Текст книги "Первая ночь для дракона"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pervaya-noch-dlya-drakona-252082.jpg)
Автор книги: Елена Счастная
Жанр: Любовное фэнтези, Фэнтези
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
И это он понял только по одной стреле?! Я поймала себя на том, что слушаю его, приподняв брови. А Вига и вовсе почти пожирала его неотразимейшую милость восхищённым взглядом, чуть приоткрыв маленькие губки.
Закончив размышлять над увиденным и услышанным, Хардвин выбрался из кареты первым. Совершенно невозмутимо впечатал ступни, обутые в педантично чистые сапоги, в сыроватую грязь и подал мне руку. Я с сомнением посмотрела на дорогу. Но что поделать. Только не успела ещё шагнуть со ступеньки, как ящер совершенно неуловимым движением подхватил меня на руки. Я лишь за шею его ухватилась. Не планировала, конечно, сегодня обниматься с драконами, но, как назло, за день это случилось уже не первый раз. А он прямо твёрдый под кожей, как скала! Хотя я и раньше мужчин не особо-то щупала – может, они все такие.
Через миг меня опустили на мягкую травку за обочиной развороченной колёсами нашей кареты и копытами лошадей дороги. Виге до сухого места помог добраться тот же стражник.
Мужчинам пришлось попотеть, чтобы вытолкать повозку из глубокого оврага. Но скоро мы всё же продолжили путь. Только перед тем Хардвин, вновь разместившись в карете напротив меня, развернул перед собой небольшую карту и, что-то мысленно сверив, сделал в ней отметку.
– Что это? – не удержалась я от вопроса.
– Думаю, вряд ли вам это интересно, эфри Вурцер, – ответил драконище резковато.
Таким тоном, будто вместо этого хотел сказать «не вашего ума дело» и лишь в последний миг удержался от грубости. Пожалуй, я и правда задаю слишком много вопросов. Разве до него мне есть интерес? До этого заносчивого ящера, который и пары лишних слов произнести не может без выражения глубочайшего одолжения на лице.
Потому я решила не выказывать даже лёгкой обиды – просто отвернулась, оставив Хардвина размышлять над своими заботами.
В какой-то миг показалось, что из-за задержки в дороге нам придётся вновь задуматься о ночлеге. Мимо всё проплывали деревеньки и городки – то вдалеке, когда за оконцем кареты разворачивались обширные долины; то вырастали по обе стороны, когда мы проезжали через них насквозь. Мне всё было интересно – я, почти не отрываясь, смотрела вокруг, то не помня ничего, то вдруг понимая, что какие-то места мне словно бы смутно знакомы. И оттого сердце наполнялось каким-то волнующим предвкушением. Хотя бы ради такого путешествия уже стоило сбежать с собственной свадьбы.
Лишь когда начало темнеть – а летом это случается, как известно, уже совсем поздно, – на другом конце выпрямившейся, словно стрела, дороги показались тёмные на фоне озарённого красноватым закатом неба очертания замка Кифенвальд. Как говорилось в книгах, что мы читали с Марком, одного из самых старинных замков Ротланда. Его построили самые далёкие предки герцога фон Абгрунда. Но он почти три года назад был свергнут в ходе междоусобной войны, что с участившимися нападениями сначала сумеречников, а затем и драконов стали раздирать королевство, как сшитое из лоскутов покрывало.
Замок стоял на высоком холме, окружённый тёмными еловыми лесами, которые как-то незаметно заменили собой южные дубовые и вязовые рощи. Дорога давно уже протянулась вдоль реки Фарбанд, на другом берегу которой высились обглоданные ветрами скалы – сплошной стеной. И всё это сейчас сложилось перед моими глазами в одну мощную и несколько подавляющую картину. Огромный замок, широкая каменистая река и гранитные кручи вдалеке, сереющие между широкими стволами елей.
Я уже глазела в окно, словно ребёнок, не стесняясь насмешливо косящегося на меня Хардвина.
– Вы и правда никуда не выезжали… – сделал он закономерный вывод, когда я сумела наконец выдохнуть.
– Говорю же вам, – назидательно парировала я.
Скоро карета выехала на длинный, совершенно невероятного вида мост, что протянулся над глубокой пропастью, дно которой терялось за острыми кронами елей. Казалось, он дело рук настоящих магов, что раньше жили среди людей. Но постепенно магия начала вырождаться, пока совсем не ушла с этих земель.
Ворота услужливо распахнулись, впуская нашу небольшую карету и сопровождение. Внутри было необычайно людно. А тут, оказывается, целый небольшой городок! Его уходящая вверх, к цитадели, улочка изгибалась витком огромной спирали, по ней ехали телеги, сновали люди. Жили они в стоящих друг к другу вплотную домах из желтоватого кирпича, с острыми крышами, покрытыми тёмно-синей черепицей. Удивительный цвет! И окна их закрывали ставни, выкрашенные такой же краской.
Где-то от грохота колёс залаяла собака, детишки пронеслись мимо, едва прошмыгнув между боком кареты и стеной ближнего дома. Две женщины, стоящие у дверей какой-то лавчонки, замолчали одновременно и уставились на меня – я тут же спряталась за занавеской.
Лошади с чуть большим усилием потянули повозку вверх по мощёной улице. Тень её ползла по каменным стенам домов, догорающий закат бросал желтоватые отсветы в оконце, у которого сидел Хардвин.
Цитадель Кифенвальда росла и росла, превращаясь из далёкого нагромождения башен и башенок в тяжёлую махину, утыканную ими, словно шипами. Перед нами открылись ещё одни ворота – и вот теперь повозка, постепенно замедляясь, покатила по неожиданно тесноватому замкнутому двору, довольно чистому, словно недавно выметенному. Посреди него торчал каменным цветком пересохший фонтан. По обе стороны тянулись колоннады открытых галерей, впереди, над главным входом, высилась верхушка огромной башни.
Нам навстречу вышел высокий солидный дворецкий, лысый, как полная луна, в сопровождении слуг, которые тут же принялись снимать с запятков кареты сундуки с вещами.
– Скоро вам предстоит встреча с его светлостью. Но прежде всего вы познакомитесь с другими девушками, – принялся рассказывать Хардвин, пока мы проходили в просторный холл Кифенвальда.
Здесь простые каменные стены соседствовали с неожиданно помпезным, в золоте и багрянце, сводом – я так и задрала голову, разглядывая мелкие детали убранства приветственной части замка. Где-то в далёкой выси виднелась ещё и роспись, изображающая битву людей и драконов. Недавнее веяние, похоже. Наверное, осталось от предыдущего хозяина замка.
Голос Хардвина звучал где-то сбоку, и я очнулась, только когда он напряжённо смолк.
– Как скажете, – осторожно согласилась, не уверенная, что услышала всё, что нужно. – Мне даже интересно взглянуть на всех этих “счастливиц”.
– Прекратите ехидничать, – с холодным укором оборвал меня дракон. – Я слышал, некоторые из них и правда видят в этом хорошую возможность…
Я остановилась, повернув голову к Хардвину.
– Возможность чего? – приподняла брови. – Разделить ложе с кем-то, кроме мужа, хотя бы один раз в жизни? Да ещё и так, что тебя за это никто не осудит. Знаете, сомнительная радость, как по мне.
Дворецкий, что сопровождал нас молча, озадаченно кашлянул. Они с Хардвином обменялись мрачными взглядами. Шедшая позади меня Вига остановилась на почтительном расстоянии, будто даже и касаться слухом не хотела разговоров господ. Полезная предусмотрительность. Порой лучше ничего не знать.
– А по-вашему, радость видеть каждый день перед собой лицо ненавистного супруга? – задумчиво изрёк драконище. – Терпеть, улыбаться. Хотя улыбаться тем, кто вам неприятен, вы, кажется, не умеете вовсе. Удивительная черта для девушки. Я думал, они более хитры.
– А вы как будто мало их видели, чтобы понимать, что все люди разные. Удивительная наивность для грозного дракона.
Дворецкий страдальчески вздохнул, зашарив взглядом вокруг, словно решал, куда ему сбежать. Его чешуйчатая милость же прищурился, скривив губы, будто не определился ещё, стоит ли усмехаться.
– Поразительно, как вы вообще вышли замуж с таким скверным нравом. Вам ещё повезло. Муж у вас хотя бы молод и хорош собой. Многим не досталось и этого. А девушка, которую выберет герцог, всю жизнь будет находиться под его покровительством. Независимо от исхода ночи.
– Что значит исхода? – решила уточнить я “на берегу”.
– Что, я вам разве не говорил? – Хардвин изобразил притворное удивление. Издевается. – Вы прибыли сюда вовсе не для удовольствия его светлости. Не для развлечения. Любая из вас может родить ему ребёнка. В этом цель. Но достойную мать ещё нужно выбрать.
Вот это сейчас было сильно… Что я говорила про привередливость драконов? Об этом стоило забыть, это слишком мелко! Вот истинная глубина надменности ящеров. Глубина их избирательности. Просто потрясающе! Ай да его хвостатая светлость!
– Вы правда считаете, что сейчас я должна упасть в обморок от восторга? – Я и хотела остаться серьёзной, но на губы сама собой ползла какая-то деревянная улыбка.
– Падать не обязательно, – ничуть не стушевался Хардвин. – Герцогу вы нужны целой и невредимой. Я не настолько быстр, чтобы успеть вас поймать. А пол твёрдый.
«Это лоб у тебя твёрдый, дубина ты крылатая!» – так и кипело у меня всё внутри. Надо же, какой интриган… Устроил представление – где тут мои мелкие монеты?
– Вы правы, это ещё надо осознать. Но… Учитывая все обстоятельства – и новые тоже, – я сильно сомневаюсь, что радость накроет меня внезапно. И сомневаюсь, что стать достойной матерью для ребёнка дракона – это то, о чём я мечтала всю жизнь.
– Смешно, эфри. Ведь вы не помните свою жизнь. Большую её часть, – уколол меня проклятый ящер.
– Тем более. Думаю, и эту мне захочется забыть.
Дракон неспешно заложил руки за спину, буквально сверля меня угрожающе тёмным взглядом. Вокруг его зрачков словно разгорались маленькие, глубокие жаровни. И как бы я ни храбрилась, как бы ни старалась сохранить невозмутимо-нахальный вид, а под затылком у меня похолодело.
– Радгис, – вдруг проговорил Хардвин, обращаясь, видно, к дворецкому, – вели, пусть вещи эфри Вурцер вернут в карету. И её можете проводить обратно. Пусть катится… простите, едет домой.
Он степенно повернулся и пошёл прочь. Неожиданно, признаться! Разве он может принимать такие решения? По сути – слуга герцога. Да и ехать в ночь одной по этим диковатым местам, которые, возможно, кишат сумеречниками – пожалуй, с колкостями в сторону фон Вальда я погорячилась. А Хардвин неожиданно оказался не столь терпелив, как можно было подумать.
– Постойте! – Я невольно подалась за ним следом. – Хардвин! Уже темнеет…
Драконище остановился и развернулся ко мне вновь, совершенно недоуменно наморщив лоб, будто услышал какую-то поразительную новость.
– Да что вы говорите?! Мне кажется, вам будет приятнее в дороге, без сопровождения. Ночью. Самое для вас лучшее время. Не видно лиц, не видно вообще ничего. И есть большой шанс, что до дома, к мужу, который вам постыл столь же, как и незнакомый герцог Виесский, вы так и не доберётесь. Решение всех ваших проблем, не так ли?
Он вновь пошёл вглубь багряного холла, размеренно впечатывая шаги в каменный пол. Я неподвижно смотрела ему вслед. С одной стороны, мне хотелось махнуть на всё рукой и отправить весь этот Кифенвальд в Клуфтову утробу. С другой же – я не враг сама себе. Ехать в ночь одной – проще сразу себе голову о стену разбить.
– Ваша милость, – сдалась я. – Вы же разумный мужчина. Дайте хоть дождаться утра!
Оно же, как известно, вечера мудренее. Так ведь?
– Ах вот как вы заговорили. – Ядом в голосе Хардвина можно было отравить целое войско. Он сделал ещё несколько шагов, прежде чем остановиться. – Нет, дорогая эфри Вурцер. Так не пойдёт. Либо вы остаётесь здесь вместе с другими девушками и терпеливо ждёте, когда всё это закончится своим чередом. Либо выметаетесь сейчас. Третьего варианта нет.
Я закатила глаза. Мне нужно время. Я не могу вернуться домой сейчас, пусть даже со мной случится невероятная удача и дорога до Альтейха пройдёт спокойно. Я не хочу видеть Оттмара – мерзкий драконище и тут оказался прав. К тому же… после всего, что случилось, вряд ли выбор герцога падёт на меня. А если подпортить ему жизнь ещё немного, то и вовсе можно спокойно отбыть эту повинность и остаться нетронутой.
– Хорошо. Я согласна, – еле удалось выдавить.
Как тяжело-то. Принимать, пусть и притворно, волю несносного ящера, у которого на всё найдётся ответ.
– Проходите в свою комнату, – тут же смягчился Хардвин, который всё то время, что я боролась сама с собой, смотрел на меня искоса, едва повернувшись плечом. – Вига вас проводит. И когда вас позовут к ужину, который вы проведёте с остальными эфри, прошу не упрямиться и проглотить все колкости, что придут вам на ум. Иначе назад, домой, пойдёте вовсе пешком.
– Я поняла…
– Естественно, – хмыкнул хвостатый гад.
Вига остановилась рядом со мной, глядя в спину удаляющегося дракона с мучительным обожанием. Мы молчали, пока он не скрылся во мраке противоположной части холла. Радгис цыкнул досадливо и подошёл ближе.
– Впервые вижу, чтобы вокруг приезда одной из жён было столько шума. И чтобы его милость так злился.
А он злился? Да ну! Его голос даже на миг не стал громче, а дыхание оставалось таким же ровным. Разве что взгляд – да, пожалуй, он ещё мог выдать его истинные мысли. Впрочем, это уже не так и важно.
Мимо нас прогромыхали стражники, с любопытством косясь в мою сторону. Даже представить сложно, какие разговоры обо мне ходят среди мужчин. После всего, что они навидались по пути сюда.
– Пройдёмте со мной, эфри, – напомнила о себе Вига.
И тут я не стала спорить. Честно говоря, в дороге устала, а внезапная стычка с Хардвином отняла последние силы. Потому единственное, чего мне сейчас хотелось, – это чего-нибудь перекусить и отправиться спать. Но ведь ещё ужин, на который мне надлежит явиться. Проклятье!
Мы со служанкой и прилепившимся к нам словно бы из опаски дворецким поднялись на другой ярус башни – той самой, которую видно со двора. Походя я глянула в одно из окон на лестнице: высоко. Как раз для драконов, которым близость к небу, наверное, по нраву.
Дальше мы вышли на просторную площадку, с которой можно было зайти в четыре комнаты. Служанка уверенно повела меня к одной из дверей, достала из сумочки на поясе ключ, но, вставив его в замочную скважину и повернув, удивлённо замерла и оглянулась на дворецкого.
– Здесь открыто…
– Быть не может! – буркнул тот. – Вещи ещё не принесли.
Он протиснулся вперёд нас и решительно вошёл в покои. Я поспешила следом и сразу остановилась рядом с ним. Оказалось, здесь не было пусто. В красивом резном кресле у высокого стрельчатого окна сидела девушка едва ли старше меня. Её угольно-чёрные волосы, что в свете падающего в окно розоватого заката отливали тёмным аметистом, были уложены в свободную, но тщательно выверенную причёску – этакая спланированная небрежность. Бархат платья, явно из её собственных, а не подаренных герцогом вещей, тяжёлыми малахитовыми волнами ниспадал по ногам до самого пола, обтекал стройные руки. Золотистая вышивка по лифу изящно обрамляла довольно полную грудь и подчёркивала тонкую талию.
Незнакомка отвлеклась от чтения книги, что лежала на её коленях, и подняла на вошедших изумрудные, наполненные кристальнейшей стервозностью глаза. Окинула взглядом сначала дворецкого, затем и меня.
– Эфри Вурцер, я полагаю. – Она отложила довольно толстый фолиант на стол, но встать не поторопилась.
– Всё верно, – согласилась я. – А вот кто вы такая, я даже гадать не возьмусь.
– Конечно, – девушка улыбнулась. – В вашей глуши мало кого знают. Особенно в лицо.
– Эфри Эбреверта фон Штейн, – любезно, но как-то не слишком радостно представил мне её Радгис. – Жена графа фон Штейна. Прошу прощения, эфри, но почему вы здесь?
Девушка плавно встала и подошла, не переставая оглядывать меня с явной брезгливостью на лице. Ну да, я только с дороги, а она уже успела здесь обжиться. Не знай всю подоплёку сбора молодых жён в Кифенвальде, подумала бы, что она здесь хозяйка. А то и вовсе супруга самого герцога.
– Я сразу сказала вам, эдлер Радгис: эта комната нравится мне больше. В моей слишком темно. И тесно. И цвет мебели…
– Простите, но это приказ его милости, который в отсутствие герцога здесь всё решает. И он не велел менять вам покои.
– Хардвин, Хардвин… Только и слышу о нём! – совсем разбушевалась Эбреверта. – Кто он вообще такой? И по какому праву… Но хорошо, – угрожающе процедила она. – Как только приедет его светлость, я поговорю с ним лично. В конце концов, я графиня и моё мнение должно учитываться. А жене фрайгерра… Или, простите, его сына сошла бы комната и попроще.
Она нарочно, кажется, обошла меня стороной, будто даже вдохнуть один воздух с той, кто ниже её по титулу, а вернее, и вовсе его не имеет, оскорбительно. Я искоса глянула ей вслед. Кажется, считала, что герцогу Виесскому не повезло со мной? Чушь. Вот кто выпьет ему бесценной драконьей кровушки побольше моего.
Глава 3
Я честно собиралась на ужин. Графиня фон Штейн настолько впечатлила меня своей ядовитой холодностью, что посмотреть на остальных чудесных представительниц этого маленького змеиного королевства мне было до жути интересно.
Встречи с ними я не страшилась: многие девицы Альтейха, которые считали, что вправе претендовать на брак с Оттмаром, быстро поняли, что запугивать меня и даже угрожать мне бесполезно. Не потому, что я отстаивала своего назначенного жениха. А совсем даже наоборот: я каждой старалась дать понять, что их опасения беспочвенны и никаких видов на сына фрайгерра я не имею. Наверное, они мне не верили. Но здесь, по большой иронии неведомо кого из богов, складывалась похожая ситуация.
Вига принесла мне чай, чтобы скоротать время до ужина. Помогла ополоснуться с дороги и привести себя в порядок. Я лишь ненадолго устроилась в кресле – том самом, где недавно восседала Эбреверта, – только чая пригубила. Взялась за книгу, что оставила на столе графиня, пара строчек какой-то очередной романтической истории – и я уже сплю младенческим сном, свесив голову на грудь. Да и ладно бы.
На попытки Виги разбудить меня я, кажется, ответила не слишком вежливо. Вяло пожаловалась на то, что устала с дороги, добавила, что милые эфри обязательно простят меня за неучтивость. Едва добралась до постели, стянула с себя платье и рухнула в ароматные недра просто волшебной перины, чтобы окончательно заснуть.
И спать бы до утра, при свете заботливо оставленной Вигой на тумбе у кровати свечи, но посреди приятной сонной неги меня словно бы что-то потревожило. Я прислушалась, ещё не размыкая веки, – точно: шаги. Подумалось на миг, что это всё мне лишь снится, но размеренный стук подошв по каменному полу приблизился. Короткий вздох – и огонёк рядом погас. Теперь-то я открыла глаза. И сквозь густую темноту разглядела на фоне светлой ширмы для переодевания явно мужской силуэт.
Он стоял вполоборота и смотрел в окно. Надо же, какое подходящее время и место выбрал, чтобы полюбоваться луной! Вид, без сомнения, прекрасный: яркий диск ночного светила, чуть ущербного с одного края, смотрел прямо на меня. Чистейшее небо в пыльце звёзд, лёгкий ветер струится в щель между приоткрытыми створками рамы.
Но в моей комнате мужчина!
Пока он ничего особенного не делал, а потому я просто приглядывалась, памятуя о том, что рядом со мной на тумбе, кроме небольшого светильничка, стоит ещё и солидный латунный кувшин с водой. Мысленно я даже прочертила для себя движение, которым схвачу его при случае. А ещё в этого гостя можно запустить довольно увесистым стаканом.
Прозрачный холодный свет лил прямо ему на лицо, но поначалу издалека, да ещё и через приопущенные ресницы черты его сложно было разглядеть. В какой-то миг я подумала, что это Хардвин, но нет: у ночного посетителя была короткая бородка, которая скрывала, кажется, вполне себе уверенный подбородок. Губы обрамляли ровно остриженные усы. Прямой, аккуратной формы нос, высокий лоб и длинные ресницы – зачем мужчине с бородой такие? Волосы его были выбриты от висков и выше – по обе стороны головы, а уцелевшая часть их – собрана в хвост. Никогда такого не видела! По крайней мере, у Ротландских мужчин.
Я поняла, что уже и пошевелиться не могу, чтобы просто прогнать его: настолько заинтригована. Но помню про спасительный кувшин – это хорошо. Незнакомец постоял ещё немного и неспешно повернулся в сторону двери. Но, проходя мимо моей постели, он остановился – и я едва не зажмурилась, лишь бы не заметил, что вовсе не сплю. Тихая усмешка пронеслась в тишине покоев. И моё тело окончательно застыло в попытке сохранить неподвижность. Метка на плече вспыхнула жаром, словно ощутила моё волнение, и затихла. Надо хотя бы дышать!
А если он ещё хоть немного приблизится, кувшин точно прилетит ему в голову!
Тихие шаги отдалились, коротко вздохнула открывшаяся дверь, стукнула – и стало безмолвно.
Я тут же села на постели, стараясь понять, что же это было: сон или в моей комнате только что и правда стоял некий незнакомец? Быть может всё что угодно. Может, чай тот был с какими хитрыми травками. Этот замок мне совсем не знаком, его устои, порядки и тонкости истинно драконьего гостеприимства…
Я встала и прошлась босыми ногами сначала по мягкому ворсистом ковру, разложенному у изножья кровати, затем по голым, но удивительно приятно прохладным камням пола до того места, где стоял мужчина. Нет, правда ведь, словно почудился!
Но едва ощутимый, словно бы повисший в воздухе запах кожи и стали коснулся моего обострённого до предела обоняния. Да, я, наверное, была похожа сейчас на охотничью собаку, пытающуюся отыскать призрачный след, чтобы убедиться в собственном здравомыслии. Он точно здесь был. Просто прекрасно!
Надо бы поговорить утром с дворецким, а то и с самим Хардвином – как ни мало, наверное, ему теперь хотелось меня видеть. Пусть заменят замок в двери. А то не покои, а проходной двор! То графиня присядет в кресло почитать – надо сказать, наискучнейший же роман! – то шастает невесть кто.
Ещё немного побродив по тихим и пустым покоям, я всё же отправилась обратно в постель, уже не надеясь, что снова засну: настолько была взбудоражена появлением загадочного гостя. Да и напугана, чего скрывать. Даже коротко выглянула за дверь: никого, только далёкие-далёкие голоса стражников слышались откуда-то снизу. С лестницы, что ли. Похоже, они слепые, раз не заметили того, кто прошёл в комнаты девушек. Либо они знали… и пропустили его без возражений. Смутные подозрения о том, кто это мог быть, я пока постаралась прогнать, чтобы не мучиться ими. Утром выясню. Надеюсь, здесь не водятся призраки. Старый замок – кто его знает.
Не желая больше видеть в комнате никого постороннего, я заблокировала дверь, просунув в ручки её створок ножку довольно тяжёлого, надо сказать, стула. А затем, чувствуя, как слегка озябли ступни, прыгнула под одеяло. Собралась уже до рассвета перекатывать в голове тревожные мысли, но совершенно неожиданно уснула вновь.
Утром яростным стуком в дверь меня разбудила Вига. Пришлось вставать и открывать ей – но служанка даже не обратила внимания на то, каким образом подопечная сегодня заперлась. За ночь она стала какой-то слишком строгой и нетерпеливой. Как будто успела слегка со мной свыкнуться и решила, что может теперь позволить себе некоторую долю полезного панибратства. Я была слишком отдохнувшей и слишком озадаченной ночным явлением, чтобы осадить её, как должно в таком случае.
– Вы вчера пропустили ужин, – с лёгким укором тараторила она, расправляя полотенце на поручне умывальника. – Но не явиться за завтрак сегодня будет уже совсем невежливо. На него придёт и эфри Лотберга фон Вальд.
Я обернулась, забыв проглотить только что выпитую воду. Это кто ещё такая?
– Это родственница герцога? – уточнила на всякий случай.
Если её упомянули отдельно, значит, и правда особа не последнего порядка. К тому же носит одну с ним фамилию – может, матушка? Но я ни разу не слышала, чтобы его светлость жил с матерью. Вообще о его родителях среди всех слухов не ходило ни одного.
– Да, – Вига кивнула, степенно пройдя к постели, и принялась её заправлять, хоть я собиралась сделать это сама. По привычке. – Это его тётка по отцовской линии. Вернее, жена его дяди. Но он её очень почитает. Суровая женщина. Говорят, ведьма. Она осталась вдовой, и его светлость забрал её вместе с сыном из Бергландера в свой новый дом.
В чужой, отобранный силой дом, если быть точной, – добавила я про себя.
– Ещё одна надзирательница, – проворчала тихо. Может быть, Вига даже не услышала.
Мало нам Хардвина, этого въедливого, словно пиявка, дракона. Кстати, метку свою он с меня так не снял – ещё один необходимый вопрос, который придётся волей-неволей с ним обсудить. Из этих-то стен мне куда деваться?
– А его светлость приехал? – всё же спросила я у Виги.
Этот ночной гость так и не давал мне покоя.
– Я не слышала, – пожала та плечами. – Наверное, нам сообщили бы.
Странно. Если не герцог, то кто?
– А ты видела его? – не поторопилась я отстать от служанки.
Вига замотала головой, быстрыми движениями взбивая подушку.
– Нет. Я здесь недавно. После того как его светлость переехал в этот замок, сюда набрали много новой прислуги.
Вот повезло мне так повезло. Эбреверте, значит, прислуга двери в чужие комнаты открывает, а моя даже не знает, как выглядит его драконья светлость. Как назло!
Вига помогла мне причесаться и зашнуровать платье – то самое, голубое с вышивкой. Я посмотрела на себя в высокое старое зеркало и не смогла припомнить, чтобы когда-то выглядела столь аристократично. Правда, немного смущал слишком широкий ворот, который только непостижимым чудом держался на плечах, открывал до интригующих границ грудь и позволял всем лицезреть густо рассыпанные по коже веснушки.
Позволив мне вдоволь изучить своё отражение, служанка повела меня вниз весьма расторопно, будто мы уже куда-то опаздывали. Я едва успевала вертеть головой: башня казалась просто огромной! Что же говорить обо всей остальной части замка!
Увлекшись разглядыванием Кифенвальдского нутра, я даже не заметила, как мы всё же добрались до столовой. Внутри было, кажется, тихо. Что же, я пришла первой? Вига услужливо распахнула передо мной дверь, я шагнула внутрь, как на каменный островок посреди лавовой реки, и тут же огляделась.
Здесь было удивительно светло и почти пусто. Лишь во главе щедро накрытого бесчисленным количеством закусок стола ко мне лицом сидела высокая женщина в летах. Немного дородная, но не рыхлая. В строгом, не открывающем ничего, кроме кистей рук, платье песочного цвета, из лёгкой шёлковой ткани – умопомрачительно дорогой. Волосы графини закрывал хитро повязанный вокруг головы платок, зато благодаря этому её строгое лицо казалось ещё более выразительным. Глубокие морщины вокруг твёрдо поджатых губ, островатый подбородок и чуть глубоко посаженные глаза под плавно изогнутыми бровями – из этой темноты она сейчас изучала меня так, словно скорлупку с ореха снимала. Крылья её тонкого носа дёрнулись, когда она закончила беглый осмотр.
– Доброе утро, ваше сиятельство. – Я присела в книксене, зная, что не ошиблась.
– Доброе, эфри Вурцер, – голос женщины оказался густым, но не низким. Даже приятным и пробирающим до самого нутра. – Вы очень милы.
– Благодарю.
Вот и думай, что это значит: то ли одобрение, то ли снисхождение. Мол, могла бы быть и лучше, но и так сойдёт. Ох уж мне эти высокородные дамы!
Я бегло окинула взглядом все свободные места по обе стороны от графини и выбрала то, что справа. Но едва только собралась сесть на отодвинутый слугой стул, как подол платья качнулся от пронёсшегося по ногам потока воздуха – и в открывшуюся дверь вошла слегка бледная остроскулая девица с собранными под сетку в солидный пучок светлыми волосами.
Она чуть замешкалась, заметив сначала Лотбергу, а затем меня, но уверенно прошла дальше, вежливо пожелав всем доброго утра. Графиня и её проводила спокойным, но до едкости внимательным взглядом. Словно мы были послушницами обители, а она – настоятельницей. Хотя какая тут обитель, кого смешить! Всё тут устроено как раз наоборот.
– Маргит Одланд, – усевшись рядом со мной, представилась белокурая эфри.
– Очень приятно, – я улыбнулась, едва удерживаясь от того, чтобы не посмотреть на графиню, которая преспокойно завтракала и пока молчала.
А с виду она вполне доброжелательная и приятная. Однако предупреждение Виги не давало мне расслабиться в её обществе. Тут точно кроется какой-то подвох!
– Я слышала, вчера вы немало вспенили кровь нашему любезному Хардвину, эфри Вурцер, – вновь заговорила Маргит и подняла на меня холодный взгляд, с невероятным достоинством зачерпывая овсянку из глубокой чашки.
Черты её казались выразительными, но иссушенными сдержанным нравом: довольно полные губы сжаты едва не в ниточку, удивительно яркие голубые глаза прищурены. Как будто она заранее была настроена подозрительно ко всем моим словам.
– Так уж вышло. С его милостью, – я едва не добавила “драконьей”, – порой сложно общаться спокойно.
Графиня фон Вальд тихо усмехнулась.
– Жалеете, что кровь “любезному Харвинду” удалось вспенить не вам? – умело подцепила она Маргит.
Та лишь дёрнула плечом, явно подбирая достойный ответ. Но от него её спасло появление ещё одной эфри.
Мы с ней даже оказались чем-то похожи: такие же рыжие, чуть вьющиеся волосы, лёгкая россыпь веснушек по щекам. Другие же, что наверняка усеивали её плечи и грудь, она спрятала под высоким воротом бледно-розового, отделанного кружевом платья. Девушка почтительно приветствовала графиню книксеном и села напротив меня.
– Николь фон Тейх, – представилась звонко и жизнерадостно. – Так приятно встретить здесь уроженку родных земель!
Я взглянула на неё, опустив запястья на край стола. Это что ещё за новости? Но девушка смотрела на меня с такой искренней приветливостью, что стало даже совестно.
– Простите?..
– Просто среди тех, кто родился на землях вокруг Кифенвальда, рыжина, как у нас с вами, не такая уж редкость, – проговорила Николь уже не так уверенно.
– Если честно, я не помню, где родилась… – отговорилась я, не желая любезничать, а уж тем более откровенничать.
К тому же фамилия фон Тейх вдруг показалась мне знакомой, но откуда, я, по понятным причинам, вспомнить не смогла. Может, встречала когда-то в книгах, которые изучала с Марком? Показалось, что Тейхи были как-то связаны со свержением старого герцога во время стычки его с соседом-графом. Если это правда, то с Николь вообще нужно быть осторожней. Кровь – не водица, знаете ли…
Та уже было приоткрыла рот, чтобы ещё о чём-то меня спросить, но тут весьма стремительно и гордо в столовую ворвалась – по-другому и не скажешь – Эбреверта фон Штерн. Хозяйка жизни и ураган – так и хотелось подставить ей подножку. Низменное желание, но не удержаться ведь!
Однако, натолкнувшись на взгляд графини, которая даже подбородок вскинула при её появлении, эфри стушевалась, как нашкодившая девчонка. Правда, постаралась сохранить лицо.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?