Текст книги "Долгожданное продолжение сказок-детективов о чихуахуа Пинки и её друзьях"

Глава третья

Спасение империи не всегда дело рук сильных мира сего! Незримые спасители империи. Well begun is half done. Или доброе начало полдела откачало!

Настало хмурое утро следующего дня. Пинки, как только проснулась, посмотрела, какая погода за окном. Дождя не было, солнца тоже не было.

«Мрачновато, – подумала чихуашка, – но это нам только на руку».

За спиной тихо открылась дверь, и со словами приветствия, цокая когтями, вбежал запыхавшийся Лестрейд.

– Что-то случилось?! – спросила взволнованно Пинки.

– Нет, нет! Мы просто решили прибыть во дворец пораньше, чтобы не пропустить карету с курьером.

– Это правильно. Вы очень кстати. Большеглазый как раз вчера вечером говорил о документе для прусского посольства. Брауни с вами?

– Конечно! Он в этом деле главный участник!

– Доброе утро, Брауни! – сказала Пинки, посмотрев на пушистую грудь Лестрейда.

Брауни только успел пискнуть в ответ, как открылась дверь и в кабинет вошли Большеглазый и Лысый.

– Голди, у тебя уже гости с самого утра? Всем доброе утро! – сказал Большеглазый. – Джеймс, принеси всем завтрак, но сначала распорядись по поводу отправки этого письма.

– Лестрейд, – прошептала Пинки, – завтрак от вас никуда не денется, сначала бегите во двор и доставьте Брауни к карете.

– Брауни, – обратилась она к невидимому бельчонку, – твоя задача на сегодня – проехать в карете до того места, куда отвезут это письмо, запомнить его и вернуться к нам.

Шерсть на груди Лестрейда слабо шевельнулась, как от внезапного сквозняка. В это время Лысый с поклоном принял письмо и пошёл к двери. Сеттер выскочил за ним вслед из кабинета и через короткое время вернулся обратно вместе с Лысым, несущим полные миски мяса. Создалось впечатление, что он сопровождал Лысого Джеймса до кухни и обратно.

– Как всё прошло? – спросила Пинки.

– Прошло всё без сучка и без задоринки! Я отвлёк форейтора, и Брауни незаметно забрался на крышу кареты.

– Хорошо, теперь будем ждать.

Есть Пинки не хотелось. Она с удивлением смотрела на друга, который уже вылизывал свою миску.

«Ну и проглот, – подумала чихуашка, – нервы у него железные!»

Прошло много времени, и наконец они услышали звук приближающегося экипажа. Лестрейд побежал к двери. Ему открыли, и он рванул к выходу из дворца, боясь, что не успеет к карете, пока она будет стоять у входа. Он успел, карета стояла на месте, но бельчонка на ней не было.

– Брауни, спускайся, не бойся, – негромко позвал Лестрейд.

Но ничего не произошло. Сеттер понял, что Брауни точно не вернулся с каретой обратно, потому что запах бельчонка уже почти улетучился. Он почему-то отстал от кареты.

Лестрейд, грустно вздыхая, брёл по залам дворца обратно к Пинки и не знал, что теперь делать. В Ковчег (так они все давно называли сарай, где жили всей компанией) возвращаться без Брауни нельзя. Встречаться с Коломбой при таких обстоятельствах ему совсем не хотелось. Конечно, с Брауни ничего плохого случиться не могло, но ведь что-то его заставило не вернуться с каретой…

«Ладно, Пинки что-нибудь придумает», – решил Лестрейд.

Когда он возвратился, Большеглазого в кабинете уже не было. Подруга стояла у двери и с нетерпением посмотрела ему в глаза.

– Он обратно не приехал. Не знаю, что и думать, – тихо сказал сеттер.

– Ждём до завтра, – вдруг спокойно произнесла Пинки, – и вам, Лестрейд, лучше сегодня остаться здесь до утра. Сами понимаете почему. Не будем тревожить Коломбу. И ещё завтра Большеглазый ждёт ответ на своё письмо. Значит, из посольства должен прибыть курьер. Подождём, что будет. Но вам с утра нужно занять позицию у служебного входа и встречать все экипажи, особенно чужие.

– Вы думаете, что Брауни может возвратиться к нам с посольским экипажем?

– Думаю. Он произвёл впечатление очень смышлёной белки.

– Ну да, Коломба так и говорит, что он из семейства кошачьих белок.

– А что, такие есть?

– Я тоже её об этом спросил. Она говорит, что он единственный представитель этого семейства, – улыбнулся Лестрейд.

Солнце так и не показалось. День был мрачным, серым и долгим, таким же как настроение Пинки и её друга. Единственный способ приблизить утро – это заснуть и видеть пусть даже самые невесёлые сны. В любом случае это лучше, чем невесёлые думы. Пришлось без аппетита поесть, на голодный желудок не заснёшь. Наконец чихуашка услышала ровное, убаюкивающее сопение Лестрейда. Она долго лежала и дремала, сон не шёл, и в какой-то момент это ей надоело. Она открыла глаза и увидела, что на улице ещё темно, но едва уловимые признаки утра уже были не так видны, как слышны. В парке заорала ворона. Пинки поняла, что это предупреждение: «Всем! Всем! Всем быть осторожнее! В парке замечена кошка!»

«Ах, Боже ты мой! Вдруг это Коломба не выдержала и прибежала в парк, поближе к нам?! Нужно было вчера её предупредить! Понятно, папочка Лестрейд с Брауни не вернулись ночевать. Такого никогда не было! Конечно, это сведёт с ума любого!»

– Друг мой, поднимайтесь! Мы с вами очень неразумные родители! Бегите в парк, там, судя по всему, Коломба. Объясните ей, что всё под контролем!

Лестрейд вскочил как ужаленный и кинулся к двери. Он даже не спросил Пинки, откуда она знает, что Коломба в парке. Уж так у них повелось – доверять друг другу безоговорочно. Ему открывали двери, а он бежал и с ужасом думал о том, что драгоценная Коломба одна шла ночью по городу и через парк!

«Какой ужас, а вдруг на неё кто-нибудь нападёт?! Надо быстрее бежать!»

Но выход из дворца был закрыт. Лестрейд устроил такой шум и гам, что ему открыли дверь и ворота. Он рванул в темноту парка с криком: «Коломба, я здесь! Где ты, радость моя?!»

– Папочка Лестрейд, ты жив! – завопила кинувшаяся к нему рыжая кошечка.

В общем, в парке вокруг дворца под утро стоял невообразимый гвалт: лай, карканье и кошачий визг. Пинки стояла у балконной двери и думала о том, что у неё самая замечательная семья в мире, которая не даст пропасть, но и не даст спокойно поспать.

Вскоре шум прекратился, и от этого стало ещё неспокойнее.

«Буду ждать утра и известий от Лестрейда. Делать нечего», – подумала чихуашка и заснула тревожным сном.

– Мадемуазель Пинки, – раздалось у неё над ухом, – мы прибыли, задание выполнено!

Чихуашка сразу проснулась! За окном было уже светло.

– Брауни с вами?! – задала вопрос Пинки, стараясь скрыть волнение.

– Да, он вернулся, но ждёт меня на дереве. Точнее, они с Коломбой там меня ждут и передают вам привет и поцелуйчики. Брауни мне всё рассказал. Я вам сейчас всё передам слово в слово.

– И поцелуйчики? – ехидно поинтересовалась подруга.

– Это Коломба просила передать. Я решил не менять формулировку, – смущённо промямлил сеттер.

Из рассказа Брауни и Лестрейда Пинки поняла, что бельчонок добрался без происшествий до здания посольства, покинул крышу кареты и перебрался на крышу нужного ему здания, используя растущие рядом деревья. С крыши он пробрался на чердак и решил заняться делом не откладывая. Сначала он подождал темноты, а потом всю ночь перегрызал все провода, которые ему удавалось обнаружить на чердаке и в коридорах. Утром он уже сидел на дереве и ждал знакомую карету. На ней он вернулся во дворец, где под ближайшим от ограды деревом его уже поджидали Лестрейд и Коломба. Так что теперь они им очень гордятся.

Ну что тут сказать, и Пинки тоже им гордится. Надо же! Такой маленький и удаленький! Интересно, к чему приведёт этот налёт на посольство одного бельчонка, к миру или к войне?

В кабинет вошёл Большеглазый, сопровождаемый встревоженным Лысым Джеймсом.

– Ваше Величество, у них испорчена вся проводка. Непонятно, как это могло произойти? Наверно, нашествие крыс. Складывается ощущение, что ночью много крыс пришли, перегрызли всю проводку и к утру ушли восвояси. Как волна океанская, всё снесла, и как её и не было. Другого объяснения нет.

– Это нам очень кстати. Отправьте письмо с нашим сочувствием и готовностью оказать любую техническую помощь. Но на миграцию крыс мы оказать влияние не можем. Природа и фатум, что тут поделаешь, они сейчас на нашей стороне!

«На вашей стороне, Большеглазый, первым делом я и моя семья, а уж потом фатум», – улыбнулась Пинки.

Глава четвёртая

Закон потерянных вещей. Nothing is so certain, as the unexpected. Или чего не чаешь, то и получаешь

Для Пинки наступило очередное утро во дворце и в одиночестве, а не в любимом Ноевом Ковчеге в кругу большой, горячо любимой семьи. Она решила полежать и подождать Лестрейда в постельке. Лапка болела ещё с вечера, но она не показывала виду, боясь, что это удлинит её проживание у Большеглазого.

«Надо, чтобы Лекарь решил, что я уже здорова, и Большеглазый с лёгким сердцем меня отпустил бы. Я, конечно, могу убежать хоть сегодня, и даже не долечившись, но это огорчит моего спасителя, что в мои планы не входит», – думала Пинки.

Пришёл Лысый и принёс две миски – для Пинки и для Лестрейда.

– Голди, что-то твой друг запаздывает, обычно он здесь уже в это время.

В этот момент дверь открылась и влетел запыхавшийся Лестрейд.

– Мадемуазель Пинки, доброе утро! Я как раз к завтраку! Это очень кстати, я с вечера толком не ел, голодный как волк.

Лысый посмотрел на Лестрейда сурово, сказал, чтобы он не шумел, ведь не на болоте находится и уток гоняет, а в сердце империи. Вздохнул, сказал, что в этот раз пёс явился и сильно запылился, а затем вышел, закрыв за собой дверь.

– Мадемуазель, позвольте мне этот кусочек на время припрятать у вас в постельке, я его потом заберу и отнесу Коломбе, – прошептал Лестрейд.

– Конечно, очень хорошая мысль! А то мы тут едим от пуза, а ребёнок не пойми чем питается!

– Почему же не пойми чем?! Ей и доги Эркюль и Кристи корзины с едой приносят, и Дон Цова иногда «игрушки» притаскивает.

– Смотрите, чтобы она только играла, но не ела эти «игрушки». Этот докер Бог знает чему может ребёнка научить!

– Конечно, я ей рассказал всё, что нужно, по поводу этих «игрушек». Она их есть точно не будет! Но почему вы называете Дона Цову докером?

– Так он до того, как к нам в Ковчег попал, всю жизнь провёл в порту в Испании. Отсюда и воспитание, и привычки своеобразные. Но это не умаляет его других многочисленных достоинств.

– Теперь понятны ваши опасения!

– Ну, хорошо, – сказала Пинки, – теперь давайте поговорим по делу.

– А что, у нас опять появилось дело?

– А оно никуда и не девалось. Мы же так и не узнали, кто во дворце ведёт двойную игру!

– А ведь действительно! Этого мы пока не знаем! А как узнать? Злодей нам ничего не скажет по доброй воле, да мы и не знаем, кто он такой, – сказал сеттер и с энтузиазмом стал запихивать носом кусок варёного мяса под матрасик в кроватке Пинки.

– А кстати, Лестрейд, позвольте узнать, что случилось? Почему вас не кормят дома?

– А, ерунда, потом вам расскажу, – и сеттер суетливо завертелся на месте.

– Нет уж, рассказывайте сейчас! Мне нельзя нервничать. А вы тут тень на плетень наводите. И пыльный вы сегодня не в меру. Лысый совершенно прав. Вы что, дома не ночевали?

– Да, пришлось сбежать на пару дней.

– Так что же случилось? Что вас вынудило отойти от привычного ритма жизни?

– Обычное дело. Хозяин придумал ерунду, – Лестрейд не знал, как начать, – решил мне невесту подобрать!

– Да вы что! Может, нам попросить Кар-Карыча ей тоже шёрстку повыдергать, как тогда у незадачливого Чёрного Питера?

– Не поверите, Кар-Карыч уже это предлагал, но я отказался. Всё-таки она сука, а не кобель…

– А в чём разница? Я не поняла, что за дискриминация по половому признаку?

– Ну как, она же леди, а не джентльмен!

– Так-таки и леди? – улыбнулась Пинки.

Они посмотрели друг на друга. В глазах Лестрейда была паника, а в глазках подруги сверкали весёлые искорки. Первой засмеялась чихуашка, затем к ней присоединился сеттер.

– Ладно, – сказал Лестрейд, не переставая хихикать, – этот вопрос я решу. Не в первый раз! Выкручусь как-нибудь! Давайте, если вы не против, о деле поговорим!

– Давайте, эту проблему нам надо решить как можно быстрее. Я думаю, что в посольстве заменят провода дня за два-три, в зависимости от того, как много их Брауни повредил, а потом опять начнут передавать информацию. Так что нам надо быстрее найти человека, который вредит Большеглазому и передаёт в прусское посольство его секреты.

– И с чего мы начнём?

– Начнём с того, что от него должно пахнуть страхом, и он должен иметь возможность читать бумаги или слышать, что говорит Большеглазый. Таких не очень много, но и не мало! Таким может быть даже его повар. Он всегда заходит, когда надо обсудить подготовку к важным приёмам. И во время обедов он всегда в зале следит за подачей.

– А вы откуда всё это знаете?

– Я теперь тоже иногда слежу за подачей, откуда-нибудь из кресла или с банкетки. Меня туда Большеглазый велит усаживать. Ему приятно меня видеть во время обеда и угощать, передавая мне лакомые кусочки.

– Прямо в кресло?

– Ну да. Он ко мне очень хорошо относится. Мисочку мне ставят прямо в кресло. Я, честно говоря, ем через силу, из уважения. Странное чувство, необычное для меня. Еда есть, а съесть не могу… Ну да ладно, опять отвлеклись! Давайте, наконец, сосредоточимся на деле!

– Давайте, я весь внимание!

– Итак, начнём с кухни. Нам надо туда пробраться незамеченными. Вам надо отвлекать на себя внимание, а я постараюсь туда быстро проникнуть. Посмотрю, как и кто там готовит, может, я не всех видела.

– Когда начнём?

– Сейчас. Нет смысла откладывать.

Пинки и Лестрейд отправились в сторону кухни привычным им и давно отработанным манером.

Лестрейду открывали двери, а Пинки проскальзывала за ним незаметно из зала в зал. Когда они добрались до кухни, чихуашка совсем вымоталась и еле перебирала ножками, при этом сильно прихрамывая.

– Друг мой, я переоценила свои силы и возможности. Мне трудно будет прятаться при такой плохой маневренности. Пока зайдём в буфетную, и я полежу где-нибудь под столом, а вы меня подождёте здесь, за диваном. Не ходите один, всё равно вас сразу выгонят с кухни.

– Хорошо. Сейчас я всё устрою. Ждите меня здесь!

Пинки спряталась за какой-то непонятного вида мебелью и стала ждать.

– Мрау, вы кто и что тут делаете? – раздался у неё за спиной вкрадчивый голос.

– Отдыхаю, – сказала Пинки, не оборачиваясь, и прилегла на пол.

– Отдыхаете?! Странное место вы выбрали для этого! А кто вы и чем здесь занимаетесь? – повторил вкрадчивый голос.

– Я здесь в гостях. Лечусь. Попала под лошадь, знаете ли… А вы не хотите представиться и рассказать, чем тут занимаетесь?

Из тени выступил котище, сам похожий на тень. Сумрачно-серого цвета и совершенно без ушей, но с огромными янтарными глазищами.

«Как на Дона Цову похож», – подумала Пинки.

– Разрешите представиться, я – Сэр Даймонд. Служу здесь на кухне с самого рождения. Ловлю мышей и крыс. Одним словом, состою на службе Его Величества.

Сэр Даймонд важно взглянул на собачку.

«И занятие как у Дона Цовы. Но не тех ты крыс ловишь», – подумала Пинки, а сказать ничего не успела. От двери бесшумно метнулся рыжий всполох и опустился на ничего не подозревавшего Сэра Даймонда. Тот только слабо мявкнул и затих.

– Лестрейд, вы что наделали! Это же наша надежда!

– Надежда! Это же кот! Какое странное имя!

– Да нет же! Имя у него – Сэр Даймонд! Но он свидетель всего происходящего на кухне, и поэтому – надежда на быстрый результат нашего расследования.

– Ну простите! Я бываю скор на расправу, когда вижу рядом с вами чужака в три раза больше вас!

– Да, здоровый котище! Но это не порок! Может быть, он умный и наблюдательный. Давайте приводите его в чувство!

– Это как? Как выключить врага, я знаю, но как его реанимировать, меня не учили.

– Хорошо! Потолкайте его лапой и подуйте на него.

– Ну, второе невозможно, а первое – пожалуйста!

Лестрейд в тот же момент, не раздумывая, хлопнул лапой по несчастному Сэру Даймонду. Кот сразу открыл глаза и уставился на сеттера.

– Разрешите представиться, Лестрейд, друг Пинки. А вы, как я понимаю, её новый знакомый Сэр Даймонд?!

Кот продолжал лежать и молча смотреть то на сеттера, то на чихуашку. Потом вдруг сел и сказал, что слышал о том, что во дворце появилась собачка Голди. А оказывается, их целых две! Голди и Пинки! Про Пинки, правда, он ничего не слышал. Затем он зевнул, сказал, что ему плохо и срочно надо поспать. Повернулся и пошёл прочь, ни разу не обернувшись.

– Мадемуазель, вы уверены, что он нам пригодится? – поинтересовался Лестрейд.

– Несомненно! Мы искали врага, а нашли друга и соратника, который поможет нам выявить всех врагов! Это прямо по закону потерянных вещей: ищешь одно, а находишь другое. Надо только установить с ним постоянную связь. Это поручается вам, мой друг! Жду информации не позднее сегодняшнего вечера. У нас совсем нет времени.

– Мадемуазель, не беспокойтесь, я всё сделаю как надо! Ждите новостей! – весело сообщил Лестрейд.

И к вечеру следующего дня он действительно узнает много интересного! Но это уже другая история!

Глава пятая

Ботинки посла. Practice makes perfect. Или дело мастера боится!

Настало утро следующего дня. Пинки встала рано. В хорошую погоду она всегда высыпалась быстро, и поэтому день у неё начинался часов в шесть, а то и в пять. Но сегодня было дождливо, а ей всё равно уже спозаранку не спалось. И странное дело, сегодня в доме Большеглазого уже полным ходом шла работа! Из-за двери раздавались звуки уборки и голоса людей.

«Что-то будет происходить, наверно, Большеглазый ждёт каких-то важных гостей», – подумала Пинки.

Она с нетерпением стала ожидать прихода Лестрейда. Терпение у чихуашки было малюсенькое, как и она сама, поэтому через час она, прихрамывая, уже бегала по кабинету и тихонько подтявкивала. Наконец кто-то из служащих приоткрыл дверь, и вбежал сеттер Лестрейд.

– Ну наконец-то вы появились! – воскликнула чихуашка.

– Я, как только прибежал, сразу к вам направился и только на минутку заскочил на кухню. Там среди медных кастрюль и бегающих поваров я обнаружил нашего нового знакомого Сэра Даймонда и смог с ним немного поговорить. Котище тоже хорошо относится к Большеглазому и сказал мне, что у него вызывает подозрение один повар, который иногда что-то сыпет в приготовленное блюдо.

– Что вы говорите?! Это очень подозрительно! Надо срочно выяснить, что это такое! Может, это приправа?

– Нет, все приправы стоят на полке, а эту маленькую бутылочку он достаёт из кармана. Это-то и подозрительно!

– Согласна! Вы дали Сэру Даймонду поручение выяснить, что это такое?

– Да, я велел ему эту бутылочку постараться украсть, принести нам или хотя бы разбить!

– Как вы думаете, он справится с этим поручением?

– Ну, он теперь точно справится! Я ему объяснил, что его задача не только вкусно есть и задней лапой гонять мышей, но и защищать Большеглазого любой ценой! Он проникся!

– Да?! Прекрасно! А удалось вам узнать, что это за суета с самого утра?

– Приём посла Пруссии и его свиты.

– Да вы что?! Какая удача! Может, нам удастся сегодня что-нибудь выяснить!

– Я буду очень стараться! Вы пока полежите, поспите, а я сбегаю к парадному входу, послушаю, когда они должны приехать.

Тут открылась дверь, вошёл Лысый и принёс завтрак. Лестрейд посмотрел на миску с едой, потом на Пинки, вздохнул и выскочил за дверь вслед за Лысым, оставив полную миску мяса на попечение Пинки.

«Ну что же, – подумала чихуашка, – ничего не остаётся, как только ждать, что они там вместе с сэром котищей придумают».

А в это время сеттер Лестрейд и местный котяра Сэр Даймонд задумали не оригинальную, но, на их взгляд, действенную меру, как по запаху понять, куда ходил прусский посол. Идея принадлежала коту. Он её сразу предложил, как самую результативную. Так как в дождливую погоду все использовали галоши, и посол со свитой были не исключение, и все оставляли их в гардеробной вместе с плащами, то Сэр Даймонд предложил «подписать» пару, принадлежавшую послу. «Подписать» не навязчиво, а только слегка, чтобы можно было потом эту пару найти по характерному запаху. Но чтобы он был слышен только такому носу, как у Лестрейда, а то посол их просто выбросит.

– Мы ему буквально одну-две капли на подошву нанесём, – сказал Сэр Даймонд.

– Интересно посмотреть, как вы эти капли наносить будете, – ухмыльнулся сеттер.

– Увидите! Дело мастера боится! От вас я ничего не скрываю, – серьёзно ответил котище.

Они решили заранее спрятаться поблизости от гардеробной и побежали искать место поукромнее. Так как в залах была небольшая суета, котище смог очень быстро проникнуть в будущее хранилище плащей и галош, а Лестрейд расположился недалеко за красивым золотистым диваном. Ожидание – не самое любимое занятие для непоседливого сеттера, но ради Пинки Лестрейд мог сделать очень многое. Так что он лежал и не роптал.

Когда появился посол со свитой, Лестрейд посмотрел, кто принял от посла плащ и галоши, и прокричал Сэру Даймонду, что нужная пара находится у длинного рыжего и усатого дядьки и чтобы кот не перепутал пары. Все зашикали на бестолкового, лающего из-под дивана сеттера и тут же забыли о нём, так как нужно было проводить посла с его свитой на приём к Большеглазому. Вскоре в зале никого не осталось, и Лестрейд смог выбраться из-под дивана. Надо было постараться выпустить кота, запертого в гардеробной.

– Сэр, – окликнул его Лестрейд, – вы там уже всё сделали или ещё трудитесь?

– Всё готово, всё сделано аккуратно и в меру. Мне бы отсюда выйти, пока меня здесь не увидели, – промяукал котище.

Лестрейд налёг на дверную ручку снаружи, а Сэр Даймонд подналёг с другой стороны, и дверь сразу же подалась и приоткрылась. Котище просочился в появившуюся щель, и они с Лестрейдом побежали подальше от места преступления.

– Сэр, ты молодец! Надеюсь, что ты хорошо их «подписал», – сказал Лестрейд.

– Конечно, и снаружи, и изнутри «подписал». Кстати, с вами тоже приятно иметь дело, – ответил Сэр Даймонд.

– Ну, это да! Мы хорошо поработали! Ладно, разбегаемся! Не забывай следить за поваром и побыстрее забери у него бутылочку!

– Не забуду! Постараюсь как можно быстрее добиться нужного результата, – ответил кот.

Когда Лестрейд прибежал к подруге и с восторгом рассказал, каков был план и чего они смогли добиться, Пинки не знала, плакать ей или смеяться.

– Лестрейд, вам с Сэром Даймондом что, лавры Эркюля покоя не дают?! Он тоже всё везде «подписывает» – и клумбы, и обои. Но у него это такое самовыражение, а вы чего этим добились?!

– Как чего?! Мы сможем теперь определить, куда ходит этот посол.

– Во-первых, недолго мы сможем это определять. Запах выветривается и смывается дождевой водой. А во-вторых, чем это нам поможет? Ну, ходит он в какой-либо клуб или парк, и что? Что это нам даст? Тем более что посол сам не станет с нашим предателем встречаться!

– Да, вы, как всегда, правы, – грустно заметил Лестрейд, жуя заветрившееся мясо, – спасибо, что сберегли мой завтрак!

– Да, пришлось порычать на Лысого и сделать вид, что собираюсь его укусить, – ответила Пинки. – Значит, так, то, что вы подписали калоши посла, нам не на пользу, но и не повредит. Кто знает, может, в какой-то момент это и пригодится. Но наскоком этот вопрос, похоже, не решить. Надо думать дальше и внимательно присматриваться к окружающим. Покуситься на ботинки посла было смело с вашей стороны, и это вам удалось! Так что начало положено. Поэтому только вперёд, мой бесценный друг! У меня сейчас появилась хорошая идея! Но это уже будет другая история!