «Вампир, который любил меня», «Сумеречная любовь», «Ночной разбойник», «Академия Носферату», «Полуночная страсть», ну и все в том же духе, в черно-розовом. Про то, как мелкие девки решительно влюблялись в вампиров, а те тоже хороши, влюблялись, как идиоты, в мелких этих девок. И все страдали, роняли слезы и думали – жрать или не жрать.

Если привлекать что-то похожее для описаний, то по первым впечатлениям это "Тепло наших тел", а по финальным впечатлениям больше напомнило роман Макса Максимова Видеоблог вампира

Описание персонажей напомнило героя из "Что мы делаем в тени" (Раскрыты персонажи лучше Питера, примерно как Виаго, Владислав и Дикон)

Плюс сам юмор напомнил этот новозеландский фильм и его продолжение в виде сериала. Русские моменты (хотя чисто георгафически не факт, что это Россия, так как все признаки в языке, культуре и тех же именах-названиях) похожи на то, что показано в Вампирах средней полосы.

Ну а при том, что мне нравятся эти истории, то и к этой книге у меня сразу возникли теплые чувства (непонятки этому не мешали, вообще временами даже помогали). И уже из этого опыта могу сказать, если выше есть хоть что-то, что вы уже читали или смотрели, а ваше отношение к этому чему-то оказалось положительным, то точно беритесь за эту книгу, не пожалеете.

Да и вообще определенно советую эту книгу любителям непривычной мистики

А еще на них гадать можно. Сзади заходишь, а потом по голове его бамс! Главное, не сильно, чтобы совсем шею не свернуть. Ты его хлопнешь, значит, а он что-нибудь и скажет. В сумерках сознания. Вроде как будущее тебе предречет.

- Все так и должно быть? - спросил я. Я предполагал, что спасать надо несколько по-другому, но, с другой стороны, времени прошло много, обычаи могли и измениться.

- Они неправильно делают, - сказал я. - Кружкин должен помедленнее ехать, а Груббер сама должна на грузовик кидаться, тогда и совпадут. А так нет. Костромина меня похвалила за творческий подход. Мы пошли дальше, а Беловоблов, Кружкин и Груббер все еще упорствовали в заблуждениях, я оглянулся и вполне в этом убедился. Груббер все так же обреченно выходила на дорогу, Кружкин старательно давил ее грузовиком, Беловоблов спасал. Иногда спасал, иногда не спасал. А иногда Кружкин его давил. По-разному. В целом понятно было, что любовь - дело непростое, с первого раза у многих не получается, плющит многих.

- Ты считаешь, это песня про любовь? - поинтересовалась Костромина после того, как я закончил исполнение. - А что? - спросил я. - Как это что? Ты, когда выписывал, слова не читал, что ли? В смысл не вникал? Там человек бубликом почти до смерти подавился, а ты говоришь про любовь. - Он подавился от любви, - заметил я. - От любви люди со скалы кидаются, а у тебя что? Сначала он бубликом подавился, потом с коня неудачно упал, а в конце и вовсе... Даже повторять неприлично. Костромина к.б. засмущалась, поморщилась. - Это песня про несчастную любовь, - объяснил я. С этим аргументом Костромина неожиданно согласилась.

Так вот и стояли. А Костромина с иронической улыбкой наблюдала за нашей дуэлью со стороны. - Послушай, Беловоблов, уходи, а? - попросил я через некоторое время. - Сам уходи, - ответил мне Беловоблов. - Я сюда первый пришел, - попробовал возразить я. - А у меня барабаны, - возразил в ответ Беловоблов. Что делать дальше, я не знал.

- Жжет? - спросила Костромина. - Да, немного. Как горячие. - Так и надо, - кивнула Кострома. - Серебро испепеляет вредные образования. Ты знаешь, что раньше серебром бородавки лечили? Мы - ходячие бородавки. Костромина немного впала в самопрезрение, но быстро вернулась.

Костромина задумалась. - Ты, наверное, прав, - сказала она. - Вообще, конечно, спасание в нашем мире изрядно обесценено. Кого мы можем спасти, если сами спастись не можем?

- Может быть, - не стал спорить Лужицкий. - Только все равно не пойму, что в этом интересного? Рыбы плавают, рыбы прыгают. - Это интересно, - сказал я настойчиво. - Как знаешь.

Сначала мы шагали молча, то есть не совсем молча - Беловоблов вызывающе напевал старинную песенку о пользе употребления в пищу свежих овощей, а потом вообще разговорился и поведал рассказ из семейной жизни. Про то, как однажды его прадедушка и дедушка отправились на рыбалку. Я его не просил ничего мне рассказывать, но он все равно рассказывал и рассказывал, всегда знал, что он ненормальный.

- Согласен, - буркнул Беловоблов. - А вот я... Костромина наступила мне на ногу. - Тоже согласен, - закончил я.

- Поленов... - сказала Костромина с сомнением. - Поленов, ты что... Но тут я ее не стал слушать, в жизни бывают мгновения, когда человек не должен слушать женщину, какой бы она ни была. Даже Костромину.

Конечно, это преувеличенное и застывшее - инструмент показать вечность без прикрас. Только вот такая подача лично меня быстро утомила. Текст лишен окраски и кажется скучным, а события без предыстории не увлекают.

Самое интересное будто вынесено за скобки. Что случилось с человечеством? С главным героем? Откуда такие странные хобби?

Окончательно с отношением к прочитанному не определилась. Кажется, все перечисленные минусы создают атмосферу, но при этом по факту проработанная атмосфера не цепляет.