Текст книги "За пределом беспредела"
![](/books_files/covers/thumbs_240/za-predelom-bespredela-77585.jpg)
Автор книги: Евгений Сухов
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 4
ПРИНЯТОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ
– По-другому он поступить не мог. Я бы не поверил ему, если бы он сразу же согласился. Мы знаем о нем все, естественно, он хочет узнать кое-что и о нас. A потом, у него может возникнуть мысль, что это проверка со стороны ФСБ. Пусть убедится, что это не так, – Варяг помолчал, внимательно посмотрел на своего спутника и продолжил: – Ни с кого из окружения Платонова наблюдения не снимать. Возможно, выявится что-то новое.
– Мои люди не отходят от них ни на шаг, Владислав Геннадьевич, но ничего пока не выявили…
Собеседником Варяга был плотный мужчина невысокого роста с седой, коротко стриженной шевелюрой. Это был Николай Валерьянович Чижевский, в недавнем прошлом швейцар одной из самых престижных гостиниц Москвы, а еще раньше – полковник КГБ. Впервые Варяг столкнулся с ним восемь лет назад, когда в ресторане гостиницы проходили поминки по легендарному вору Медведю. Дядька внушительной наружности – с огромной лопатообразной бородой и густыми черными бровями, от которого так и веяло эпохой застоя, не подозревая, видимо, с кем имеет дело, подошел к Варягу, безошибочно угадав в нем старшего, и попросил не шуметь. Варяга позабавила неопытность великовозрастного ресторанного стража. Он сунул ему в карман ливреи десятидолларовую бумажку за бдительность и пообещал не устраивать прилюдного мордобития и даже в момент наивысшей тоски по покойному не громить дорогую мебель. Позднее Варяг с Чижевским не раз вспоминали этот забавный случай, и им обоим становилось весело.
Бывший полковник КГБ в гостиничном бизнесе преуспел. Он сумел организовать нечто вроде профсоюза швейцаров, в который никто не мог проникнуть без солидного вступительного взноса. А рваться в швейцары было отчего – в ресторанах, как правило, народ собирался солидный, при больших деньгах. Таким людям ничего не стоило бросить швейцару сотню за пришитую петельку.
Рыночную экономику Чижевский, даже несмотря на сокращение из органов, встретил восторженно, с тем же темпераментом, с каким барышни-курсистки в свое время приветствовали красный флаг. Но когда Николай Валерьянович понял, что гостиницу ему не купить, даже если он простоит в дверях тысячу лет, тогда его высказывания в пользу реформ и реформаторов стали куда менее пылкими.
Еще через год он организовал частное сыскное агентство, деятельность которого сводилась к добыванию компромата на лиц, облеченных властью. Иной раз в агентство поступали почти шпионские заказы – установить «жучки» в помещениях конкурирующей фирмы, изъять из сейфа секретные материалы… Подобные работы всегда хорошо оплачиваются, но, что было самым приятным, Чижевский понимал в них толк – он являлся настоящим профи и, вкручивая очередное подслушивающее устройство в телефонную трубку, молодел, словно вновь окунаясь в лейтенантскую юность.
Недавно Чижевскому предложили выкрасть несколько уголовных дел. На собирание этих документов ушло несколько лет кропотливой оперативной работы. Бывший полковник долго размышлял, стоит ли участвовать в чисто криминальной операции, но сумма гонорара развеяла его сомнения. Дело удалось провернуть блестяще, пропажа обнаружилась только на третьи сутки. А еще через сутки в офис к Чижевскому заявился Варяг, сообщил, что отставной полковник работал на воров в законе, и после недолгого разговора предложил продолжить сотрудничество. Чижевскому понравились умные глаза Варяга, его правильная речь и доброжелательное лицо. Это лицо, казалось, говорило: «Время такое, полковник. Вчера ты меня ловил, а сегодня я предлагаю тебе прекрасную работу. Не стоит удивляться подобным метаморфозам».
Николай Валерьянович сразу понял, что не прогадал с выбором хозяина: Варяг умел держать слово, имел массу влиятельных друзей и вообще был сильной личностью. Он никогда ничего не записывал, но, услышав что-то однажды, запоминал навсегда. В его голове хранилось огромное количество полезной информации: даты, адреса, номера телефонов, суммы сделок и многое другое. Чижевский не сомневался в том, что, распорядись судьба несколько иначе, и Варяг мог бы сделаться гордостью российской разведки…
– Я вас вот о чем хотел спросить, Владислав Геннадьевич… А что, если Платонов не объявится через три дня?
Между бровями Варяга прорезалась глубокая складка, четче обозначились скулы.
– Думаю, объявится. Он не производит впечатление глупого человека. Но на всякий случай разработай план «вброса» компромата – кому, куда и сколько. С поста его в итоге наверняка снимут, а к его преемнику мы подход найдем.
Чижевский услужливо распахнул перед Варягом тяжелую дверь. Хозяин поблагодарил его кивком и вошел в свой кабинет. Буквально на днях Варяг сделался генеральным директором концерна «Интеллект» со скромным окладом в пять тысяч долларов. У многих воров, знавших возможности смотрящего, такая непритязательность вызывала улыбку. В его распоряжении находился весь российский общак, составлявший едва ли не половину годового национального дохода страны.
В уставе концерна значилось, что «Интеллект» может заниматься продажей энергоресурсов, хотя для многих не являлось секретом, что сфера его деятельности была значительно шире: люди Варяга брали под свое покровительство банки и крупные предприятия и за это получали неплохой процент с их дохода. Одним телефонным звонком Владислав разрешал самые запутанные вопросы отношений между конфликтующими группировками, частенько выступал меценатом, а если требовалось, под небольшой процент давал деньги даже субъектам Федерации.
Уже несколько раз за последние недели Чижевский видел, как из здания гостиницы, в котором находился офис «Интеллекта», несколько парней в камуфляжной форме выносили тяжелые мешки из прочной водонепроницаемой ткани. В мешках находились деньги, чаще всего валюта. Однако даже у отпетых беспредельщиков не возникало и мысли о том, чтобы совершить налет на броневичок концерна, набитый долларами. К покушению на свою казну воровское сообщество отнеслось бы так же, как религиозные фанатики – к осквернению чудотворной иконы. Покуситься на общак означало подписать себе неотвратимый смертный приговор.
Офис Варяга располагался на шестом этаже гостиничного здания. По обе стороны коридора в двухместных номерах дежурила охрана. Еще четыре человека с рациями сидели за специальными столиками вдоль левой стены коридора. В холле первого этажа также расхаживало несколько телохранителей. Металлоискателями они проверяли одежду визитеров и только после этого отводили их к специальному лифту, в котором вместе с пассажирами разъезжали вверх-вниз двое любезных молодых людей, готовых при необходимости свернуть шею любому нежелательному гостю.
Ирония судьбы заключалась в том, что именно в этой гостинице несколько лет назад Чижевский начинал работать швейцаром и сшибал шальные пятерки у пьяных посетителей ресторана. Покидая гостиничный бизнес, Николай Валерьянович никогда не думал, что вернется сюда же в качестве начальника службы охраны знаменитого вора. По своему могуществу Чижевский приблизился к очень авторитетным законникам, точнее, находился по этому признаку в самом высшем дивизионе. Будучи в звании полковника, Чижевский о таких возможностях и не мечтал. Теперь он лично давал разрешение на встречу с Варягом, и перед отставным полковником заискивали серьезные люди, имевшие немалое влияние и огромные деньги.
Варяг уселся в кресло. На столе на самом видном месте стояла фотография его жены Светланы и сына Олежки в золоченой рамочке. Здесь Варяг обретал покой. Ему достаточно было взглянуть на их счастливые лица, чтобы вновь ощутить уверенность в своих силах.
Света изменилась. Нет, она не подурнела, но из худенькой девочки-подростка превратилась в красивую женщину, чье изображение украсило бы любой модный журнал. Не изменились только глаза – большие, чуть раскосые, с едва заметным плутоватым выражением. Прическа – длинные прямые волосы, спадающие на плечи, – стиль деловой женщины.
Сын Олег за прошедший год сильно вытянулся и стал еще больше походить на Светлану. Впрочем, Варяг не видел в этом ничего дурного. Наоборот, есть такая примета: если сын похож на мать, то ему на роду написано быть счастливым. Сам Варяг горя хлебнул предостаточно и мечтал о том, чтобы беды обошли Олега стороной. Сын напоминал ему американского подростка: кепка набок, на ногах роликовые коньки, а в глазах неистовый блеск от всевозможных желаний. Варяг с грустью отмечал, что сын разговаривал на родном языке, вставляя в него множество нелепых американизмов, а герои американских мультиков были ему ближе, чем Серый Волк и Иван Царевич. И уж конечно, ему никогда не понять отца, для которого тюрьма такой же дом, как для него детская, переполненная игрушками.
Варяг не однажды задумывался о том, что будет, когда сын вырастет. Какую стезю он пожелает избрать? Варяг всегда видел своего Олега рядом с собой, но это вовсе не значило, что сыну следовало усвоить преимущества отмычки перед обыкновенным ключом и без приглашения проникать в квартиры незнакомых граждан. Олег мог выучиться, стать адвокатом и в созданной его отцом системе занять подобающее ему место. В дальнейшем Олег Владиславович не только станет наследником отцовских капиталов, но и возглавит дело.
Но вот как быть с короной?
Титул вора в законе не передается по наследству, это не вотчинные земли и не дворянский герб. В первую очередь он – свидетельство доверия людей, которая решила наделить одного из своей среды особыми полномочиями. Это звание нужно заслужить, и оно не будет иметь силы, если его не подтвердит зона. «Пиковые воры» пошли по другому пути – они передавали воровскую корону старшим отпрыскам вместе с накопленными капиталами. Подобных действий Варяг не понимал.
Прозвеневший звонок заставил задумавшегося Варяга вздрогнуть. Он бережно поставил фотографию на стол и снял трубку.
– Вы не могли бы соединить меня с Владиславом Геннадьевичем? – услышал Варяг осторожный мужской голос.
– Я слушаю.
– Вас беспокоит Андрей Егорович Платонов.
– Вот как? Я рассчитывал, что вы позвоните только завтра.
– Почему?
– Очень уж скоропалительно вы уехали – в пять часов утра. Машина – девятая модель «Жигулей». Такая быстрая эвакуация заставила меня заподозрить, что вы будете раздумывать несколько дольше. Но все хорошо, что хорошо кончается.
– И о моем отъезде, смотрю, вы тоже знаете?
– Уважаемый Андрей Егорович, я уже говорил вам о том, что организация у нас серьезная. Я знаю не только то, во сколько и на чем вы уехали, но и где вы сейчас находитесь – на семнадцатом этаже жилого дома, в квартире с пуленепробиваемыми стеклами в окнах. Квартиру эту вы сняли для разных интимных встреч. Ваши окна выходят на пустырь… Не волнуйтесь, мне незачем устранять вас. Я уже говорил, что это не мои методы. Уничтожить вас мы и так можем. Так вот, посмотрите в окно. Видите темно-серый «БМВ»?
– Ну?
– Это одна из тех машин, что сопровождали вас до дома. Теперь она ждет вас. А еще вас ждут две вещи на выбор: либо следствие и зона, либо дальнейшая блестящая карьера.
– Понимаю… Когда мы встретимся?
– Я предлагаю – немедленно. Нам нужно обсудить целый ряд неотложных проблем.
– Я выезжаю.
Платонов задернул шторы, достал из шкафа костюм, критически посмотрел на него, повесил на место, достал другой. Надев костюм, долго подбирал галстук. Ему хотелось выглядеть перед Варягом не сломленной жертвой, а полноправным партнером. Выйдя в прихожую, он увидел на вешалке кобуру с табельным оружием и усмехнулся каким-то своим невеселым мыслям.
На выходе из подъезда его встретил крепкий парень-водитель:
– Мне уже звонили… Прошу вас в машину, Андрей Егорович.
Парень услужливо распахнул перед Платоновым заднюю дверцу, и генерал сел в машину, подумав, что начинается все не так уж плохо.
Глава 5
ВЫБОР ВСЕГДА ЕСТЬ
– Видишь высокого человека с папкой в руках? – показал Чижевский взглядом на мужчину, стоявшего у ларька.
– Так.
– Это наш клиент. Разрабатывать его и копать компромат некогда – уже послезавтра его место должен занять наш человек. Так что, к сожалению, придется мочить…
– Понял, сделаем, – ухмыльнулся собеседник Чижевского, полноватый, добродушного вида парень лет двадцати пяти.
Они сидели в вишневом «Пежо» с затемненными стеклами и наблюдали за тем, как на противоположной стороне улицы полковник Старостин с трудом наскребает мелочь на пачку сигарет. Получив свою «Яву», долговязый сутулый полковник энергично зашагал прочь от ларька, смешно выбрасывая ступни в стороны. Костюмчик на нем был дешевенький, очки с простыми стеклами, взгляд по-детски беззащитный.
– А это точно он? – усомнился собеседник Чижевского. – Варяг с нас шкуру спустит, если не того замочим.
– Не впечатляет? – с улыбкой спросил Чижевский.
– Абсолютно, – кисло отозвался полноватый.
– Я бы тоже не поверил, если бы еще раньше его не разрабатывал.
Полковник Старостин, прозванный сослуживцами Кощеем за худобу и нескладность, свою военную карьеру закончил десять лет назад, после чего серьезно занялся наукой, защитил докторскую диссертацию и в настоящее время считался одним из ведущих экспертов по авиационной технике. Его продолговатая голова, смахивавшая по форме на дыню, была набита тактико-техническими данными новейших военных летательных аппаратов. Полковник не пропускал ни одной авиационной выставки и считался чем-то вроде визитной карточки российской делегации. Он имел массу знакомств среди военных и деятелей науки всего мира. В своем ведомстве он был незаменим.
Старостин не афишировал своих особых отношений с начальником Госснабвооружения Платоновым. На людях они здоровались сухо, чисто по-деловому. Только единицы, и в их числе Варяг, знали о том, что Старостин и Платонов являлись партнерами. Всякий раз после реализации за рубежом самолетов и запчастей к ним они делили черный нал на подмосковной даче Платонова.
Долговязый человек остановился у светофора, дисциплинированно подождал, пока вспыхнет зеленый, и только после этого ступил на проезжую часть. – Пора, – произнес Чижевский. – Теперь твоя очередь.
– Понял, – отозвался его спутник, раскрыл кейс и достал оттуда австрийский пистолет «Глок-17» с уже навинченным на ствол глушителем.
Расстояние до Старостина не превышало тридцати метров – стандартная дистанция при стрельбе в тирах. Долговязый не подозревал о том, что в машине с затемненными стеклами, стоявшей в тени двух кленов, скрывается его смерть.
Дотопав до середины дороги и заметив красный свет, Старостин остановился на пешеходном островке, явно не желая по пустякам подвергать свою жизнь опасности. Полноватый спутник Чижевского опустил боковое стекло, поерзал на сиденье, выбирая позицию поудобнее, и медленно поднял руку с пистолетом, придерживая ее другой ладонью.
Глухого хлопка выстрела в уличном шуме никто не услышал, только на пешеходном островке долговязый мужчина вдруг вздрогнул, зашатался и повалился ничком на асфальт. Вокруг его головы быстро начала растекаться лужица неправдоподобно алой крови. Зажегся наконец зеленый свет, но земной путь полковника Старостина был уже окончен.
* * *
– Извините, я поеду побыстрее – шеф торопит, – повернулся к Платонову водитель, включая зажигание.
– Пожалуйста, – равнодушно ответил генерал.
Он не знал, что значило «побыстрее» в устах этого парня. Раз за разом «БМВ», не снижая скорости, избегал неминуемого столкновения в плотном потоке машин. Водитель о чем-то говорил, но Андрей Егорович не понимал смысла его слов, судорожно цепляясь пальцами за подлокотники сиденья и тяжело переводя дух, едва опасность в очередной раз проходила стороной.
Когда «БМВ» лихо влетел на автостоянку перед гостиницей и остановился, Платонов почувствовал огромное облегчение. «Живой пока», – подумал он. Шагая вслед за водителем к офису Варяга, генерал стал вновь припоминать все то, что за прошедшие сутки успел выяснить о будущем партнере. Один из самых авторитетных людей в криминальном мире и при этом широко образован, доктор наук, знает два иностранных языка. Не раз сидел в тюрьме – якобы по политическим статьям, но это, конечно, туфта – и в то жe время имеет невероятно широкий круг общения, тесно знаком с многими известными артистами, писателями, художниками, учеными, его дружбы ищут бизнесмены и генералы милиции. Ворочает огромными деньгами – вкладывает их в банки, в недвижимость, в производство, в экспортно-импортные операции, в шоу-бизнес, спонсирует партии и политические движения. Свой человек во всех политических, литературных, музыкальных тусовках. Его рабочий день расписан по минутам – таким плотным графиком могли бы похвастаться только директора крупнейших компаний. В одном из интервью Варяг заявил, что не принимает разговоров о своем якобы криминальном прошлом, – в настоящее время он предприниматель, честно платит налоги и готов общаться с прессой только как предприниматель.
О том, что Варяг совсем недавно сидел в тюрьме и совершил побег, Платонову узнать не удалось – человек, принимавший Варяга в особняке на Пречистенской набережной, держал свое слово.
Генерал прекрасно понимал, чем вызван интерес Варяга к его персоне. Все дело было в нелегальных сделках, которые Платонов проворачивал в последние годы, имея стойкие связи с заводами, создававшими неучтенные излишки продукции. Вертолеты, танки, орудия продавались в Латинскую Америку, в Африку, на Ближний Восток, а деньги от подобных сделок делились между непосредственным производителем продукции и тем лицом, которое помогло ее продать. Порой операции заключались внезапно: так, в прошлом году Платонов вывез на выставку шесть новейших танков, а домой вернулось только два. Генерал прорабатывал различные варианты объяснения такой «утряски»: пожар на складе, арест на границе, но разрешилось все предельно просто – нашелся выход на людей из окружения Президента, способных «закрыть вопрос», и этим людям была передана треть дохода от сделки. Остальное Платонов спокойно положил себе в карман. Очевидно, в какой-то момент он потерял бдительность, забыв о том, что следить за ним могут не только корыстолюбивые чинуши из ФСБ, но и ребята с золотыми фиксами и наколками на пальцах.
Водитель услужливо открыл тяжелую дверь перед Платоновым, пропустил его в кабинет и, оставшись снаружи, закрыл за ним дверь. Варяг поднялся навстречу гостю и, пожимая ему руку, серьезно произнес:
– Благодарю вас за то, что вы приняли наше предложение. Для нас большая честь сотрудничать с вами.
– Насколько я понимаю, у меня просто не было другого выбора, – со вздохом произнес Платонов.
– Выбор всегда есть, – строго возразил Варяг. – Важно просто сделать правильный выбор. Я знал, что мы с вами договоримся. Учтите, я намерен работать с вами предельно честно, и жду того же от вас. Итак, моя первая просьба: мне хотелось бы принять участие в авиационной выставке в Мексике.
Платонов отрицательно покачал головой:
– Это совершенно невозможно. Все списки уже согласованы и утверждены в аппарате администрации Президента.
– Вы меня не поняли, – добродушно сказал Варяг. – Я бы хотел присутствовать на выставке не в качестве гостя, а в качестве эксперта по летательным аппаратам.
Платонов внимательно посмотрел на Варяга и пришел к выводу, что тот говорит серьезно.
– Подобное невозможно в принципе. Система Госснабвооружения не пропустит чужака, а тем более человека с сомнительной репутацией. А потом, чтобы стать экспертом, нужно знать новейшие технологии, быть в курсе соответствующей литературы. И наконец, это место просто занято! Не могу же я отстранить человека, не дав ему никаких объяснений!
– Пункт первый: зря вы считаете меня таким уж наивным, – невозмутимо возразил Варяг. – Вопросами вооружения и, в частности, военной авиацией я интересуюсь давно. Чувствовал, знаете ли, за этим делом немалые перспективы. Читал и соответствующие журналы, в том числе и зарубежные. Глубоким знатоком я, вероятно, не стал, но и в грязь лицом в разговоре не ударю. Пункт второй – насчет консерватизма системы и моей сомнительной репутации: кадровые вопросы находятся в вашей компетенции, а если кто-то захочет покопаться в моей биографии, то милости просим. На данный момент она чиста. Да и не надо пытаться быть святее папы римского: у нас вице-премьеры совершенно откровенно берут взятки, а вы так беспокоитесь из-за репутации какого-то несчастного эксперта. Наконец, пункт третий – насчет того, что место занято: час назад назначенный на это место полковник Старостин был застрелен на улице неизвестным преступником. Почему бы место полковника не занять мне?
По спине Андрея Егоровича пробежал мороз. Платонов несколько раз судорожно открыл рот, вдохнул воздух, но слова не приходили на ум. Варяг заметил его волнение и развел руками:
– Я не хотел вас пугать. Просто до выставки осталось слишком мало времени.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?