Текст книги "Ты выйдешь за меня снова"

Глава 22

Утро следующего дня

Лера

Вчера всю дорогу до дома Егор громко матерился и не находил себе места от злости. Его вывела из себя новость о том, что Таня тоже была на благотворительном вечере.

Я предложила ему остаться у меня, но он не смог, так как сегодня утром им с матерью нужно было ехать в клинику за медицинскими документами.

Через два дня они улетят в Германию, а я смогу спокойно приступить к делу.

Теперь я знаю, что Максим и Таня сто процентов предали Нину, и не собираюсь закрывать на это глаза.

Сижу на диване, пью кофе, листаю фотографии Максима на его странице в соцсети и пытаюсь заткнуть свой внутренний голос.

В моей голове уже несколько часов идут дебаты.

Я все еще не знаю, как правильно поступить с Максимом и Таней.

Увеличиваю фото, на котором он крупным планом, и прижимаю указательный палец к его голове.

– Так все-таки в голову или…

Веду пальцем к его рельефной груди и прищуриваюсь.

– Или сразу в сердце?..

Куда стрелять?

Убить его сразу, сказав о том, что душа Нины до сих пор преследует его с того света, или же разбить лагерь в его голове и поселиться там на какое-то время?

Влюбить его в себя, заставить сходить с ума по мне и только потом убить.

Точнее, отплатить ему его же монетой.

Но для этого мне нужно подобраться к нему поближе, и я пока не знаю, как это сделать.

На экране телефона высвечивается незнакомый номер.

Решив, что звонят из очередного банка, чтобы предложить кредитную карту, я сбрасываю и продолжаю листать фотографии Максима, чтобы как следует изучить его интересы.

Но на экране всплывает сообщение.

«Валерия, перезвоните как сможете. Это Виктор Пономарев. У меня для вас есть интересное предложение».

Виктор Пономарев – это художник, с которым я вчера общалась на благотворительном вечере.

– Хм, и что же он хочет мне предложить?.. – задумчиво бормочу я, ставлю на подлокотник кружку с кофе и набираю его номер.

– Лерочка, я вас разбудил? – виновато спрашивает мужчина.

– Здравствуйте! Нет, я в это время не сплю.

– Наверное, работаете над очередным шедевром? – смеется он.

– Угу… – отвечаю я и про себя добавляю:

«Рисую в голове идеальную картину мести».

– Лер, я, собственно, сразу к делу. Хочу предложить вам работу. Как вы на это смотрите?

Я удивленно вытягиваю лицо и хлопаю глазами.

– Какую работу?

– Она напрямую связана с вашим творчеством, но все подробности узнаете при встрече. Вы сможете через пару часов приехать в ресторан на улице Горького?

Даже не знаю, что и ответить.

С одной стороны, я пока не собиралась искать работу и планировала жить на средства, которые удалось накопить от сдачи квартиры.

Но, с другой стороны…

Деньги скоро закончатся, и что тогда?

Снова идти в официантки?

Когда мне еще предложат работать художником?

Месть никуда не денется, я доведу до конца начатое. Но и о своем будущем я тоже не должна забывать.

– Да, я приеду! – уверенно отвечаю я и встаю с дивана. – Сможете написать мне точный адрес ресторана?

– Замечательно! Адрес сейчас пришлю.

Я быстро принимаю душ, сушу волосы, надеваю блузку и брюки, чтобы выглядеть более презентабельно, и вызываю такси.

Через полчаса вхожу в ресторан.

Медленно иду по залу и ищу среди людей мужчину с бородой и седыми удлиненными волосами.

Я резко замираю, мое сердце с грохотом падет в пятки.

В упор смотрю на Максима, сидящего за столиком у окна, а он – пристально смотрит на меня.

– Присаживайся, – велит он и кивает на стул, стоящий напротив.

Глава 23

Максим

За полчаса до встречи с Лерой

Неужели это просто совпадение?..

Разве такое вообще возможно?

Вчера, глядя на эту художницу, у меня было чувство, что я переместился в машине времени на двадцать лет назад.

Эта девчонка очень похожа на Нину.

Волосы, глаза, губы, голос…

Даже дерзкий взгляд у нее точно такой же, как был у Нины, когда ее кто-то выводил из себя.

Я был на сто процентов уверен, что она принесла эту картину по просьбе Егора. Подумал, что он тем самым решил снова напомнить о том, что случилось с его сестрой.

Но, видимо, я ошибся.

Жестко ошибся.

Когда девчонка сбежала с благотворительного вечера, я подошел к художнику, с которым она общалась, и стал расспрашивать о ней.

По словам художника, эта Валерия встречается с неким Богданом – сыном предпринимателей, и собирается выйти за него.

Вчера вечером я попросил своего помощника Леонида собрать на нее информацию, и сегодня утром он позвонил мне с докладом.

– Валерия Савельева, девятнадцать лет. Коренная москвичка. Росла в детском доме вместе со своей старшей сестрой. Их родители давно умерли, и из родственников на данный момент никого не осталось. Девушка работала в ночном баре официанткой, уволилась около двух месяцев назад. Причину я не уточнял, но если вам нужна эта информация, то сегодня же наведаюсь в тот бар и разузнаю о ней больше.

Я был уверен, что она знакомая Егора.

Предполагал, что она приехала с ним из Вологодской области, или они познакомились в Москве.

Но раз она росла в детском доме, то первый вариант сразу отпал.

– Фамилия «Балашовы» нигде не фигурировала? – уточнил я у помощника.

– Нет.

Слова Леонида окончательно загнали меня в тупик.

Я проверил ее соцсети: ни Егора, ни его матери у нее в друзьях нет. А еще нет ни единого фото с кем-то из них.

Зато есть много фотографий ее картин.

Есть картины с мультяшными героями, как раз-таки в стиле русалки «Ариэль», и есть ее собственные портреты – в образе «Клеопатры» и в образе принцессы.

И ее лицо на этих портретах очень похоже на лицо Нины.

Сложно поверить в такое совпадение, но, получается, что эта девчонка сказала мне правду.

Она всего лишь художница, которая подрабатывала официанткой. Простая детдомовская девушка, которая никак не связана с семьей Нины.

Она хотела сделать свой вклад в благотворительность. Подготовилась, принесла картину русалки, которой, скорее всего, тоже придала свои черты лица, а я набросился на нее и… напугал.

В тот момент я не управлял собой.

Был охвачен злостью, все тело горело от желания проучить ее за такие «сюрпризы».

В зале было достаточно темно, но в один момент на ее лицо упал свет от софита и все слова, которые я хотел сказать ей дальше, встали поперек горла.

Я был шокирован тем, как она похожа на Нину, и даже решил, что она ее родственница.

На ее странице в соцсети есть фото, где она стоит за барной стойкой и улыбается в камеру. Так вот, ее улыбка точь-в-точь как у Нины.

Не думал, что на свете есть люди, которые не являются друг другу родственниками, но при этом так сильно похожи.

Как же я облажался вчера.

Вспоминаю ее побелевшее лицо, ее дрожащие губы.

Неудивительно, что она сбежала после того, как я начал говорить о своей погибшей жене.

Наверное, она вообще не понимала, что происходит. Приняла меня за психа и, пользуясь случаем, унесла ноги.

Хочу извиниться перед ней.

Уже понял, что она навряд ли согласилась бы встретиться со мной, поэтому пошел на небольшую хитрость: попросил художника организовать нам встречу.

Сижу в ресторане, смотрю в окно и вижу, как она выходит из такси.

Черт, у нее даже походка как у Нины – слегка пружинистая.

Она входит в зал, оглядывается по сторонам, убирает за плечо светлые волосы, устремляет на меня взгляд и резко замирает.

Сейчас точно сбежит.

– Присаживайся, – спокойно говорю я, указывая на стул, и ловлю себя на мысли, что я нетактично перешел на «ты».

Идет ко мне робкими шагами, ее грудь поднимается от быстрых вздохов, в глазах застыл страх.

– Валерия, садитесь, – прошу я. – Я хочу поговорить с вами о вчерашнем вечере.

– Я шла на встречу с художником, – растерянно глядя на меня, произносит она и садится напротив. – Он хотел поговорить со мной о работе.

Я снова обвожу взглядом ее лицо, еще раз поражаюсь ее сходством с Ниной и, набрав полную грудь воздуха, выпрямляюсь.

– О работе тоже пойдет речь, – отвечаю я, понимая, что совсем забыл об этом моменте. – Но для начала я хочу извиниться за то, что напугал вас вчера. Удобно, если я буду обращаться к вам на «ты»? – уточняю я и вижу на ее лице легкую улыбку.

– Вчера вы не спрашивали разрешения. Но вообще да, мне удобно.

– Твое появление на благотворительном вечере вызвало у меня воспоминания о погибшей жене, – откровенно говорю я. – Ты очень похожа на нее, и так совпало, что твоя картина тоже связана с ней.

– В каком смысле? – удивленно спрашивает она.

– Не буду вдаваться в подробности. Скажи, ты нарисовала русалку, похожую на себя, верно?

– Д-да… – растерянно отвечает она. – Что-то не так?

– Теперь все так.

Услышав ответ на свой вопрос, выдыхаю.

Это еще раз подтверждает, что вчера я был не в себе и сгоряча накинулся на это невинное создание.

Прошу официанта подойти к нам и заказываю кофе.

– Мне, пожалуйста, чай с мелиссой, – произносит Лера.

Я пристально смотрю на нее.

– Ты тоже… То есть, ты любишь чай с мелиссой?

Лера выгибает дугой бровь.

– Вас это удивляет?

«Удивляет…» – про себя отвечаю я, и вспоминаю, как Нина пила по утрам чай с мелиссой.

– Что вы имели в виду, когда сказали, что речь пойдет и о работе? – спрашивает она, как только официант отходит от стола.

Честно скажу: я не был готов говорить с ней о работе.

Попросил художника сделать так, чтобы она приехала в ресторан, и не подумал о том, что девушка приедет сюда в надежде получить предложение по работе.

Получается, я обману ее, если она уедет отсюда только с моими извинениями и без обещанного предложения.

Я пытаюсь сообразить, какую должность предложить ей, и на ум приходит одна интересная мысль.

– В мою компанию требуется графический дизайнер. Работа в офисе, достойная зарплата, удобный график. Пойдешь?

На самом деле в моей фирме есть несколько опытных графических дизайнеров, но… почему бы не взять еще одного?

Тем более, что-то внутри меня не позволяет взять и просто так отпустить ее.

Пока не могу до конца разобраться в своих ощущениях, но эта девушка явно зацепила меня, что бывает крайне редко.

Мне хочется узнать ее поближе.

– Надеюсь, это предложение сделано не в качестве компенсации за вчерашний вечер? – спрашивает Лера.

– Вчера я видел твою работу. Этого мне вполне достаточно, чтобы понять, что ты профессионал своего дела.

Не стал говорить о том, что заходил на ее страницу в соцсети и видел все ее картины, выставленные там.

Она действительно талантливая художница. У нее есть отличные работы как на бумаге, так и в цифровом формате.

– Я подумаю над вашим предложением, – неожиданно отвечает она и, не дождавшись чай, встает со стула.

«Даже так? – поражаюсь я. – Многие люди с двумя и тремя высшими образованиями мечтают работать в моей фирме, а она решила подумать? Что ж, ладно. Пусть подумает. Но я все же надеюсь, что получу от нее положительный ответ».

Я встаю и подаю ей визитку.

– Буду ждать звонка.

Перевожу взгляд за ее плечи и вижу, как к нашему столику подходит Таня.

– Максим, здравствуй! – улыбается она и бросает недовольный взгляд на Леру. – Добрый день!

– Добрый, – отвечает Лера и, странно посмотрев на нас обоих, идет к выходу.

Глава 24

Спустя два дня

Лера

Час назад мы попрощались с Егором. Вот-вот он вместе с мамой сядет в самолет, и они улетят в Германию.

Не знаю, сколько времени мы не увидимся. Операция только через неделю, а затем – период восстановления и реабилитации…

Стоит только подумать о том, что Егор будет далеко от меня, и на душе становится очень тоскливо.

Как будто от меня оторвали частичку, честное слово.

Одно радует: маму скоро прооперируют, и тогда у меня наконец-то появится возможность увидеться с ней.

Егор дал мне слово, что как следует подготовит ее к этому волнительному моменту.

А я дала ему слово, что не буду искать встречи с Максимом.

– Мне это больше не нужно, – врала ему час назад. – Я просто хотела разобраться, была ли на самом деле измена, но после того, как ты показал мне дом, в котором Максим с Ниной снимали квартиру, и рассказал про серьгу, стало все ясно.

Егор смотрел на меня обеспокоенный взглядом, словно слабо верил в мои обещания.

– Я переживаю за тебя, ты это знаешь, – вздохнул он и прижал меня к себе. – Пообещай, что не наделаешь глупостей и всегда будешь на связи со мной и Викой.

– Обещаю.

Он поцеловал меня в макушку и, улыбнувшись, щелкнул по носу.

– Я рад, что ты нашла работу по душе. Надеюсь, уйдешь в нее с головой, и у тебя не будет ни времени, ни желания искать Максима.

«Я не буду искать Максима, – глядя в его глаза, ответила мысленно. – Потому что уже нашла его и всегда буду рядом с ним».

В тот момент я смотрела на Егора и сгорала от стыда, потому что мне пришлось обмануть его.

Я понимала, что он будет часто звонить мне по видео, что увидит на заднем плане офис, поэтому сказала, что мне предложили интересную работу.

Соврала, что один из художников увидел мои картины, что они ему очень понравились, после чего он и предложил мне присоединиться к его команде.

То же самое я наплела сестре.

Они оба обрадовались за меня, и даже не догадываются о том, что я собираюсь пойти в логово зверя.

Знаю, что если скажу правду, то они точно запрут меня дома.

А я настроена действовать!

Готова рвать и метать!

За Нину, за ее отца, и за мать с Егором, которые столько лет живут с болью в сердце.

Максим сам открыл мне дверь в свою душу. Сам пригласил меня войти в нее.

Что ж, я не стала отказываться от этого предложения, но ответ дала ему далеко не сразу после нашей встречи.

Два дня я крутила в руке его визитку, порывалась позвонить, но боялась, что мне предложат выйти на работу до того, как Егор улетит в Германию.

Я не хотела, чтобы он выследил меня и понял, куда я собираюсь пойти работать. Поэтому дождалась сегодняшнего вечера, спокойно поговорила с Егором, проводила его до машины, попрощалась с ним, и как только поднялась обратно в квартиру, взяла визитку Максима и написала:

«Добрый вечер! Я готова работать в вашей компании».

И в следующем сообщении добавила:

«Валерия Савельева».

«Добрый вечер! – ответил он сразу. – Рад, что ты приняла мое предложение. Завтра в 10:00 тебя будут ждать по адресу Рубцова 11. Мои сотрудники введут тебя в курс дела. Не забудь свои документы».

– Он рад, что я приняла его предложение, – усмехаюсь, перечитывая сообщение. – Посмотрим, как быстро пройдет твоя радость, когда поймешь, зачем ты мне нужен.

Кидаю телефон на подушку, прижимаюсь подбородком к коленям и прерывисто вздыхаю.

– Главное, чтобы Нина снова не подвела меня. Этого я боюсь больше всего…

Вспоминаю, что со мной творилось в ресторане, и все тело покрывается мелкой дрожью.

Как только я увидела Максима, то забыла, как дышать.

Я была настроена на встречу с художником, а тут он…

В голове пролетела пугающая мысль: Максим приехал, чтобы продолжить разборки насчет картины. И он будет задавать мне вопросы, к которым я не успела даже подготовиться.

Хотела убежать, но ноги сами повели меня к нему. А когда села за столик, со мной стали происходить невероятные вещи: Нина снова показывала мне короткие фрагменты из жизни с Максимом.

Она взяла в плен мое тело и разум. Она заставила меня отключить все чувства и словно подталкивала к нему.

Думаю, она делает это для того чтобы я не допустила ошибок.

Понимает, что эмоции могут захлестнуть меня с головой и тогда я точно отпугну его.

А я должна подпустить его к себе максимально близко, поэтому она и заставляет меня вовремя остыть.

Максим сказал, что я очень похожа на его погибшую жену и решил, что русалке я придала свои черты лица.

В тот момент меня отпустило.

Я поняла, что мне не придется выкручиваться и доказывать, что я не имею никакого отношения к Нине.

Он сам разрулил эту ситуацию, а мне оставалось лишь выдохнуть и расслабиться.

Затем предложил мне работу, и тогда я подумала:

«Еще вчера я не знала, как подступиться к нему поближе, а сейчас все идет прямо мне в руки. Теперь он будет всегда на виду, всегда рядом. Все, как я и хотела».

Я видела, как он изучал мое лицо, мою шею, волосы, плечи, и поняла, что я его сильно зацепила.

А затем я заказала себе чай с мелиссой…

Видимо, Нина тоже любила такой чай.

Я правда не знала об этом.

У нас с ней очень похожи и вкусы, и интересы, но в этом есть свои минусы: надеюсь, я ненароком не буду копировать ее поведение.

Пока что мне это будет только мешать.

Не хочу, чтобы Максим сейчас замечал во мне иные сходства с Ниной, кроме внешности.

Он обязательно увидит ее во мне, почувствует ее присутствие каждой клеточкой своего тела, но это произойдет тогда, когда он без памяти влюбится в меня и от этой любви потеряет голову.

Нина тоже потеряла голову от любви к нему, а он воткнул нож ей в спину.

Теперь настала моя очередь поступить с ним точно так же, как он поступил с ней.

Я успокою ее душу, пусть даже не сомневается во мне.

Господи, что я несу?

Как она может во мне сомневаться?

Наверняка им на том свете известна вся наша жизнь вплоть до старости.

Думаю, она уже знает, чем закончится наша с ним история, и сгорает от желания увидеть фееричный финал, в котором я раздавлю его.

Сейчас главное слушать все ее подсказки и не делать лишних шагов. Я не должна подвести ее.

Когда я увидела в ресторане Таню, то в моей груди снова разгорелся пожарище, и я едва не ударила ее.

Клянусь, с трудом удержала напряженную руку. Вцепилась каменными пальцами в сумку и силой заставила себя отойти от этой дряни.

Только посмотрите, как хорошо устроилась эта парочка: ходят друг к другу на вечеринки, сидят в ресторанчиках.

Класс!

Но это ненадолго.

Скоро их жизнь перевернется с ног на голову, я это гарантирую.

Я села в такси, повернула голову на окно ресторана и увидела, как Максим взял у официанта чашку с чаем и поднес ее к губам.

Я впилась в него взглядом и подумала:

«Вдыхай в себя запах мелиссы. Пропускай его через свои легкие и вспоминай, как этот аромат кружился рядом с Ниной».

После русалки это второе напоминание о ней.

Дальше будет еще интересней.

Но все это он будет получать небольшими порциями, когда придет время.

Утро следующего дня

В девять утра я бегаю по квартире как ошпаренная: быстро сушу волосы, крашу ресницы, кидаю в сумку свои документы.

В этой суете есть свои плюсы: она помогает мне избавиться от волнения.

Все-таки первый рабочий день в крупной компании, где я должна достойно проявить себя.

Если я приду туда с мыслями только об одной мести, то мне будет сложно включиться в работу. В конце концов меня попрут оттуда и посадят на мое место другого графического дизайнера.

Я просто обязана пройти испытательный срок, доказать, что я достойна этой должности и влиться в коллектив.

Поэтому решила: на какое-то время уберу все мысли о мести, включусь в работу и покажу все, на что я способна.

– Блин, где браслет?! – злюсь я, вытряхивая на комод все содержимое шкатулки.

Сегодня я решила надеть серебряные серьги и браслет, который шел с ними в комплекте.

Этот комплект подарила мне Вика на мое совершеннолетие. Очень классный! Серьги в виде маленьких крыльев и тоненький браслетик, на котором тоже висит подвеска в виде крыла.

Но я, черт побери, видимо, потеряла его.

– Когда он был на мне в последний раз?.. – задумываюсь, застегивая серьги. – Вообще не помню.

Надеваю белую блузку, черные брюки, забираю волосы в высокий хвост, накидываю тонкую курточку, вызываю такси и выхожу из квартиры.

Через полчаса такси останавливается у красивого высокого здания, которое смотрит на меня большими тонированным окнами.

Набираю полную грудь воздуха, вхожу внутрь и останавливаюсь у поста охраны.

– Здравствуйте! Я Валерия Савельева, новый графический дизай…

– Лера? – слышу удивленный женский голос.

Поворачиваю голову и чувствую, как вниз живота падает булыжник.

Смотрю на нее во все глаза и не могу понять, что она здесь делает.

– Так это ты наш новый сотрудник? – приветливо улыбается и подходит ко мне. – Здорово! А я как раз спустилась, чтобы встретить тебя. Идем, – берет меня под руку. – Я отведу тебя в наш кабинет.

«Все, это конец! – судорожно вздыхаю я, идя к лифту. – Весь мой план только что с треском провалился…»

Глава 25

Спустя десять дней

Лера

12–00

– Ну как, получается? – подойдя к моему столу, спрашивает коллега.

– Да, я почти закончила.

Открываю фотошоп и отъезжаю на кресле от рабочего стола.

– Смотри.

– Вау! Очень круто! – глядя в экран, восхищается она. – Это, пожалуй, лучший логотип из тех, которые я видела. Доработай его и отправь мне на почту, а я перешлю Максиму Эдуардовичу. Думаю, он его одобрит, и мы запустим его в работу.

– Спасибо! – победно улыбаюсь я.

Это означает, что я прошла испытательный срок?

Десять дней я трудилась как пчелка, разрабатывая логотипы для новой линейки продукции. Хотела стать лучшей, и у меня это получилось.

Теперь я могу не переживать за то, что мне скажут: «Извините, вы нам не подходите».

Я плавно влилась в эту компанию, а теперь осталось влиться в сердце Максима.

Хотя, думаю, я уже поселилась в его сердце и в его голове.

Вижу, как он смотрит на меня, как следит за моими передвижениями по офису, как оборачивается, когда слышит мой смех.

Коллеги говорят, что с моим приходом в офис босс стал гораздо чаще появляться в отделе дизайна.

Приходит сюда под любым предлогом, и каждый раз, когда я вижу его, мое сердце стучит так, словно вышло из строя.

Но я научилась контролировать себя и стараюсь не позволять Нине овладеть моим разумом. Я быстро переключаюсь с Максима на работу и силой заставляю себя смотреть в экран монитора.

Если совсем тяжело оторвать от него взгляд, то звоню сестре, чтобы она заняла мою голову какой-нибудь историей, или поворачиваюсь к соседнему столу и обсуждаю с коллегой свой проект.

Вчера Максим подошел ко мне в тот момент, когда я работала над логотипом. Он поставил ладони на стол по обе стороны от меня и наклонился так, что я почувствовала на шее его дыхание.

– Неплохо получается, – задумчиво сказал он. – Но нужно поменять шрифт. Попробуй сделать жирнее.

– Хорошо, – вымолвила я и, чтобы отвлечься от него, принялась прибираться на рабочем столе: ровно поставила органайзер с карандашами и ручками, пододвинула к нему блокнот, выровняла клавиатуру, затем – графический планшет и коврик для мышки.

Максим все это время молчал, но, когда я разложила по цветам палитру и несколько раз поправила ее, он отошел от стола и, пристально глядя на меня, свел широкие брови к переносице.

– Зачем ты так делаешь? – спросил он внезапно охрипнув.

– Что именно? – удивленно моргнула я.

– Зачем ты все так раскладываешь?

– Привычка такая, – усмехнулась я. – Мне нравится, когда все по линеечке.

Это правда.

Я люблю визуальный порядок. Зато в шкафу у меня бардак как после взрыва на вещевой фабрике.

Он смотрел то на меня, то на мой стол, и в моей голове мелькнула мысль:

«Неужели Нина делала точно так же?

Я невольно копировала еще одну ее привычку, и это вывело меня из себя.

Еще не настало время для того, чтобы он начал узнавать во мне Нину.

Я должна сблизиться с ним, и только потом начну действовать.

В свой первый рабочий день я чуть не упала в обморок от страха, когда увидела девушку, которая меня встречала на первом этаже здания.

Ну вот как в огромном городе-миллионнике я умудрилась встретить Варю?

Варю, с которой лежала в одной палате психиатрического отделения…

Ее поместил туда муж в отместку за то, что она решила развестись с ним. Этот индюк договорился с кем-то и отправил ее в больничку.

До сих пор помню, как Варя сходила с ума и как лезла на стены от желания выбраться из клиники. Ее выпустили оттуда за две недели до того, как выписали меня.

И она была очень удивлена увидеть меня в качестве нового сотрудника.

– Ты как вообще после лечения? – спросила она, когда мы подошли к лифту, и оглядела меня восторженным взглядом. – Выглядишь потрясно!

– Нормально, – вяло улыбнулась я. – А ты как? Удалось развестись с мужем?

– Конечно! – рассмеялась Варя. – Спасибо Максиму Эдуардовичу за помощь.

– Директор этой компании помог тебе с разводом?

– Сначала до него дошел слух, что я не просто сижу на больничном, а нахожусь в психбольнице. Он сразу поднял все свои связи и вызволил меня оттуда. А потом его люди помогли мне с разводом.

Варя мечтательно улыбнулась и вздохнула.

– Золотой человек! Всегда за своих сотрудников грудью стоит, поэтому у нас очень дружный коллектив.

– А ты можешь не говорить ему о том, что я тоже лежала в психбольнице?

Варя прыснула со смеху и, войдя в лифт, похлопала меня по плечу.

– Не парься, он не смотрит в медицинскую карту сотрудника, а принимает на работу по другим критериям. Если хорошо проявишь себя – вэлком в наш дружный коллектив. А если ему не понравится, как ты работаешь, то, как говорится, гудбай.

Варя с тревогой посмотрела на меня и прошептала:

– Тебя все еще мучают сны о прошлой жизни? Или этот кошмар прекратился?

– Давно прекратился, – соврала я. – Иначе я бы не вышла из клиники.

– Фух, слава богу! Мне так страшно было за тебя, когда ты кричала по ночам. Помню, проснусь от твоего крика, а ты лежишь с закрытыми глазами, улыбаешься и разговариваешь с каким-то Максимом. Там еще вроде Егор был, да? И имя «Таня» звучало.

«Какая хорошая память, – глядя на Варю, сердилась я. – Всех помнит. Даже поименно».

– Видимо, это были галлюцинации из-за удара молнией. А может, я слишком много сериалов смотрю, вот и снилось всякое, – отшутилась я.

– Ты ж говорила, что видела свою прошлую жизнь, – нахмурилась Варя. – Я помню, как ты рассказывала про выборы президента и все такое. На всю палату кричала, что ты тогда еще жива была, и что тебя звали Ниной.

Двери лифта открылись, мы вышли на одиннадцатом этаже, я взяла Варю под руку и, пристально посмотрев в глаза, попросила:

– Пожалуйста, пусть это останется между нами, ладно? Я не хочу, чтобы здесь об этом узнали.

– Да вообще не вопрос! Я ж тоже никому не треплюсь о том, что лежала в дурке.

Она заливисто рассмеялась и обняла меня в качестве поддержки.

– Не переживай, дорогая, никто не узнает о том, что мы слегка ку-ку.

Я очень надеюсь, что это так и останется нашим секретом.

А если же Варя проболтается об этом Максиму, то мне конец.

Он узнает, что меня ударило молнией, что я видела свою прошлую жизнь, звала во сне Максима, Егора, Таню и называла себя Ниной.

И это вызовет у него множество вопросов, я уже это предчувствую.

Потом, допустим, поверит, что во мне живет душа Нины, отойдет от шока, затем принесет свои извинения за ее смерть и… на этом все, что ли?

Он спокойно продолжит жить, купаясь в роскоши?

А может, в тот же день встретится с Таней в ресторане, чтобы отметить искупление их вины перед Ниной?

Нет уж, так дело не пойдет.

Слишком легко отделаются.

18–00

Я бегу под дождем к остановке и разговариваю по видео с Егором.

– Мама отдыхает после процедур? – спрашиваю я, перепрыгивая через лужи.

– Да, все еще спит. Как у тебя дела? Сдала свой проект?

– О, да-а, – смеюсь я.

– Я рад, что ты вся в работе, – улыбается Егор. – Ладно, беги на автобус, – подмигивает он и строго добавляет: – И не забудь позвонить, как доберешься до дома.

– Обязательно! – Я чмокаю экран, машу рукой Егору, сую телефон в сумку и, заметив автобус, несусь к нему со всех ног.

– Подождите! – кричу, видя, как закрываются двери. – Ну, подождите же!

Автобус отъезжает от остановки, а я, закипая от злости, плетусь под крышу.

«Водитель же видел, как я бежала к автобусу! Сложно было постоять пару секунд?!»

Перевожу взгляд на черный джип, подъезжающий к остановке, и напрягаюсь.

– Лера, – опустив окно, выкрикивает Максим, – садись в машину.

Он открывает пассажирскую дверь.

– Давай-давай, садись, – манит рукой. – Подброшу тебя до дома.

Набираю полную грудь воздуха, сажусь в машину, закрываю дверь и чувствую приятное волнение внизу живота.

«Уйди! – мысленно приказываю Нине. – Ты только мешаешь!»

– Не успела на автобус? – тронувшись с места, спрашивает Максим.

– Да, заболталась по телефону.

– Куда ехать?

Я называю адрес, пристегиваю ремень, и через пару секунд мы останавливаемся на светофоре.

– Закончила работу над логотипом? – повернувшись полубоком, спрашивает он.

– Да. Завтра вам отправят его на почту.

– Зачем ждать до завтра? Если у тебя в телефоне есть картинка, то покажи сейчас.

Я достаю мобильник, захожу в почту, ищу в отправленных сообщениях файл с макетом, открываю его и показываю Максиму.

Он берет из моей руки телефон, наши пальцы соприкасаются, и по моему телу разливается приятное тепло.

Нина никак не угомонится, а Максим как назло приковывает взгляд к моему лицу.

– Почему вы так смотрите?.. – шепчу я, пытаясь справиться с бурей эмоций, которые передаются мне от Нины.

Максим переводит взгляд на мое ухо и едва заметно улыбается.

– Серьги красивые. Тебе идут.

«Найти бы еще браслет к этим серьгам, – думаю я. – До сих пор не могу понять, где его потеряла».

Он увеличивает логотип и внимательно изучает каждую деталь.

– Хм… а с этим шрифтом даже лучше. Завтра же отправим логотип в печать.

Он возвращает мне телефон, и на экране высвечивается имя «Егор».

Испуганно смотрю на Максима. Кажется, он не видел имя звонящего.

Скидываю звонок, быстро строчу СМС, а сама думаю:

«Вот растяпа! В соцсети я скрыла Егора в списке друзей, а в телефоне переименовать забыла!»

«Егор, я в автобусе. Тут очень шумно. Перезвоню, как выйду».

«Я забыл сказать тебе, что от благотворительного фонда пришли деньги еще и на реабилитацию. Сразу после выписки поедем в реабилитационный центр, расположенный на берегу моря»

«Я очень рада! В этом благотворительном фонде работают настоящие волшебники».

Собираюсь убрать телефон в сумку, но теперь уже звонит сестра.

– Привет, Вик.

– Лерыч, ты уже дома?

– Еще еду, а что?

– Да вот звоню сказать, что завтра не получится отметить твою днюху. Моя коллега заболела, так что завтра у меня внеплановый рабочий день.

– Жаль… – с досадой отвечаю я. – Ладно, отметим в другой раз.

– Как приедешь домой, сразу позвони. А лучше снова установи на свой телефон приложение, – ворчит сестра. – Зачем ты удалила его? Взрослая она, видите ли. Следить за ней нельзя.

– Вик, я уже не в баре работаю. Ночами я всегда дома, так что тебе не стоит переживать за меня.

Я нарочно удалила приложение, чтобы она не знала адрес фирмы, в которой я работаю.

Прощаюсь с сестрой и Максим тут же задает вопрос:

– Что собиралась отмечать, если не секрет?

– Завтра у меня день рождения.

– Серьезно? – вскидывает он брови. – И что, вечеринка сорвалась?

– Угу, – вздыхаю я.

Максим молча едет несколько минут и задумчиво смотрит на дорогу.

А я боюсь даже взглянуть в его сторону.

Стоит только немного повернуть голову к левому плечу, и я словно завороженная разглядываю его: как он расслабленно сидит в кресле и держит одной рукой руль, как смотрит на дорогу задумчивым и немного уставшим взглядом, как проводит рукой по аккуратной черной щетине.