Текст книги "Дело о сбежавшем трупе"
![](/books_files/covers/thumbs_240/delo-o-sbezhavshem-trupe-68558.jpg)
Автор книги: Эрл Гарднер
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
Глава 2
В начале четвертого того же дня телефонистка на коммутаторе Мейсона позвонила Делле Стрит и сообщила: адвоката вызывают из Крэмптона по вопросу величайшей важности.
Мейсон не медлил ни секунды:
– Я буду разговаривать, Делла, а ты бери параллельную трубку.
Мейсон почти сразу услышал настойчивый, нетерпеливый голос Сары Энзел, спорящей с телефонисткой.
– Мейсон слушает, миссис Энзел! – вмешался адвокат.
– Наконец-то! У нас тут такие неприятности, а ваша телефонистка тянет время…
– Я у телефона, миссис Энзел. Так что случилось?
– Он умер.
– Дейвенпорт?
– Да.
Наступило минутное молчание.
– И, – продолжала Сара, – все легло на плечи Мирны. Он оставил ей по завещанию решительно все – действительно, самое малое, что мог сделать.
– Когда он умер? – спросил Мейсон.
– Минут пятнадцать назад. Все это время я добивалась разговора с вами.
– Да, да, понятно. Теперь письмо, о котором вы упоминали…
– Адрес в Парадайзе: Крествью-Драйв. Вы можете попасть туда самолетом на Чико. В Чико возьмите машину, вам придется проехать двадцать миль по хорошей асфальтированной дороге. Найти это место несложно, но лучше не задавать вопросов. Я объясню, как туда попасть. Поезжайте по главной улице через город, затем сверните налево по Оливер-роуд. Возле Вэлли-Вью имеется крутой поворот налево, проедете по ней совсем немного до Крествью-Драйв, дом стоит последним в ряду по правой стороне.
– В доме никого нет? – спросил адвокат.
– Никого. Секретарши не будет. Вы отыщете… прошу прощения, я дольше не могу разговаривать. До свидания!.. – Она бросила трубку.
Мейсон не спеша опустил свою трубку на рычаг и вопросительно посмотрел на Деллу.
– Вы едете в Парадайз? – спросила девушка.
Мейсон пожал плечами: ничего не поделаешь!
– А когда попадете туда, что предпримете?
– Буду представлять интересы миссис Эд Дейвенпорт наилучшим образом.
– Разыскав этот конверт?
– Возможно.
– А потом?
– Все зависит от содержания письма. Закажи-ка билеты, Делла.
Через десять минут Делла Стрит сообщила: вылетев из Сан-Франциско прямым самолетом, можно успеть на самолет компании «Юго-западные авиалинии», который прибудет в Чико в семь пятьдесят.
– Закажи два билета, Делла, – распорядился Мейсон, – и поторапливайся.
– Два?
– Не воображаешь ли ты, что я влезу в подобную историю без свидетеля?
Глава 3
Самолет сильно качало, когда Перри Мейсон и Делла Стрит пролетали над Мэрисвиллом, внизу проплывали небольшие поселки, поблескивающие скоплением огней, темные просторы плодородных рисовых полей над светлым пятном Оровилла. Наконец лайнер пошел на посадку над Чико и подрулил к зданию аэровокзала.
Такси домчало Мейсона и Деллу до центра города, где адвокату без особого труда удалось нанять автомашину с оплатой за километраж. Они разыскали дорогу на Парадайз и пустились в путь по круто поднимающемуся шоссе.
При свете почти полной луны они любовались местностью. Делла вскрикнула от восторга, когда дорога привела их к окаменевшему выбросу лавы и они смогли заглянуть в глубь каньона, где утесы из той же лавы отбрасывали черные тени.
Мейсон плавно проскользнул мимо скопления магазинов, которые отмечали центр поселка, повернул налево, затем без труда обнаружил крутой вираж, который предупреждал о следующем левом повороте.
По обе стороны дороги виднелись современные жилые дома, стоявшие среди высоких сосен и зеленых лужаек. На этой высоте смрад и смог, окутывавший долину, полностью рассеялись, а на небе, несмотря на свет луны, сияли необычно яркие звезды.
Делла Стрит сделала глубокий вдох.
– Вы только посмотрите, какой здесь воздух, шеф! – воскликнула она. – Чистый, пропитанный хвойным запахом, прозрачный, как хрусталь. А как вам нравятся эти очаровательные жилища?
Мейсон согласился с девушкой, но его мысли уже были сосредоточены на предстоящем деле.
– Как вы считаете, дом Эда Дейвенпорта похож на них?
– Мы это выясним через минуту, – ответил Мейсон, сворачивая на боковую дорожку.
Они добрались до конца асфальта, проехали еще немного по гравиевой дорожке мимо аккуратного дома с зеленым забором, а затем, когда дорожка закончилась, свернули вправо по подъездной дороге, которая привела их через сосновую рощу, мимо нескольких яблонь и грушевых деревьев к парадному подъезду дома, который, несмотря на темные окна, казался обитаемым и гостеприимным.
Мейсон выключил все огни, заглушил мотор, обошел машину кругом и поднялся за Деллой на крыльцо.
– На всякий случай позвоним, правда? – спросила девушка.
Молчание шефа можно было считать знаком согласия.
Не снимая перчаток, Делла нажала кнопку звонка. Внутри дома послышалось музыкальное позвякивание.
– Позвони еще раз, – через пару минут произнес Мейсон, – а потом мы попробуем отворить дверь ключом.
Делла Стрит позвонила вторично с тем же результатом.
Тогда Мейсон вставил ключ в замок. Он бесшумно открылся, дверь распахнулась, подчиняясь руке адвоката.
– Что теперь? – спросила Делла. – Мы воспользуемся фонариком или?..
– Мы включим в доме свет. Луч фонарика свидетельствует о тайном визите, то есть о понимании своей вины. В конце-то концов, Делла, мы участвуем в игре, где нам почти ничего не известно о других игроках, и будь я неладен, если понимаю, где находится та черта, за которую не следует заходить.
– Но ставки в игре высокие?
– Несомненно, – ответил Мейсон, нащупывая на стене выключатель.
Прихожая предстала во всем своем великолепии. Вешалки для шляп были изготовлены из оленьих рогов и манзанита. Индейская циновка с узором навахо на полу и стулья в деревенском стиле придавали помещению оттенок нарочитой простоты. На стене висело огромное овальное зеркало, несомненный антиквариат. Запах хорошего крепкого табака, очевидно, был неистребим, как если бы обитавшие здесь люди постоянно курили трубку.
Мейсон прошел дальше через дверь слева, включил свет и оказался в просторной гостиной. Делла Стрит прошла за ним по всему дому, осматривая одну комнату за другой и включая всюду свет, пока это длинное, приземистое одноэтажное здание полностью не осветилось.
– Что теперь, шеф?
– Официально, – ответил Мейсон, – мы берем в руки бразды правления от имени мистера Дейвенпорта. На самом же деле разыскиваем письмо, которое может быть где-то здесь спрятано. Весь вопрос в том, где именно.
– Мне это представляется страшной глупостью.
– А именно?
– Написать письмо, которое должно быть доставлено властям в случае кончины его автора, а затем где-то его спрятать, не организовав доставку.
Мейсон внимательно слушал.
Делла Стрит продолжала:
– Я убеждена, Эд Дейвенпорт должен был сделать так, чтобы письмо попало по адресу.
– Знаешь, я сейчас думаю об этих людях. Многое могут сообщить их вещи, – вновь заговорил адвокат через некоторое время, когда просмотрел документы в кабинете Дейвенпорта. – Очевидно, Дейвенпорт полностью полагался на свою секретаршу. В банке Парадайза у него на счету двести девяносто один доллар, впрочем, вот еще книжка на тысячу долларов. Здесь корреспонденция, относящаяся к его горнорудным делам. Интересно, письма адресованы Мирне Дейвенпорт, а все ответы подписаны мистером Дейвенпортом, в которых точно указано, что его жена будет делать, а о чем и слушать не желает.
– Значит…
– Очевидно, он с ней не советовался. Копии ответов показывают, что некоторые отправлены в день получения письма.
– Может, он советовался с ней по телефону?
– Междугородные переговоры стоят, как тебе известно, дорого, а счет за последний месяц за телефонное обслуживание всего на двадцать три доллара и девяносто пять центов, включая федеральный налог.
– И все это время он боялся, – продолжала девушка, – что жена задумала его убить. И вдруг умирает естественной смертью.
Мейсон удивленно приподнял брови.
– В чем дело? – заинтересовалась Делла. – Вы… шеф, уж не предполагаете ли вы… что смерть не была естественной?
– А что?
– Но, всемогущий боже! Тогда что мы здесь делаем?
– Защищаем интересы миссис Дейвенпорт, – усмехнулся Мейсон, – но кое-что делать мы не можем. Мы не можем скрывать улики или искажать их, но ведь мы не будем уверены, улика это или нет, прежде чем не взглянем на нее, не так ли, Делла? Именно по этой причине я считаю необходимым прочитать послание, содержащееся в том конверте, который я обнаружил в запертом на ключ ящике стола секретарши.
– Шеф, но…
– Пойди-ка поставь немного воды на огонь в кухне, мы подержим конверт над паром…
Через пару минут вода закипела, адвокат прошел на кухню. Очень осторожно он распечатал заклеенный конверт, засунул внутрь два пальца, вынул бумажные листы и развернул их.
Делла Стрит ахнула, заглушив бульканье продолжавшей кипеть воды.
– Ну вот, пожалуйста, – весело произнес адвокат, – шесть листов абсолютно чистой бумаги.
Глядя оторопело на бумагу, Делла машинально загасила пламя горелки.
– Как вы считаете, на них нет тайнописи?
Мейсон осторожно нагрел один из листков над неостывшей горелкой, затем посмотрел листок под разными углами к источнику света:
– Конечно, тут может быть какая-то тайнопись, которую надо проявлять над парами иодина, но мы, к сожалению, не имеем права этого делать. Хотя, конечно, опасно считать, что листы на самом деле чистые.
– Чего ради человек стал бы оставлять конверт с инструкцией доставить его властям в случае своей смерти, если в нем нет ничего, кроме пустых листов бумаги?
– Возможно, именно на этот вопрос нам придется искать ответ.
– Что вы имеете в виду?
– Ты не видела нигде в офисе пузырька с клеем?
Девушка тут же отыскала его и протянула шефу.
– Ну, сейчас мы заклеим конверт, причем очень важно не оставить на нем отпечатков пальцев.
Мейсон подсушил конверт над теплой горелкой, вернулся в приемную и положил его обратно в ящик стола, который тут же снова искусно запер перочинным ножом. Через минуту письменный стол секретарши был в идеальном порядке.
– Шеф, похоже, у вас появились какие-то идеи? – спросила Делла. Немного поколебавшись, она произнесла: – Что… что…
– Что все случилось немножко слишком своевременно? – усмехнулся адвокат.
– Ну да, отчасти…
– Эд Дейвенпорт умер и…
Раздался резкий женский голос:
– Что вы здесь делаете? Кто вы такие?
Мейсон неторопливо повернулся.
Высокая, довольно привлекательная молодая женщина, стоявшая в проеме двери, резко повернулась, не ожидая ответа, и побежала. Раздался дробный стук высоких каблуков, затем звуки поворачивающегося телефонного диска.
Мейсон подмигнул Делле, подошел к письменному столу и поднял трубку телефонного аппарата. Он услышал, как женщина говорит по параллельному телефону:
– Соедините меня немедленно с полицией. Срочно. Я – Мейбл Нордж, нахожусь в доме мистера Дейвенпорта на Крествью-Драйв. В доме находятся неизвестные, роются в вещах, что-то ищут. Пришлите полицию.
Мейсон аккуратно положил трубку на рычаг. Он слышал, как хлопнула входная дверь.
Делла Стрит приподняла брови.
– Полиция? – спросила она.
На лице Мейсона было написано: «Ничего не поделаешь!»
– Как скоро они сюда приедут?
– Трудно сказать. Возможно, очень скоро.
– Мы попытаемся улизнуть?
– Нет, конечно. Останемся и побеседуем.
Мейсон уселся в кресло за письменным столом Дейвенпорта и закурил.
Делла явно нервничала, не понимая спокойствия адвоката.
– Шеф, почему бы нам не исчезнуть, воспользовавшись черным ходом?
– Взятая нами напрокат машина стоит перед входом. Молодая особа, несомненно, уже записала ее номер. Именно потому, что машина находится там, а в доме всюду горит свет, она так неслышно сюда вошла. Скорее всего, шла на цыпочках. Я слышал, как она назвала себя по телефону. Мейбл Нордж. Секретарь Дейвенпорта. Так что мы останемся здесь, поскольку ничего другого нам не остается. Ведь если хорошенько подумать, мы тут здорово наследили. Ну а бегство будет свидетельствовать о сознании нами вины.
– Знаете, шеф, мне в этой истории что-то не нравится.
– Пока мы делали то, что от нас ожидали. Теперь постараемся действовать более независимо.
– Что вы имеете в виду?
Они услышали вой полицейской сирены.
– Вот и полиция, – сказал Мейсон. – Похвальная поспешность. Веди себя тихо, они могут нервничать и случайно выстрелить.
– Что вы такое говорите? Вы…
Снова хлопнула входная дверь, раздались голоса, зазвучали тяжелые шаги. Человек в форме офицера полиции осторожно просунул голову в комнату и скомандовал:
– Не двигаться!
Мейсон отодвинул назад вращающийся стул у письменного стола, вынул сигарету изо рта, выпустил струйку дыма в потолок:
– Добрый вечер, офицер. Входите и садитесь.
Офицер остался стоять на пороге, в руках у него поблескивал пистолет.
– Кто вы такие и что здесь делаете?
– Я Перри Мейсон, адвокат, – ответил Мейсон. – Разрешите мне представить моего секретаря, мисс Стрит. В данный момент я занят приведением в порядок дел по поручению вдовы Эдварда Дейвенпорта.
– Он умер? Он умер? – закричала в этот момент Мейбл Нордж.
Мейсон подтвердил ее опасение, не произнося слов.
– Значит, его убили! – сказала секретарь хозяина с уверенностью.
– Стоп-стоп! – остановил ее Мейсон. – Вы, очевидно, потрясены, но вам не следует бросаться такими дикими обвинениями.
– Вы представляете миссис Дейвенпорт? – спросил офицер.
– Совершенно верно.
– Имеете соответствующие полномочия?
– Она вручила мне ключ от дома, – сказал Мейсон, – и доверенность на ведение дел.
Без всякой спешки Мейсон предъявил офицеру письмо.
Тот взглянул на секретаря:
– Вы знаете этих людей, мисс Нордж?
Она отрицательно покачала головой.
Заговорил Мейсон:
– Как я понимаю, вы секретарь мистера Дейвенпорта, это ваши инициалы «М.Н.» стоят на бумагах?
– Я Мейбл Нордж, – подтвердила девушка, – действительно секретарь мистера Дейвенпорта. И в случае его смерти я… я должна кое-что вручить офицеру.
– Вот как? – притворно удивился Мейсон.
– Мистер Дейвенпорт предвидел подобную ситуацию.
– Какую именно?
– Его убийство.
– Убийство? – переспросил Мейсон.
– Точно! И я должна передать офицеру доказательства этого.
– Ну так передавайте, – предложил Мейсон.
Девушка подошла к своему письменному столу.
– Эй, одну минуточку! – остановил ее Мейсон. – Что вы там делаете?
– Достаю то, что намерена вручить офицеру.
Мейсон улыбнулся и покачал головой:
– Нет, нет…
– Тогда о чем вы?
– Вы не должны касаться ничего в этом доме, не являющегося вашей личной собственностью.
– Но вы же были здесь и трогали разные вещи.
– Почему нет? Я представляю жену. Она законная владелица половины всей собственности. Вторая половина перейдет к ней по праву наследования.
– Но вы… вы…
– Успокойтесь, – посоветовал Мейсон. – Зачем так горячиться?
Офицер убрал пистолет в кобуру:
– Давайте внесем полную ясность. О чем идет спор?
Мейбл Нордж закричала:
– Она его убила! Он знал, что она попытается это сделать, и поэтому оставил пакет с доказательствами, которые могут быть использованы против нее.
– Как прикажете вас понимать: «Он оставил пакет»? – спросил Мейсон.
– Отдал его мне.
– И велел его хранить?
– Сказал, что в случае его смерти он хочет, чтобы я вскрыла конверт и доставила имеющуюся в нем информацию в полицию.
– Вы открывали пакет до его смерти?
– Нет, конечно.
– Значит, вы не знаете о его содержимом?
– Ну… только то, что сам хозяин говорил.
– Сообщил ли он вам о содержимом?
– Он сказал мне… короче, он сообщил достаточно, чтобы я поняла: он опасался умереть с минуты на минуту.
– Естественно, – согласился адвокат, – человек страдал от высокого кровяного давления, артериосклероза и, очевидно, почечной недостаточности. Врачи предупредили: он может скончаться в любое время. Мне кажется вполне естественным для человека подготовиться…
– Но это не такое письмо. То есть он имел в виду другое.
– Откуда вы знаете?
– С его собственных слов.
– Что же он говорил?
– В случае его смерти я должна вскрыть этот конверт и позаботиться о том, чтобы бумаги получили полицейские, но если кто-то попытается добраться до письма при его жизни, я должна уничтожить весь пакет.
– Иными словами, он оставил за собой контроль над этим письмом?
– Да. При жизни.
– А если бы он пожелал, чтобы вы вручили ему пакет в любое время, вы бы это сделали?
– Разумеется. Это же его письмо.
– Где оно? – спросил Мейсон.
Девушка после некоторого раздумья произнесла:
– Я достану его, когда потребуется.
– Несомненно… Итак, офицер, давайте-ка хорошенько все тут закроем. Ну и, учитывая заявление мисс Нордж о спрятанном здесь письме с какими-то обвинениями, по моему мнению, необходимо проследить за тем, чтобы из этого дома никто ничего не унес.
– Мы изымем письмо! – решительно заявила мисс Нордж. – Я собираюсь незамедлительно вскрыть конверт и передать его содержимое офицеру.
– Нет, вы этого не сделаете, – возразил с широкой улыбкой адвокат.
– Почему вы такое говорите?
– Срок вашей работы секретарем закончился в тот момент, когда умер мистер Дейвенпорт. Вы были его агентом, сотрудником, личным представителем. Сейчас вы имеете только право на компенсацию, но касаться чего-либо здесь вам не разрешается.
– Одну минуточку, – нахмурился офицер. – Я не знаком с тонкостями закона, но я не хочу, чтобы исчезли какие-то улики.
– Разумеется! – подхватил Мейсон. – И поэтому я посоветовал бы вам лично запереть все двери, а поскольку у мисс Нордж, несомненно, имеется ключ…
– Как вы проникли сюда? – спросила она.
– Я же сказал вам, у меня есть ключ, – спокойно ответил Мейсон. – Ключ миссис Дейвенпорт.
– Она ни за что не дала бы вам ключ! Я это точно знаю.
Мейсон снова улыбнулся:
– В таком случае, офицер, поскольку миссис Дейвенпорт не давала мне ключа, значит, я не мог им воспользоваться, чтобы попасть в дом. Следовательно, меня здесь нет, и вы меня не видите.
Офицер задумчиво потер вспотевший лоб:
– Если существует письмо, оставленное с приказом вскрыть его после смерти, письмо, объясняющее, каким образом человек умер, нам лучше забрать его и передать в руки окружному прокурору.
– Все дело в том, – спокойно заговорил Мейсон, – что никто не знает о содержимом этого пакета. С таким же успехом там может находиться завещание.
– Так давайте же посмотрим на него! – воскликнул офицер. – Вы представитель жены. Секретарь здесь. Я представитель закона. Все в порядке.
– Никто не имеет права распечатать письмо, пока не разрешит жена умершего, – сказал Мейсон.
– Обождите минуточку, – взмолился офицер, – с вами ужасно трудно договориться.
– Нет, если вы будете действовать в соответствии с законом. Как вас зовут?
– Сидни Бум, помощник шерифа. Это территория округа.
– Прекрасно. Скажите, вы желаете действовать в соответствии с законом или нет?
– Естественно, я всегда и во всем придерживаюсь законов!
– Ну так вот. Учтите, все это – общая собственность, половина которой принадлежит и всегда принадлежала жене. А вторая половина перейдет к ней после официального утверждения завещания, фактически она уже сейчас имеет на нее право, требуется лишь уплатить долги.
– Я уже говорил, что не знаю досконально правовых норм, – сказал Бум, – но хочу получить ясное представление о деле. Если здесь имеются какие-то вещественные доказательства, я не хочу, чтоб с ними что-то случилось.
– Само собой разумеется. Но, с другой стороны, если это вовсе не вещественное доказательство, а какая-то ценная бумага, я хочу быть уверен, что она никуда не денется.
– Зачем эти намеки?
– Откуда мне знать, может, в этом конверте, который следует распечатать в случае смерти мистера Дейвенпорта, находится его завещание или какие-то ценные акции, которые он хотел отдать своей секретарше. Наличные деньги, в конце концов.
– Самое правильное – распечатать пакет и посмотреть его содержимое.
– С другой стороны, – продолжал рассуждать вслух Мейсон, – там может находиться нечто представляющее особую важность для владельцев, чего не следует разглашать.
– Но он же отдал письмо секретарю!
– Не совсем так, – покачал головой адвокат. – Он поручил ей хранить пакет, а вовсе не отдал его ей. Она должна была вернуть его мистеру Дейвенпорту при его первом требовании.
– Я не это имела в виду, – вмешалась Мейбл Нордж. – Хозяин отдал его мне для того, чтобы я передала пакет офицерам после его смерти.
– Он велел отдать пакет офицерам? – спросил Мейсон.
– Его нужно вскрыть в случае его смерти.
– Хозяин не распоряжался отдать пакет офицерам?
– Я не могу помнить дословно его фразу.
– Вот, пожалуйста! – развел руками Мейсон.
– Она все записывает! – воскликнула Мейбл Нордж, кивая в сторону Деллы Стрит. – Стенографирует каждое сказанное нами слово.
– Вы возражаете? – спросил Мейсон.
– Ну, мне это не кажется честным.
– Почему? Или вы намереваетесь изменить что-то из сказанного вами после того, как обдумаете свои слова?
– Вы мне кажетесь на редкость неприятным типом.
– Очень многие люди думают точно так же.
Офицер с завидным упрямством заговорил:
– Возвращаюсь к тому же вопросу о вещественных доказательствах. Я не понимаю происходящего, но работающая тут молодая женщина утверждает, что у нее где-то спрятан конверт, который надлежит вскрыть в случае смерти мистера Дейвенпорта, поскольку в нем содержатся данные о… о…
– Изобличающие лицо, повинное в его смерти! – твердо заявила Мейбл Нордж.
– Вы теперь утверждаете, что он убит.
– Возможно.
– Но точно вы не знаете?
– Он ждал, что такое может случиться.
– Вы также знали и другое: хозяин находился под наблюдением врача?
– Ну… знала.
– И его предупреждали: при таком кровяном давлении и состоянии артерий он должен вести себя чрезвычайно осмотрительно, ибо все может плохо кончиться?
– Он не делился со мной такими сугубо личными обстоятельствами своей жизни.
– Рассказывал вам о своих отношениях с женой?
– Ну, не совсем.
– В таком случае вы не знаете о содержании письма, а лишь предполагаете?
– Я уже сказала о своих мыслях по этому поводу. Мы можем это незамедлительно выяснить.
Бум коротко спросил:
– Где находится письмо?
– В моем столе, в запертом на ключ ящике.
– Достаньте его! – велел Бум.
– Одну минуточку, – произнес Мейсон. – Такой поступок незаконен.
– И все же я хочу рискнуть, – сказал офицер. – Я прослежу, чтобы эта особа не дотронулась ни до чего другого в столе, кроме письма. Но если пакет существует, я хочу быть полностью уверен в его сохранности. Я не знаю, кто вы такой, но, видимо, представляете вдову. Вы очень быстро приступили к работе.
– И теперь я вижу, моя поспешность вполне оправдана, – сказал Мейсон, дружелюбно улыбаясь. – Я стараюсь сохранить в целости и сохранности все имущество.
– Что вы хотите сказать?
Мейсон кивнул в сторону Мейбл Нордж, которая отпирала ключом правую тумбу стола:
– А что делала она тут в такое позднее время?
– Она же здесь работает.
– По ночам?
Офицер недоуменно нахмурился и посмотрел на секретаршу с подозрением:
– Послушайте, мисс Нордж, как вы здесь оказались?
– Я… я проезжала мимо и увидела освещенные окна.
– Куда вы ехали? – спросил Мейсон.
– Мимо дома по дороге.
– Здесь тупик, – усмехнулся адвокат.
– Ну, я… я ехала мимо. И я…
– Вы вошли в дом?
– Это вас не касается.
– Вот, пожалуйста, – сказал Мейсон, – она была здесь, хотя ей не полагалось тут находиться. В такое позднее время у секретаря не может быть работы… Так что же она делала?
– Послушайте, – затряс головой офицер, – вы меня совершенно запутали. Я не хочу неприятностей.
– Вы уже сейчас совершаете ошибку. В тот момент, когда вы, используя свою власть, позволяете дотрагиваться до предметов в этой комнате, вы допускаете ошибку.
Офицер подошел к Мейбл Нордж и остановился рядом.
– Я не хочу, чтобы вы дотрагивались до чего-либо другого, кроме письма, – сказал он. – Где оно?
– В запертом ящике в письменном столе.
– Прекрасно. Письмо возьму я.
– Ящик заперт, – сказала она, выдвигая ящик письменного стола, – что-то вроде моего личного сейфа.
– Понятно.
Офицер вытащил шкатулку:
– Этот ящичек не заперт.
– Правда? Я считала, что он на замке. Обычно я его всегда запираю.
Бум приподнял крышку и посмотрел на конверт.
– Советую вам не дотрагиваться до этого пакета, – предупредил Мейсон.
Полицейский тут же опустил крышку:
– Что, по вашему мнению, нужно с ним сделать?
– Сдайте его в суд как часть имущества мистера Дейвенпорта.
– Предположим, с ним что-то случится?
– Позаботьтесь, чтобы ничего не случилось.
– Вы считаете, я должен?
– Конечно. Заприте шкатулку. Отнесите ее в суд. Пусть судья, которому будет поручено официальное утверждение завещания, откроет пакет в присутствии представителей наследников.
Мейбл Нордж топнула ногой, на ее глаза навернулись слезы бессильной ярости.
– Вскройте конверт, вы, глупец!
Мейсон посмотрел офицеру в глаза:
– Предположим, конверт наполнен деньгами, тысячедолларовыми банкнотами, которые он обещал дать секретарше? Ну а как вы потом сможете доказать, что там находится именно столько денег, сколько вы называете? Вас заподозрят в присвоении двух-трех бумажек. Какую песню тогда запоете? Нет, этот ящик нужно открывать лишь в присутствии официальных лиц.
– Верно! – изрек офицер, поворачиваясь к Мейбл Нордж.
– Вы глупец! – завопила она.
У Бума побагровело лицо.
– Я вам ясно сказала, – истерично вопила секретарь, – его жена намеревалась его убить! Он знал об этом. В письме содержатся улики, связывающие ее с другим убийством.
– Решать вам, офицер, это ваша обязанность, – сказал Мейсон скучающим голосом.
Офицер опять заколебался.
– Да не трусьте же, открывайте! – настаивала Мейбл. – Неужели вы не видите, этот человек изо всех сил старается отговорить вас, чтобы вы не получили доказательства, которые мистер Дейвенпорт хотел передать властям.
Полицейский взял в руки конверт.
– Не спешите, – остановил его Мейсон. – Не принимайте моего юридического совета, но не слушайте и эту особу. У вас же имеется окружной прокурор. Вызовите его. Спросите его, как поступить?
– Вот это правильно! – с явным облегчением воскликнул Бум и заторопился к телефону.
Мейсон авторитетно объявил:
– Лично я считаю, конверт следует открыть только в присутствии инспектора, ведающего делами наследства. Кроме того, я посоветовал бы на случай, если у вас имеются сомнения, убрать этот пакет в сохранное место.
– Что значит «убрать»?
– Сейчас он находится в шкатулке в ящике письменного стола. Заберите его и спрячьте в сейф. Но вам придется следить за тем, чтобы никто не попытался что-то предпринять в отношении содержимого данного конверта.
– Не разрешайте ему мешать вам исполнять свой долг! – закричала Мейбл. – Вскройте конверт. Добудьте доказательства.
Мейсон откровенно зевнул:
– Честное слово, это становится утомительным. Мне не хочется спорить и пререкаться. Что касается меня, то я не имею ничего против того, чтобы вы доставили этот конверт окружному прокурору. Разумеется, при условии принятия необходимых мер для того, чтобы конверт не был вскрыт лицом, не имеющим на то права.
– Ну что же, давайте поговорим с окружным прокурором.
Когда полицейского соединили с прокурором, он отрапортовал:
– Говорит Бум. Я нахожусь в Парадайзе. Очень сожалею, но вынужден вас потревожить в столь поздний час: я столкнулся с одной проблемой. Здесь находится адвокат, который утверждает, что он представляет Дейвенпортов. Сам Эд Дейвенпорт умер. В его офисе имеется письмо, которое должно быть вскрыто в случае его смерти. Адвокат, представляющий его жену, утверждает, что это можно сделать только в присутствии налогового инспектора… Нет, оно не адресовано полиции. На конверте просто написано: «Вскрыть в случае моей смерти, а содержимое доставить властям».
Мейбл Нордж нетерпеливо подсказала офицеру:
– Скажите ему, письмо вручено мне, оно находилось у меня.
– Оно было не у вас, – не согласился Мейсон, – а всего лишь в вашем письменном столе. Ваша же работа в данном офисе прекратилась.
– Господи, до чего же я вас ненавижу! Неужели вы не можете помолчать?
– Возможно, вы на самом деле вскоре возненавидите меня, – рассмеялся адвокат.
– И сообщите окружному прокурору: находящаяся здесь женщина стенографирует каждое слово! – снова закричала Мейбл Нордж.
– Тише! – прикрикнул на нее Бум. – Вы мешаете мне слушать.
Несколько минут Бум слушал, затем снова заговорил:
– Это адвокат Перри Мейсон… Ох, вы слышали о нем? Да, мне эта фамилия тоже показалась знакомой… Совершенно верно… Он не возражает против того, чтобы я доставил к вам в офис конверт в этом запертом ящике, где его и распечатают в присутствии судьи и инспектора. Он предполагает, что в конверте находятся деньги… О’кей.
Бум с облегчением положил на место трубку.
– Мы, конечно, возлагаем ответственность за сохранность этого пакета на вас, мистер Бум, – предупредил Мейсон.
– Естественно. Согласен.
– Вы отвезете этот ящик окружному прокурору?
– Я прослежу, чтобы он попал к нему.
– Так вы сейчас и забираете его?
– Нет, не сразу. Мне здесь еще надо кое-что сделать, но завтра я его непременно доставлю. Прокурор сказал, что завтра. Не беспокойтесь, я прослежу за тем, чтобы с пакетом ничего не произошло.
– Прекрасно, – произнес Мейсон, – для меня самое главное, чтобы с пакетом не намудрили.
– Я заберу его с собой. А теперь, чтобы все было по правилам, я хочу получить одну из ваших карточек, и в случае, если вы не представляете вдову… Ну, вы адвокат. Не мне вас наставлять уму-разуму.
– Верно, этого не требуется, – весело подхватил Мейсон. – Вот вам моя карточка.
После этого офицер Бум, держа под мышкой ящик с письмом, пошел к машине.
– Я иду с вами! – закричала Мейбл Нордж.
Делла Стрит дождалась, пока за ними не закрылась входная дверь, потом взглянула на Мейсона.
– Быстро сними чайник с плиты, – распорядился адвокат. – И на всякий случай вытри его хорошенько любым полотенцем, чтобы на нем не осталось следов пальцев. Не забудь протереть также ручки и кран на плите… Они могут подумать об этом, не отъехав очень далеко.
Делла Стрит метнулась на кухню. Через пару минут вернулась.
– Все в полном порядке.
– Прекрасно, – усмехнулся Мейсон, – мы всюду выключим свет и закончим.
– Шеф, секретарша уговорит-таки офицера распечатать конверт.
– Не раньше, чем они доберутся до офиса окружного прокурора.
– Хотите поспорить?
Неожиданно тишину дома нарушил резкий телефонный звонок.
Мейсон вопросительно посмотрел на Деллу.
– Взять трубку? – спросила она.
– Возьми. Ничего не объясняй и не говори существенного, пока не выяснишь, кто говорит.
Девушка подняла трубку.
– Алло?
Она молчала с минуту, потом произнесла:
– Да, – и, прикрыв ладонью трубку, повернулась к Перри Мейсону: – С платного переговорного пункта в Бейкерсфилде. Слышно, как падают монетки.
– Что тебе сказали?
– Просто: «Вызывает Бейкерсфилд». – Сняв ладошку с трубки, девушка произнесла: – Алло?
Какое-то мгновение у нее был озадаченный вид, потом она схватила карандаш и что-то быстро записала на листке бумаги. Взглянув на адвоката широко раскрытыми глазами, она несколько раз повторила в трубку:
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?