Читать книгу "Несчастье"

– Поражен, Коровина! Всего семнадцать раз!

Улыбаюсь, как дурочка, счастья полные штаны! Еще бы меня хоть что-то так радовало, как всего семнадцать падений, м-да уж… Позвоню Полинке, она у виска покрутит, честное слово.

Но все равно улыбаюсь, радуясь такому результату, а потом…

– Второй круг!

Рано я, видимо, радовалась. Очень рано…

Глава 8

Лена

– Алиса, – зову голосового помощника и жду, пока она ответит мне из колонки своим умиротворяющим голосом, – чем лечить отбитую пятую точку?

Потому что болит! Делать-то с этим что-то надо. Я как ни падаю – так на место поиска приключений, уже большущий синяк на всю правую сторону, и хожу с трудом. Так недолго и калекой остаться, а это точно не мой вариант. Мне бы, наоборот, по-быстрому в профессиональную спортсменку, а потом уж в актрисы. Там падений точно будет меньше… Надеюсь.

Алиса говорит, что лечить нужно холодом, мазями и… отдыхом. Лежать она советует много, да еще и на животе. Классный совет! Спасибо. Не воспользуюсь.

Ну, точнее сказать, воспользуюсь только частично.

Мази, допустим, у меня найдутся. Холод тоже не проблема – на улице зима, лед вон сколько раз в неделю у меня теперь. А вот с положением лежа проблемка… Не могу я лежать! Мне некогда. Пока лежу – мечта моя из рук ускользает. Я даже немного корю себя за то, что по утрам валяюсь слишком долго, хотя могла бы делом заняться.

Вообще на сегодняшний день у меня грандиозные планы. Помимо того, чтобы просто выжить, мне нужно зайти в пункт выдачи и забрать заказанные вчера наколенники, потом найти какой-нибудь каток и попытаться там за пару часов не убиться окончательно, а вечером бежать к своим ненаглядным театралам. Каток, кстати, который я нашла недалеко от студии, мне больше не подходит. Потому что… там Саша. И судя по всему, он там бывает довольно часто, раз пригласил меня туда снова вчерашним вечером.

А встречаться с Сашей где бы то ни было у меня нет желания. И не потому что Саша какой-то не такой! Нет! Наоборот… Саша очень милый, и его знаки внимания в мою сторону тоже очень приятные, даже несмотря на то что мы знакомы-то два неполных дня. Но мне не нужен хороший парень Саша. Мне нужен вредный тренер Владислав Александрович, который поможет исполнить мне мечту.

Чувствую себя ужасно, если честно, но пытаюсь отбросить все эти глупости. Потому что иду к своей цели, а значит, все средства хороши! Тем более не делаю ведь я ничего такого…

С трудом, но отрываю себя от кровати, крепатура снова сковывает все движения, заставляя меня добираться до ванной как роботу. Но правило я уяснила, главное в этом деле – просто расходиться, и потом станет легче.

Сажусь завтракать, пишу Полинке. Соскучилась! Надеюсь, она приедет на каникулы и придет поддержать меня в моей нелегкой борьбе с коровой на льду. Не с самой собой, в смысле, а с талисманом, костюмом и… Ой, ладно.

Лена:Я отбила всю задницу на льду, но упала всего 17 раз за круг!

Ну а кто начинает диалог с лучшими подругами с приветствия, правильно же? Правильно. Зачем время тратить, если нужно сразу к сути переходить.

Полина:Все еще волнуюсь о тебе. Такими темпами на тебе живого места не останется, Лен!

Лена: Я делаю успехи. А еще заказала себе наколенники.

Полина:Да тебе доспехи бы, шлем побольше, обмотаться сверху поролоном, пупыркой, и… И дома сидеть!

Лена:Все не так плохо! Ты преувеличиваешь:)

Полина:Я преуменьшаю, Леночка…

Но не буду тебя отговаривать больше. Покажешь свой новый костюм?

Я даже роняю ложку обратно в кашу и начинаю хихикать, представляя реакцию Полины на огромную голову коровы! Она, кстати, довольно симпатичная. Я вчера после тренировки пошла смотреть еще раз на то, в чем мне придется реализовываться как актрисе в ближайшее время. Ресницы у нее такие… Красивая, короче, коровка, вполне себе. В первую встречу с этим костюмом я не особо рассматривала его, больше в шоке была и немного в ужасе. А сейчас-то что ужасаться, приходится все принимать как данность. Есть корова, есть Коровина. Идеальное, блин, совпадение.

Обещаю показать Полинке костюм, еще обещаю ей не убиться после того, как сообщаю, что сегодня планирую кататься сама, наконец-то доедаю и иду собираться. Можно бесконечно плакать о том, как мне тяжело, как жизнь несправедлива и все прочее, но результата это не принесет никакого. А вот работа – принесет. Поэтому работаем.

Раз я сказала Владу, что умею профессионально кататься на коньках, значит, мне кровь из носа надо научиться на них кататься, чтобы в самое ближайшее время мои слова перестали быть неправдой.

Я когда-то смотрела интервью одной актрисы, которая сказала очень важную вещь. Там, правда, речь шла о пробах, но в целом под ситуацию подходит. Если вас спрашивают, умеете ли вы петь – говорите «да». Готовить, танцевать, водить машину и прочее – ответ всегда положительный. А потом нужно сделать так, чтобы вы и правда это умели.

У меня эти слова на подкорке отложились, и хоть мне тяжело все это дается, я все равно уже не сойду со своего пути, на который добровольно встала. Слишком многое я уже пережила за эту пару дней, чтобы так просто сдаться. Ну уж нет!

Поэтому выхожу, топаю за наколенниками и думаю, что слова Полинки о шлеме не были уж таким плохим вариантом, потому что я успеваю зацепиться за порог пункта выдачи и чуть не врезаться носом в плитку. А я еще даже не дошла до катка!

Иду его как раз искать. На тот все-таки не пойду, да и общественный он, очень большой, там слишком много народу для того, чтобы учиться кататься. Меня там убьют сорок раз еще до того, как я успею встать на лед, не вариант.

Нужно что-то более уединенное, пусть не такое большое, неважно! Главное, чтобы там было комфортно. Несмотря на то что мне на любом льду некомфортно…

Мои поиски продолжаются около часа, за это время я успеваю забыть о крепатуре, поскользнуться и упасть на мимо проходящего мужчину и чуть не разбить телефон. Полина каждый раз интересуется, каким я чудом до своего возраста дожила. Я тоже начинаю задаваться этим вопросом.

Но поиски не проходят зря! Я нахожу ровно то, что искала, и в конечном счете это совсем недалеко от моего дома. Я больше ходила кругами, как итог – это соседний двор практически.

Небольшой каток, скорее всего, залитый жителями этих домов. Он обнесен небольшим бортиком, и я правда подозреваю, что его каждый год заливают сами люди. Он далеко не профессиональный, но главное, что лед есть! А остальное нам и не особо надо.

Пока шнурую на себе коньки, все еще уделяя этому занятию много времени, встречаю пожилую женщину и узнаю у нее все об этом месте. Я была абсолютно права, что заливают его тут сами люди для детей, но плюс в том, что против посетителей из соседних дворов никто ничего не имеет. А еще узнала, что детвора играет в хоккей тут в основном вечерами, поэтому днем мешать мне никто не будет, и я никому. Классно же!

Сделать первый шаг вот так, в одиночестве, без поддержки, без ледового дворца, даже без насмешек дурацкой Карины очень страшно, если честно. Я долго решаюсь, изо всех сил держась за тот самый бортик. Первый шаг для меня – всегда падение. Не было еще ни единого раза, чтобы я встала на лед и не упала в первую секунду.

В этот раз тоже не случается чуда: я падаю сразу же, как и все разы до.

Что ж! Никто не говорил, что будет легко.

Мне очень сложно заставлять себя подняться и работать, но все-таки я это делаю. Потому что знаю, ради чего все это.

Но, признаться честно, с тренером сильно проще. Там нет времени на жалость или вынужденные перерывы. Сама себе как тренер я так себе, конечно…

Зато как актриса точно вау! Когда мимо меня проходит мужчина и спрашивает, нужна ли мне помощь, я делаю максимально счастливый вид и говорю ему, что у меня все в порядке.

Просто порядок у меня такой… своеобразный.

Впрочем, как и все остальное.

Истязаю я себя два часа, иначе не могу назвать это все происходящее. Я действительно не понимаю, как правильно ставить ноги, чтобы они хотя бы не разъезжались, какие мышцы напрягать, какие расслаблять… Сложно! Как эти хоккеисты так просто катаются? А фигуристы? Это что-то космическое! Они так просто все это делают, что я с каждой новой попыткой встать на лед убеждаюсь, что они не люди, а роботы какие-то.

Даже вот Карина. Ну змея змеей же, ничего приятного нет в человеке! Отталкивающая, противная, а катается как боженька! Ну вот почему ей дано, а мне нет? Почему? Где справедливость? Нужно ли ей это умение так же сильно, как мне? Столько вопросов… И ни одного ответа, как обычно.

Ухожу с катка, обещая себе сюда вернуться. Хотя мне так сложно собраться с мыслями, что я еще минут пятнадцать, наверное, просто сижу в огромном сугробе рядом и думаю о жизни.

Я, конечно, рисовала себе более радужные картины в целом, как всегда и делаю. Настраиваю себя на лучшее, чтобы потом с ума сойти от худшего, но в итоге преодолеть и его. Мне казалось, что все так просто… Встану и поеду. Влюбится в меня Влад, папе своему меня преподнесет как лучшую актрису современности через неделю знакомства. Тот заберет меня к себе на курс, и все! Жизнь пестрит новыми яркими красками, Коровина исполняет свою мечту.

Итог? Из яркого у меня только синяки на пятой точке и звезды перед глазами, когда в очередной раз падаю. Пока из яркости все. Негусто…

* * *

– Давайте, по парам разбились и по ролям читаем сценку из домашнего задания, – говорит преподаватель в театральном кружке, и я замираю.

Ой. Ой-ой-ой.

Домашнее задание… Это с того занятия, которое я на катке провела, да? Пропустила ректора и, блин, домашнее задание!

И никто, главное, не сказал мне, что задавали! Да и я не спросила… Замоталась совсем с хоккеем, коровой этой, тренировками и прочим… Просто вообще даже не подумала спросить про домашку!

Это фиаско, это полный провал. Театральный кружок для меня такой же большой шаг в будущее, как попытка пробиться в «Зорьку», я всегда выполняла все задания, старалась быть самой идеальной, старалась придумывать что-то новое, чтобы выделяться. Я ни единого раза не пропускала занятия и не забывала про домашнее задание, кроме…

Кроме прошлого прогула, который я провела на катке. И кроме сегодняшнего раза, потому что хоккей и все, что с ним связано, просто задурили мой мозг.

– Илья, какую сценку задали? – спрашиваю у парня из группы. Ну, вдруг волшебным образом окажется, что я ее знаю?

– А там давали распечатки на прошлом занятии, там детская новогодняя, отыграть надо, как на утреннике.

Что ж… Такое я, к сожалению, точно не знаю.

Прошу у него распечатку, быстро пробегаю глазами по тексту, пытаясь запомнить хоть какие-то слова, но все бессмысленно. Я так сильно начинаю нервничать, что память просто решает меня подвести в самый ответственный момент. Я банально не могу запомнить даже пару слов! Это как вообще…

И мне приходится сдаваться. Отвечаю преподавателю, что не готова, что могу читать только с бумажки, что забыла про домашку, и вообще я бессовестная и такого больше не повторится.

Он, конечно, разрешает читать с распечатки, но не хвалит меня от слова «совсем». Еще бы… у нас табу на чтение, все должно быть по памяти. Не будешь же ты, снимаясь в кино или сериале, читать сценарий по бумажке прямо в кадре.

– Это провал, Коровина, – шепчу сама себе под нос в конце занятия.

– Лена, подойди, – зовет меня преподаватель. – Что с тобой происходит? Не узнаю тебя. Летаешь в облаках, пропуск первый…

– Простите. Я просто устроилась на работу, туда уходит очень много сил, и…

– Кем? – спрашивает преподаватель.

Я стараюсь сдержать нервное хихиканье, когда представляю, что на вопрос «кем» я отвечаю ему «коровой».

Хоть кто-то в мире вообще работает коровой, кроме меня? Ставлю сотку, что нет.

– В хоккейной команде, – ухожу от ответа, почему-то не решившись рассказать о своей крутейшей должности.

Мне пока еще неловко, даже стеснительно, да и… Чем гордиться-то? Это для себя я решила, что корова – это прикольно и все такое, но для окружающих, наверное, это будет слишком большим поводом для шуток.

Поэтому я молчу. И буду молчать дальше. Достаточно того, что об этом и так знает уже большое количество людей.

В итоге преподаватель меня не ругает, но просит быть чуть ответственнее. Он знает о моей мечте стать актрисой, в курсе, что я не поступила, поэтому совет дает очень дельный.

И выхожу оттуда я совсем без настроения, хотя раньше театральный всегда заряжал меня на максимум. Просто… как-то грустно все сегодня. Нужно немного потерпеть, и все наладится. Я с таким девизом по жизни иду.

По жизни и по улице, слушая музыку в наушниках. Подпеваю, в какой-то момент начинаю пританцовывать, наступаю на о-о-о-очень скользкий участок на дороге, зажмуриваюсь, готовая треснуться затылком, но… Не трескаюсь. Зависаю в воздухе, и когда до меня доходит, что что-то не так – открываю глаза.

– Саша, – говорю я, улыбаясь ему искренне. Он спас меня от очередного синяка! Не знаю уже, какого по счету. Вряд ли есть смысл считать, их количество меняется слишком часто. – Привет.

Он поднимает меня, я вытаскиваю наушники и благодарно киваю ему.

– Привет, – отвечает мне он, неожиданно поправляя мою съехавшую набок шапку. – Ты совсем себя не бережешь, да?

– Я пробовала, у меня не получилось, – отвечаю ему и хихикаю. – Ты чего тут?

– Катался, – кивает он на тот самый каток, где мы с ним познакомились. – Ждал тебя, ждал…

– А я вот в театральном была, – показываю на здание, откуда иду, а сама чувствую резко повисшую между нами неловкость. Ждал меня… И зачем говорит только это! Смущает, наверняка специально. А я не особо умею с мужчинами себя вести. У меня отношений-то толком нормальных не было никогда. Парни всегда называли странной, один только затесался у меня на несколько месяцев, парень из параллельного, да и все. И то он сказал, что будет поступать в другом городе, и поэтому нам придется расстаться, чтобы не мучить друг друга. Я против не была, потому что и он-то с тараканами был тоже. А двое в паре с тараканами – перебор.

– Провожу тебя домой. Прослежу, чтобы ты не упала по пути. А то завтра тренировка, надо быть в целости и сохранности.

Я уже не в целости, Саша. Точно не в ней, учитывая количество моих ушибов.

– Да я дойду, ты не…

– Не-не. Я не спрашивал. Цепляйся – и пошли. Дорогу только показывать будешь, – говорит он, подставляет локоть и не оставляет мне никакого выбора.

Я не привыкла к такому, обычно я все делаю так, как мне хочется. Тут теряюсь даже от такой милой наглости. Поэтому все-таки хватаю его под локоть и просто иду в сторону дома, обещая себе подумать обо всем когда-нибудь потом. Не сейчас.

Глава 9

Лена

С Сашей так здорово! Мы топаем с ним домой и смеемся всю дорогу. Я даже не думала, что среди хоккеистов есть такие хорошие парни. Потому что пока те, кто мне попадался, были откровенно не очень. Влад этот, вечно издевающийся надо мной, и девочки… Отдельный разговор. О них вообще молчу.

Саша рассказывает, как пришел в хоккей, в каких командах играл, как попал в «Феникс» и на какой позиции сейчас играет. Я слушаю с удовольствием и время от времени держусь за него крепче, чтобы не упасть, надеясь, что не оставлю ему кучу синяков на руке после этой прогулки.

А потом Саша начинает задавать вопросы! Говорит, что болтать только о нем не интересно и он хочет узнать обо мне побольше, и я теряюсь так сильно, как никогда не терялась еще! Да я на льду себя увереннее чувствую, чем в этом разговоре с Сашей, честное слово.

Просто потому что… Ну, мне не хватает смелости рассказать ему всю правду моего попадания в «Зорьку». Саша милый и хороший парень, а я понимаю, что мой поступок далеко не то, чем можно было бы гордиться. Но я просто забочусь о своем будущем! Я так мечтаю стать известной актрисой!

Капельки совести начинают покалывать ладони, и я стараюсь гнать это чувство куда подальше. Это все Саша… Он так на меня влияет! Светится тут весь, как солнышко правильный, а я как будто начинаю жалеть обо всем, что натворила. А жалеть нельзя. Я только-только встала на верный путь!

Саша произносит такую фразу в диалоге, что я и вовсе теряюсь…

– Ты очень милая девушка, Лена. Я бы хотел узнавать тебя ближе и ближе…

Ближе и ближе. Эта фраза красной строкой бежит у меня перед глазами как предупреждение об опасности. МЧС не рассылает оповещения населения об угрозе, что хороший парень на горизонте? Нет? А очень жаль! Потому что надо бы присылать… Потому что эти парни опаснее любого тайфуна и ливневых дождей.

Я не знаю, верю ли в дружбу между мужчиной и женщиной, не дружила никогда, чтобы ответить вот так. Но… Мне не кажется его посыл дружеским. И меня это пугает.

Потому что Саша – очень хороший парень! По крайней мере, на первый взгляд. И я не готова становиться к нему ближе и позволять ему что-то ко мне чувствовать, а потом просто уйти и разбить ему сердце. Нет! Он не достоин такого, ни в коем случае. Поэтому наше общение в срочном порядке надо прекращать, пока оно не перешло в какую-то более сложную фазу.

Нет гарантии, что оно туда перейдет и он влюбится в меня завтра же, конечно нет, я адекватно воспринимаю ситуацию. Хотя где я, а где адекватность, да? Казалось бы… Но просто, а вдруг? Вдруг все будет так, как я опасаюсь? А я не смогу быть с ним! Я тут вообще-то пытаюсь завоевать другое сердце! Чуть более черствое, правда сказать, но тоже сердце.

– Саша… – говорю ему. Мы не доходим до моего дома метров сто примерно, и я останавливаюсь напротив парня. – Не лучшее время…

– Да, я помню, что ты говорила. То ли парень там у тебя, то ли что… Я на тебя ни в коем случае не давлю! Ты просто очень милая, я был бы не против общаться, если есть желание. Без всякого!

Без всякого. Ну вот. Дурочка Коровина опять себе напридумывала что-то. Парень дружить хотел, а я уже решила, что он прямо тут на коленях мне чуть ли не предложение делать собрался.

Ну и к лучшему! Не то, что я дурочка. Хотя и это тоже. А то, что он настроен просто общаться. В целом-то против общения я никогда ничего не имею, но-о-о… Специально искать встреч с ним не буду. Да. Решено. Так и будет.

– Хорошо, – киваю ему и улыбаюсь, хотя сил за этот сумасшедший день вообще не осталось даже на нормальную улыбку. – Мы пришли.

– Твой дом? – кивает он на тот, что за моей спиной.

– Соседний, – показываю направо. – Но я дойду сама, не волнуйся! Уже почти не скользко, особенно тут. Днем тут солнце, все растаяло уже.

– Уверена?

– Как никогда! – отвечаю ему, делаю пару шагов к дому, машу ему рукой, и… И конечно же, цепляюсь сама за свою же ногу, когда пытаюсь развернуться, и чуть не падаю, чудом вообще удержавшись на ногах. – Я в порядке! – спешу сообщить Саше, но развернуться к нему не решаюсь. Запутаюсь же снова…

– Да, я вижу, – смеется он мне в спину, и когда я дохожу до подъезда и наконец оборачиваюсь, Саши на месте уже нет.

Ох… Как-то тяжело на душе, не знаю даже, как объяснить. Словно я что-то делаю не так, хотя я, по сути, еще ничего вообще не делаю! Ну, на коньках катаюсь, но там явно у меня все не так пока, время надо, силы…

Захожу домой, наконец-то встречаю маму! Она так много работает, что мы почти толком не видимся. Последний раз я просила ее отдать мне свои ноги, когда умирала от крепатуры. Сейчас я готова попросить отдать мне все тело целиком, потому что уже ненормально все болит.

– Ма-а-а, а у нас есть мазь какая-нибудь? От синяков… – спрашиваю, проходя к ней на кухню.

– Что такое? Тебя кто-то ударил?

– Не-не-не, – отвечаю ей и машу головой, – не волнуйся, все хорошо! Я же просто кататься начала, пока сложновато, упала пару раз.

«Пару сотен раз», – смеется подсознание в виде рогатого чертенка на моем плече, но при маме решаю умолчать это необязательное уточнение.

– Ну показывай, чем ты там ударилась, есть у нас что-то от ушибов как раз.

Киваю, иду переодеваться в комнату, пока мама ищет для меня спасение. Как раз у меня есть домашние шорты, отлично подойдут для того, чтобы продемонстрировать маме всю «прелесть» моих падений.

Она ахает и прислоняет руки к груди, когда я выхожу из комнаты. Мне становится не по себе… Надо было не показывать, блин!

– Лена! Тебя точно никто не бил? Не молчи, не бойся, давай пойдем в полицию! Боже, девочка ты моя… – причитает мама чуть не плача. Подходит ко мне, касается пальцем одного из синяков на руке, хотя руки, кстати сказать, страдают меньше всего. – Дочь, ты что?

– Мам, меня правда никто не трогал! Честно-честно. Я просто не очень хорошо катаюсь, точнее, совсем не хорошо. Падаю часто, ну ты знаешь, что я на ровном месте падаю, а тут целый лед!

– Так бросай это занятие тогда! Угробить себя, что ли? Ради чего?

– Ради будущего, – шепчу негромко и вижу в глазах мамы то ли осуждение, то ли банальное волнение.

Ну да, синяков у меня не пара. А много. Даже очень. Но не просто так ведь все это! Исключительно для будущего, для светлого и правильного. Потому что для меня правильно – это блистать на сцене. Вот чувствую я, что мое это все! Я же создана для всего этого. А сейчас научусь кататься, потом смогу в каком-нибудь фильме сниматься тематическом. Буду играть олимпийскую чемпионку, здорово же! Так что даже сейчас я практически готовлюсь к съемкам.

– Какую роль твои ушибы играют в будущем, а? – спрашивает мама, нанося мазь. Переживает, волнуется, причитает. Она когда волнуется, может даже немного грубить, но я привыкла, не обижаюсь. Знаю, что в итоге поддержит меня, просто сейчас надо кивать ей на все, что бы она ни сказала, да и все.

– Самую прямую, ма. Через боль всегда дорога к самому лучшему проходит.

– А без боли совсем никак? Ну ты же актриса будущая, в конце концов, далеко не все актрисы умеют на коньках кататься!

– Вот видишь! А я буду уметь. И буду лучше всех. И петь научусь, и танцевать, и… – закрываю глаза и мечтаю. Я с самого детства мечтала о сцене, о съемках. Чтобы на улицах меня узнавали и просили оставить автограф и сделать фото. А я бы оставляла с удовольствием! И улыбалась бы на всех фотографиях, потому что это ведь так мило, когда тебя любят…

А меня никто никогда вот так не воспринимал! И сейчас мне отчаянно этого хочется. Коровина для всех всегда просто странная, а я хочу доказать всем, что я талантливая, а не странная! А творческие люди, они ведь все отличаются от обычных. Вот и я поэтому.

В итоге мама тратит на меня половину тюбика мази и все время причитает, что я издеваюсь над собой, занимаясь хоккеем. Это она еще не в курсе, что я занимаюсь не хоккеем, а катанием на льду в образе огромной коровы. Вот удивится-то…

И сплю я без задних ног! И так хорошо становится. Потому что нет мыслей о Владе и о том, как добиться его ледяного сердца, учитывая тот факт, что я вообще с мужчинами себя вести нормально не могу. Ну и… в мыслях Саша, конечно. Он дружить хочет, а я и этого не умею толком. Надумала там себе что-то, дурочка такая.

Но утром все эти мысли возвращаются снова и уже немного действуют на нервы. Нет, я понимаю, конечно, что сама виновата, что создала все эти ситуации, но не могу ведь я запретить своим мыслям думаться! Они не особо меня спрашивают, просто лезут в голову, и все. А как проход для них закрыть, я понятия не имею.

Сегодня тренировка! Надо настраиваться на нее. Кататься я все еще не научилась, что не играет мне в плюс, конечно… Зато могу ответить на нападки этой дурацкой Карины! Вот змеюка же. Что она вообще в «Зорьке» делает? Для нее нужно какую-нибудь персональную команду, где что-то будет со змеями связано. Вот там бы я не задавалась вопросом о том, почему она капитан.

Я от Саши, кстати, узнала вчера, что Влад тренирует еще одну команду! И тоже женскую. «Медведица» называется… И почему я не видела ее? Почему не пошла туда? Была бы большим красивым белым мишкой. Ну, или не белым! Вообще не особо-то и важно, если честно. Не коровой, главное…

Мысленно бью себя по губам за такие мысли. Я тут на днях перед сном решила, что любить нужно этот костюм, раз уж судьба так сложилась, что он теперь часть меня. А все свои части нужно любить! Корова и корова. Меня всю жизнь так дразнили, делов-то…

Тренировка сегодня дневная, поэтому времени лежать и думать о смысле жизни у меня банально нет. А смысл есть! И вот ради него надо встать, принять душ, собраться с мыслями и пойти дальше отбивать себе все конечности, чтобы когда-нибудь, но встать на эти чертовы коньки. Да.

Поэтому половину дня я провожу за тем, что смотрю видеоуроки, все еще надеясь что-то в них понять, а потом бегу на тренировку, потому что, конечно же, опаздываю. Я просто засмотрелась видео! Так интересно рассказывал…

Добегаю без падений! Это успех, это вообще вау! Я по ровной земле-то не всегда могу пройти как надо, а тут как влитая даже по ледяным участкам на адреналине пробежала. Потому что знаю, что за опоздание могут выкинуть меня из команды. Ведь толку-то от меня все еще не очень много. Брали талисманом, а талисман из меня очень так себе. Мне кажется, им будет сильно проще кого-то из игроков на одну игру в костюм затащить, чем научить меня кататься за такой короткий срок.

Дата игры, к слову, ближе и ближе, что меня начинает пугать. Я вообще не представляю, как буду справляться! Вот вообще! В голове, конечно, рисую сценарии, как можно было бы развлечь толпу, но есть ма-а-а-аленькая загвоздка… Для реализации всех этих идей было бы неплохо уметь кататься. А я, как все давно поняли, не то чтобы очень умею.

– Всем привет, – говорю, входя в раздевалку. Я сегодня одна из последних, уже думаю о том, как придется быстро шнуроваться, но вдруг торможу посреди раздевалки. Потому что никто не в форме! Точнее, они в форме, но в обычной спортивной, не в хоккейной. Кроссовки у них, спортивные шорты…

Лезу в телефон, игнорируя какие-то очередные колкости от Карины, проверяю расписание. Ну вот, снова я дурочка! У нас «земля» сейчас целый час, а потом уже тренировка на льду. А я забыла. Конечно, я забыла! Слава богу, что у меня в сумке еще с первой тренировки лежат кроссовки, когда я услышала, что просто спортом без убийства они тоже занимаются.

– А где взять форму? – спрашиваю у девочек. Все молчат. Некоторые показательно, некоторые опускают глаза, вроде не слышали меня. Ну а Карина, конечно, не молчит. Что я ей покоя-то не даю?

– Для коров не шьют, – посмеивается она, и за ней хихикают еще двое. Подружки ее. Не знаю, зачем они с ней. Возможно, она угрожает им.

– Ты очень остроумная, – улыбаюсь ей, потому что шуток про коров я наслушалась в своей жизни столько, что ей просто не выдумать даже половину от того количества.

– Возьми у Влада, он выдаст, – внезапно отвечает одна из девчонок, Маша. Не смотрит на меня, спокойно затягивает шнурки на кроссовках, но отвечает! Это неожиданно становится приятно, особенно в тот момент, когда я вижу, как меняется лицо Карины.

– Белозерова, ты в себе? – спрашивает она, противно хлопая глазами.

– Карин, отвали. Я ничего такого не сделала.

Наверное, другая на моем месте расстроилась бы или разозлилась, не знаю. Но я с гордостью ношу свой титул «странная» и поэтому только улыбаюсь сложившейся ситуации. Это Карина всех подговорила дружить против меня, а Маша, значит, ее не послушалась, как самая нормальная из всей команды? Ясно. Ладно. Надеюсь, что они не тронут Машу.

Выхожу из раздевалки, иду в тренерскую. Внезапно меня осеняет, что это шанс! Ну, там Влад, он один, и все такое. Можно построить ему глазки… Знать бы только, как это делается правильно. А то наше знакомство закончилось тем, что я ползала по льду на четвереньках. Было бы неплохо показать себя еще и с другой стороны.

Если она у меня есть, конечно, та другая сторона.

– Тук-тук, – стучу в дверь и зачем-то повторяю словами звук. Это немного забавно, но я в сериалах видела, все девушки так делают! Открываю дверь, заглядываю внутрь и вдруг краснею. Потому что я-то думала, он будет там один! А там толпа целая их! Девушка, парень, мужчина чуть старше и Влад! Ой-ой, можно срочно-срочно сбежать? – Ой. Извините. Я попозже…

– Сто-ять! – по слогам говорит Влад, пригвождая меня к полу. – Что снова стряслось у тебя, горе луковое?

– И ничего я не горе, – дуюсь на него. О какой там стрельбе глазками шла речь? – Я за формой пришла, меня к вам отправили. Ну, для тренировок на земле.

– Ах, это, – кивает он. – Да, сейчас.

– Юрский, знакомь, – говорит тот мужчина, что немного старше остальных. Ему от силы сорок, а то и меньше, но остальные совсем молодые. Они выглядят все очень милыми! Приятные люди, правда. Компания сильно лучше, чем та, что в раздевалке. Можно тут остаться? Я только «за»…

– Зайди, – говорит Влад мне, кивая, и я снова краснею и вхожу в кабинет. Черт меня дернул сюда прийти! Один на один оставаться собралась, как же… – Знакомьтесь, это Лена Коровина, новый талисман «Зорьки». Наша счастливая коровушка.

– Очень смешно, – фыркаю на него. Ну еще он над фамилией моей не шутил! Смотрите-ка, деловой какой.

– Я про костюм, Коровина, – говорит он, и я снова краснею. Ой… Опять я дурочка, да? – Это Артем Станиславович, – кивает он на другого парня, сидящего за столом, – мой сокомандник и тренер всех младших «Феникса». Это, – показывает на мужчину, – отец «Феникса», наш тренер, наставник и батя, Виктор Палыч. А это, – кивает на девушку, – Ольга Сергеевна. Она тренер по физподготовке вообще всех хоккейных команд, кто есть в комплексе. Вот к ней ты сейчас пойдешь и поближе познакомишься.

– Здравствуйте, – киваю им всем и чувствую, как краснею. Почему-то становится о-о-о-очень сильно неловко. Они уже как большая семья… Особенно это чувствуется, когда Влад говорит на тренера «батя». Это очень мило, что в команде такие отношения! Явно лучше, чем в «Зорьке»… Там палец в рот не клади, не только друг другу, но и Владу оттяпают!

– Катается талисман профессионально? – спрашивает этот Виктор Палыч, и я тут же теряюсь, снова наступая на свои любимые грабли, с которыми никак не могу расстаться. Я ношу их с собой постоянно и в самый ответственный момент кидаю себе под ноги, чтобы наступить и треснуть по лбу. Для профилактики, видимо! Потому что машу головой то «да», то «нет», так и не решив, что ответить тренеру «Феникса». Профессионально ли я катаюсь? Ох… Профессионально я только падаю!

– Держи форму, – говорит Влад, протягивая мне пакет и перебивая момент моего позора. – Иди, до тренировки пять минут, Ольга Сергеевна у нас опоздавших не любит.

– Я бегу, – краснею еще сильнее, глядя на нее. Она выглядит такой милой! Улыбается, кивает мне. Как она может вести физподготовку у всех? Это и у «Феникса» тоже? А как она справляется-то с ними? Там же двадцать три огромных мужика… Ой. Что-то мне моментально перехотелось идти на тренировку. Но давать заднюю уже поздно, да и Коровина никогда не сдается!