Текст книги "Дело о сбежавшем трупе"
![](/books_files/covers/thumbs_240/delo-o-sbezhavshem-trupe-68558.jpg)
Автор книги: Эрл Гарднер
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– Алло… алло… алло! Оператор, похоже, нас разъединили. Я разговаривала с Бейкерсфилдом… Вы уверены? – Делла осторожно положила трубку на место.
– Что такое? – спросил Мейсон.
– Как только я произнесла «алло», в трубке раздался мужской голос. Это был вызов с платного переговорного пункта в Бейкерсфилде. Человек сказал: «„Пасифик Пэлисайдс мотор корт“, Сан-Бернардино, кабина номер 13», после этого нас разъединили. Вернее, я так подумала, но оператор сказал, звонивший положил трубку.
– Какая-то чертовщина! – произнес Мейсон. – Он не назвал никакого имени?
– Нет, просто мужской голос.
– И звонили из автомата?
– Да.
Мейсон поднялся со стула и принялся расхаживать по комнате. Делла Стрит обеспокоенно наблюдала за ним.
– Что случится, если Мейбл Нордж убедит Бума вскрыть конверт? – спросила она.
– Поднимется черт знает что… Когда бы это ни произошло, сразу же решат: я забрал страницы, содержавшие какие-то доказательства, заявление, сообщающее о подозрениях писавшего, выводы и предположения, уничтожил их и заменил чистыми листками.
– Можно ли доказать, что конверт вскрывали над паром?
– Конечно. А анализ покажет, для повторного скрепления использовался дополнительный клей, а не тот, который имеется на каждом конверте.
– А затем?
– Поскольку будет сформулировано подозрение, мы с тобой окажемся в округе, где у нас нет друзей, где на нас смотрят подозрительно и где власти будут иметь все основания предпринять шаги, продиктованные таким недоверием.
– Если перевести на общечеловеческий язык, то нас могут арестовать.
– Не исключено.
– Тогда не будет ли разумным…
Снова зазвонил телефон.
Делла взяла трубку и заговорила:
– Алло?.. Да…
Потом прикрыла мембрану рукой.
– Будете разговаривать с Фресно, шеф?
– Узнай, кто звонит.
– Кто вызывает? – спросила Делла и, подняв глаза, сообщила: – Миссис Дейвенпорт.
Мейсон кивнул, выражая согласие, и девушка отдала ему трубку.
– Алло?
– Это Перри Мейсон, адвокат?
– Правильно.
– Одну минуточку. Вас вызывает миссис Дейвенпорт.
Через минуту Мейсон услышал бесцветный голос Мирны Дейвенпорт:
– Мистер Мейсон, произошла ужасная ошибка. Он исчез.
– Кто исчез?
– Мой муж.
– Именно так и сказала мне утром Сара Энзел. Он умер днем… Постойте, вы это имеете в виду?
– Нет. Он пропал. На самом деле куда-то исчез.
– Вы хотите сказать, что он не умер?
– Нет, не умер. Именно об этом я и говорю. И не умирал. Иного быть не может. Он исчез. Ушел. Уехал.
– Куда?
– Не знаю.
– Когда?
– Даже этого я не знаю. Сел в машину и исчез.
Мейсон, стараясь побороть гнев, сказал:
– Какие-то идиотские выдумки. Что вы пытаетесь проделать? Сара Энзел мне ясно заявила: Эд Дейвенпорт умер. Это было около трех часов дня сегодня. По ее словам, он умер за четверть часа до этого.
– Так мы считали. Нам сказал доктор. Мы все думали, он скончался, но, очевидно, он всего лишь потерял сознание. Мы не знали, где вас разыскать, и уж потом догадались позвонить по этому номеру. Мы в страшном смятении, потому что…
– Где вы находитесь сейчас?
– В аптеке, но мы немедленно уезжаем. Возвращаемся в Лос-Анджелес.
– Не ездите в Лос-Анджелес. Садитесь на первый же самолет, поезд или на худой конец автобус на Сан-Франциско, на ближайший вид транспорта в этом направлении, короче говоря. Оказавшись там, доберитесь до аэропорта, поднимитесь на второй этаж. Сидите и ждите. Вы поняли мои инструкции?
– Да.
– Вы это сделаете?
– Я должна спросить тетю Сару.
– Где она?
– Здесь, рядом.
– Ну так спросите ее, – нетерпеливо буркнул Мейсон. Он придержал трубку возле уха, чувствуя на себе встревоженный взгляд Деллы, потом услышал голос Мирны Дейвенпорт:
– Хорошо, мы последуем вашим указаниям.
– Ни с кем не разговаривайте. Если кто-то станет задавать вам вопросы, не отвечайте на них. Это относится к любому человеку. Понятно? К любому.
– Я понимаю, что вы мне говорите, но не понимаю почему.
– Это не имеет значения. Сделайте так, как я сказал.
Мейсон повесил трубку. Потом с сердитым видом прошел к выключателю.
– В чем дело? – взволнованно спросила Делла.
– Очевидно, мы стали жертвой грандиозного обмана.
– Эд Дейвенпорт в действительности не умер?
– Согласно последним сообщениям, он жив-живехонек, но исчез, возможно, в данный момент спешит сюда или же был тем субъектом, который звонил из Бейкерсфилда и передал зашифрованное сообщение.
– Какова же теперь ваша юридическая позиция?
– Н-да, нелепо, конечно, отстаивать имущественные права вдовы, которая не имеет никаких прав, поскольку не является даже вдовой.
Делла Стрит обдумала ответ шефа, затем проверила, все ли осталось в таком состоянии, как было раньше, выключила свет и вышла наружу.
Мейсон уже стоял у выхода.
– Пошли, Делла. Вернее, поехали.
– Куда?
– Назад, в Чико, где мы вернем машину и сядем на ближайший вид транспорта. Обязательно позвоним в Детективное агентство Дрейка и попросим его направить двух оперативников в «Пасифик Пэлисайдс мотор корт» в Сан-Бернардино, чтобы они присматривали за кабиной номер тринадцать. Также поручим Полу Дрейку заняться Эдом Дейвенпортом. Живее, Делла, надо ехать.
Глава 4
В два часа сорок пять минут ночи Перри Мейсон и Делла Стрит вошли в здание аэропорта в Сан-Франциско.
– Поднимись первой, – попросил Мейсон, указывая на лестницу на второй этаж. – Осмотрись. Если они наверху, махнешь мне рукой. Если заметишь слежку за ними, не зови меня, спустись вниз и расскажи. Хорошенько присмотрись ко всем в зале.
– Ну как же я определю, следит кто-то за ними или нет?
– Если кто-то сидит поблизости, уткнувшись в газету или журнал или погруженный полностью в какое-то другое занятие, дай мне знать. Я не хочу угодить в ловушку.
Делла Стрит поднялась по лестнице, а через несколько минут уже снова была внизу:
– Там действительно сидит человек, читающий газету.
– А наши две женщины наверху?
– Да, похоже, крепко спят. Обе откинули головы назад, глаза у них закрыты.
– Делла, в три часа пять минут вылетает самолет на Лос-Анджелес. Возьми четыре билета, а я поднимусь наверх. Если за ними следят, придется с этим смириться. Тут уж ничего не поделаешь.
Мейсон поднялся наверх. Человек с газетой со скучающим видом перевернул очередной лист и продолжал читать.
Адвокат прошел по помещению вперед, вернулся, потянулся, зевнул и опустился на свободное кресло рядом с Сарой Энзел, которая негромко посапывала. Голова Мирны Дейвенпорт покоилась на ее плече. Она тоже крепко спала.
Мейсон дотронулся до руки Сары. Она ее отдернула.
Адвокат незаметно посмотрел на читающего, потом снова дотронулся до руки миссис Энзел. Она проснулась.
– Прошу извинить меня, – заговорил Мейсон тоном человека, обращающегося к совершенно незнакомой особе, во рту у него торчала сигарета. – Не найдется ли у вас спичка?
Женщина хотела было возмутиться, но узнала адвоката и растерянно забормотала:
– Но я… я…
– И не могу ли я предложить вам сигарету? – продолжал Мейсон.
Человек с газетой по-прежнему казался с головой погрузившимся в чтение.
От шума проснулась и Мирна Дейвенпорт.
– Господи, здравствуйте, – заговорила она. – Я…
Мейсон нахмурился, показывая ей, что говорить не следует.
– У одной из вас, леди, найдется спичка?
Мирна Дейвенпорт достала зажигалку.
– Большое спасибо, – затянувшись, довольно громко произнес Мейсон, вытянул длинные ноги, зевнул, откинулся на спинку кресла и едва слышно сказал Саре Энзел: – В три часа пять минут отлетает самолет на Лос-Анджелес. Делла Стрит, мой секретарь, покупает билеты. Она встретит вас у выхода на посадку с билетами и пропусками, незаметно передаст их вам. Поговорим в самолете.
Мейсон снова зевнул, посмотрел на часы, подошел к балкону, посмотрел вниз и получил сигнал от Деллы: билеты получены.
Ленивой походкой адвокат прошелся вокруг балкона, посмотрел пару раз на наручные часы, уселся уже в другое кресло, закурил и стал бросать рассеянные взгляды из стороны в сторону, но краешком глаза наблюдал за тем, как Сара Энзел и Мирна Дейвенпорт спускались по лестнице.
Человек, до этого внимательно читавший газету, поднялся, подошел к балюстраде, тянувшейся вдоль балкона, и едва заметно поднял правую руку. Затем вернулся на свое место.
Мейсон спустился на основной этаж, двигаясь с медлительностью человека, которому некуда спешить, но в действительности рассчитав все свои движения до секунды. Он находился у выхода на посадку ровно за две минуты до отправления.
Делла Стрит ожидала с билетом и посадочным талоном.
– Обе женщины в самолете? Ну пошли.
Они вошли в салон и заняли места за Сарой Энзел и Мирной Дейвенпорт.
Сара Энзел повернулась, собираясь что-то сказать адвокату, но тот незаметно покачал головой и занялся своим пристяжным ремнем.
Ожили моторы, огромный самолет неторопливо покатился к взлетной полосе, остановился на несколько секунд, как бы готовясь к прыжку в небо, дожидаясь, когда его четыре мотора загудят одновременно, демонстрируя свою мощь.
Стальная птица взмыла к облакам. Через несколько минут огни Сан-Франциско внизу показались великолепным скоплением драгоценных камней, когда самолет описывал огибающую дугу, потом он лег на курс, а огни остались позади блестящим заревом.
Сара Энзел обернулась и сердито произнесла:
– Много же времени у вас ушло, чтобы добраться сюда! С какой целью вы заставили нас бегать, как пару преступниц?
– У вас есть багаж?
– Разумеется.
– Где же ваши чемоданы?
– Мы отправили их воздушным экспрессом. Мы не знали, чего вы хотите.
– Прекрасно. Раз вы не связаны багажом, вам будет гораздо проще передвигаться с места на место. А теперь расскажите мне подробно о случившемся. Вам лучше поменяться местами. Делла, ты сядешь рядом с миссис Дейвенпорт, а вы, миссис Энзел, переходите на ее место.
Они обменялись местами, вроде бы не привлекая внимания других пассажиров, большинство которых опустили спинки кресел, намереваясь вздремнуть.
– Постарайтесь говорить потише мне в самое ухо, – попросил Мейсон. – Я должен знать о случившемся.
– Вас интересуют основные факты или же…
– Сначала основные факты, – ответил Мейсон, – потом я задам вопросы, чтобы выяснить интересующие меня подробности.
– Хорошо. Вроде бы Эд Дейвенпорт уехал из офиса в Парадайзе в полдень, в воскресенье. Он позвонил Мирне, мол, выехал на машине, заночует где-нибудь по дороге. Возможно, ту ночь он провел во Фресно. Затем продолжил путь и добрался до маленького городка Крэмптона, который расположен в тридцати-сорока милях от Фресно. Там он разболелся. Лично я считаю, ему стало нехорошо до того, как прибыл туда, но там уже у него не было сил ехать дальше.
– Какая болезнь? – поинтересовался Мейсон.
– Ответить с полной уверенностью не могу. Вообще-то он был алкоголиком, у него высокое кровяное давление, пить ему противопоказано, но он пил и ел все подряд. Во всяком случае, он сильно заболел, остановился в мотеле Крэмптона и спросил, есть ли в городе врач. Ему назвали трех врачей. Он позвонил одному из них, некоему доктору Рено. Тот сразу же приехал к нему по вызову и решил: заболевание серьезное… Все это происходило где-то от восьми до девяти часов утра. Мне-то думается, Эд провел предыдущую ночь во Фресно, где пьянствовал, скорее всего, с какой-нибудь женщиной. И та влила или подсыпала ему в вино снотворное. Во всяком случае, он отравился.
– Откуда вы знаете? – спросил Мейсон.
– Я подойду к этому, мистер Мейсон, но сначала хочу рассказать следующее. После того как доктор Рено приехал, у Эда был припадок – или как это назвать? – когда он потерял сознание. Доктор позвонил нам и сказал: нам необходимо приехать немедленно, Эд тяжело заболел. Он даже побоялся перевезти его в больницу. Ближайшая находится за Фресно. Он попытается разыскать сиделку, но, поскольку их не хватает, самое правильное будет, если приедет Мирна и поможет за ним ухаживать.
– Продолжайте.
– После того как мы повидались с вами, мы долетели самолетом до Фресно, взяли там напрокат машину и отправились в мотель в Крэмптоне.
Эд на самом деле тяжело заболел. Как я поняла, у него была рвота, в тот момент он практически находился в состоянии полного упадка сил. Доктор побеседовал с нами и попросил вызвать его, если будут какие-то перемены. Вообще-то он пообещал возвратиться примерно через час.
Мы немного посидели возле Эда, а потом он уснул. Мне показалось, ему стало легче, но состояние у него оставалось тяжелым. Пока он спал, я ушла в свой коттедж, с Эдом осталась одна Мирна. Потом я, помывшись и приведя себя в порядок с дороги, вернулась и сменила ее. Почти сразу у Эда начался какой-то приступ. Он кашлял, задыхался, ему не хватало воздуха. Я побежала и вызвала по телефону доктора, тот сейчас же приехал. Он сказал, это очень серьезно, и отправил меня в аптеку за лекарством. Мирна в это время находилась в душевой, но, как она говорит, накинула на себя халат и прибежала. Но опоздала. Эд скончался.
Тут доктор повел себя странно. Он не скрывал: Эд сообщил ему нечто такое, вызвавшее у него подозрения. Он бросал на нас гневные взгляды, запер на ключ дверь коттеджа, где находилось тело Эда, и сказал, чтобы мы дожидались шерифа, коронера и окружного прокурора. Объяснил потом: некоторые обстоятельства, связанные со случившимся, не дают ему права подписать свидетельство о смерти. Нужно сделать вскрытие. Он даже намекнул, дескать, по его мнению, Эда убили.
– Как вы поступили?
– Я не обратила особого внимания на эти разговоры и, как только смогла прилично уйти, перешла через улицу к телефону-автомату на переговорном пункте и позвонила вам. Затем вернулась и попыталась успокоить Мирну. Она не убивалась от горя. Их брак шел к разводу. Эд для нее больше ничего не значил. И тем не менее вся эта история была для нее несомненным потрясением, поэтому я хотела ее успокоить.
– Продолжайте, прошу вас.
– Итак, доктор запер дверь коттеджа, сказав, что он «запечатывает место», сам прошел вместе с нами в наш коттедж, где учинил нам форменный допрос, затем отправился вызывать коронера. Думаю, коронер появился через час с небольшим, сопровождаемый помощником окружного прокурора и представителем офиса шерифа. Они придирчиво допрашивали доктора, делая упор на наркотики. Доктор вручил им ключ от коттеджа. Помощник шерифа отпер его, первым вошел внутрь и обнаружил: Эд, по всей вероятности, пришел в себя, вылез через окно и уехал.
Мейсон тихонечко присвистнул.
– Вы правы, – кивнула головой Сара Энзел, – офицеры пришли в негодование из-за такого финала. Мне показалось, у доктора Рено и прежде были какие-то неприятности с полицией. На этот раз они буквально вышли из себя.
– Что говорил доктор Рено?
– Доктор старался спасти честь мундира. Он твердил, что Эд действительно был мертв, он это твердо знает. Даже намекнул, мол, это мы куда-то девали тело, чтобы нельзя было произвести вскрытие. Во всяком случае, он без конца повторял, что мы опасаемся вскрытия.
Женщина замолчала, но Мейсон ее поторопил:
– Продолжайте. Мне надо знать все до конца.
– Как вы понимаете, доктор Рено упрямо твердил, что тело куда-то перевезли, но наконец помощник шерифа, который расспрашивал обитателей соседних коттеджей, нашел человека, который видел собственными глазами, как Эд вылез из окна своего домика, сел в машину и уехал.
– Черт побери! – воскликнул Мейсон.
– Вы правы. Очевидно, ему стало гораздо лучше. Свидетель сказал: одет он был в пижаму и выскользнул наружу из заднего окна. Сразу же за коттеджем стояла какая-то машина. Эд нажал на стартер и укатил. Видимо, он угнал чужую машину, потому что его собственная осталась на месте.
– Уехал в одной пижаме?
– Так сказал свидетель. Естественно, это его сильно заинтриговало, но потом он подумал, что Эд надумал избежать рейда полиции или же неожиданного появления разгневанной супруги…
– Он находился достаточно близко, чтобы разглядеть человека, – спросил Мейсон, – сможет опознать его по фотографии?
– Нет. Он был в сотне футов в стороне. Просто видел фигуру мужчины, но он уверен: мужчина был одет в пижаму серого цвета с красными горошинами. А у Эда на самом деле такая пижама. После этого мы попытались вас снова вызвать по телефону, но вы уже успели уехать из Лос-Анджелеса, и мы не представляли, как вас разыскать. Мы оставили для вас послание в аэропорту Сан-Франциско в случае, если вы остановитесь там, но вы, очевидно, его не получили. Так что мы ждали, пока не догадались, что вы можете быть в Парадайзе, и не позвонили туда.
– Обождите минуточку, – прервал ее Мейсон, – скажите мне еще кое-что. Были ли у Эда с собой деньги?
– О да, я к этому иду. В карманах его одежды обнаружено ровно сорок пять долларов. Он заплатил за коттедж пятидесятидолларовой бумажкой, сильно потертой. Эд, как я уже говорила, очень много пил. Его часто приходилось доставлять домой чужим людям. По этой причине он всегда имел при себе пятидесятидолларовую бумажку, которую прятал под кожаной стелькой на каблуке правого ботинка, чтобы любой человек, который доставит его по назначению после очередной пьянки, получил вознаграждение. Теперь в его карманах не было даже цента, только эти сорок пять долларов – сдача, которую он получил, уплатив за коттедж.
– Но почему он вылез из окна? – поинтересовался Мейсон. – И как он мог это сделать, если был так сильно болен, как уверяет врач?
– Откровенно говоря, мистер Мейсон, я думаю, вряд ли врач намерен рассказать, что действительно произошло. Вы же знаете, когда человек умирает, доктор иной раз вводит сильнодействующее возбуждающее средство прямо в сердце. Я предполагаю, доктор Рено проделал нечто подобное с Эдом, а потом не стал дожидаться достаточно времени, чтобы проверить, подействовал укол или нет. Ему слишком уж не терпелось допросить нас с Мирной. Эд наверняка сказал ему что-то такое, связывающее болезнь с Мирной.
Конечно, доктор вообразил, что мы спрятали тело Эда и каким-то образом избавились от него, а через окно могла вылезти Мирна, переодевшись в пижаму мужа, попав в дом опять-таки через это заднее окно. Лично я считаю, когда врач определил, что сердце Эда остановилось, он ввел в него большую дозу адреналина, после чего вышел из коттеджа. Эд пришел в себя, адреналин придал ему силы подойти к двери и попытаться выйти наружу. Когда он обнаружил, что она заперта, он запаниковал, вылез из окна, сел в первую попавшуюся ему на глаза машину и уехал.
Нелепо думать, что такое хрупкое создание, как Мирна, в состоянии вытащить тело грузного мужчины. Да и потом, с какой стати нам бояться вскрытия? Он же заболел задолго до того, как мы приехали сюда.
– Где его личные вещи? – спросил Мейсон. – Одежда? Багаж?
– Все в офисе шерифа. Помощник шерифа продолжал проводить официальное расследование, когда мы уехали. У него был ключ от коттеджа, сам коттедж заперт. Мы поехали во Фресно и позвонили вам оттуда. Вы велели нам лететь в Сан-Франциско, что мы и сделали. До этого мы сказали помощнику шерифа, куда он может отправить вещи Эда, когда они больше не понадобятся.
– Как вы думаете, где находится Эд Дейвенпорт?
Женщина пожала плечами в полном недоумении.
– Как я понимаю, он не может далеко уехать в пижаме на чужой машине, без денег, без водительских прав.
– Напившись, алкоголики способны на самые невероятные поступки, – сказала миссис Энзел задумчиво. – Мирна рассказывала, как ей несколько раз казалось, будто Эд помешался, когда у него заканчивался запой.
– Его где-то должны задержать, – настаивал Мейсон.
– Конечно. Офис шерифа направил соответствующее предписание патрульной службе. Они должны искать мужчину в пижаме за рулем машины. Он представляет несомненную опасность на дороге.
– Доктор допускает, что он может умереть или…
– Доктор не сомневается в его смерти! – твердо произнесла миссис Энзел.
– Эд Дейвенпорт сделал какое-то сообщение или заявление доктору Рено, которое пробудило у него недоверие к Мирне?
– Очевидно, да. Доктор расспрашивал Мирну про конфеты.
– Какие конфеты?
– Ну, Мирна рассказала мне про запои Эда. Вообще-то он не любитель конфет, но обнаружил, что когда у него наступает жажда спиртного, съев большое количество конфет, ему иногда удается преодолеть эту тягу. Как я поняла, прежде чем ехать во Фресно, он почувствовал приближение запоя и принялся уничтожать конфеты. У него в портфеле всегда имелся запас.
– Какие именно конфеты?
– Шоколадные с ликерной начинкой, «пьяные вишни» и другие сорта. Мирна тоже говорит: съев несколько штучек, он переставал иной раз думать о рюмке. Но уж если он срывался, то пил до полного отупения.
После некоторого раздумья Мейсон сказал:
– Ол-райт, я хочу вам кое-что предложить. Я вижу несколько свободных мест в передней части самолета. Мы с мисс Стрит пересядем туда. Когда же прибудем в Лос-Анджелес, я хочу, чтобы вы с миссис Дейвенпорт вышли из самолета прежде нас и взяли такси до самого вашего дома.
– Зачем? Можно же ехать сначала на лимузине, а уже потом пересесть на такси.
– Я не хочу, чтобы вы ехали тем же путем, что и лимузин. Я хочу, чтобы вы взяли такси.
– Почему?
– Мне надо проверить, будет ли за вами слежка.
– Но с какой стати за нами может быть слежка?
– Вас могли выследить в Сан-Франциско. Может быть, шериф во Фресно решил присматривать за вами.
– Чего ради? Какое им до нас дело? Это же абсурд! В конце концов, если Эд Дейвенпорт участвовал в попойке, а какая-то красотка подсыпала ему снотворного, чтобы спокойно обработать, не отвечать же Мирне?
– Могут существовать иные точки зрения, – предупредил Мейсон. – Из вашего рассказа я понял, у этого человека очень слабое здоровье. По словам доктора Рено, он должен был находиться в шоковом состоянии, настолько тяжелом, что врач поверил в его смерть. Давайте допустим, Эд Дейвенпорт отправился куда-то на машине, облаченный в одну пижаму. Он мог совершенно спокойно потерять сознание и умереть, мог совершить наезд или сам стать жертвой аварии. Если он получит даже незначительные увечья, они тоже могут оказаться для него смертельными.
– И все же я не понимаю, каким образом можно возложить ответственность на нас за его побег из окна. Обычная ошибка врача. Эд находился в шоковом состоянии, либо у него была полная потеря сил, уж не знаю, а этот болван врач ввел ему в сердце адреналин или какой-то другой стимулятор. Это же динамит. Такое делается только с умершими, когда нет никакой надежды. Последняя рискованная игра, вызванная отчаянием. И вы думаете, этот глупец посчитал необходимым удостовериться в правильности своих выводов до того, как уйти из помещения?
Мейсон промолчал, ожидая продолжения.
– Конечно, в результате мы заварили настоящую кашу. Вы в Парадайзе считали Эда покойником. Представляете, что бы произошло, если бы он поехал в Парадайз и застал там вас роющимся в его бумагах? Такой безумец, как он, мог бы сделать бог знает что! Мы с Мирной страшно переживали, что у вас будут неприятности из-за нас.
– Вы имели на то все основания, у меня действительно неприятности.
– Какие?
– Вообще-то ничего особенно серьезного. Я расскажу вам об этом, когда мы прилетим в аэропорт Лос-Анджелеса. Пока же перестаньте волноваться и постарайтесь успокоить миссис Дейвенпорт.
– Ох, она уже пришла в себя. Но мы, мистер Мейсон, должны что-то для нее сделать. Я не сомневаюсь, что Эд Дейвенпорт распоряжался ее деньгами так же безрассудно, как своими собственными. Она совершенно не думает о финансовых вопросах, ей лишь бы выращивать цветы и…
– Какая часть наследства Делано была передана ей? – спросил Мейсон.
– Она получила какую-то часть, около ста тысяч долларов, но деньги продолжают поступать. Кроме того, Эд ухитрился получить кредит на огромную сумму по обязательству, которое подписали они оба. Он уверил ее, что это простая формальность, но мне бы такой ерунды он не посмел сказать. Я родилась на свет божий не вчера и смыслю в житейских делах!
– Должен согласиться, – поддакнул Мейсон, – но все же расслабьтесь и отдохните до того, как мы долетим до места. Там вы возьмете такси и поедете домой, и если не будет никаких новостей, жду вас у себя в офисе сегодня в два тридцать.
Мейсон поднялся, похлопал Деллу Стрит по плечу и провел ее к двум свободным местам в первом ряду кресел.
– Ну? – спросила Делла, устроившись возле окна и дождавшись, когда адвокат застегнет ремни в кресле рядом. – Выяснили, что там у них произошло?
– По большей части.
– Ну и что вы думаете?
– В известной степени это зависит от того, что Полу Дрейку удалось выяснить об отеле в Сан-Бернардино, а в еще большей степени от того, что случится, когда мы прилетим в Лос-Анджелес.
– Вы считаете, за ними следили в Сан-Франциско?
Мейсон даже не сомневался в этом.
– Человек, читавший газету, интересовался ими?
– По моему мнению, на нем было крупными буквами написано, что он сыщик. Однако, дорогая, мы можем еще немного вздремнуть до того, как прилетим.
Мейсон нажал кнопку, спинка кресла откинулась, и адвокат принял удобную позу.
– Теперь я не усну! – пожаловалась Делла.
– Ну и что станешь делать?
– Думать о происшедшем.
Мейсон сонно пробормотал:
– Подожди еще полтора часа, тогда у тебя будет гораздо больше оснований для размышлений.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?