Текст книги "Дело беглой медсестры"
![](/books_files/covers/thumbs_240/delo-begloy-medsestry-66412.jpg)
Автор книги: Эрл Гарднер
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 13 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 3
Постучали условным стуком, и Делла Стрит открыла дверь. Пол Дрейк, высокий худощавый мужчина, с глазами, которые, казалось бы, ничего не видят, а на деле видят все, вошел в кабинет, сел в свое любимое кресло с обитым кожей сиденьем и принял привычную позу.
– Итак? – спросил Мейсон.
Дрейк покачал головой.
– Ничего.
– Что ты имеешь в виду? – В голосе Мейсона появилось раздражение. – Твои люди не смогли выследить тех, кто преследует миссис Мальден?
– Не то, – ответил Дрейк, вынимая сигарету. – Никаких преследований нету.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Мои люди – ветераны. Их не обмануть. Я послал к ее дому одного из лучших.
– Он следил за миссис Мальден?
– О да. И надежно. Его задание – не упускать ее из виду и узнать, не следит ли за ней еще кто-либо.
– Так был там другой?
Дрейк отрицательно покачал головой.
– Где он застал ее?
– У себя дома.
– Куда потом она направилась?
– Прямо сюда. Да так скоро, как только смогла. Машину оставила на стоянке и поднялась сюда. Когда шла, казалось, очень спешила… Теперь заметь, Перри, трудно преследовать человека и одновременно удостовериться, что за ним не следят. Но у моего человека преимущество: он знал, куда она пойдет. И как только убедился, что направляется туда, куда ожидалось, поотстал и стал наблюдать. И никакой слежки за ней не обнаружил… А к тому времени, как ты позвонил после ее ухода, я послал на задание еще одного и узнал, что, когда она отсюда вышла, никто другой ее не преследовал. Номер Два следовал за номером Один немного поодаль. Он не мог не заметить преследователя, если б таковой был. Как ты и предположил, миссис Мальден прямо отсюда отправилась в меблированные комнаты в Диксивуде.
– Как долго пробыла там? – спросил Мейсон.
– Не больше восьми-десяти минут.
– Зашла в квартиру 928-Б?
– Черт возьми, Перри, этого сказать не можем. У нее был ключ от входной двери. Из вестибюля пошла наверх. У нее там либо квартира, либо знакомые, и у нее ключ от их квартиры. Попытаться протиснуться за ней в лифт для моего оперативного сотрудника неприемлемо. Но мы точно знаем, что она была где-то на девятом этаже, потому что лифт остановился там.
– Хорошо, – сказал Мейсон, – продолжай! Что было потом?
– Выйдя оттуда, она направилась к своему дому. Как только доберется, тотчас буду знать. Сейчас на задании трое, больше, чем нужно. Ты понимаешь, я послал так много людей, чтобы наверняка выяснить, кто за ней следит, и разузнать все о преследователях. А это дело трудное.
– Давай задержим их на задании еще некоторое время, – распорядился Мейсон.
– У нас еще одно преимущество, – продолжал Дрейк. – Есть кому принимать сообщения. Если хочешь, сейчас свяжусь со своей конторой и проверю, получено ли что-нибудь новое за последние одну-две минуты.
– Что обнаружилось в Солт-Лейк-Сити, Пол?
– Побойся бога, Перри! Мы только что начали. Я связался с резидентом в Ута. Люди уже задействованы. Там хотели знать, сколько послать оперативников. Я сказал – сколько потребуется. И еще что нужны быстрые действия.
– Пол, а как насчет тех, кто следил за ней до меблированных комнат в Диксивуде?
– Что ты имеешь в виду?
– Они надежные?
– Лучшие.
– А как у них с честностью?
– Сто процентов.
– В качестве свидетелей не подведут?
– Разумеется, нет.
– Хорошо, тогда я спокоен.
– В каком смысле?
Мейсон пояснил:
– Я почти уверен, что миссис Мальден станет утверждать, будто после того, как ушла от меня, она и близко не подходила к меблированным комнатам в Диксивуде. Да, вряд ли осмелится сознаться, что была там.
– Она твоя клиентка? – нахмурился Дрейк. – Или нечто в другом роде?
Мейсон ухмыльнулся.
– Только клиентка, Пол. Думаю, будет утверждать, что я нашел и присвоил кое-какие принадлежавшие ей деньги.
– Да, это интересно, – сказал Дрейк. – И сколько?
– Сто тысяч долларов.
– Поздравляю, Перри! Ты не клюешь по мелочам, не правда ли?
Мейсон сказал:
– Это одна из негативных сторон профессии адвоката. Мы фактически зависим от клиента. Некоторые женщины нанимают тебя, преподносят вымышленные факты и уйму выдумок, а пока расследуешь все это, можешь подорвать свою репутацию.
– Твоя репутация уже замарана? – спросил Дрейк.
– Пока нет, – опроверг Мейсон. – И надеюсь ее еще повысить. Подождем полчаса, Пол. Посмотрим, не будет ли чего нового. Затем пойдешь в свою контору и будешь контролировать ситуацию. Если что-нибудь обнаружится, позвони. А теперь хотелось бы, чтобы ты еще кое-что сделал.
– Давай. – Дрейк вынул блокнот.
– Квартира 928-Б в меблированных комнатах в Диксивуде, – пояснил Мейсон. – Прикрепи к ней кого-нибудь. Если кто-либо туда придет в любой час дня и ночи, нужно его выследить.
– Хорошо. А с квартирой как? Если мой человек пойдет за посетителями, наблюдение прекратить?
– Нет. Наблюдай и за квартирой.
– Значит, нужны как минимум два оперативника, – подумал вслух Дрейк. – В резерве у меня трое. Нет, четверо.
– Пошли их, – предложил Мейсон.
Дрейк ухмыльнулся.
– При таком размахе тебе придется украсть для ровного счета еще сто долларов. Но чтобы обзвонить всех и послать на задание, потребуется не меньше двух часов. Хорошо, Перри. Пойду в свою контору и отправлю людей на работу. Ты еще побудешь здесь?
– По крайней мере, полчаса. Мы свяжемся.
– Хорошо, примусь за дело. Если не позвоню, значит, миссис Мальден направилась прямо домой. А в противном случае, если будут новости, сообщу. Сейчас обзвоню агентов, а беспокоить тебя по мелочам не буду. По дороге остановись у моей конторы.
Пол Дрейк поднялся со стула, тяжело вздохнул, предвидя ночное бдение, и вышел.
Глава 4
Мейсон взглянул на часы.
– Ну, Делла, прошло сорок пять минут. Думаю, ничего нового пока не будет. Мы тоже можем закругляться. Остановимся у конторы Пола и узнаем, что делается. Может быть…
На столе Деллы зазвонил телефон.
– Это Пол, – сказала Делла.
Мейсон взял телефонную трубку:
– Привет, Пол. Что нового?
Дрейк сказал:
– Перри, возникли затруднения. Твои подозрения оправдались. Ее преследуют.
– О черт! – воскликнул Мейсон. – Имеешь в виду, твой агент ошибся?
– Нет, не ошибся, – возразил Дрейк. – Вероятно, ей удалось временно оторваться от преследователей. Когда вернулась из твоей конторы и отправилась в Диксивуд, за ней точно никто не следил. А теперь следят.
– Расскажи подробнее, – попросил Мейсон.
– Дело сейчас обстоит таким образом, Перри. Из Диксивуда она поехала прямо к себе. Побыла дома пять-десять минут, затем отправилась на прогулку. И на этот раз мои люди убедились, что она ведет за собой «хвост».
– Куда она пошла?
– В меблированные комнаты в Эрине. Заведение изысканное. Помещения разукрашены и претендуют на большее, чем просто гостиница.
– Продолжай, – сказал Мейсон.
– Она посетила мужчину в угловой комнате на третьем этаже. Он был дома.
– Как узнали?
– Минуточку. Один из моих оперативников просматривал улицу, другой наблюдал за домом. Он увидел, что в юго-восточной угловой квартире зажегся свет.
– Это могло быть сигналом? – спросил Мейсон.
– Возможно, и так, Перри. Однако через промежуток времени, достаточный, чтобы подняться наверх, мужчина подбежал к окну и плотно задернул занавески, будто хотел спрятать кого-либо.
– Женщину видели? – спросил Мейсон.
– Нет. Просто задернули занавески.
– Тогда это только предположение, – сказал Мейсон.
Дрейк не согласился:
– Помни, Перри, на задании двое. Один из них расспросил управляющую о свободных комнатах и перевел разговор на людей, проживающих в заведении. Настаивал, что ему нужны определенного рода комнаты и он готов заплатить дороже. Наконец, осведомился о выходящих на юго-восток квартирах третьего, четвертого и пятого этажей и спросил, свободны ли они. Управляющая оказалась разговорчивой и немного рассказала о жильцах. Угловая квартира на четвертом этаже на юго-восток через две недели освободится. О живущей там девушке сказать ничего не может. На пятом этаже проживает секретарь, человек заурядный. С ним, очевидно, все в порядке. А квартиру на третьем этаже занимает некто Кастелла. Она думает, квартира, возможно, освободится, ибо жильцу, по ее мнению, придется искать работу. Мой человек сумел ее разговорить. Оказалось, Кастелла работал шофером доктора Мальдена и выполнял его различные поручения. Хозяйка, конечно, узнала из газет о смерти доктора Мальдена и полагает, что, поскольку Кастелла остался без работы, он вынужден что-то решить с квартирой. Кредитом он больше пользоваться не может и знает уже или нет, но со вчерашнего дня должен платить наличными.
– Ну, – сказал Мейсон, – это звучит многообещающе. Возможно, Пол, миссис Мальден пошла его навестить. Не исключено, посчитала долгом сказать, что он больше не работает. Но почему не сделала это по телефону?
– Спроси что-нибудь полегче, – сказал Дрейк. – Вот такие, брат, дела.
– Что было потом?
– Она и сейчас там, Перри. Насколько я знаю.
– У тебя на задании двое?
– Да, так.
– И ее кто-то преследует?
– Да. Двое на машине.
– О них ничего не узнал?
– Пока нет. Мои люди записали номер. Я должен посмотреть в справочнике. Я… Минутку, Перри. Звонит другой телефон. Не вешай трубку.
Мейсон подождал, затем в трубке снова послышался голос Дрейка:
– Алло, Перри. Это работа окружных властей.
– Что именно?
– Машина, которая ее преследует.
– Ты уверен?
– Абсолютно. Это один из регистрационных номеров секретных агентов округа.
– Работают под руководством шерифа или окружного прокурора?
– Я думаю, шерифа. Такие номера строго секретны. О них не дают никаких сведений.
– Что-нибудь еще?
– Все совпадает, – сказал Дрейк. – В машине двое. Так работают службы округа, ты знаешь. Где только можно, по двое.
– Хорошо. Разузнай побольше о Кастелле. Как думаешь, Пол, я могу пойти туда и понаблюдать так, чтобы меня не заметили?
– Сомневаюсь, Перри. Ситуация трудная. У меня на задании двое, а ребята, которые в той машине, тоже не новички. Велика вероятность, заметят, что за миссис Мальден еще кто-то следит.
– Этого допустить нельзя, – прервал Мейсон. – Скажи своим, пусть разойдутся, если потребуется, только бы не обнаружилось, что они тоже за ней следят.
– Я скажу, Перри. Но такие дела не всегда сходят гладко.
– Пусть постараются.
– Хорошо. Я велел своему агенту позвонить через пять минут, если она еще не ушла. Когда позвонит, скажу, пусть прекратит, если это необходимо, чтобы избежать разоблачения. Дело в том, Перри, что, если ты попытаешься присоединиться к моим людям, это вряд ли не будет замечено. Тогда за ней потянется караван машин, как хвост у воздушного змея.
– Хорошо, – согласился Мейсон. – Я отвезу Деллу домой, затем поеду к себе. Хочу, чтобы меня держали в курсе. Оставайся у телефона до полуночи. Позвони, если появится что-либо новое.
– Хорошо, Перри. Вероятно, она в этой квартире надолго не останется.
– Ладно. Узнай, что сможешь, о Кастелле. Что делает, как долго работал у доктора Мальдена, что за человек. Приставь к нему наблюдателя. Так думаешь, машина не преследовала ее, когда она во второй раз приходила ко мне в контору, а затем поехала в Диксивуд?
– Мой агент утверждает, что это так, – подтвердил Дрейк. – Конечно, мог и ошибиться.
– Хорошо, – сказал Мейсон. – Возможно, попозже узнаем еще что-нибудь. Будь здоров, Пол. – Адвокат повесил телефонную трубку и сказал: – Поторопись, Делла. Ты едешь домой.
– Не хочется уезжать, когда становится интересно, – возразила она. – Что произошло?
Пока Мейсон складывал газеты в стол и выключал свет в конторе, он успел рассказать ей новости.
– Не могу понять, почему ее преследуют машины секретных служб округа, – недоумевала Делла Стрит. – Если б из ФБР или из казначейства, то…
– Верно, – подтвердил Мейсон. – За этим кроется гораздо больше, чем кажется на первый взгляд. Давай-ка отвезу я тебя домой, а потом вернусь и засяду у телефона.
– Не могу ли я посидеть с вами?
Мейсон усмехнулся и отрицательно покачал головой.
– Тебе нужно выспаться. Завтра придется вести дела в конторе.
Она сказала:
– У меня предчувствие. Вам предстоит опасная ночь.
– Я тоже так думаю, – согласился Мейсон. – Сейчас я по уши увяз в этом деле и хотел бы знать, что еще меня ожидает.
Мейсон подвез ее и задержал машину у входа, пока не убедился, что Делла благополучно вошла в дом, а затем быстро поехал к себе домой. Едва вставил в замок ключ, зазвонил телефон. Адвокат распахнул дверь, схватил трубку и услышал голос Пола Дрейка:
– Твоя особа в Диксивуде, Перри.
– Какая особа?
– По описанию похожая на Глэдис Фосс.
– Давно она там?
– Пять минут. Кажется, у нее ключ и она знает, как пройти.
– Твой агент знает Глэдис Фосс лично или только по описанию?
– Определил по автомобилю: сегодня он покрыл огромное расстояние.
– Почему решил?
– По насекомым на ветровом стекле. Множество москитов, которых здесь нет. Налипли незадолго до наступления темноты. Возможно, где-то около реки. Ветровое стекло сплошь покрыто ими.
– По регистрационному номеру машина ее?
– Верно. Зарегистрирована на имя Глэдис Фосс, улица Кьюнею, 6931.
– Что сообщили из Солт-Лейк-Сити?
– Наши там еще работают. Но полагаю, их можно также отозвать. Доктор Мальден подал заявки на свою регистрацию в гостинице «Капиталь», а неких миссис и мистера Эмбой – в каком-нибудь тихом высококлассном мотеле. Его они зарегистрировали, а миссис Эмбой неожиданно объявилась, сама зарегистрировала себя и своего мужа и заплатила в мотеле за три дня. По описанию похожа на Глэдис Фосс.
– Хорошо, Пол, – согласился Мейсон, – отзови своих из Солт-Лейк-Сити. Теперь это не имеет смысла.
– Я тоже так думаю. Вероятно, Глэдис Фосс – это и есть миссис Эмбой. Узнала, что доктор Мальден погиб, и помчалась назад.
Мейсон сказал:
– Хорошо. Еду в Диксивуд, Пол. Хочу с ней поговорить.
– Мы, конечно, не знаем, сколько времени она там пробудет.
– Будешь держать связь со своим оперативником? – спросил Мейсон.
– Думаю, да. Он должен еще позвонить. Я велел звонить через каждые пять минут на случай, если нам понадобится передать новые инструкции. Если же не позвонит, буду знать, что она ушла из квартиры.
– Скажи своему агенту, чтобы наблюдал за мной, – попросил Мейсон. – Я буду там.
– Если она уйдет, то хочешь, чтобы он последовал за ней?
– Сколько человек у тебя на задании?
– Пока один. Другие еще не приехали. Ожидаю с минуты на минуту.
– Где находится твой человек?
– В вестибюле. Когда кто-либо входит в лифт, он знает, на какой этаж тот едет. Если на девятый, поднимается наверх и ведет наблюдение. Девушка, которая соответствует описанию Глэдис Фосс, поехала на девятый этаж. Мой человек поднялся и посмотрел. В квартире 928-Б горел свет. Таким образом, она точно здесь.
– Скажи своему агенту, чтобы он оставался на месте, – сказал Мейсон. – Увижу его там. Хотелось бы застать ее в квартире, если смогу. Но если она уйдет, полагаю, что важнее полностью контролировать квартиру. Но, разумеется, если неожиданно объявится твой другой оперативник, следует пойти за ней. Но думаю, что застану ее.
Мейсон быстро поехал к меблированным комнатам в Диксивуд и открыл входную дверь ключом, который дала миссис Мальден. Из темноты вышел человек и направился к лифту, Мейсон попытался обогнать его.
– Мистер Мейсон? – спросил человек.
– Да.
– Я поднимусь с вами. Можем поговорить в лифте.
Мейсон нажал кнопку девятого этажа.
– Продолжайте, – сказал он.
– Извините, – сказал детектив, – но мы работаем за вознаграждение. Я получил указание быть очень бдительным.
– О, конечно, – сказал Мейсон и показал свое водительское удостоверение.
Тщательно осмотрев его, человек сказал:
– Хорошо. Я только хотел убедиться. Это все.
– Понимаю.
– Она ушла.
– Давно?
– За две минуты до вашего прихода.
– Что-нибудь взяла с собой?
– Два чемодана.
– Тяжелые?
– Выглядели, будто полны до краев.
– Что с ними сделала?
– Положила в багажник. И уехала.
– Я посмотрю там, – сказал Мейсон.
– Хотите, чтобы я остался с вами?
– Нет. Вернитесь в вестибюль. Номер телефона в квартире – Крестлайн 6-9342. Выключите свет в лифте и повесьте табличку: «Временно не работает». Встаньте у лифта и смотрите на табличку. Кто бы ни пришел, скажите, что, когда вы вошли, мастер работал в лифте и всего несколько минут назад ушел за пробкой или чем-то еще. Попытайтесь выглядеть убедительно. Узнайте, на какой этаж человек хочет подняться. Если на девятый, позвоните по номеру Крестлайн 6-9342.
Человек отметил номер. Спросил:
– У вас есть ключ от квартиры?
Мейсон заверил:
– Думаю, я ее открою.
– Извините меня.
– За что?
– За вопросы, – сказал детектив. – Я здесь затем, чтобы следовать инструкции, а не болтать языком.
– Это ничего.
Мейсон вышел из лифта, детектив спустился на первый этаж. Адвокат открыл ключом дверь квартиры 928-Б и, накинув носовой платок на большой палец, чтобы не оставлять отпечатков, включил свет.
Квартира выглядела почти такой же, какой он оставил ее. Только когда открыл шкаф, обнаружил, что он пуст. Нигде не было и следа женской одежды. Никакой косметики, платьев, белья, личных вещей. Забрали даже одну из зубных щеток. Дверца стенного сейфа теперь была закрыта, плита штукатурки помещена на место, картина снова повешена. На этот раз Мейсон осмотрелся более внимательно.
На столе в гостиной возле торшера лежали популярные журналы, несколько перепечаток детективных романов по двадцать пять центов, медицинские журналы. Они были получены по почте, а там, куда наклеивают стандартный адрес, кусок обложки у каждого был вырван. Ни на одном из популярных журналов не было наклеенного адреса. По-видимому, они куплены в газетном киоске. Адвокат еще раз осмотрел квартиру. Помимо медицинских журналов, не нашел ничего, что даже отдаленно можно было бы связать с доктором Мальденом. Вышел из квартиры, опять позаботившись о том, чтобы не осталось отпечатков пальцев на дверной ручке. Вызвал лифт, и темная кабина поднялась на девятый этаж. Зажег свет и спустился на первый этаж, где его ожидал оперативник Дрейка.
– Случилось что-нибудь? – спросил Мейсон.
– Ничего существенного. Мужчина с женщиной поднимались на шестой этаж. Я сказал, что попробую пустить лифт. Ну и поднял их туда. Спускаясь, подобрал одного на пятом этаже, и он выразил недовольство, что в кабине нет света. Так я оправдал выдумку о временном ремонте.
– Кроме тех, с шестого, никто не приходил?
– Только они.
– Выполняйте задание, – сказал Мейсон. – Поддерживайте связь с Полом Дрейком. Подкрепление скоро будет.
От меблированных комнат Мейсон поехал на улицу Кьюнею. В десять тридцать остановил машину перед скромным небольшим одноэтажным домом, поднялся по ступенькам и позвонил. Ответа не было. В доме ни движения, ни звука, но слабый отблеск света в занавешенных окнах говорил, что там кто-то есть. Еще раз нажал кнопку звонка и терпеливо подождал. Опять ничего. Через десять секунд позвонил еще раз, уже настойчиво, не отрывая пальца от кнопки. На этот раз услышал осторожные шаги по ту сторону двери, и немного спустя женский голос осведомился:
– Простите, кто это?
– Мисс Фосс? – спросил Мейсон.
– Да.
– Телеграмма.
– Подсуньте под дверь.
– Срочная, и нужно расписаться.
– Тогда подсуньте бумагу, на которой я должна расписаться.
– Прошу прощения, но щель мала.
– Ну, я только что из ванной. Купалась, когда вы позвонили.
Мейсон промолчал. Спустя некоторое время услышал звук отодвигаемого засова в гнезде. Дверь приоткрылась, и высунулась голая рука:
– Дайте, пожалуйста, телеграмму.
Мейсон сказал:
– Теперь, когда дверь открыта и мне не придется кричать, скажу. Я Перри Мейсон, адвокат. Интересуюсь обстоятельствами смерти доктора Самерфилда Мальдена и ситуацией с подоходным налогом.
Дверь резко захлопнулась. Мейсон, оставшийся с ее наружной стороны, сказал:
– Я могу говорить громче, на всю улицу, если хотите, чтобы соседи услышали нашу беседу.
Опять молчание, но удаляющихся от двери шагов слышно не было, поэтому Мейсон стал ждать. Наконец дверь медленно приоткрылась.
– Кого вы представляете? – спросила она.
Он ответил:
– Я представляю вдову, которая, как это нередко случается, знает намного больше, чем вы ожидаете. Если б я пожелал быть грубым, вошел бы силой, когда вы открыли дверь в первый раз.
– Ну и почему же этого не сделали?
Мейсон засмеялся.
– Возможно, из-за голой руки и заверения, что вы только что из ванной.
– Неужели полагали, что я пойду к двери без одежды?
– Я не имел возможности познакомиться с вами настолько хорошо, чтобы отгадать ваши возможные действия, – сказал Мейсон в щель двери.
– Ну вот мы и познакомимся.
– Но почему-то как по телефону, – сказал Мейсон.
Дверь приоткрылась еще на шесть дюймов.
– Жена доктора Мальдена меня до смерти ненавидит. Если вы представляете ее, будете относиться ко мне так же.
– Совершенно не обязательно, – возразил Мейсон. – Видите ли, несмотря на личные антипатии, у вас и миссис Мальден много общего. Сотрудники из налоговой инспекции будут обеим задавать вопросы. Если докажут недостачу наличных, вас оштрафуют и могут завести уголовное дело. Я подумал: возможно, нам следует поговорить о создавшейся ситуации. Полагаю, вам хотелось бы обсудить детали, общие с миссис Мальден.
Глэдис Фосс молчала.
– И если такое обсуждение неизбежно, – продолжал Мейсон, – для вас обеих будет намного приятнее, если посредником буду я. В противном случае если вы, женщины, сядете поговорить друг с другом, то…
– Хорошо, – перебила Глэдис Фосс, открывая дверь. – Входите скорее. Поверните направо и расположитесь в гостиной, пока я надену еще что-нибудь.
Мейсон вошел в коридор и мельком увидел, как девушка в прозрачном пеньюаре убегает от него по коридору. Когда в конце его открылась дверь, очевидно в спальню, яркий свет высветил силуэт молодой женщины. Даже за краткий миг Мейсон увидел подтверждение мнения миссис Мальден о красоте соперницы.
В гостиной Мейсон сел в удобное кресло у стола с полудюжиной последних журналов. Торшер светил достаточно ярко для чтения. Удобно расположившись, адвокат просмотрел некоторые журналы, затем вернул их на стол. Сиденье кресла было теплым. Когда Мейсон слегка пошевелился, рука, скользнув по подлокотнику, опустилась к полу, и пальцы натолкнулись на свернутую бумагу. Он поднял ее. Это был последний выпуск вечерней газеты, открытой на спортивных новостях.
Мейсон, нахмурясь, рассматривал газету, когда вошла Глэдис Фосс в юбке, блузке и тапочках. Гладкие и блестящие волосы, откинутые с высокого лба назад. Большие темные глаза. Полные губы. Надо бы слегка подкрасить, чтобы лицо выглядело ярче. Она остановилась в дверном проеме и смотрела на Мейсона и на газету, которую он держал. На лице появилось особенное выражение, которое адвокат тотчас заметил, но не понял. Он бросил газету на стол и начал подниматься.
– Не вставайте, – сказала она, быстро войдя в комнату и улыбнувшись.
Длинноногая, хорошо сложенная молодая женщина замечательной красоты и редкой привлекательности. То, как легко она села на письменный стол, указывало на прекрасную мышечную координацию. Держала себя непринужденно, без тени официальности.
– Я вижу, вы открыли мое тайное увлечение, – сказала она, продолжая улыбаться.
Мейсон поднял брови. Она указала на газету. Он спросил:
– Бейсбол?
– Лошади.
– О!
Она сказала:
– Я устала от повседневной работы. Думаю, так же, как устают все. Мне нравится предугадывать победителей. Извините, я так откровенна.
– Похоже, это хороший отдых.
– Не думаю, что вы когда-либо сможете позволить себе такое удовольствие, – сказала она.
Мейсон посмотрел задумчиво.
– Да, этого я себе не мог бы позволить.
Она начала было говорить, но передумала и замолчала.
– Вдобавок, – продолжал Мейсон, – моя жизнь достаточно разнообразна и без этого.
– Итак, – начала она, – я этого не предполагала, но все же разговариваю с адвокатом. Когда вы вошли, сели в кресло, в котором недавно сидела я, и обнаружили, что я, как только вошла в квартиру, принялась читать о скачках, я допустила, что вы вполне способны сделать правильные выводы.
Мейсон улыбнулся.
– Это откровенно.
– Сегодня, – продолжила она, – у меня была дальняя поездка, был длинный день, и я смертельно устала. Но должна была узнать, что произошло на скачках. Что теперь вас волнует, мистер Мейсон?
Он сказал:
– Вы, конечно, знаете о смерти доктора Мальдена?
– Разумеется. Именно поэтому вернулась домой. Мне нужно… нужны были несколько выходных дней.
– Он собирался участвовать в медицинском съезде в Солт-Лейк-Сити?
– Правильно.
– Откуда вы приехали? – спросил Мейсон.
Она улыбнулась и сказала:
– В конце концов, мистер Мейсон, уже поздно, и я устала. Ужасно устала. Полагаю, вы хотите поговорить о бухгалтерских книгах и прочем, связанном с подоходным налогом?
Мейсон кивнул.
– Ну что ж, обсудим эти вопросы, а разговор о другом отложим до более подходящего времени.
Мейсон согласился:
– Хорошо, обсудим именно те вопросы, где ваши с миссис Мальден интересы перекликаются.
– Имеете в виду, где ее жадность сталкивается с моими обязанностями, – съехидничала Глэдис Фосс.
Мейсон ухмыльнулся.
– Примирять двух ненавидящих друг друга женщин – не мое дело. Я только пытаюсь установить определенные факты. Вам задавали вопросы в отделении налоговой инспекции?
– Да.
– Они утверждали, что бухгалтерские книги доктора Мальдена велись неправильно, особенно в части наличных денег?
– Они суют нос в чужие дела, если вы это имеете в виду.
– И предъявили обвинение?
– В известном смысле. Они полагают, что доктор Мальден утаил часть доходов наличными.
– Каковы факты относительно этого?
Она посмотрела ему в глаза.
– Хотите знать, что я собираюсь сказать в отделе налоговой инспекции, мистер Мейсон? Желаете узнать настоящие факты?
– А вы собираетесь рассказать налоговой инспекции кое-что, только не факты?
– Им я собираюсь рассказать только то, что знаю. А вам могла бы поведать о моих подозрениях.
– Расскажите о подозрениях, – согласился Мейсон.
Она начала издалека:
– Только немногие представляют себе ужасное напряжение, в каком работают медики. Люди буквально валом валят. Постоянный, бесконечный поток людей, и все больные. Некоторые четко выражают свои мысли и могут объяснить симптомы, так что доктор в состоянии быстро поставить диагноз. Некоторые этого не могут, и приходится рыться в них и исследовать их мозги и тела, чтобы выяснить, что случилось. Встречаются ипохондрики, драматизирующие развитие болезни, так что их симптомы не настоящие. Бывают преувеличения, искажения. И врач во всем этом безошибочно разбирается. Кроме того, некоторым необходимо хирургическое вмешательство. Делаются разные операции, начиная с несложных и кончая последней отчаянной попыткой продлить жизнь. Иногда возникают осложнения и во время операции, и в послеоперационный период, и доктор должен быть постоянно настороже, чтобы они не переросли в серьезные. Другими словами, реально ничего предопределить нельзя. Врач, как боксер на ринге, окружен сотней противников. Он должен быть хладнокровным, спокойным и собранным. Все время думать, предвидеть. Иными словами, постоянно испытывать ужасное умственное и физическое напряжение. Вдобавок всегда должен помнить, что любой пациент может побежать к какому-нибудь энергичному адвокату и начать процесс о преступной небрежности врача при лечении больного, когда любое единичное действие, которое сделал или не сделал доктор, будет рассмотрено судом неспециалистов.
Мейсон кивнул.
– Вы очень красноречивы.
– Я рассказываю вам об этих сложностях, – сказала она, – потому что не все понимают их. Доктор, который всем этим занимается, должен сосредоточиться на врачевании, а не на таких отвлекающих от него вещах, как бухгалтерия и статистическая информация, которых требуют люди, пытающиеся ревизовать возврат наличности для сбора налогов.
– Но, – сказал Мейсон, – такому человеку не следует взваливать на себя финансовые дела. Может нанять кого-нибудь, кто станет их вести.
– Кого, например? – спросила она.
– Бухгалтера.
Она покачала головой.
– Это невозможно. Этим может заниматься только человек, находящийся на линии огня. Кто-нибудь в лечебнице. И это должна быть медсестра. Когда попадаете в лечебницу, вы оказываетесь в сумасшедшем доме. Лечение рентгеном, токами высокой частоты, срочные процедуры.
– Сколько медсестер нанимал доктор Мальден?
– Кроме меня, четыре.
– Он увлекался физиотерапией?
– Да. Он в нее очень верил, особенно в прогревание токами высокой частоты. Он применял его не только из-за лечебной эффективности, но и в силу благотворного психологического воздействия.
– Вы можете объяснить, что под этим подразумеваете?
– В известном смысле – да. Одна из жестоких реальностей, с которой сталкивается врач, – это невозможность остановить время или повернуть стрелки часов назад. Человеческая жизнь – жесткий цикл. Мы неумолимо движемся от молодости к неизбежной старости, а от старости к смерти. Некоторые переживают биологические и психологические возрастные изменения спокойно. Другие ожидают, что врач остановит их и даже совершит невозможное. Есть и такие, кто слишком примиряется с неизбежным и не обращается к медицинской науке, которая во многих случаях могла бы улучшить состояние организма, если б взялась за него вовремя. Возьмем человека, ожидающего от врача невозможного. Если доктор скажет: «Мадам, я прошу извинения, но вам шестьдесят восемь лет. Отныне до самой смерти ваше здоровье будет постепенно ухудшаться. Начнется биологический и психологический упадок жизнедеятельности, который ни вы, ни я не сможем предотвратить. Единственное, что я могу сделать, – это успокоить вас, определить наиболее резко выраженные симптомы, которые можно снять, бороться с приступами». Если врач так скажет, это будет жестоко, бессердечно и ухудшит состояние больной.
– Прекрасный трактат. Я выслушал с интересом, хотя и не могу понять, какое все это имеет отношение к бухгалтерии, – сказал Мейсон. – Однако мы отклонились от основного вопроса, а вы ведь беседуете с адвокатом. Давайте ближе к делу.
– Хорошо, – согласилась она, с отвращением возвращаясь к главной теме разговора. – Мне следовало бы понять, что особого сочувствия не вызову. Услышав нечто подобное, чиновники из налоговой инспекции в изумлении прочистили бы глаза и уши. Сегодня я слишком устала, чтобы спорить с вами. Вернусь к существу вопроса. Итак, в лечебнице недостача наличных.
– Это уже лучше, – одобрил Мейсон. – Чем она вызвана?
– Полным отсутствием деловой хватки у доктора Мальдена.
– Чем можете это объяснить?
– Я могу это объяснить очень просто, – сказала она. – Когда доктору Мальдену для чего-либо требовались наличные, он подходил к денежному ящику и клал их в свой карман.
– И оставлял счет с указанием, сколько взял?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?