Читать книгу "Безграмотное Средневековье"

Дети дворян

ожет быть, у сыновей и дочерей представителей дворянского сословия, точнее его верхушки – лордов и рыцарей – было более беззаботное детство/отрочество? Ни в коем случае. После получения какого-то начального образования – дома, в монастыре или в школе-пансионате, которые постепенно начали появляться в крупных городах, мальчики начинали готовиться к наиболее подходящей для дворянина карьере – военной. То есть, в условиях Средневековья, к тому, чтобы стать рыцарем.

Был и другой вариант – стать священником. В таком случае ребенка оставляли в монастыре, где он и получал необходимое для будущего клирика образование. Чаще всего по церковной линии карьеру делали младшие сыновья, особенно в странах, где существовал майорат, то есть родители не могли дробить поместье, и младшие дети оставались безземельными и должны были как-то сами зарабатывать себе на жизнь.

В семьях попроще и тем более в тех, где было много детей, кроме духовной карьеры не гнушались чиновнической, юридической или медицинской – университеты пополнялись в том числе за счет младших сыновей дворянства. К концу Средневековья джентри не гнушались уже и торговлей, и даже ремеслами, впрочем, об этом речь уже шла выше.

Ну а жизнь будущего рыцаря, как пишет Мишель Пастуро[25]25
  Мишель Пастуро (род. в 1947 г.) – французский историк-медиевист, специалист по геральдике, сфрагистике и нумизматике.


[Закрыть], начиналась с долгого и непростого обучения сначала в родительском доме, а затем, с десяти или двенадцати лет, у богатого родственника, крестного или покровителя. В основном этим человеком был сеньор его отца. Иногда мальчика отдавали из семьи даже раньше, потому что, по мнению средневековых мыслителей, жизнь мужчины до достижения им зрелости, по законам многих стран совпадавшей с совершеннолетием – 21 год, – делилась на три этапа. Детство – от рождения до семи лет, отрочество – от семи до четырнадцати, и наконец юность – от четырнадцати лет до собственно двадцати одного года. Так что некоторых мальчиков уже с семи лет начинали отдавать в пажи, ну а в четырнадцать лет они могли становиться оруженосцами, и наконец, достигнув совершеннолетия, стать рыцарями.

Цифры эти достаточно условные, они не всегда соблюдались, но и выбраны были не просто так. К примеру, Филипп Новарский[26]26
  Филипп Новарский – барон XIII века, рыцарь-крестоносец, участник нескольких крестовых походов, видный политический деятель государства крестоносцев, юрист, искусный дипломат, талантливый поэт. Написал мемуары, где изложил исторические события, свидетелем которых был. Как поэт известен своими поэмами и лирическими сочинениями. Как философ – трактатом «Четыре возраста человека».


[Закрыть] писал, что до семи лет продолжается раннее детство, «в течение которого ребенок требует тщательного надзора (из-за особой подверженности «шалопайству», опасности упасть, попасть в огонь или в воду)», дальше ребенок постепенно начинает что-то соображать, и с десяти лет уже способен различать добро и зло. Ну а возраст двадцать один год для посвящения в рыцари и вовсе был выбран по совершенно практическим соображениям. Как пишет Морис Кин, в феодальном обществе, где существовала система вассалитета, вопрос статуса всегда играл важную роль. Если молодой человек оставался без отца, юридически за него очень многое делал опекун. Но став совершеннолетним, он принимал на себя все обязанности, включая вассальные, – должен был принести присягу, при необходимости собрать отряд и повести его в бой. И для этого ему требовался определенный статус, который и давало рыцарское звание.

На самом деле, конечно, у всех было по-разному, некоторые юноши, особенно представители королевских и высших аристократических семей, могли быть посвящены в рыцари и в очень юном возрасте.

Воспитание будущего рыцаря

елью начального, семейного и личного образования ребенка из дворянской семьи было научить его элементарным навыкам верховой езды, охоты и владения оружием. Все это происходило одновременно, являясь частью повседневной жизни, – обычно мальчик выучивался ездить верхом всего чуть позже, чем ходить, и к семи годам должен был уже уверенно держаться в седле и иметь минимальные навыки по владению оружием.

Следующий после начального этап, более длительный и более сложный, уже представлял собой настоящее профессиональное, духовное и культурное посвящение. Он проходил в группе. В зависимости от положения, статуса, финансовых возможностей, местожительства семьи и т. п. мальчика отдавали на обучение либо в дом знатного феодала – чаще всего богатого родственника, друга или сеньора кого-то из родителей, либо в школу при каком-либо монастыре. Либо сначала в монастырь, чтобы научился грамоте, а потом уже на воспитание к сеньору. Бывали и другие варианты, но это основные.

С монастырем все достаточно понятно, поговорим о воспитанниках феодалов, выполнявших при его дворе функции пажей – от «подай-принеси» до сопровождения на войну. На каждой ступени феодальной пирамиды сеньора окружало нечто вроде «рыцарской школы», где сыновья его вассалов, его протеже и, в некоторых случаях, его менее состоятельные родственники обучались военному мастерству и рыцарским добродетелям. Чем влиятельнее был сеньор, тем больше набиралось у него учеников. Прислуживая ему за столом в качестве пажей, сопровождая его на охоте, участвуя в увеселениях, мальчики приобретали опыт светского человека.

Стоит уточнить, что дети росли все вместе, вне зависимости от возраста и статуса – разумеется, имеются в виду дети из благородного сословия. При королевском дворе или в замке крупного феодала могло быть одновременно множество ребятишек – сыновья самого хозяина, дети его друзей и вассалов, присланные на воспитание, бедные родственники и даже дети некоторых служащих (не слуг, а людей, занимавших наиболее важные должности при дворе этого сеньора). И дело не в экономии или в какой-то средневековой демократичности, просто люди в то время постоянно находились среди людей – жили большими семьями, спали по несколько человек в комнате, в замках были толпы слуг, в городах дома были понатыканы вплотную друг к другу. Никому и в голову не пришло бы создавать для детей какие-то другие условия.

К тому же средневековый человек всегда был частью некой группы, это не те времена, когда можно было быть одиночкой. Рыцарь был вассалом того или иного сеньора, носил его цвета, шел на войну в его отряде, горожанин – был членом какого-либо цеха, крестьянин – гордо называл себя по наименованию родной деревни. Совместное воспитание формировало у мальчиков чувство принадлежности к группе, не зря в средневековой педагогике практиковалась коллективная ответственность, и как поощрения, так и наказания дети могли получать с учетом поведении и прилежания всей их группы целиком.

Ну и не надо забывать о таком немаловажном моменте, что многие социальные связи закладываются именно в детском возрасте. Даже сейчас многие богатые родители стремятся отдать ребенка куда-нибудь в Итон или другую престижную закрытую школу, чтобы тот приобрел там знакомства с принцами и наследниками транснациональных корпораций. В Средние века люди ничем не отличались от современных, поэтому дружба, завязывавшаяся в детстве, нередко длилась всю жизнь, а сыновья вассалов, росшие вместе с будущим знатным сеньором, впоследствии становились костяком его свиты, его, как говорят сейчас, «командой»[27]27
  Бывали случаи, когда незнатные друзья детства важных персон достигали головокружительных высот. Так, аббат Сугерий (около 1081–1151), который воспитывался в монастыре вместе с французским королем Людовиком VI, сделал карьеру как дипломат, а после смерти своего друга-короля даже был фактическим регентом при его наследнике Людовике VII. И это несмотря на то, что Сугерий, по всей вероятности, был всего лишь сыном крестьянина.


[Закрыть].

Надо отметить, что практически на всех этапах взросления, исключая самый ранний околомладенческий возраст, когда ребенок еще оставался на попечении матери, мальчики росли среди взрослых мужчин, «в мужском мире пота, оружия, конюшен, лошадей и гончих, с его духом придворной культуры, а также с его похотью и необузданными побуждениями», – как метко пишет Суламифь Шахар[28]28
  Суламифь Шахар – израильский историк, автор книг «Старение в Средние века», «Детство и Средневековье» и «Четвертое сословие: история женщин в Средние века».


[Закрыть]. Детство в то время вообще не рассматривалось как некий особый возраст, ребенок воспринимался как будущий взрослый и воспитывался так, чтобы он мог максимально быстро войти во взрослую жизнь.

Обучение будущего рыцаря

удучи пажом, а потом оруженосцем у знатного феодала, мальчик учился хорошим манерам, игре на музыкальных инструментах, пению, танцам, стихосложению. Юный паж должен был усвоить такие ценности, как доблесть, храбрость, стремление к славе, великодушие, бескорыстное поклонение даме. Ему прививалась дисциплина, понимание, что такое субординация, и когда и кому надо повиноваться.

Было и, так сказать, трудовое воспитание – мальчики прислуживали своему господину за столом, помогали ему одеваться, носили за ним оружие. И это было не обучение смирению, а действительно полезные в жизни навыки – королям и крупным феодалам прислуживали не простолюдины, а люди благородного происхождения, занимающие при них высокие должности. Вообще, подавать своему сеньору тарелку или рубашку было не просто обязанностью, но еще и привилегией, за которую при дворе бились не на жизнь, а насмерть. Да и не только при дворе; бывало, что и знатный вельможа, если к нему в гости пожаловал король, на пиру не ел вместе со всеми, а торжественно прислуживал своему монарху, почитая это за честь.

Но Средневековье было пропитано культом войны, особенно это относилось к сословию «тех, кто сражается»[29]29
  В период становления феодализма была придумана хорошо известная система трех сословий: те, кто молятся, те, кто сражаются, и те, кто работают. Просто и четко, чтобы каждый мог понимать свое место и осознавать свой вклад в общественное благо. Одни молятся за всех, другие защищают, а третьи работают, чтобы прокормить первые два сословия, и таким образом расплачиваются за защиту от врагов и помощь перед лицом Бога. На самом деле, конечно, средневековое общество было устроено куда более сложно, но формально система трех сословий просуществовала до буржуазных революций.


[Закрыть], поэтому в первую очередь из мальчиков воспитывали все-таки воинов. Занимаясь лошадьми своего сеньора, поддерживая в порядке его оружие и, позже, следуя за ним на турнирах и полях сражений, они накапливали знания, необходимые будущему воину.

При этом ожидалось, что мальчики будут относиться к своей военной подготовке, так сказать, с душой, а не как к рутинной необходимости. Считалось, что благородство, а соответственно и благородные качества у человека врожденные. А доблесть, умение воевать, способности к воинскому делу, да и просто бравада, демонстрирующая пренебрежение к опасности, – считались качествами, необходимыми для рыцаря. Если юноша не обладал этими добродетелями, его врожденное благородство вызывало серьезные сомнения. У М. Беннетт приводится любопытный пример – в эпической поэме XII века «Коронование Людовика» Карл Великий обнаруживает, что его юный сын отнюдь не воинственен и имеет монашеские наклонности. Это настолько выводит короля из себя, что он осыпает сына оскорблениями и вообще предполагает, что тот рожден не от него.

 
Слушает ребеночек, не смеет шагу ступить,
Пожилые рыцари за него плачут навзрыд,
Император же гневается, сердце его кипит.
«Меня околпачили, горе мне – увы!
Видно, с женой моей лежал негодяй,
Когда этот выродок был ими зачат.
Для такого в жизнь мою пальцем не шелохну!
С таким императором связываться грех!
Остричь ему волосы на маковке все,
Запереть урода в этот монастырь,
Пускай доит колокол и будет пономарем,
Десятиной прокормится, с голоду не умрет!»
Стоял близ императора из Арля Ансеис,
Упрямец и строптивец, не в меру самолюбив.
Сладкоречивой хитростью он Карла с толку сбил:
«Справедливый император, полно вам бушевать,
Молодой государь еще молод, что такое пятнадцать лет?
Ребенка сделайте рыцарем, он со страху умрет.
Это дело перемелется – поручите его мне:
За три года все изменится, много воды утечет,
Он оправится, он выровняется, станет рыцарь и муж.
Буду я за ним присматривать, а потом приведу к вам.
Округлю его земли тем временем, увеличу его доход»[30]30
  Для тех, кому интересно, что было дальше, – Карл поверил сладким речам Ансеиса и чуть не передал ему корону, но явился двоюродный брат Карла, Гильом Оранжский, граф Тулузы, который врезал Ансеису в челюсть, так что тот неожиданно умер, и все-таки короновал Людовика. Карл восхитился этим поступком, прожил еще пять лет, потом сообщил сыну свои наставления и собрался умирать, а Людовик попросил Гильома помочь ему править королевством. Но Гильом попросился в паломничество, куда и отправился (и дальше про его приключения).


[Закрыть].
 

(Перевод О. Мандельштама)

Манеры рыцаря

ще один важный признак благородства и отличия от простолюдина – манеры. Насчет этого опять существует стереотип, что в Средние века все были не только нечистоплотными, но и грубыми, невежественными, за столом ели из общей миски, прямо грязными руками, и не имели ни малейшего понятия о хороших манерах. И это несмотря на то, что средневековая рыцарская литература, показывающая идеальный куртуазный мир, полна длинных красивых речей и постоянных расшаркиваний героев друг перед другом. Дурные манеры описываются в основном в сатирической литературе, где они выводятся, иногда намеренно утрированно, как раз для того, чтобы благородные читатели могли ужаснуться и посмеяться.

Представители знати, как я писала выше, воспитывались в своем кругу, проходили ученичество как пажи, а потом как оруженосцы. Там, при дворе более или менее знатного сеньора, они и учились манерам.

Энтони Окшотт в книге «Рыцарь и его замок» пишет, что «идеальный рыцарь был не только храбрым и умелым бойцом, который не расставался с мечом или топором; настоящий рыцарь был, кроме того, вежливым и активным членом общества», и приводит в пример отрывок из «Кентерберийских рассказов»:

 
Он умел хорошо сидеть на коне
и превосходно ездил верхом;
Он умел сочинять песни и красиво говорить,
Биться на турнирах и также танцевать,
и живописать портреты, и писать.
…
Вежлив он был, услужлив и угодлив,
И мясо резал для отца за столом.
 

Но, конечно, хорошее воспитание получали не все, а кроме того, даже в Средневековье была довольно активная вертикальная мобильность, которая выражалась в переходе из одного социального слоя в другой.

Однако это не значит, что благородное общество готово было терпеть дурные манеры – они портили репутацию не меньше, чем грязная одежда или плохой запах. Поэтому для приехавших из глуши «деревенщин» или выбившихся в люди вчерашних простолюдинов писались специальные «Книги манер». Самой известной из них является работа Джона Рассела – руководство по этикету, манерам, воспитанию и домашнему хозяйству.

Выше я уже писала про воспитательную литературу для городской молодежи, которая и учила манерам, и прививала определенные духовные ценности. Те же тенденции были и в литературе для высшего сословия (и для тех, кто желал в него попасть и считаться там «своим»). Думать как рыцарь, вести себя как рыцарь и в целом соответствовать рыцарскому идеалу (или хотя бы понимать, что он собой представляет) молодежь учили рыцарские романы, куртуазный «Роман о Розе» и нравоучительные «зерцала».

Книга же Джона Рассела была более практического плана, и адресовал он ее молодым людям, которые хотят служить в доме знатного вельможи. Сразу уточню – служить, а не работать слугой. Для современного человека рекомендации о том, как обслуживать своего господина – готовить ему ванну, подавать полотенце, следить за его одеждой, накрывать для него стол, – могут показаться советами для слуги, но не надо забывать, что в Средние века всю эту работу для знатных особ выполняли дворяне, а королю на стол могли подавать и вовсе герцоги, да еще и чуть ли не драться между собой за эту привилегию. Как писал анонимный памфлетист конца XVI века, «Среди каких людей следует искать такого слугу? Даже сын герцога хотел бы стать пажом принца, второй сын графа – прислуживать герцогу, второй сын рыцаря – графу, сын эсквайра – рыцарю, а сын джентльмена – эсквайру»[31]31
  «The Babees’ Book: Medieval Manners for the Young: Done into Modern English» by F. J. Furnivall.


[Закрыть]. Такой подход к работе личной обслугой исчез только вместе с абсолютной монархией, да и то не совсем и не сразу.

В составленных Джоном Расселом наставлениях можно почерпнуть информацию о том, в каком порядке рассаживать гостей, начиная с папы римского и императора, как к кому обращаться и кто выше по статусу – принцесса, вышедшая замуж за простого рыцаря, или дочь простого рыцаря, вышедшая замуж за принца, кому какой хлеб подавать за обедом, как одевать и причесывать своего господина и т. д. И, конечно, большой раздел был посвящен хорошим манерам.

Джон Рассел, «Книга Манер» (отрывки). Англия, 1460–1470 гг

Перевод и стихотворное переложение Юлии Давидовской и Ксении Галиловой

 
Коль хочешь о манерах ты узнать,
Изволь же эти строки прочитать.
Ведь если джентльмен ты, рыцарь или йомен,
То должен знать ты о хорошем тоне.
…
Следи за чистотой своих ногтей,
Чтоб от себя не отвратить друзей.
…
В спокойствии трапезничай, мой друг,
Не ссорься с джентльменами вокруг,
Не спорь и не показывай гримас —
Невежей назовут тебя тотчас.
Не торопись едою рот набить,
Тогда не сможешь ты его закрыть.
И будешь походить на обезьяну,
Что снедью щеки набивает рьяно.
Вдруг кто с тобой беседу заведет,
Смолчать придется, ведь наполнен рот.
Не поддержать беседу – непочтенье
К трапезничающему окруженью.
…
За чистотой перстов своих следи,
На скатерти пятно не посади.
…
Ножом иль зубочисткою в зубах
Не ковыряйся при других гостях.
…
Еще один совет запоминай:
О скатерть ты свой нож не вытирай.
Дуть на питье и пищу неучтиво,
Дождись, пока остынет, терпеливо.
…
За тем, как держишь ты себя, следи,
На лавке развалившись не сиди.
Ведь неприлично, если на обеде,
Коленями толкаешь ты соседей.
…
К насмешкам ты причин не подавай,
В напиток палец свой большой не окунай.
Не вздумай у соседей на виду
В солонку общую макать еду.
…
Как таз внесут для омовенья рук,
Не плюй в него, забрызгав все вокруг.
Побойся Бога и не плюй вовеки
Бессовестно при добром человеке.
Запомни сей учтивости урок,
Чтоб за столом себя держать ты мог.
 

Для сравнения, чтобы понимать разницу между книгами манер для «выскочек» и такими же книгами, написанными для детей и подростков из благородных семей, приведу в пример The Babees’ Book, написанную около 1475 года и, возможно, предназначавшуюся для сыновей короля Эдуарда IV, которые тогда были малышами дошкольного возраста. Книга эта хранится в Британской библиотеке под номером MS. Harleian 5086.

The Babees’ Book (с купюрами)[32]32
  Исключены некоторые длинные цветистые и философские рассуждения, советы по поведению не тронуты.


[Закрыть]

Пусть Тот, кто создал человечество по Своему образу и подобию, поддержит меня, пока я перевожу этот трактат с латыни на мой родной язык, чтобы благодаря этому небольшому комментарию все юные умы могли научиться вежливости и добродетели.

…

О юные создания, которых королевская кровь наделила изяществом, красотой и высокими способностями, именно к вам я обращаюсь с этой книгой, ибо было бы очень жаль, если бы вы не дополнили царственную красоту добродетелью и хорошими манерами. Поэтому я обращаюсь к вам, а не к старикам, опытным в руководстве, приличиях и благородных манерах, ибо зачем предлагать адские муки аду, радость небесам, воду морю или жар уже горящему огню?

Итак, дети, моя книга предназначена только для вашего обучения… Я не ищу никакой другой награды, кроме того, чтобы она нравилась людям и облегчала вам обучение. Кроме того, милые дети, если в тексте есть какое-то слово, которое вы не знаете, спросите у кого-нибудь, а когда узнаете, запомните его; так вы сможете узнать что-то у мудрых людей…

…

Когда вы входите в покои своего господина, скажите «Да пребудет с вами Господь» и смиренно поприветствуйте всех присутствующих. Не грубо влетайте, но входите с высоко поднятой головой и спокойным шагом и преклоняйте колено только перед своим господином или сувереном, кем бы он ни был.

Если кто-то заговорит с вами при вашем появлении, смотрите прямо на него внимательным взглядом и внимательно слушайте его слова, пока он говорит. И изо всех сил старайтесь не отвлекаться и не блуждать взглядом по дому, но внимательно слушайте, что говорят, с радостным лицом и усердным духом. Когда вы будете отвечать, вы должны быть готовы к тому, что скажете, говорить «полезные вещи» и приводить свои доводы плавно, мягко, но лаконично, потому что слишком много слов утомляют мудрого человека, который слушает; так что избегайте этого изо всех сил.

Не садитесь, но будьте готовы стоять до тех пор, пока вам не предложат сесть. Держите руки и ноги неподвижно; не чешитесь и не опирайтесь ни на что в присутствии вашего господина, а также ничего не трогайте.

Всегда кланяйтесь своему господину, когда отвечаете; в остальное время стойте неподвижно, как камень, пока он не заговорит.

Контролируйте ситуацию, чтобы, если вошел кто-то выше вас по рангу, тотчас отойти и уступить ему место…

Если вы видите, что ваш господин пьет, молчите, не смейтесь громко, не болтайте, не шепчитесь, не шутите и не проявляйте других признаков неуважения.

Если он велит вам сесть в его присутствии, немедленно исполните его желание и не спорьте с другими за свое место.

Когда вы сядете, не рассказывайте лживых историй; изо всех сил старайтесь не быть высокомерными; пусть ваше настроение будет скромным, радостным и веселым, а не воинственным.

Если вы чувствуете, что вашему наставнику приятно похвалить вас, встаньте и от всего сердца поблагодарите его.

Если вы видите, что ваш господин и госпожа говорят о домашних делах, оставьте их в покое, ибо это проявление вежливости, и не вмешивайтесь в их дела; но будьте готовы, не притворяясь, услужить своему господину, и тогда вы обретете доброе имя.

Кроме того, принесите ему пить, подержите свет, когда придет время, и делайте всё, что нужно, будьте готовы к этому, и тогда вы скоро получите хорошее воспитание. И если вы попросите Бога о милости, то не сможете пожелать ничего лучше, чем быть воспитанным.

Если ваш господин соблаговолит предложить вам испить из его кубка, встаньте, когда будете брать его, и примите обеими руками, а когда выпьете, не предлагайте его никому другому, а верните тому, кто его вам подал, ибо он ни в коем случае не должен использоваться как-то иначе – так учат нас мудрецы.

Теперь я должен вкратце рассказать вам, что вы должны делать в полдень, когда ваш господин сядет обедать. Будьте готовы подать ему чистую воду, а кто-нибудь из вас пусть подержит для него полотенце, пока он не закончит, и не уходите, пока он не сядет и вы не услышите, что он помолился. Стойте перед ним, пока он не велит вам сесть, и всегда будьте готовы служить ему с чистыми руками.

Когда вы сядете, держите свой нож чистым и острым, чтобы вы могли хорошо нарезать мясо.

Пусть вежливость и молчание будут с вами, и не рассказывайте никому дурных историй.

Режьте хлеб ножом, а не ломайте его. Поставьте перед собой чистую тарелку, и когда вам принесут похлебку, возьмите ложку и ешьте спокойно; и не оставляйте ложку в тарелке, прошу вас.

Смотрите, чтобы вас не застали за тем, что вы опираетесь на стол, и не пачкайте скатерть.

Не склоняйте голову над тарелкой и ни в коем случае не пейте с набитым ртом.

Не ковыряйте в носу и в зубах, не грызите ногти во время еды – так нас учат.

Советую вам не набивать в рот столько мяса, чтобы нельзя было ответить, когда к вам обращаются.

Перед тем как пить, вытирайте салфеткой рот и руки, чтобы не запачкать кубок, и тогда никто из ваших товарищей не будет против пить с вами.

Точно так же не прикасайтесь к соли в солонке, когда едите мясо, но честно посыпайте солью свою тарелку, потому что это вежливо.

Не подносите нож ко рту вместе с едой и ни в коем случае не берите мясо руками. Если вам подадут несколько видов хорошего мяса, отведайте каждое из них со всей учтивостью. Если ваше блюдо унесут вместе с мясом, а вам подадут другое, учтивость требует, чтобы вы отдали его и не просили вернуть.

И если за вашим столом окажутся незнакомые вам люди и вам принесут или пришлют вкусное мясо, угостите их частью этого мяса, потому что, конечно, невежливо, когда другие едят вместе с вами, оставлять себе всё, что вам приносят, и, как грубияны, ничего не давать другим.

Не режьте мясо, как полевые работники, у которых такой аппетит, что они не думают о том, как, где, когда и насколько некрасиво они рубят мясо. Но, милые дети, всегда радуйтесь учтивости и доброте и изо всех сил избегайте шумности.

Когда принесут сыр, возьмите чистую тарелку, на которой вы сможете его нарезать чистым ножом. И во время трапезы ведите себя достойно и не болтайте, ибо так вы заслужите славу человека кроткого и хорошо воспитанного и всегда будете совершенствоваться в добродетели.

Когда трапеза закончится, вычистите свои ножи[33]33
  Как я писала в «Прожорливом Средневековье», основным столовым прибором в те времена был нож, который чаще всего у каждого был свой личный, всегда носимый с собой (и для еды, и для хозяйственных нужд). Вилки еще только-только начали входить в обиход, и то в основном сервировочные. А ложка дворянину была нужна реже, похлебки и супы – в основном простонародная еда. Впрочем, бывали и личные ложки, некоторые сохранившиеся экземпляры – настоящие произведения искусства.


[Закрыть] и уберите их, а сами оставайтесь на своем месте, пока не умоетесь, ибо так велит порядочность.

Когда вы закончите, встаньте без смеха, шуток или громких слов и подойдите к столу вашего господина, и стойте там, и не уходите от него, пока не будет произнесена молитва и трапеза не закончится.

Затем кто-то из вас должен принести воды, кто-то – подержать полотенце, а кто-то – полить ему на руки.

Я мог бы посоветовать вам и другие вещи, но, поскольку у меня мало времени, я не включил их в этот краткий отчет… Поэтому я прощаюсь и передаю эту книгу каждому, кому будет угодно ее исправить.

И, милые дети, ради любви к которым я пишу, я умоляю вас с любящим сердцем, чтобы вы с радостью прочли эту книгу. И пусть Всемогущий Бог, испытавший горькие страдания, сделает вас настолько искусными в учтивости, чтобы благодаря вашему обучению и воспитанию вы могли достичь вечного блаженства.

Как видите, с одной стороны юных принцев и сыновей знати учили тому же самому, что и «выскочек» – как вести себя и как прислуживать своему господину. Довольно много тех же советов, что и у Рассела – не болтать с набитым ртом, вытирать руки и губы прежде чем взять кубок, стараться не запачкать скатерть и т. д. Но все же многие рекомендации в этой книге касаются не банального поведения за столом, а этикета, а вот в советах не плевать в таз, не вытирать руки об одежду и следить за чистотой ногтей юные аристократы, видимо, уже не нуждались, это подразумевалось по умолчанию. Хотя, конечно, о том, чтобы не ковыряли в носу и не грызли ногти, автор упомянул – что ж, дети во все времена и во всех сословиях грешат одним и тем же. И вот это самый важный момент – The Babees’ Book была предназначена для детей (причем грамотных), тогда как «Книга манер» Рассела – для взрослых.

Добавлю еще, что иногда понимание разницы в манерах между представителями благородного сословия и простолюдинами проникало и в народную литературу – скорее всего, когда она вбирала в себя элементы авторской литературной сказки. Есть такая чудесная итальянская сказка «Пастух при дворе», где юноша, получив подарки от волшебника, проникает в высшее общество, выдавая себя за сына португальского короля. Он даже побеждает в турнире, но на первом же пиру его все равно разоблачают, потому что «ел он руками, вытирал их о скатерть, а графинь фамильярно похлопывал по плечу».

И наконец еще один пример книги манер – The Young Children’s Book, хранящаяся в библиотеке Оксфордского университета под номером MS. Ashmole 61 (Bodleian Library). Эта книга написана уже на рубеже XV–XVI веков, около 1500 года, и предназначена она, как видно из названия, для детей, а не для взрослых, как книга Джона Рассела. Кроме того, ее адресаты – не аристократы, как в случае с The Babees’ Book, а образованные дети из среднего класса – на это указывают несколько моментов в книге, но в первую очередь сентенция о том, что человек должен трудиться. Такое не могли адресовать клирикам или дворянам – представителям сословий «тех, кто молится» и «тех, кто сражается».

The Young Children’s Book

Кто хочет добиться успеха, должен быть учтивым и в юности учиться добродетелям, иначе в зрелом возрасте он будет отвергнут людьми. Клирики, знающие семь наук[34]34
  Имеются в виду Семь свободных искусств – цикл дисциплин, составлявший основу светского образования в раннем Средневековье.


[Закрыть], говорят, что учтивость пришла с небес, когда Гавриил приветствовал нашу Госпожу, а Елизавета встретилась с ней; и в ней заключены все добродетели, как и все пороки в грубости.

Встаньте вовремя с постели, перекреститесь, умойте руки и лицо, причешитесь и попросите у Бога благодати, чтобы он помогал вам во всех делах; затем отправляйтесь на мессу и просите о прощении за все свои прегрешения. Вежливо скажите «Доброе утро» всем, кого встретите по пути.

Когда вы закончите, перекусите хорошей пищей[35]35
  В оригинале meat, но в то время это слово часто употреблялось просто в значении «еда».


[Закрыть] и напитками, но перед едой перекреститесь, так вам будет полезнее. Затем помолитесь – это не займет много времени – и поблагодарите Господа Иисуса за еду и питье. Также прочтите Отче наш и Аве Мария за души, которые страдают, а затем приступайте к работе, которую вам предстоит сделать. Не бездельничайте, ибо Священное Писание говорит вам о христианской вере, что если вы трудитесь, то должны есть то, что добываете своими руками. Руки человека созданы для труда, как крылья птицы для полета.

Старайтесь быть правдивыми в словах и делах, и вы преуспеете; ибо правда никогда не позорит человека, а скорее удерживает его от греха. Есть два пути в рай: милосердие и правда, говорят священники; и тот, кто хочет достичь благодати, должен идти по ним.

Не давайте обещаний, если они нехорошие, но если дали – сдерживайте их изо всех сил, ибо каждое обещание – это долг, который не должен быть возвращен ложью.

Любите Бога и ближнего своего, и тогда вы сможете без страха и трепета сказать, что соблюдаете все законы.

Не приходите незваными на совет, не презирайте бедных, не обижайте никого, учитесь у того, кто может вас научить, не льстите и не насмехайтесь, не притесняйте своих слуг, не будьте горделивыми, но будьте кроткими и мягкими и всегда следуйте за теми, кто лучше вас.

Когда те, кто выше вас по положению, проявляют свою волю, молчите; а разговаривая с кем-либо, держите руки и ноги неподвижно, смотрите ему в лицо и всегда будьте вежливы.

Не указывайте пальцем ни на что и не спешите передавать слухи. Если кто-то хорошо отзывается о вас или о ваших друзьях, его нужно поблагодарить. Говорите мало и мудро, чтобы заслужить доброе имя.

Не сквернословьте и не лгите при покупке или продаже, иначе в конце концов вы будете опозорены. Зарабатывайте честно и держитесь подальше от долгов и грехов. Стремитесь порадовать, и тогда вы будете жить в мире и спокойствии.

Советую вам хорошенько думать, с кем вы разговариваете, когда, где и зачем.

Всякий раз, когда вы подходите к двери, говорите: «Да пребудет с вами Бог», прежде чем войти, и разговаривайте вежливо, где бы вы ни находились, с хозяином, хозяйкой или их домочадцами.

Стойте и не садитесь за стол, пока вас не пригласит сесть тот, кто имеет право распоряжаться в этом доме; не пересаживайтесь, сидите прямо и учтиво там, где он вам укажет, ешьте, пейте и будьте дружелюбны, делитесь с тем, кто сидит рядом с вами, – так учит Дама Вежливость.

Берите соль чистым ножом.

Будьте сдержанны в речах и не ссорьтесь, не злословьте о человеке, который далеко, но будьте рады обо всех хорошо отзываться. Слушайте, смотрите и ничего не говорите, и тогда вам ничего не придется доказывать.

Довольствуйтесь тем, что вам подали, и не просите лучшего. Вытирайте рот перед тем, как пить, чтобы не испачкать край чаши, и следите за чистотой своих пальцев, губ и подбородка, если хотите заслужить доброе имя. Когда у вас во рту мясо, не пейте, не говорите и не смейтесь – Дама Вежливость этого не позволяет. Хвалите то, что вам подали, где бы вы ни были, потому что, хорошее оно или плохое, его нужно принять с благодарностью.

Когда сплевываете, не важно, рядом или далеко, прикрывайте рот рукой.

Держите нож чистым и острым и очищайте его об отрезанный кусок хлеба, а не о скатерть, я прошу вас; учтивый человек бережет скатерть. Не кладите ложку на блюдо или на его край, как это делают неучи, и не шумите, когда едите, как мальчишки. Не кладите мясо из своей тарелки в общую, а возьмите пустую посуду и переложите туда.

Когда тот, кто выше вас по положению, подаст вам кубок, возьмите его обеими руками, чтобы не выронить, выпейте и поставьте на место; а если этот человек заговорит с вами, снимите головной убор и преклоните колено.

Не чешитесь за столом, чтобы люди не называли вас свиньей[36]36
  В оригинале – «галкой», но это сленговое ругательство, обозначающее невоспитанного человека.


[Закрыть], не ковыряйте в носу, иначе люди сочтут вас быдлом. Не сажайте за стол ни кошку, ни собаку. И не играйте с ложкой, тарелкой или ножом; соблюдайте чистоту и хорошие манеры.

Эта книга написана для детей, которые недавно в школе. Ее можно быстро прочитать и выучить, и она научит их вести себя правильно, если они этого не умели. Дай Боже им быть добродетельными, и тогда они будут процветать.

Аминь!