Текст книги "Слово авторитета"
![](/books_files/covers/thumbs_240/slovo-avtoriteta-21666.jpg)
Автор книги: Епископ Екатеринбургский и Ирбитский Ириней
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
– Все будет хорошо, не волнуйся, – поспешил успокоить девушку Захар, коснувшись губами ее шеи. Он давно обратил внимание на то, что Инна предпочитает ходить без лифчика, а следовательно, они стали ближе друг к другу еще на одну деталь туалета.
Медленно, не лишая себя удовольствия, Захар принялся стаскивать трусики. Колени девушки слегка сомкнулись.
– Ты только скажи, что нужно сделать. Я не умею.
– Это нехитрая наука, – успокоил ее Захар.
– Может, выключим свет? – несмело предложила Инна.
Захар чуть покачал головой:
– Нет… Я хочу видеть тебя всю, какая ты есть. На свете нет более прекрасного зрелища, чем возбужденная женщина.
– Господи, никогда не думала, что потеряю свою невинность в незнакомой квартире и на чужих простынях. Мне представлялось, что это будет куда более романтично.
– Тебе не нужно ни в чем раскаиваться. Доверься мне. Расслабься… Вот так… Ноги расслабь, – поглаживал Захар живот девушки. Движения неторопливые, круговые, а потом, как бы невзначай, он продвинул ладонь к ее паху и нежно погладил бедра с внутренней стороны.
Инна застонала, негромко и одновременно сладко, и ноги ее слегка раздвинулись.
– Не останавливайся, – неожиданно попросила девушка, – мне так хорошо.
Захар понимающе улыбнулся:
– Не переживай. Это только самое начало. А теперь подними ноги, – и, заметив нерешительность подруги, добавил: – Пожалуйста.
Инна согнула ноги в коленях. В глазах больше любопытства, чем страха. Захар навис над ее хрупким телом, как скала, которая готова раздавить ее в любое мгновение. Но опустился он очень мягко и, коснувшись животом ее тела, спросил:
– Ты готова?
– Да, – глухо произнесла Инна.
Он вошел в нее не сразу, сначала поласкал губами ее набухшие соски и, убедившись, что она действительно ждет, скользнул в нее осторожно и неторопливо, ощущая нешуточное сопротивление девичьей плоти.
– Захар, мне больно, – негромко застонала Инна, прикусив губу.
– Потерпи.
Неожиданно Инна вскрикнула и вцепилась пальцами в его плечи, больно расцарапав кожу, а Захар, не желая останавливаться, прижимал ее все крепче.
Инна вскрикивала, стонала, царапала ногтями его спину и шею, а он, ничего не замечая, содрогался на ее нежном теле, как молодой взбесившийся дьявол. И вот, наконец, устав, он скатился в сторону, глубоко и удовлетворенно вздохнув.
Некоторое время они молчали, слушая музыку, доносившуюся из динамиков. А потом Захар спросил, повернув голову:
– О чем ты думаешь?
– Так… О разном.
– И все же?
Инна невесело улыбнулась:
– Тебе интересно знать, что думают в эту знаменательную минуту бедные девушки? – В ее словах сквозил неприкрытый сарказм. – Поверь, ни о чем особенном. А вот ты, наверное, чувствуешь себя героем?
– Вовсе нет, – ответил Захар, – сейчас я чувствую себя как минимум волшебником. И знаешь почему?
– Интересно узнать.
– А потому что из девушки я сделал женщину, – почти торжественно заявил Захар.
– Ты тщеславен, – отметила Инна. В ее голосе не было никаких оттенков, простая констатация факта.
– Не без того. Ведь наш мир движут честолюбивые люди, остальные идут в прицепе, – сдержанно заметил Захар. – Просто люблю быть всюду первым. Ладно, что мы говорим о каких-то глупостях. Может, ты хочешь шампанского?
– Не откажусь, – согласилась девушка.
Она села на диван и укрылась легким покрывалом. Получилось что-то похожее на греческую тунику. Захар поднялся и, не стесняясь собственной наготы, подошел к столу и разлил шампанское в бокалы. От его внимания не укрылось, какими глазами оценила его фигуру Инна – быстро и одновременно очень цепко. Так смотреть может только опытная женщина, искушенная прелестями разврата, и только небольшое красное пятно на покрывале свидетельствовало, что это не так.
Захар сел рядом, слегка приобняв Инну. Все слова казались излишними, а потому следовало помолчать. Даже выпили без тоста, лишь слегка соприкоснувшись бокалами.
Пустые бокалы поставили рядом, на пол.
Захар предпринял попытку прижать к себе Инну покрепче и продолжить начатое, но неожиданно натолкнулся на уверенное и крепкое сопротивление девушки.
– Не надо, – виновато произнесла она, – у меня там все болит.
– Понимаю. – Голос Захара звучал почти виновато.
– Я сейчас приду, мне надо в душ, – тихо произнесла Инна и, прижав к груди покрывало, заторопилась в ванную.
Раздался плеск воды. Совсем неожиданно он подействовал на Захара убаюкивающе. Сон навалился на него тяжелой плитой. Теперь у него не оставалось сил, чтобы даже пошевелиться. Не сопротивляясь более желанию, он сомкнул веки, успев подумать о том, что так бездарно прошел сегодняшний день и вместо долгожданной ночи любви пришлось уснуть на краешке дивана.
…Захар проснулся оттого, что в его глаза ударил свет. Некоторое время он пытался противостоять его бесцеремонному вторжению, но солнечный поток навязчиво проникал даже через крепко сомкнутые веки.
Открыв глаза, он увидел сидящего в кресле Шибанова. Гриша неторопливо и с большим изяществом пережевывал куски буженины.
Неприкрытый, Захар чувствовал себя в присутствии Шибанова необычайно глупо. Поднявшись, опрокинул бокалы на пол (ладно, не разбил!), Гриша как будто не замечал его пробуждения, даже не глядел на него, а с аппетитом продолжал свою трапезу. Создавалось впечатление, что он явился в эту квартиру лишь для того, чтобы покушать.
– Очухался? – наконец спросил Григорий, проглотив последний кусок.
– Как ты сюда попал? – хмуро поинтересовался Захар, застегивая брюки.
Шибанов повертел в руках ключ:
– Как и положено, через дверь. Или ты думаешь, я, как домушник, должен через форточки врываться?
– Я думал, что ключ только у меня, – не то пожаловался, не то обиделся Захар.
– Хочу тебе сказать, лейтенант Маркелов, что трахаться не только ты один любишь. В этом отношении у меня тоже все в порядке. А когда Степан укатил за океан, то ключи оставил нам обоим. Он любит проделывать такие фокусы. Я сначала удивлялся. Думаю, откуда в мусорном ведре презервативы валяются? И решил посмотреть, кто сюда приходит. Сначала думал, что кто-нибудь из местных ребятишек балует, узнали, что квартира пустая, вот и развлекаются втихомолку. Грабить не грабят, чтобы осложнений с законом не возникло, а вот девочек приводят регулярно, оттянуться на полную катушку. И, признаюсь, очень удивился, когда здесь нарисовался ты. Кстати, буженина и шампанское были мои, – посмотрел капитан на Захара, уже одевшегося и присевшего напротив. – Мясо, так и быть, я тебе прощаю, тем более я сам доел остатки, а вот шампанское, будь добр, верни! Тем более оно не простое, а фирменное. Я как раз завтра с девочкой хотел сюда завалиться.
– Ладно, принесу, – невесело буркнул Захар.
– Ба! А это что такое? – показал Шибанов на бурое пятно в самом центре покрывала. – Да никак кровь! Я вижу, ты не брезгливый, молодец, – уважительно протянул капитан.
– Здесь не совсем то, – хмуро пробасил Захар. – Девочка попалась. Измучился, думал, не одолею, но вот, видишь, – махнул он рукой в сторону постели, – справился.
– Что я могу сказать? Герой! Пробил, так сказать, дорогу для остальных. А вот только диван ты испачкал, – покачал головой Шибанов. – Степан не простит тебе такого кощунства над своей мебелью, ткань менять заставит.
– Что ж делать, поменяю, – примирительно согласился Захар. – Только когда это еще будет, он ведь не раньше чем через полгода объявится.
– А где твоя подружка-то? Что-то я ее не видел.
– Сам не знаю, – пожал плечами Захар. – Я вчера очень устал… Навалилось всякого разного. Как дело свое сделал, прилег на диван, проснулся – ты здесь, а ее уже нет.
– Ладно, не переживай, отыщется, – успокоил его Григорий. – Если была девочка, то никуда от тебя теперь не денется, они очень прилипчивые. Поверь мне! Была у меня одна такая, как-нибудь расскажу. Но я к тебе не просто так пожаловал.
– Дело, что ли, какое? – безрадостно поинтересовался Маркелов.
– Угадал. И знаешь, кто тобой заинтересовался?
– Кто же?
– Полковник Крылов!
– А ему-то я зачем? – едва не поперхнулся Захар. – Ведь я же в отпуске!
– Тут такое дело, Захар… Ты уж меня извини, но я обещал ему срочно тебя разыскать.
– Но хоть пару дней ты мне дашь покуражиться? Только-только мои сердечные дела настраиваться начали, – искренне посетовал Захар. Он взял бутылку шампанского, с интересом заглянул внутрь и вылил на язык несколько капель. – Кисло, зараза! Удивляюсь, как это я вчера полбутылки выдул. Сейчас бы пивка! – мечтательно протянул Захар.
– Не советую, – отрицательно покачал головой Григорий. – Господин полковник не любит, когда ему дышат в лицо перегаром. Ты не смотри, что он снаружи рыхлый и производит впечатление добрячка. На самом деле у него внутри сталь, я на собственной холке уже успел в этом убедиться.
– Не знаю, что на меня вчера нашло, но я от полбутылки шампанского вырубился. Лежал пластом, будто бы водяры нахлебался, – удивился Захар.
– Может, твоя девочка чего-нибудь недозволенного в бокальчик подсыпала? – прищурился капитан. – Давай пробьем, что за особа. В два счета на чистую воду выведем.
– Девочка здесь ни при чем, – махнул рукой лейтенант. – Она чиста, как ангел, это я вчера немного подустал. Ну что, едем к полковнику? – посмотрел Захар на Шибанова. – Твоим ключом дверь закроем или мне свой достать?
Капитан невольно хмыкнул:
– Вижу, что ты созрел. Ладно, я сам достану. Давай на выход.
Глава 9
ЧТЕНИЕ ЛИЧНЫХ ДЕЛ – ЗАНЯТИЕ УВЛЕКАТЕЛЬНОЕ
Полковник не проронил ни слова, лишь только хмурился, что – то хмыкал себе под нос, иногда невесело улыбался, будто читал не личное дело лейтенанта Маркелова, а занимательное криминальное чтиво. Обнаружив очередное взыскание, Геннадий Васильевич вздохнул и поднял грустные глаза на своего собеседника, вконец искрутившегося на жестком стуле. Похоже, что стул был для него мал, еще совсем немного – и тощий зад лейтенанта скатится на дубовый паркет.
Но неожиданно полковник бодро поинтересовался:
– Это все про вас?
– Что именно, товарищ полковник?
– Ну, все то, что написано в вашем личном деле.
Лейтенант неопределенно пожал плечами (этот толстяк умел дать под самый дых, как заправский боксер) и ответил, покрываясь краской смущения:
– Мне не доводилось читать своего личного дела, но, наверное, там много неприятного.
– Признаюсь, очень увлекательное чтение. Я бы с удовольствием дал вам почитать, но… инструкции не позволяют. Так что попробуем обойтись без этого. Для нашего дела вы подходите идеально. То, что мы хотим поручить вам, еще полнее раскроет ваши артистические способности… Что же вы молчите-то, не желаете спросить, чем именно вам предстоит заниматься? – хитро посмотрел полковник Крылов на Маркелова, который будто бы вмерз в стул.
– Как-то не положено спрашивать у начальства, – дипломатично изрек Захар.
– Это ты верно заметил. Не положено. Но в твоем деле написано… – Полковник полистал страницы, выразительно хмыкнул и, плутовато посмотрев на Маркелова, продолжал: – Что ты более наглый. Так верить этому или нет?
Захар только повел плечами, как бы утверждая: бумага все стерпит, на ней еще и не такое можно нацарапать.
– Ничего не могу добавить, товарищ полковник.
– И правильно, – назидательно произнес Крылов. – Вижу, что ты еще и умом не обделен. А в наше время это очень большая редкость. Да не ерзай ты, наконец! Штаны до дыр протрешь! А они казенные, потом за свой счет покупать будешь. Опять же, финансовые траты, в долги залезешь, а тебе это ни к чему, с твоим-то окладом. А этот прокольчик на нервной системе может отразиться. Например, пригласишь какую-нибудь девушку в ресторан, а потом посуду начнешь сгоряча бить, официанту шею намылишь за то, что он к твоей девице пристает.
– Про это в деле тоже написано? – приуныл Захар.
– А ты что думал? Мы, брат, милиция, а она не только за порядком на улице смотрит, но еще за чистотой собственных рядов. Есть такое понятие «оперативные источники», не мне тебе объяснять, что это такое. Они и сообщили, что ты любишь устраивать дебоши в общественных местах. Странно, что тебя до сих пор еще из уголовки не поперли.
– Значит, настучали все-таки.
Полковник, подняв палец вверх, поправил:
– Не настучали, а поставили в известность. Всякую вещь нужно называть своими именами. Я тоже, бывает, хожу в рестораны. Но хочу сказать тебе откровенно, – полковник Крылов прижал пухлую ладонь к груди, – я не бью по роже всех тех мужчин, что смотрят на мою жену. А она, поверь мне, старому дураку, очень даже хороша! Я ведь второй раз женат и женушку выбрал на двадцать пять лет моложе себя. Так что она при роскошной заднице и с красивой физией. Мужики заглядываются! А я ведь не в пример круче тебя, мог бы звездануть чересчур нахальных по роже. Но ничего, терплю. И знаешь почему? – простецки поинтересовался полковник.
– И отчего же, товарищ полковник? – Разговор принимал интересный оборот.
– А потому что законность должен соблюдать, вот так-то!
– Но я ведь в тот день одного уркача задержал со «стволом». А он в федеральном розыске целый год числился.
– Знаю, – отмахнулся полковник. – Здесь этот подвиг тоже отображен. Поэтому ты до сих пор и разговариваешь со мной. Правда, что ты специалист по рукопашному бою?
– Правда, – слегка смущенно отозвался Захар, – так вы же мне сами подписывали разрешение на командировку для участия в соревнованиях.
– Давно это было?
– Полгода назад.
Полковник выглядел обескураженным:
– Хм… Ничего не помню. Да здесь и немудрено, столько приходится разных дел за день решать, что просто голова идет кругом. Ну и как ты выступил? – с любопытством посмотрел полковник на лейтенанта.
– Вторым стал.
– Что ж не первым-то? – разочарованно хмыкнул Геннадий Васильевич.
– Можно было бы и первым, просто не повезло. Состав был очень сильный. А проиграл я призеру чемпионата мира по самбо. Да и то по очкам.
– Не думал, что ты такой… способный.
Захар пожал плечами:
– Старался.
– Так ты еще и скромный! – удивился полковник. – Хвалю. Из твоего дела видно, что ты еще и неплохо стреляешь.
Маркелов улыбнулся. Оказывается, полковник был способен на шутку.
– Здесь произошла другая история. Когда я в армии в учебку попал, то в первую же неделю у нас стрельбы были. Так получилось, что я отстрелялся в пятерке лучших. А потом несколько месяцев мы автоматы пристреливали. Вот и научился малость.
– А в твоем деле отмечено, что по стрельбе из «АКМ» ты лучший в округе, – будто бы засомневался полковник, испытующе сверля его глазами.
– Отстрелялся я действительно лучше всех, – как бы нехотя признался Маркелов, – но ребята не хуже. Просто в этот день в отличие от многих я не нервничал, да и поспал неплохо.
– Ладно, – пятерня полковника решительно легла на картонную обложку, – теперь давай поговорим о деле. Не возражаешь?
– Разве я бы посмел?
– А ты, я замечу, большой дипломат. А дело вот в чем… Про налет на отделение ВОХРа слышал?
– Конечно, – кивнул лейтенант. – Двое убитых. А еще бандиты унесли несколько ящиков с оружием.
– Верно, вот в нем-то все и дело, – согласился Геннадий Васильевич. – А если говорить конкретно, то было вынесено несколько ящиков со снайперскими винтовками и пятьдесят пистолетов «ТТ».
– Нехило, – призадумался Захар.
– Вот именно. Оружие было взято под какую-то конкретную акцию. Какую именно, мы пока не знаем. По этому вопросу есть только предположения, но никаких фактов или оперативных данных. А нужно немедленно установить, кто это сделал, чтобы изъять украденное. Теперь ты понимаешь важность работы?
– Кажется, да. – В голосе Маркелова не было уверенности, он так и не смог понять, в какую сторону клонит полковник.
– Мы подозреваем, что в этом деле замешан кто-то из вохровцев. Возможно, кто-то из их родственников. Они могли пользоваться доверием остальных и иметь доступ в здание. – Задумавшись, полковник добавил: – Но скорее всего здесь вероятнее первое. Так вот, мы хотим внедрить в охрану своего человека – способного, умного, причем важно, чтобы он обладал какой-то жилкой авантюризма и изнутри посмотрел за тем, что там происходит. И конечно же, чтобы он вывел нас на людей, которые совершили ограбление. Ты понимаешь, о чем я говорю?
– Очень верное решение, товарищ полковник, – быстро согласился Маркелов.
– Так вот, этим человеком должен быть ты.
– Я?! – невольно вырвалось у Захара.
Крылов, немного помолчав, продолжал размеренным тоном, как бы не замечая недоуменного восклицания:
– Твоя кандидатура уже утверждена. Мы тебе сделаем документы – паспорт, водительское удостоверение, всевозможные выписки, характеристику с твоей прежней работы. Словом, все то, что тебе может пригодиться для твоей второй жизни. Придумаем легенду. Здесь нам придется поработать на совесть, – пальцы полковника нервно застучали по столу, – проколов быть не должно, и нужно продумать каждую мелочь. Помнится, ты откуда-то с севера.
– Из Воркуты.
– Хм… Знаменательный город – лагеря, колючая проволока. Ну-ну… Так что тебе не придется чего-нибудь особенного выдумывать. А кто твои родители?
– Из детдома я. Есть только брат, двоюродный.
– Ах, да! Извини… Дело еще более упрощается, по многим вещам тебя и вовсе не нужно будет инструктировать. Ты будешь играть этакого разбитного, бесшабашного парня. Скажем, рубаху-парня. Если будут спрашивать, зачем устроился на такую малоденежную работу, отвечай, что хочешь иметь свободное время. Сутки работаешь, трое отдыхаешь, это мечта каждого работяги. Не скупись! Деньги мы тебе выделим. Если будут спрашивать, откуда копейка, глубокомысленно помалкивай. Веди себя, как шалопай. Задирать никого не надо, и в стороне стоять тоже ни к чему. Как выдадут оружие, обмолвись, что вот с таким бы оружием – да на большую дорогу. И последи за реакцией остальных. Это важно!.. Может быть, что-нибудь и проявится. Тебе все ясно?
– Как будто бы все, – попытался придать уверенности своему голосу старший лейтенант Маркелов.
– Хм, рановато ты успокоился, – укорил его полковник Крылов. – Что же ты не спрашиваешь, как будешь связываться с нами?
– Думал, сами скажете.
– Так вот, никаких хождений в уголовку. Звонков тоже не должно быть. У меня такое ощущение, что здесь не все так просто, как кажется на первый взгляд. Не исключено, что тебя могут элементарно подслушать, а значит, категорически никаких звонков!
– Понял, товарищ полковник.
– Связываться будешь через нашего человека. – Крылов порылся в карманах, выудил оттуда горсть мелочи, клочки бумаг и, не сдерживая досады, произнес: – Все хочу произвести ревизию в своем кармане, больно уж мусора много накопилось, да вот как-то руки не доходят. Ага, подходит!.. Запомни вот этот значок. – Захар всмотрелся. Обыкновенный металлический кругляш с изображением какого-то здания. – Человеку, который покажет тебе этот значок, ты должен будешь подчиняться во всем. Он и будет твоим связным. Понятно?
– Так точно, товарищ полковник!
– Чего улыбаешься-то?
– Да все как в детективе. – Губы старшего лейтенанта расползлись еще шире.
– Ах вот оно что… Хм, если ты не знаешь, так хочу тебе заметить, что наша жизнь и есть сплошной детектив. Ну да хватит лирики. Ладно, иди, дел у тебя будет много, так что готовься. И еще вот что… с бабами поосторожнее, – строго наказал полковник, – никаких откровений. Ты меня хорошо понял?
– Так точно, товарищ полковник! Разрешите идти?
– Ступай, – и, отпустив старшего лейтенанта, не без интереса возобновил дальнейшее изучение личного дела Маркелова.
Глава 10
ТРУДОВОЙ ДЕНЬ НАЧАЛСЯ – ПОЛАГАЕТСЯ ЗАЛИТЬ ПОД ЖАБРЫ
Начальник ВОХРа Абрамов Валерий Петрович аккуратно перелистывал трудовую книжку Захара.
– Однако, я посмотрю, по России вы поколесили немало. И что, больше года нигде проработать не сумели?
– Не получалось, – озорно улыбался Захар, демонстрируя безупречные зубы.
– Почему же не получалось: работа не нравилась или, может быть, люди не подходили?
Он намеренно не предлагал новичку присесть – некий тест на нахальство – и не без удовольствия следил за его дальнейшей реакцией. Однако ждать пришлось недолго. Выждав положенную пару минут, тот сел в свободное кресло и уставился на него непроницаемым взглядом. Валерий Петрович старательно делал вид, что не замечает самодеятельности новичка, и углубился в записи трудовой книжки.
Подождав еще минуту, новичок скрестил ладони на затылке, всем своим видом демонстрируя безразличие и скуку. А уж это было через край! Привыкший к армейской собранности, Абрамов не допускал разболтанности в подчиненных и сейчас быстро соображал, как правильнее следует реагировать на подобное действие.
Будь на месте этого парня кто-то другой, так он мгновенно выставил бы его за дверь, но перед ним был родственник его армейского приятеля. А Абрамов, в свою очередь, был обязан тому не только новым назначением, но и разного рода приработками, а поэтому старался услужить. Так, например, три дня назад приятель почему-то попросил его джип «Ниссан». Уважил. А сегодня в мягкой форме попросил о приеме в штат его родственника.
И попробуй откажи!
Похоже, молодой нахал осознавал собственную силу и вел себя в его кабинете, как в борделе низкого пошиба. Единственное, что остается делать, так это не заметить его наглости.
– А кем вы приходитесь Валентину Викторовичу?
– Это мой дядя.
– Ладно, вижу, что вы переменили множество мест, но очень надеюсь, что у нас вы останетесь надолго. Коллектив у нас неплохой, ребята все молодые, озорные, думаю, что вы с ними подружитесь. – Абрамов делал вид, что ничего не произошло. – К работе можете приступать завтра же. Инструктаж получите на месте. Начальником твоей смены будет Иван Степанович Федосеев. Работник он опытный. Можно сказать, уже старик, но дело свое знает куда лучше молодых и разгильдяйства на работе не потерпит.
– Понятно, – привстал Захар. – К порядку я тоже привык. В тягость не будет. А что там у вас случилось? Будто кто-то на охрану наехал?
– А разве дядя не рассказывал? – удивился начальник охраны.
– Так, упомянул что-то, – признался новый сотрудник.
– Ну, ничего, выйдете на работу, вам все расскажут в деталях.
* * *
Рабочий день Маркелова на новом месте сюрпризов не принес. Все выглядело до обыкновенного просто. Начальник смены – Иван Степанович Федосеев – дружески хлопнул его по плечу и весело поинтересовался:
– В армии служил?
– Было дело, – сдержанно заметил Захар, не решаясь вдаваться в подробности.
– Вот и отлично, – неожиданно возрадовался старик. – Будешь стоять на воротах, в «глазок» смотреть, кто подъехал. Спросишь пропуск, все как положено, а если возникнут хотя бы сомнения, связывайся со мной. Я распоряжусь!
– Понял, – задорно отозвался Захар. – А стульчик к воротам можно припереть, чтобы ноги не уставали?
Федосеев с интересом уставился на новенького:
– А ты, я вижу, комфорт любишь.
– А кто ж его не любит, – дерзко, не соблюдая дистанции, отозвался Захар.
– За комфорт платить нужно, – очень серьезно заметил Иван Степанович. – А потом, ведь начало твоей трудовой деятельности отметить нужно. Без этого здесь никак. Традиция такова! Не я начинал ее, и не мне забывать, – как-то торжественно подчеркнул старик. Судя по его отвислым щекам, на которых отчетливо обозначились крохотные ручейки лопнувших сосудов, он понимал толк в крепких напитках. – Иначе работа не заладится.
– За этим делом не станет! – объявил бодро Захар. – Как смена закончится, так и вспрыснем под жабры.
Кроме старика, в его смене было еще два человека. Первого все звали Гарик. Это был крупный мужчина лет тридцати, с сонливым выражением лица, как будто он только что отошел от многомесячной спячки. Его движения были заметно заторможены и ленивы, словно он делал снисхождение всем присутствующим. Второй – немного постарше Захара, сухощавый и выцветший, как мартовский кот. Он ходил пружинистой, легкой походкой и напоминал бывшего гимнаста. Звали его Егор.
Оба оказались москвичами и жили в пределах Садового кольца. К Захару они отнеслись покровительственно, как это случается со столичными жителями при встрече с дремучей провинцией. И лишь однажды Маркелов уловил неприязненный взгляд Гарика, который смотрел на нового сотрудника, как на дешевую лимиту, решившую в скором порядке изгадить все московские подъезды.
Маркелов решил присмотреться к Гарику.
День протекал обыкновенно. Даже где-то скучновато. Похоже, что такой же тоской маются и все остальные. Но скоро он убедился, что это не совсем так: Федосеев баловался кроссвордами, а Гарик листал красивые и толстые журналы с грудастыми тетками на цветных вкладышах. А кроме того, все нещадно эксплуатировали телефон, и казалось, что в интимных отношениях с охраной состояла половина гражданок столицы.
Однако увлечения сотрудников не отражались на работе – дело свое они знали неплохо. Были недоверчивы и придирчивы одновременно. Впрочем, когда отвечаешь за выдачу оружия, другого отношения быть не должно. В этот день Захар стал невольным свидетелем того, как они отказали в выдаче пистолета вохровцу, проработавшему в охране пятнадцать лет, лишь только потому, что тот позабыл служебное удостоверение.
Ночь прошла спокойно. Дважды подъезжал наряд патрульно-постовой службы и, выпив на дармовщинку кофейку с бутербродами, уезжал в ночь.
Невольно Захар стал присматриваться к подъехавшему наряду, ожидая, что кто-нибудь из них покажет ему условленный знак. Но через минуту общения с ними понимал, что сержантов милиции ничего не интересует, кроме получения мзды с частного предпринимателя. Впрочем, судя по их намекам, у них имелась еще одна страстишка – девочки с Тверского бульвара. Похоже, что за свой покой барышни расплачивались с неунывающими сержантами собственными телами.
Часа за два до конца смены к Захару подошел Егор.
– Ты грозился отметить с нами начало трудовой деятельности, – и, задержав холодные, чуть пытливые глаза на лице Захара, уточнил: – Или все-таки пошутил?
– Базара нет! – охотно откликнулся Маркелов. – Что я, не понимаю, что ли? – И, как бы спохватившись, добавил, посмотрев на часы: – Но ведь смена!
– Через пятнадцать минут подойдут двое наших. Они вместо нас подежурят. А мы с тобой за водярой смотаемся. Идет?
– Заметано! – с воодушевлением ответил Маркелов, словно бы предвкушая нешуточное веселье.
Так и случилось. Не прошло и получаса, как раздался хозяйский звонок, и следом, опережая возможный вопрос, послышался развязный окрик:
– Степаныч! Ты что, уснул, что ли, там? Свои это!
На мониторе Захар рассмотрел двух людей в камуфляжной форме. Похоже, те самые, о которых говорил Егор.
Открывать он не спешил, приучая гостей к дисциплине, и, потомив несколько минут, спросил:
– К кому?
– Ты чего, охренел, что ли? – завозмущался один из пришедших, с рыжеватой коротенькой шевелюрой. – Своих не узнаешь?
Лицо второго показалось Захару знакомым. Он невольно вздрогнул, подумав о том, что встреча могла состояться в одном из кабинетов на Петровке.
– Похоже, что парень из новеньких. Он нас еще не знает. Эй, как там тебя, позови Степаныча, скажи, что свои пришли.
Знакомым был даже голос, чуть шепелявый, с претензией на значимость.
Маркелов включил селекторную связь и проговорил:
– Здесь пришли двое. Говорят, к Степанычу.
– Пусти, – раздался добродушный голос Федосеева. – Это свои ребята, тебе с ними работать.
– Понял, – отозвался Маркелов и, предчувствуя самое недоброе, открыл дверь.
Захар вспомнил его мгновенно, едва тот перешагнул порог. Это был тот самый тип, с которым он сцепился в последний раз в ресторане. С минуту гость рассматривал Маркелова, вспоминая его, а потом, обнажив в усмешке фиксу, произнес просто, как будто пришел лишь затем, чтобы навестить его:
– Я же сказал, что найду тебя, падла! Вот и нашел. Сколько же мы с тобой не виделись? Дней десять? Хороший срок. Счетчик-то – он тикает, денежки идут, – неторопливо наступал он на Маркелова. Парень с рыжеватым бобриком с интересом смотрел на Захара, ожидая его реакции. – Теперь ты от меня никуда не денешься, козел. Знаешь, сколько моя обида стоит?
Захар не отступал, понимая, что от того, как он сейчас себя поведет, зависит судьба всей операции. Неплохо было бы обратить все в шутку, постучать белобрысому по плечу и пообещать немереное количество баксов. Но всякий его шажок в сторону будет воспринят окружающими как обыкновенная трусость.
– Послушай, о чем ты? – попытался изобразить он удивление.
Захар сразу почувствовал, что получилось на редкость скверно, – выдали губы, неожиданно потерявшие гибкость.
– Ты что ваньку валяешь? Ты меня что, за фраера малахольного, что ли, держишь? Ты с телкой был, а потом «стволом» у меня под носом размахивал! Я твою рожу и в аду помнить буду. Если не хочешь, чтобы тебя здесь уделали, завтра мне десять тысяч баксов пригонишь. Ты меня понял? Кузя, – повернулся он к рыжему, который стоял здесь же и со зловещей улыбкой посматривал на Захара, – это тот самый пидор, про которого я тебе рассказывал.
Адреналин, прорвав все запруды, забурлил и ударил кровью в лицо:
– Ты мне за базар ответишь, тварь! Не посмотрю, что при свидетелях, уделаю, как падаль!
– Ну, чего ты раздухарился, Ворона, – услышал Захар за спиной голос Федосеева. Похоже, что старикан был здесь в авторитете. Ворона как-то заметно скис и неловко отступил назад. – Если работать не желаешь, так я тебя быстро рассчитаю, желающих на твое место предостаточно найдется. Хватит с меня приключений! – рубанул он ребром ладони себе по горлу. – Мне такие духаристые работнички без надобности! Это наш новый сотрудник, звать Дмитрий Петров. Прошу любить и жаловать. Он подо мной! Хороших людей я сразу вижу. А если он перед тобой чем-то виноват… так две бутылки водяры сверху поставит. Вот на этом инцидент считаю исчерпанным. Понятно? – строго посмотрел он на Ворону. – Чего молчишь, я с тобой разговариваю, – грубовато поторопил Федосеев.
– Да.
– А теперь пожмите друг другу руки. Повторять не буду.
Ворона неохотно протянул руку, продолжая сверлить взглядом Захара. Рукопожатие у него оказалось вялым.
– Вот так-то. И чтобы не заводились. Теперь вы вместе работаете. Ясно? А ты марш за водярой, да чтобы не скупился! – шутя подтолкнул в спину Маркелова Иван Степанович. – А чтобы тебе скучно не было, провожатого возьми. Егор, сходи с новичком в магазин.
– Вопросов нет, – засветился надраенным самоваром напарник. – Ну что, пойдем, – весело посмотрел он на Захара и шагнул за территорию.
У самых ворот Захара несильно попридержал за рукав Ворона.
– Ты думаешь, что «фуксом» прошелся? – процедил он сквозь стиснутые зубы. – У нас с тобой еще будет времечко перетереть тему.
Захар зло выдернул рукав и, не ответив, заторопился следом за Егором, пружинисто удаляющимся по аллее.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?