Читать книгу "Как я стал управляющим системного отеля в мире вечного хаоса"

Поэтому я повесил на пояс ещё три магазина для винтовки, закинул её за спину, и вышел из номера.

Этому отелю давно требуется генеральная уборка.

Глава 14

Тактика моя была проще некуда – если я могу с гарантией убивать только из крупного калибра, то и пользоваться буду им… Ну, пока это будет возможно. Если промахнусь, или закончатся патроны в магазине, то придётся, конечно, браться за карабин, а то и за Проходчик, но пока этого не произошло, буду косплеить времена первой мировой, идя в атаку с болтовой винтовкой.

Правда у них винтовки весили на целый килограмм меньше, даже с примкнутым штыком…

Кстати, о штыке!

Идея пришла в голову так неожиданно, что я даже остановился на середине шага, не дойдя до двери номера, и обстоятельно её обдумал. Плюсы – я получу почти что копьё с возможностью пострелять, если понадобится. Минусы – если я промахнусь этим копьём, и тварь подойдёт вплотную, то пиши пропало – у меня уже не будет возможности отбиться.

И всё же плюсы перевешивали. Во-первых, промахнуться мне надо целых два раза – и выстрелом, и уколом, – что сильно снижает вероятность фиаско. Во-вторых, у меня ещё оставался карабин, который пусть и не убивает так же эффективно, как пули винтовки, но хоть что-то да делает.

И в-третьих, у меня же есть ещё собственный нож. Это, конечно, вообще из разряда плацебо – он слишком короткий, да ещё и складной, – но в критической ситуации лучше, чем вообще ничего.

Поэтому я, недолго думая, сорвал со стены трос, который совсем недавно сам же туда и повесил, достал из инвентаря Проходчик и быстро, но крепко примотал его под стволом винтовки, потратив мгновение на то, чтобы вознести благодарность системе за то, что сделала нож скелетным – без рукояти, и со сквозными отверстиями, через которые я и протянул трос.

Чтобы вся конструкция не уехала вниз по гладкому интегрированному глушителю при первом же уколе, я оторвал от стены ближайший светильник, расколошматил его, и использовал его ножку как упор, вставив её между рукоятью Проходчика и узлом крепления сошек. И всё накрепко привязал, конечно, тем же тросом, получив не просто надёжное крепление клинка, но ещё и небольшую гарду там, где от ножки светильника «росли» влево и вправо декоративные стальные лепестки. Маловероятно, что они выдержат хоть сколько-то серьёзную нагрузку, но того же длика, вероятно, остановят.

Бандура получилась на зависть всем оркам, осталось только в красный покрасить. Да, мотки троса слегка перекрывали поле обзора коллиматора, но сама красная точка проходила выше, так что если это и мешало, то не сильно. Пришлось поднять винтовку почти до уровня глаз, чтобы прицельная марка сместилась на непросматриваемое поле, а мне из такого положения стрелять не придётся.

Ну, по крайней мере, я на это надеюсь.

Покончив с доработкой винтовки, при виде которой любого из техников Управления разбил бы инсульт, я подошёл к двери, открыл её и быстро дёрнул головой по сторонам, проверяя, не появилось ли новых тварей в коридоре за то время, что я готовился. Новых тварей не обнаружилось, поэтому я прикрыл за собой дверь, – жаль, запереть её снаружи нет возможности, – и лёгкой трусцой, не забывая следить за окружением, припустил к лестнице.

Выбор бы небольшим – вверх или вниз. И оттуда и оттуда раздавались звуки, которых не должно быть в отеле посреди ночи, но я не мог разорваться надвое, поэтому пришлось выбирать. И выбор пал на первый этаж, потому что до него банально меньше идти. Поэтому сперва я проверю его, чтобы убедиться, что там нет точек, через которые твари могут проникнуть внутрь (или ликвидирую их, если они есть), а потом уже досмотрю остальные этажи на предмет того же самого.

Первый труп встретил меня на втором же пролёте лестницы. Молодой парень, даже моложе двадцати на вид, лежал лицом вверх, с разорванным, буквально выгрызенным горлом, а ногу его грыз очередной скрайт. Заметив меня, фиолетовая собака глухо заворчала, подняла измазанную в крови морду, и даже напряглась для рывка, но я был быстрее. Перескочил сразу через три ступени, и, используя силу инерции, вонзил Проходчик-штык ей прямо между оскаленных зубов!

Хотел ещё нажать на спуск, чтобы наверняка, с гарантией убить тварь, но вовремя остановил движение пальца. Потому что Проходчик и так без труда пробил верхнее нёбо скрайта, и поразил мозг – судя по тому, что тварь замерла столбом, будто её разбил моментальный паралич, и через мгновение осела на ступени.

Не убирая пальца со спуска, – а вдруг он только притворяется? – я поднял ногу и пяткой ударил по носу скрайта, скидывая его с ножа. В любой момент я готов был спустить курок, если он только дёрнется, но он так и не дёрнулся – действительно, издох. И появившееся перед глазами сообщение это только подтвердило:

Уничтожен противник: скрайт.

Получено 5 очков опыта.

Интересно получается. Нож, который сам по себе то ещё оружие, потому что им банально нельзя уколоть, чтобы не порезаться самому, неплохо действует против тварей в виде копья! Или это потому, что он тоже системный, как и твари? Жаль, у меня нет другого системного оружия, чтобы проверить, как именно это работает…

Тело скрайта быстро растворилось, оставив после себя серую коробку, которую я сразу же закинул в инвентарь, к остальным, и бегло осмотрел труп.

Парню уже было не помочь – из его тела через порванную сонную артерию покинула вся кровь. Она растеклась по всей лестнице и даже частично – по полу лобби, и перепрыгнуть её не получилось, поэтому на плитке за мной оставались красные следы в форме протектора ботинок. Я быстрым, но не торопливым, шагом пересёк всё помещение, не забыл заглянуть за стойку портье, где нашёл ещё одно мёртвое тело – на сей раз девушки-брюнетки, тоже молодой, как и первый встреченный парень. Она попыталась спрятаться под стойкой, но то, от чего она пряталась, явно настигло её, и… Задушило? Судя по отчётливой покрасневшей борозде на шее, с содранной кожей – да. Или ещё хуже – высосало из неё через шею всю кровь, потому что очень уж бледно выглядела кожа трупа, зато на шее через равные промежутки отчётливо виднелись красные круги с точкой посередине, как будто их кто-то циркулем провёл.

Или как будто это следы от присосок на щупальцах, вроде осьминожьих.

Грохот и звонкое цоканье заставили обратить внимание на входную дверь.

А оттуда, подпирая длинным гибким телом открытую дверь, и не давая её закрыться, на меня медленно двигалось существо, чёрное как сама ночь. Оно напоминало помесь пантеры и ксеноморфа, с длинной вытянутой вперёд обтекаемой головой без малейшего намёка на глаза, с такой же длинной шеей, с худощавыми, как будто латексом обтянутыми, мускулистыми лапами, и аж с двумя хвостами, каждый из которых напоминал тонкий длинный хлыст. Тварь двигалась мягкими крадущимися шагами, как будто и вправду пантера, и где-нибудь в лесу это бы прокатило…

Но не в гулком лобби отеля, где пол выстлан звонкой плиткой.

Поняв, что её заметили, тварь на мгновение остановилась, подбирая под себя задние ноги, и резко прыгнула вперёд!

Хорошо, что я не обманулся отсутствием у неё глаз, и был готов к этой атаке.

А ещё хорошо, что скользкая плитка не дала существу как следует оттолкнуться – лапы скользнули по полу, и прыжок вышел от силы на тридцать процентов от его реальной скорости!

И всё равно я едва успел увернуться. О том, чтобы вскинуть винтовку, и уж тем более – выцелить тварь в полёте, – и речи не шло! Только и получилось что присесть и выставить над собой штык, надеясь, что тварь напорется на него брюхом, и распорет сама себя!

Мечты…

Тварь оказалась настолько же гибкой, насколько чёрной – прямо в полёте хлестнула по полу одним из хвостов, меняя траекторию движения, повернулась, и вместо брюха Проходчик полоснул по передней лапе. Винтовку едва не вырвало из рук – какая плотная тварь, как будто я деревянный брусок попытался прорезать, а не живую ткань! – меня потянуло назад, но я нивелировал его, развернувшись и уперевшись в пол коленом.

А существо извернулось в воздухе вторично, приземляясь на вертикаль стойки ресепшена как на ровный пол! Попыталась спружинить лапами, повреждённая правая подвела, но тварь ловко подставила один из хвостов, нивелируя это, и стекла на плитку.

Я к этому моменту уже поймал её на прицельную марку, и выжал спуск, ожидая того же эффекта, какой был со скрайтами – красивой росписи инопланетными мозгами по вертикали ресепшена.

Только вот хрен мне на рыло в очередной раз. За мгновение до выстрела тварь прянула в сторону, подтягивая себя одним из хвостов, что уцепился за нависающий над ресепшеном с потолка светильник! Она качнулась на хвосте, как обезьяна на ветке, в том месте, где она только что была, стойка взорвалась каменным крошевом, засыпая твар, как шрапнелью, но она даже никакого внимания не обратила на это! Снова приземлилась на плитку, и, как будто учла предыдущие ошибки – подобрала хвосты, и упёрлась ими, напряжёнными, в ресепшен, явно собираясь использовать его как стартовый стол!

А я даже новый патрон не дослал в винтовку…

И за гранатой нет смысла тянуться – тварь настолько быстра, что три секунды, пока горит замедлитель, для неё всё равно что вечность…

И в этот момент почти через всё лобби мелькнуло что-то тёмное, и с глухим стуком впечаталось прямо в покатую, будто приведённая танковая броня, башку твари! Отскочило рикошетом, не нанеся особенного вреда, и зазвенела по полу, неистово вращаясь…

Да это же сковорода! Обычная кухонная сковорода, причём не очень чистая, но зато очень тяжёлая даже на вид!

Твари удар, казалось, не нанёс никакого вреда, но зато заставил её на мгновение отвлечься – повернуть безглазую башку туда, откуда сковорода прилетела.

Я же отвлекаться не стал. Вместо этого я быстро дёрнул затвор, досылая в патронник новый патрон, и выжал спуск.

Всё же тварь была слишком быстра. У неё было на реакцию всего лишь пол-секунды, и смотрела (если она вообще смотрит) она совсем в другую сторону, но даже при этих условиях она почти увернулась. В этот раз я целился не в голову, а точно посреди узкой, с торчащими через чёрную кожу рёбрами, груди, и не прогадал. Тварь прянула в сторону, и вместо груди пуля угодила в правую заднюю лапу, отрывая её практически начисто!

Тварь, не открывая рта, которого у неё, возможно, и нет вовсе, издала резкий отрывистый то ли писк, то ли свист, подобралась вся, и прыгнула, отталкиваясь хвостами от стойки. Не на меня прыгнула, а совсем в другую сторону – туда, откуда прилетела сковорода.

Но без одной лапы её прыжок даже вполовину не был таким быстрым, как мог бы быть. И мне хватило этого времени, чтобы дослать в патронник новый патрон, сопроводить тварь в полёте, и выстрелить.

В этот раз она уже не смогла изогнуться в полёте так, чтобы пропустить угрозу мимо. Попыталась, но без толку – пуля вошла ей точно в голову, и, судя по шлейфу голубой крови, вырвавшемуся с той стороны – прошла насквозь.

Приземлилась тварь уже дохлой. Не приземлилась – упала сломанной куклой, несколько раз перекатилась по полу, раскидывая в стороны обмякшие лапы, и оставляя за собой размазанный шлейф голубой крови. И замерла. Теперь уже окончательно.

Уничтожен противник: клис.

Получено 15 очков опыта.

Что ж, справедливо. За тварь, которую уничтожить в три раза сложнее, чем скрайта, и опыта тоже должны давать в три раза больше, чем за скрайта.

Вот только если я такими темпами продолжу тратить патроны для винтовки, то очень скоро я останусь без них. Даже если вернусь в номер и перенабью магазины – россыпи у меня осталось всего-то на ещё одну перезарядку. И это я ещё перестраховался по полной, ведь, по большому счёту, я в этот город ехал ради одного-единственного точного выстрела! Ну, может, двух, но это самый максимум! Никто, в том числе и я, не ожидал, что мне придётся чуть ли не в штыковую идти с ДВЛкой!

Тело клиса принялось растворяться в воздухе, но я на него не смотрел. Я смотрел туда, откуда прилетела сковорода – на двустворчатые двери в одной из стен. В каждой из створок на высоте головы отсвечивало круглое окно, и именно из них при первом знакомстве вышел Монарх, да ещё и с едой какой-то в руках. Судя по всему, там располагается кухня отеля, да и сковорода непрозрачно на это намекала.

– Эй, выходи! – громко потребовал я. – Не обижу! И спасибо за помощь, кстати!

Несколько секунд настороженного молчания – и в окне одной из створок явно что-то промелькнуло.

– Не обижу! – повторил я, перекладывая рукоять винтовки в левую руку и миролюбиво поднимая её в потолок. – Выходи, вместе сподручнее от тварей отбиваться, как оказалось!

Миролюбие моё было искренним – я действительно не собирался причинять вреда тому, кто мне помог, даже если это окажется сам Монарх. Впрочем, если вдруг у того человека есть желание причинить вред мне, у меня и на это есть ответ – карабин хоть и болтается на боку на одноточечном ремне, но я умею хватать его очень быстро. Отрабатывал это много тысяч раз. Клиса с его феноменальной реакцией не опережу, но девятнадцать людей из двадцати – запросто.

Но стрелять не пришлось. Потому что одна из створок приоткрылась, и из-за неё осторожно высунулась девичья моська. Молодая, курносая девчонка с растрёпанными тёмными волосами по плечи, и ярко блестящей царапиной на щеке.

– Она сдохла. – я указал глазами на клиса. – Выходи, не бойся. Ты из местных?

Разговаривая с девчонкой, я не забывал коситься на входную дверь, которая хоть и закрылась за клисом благодаря доводчику, но всё ещё не была заперта по одной простой причине – какая-то мразь за каким-то хреном вытащила мой импровизированный засов, и бросила его рядом с дверью.

– Я… Да. – неуверенно ответила девчонка. – А вы не видели Монарха?

– Сам ищу. – ответил я почти правдиво. – Но прямо сейчас тут, прямо скажем, слишком опасно для нормальной поисковой операции. У тебя есть оружие?

Девчонка бросила короткий взгляд на сковородку, и я мысленно вздохнул – ну да, откуда у неё оружие, в самом деле?

– Так, ладно. Тут есть ещё выходы, кроме вот этого? – я кивнул на входные двери.

– Да. – девчонка кивнула. – Два. Но они закрыты и заблокированы, я смотрела.

– Отлично. Тогда сейчас закрываем этот, а потом я тебя отведу в безопасное место. Не смотри на меня так, правда безопасное! Там уже одна из ваших находится, Сорока! Ну, Ира! Знаешь такую?

Недоверие в глазах девчонки исчезло в тот же момент, как она выяснила, что я знаю настоящее имя Сороки. И всё равно она мгновение колебалась, прежде чем выйти из-за двери…

И я понял, почему. Потому что одета она была в одну лишь простыню, которая волочилась за ней по полу. Девчонка держала её на груди, а голые плечи тоже были ободраны и сочились кровью, как будто их натирали тёркой.

– Ранена? – спросил я, окинув взглядом всю простыню, но не найдя нигде следов крови.

– Н-нет… – ответила девчонка. – Только плечи.

– Это заживёт. – пообещал я, разворачиваясь к двери. – Идём дверь закроем. Как тебя зовут?

– Софа… Ой, в смысле, Чача.

– Софа-Чача. – улыбнулся я. – Ладно, я запомню.

Пока я прикрывал с винтовкой в руках, Софа, подчиняясь моим указаниям, вернула импровизированный засов на место, и тут же, будто только того и ждали, двери содрогнулись от мощного удара снаружи! «Засов» заскрипел, но выдержал, однако для перестраховки я разломал ещё один столик, и мы в четыре руки запихали в ручки ещё одну ножку. Будь моя воля – я бы ещё столько же поставил, да место кончилось.

После этого я подобрал с клиса выпавшую коробку – ух ты, зелёная! – и, не выпуская Софу из поля зрения, вместе с ней прошёлся по первому этажу. Нашёл ещё два выхода, действительно закрытых, и – вот это номер! – открытое настежь окно в одном из подсобных помещений! Вот кому вообще пришло в голову открывать окно в этом городе, да ещё и посреди ночи?!

Окно выходило во внутренний двор отеля, и там, по крайней мере, на первый взгляд никого не было – ни тварей, ни, тем более, людей. Пластиковое окно, конечно, не идеальная защита, но хоть какая-то, поэтому я плотно закрыл его, а потом – отвёл Софу в номер к Сороке, как и обещал.

Та встретила девушку с неподдельной радостью:

– Ура! Хоть кто-то выжил, кроме меня!

Софа, однако, не особенно была рада видеть подругу (или кем они там друг другу приходятся), и вслух радоваться не стала – только слабо улыбнулась, и прошла в номер, шлёпая босыми ступнями по ламинату.

– Осмотри её. – велел я Сороке. – Она сказала, что не ранена, но у меня нет полной уверенности. Она как будто в шоке, так что может не совсем адекватно воспринимать реальность.

Сорока, даром что сама ранена, серьёзно кивнула, и открыла было рот, чтобы что-то спросить…

Но не успела.

Потому что с верхних этажей раздался пронзительный, нечеловеческий, и вообще явно неземной, визг!

Глава 15

Девчонки синхронно вздрогнули и бросили быстрый взгляд наверх, будто прямо через потолок номера надеялись рассмотреть, кто же там так визжит.

Они, конечно, ничего не увидели, а когда визг раздался снова – торжествующий, кровожадный, явно непохожий на вопли боли или страха, – лишь снова вздрогнули и перевели взгляды на меня.

– Так. – я быстро сориентировался, бросив взгляд туда-сюда по коридору. – План слегка меняется. А ну, подвиньтесь!

Я ввалился в номер, потеснив девчонок, и закрыл за собой дверь. Девушки ошалело глядели на меня, как будто ожидали, что я прямо сейчас кинусь к источникам визгов и выясню их причину.

А я, конечно, кинусь – оставаться в одном помещении с неизвестной угрозой у меня нет никакого желания.

Но не прямо сейчас.

– Сорока! – рявкнул я, отчего обе девчонки снова вздрогнули. – Я что сказал?! А ну, за дело!

Повышенный тон заставил наконец их выйти из ступора. Сорока засуетилась, схватила Чачу за руку и потащила её в ванную, а я, проводив их взглядом и убедившись, что они не подглядывают, заглянул в инвентарь и высыпал из него на пол все коробки, которые успел подобрать. Немного, конечно, но среди них есть зелёная с клиса, а значит, есть шанс получить из неё оружие. Ещё одно системное оружие, которое, если я всё правильно понимаю, поможет мне управляться с тварями быстрее.

Пока за дверью ванной журчала вода, я быстро открыл все коробки, но, увы, удача мне не улыбнулась. Простые серые коробки принесли уже знакомые вещи – покровную ткань в количестве семи штук и ихор, пять штук. Кроме них ещё выпал непонятный пучок белых плотных волокон, похожий на сухожилия, который система определила как «синдекс», и небольшой, с палец, мешочек с зелёной жидкостью – «гланда». Само собой, система, как и всегда, не спешила рассказать мне, что это такое и для чего нужна, и оставила всё под грифом «совершенно секретно».

Зелёная коробка, выпавшая с клиса, одарила меня другими вещами, хотя и явно тоже имеющими отношение к биологии. Первой был овальный пузырь размером с кулак, называемый «гемулой», о котором, конечно же, ничего не было известно, кроме того, что он оказался необычного качества.

Вторым был «хаддис» – круглая пластинка, на вид и на ощупь из кости, диаметром в десяток сантиметров. Как будто кто-то взял огромный позвонок мамонта, нарезал его на тонкие пластинки, и одна из них попала мне в руки. Тоже необычная, кстати. Видимо, потому коробка и была зелёная, что всё, что в ней лежало, тоже «зелёное».

Третьи предметом из коробки оказалась уже знакомая мне капсула регенерации – точь в точь как та, что я потратил после битвы с полиморфом. Она без проблем соединилась в инвентаре с другими четырьмя, и у меня их снова стало пять. Плюс пятьдесят единиц энергета. Хоть я и до сих пор не понял, что он такое, всё равно – хорошие новости.

Плохие новости – то, что никакого оружия я так и не нашёл. Остаётся только надеяться, что твари в отеле кончатся раньше, чем у меня – патроны.

Закинув в инвентарь всё, что получил, и с неудовольствием заметив, как цифра, показывающая ёмкость, увеличилась аж до пяти, я подошёл к двери ванной и постучал костяшками пальцев:

– Вы скоро?

– Сейчас!.. Ой… – раздалось оттуда голосом Сороки. – Сейчас!

Через мгновение шум льющейся воды стих, и дверь открылась, явив мне обеих девчонок – Софа явно выглядела получше, даже взгляд стал менее затравленным.

– Я пошёл, а вы закрывайтесь. – велел я, развернулся и прошёл к двери номера. – Когда вернусь, надо будет серьёзно поговорить.

– Я… Ой… Ладно. – храбро кивнула Сорока. – Поговорим!

Дверь щёлкнула за моей спиной, и я лёгкой трусцой направился к лестнице.

На третьем этаже было всё то же самое, что на втором. Распахнутые двери номеров, перевёрнутые тележки рум-сервиса… И кровь.

Она красным блестящим озерцом вытекала из ближайшей же двери, и, коснувшись аляпистого, будто дальтоник пытался не столько придумать, сколько угадать, новый камуфляжный паттерн, коридорного ковра, впитывалась в него. Эти ковры специально делают такими страшными, чтобы на них как можно меньше были заметны загрязнения любой природы… Но на такое крови его создатели явно не рассчитывали – ткань просто чернела, напитываясь будто не кровью, а мазутом, и весь сумасшедший рисунок на ней просто растворялся в этой черноте.

Я заглянул в номер, ожидая увидеть там ещё один труп, и не ошибся. Прямо возле двери, цепляясь за порог скрюченными пальцами, лицом вниз лежал ещё один парень – возраста Сороки и Чачи на вид. Шея его была перекушена, причем явно сзади, если судить по окровавленным следам от когтей на голой спине.

Почему-то сразу же вспомнился клис и его манера передвижения.

С винтовкой-копьём досматривать номер было крайне неудобно, но я всё равно это сделал, чтобы не оставлять за спиной вероятную угрозу. Никого не найдя, я прошёл к следующему номеру, и досмотрел его тоже. Пусто. На кровати скомканное бельё не первой свежести, один из стульев сломан и лежит на полу грудой дерева, а дверь в ванную висит на одной петле.

Один за другим я принялся быстро осматривать номера на этаже, находя везде примерно одно и то же – разрушения разной степени тяжести, и иногда – трупы. Ещё двоих я нашёл на этом этаже – одну девушку и одного парня. Во втором случае, в номере обнаружилась ещё и непонятная тварь, скребущаяся в закрытую дверь ванной – огромный, в целую руку длиной, клюв с загнутым кончиком, стоящий на двух тонких, но мускулистых ногах. Вот и вся тварь, которая, как только я открыл дверь, кинулась на меня, раскрыв пасть.

В неё-то я и вонзил Проходчик, порадовавшись тому, что у меня на «копье» есть импровизированная крестовина. Иначе клинок, пробивший тварь насквозь, не остановил её движение, и она просто насадилась бы на него ещё глубже, и добралась до меня.

Впрочем, даже на крестовину твари было плевать. Ноги её оказались неожиданно сильными, и она пёрла на них вперёд, как бульдозер, наседая на меня и припирая к стене! Я даже спустил курок винтовки, мысленно пожалев патрона, но и это ни к чему не привело – в твари просто появилась ещё одна дырка, и ничего важного я так и не задел!

Да что там – я даже и не знаю, где там у неё может быть что-то важное! Это же буквально клюв на ножках, где у него мозг, и есть ли он вообще?!

В спину упёрлась стена, а следом – приклад винтовки, который я специально опустил пониже. Теперь оружие расклинило между стеной и тварью, и дальше двигаться уже просто некуда. Огромный распахнутый клюв остановился в нескольких сантиметрах от моего лица и несколько раз угрожающе закрылся, чуть не попав по руке, которой я продолжал удерживать винтовку.

А потом тварь на мгновение замерла и издала тот самый визг, который я слышал внизу. У меня даже в ушах зазвенело от такой мощной акустической атаки, но от задуманного меня это не отвлекло. Вторая моя рука уже сняла с пояса одну из гранат – старую-добрую РГД-5, у которой я заранее разогнул один из усиков. Продолжая удерживать винтовку, одной рукой накинул кольцо гранаты на рычаг затвора, и потянул на себя, заставляя чеку вылезти со своего места.

Тварь наконец заткнулась, и снова принялась лезть вперёд, будто надеялась, что рано или поздно крестовина моего импровизированного копья сломается, и она до меня доберётся.

И что самое плохое – шансы на это у неё действительно были.

Бы.

– По-моему, у тебя сегодня с голосом проблемы. – посетовал я, отпуская рычаг гранаты. – На вот, прогрей голосовые связки!

И я коротким движением, практически одними лишь пальцами, кинул гранату вперёд – точно в распахнутый зёв огромного клюва, в тёмной глубине которого едва просматривалось какое-то шевеление.

А потом подпрыгнул, и обеими ногами ударил тварь чуть пониже клюва – в то место, где он соединялся с ногами!

Я всё просчитал. Тварь тяжёлая, – иначе она не смогла бы меня так легко задавить, – но центр тяжести из-за клюва у неё высокий. Поэтому мой удар буквально сбросил её с винтовки и заставил сделать несколько шагов назад – точно в ту самую ванную, в которой она была заперта!

Когда раздался взрыв, я уже был за стеной – за стеной номера, чтобы наверняка. Потому что не было у меня уверенности, что внутренние стенки не из гипсокартона какого-нибудь накручены, который кулаком пробить можно, не то что осколками гранаты!

Уничтожен противник: зерган.

Получено 20 очков опыта.

На повышение идём, однако. Каждая следующая тварь приносит больше очков опыта, чем предыдущая. Но, говоря откровенно, каждую из них и убить тоже сложнее, чем предыдущую…

Нет, не так. Каждая следующая тварь отличается от предыдущей не по степени опасности, а по… типу? Тот же клис в этом небольшом номере был бы далеко не так опасен, как в просторном лобби – он быстрый и ловкий, ему нужно пространство, чтобы атаковать с разных направлений.

А вот клюв на ножках, медленный, но упорный, как асфальтовый каток, наоборот опасен как раз в небольших закрытых объёмах, и в том же фойе я бы спокойно его расстрелял даже раньше, чем он успел приблизиться.

По всему получалось, что системные твари это не просто какие-то придуманные противники, которые отличаются только формой, и количеством очков здоровья, это прямо… настоящие животные! Разные по повадкам, по ареалам обитания, и, чем чёрт не шутит – по способам питания? А то и размножения?

Как это можно использовать, пока что не особенно понятно, поэтому я быстро заглянул обратно в ванную, не без труда разыскал под обломками раковины коробку, – серая, падла, – закинул её в инвентарь и продолжил двигаться по этажу.

В одном из следующих номеров я встретил скрайта, который стоял на подоконнике, и пырился в открытое окно, радостно виляя чешуйчатым хвостом, как будто там его хозяин стоит. Псина настолько была увлечена этим, что даже не заметила, как я подкрался со спины, и проткнул башку Проходчиком.

Пока тварь разлагалась, я тоже мельком выглянул в окно – узнать, на что она там так радостно пырилась…

И чуть не выпал наружу.

В отличие от предыдущего окна, что вело во внутренний двор отеля, это выходило на фронтон – на улицу, по которой я сюда пришёл.

И хорошо, что я пришёл именно тогда, четыре-пять часов тому назад, а не прямо сейчас. Потому что сейчас я бы никуда и ни за что не дошёл.

Улицу заполонили твари. Десятки тварей, как тех, что я уже видел, так и совершенно новых. В свете уличных фонарей было хорошо видно, как они скалятся друг на друга, делают агрессивные выпады, размахивая конечностями и хвостами, и кое-где это даже переросло в настоящие потасовки, и не из двух тварей, а из трёх-четырёх сразу. Всё это выглядело так, словно где-то неподалеку располагался инопланетный зоопарк, собравший в себе тварей из разных миров и с разных планет, и из-за какого-то сбоя все его двери одновременно открылись, и твари одновременно хлынули на улицы.

Не понимая, где они вообще оказались, что их окружает, и кто все эти организмы вокруг.

Монстры вели себя… Обеспокоенно, вот! Как будто их нынешнее положение сбивает их с толку, как будто они не могут понять, где, почему и как оказались, и поэтому они проявляют агрессию друг к другу! Проявляют – но отнюдь не стремятся атаковать, потому что не знают, чем это может закончиться. И только в исключительных случаях, когда что-то пошло не так, всё это перерастало в натуральную драку.

Я несколько секунд понаблюдал за этим животным хаосом, и пришёл к выводу, что это всё действительно напоминает нашу родную земную биосферу – когда множество животных вынуждено из-за какого-то катаклизма покинуть свои привычные ареалы обитания и двигаться в одном и том же направлении. Когда угроза минует, и все звери оказываются сосредоточены в одной точке, очень быстро выясняется, что многие из них с другими видами не контактировали в естественной среде обитания, и просто не знают, как себя вести. Вот и начинают пыжиться и показывать себя максимально страшными и опасными.

Прямо как-то, что я видел сейчас. Вот два скрайта вцепились в ноги зергана – а зачем? Чтобы что? У них больше добычи нет, более доступной? Ещё как есть – вон например бредут со стороны две человеческих фигуры.

Так, стоп…

Я присмотрелся к фигурам повнимательнее, на мгновение пожалев, что оптический прицел пал жертвой сражения с крабом-мимиком. Никакого другого способа приблизить изображение у меня не было, но и без этого в свете фонарей я смог разглядеть человеческие фигуры.

Фигуры – и только.

Потому что людьми назвать их не поворачивался язык. По повадкам это были самые натуральные зомби – медленные, едва волочащие ноги, и качающиеся так, будто в каждом плескалось по бутылке водки, не меньше. Одежда их, грязная и рваная, тоже навевала мысли про зомби, а самое главное, самое интересное…

Твари не обращали на них внимания! Парочка человекообразных силуэтов шла через агрессивную толпу так спокойно, словно её не существовало вовсе… А толпа будто бы приняла правила этой игры и даже не пыталась напасть на зомбированных, занимаясь только друг другом!

Один из зомби внезапно споткнулся о вывороченный бордюрный камень, взмахнул руками, чтобы удержать равновесие, и на мгновение поднял взгляд. Его белые, будто варёные, глаза уставились на меня, и он тут же поднял руки и вытянул их в мою сторону, словно предлагал спрыгнуть прямо в его объятия и обещал, что обязательно поймает. Рот его открылся, и, наверное, он захрипел, но за воплями и визгами тварей я этого не расслышал.

Одно было точно ясно – это уже не люди. Не знаю, как и откуда они взялись, не знаю, куда и зачем они направляются, но мне с ними точно не по пути. Поэтому я закрыл окно, развернулся и вышел из номера, чтобы закончить с зачисткой третьего этажа.

В следующих номерах я не встретил никого – ни людей, ни тварей. В них, похоже, вообще никто не жил уже давно, да оно и понятно – не располагали они к этому. Где матрас на кровати вспорот крест-накрест, как будто в нём искали заначку, где наоборот – кровать осталась единственным уцелевшим предметом мебели, и даже стеклянная стенка душевой рассыпалась на мелкое крошево… А в одном номере, целом на вид, почему-то висело такое густое амбре гнили, что я даже исследовать его не стал – у меня просто не хватило бы воздуха в лёгких, даже если бы я задержал дыхание.