Читать книгу "Психея"

Глава 15

Все, чего хотела, это собрать свои вещи, их было не так много, и уехать, оставив все произошедшее хорошее и плохое в Вегасе. Город «второго шанса» стал для меня еще одним местом, где я поставила галочку в своем убеждении – отношения не для меня. На этом можно было бы и закончить с нелепыми попытками.

Грант повел себя очень вежливо, предоставив мне место, где я могла отдохнуть и выспаться, даже оплатил второй комплект белья для моего удобства. Эти изменения натолкнули меня на мысль, что мое мнение о нем, возможно, было ошибочным. Но я не люблю торопиться. Он оставил меня в отдельной комнате, сам прикрыл за собой двери и не появлялся.

Может это к лучшему, так как во мне проснулась обиженная девушка, и мне жутко не терпелось корчить несчастную, проливая слезы в подушку. Это предательство, оно щемит в сердце, оставляя в нем зазубрины, как от острого охотничьего ножа. Тебе не терпится избавиться от этого ощущения как можно быстрей, но острие как специально проникает глубже, заставляя тебя задыхаться от этого чувства. Потом наступил период невероятного страха, что теперь все скорей всего закончится на плохой ноте. И я старательно пыталась найти выход из положения, дабы спасти то, что было изначально. Эгоистично я была даже рада тому, что мой спаситель глухой и ничего не услышит, вот и дала волю чувствам.

Именно поэтому, едва проснувшись, я решила избегать Джареда. Ведь зная его вспыльчивую натуру, он обязательно потребует объяснить свое поведение. Но мы уже должны были закрыть эту страницу, перегореть и повести себя, как друзья. Коими мы являлись.

Одолжив одноразовые тапочки у Гранта, который к тому времени уже покинул номер, я отправилась в фойе, оставив свой номер телефона на тот случай, если мистер Рейвен спустится вниз, они позвонили мистеру Меллону. Тарабарщина, и в чем-то больше похоже на игру в прятки, во имя добра. Так мне казалось на тот момент.

Я ждала, гипнотизируя телефон, не двигалась с места, пока у меня не затекла спина. И моим молитвам удалось быть услышанными, Джаред отправился на обед в ресторан, примерно предполагаю, для чего. А я тем временем проникла в наш бывший номер и забрала все то, что принадлежало мне.

Закрыв за собой двери, я пообещала самой себе забыть все произошедшее, стереть из памяти и вышвырнуть в мусорку. Все это было лишним для нас двоих, тем более, когда началась настоящая работа.

Грант вернулся в полдень во время того, как я доедала заказанную еду, принесенную мне в его номер. Он и так не особо разговорчивый человек, и мне хватило одного взгляда, чтобы понять – мужчина недоволен. Причина скорей всего во мне. По возвращению настроение Гранта было прескверным, он просто прошел мимо, правда, оставил на краю стола рядом с огрызками яблока мой билет на самолёт. И если я предполагала, что только он летит со мной… В общем, это было напрасно.

В данный момент я сижу в зале ожидания напротив огромных панорамных окон и делаю вид, что пялюсь на взмывающие в воздух самолеты и мимо проезжающее тележки. На самом деле, у меня нет никакой возможности делать что-то другое, так как мужчины сели так, что мне приходилось то и дело сталкиваться с их грозными взглядами. Никто не говорит, что я боюсь, но неприятно, когда здоровые верзилы пилят тебя на части, пока ты изображаешь из себя невесть что.

Оттягиваю ткань своей футболки на горловине и дую на свое тело, жара стоит неимоверная, а прощаясь, Вегас не делает мне уступки; работники вокзала сообщили, что центральная вентиляционная система вышла из строя, поэтому кондиционеры не работают. И я таяла, как сливочное мороженое на этом несчастном пластиковом кресле.

– Возьми, попей. – В меня летит маленькая бутылка с дистиллированной водой со стороны Гранта, он откручивает крышку на своей и жадно отпивает, при этом расстегивает верхние пуговицы на своей рубашке.

– Ты само совершенство, Меллон. Спасибо, – отзываюсь я, сжимая руками горловину бутылки, и поверх моих пальцев появляются мужские.

– Я помогу, – сдавленно говорит Джаред и присаживается передо мной на корточки. – Она плотно закручена, солнце. – Его объяснения и то, как привычно он произносит свое любимое ласковое слово, снова заставляет меня почувствовать эту тупую боль.

Грант откидывается на кресле, боковым зрением я замечаю, как его рука плавно перемещается куда-то мне за спину. Отодвинувшись от кресла, я забираю бутылку из рук Джареда и молча, открываю ее сама, без чьей либо помощи. Разыгрывающаяся ситуация на глазах у всех ожидающих свой рейс, больше всех нравится Меллону, он сейчас опухнет от гордости, услышав начало вступительной речи Джареда.

– Меня бесит, что ты спала в его номере, с ним. – Кидает он мне в лицо обвинением, едва я заканчиваю пить воду. Несколько капель проливаются на мою футболку, заставляя меня психануть в ожидании продолжения марлезонского балета. – Как ты вообще могла прыгнуть в его койку?

Мне приходится повернуться так, чтобы Грант не видел моего ответа, зная его маленькую тайну, он точно не будет так доволен собой, не будь у него возможности прочитать по губам.

– А где я должна была спать, по-твоему? Занять место посередине между тобой и подружкой? И тебя не касается, где и с кем я ночую. И не будем забывать, что именно ты притащил девку в нашу кровать. Начнем с момента, когда я вышла за дверь, и представим, что ничего не было между нами. – У Джареда явно не все порядке с головой, раз решил перекинуть на меня всю свою вину.

– Именно поэтому ты бросилась в его объятия сразу же, как только появилась возможность? – он говорит так, что многие даже не понимают наш треп, ведь парень сидит на корточках между моих ног и проникновенно заглядывает в глаза. – Ты хотела его с того самого момента в шкафу. – Я не даю ему договорить, хватаю за горловину футболки и отталкиваю от себя. Вынуждена встать и посмотреть на Гранта, который весьма заинтересован нашей перебранкой.

– Заткнись уже, – шиплю на Джареда.

– У вас проблемы, Андреа? – насмешливым голосом спрашивает Грант, закидывая ногу на ногу.

– А ты уверен, что твой благородный поступок в виде нашего собранного вместе трио все еще хорошая идея? – Вызывающе приподнимаю бровь.

– Я посчитал, что вам приятна его компания, раз вы соизволили доверить свою жизнь ему, Андреа. – Этот тон глубоко интеллигентного человека раздражает.

– Хватит притворства, – возмущаюсь я и скрещиваю руки на груди.

Джаред не готов прекратить свои расспросы, хватает меня за руку и пытается привлечь мое внимание. Я отрываю взгляд от напряженного Гранта, который видимо, почувствовал себя завоевателем и готов ринуться в драку лишь за то, что ко мне прикоснулся другой самец. Это просто смешно! Пытаюсь развернуть Джареда так, чтобы глухой так и остался без информации. И пусть это жестоко.

– Перестань крутиться, ответь мне, какого черта ты оделась в казино, как его шлюха, которую он трахал, глядя на свое отражение! Думаешь, я просто так пошел и снял ту девку вчера? Перебрал, прости дурака. Ты мне тыкала, что мы друзья и ничего у нас не получится, я психанул. – Он снова становится так, что человек, сидящий за моей спиной, все узнает, и это не самая лучшая идея.

– Если что именно ты выбирал одежду для меня в том магазине для… – Грант двигается вперед, и я замолкаю.

– Я смотрел в глаза Андреа, когда она находилась в шкафу вместе с тобой. Мое отражение в тот момент интересовало меня меньше всего. – Доносится глубокий голос Гранта. – Вы действительно думали, что я не ждал тебя? – Он выразительно смотрит на меня и наклоняется к моему уху. – Открою тебе тайну, когда ты стукнула мою машину, сдавая назад, меня не удивило то, что ты ищешь меня. Я был настолько заинтригован, что позволил делать тебе все, что ты хотела, и разыграл тебя в казино точно так же, как и ты меня.

Вот тут приходится обернуться мне и широко распахнуть глаза. Нас засекли в том отеле, и, по сути, операция была провалена на первой стадии! Это для меня новость.

По громкоговорителю объявляют посадку на наш рейс, хватаю свою сумку и закидываю ее на плечо. Мужчины становятся по разные стороны от меня, и я чувствую себя Девой Марией, идущей под охраной моих архангелов. Глупое ощущение, но еще глупее положение, в котором мы оказались.

Протягиваю паспорт и билет стюарду, не дожидаясь этих двух, широким шагом направляюсь к своему месту. Второй класс, и мое место оказывается прямо посередине, и у меня не будет даже возможности посмотреть в иллюминатор из-за этих двух предателей, только перед собой или по сторонам.

Мне, наверное, стоило бы почаще посещать служения в церкви и не нагнетать на себя гнев мертвых душ, раскапывая их артефакты и гробницы. Так как только проклятый получает себе в соседство на ближайшие пять часов двух мужчин, которых ты знать не хочешь, не то, что вместе переживать перелет. Но факт остается фактом. Грант и Джаред усаживаются рядом со мной, и стоит мне пристегнуть ремень, они оба поворачиваются ко мне лицом и бурят мой профиль с двух сторон. Ну, разве я не счастливица? Под счастливой звездой родилась!

Глава 16

Мы приземлились в Ванкувере ровно в четыре утра, когда еще только поднималось солнце над величественной Канадой. Турбулентность была страшной, я начинала верить в страшилки отца все сильней. Сначала мелкие неурядицы, гроза с отключением света по всему городу, что не менее странно, чем турбулентность такой силы. Нас трясло так, что маски с кислородом вытряхнуло, и красные кнопки мигали в течение получаса, что мы летали над светящимися огнями Ванкувера. Паника, в которую ударились почти все сидящие в салоне, передалась даже Гранту, следящему за ситуацией изначально с лицом, не выражающим эмоции. Он то и дело поглядывал на часы, затем на стюардесс, ожидая, что же дальше. Когда уже все это прекратится, и мы сможем убраться из этого дьявольского самолета. Земля стала нам казаться такой далекой, и реальность нормального приземления была слишком призрачной.

Едва трап коснулся земли, мы начали вытаскивать свои сумки и торопиться к выходу одни из первых, от греха подальше. И снова я зареклась летать, теперь не имело значения, кто сидит рядом, ничего не изменилось. Это опасно! Это страшно! Для особо изощренных есть другие способы свести счеты с жизнью, чем играть со смертью в железной птице.

В аэропорту нас ждали сплошные неприятные сюрпризы. Наш багаж был арестован. Причины, которые сообщили, были самые разные. От находки запрещенных средств, до перевозки оружия. Наши возмущения, как и авторитет одного из нас, не играли ровным счетом никакой роли. Объяснения, что мы исследователи, которым необходимо работать в их стране, ничем не помогли. Казалось время, утерянное зря, уже не вернуть, впрочем, как и всю экипировку.

Грант снова написал сообщение на своем мобильном и уставился пустым взглядом в потолочные светодиодные лампы кабинета страж порядка. Это было странно оказаться здесь, в наручниках, как особо опасных преступников нас допрашивали уже некоторое время, хотя виноваты были они.

– Я вам еще раз говорю, у нас не было с собой запрещенных средств или что вы там на нас вешаете, только экспедиционный материал, – твердо стоит на своем Грант.

– Мы его конфисковали, сами разберемся, что у вас там. – Я всплескиваю руками, звеня наручниками. Что за хрень происходит?

– Это шутка такая? Здесь есть скрытая камера, и наверняка одна из придурковатых подружек Джареда стоит за дверью и мстит за очередной его загул подобным образом? – Полицейский не собирается улыбаться, и мне начинает становиться не по себе.

– Выглядит неловко, – хмыкает Джаред. – Я на самом деле такой м*дак, по-твоему?

Полицейский не настроен на шуточную волну и явно не готов сейчас налаживать контакт.

– Леди, я могу продлить ваш арест, если вам так будет понятнее, что мы не шутим. Что было в ваших сумках? – Я протяжно стону, ставлю локти на стол и обхватываю ими голову. – Мы нашли два рюкзака, и в них лежало холодное оружие.

– Холодное оружие, – восклицаю я. – Это кайло и ледоруб?! Они никогда не были оружием, если только в ваших фантазиях. Это геологические инструменты, помогающие нам забираться по горным вершинам, – сквозь зубы говорю я и поглядываю на Джареда, уставившегося в темный угол, я ненавижу, когда он так делает. Нам сейчас еще и сумасшествие влепят.

– Ожидайте начальство, они сообщат, что будет с вами дальше. – За мужчиной закрывается дверь, я начинаю выкручивать руки из наручников, едва не скрипя зубами от гнева.

Над нашими головами начинают замыкать лампочки, и это не выглядит нормальным. Сначала одна, затем вторая, они играют с нами в световое подмигивание, как шоу взбесившихся светодиодных ламп, решающих выбрать отличное время для странных перемигиваний.

– Все это странно, – тихо говорит Грант и снова смотрит на руку. – Мои часы остановились час назад, мы загремели в участок, потому что кто-то стащил наши вещи и решил подкинуть запрещенные вещества. Я не верю в подобные вещи, но проводка сейчас загорится, не выдержав напряжения, и нас вряд ли кинуться спасать.

Я тяжело сглатываю, постепенно успокаиваясь, делаю глубокие вдохи и закрываю глаза. Необходимо найти равновесие и привести свою нервную систему в порядок. Зло все еще кипит во мне, но по мере того, как я вдыхаю, вокруг становится все тише. Беспорядочный треск проводки утихает, и я открываю глаза, когда лампочки перестают моргать. Перевожу взгляд на Джареда, который все еще пялится в темный угол, и толкаю его локтем.

– Я один это вижу? – серьезным тоном произносит он.

– Сейчас не время шутить и заниматься рассказом страшилок о приведениях, которые ты так любишь, – мгновенно вспыхиваю я, и над моей головой лопается лампочка, разлетаясь осколками между нами, мгновенно стирая радостную улыбку мужчины. – Я серьезно, прекращай ерундой страдать.

– Это весело и отвлекает, – отвечает он мне с озорной улыбкой.

Грант с беспокойством повернулся ко мне лицом и начал очень внимательно разглядывать мою голову и плечи. Я чувствовала, как осколки осыпаются, стоит мне пошевелиться.

– Может нас пытаются изгнать темные силы, и я был не так уж и не прав. Хотя мне кажется, причиной напряжения в комнате является гнев Энди. Ты умеешь управлять электроэнергией? – Он смотрит на меня. – У нас только ты злишься. Что скажешь, костюмчик? Ты еще не выдавил подливы в свои шикарные штаны? – Джаред с наглой ухмылкой становится напротив меня, при этом смотрит на мужчину, стряхивающего осколки стекла с моей головы.

– Я бы на твоем месте нашел себе угол и забился там до прихода властей. – Меллон совершенно спокоен, и эта львиная самоуверенность меня поражает.

Дверная ручка издает скрип, и я готовлюсь к худшему.

– Вы свободны. – В комнату заходят люди в полицейской форме и расстегивают на наших запястьях наручники. – Мы просим прощения. Вышла ошибка. В аэропорту проходила спецоперация по поимке троих преступников, обворовавших на днях галерею искусств.

– Что за бред? – едва слышно говорю я, поднимаю с пола свою сумку и закидываю на плечо.

– И где теперь наш багаж? – Грант уже выходит за двери, и следом за ним семеню я, пытаясь угнаться за этим человеком.

– Мы просматривали их как улики. В данный момент их упаковывают, – теперь настал черед полицейского отвечать на его вопросы, что не особо получалось, все портила их сбивчивая речь.

– То есть, вы без нашего ведома, копались в наших вещах, – делает выводы Грант.

Мужчины останавливаются так резко, что я врезаюсь в Гранта, а Джаред – в меня, ему все еще не надоело дурачиться, когда все были уже на пределе. Прищурив свои серые глаза, Грант обводит взглядом вип-зону стоянки, где нет машины, которую он заказал для нас. Мне кажется, это выглядит, по меньшей мере, странно.

– Раз ваша «спецоперация» отняла наше личное время. Потрудитесь отправить наши вещи в отель. Иначе я подам на вас в суд. – Полицейский переминается с ноги на ногу и цепляется в карточку Гранта пальцами, как за последнюю надежду. – Всего хорошего, офицер.

Я чувствовала себя рядом с двумя огромными мужчинами крохотной девчушкой с сопливым носом, который вот-вот один из них начнет вытирать платком. Растираю плечо, которым больно ударилась о твердое тело Меллона, и становлюсь немного в стороне, выставив ногу вперед, как опору. Если бы я треснулась сильней, у меня было бы, как минимум, несколько переломов в ключице и грудном отделе.

Мужчины озадаченно наблюдают за проезжающими мимо нас машинами, затем Джаред решительно выставляет руку вперед и пытается остановить нам транспорт.

– Ты обещал, что позаботишься о нашей доставке до деревни, – осуждающе говорит Джаред и убирает под бейсболку волосы, спрятав половину лица под козырьком. – Не очень надежный партнер для подобных вылазок, да, Энди?

– Я о тебе вообще не собираюсь заботиться, если на то пошло. Помоги себе сам, – едко отвечает Грант и что-то пишет в телефоне.

Я качаю головой, уже изрядно надоело поведение Джареда, он намеренно цепляется с Грантом. При этом еще больше его бесит то, что в очередной раз тот пропускает его вопросы, и я подозреваю, что намеренно, так как он совершенно точно видит, что говорит собеседник. Можно было бы спихнуть все на то, что он глухой, но не в данной ситуации.

Мимо нас проезжает очередной автомобиль, и, естественно, нам везет, как утопленникам. Он единственный останавливается.

– Это, черт возьми, проклятие! – восклицает Джаред и начинает смеяться, как полный придурок.

Полноразмерный пикап древней серии, самых выпускаемых Ford F-4, ему на первый взгляд лет сто пятьдесят, не меньше. Ржавый кузов, видавший еще, наверное, моего прапрадедушку, скрипя и кряхтя, останавливается рядом с нами, и я в отчаянии хватаюсь за ремень сумки. Кажется, судьба сейчас держится за живот и корчится от смеха, удушающего ее. Эта машина не может самостоятельно передвигаться, и как будто в подтверждение издается звук пердежа, причем настолько натурально, что даже самый непробиваемый из нас меняется в лице. Двигатель делает последний протяжный пук, выпустив из выхлопной трубы густой черный дым, затем машина глохнет.

– И он умер, – заключает Джаред, срывая бейсболку, бьет ей по своему бедру.

Из салона выходит обросший седой мужчина, открывает с важным видом капот и погружается туда всем своим хилым телом.

– Вас никто здесь не подберет. Сегодня в нашей стране праздник, и все такси в городе, – заключает он радостно, сияя глазами. – Но я вас не брошу. Только помогу моей девочке.

Я хмыкаю, его девушка давно уже бабушка, судя по всему, еще и трансгендер. Форд априори не может быть женского пола.

Я наклоняюсь и заглядываю внутрь, скорей из любопытства, что же он там делает. Гаечный ключ, зажатый в руке покрытой старческими пятнами, которой он размахивает и со всей дури бьет по круглой штуке, похожей на гонг. Он делает это не один раз, осыпая ржавую труху на новенький асфальт. Спокойной походкой мимо меня проходит Грант, ставит между моих ног свой дипломат, пододвигает ступню так, чтобы он не упал. Снимает дизайнерский пиджак и, выдвинув обе мои руки передо мной, вешает на них, как на вешалку свою вещь.

– Нормально ты устроился, – возмущенно говорю ему.

Он уже не смотрит на меня, игнорируя, подходит к старику, в своей манере что-то тихо говорит. Двигатель под манипуляциями двух механиков издает несчастные стоны, странные мучительные кряхтения, почти такие же, как и его хозяин оббегающий машину, отчаянно крутящий ключи на панели. В какой-то момент зверский крик мотора превращается в жуткое рычание.

– Подозреваю, это корыто еще не все выжало из себя. – Джаред обходит меня стороной, хватает свою сумку и закидывает в кузов, тянет лямку моей сумки и швыряет ее следом. Открывает скрипучую дверь и садится первым на сидение рядом с водителем.

Я все еще, как полная идиотка, стою с вытянутыми руками и черной тряпкой на них, заворожено наблюдаю за тем, как белый платок в пальцах Меллона превращается в грязный и испорченный навсегда. Он откатывает изящными движениями рубашку и застегивает перламутровые пуговки, как ни в чем не бывало. Слегка махнув мне в благодарность, забирает пиджак и стоит, придерживая для меня двери салона.

– Ты садишься или нет? – спрашивает Джаред, отвлекая меня от наваждения, в которое я впала.

Обернувшись по сторонам, надеялась увидеть нечто более приемлемое для долгой поездки по проселочным дорогам. Но удача давно решила, что мне не нужна ее помощь, пришлось лезть в машину. Отодвинувшись ближе к Джареду, я ощутила, как моя кофта тут же была зажевана между затертыми сидениями, зацепившись за торчащий металлический крюк, я проваливаюсь в яму. Зашипев от досады, пытаюсь освободиться, но мои пальцы застревают в каком-то капкане, разжать железку невозможно. Запястье начинает резать, ощущаю жгучую боль, распространяющуюся по ладони. Последний раз пытаюсь резко дернуть рукой, но все становится еще хуже. Алые капли тут же окрашивают грязный пол салона.

Захлопнув со всей силы ржавую дверь, Грант не оборачивается, начав возиться с замком, который никак не хочет захлопываться. Он бьет дверью несколько раз, и из-за этого моя рука зажимается еще сильнее. Я вскрикиваю от боли, рука, накрытая тканью сидения, становится ловушкой, я еще больше запутываюсь и от этого делаю себе еще больней. Джаред оглядывается и вытаскивает наушники из ушей, когда я начинаю двигать его на сидение водителя, пытаясь вырваться.

– Эй! – орет он на Гранта, который его совершенно не слышит. – Какого хрена он творит. Мужик, она сейчас снимет кожу себе с руки, – злобно говорит он и обхватывает мою руку своими пальцами, освобождая от окровавленной обшивки.

– Черт, больно, – шиплю я и хватаю за бедро Гранта, привлекая его внимание.

Наши лица приближаются, когда он, наконец, понимает что происходит. Мужчина скидывает с себя пиджак, выскакивает из машины и нажимает на какие-то штыри позади сидения, замок расслабляется, и моя рука, покрытая густой кровью, оказывается на свободе.

– Ты оглох что ли? – орет Джаред, толкая Гранта в плечо, сгорбившись в салоне надо мной. – Ты мог ей руку сломать. Что ты творишь!

Я вытягиваю руку вперед, заслоняя собой мужчин от драки, Грант выглядит разъяренным, но все еще не сводит с меня взгляд. Его серые глаза сейчас напоминают ледники Антарктики. Он хватает меня за запястье, на котором проступают фиолетовые синяки в местах зажатия, обматывает своим пиджаком и поднимает на руки, как пушинку. Едва взглянув, он садится в автомобиль и усаживает меня к себе на колени.

– Не сопротивляйся, – тихо говорит он. – Машина слишком мала для нас троих. – Наши носы соприкасаются, я ловлю его дыхание на своем лице, забывая о боли. – Если ты хочешь что-то сказать, Рейвен, то можешь продолжить путь на другом автомобиле. Ты закинул свою задницу и даже не подумал, куда сядет она. Здесь больше нет сидений.

– Да и черт с вами, – рычит Джаред и плюхается на сидение.

Старик разряжает напряжение, появившись из ниоткуда с бутылкой охлаждённой колы. Оценив обстановку, он кивает седой головой на Джареда, указывая ему пристегнуться, и нажимает на педаль газа. Грант помогает мне устроиться удобней на его коленях, сильной рукой прижимает к себе так близко, что мое сердце бьется с задержкой, ожидая, что же будет дальше.