Текст книги "За пределом беспредела"
![](/books_files/covers/thumbs_240/za-predelom-bespredela-77585.jpg)
Автор книги: Евгений Сухов
Жанр: Криминальные боевики, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Глава 12
ОРГАНИЗАЦИЯ
Назара похоронили по всем правилам, с пышностью, на которую могли претендовать только первые лица города.
Предварительное расследование не дало ровным счетом ничего. Свидетельница – девица, которую Назар оставил в баре, – ничего определенного сказать не могла. Она не запомнила никаких особых примет, а то, что преступник был высокий и светловолосый, следствию мало что давало. Любому оперу было понятно, что подобные убийства либо раскрываются по горячим следам, либо, как правило, превращаются в так называемые «висяки».
Оставалось огромное наследство Назара, на которое претендовало несколько авторитетов, но пока никто не знал, кто именно займет кресло смотрящего района. Подобная заминка беспокоила оперативников – неопределенность в столь важном деле могла вызвать очередную волну разборок. Лучше всего иметь дело со старой, проверенной клиентурой, потому что едва ли не на каждого авторитета имеется досье со всеми подробностями биографии. Хуже всего, когда лидером становится новичок. Обычно такие выскочки действуют предельно жестоко, чтобы в кратчайший срок завоевать как можно больший вес.
Колян свернул с проспекта на узенькую тенистую улочку. В лабиринте двухэтажных домов жил его старинный приятель Федька Угрюмов, или просто Угрюмый. Они знали друг друга с детства, некогда занимались в одной спортивной секции, а повзрослев, частенько отрабатывали приемы на одиноких прохожих в глухих переулках города.
– А он дома? – поинтересовался Хорек.
– Да. Мы с ним созванивались, но, сам понимаешь, не рассказывать же ему о наших планах по телефону.
– Верно.
Хорек ловил себя на том, что после случившегося в кафе не смеет смотреть в лицо Коляну. Так более слабый самец опасается встретиться взглядом с вожаком стаи, чтобы не навлечь на себя его гнев. Хорек испытывал перед Коляном почти животный страх, и, если бы тот приказал ему удавиться, Хорек вряд ли посмел бы возразить. За прошедшие три дня Колян успел переговорить с двумя десятками парней. Большинство из них он знал с детства – с одними жил рядом, с другими занимался в секции, с третьими учился в одной школе. Ему никого не пришлось уговаривать – достаточно было обрисовать в общих чертах ближайшие перспективы: дорогие машины, красивые девочки, куча денег. У парней, уставших от безработицы и безденежья, алчным блеском загорались глаза.
Однако предстоящий разговор обещал быть более серьезным. Конечно, на Угрюмом свет клином не сошелся – пройдет немного времени, и закалится даже самый невинный из избранных, – но присутствие Феди добавило бы организации прочности и солидности. Угрюмый не входил ни в одну районную группировку, но это обстоятельство не уменьшал его авторитета. Благодаря независимости Угрюмого группировки частенько привлекали его на роль третейского судьи.
Федя Угрюмов жил в одном из уродливых домов послевоенной постройки, образовывавших маленький темный дворик. Создавалось впечатление, что даже утром здесь не бывает света.
Из подъезда вышел здоровенный парень с добродушной улыбкой.
– Из окна тебя увидел, – протянул он руку сначала Колину, а потом Хорьку.
– Может, в хату пойдем?
– А кто у тебя?
– Да баба моя и матушка.
– Не стоит женщин беспокоить. У них ведь всякий вечерний гость вызывает тревогу. Давай лучше переговорим здесь.
– Давай. Я слышал, Колян, что ты банду собираешь, – бесхитростно заулыбался Угрюмый. Он был прямой противоположностью своему прозвищу и никогда не упускал возможности позубоскалить.
– Откуда тебе это известно? – насторожился Колян.
– Ведь не на острове живу. Молва ходит.
– Только я тебе хочу сказать, что собираю я не банду, а ор-га-ни-за-цию, – веско сказал Колян. – Это у других банды!
Угрюмый опять заулыбался:
– Ну-ну, у врагов всегда шпионы, а у нас только разведчики.
– Я не собираюсь ничего скрывать, – продолжал Колян. – После Назара осталось большое наследство. Будет очень обидно, если оно отойдет в чужие руки. Сам ведь знаешь, он ворочал большими деньгами, и если ко всему этому делу подойти с умом, то уже через месяц каждый из нас будет иметь по новой тачке. Еще через месяц мы переберемся в новые хаты. Я уж не говорю о бабах, этих раком до Москвы не переставишь! Я здесь поговорил кое с кем из ребят, так они согласны. Подбирается очень приличная компания, и мы бы очень хотели, чтобы ты был с нами.
– Ты же знаешь, что я не участвую в таких тусовках.
– Неужели ты откажешься от таких больших бабок? Большие деньги – большие возможности, Федя.
– Ну хорошо, какое место ты отводишь мне в своей организации?
– У тебя будут большие деньги. Это я тебе обещаю. А в мое слово ты должен верить.
– Верю, – кивнул Угрюмый. – Что дальше?
Федор прекрасно знал, что имел в виду Колян. Три года назад встал вопрос о включении Угрюмого в состав сборной России по кикбоксингу. Сложность состояла в том, что за такую «любезность» нужно было заплатить тренеру пятьдесят тысяч долларов, и Колян собирал деньги по всему городу. Федор Угрюмов в сборной закрепился и на чемпионате Европы занял первое место. У него не было никаких оснований не доверять Коляну.
– Итак, деньги у тебя будут крутые… Но ты будешь вторым… после меня!
Угрюмый задумался всерьез. Уже год как он оставил спорт, немного не дотянув до заслуженного мастера. Тренерская работа его не привлекала, и большую часть времени он проводил дома, почитывая детективы. Деньги, накопленные на коммерческих соревнованиях, уходили, и он стал подумывать о том, не пойти ли в профессионалы.
– Сколько я буду иметь?
– Сам подумай… Если мы обеспечим «крышу» всем фирмам, которые находятся в нашей районе, то это составит десятки тысяч долларов в неделю! Ты можешь себе представить, сколько мы будем иметь через месяц, через год! На твою долю придется для начала около пяти тысяч долларов в месяц. Ну как, устраивает?
Что такое профессиональный спорт? Поломанный нос, перебитые конечности, отбитые почки. «Капусту» можно загребать и более приятным способом.
– Договорились.
– Только вот что я хотел тебе сказать, Угрюмый. Я вижу, что ты гора мускулов, и понимаю, что ты великий спортсмен, но решающее слово всегда должно оставаться за мной. Согласен?
– По рукам! – И Угрюмый протянул Коляну широкую ладонь. – Кстати, ты не знаешь, кто пришил Назара? А то в городе разное болтают…
Колян пожал протянутую руку и сдержанно произнес:
– Понятия не имею. А что?
Глава 13
МЕТОДЫ УСТРАШЕНИЯ
– Во-первых, хочу вам сказать следующее: мои приказы не обсуждаются, и исполнять их вы должны так же свято, как заповеди самого господа Бога. Если я велел подвесить неугодного за яйца, значит, вы должны выполнить распоряжение в точности. Если я велел отрезать бунтовщику уши, значит, так тому и быть, – Колян обвел присутствующих тяжелым взглядом и не увидел ни одного улыбающегося лица. Пехота уже не раз убеждалась в решительности своего бригадира и безоговорочно принимала его лидерство. – Если я приказал кого-то грохнуть, значит, вы должны не мешкая принести мне его голову. Ясно я выражаюсь? – остановил Колян свой взгляд на Хорьке.
Хорьку захотелось спрятаться, но, сделав над собой усилие, он собрал остатки воли и, уверенно выдержав взгляд атамана, бодро ответил:
– Вполне.
Для разговора с братвой Колян выбрал лесопосадку за городом. Два десятилетия этот участок называли не иначе как «Сквер любви». Именно здесь едва ли не вся мужская половина небольшого сибирского города получала первые уроки секса. Однако впоследствии подобные «подвиги» не помешали большинству сделаться серьезными отцами семейств. Проезжая мимо густых насаждений, они с ностальгической грустью вспоминали плейбойскую юность. Теперь несколько парней из компании Коляна зарабатывали тем, что взяли под контроль зеленую зону. Прежде чем уединиться в кустах с подругой, полагалось внести установленную таксу.
В сотне метров от сборища виднелась целующаяся парочка, позабывшая заплатить налог. Но никто из парней, помня о дисциплине, не спешил штрафовать грешников за провинность.
– Ну как, все ясно? – серьезно спросил Колян. За все время разговора он улыбнулся лишь однажды, когда Хорек рассказал о том, какими глазами на него смотрел Червовый (правая рука Назара), когда Хорек объявил, что кафе, на которое Червовый рассчитывал после кончины босса, переходит в собственность новой организации. – Мы должны обложить данью все точки в районе: киоски, ларьки, кооперативы.
– А если они вздумают брыкаться? – подал голос Угрюмый. – Ведь за ними уже может кто-то стоять.
– Нас это не должно колыхать. Хозяину сначала сделаем внушение. Если не поможет, отвозим его в лес и беседуем с ним до тех пор, пока не поумнеет.
Колян сидел на широком пне, в двух метрах от него на поваленной сосне устроилось девять человек – командиры пятерок. Они слушали Коляна с воодушевлением. Босс говорил очень убедительно, и подчиненным не терпелось приступить к сбору дани.
– Есть небольшая проблема, – негромко подал голос Захар Стручков.
– В чем дело?
Колян посмотрел на Стручка. Захар не однажды испытывал на себе влияние магнетических глаз атамана. Стоило Коляну ненадолго задержать на нем свой взгляд, как того прошибал пот. Захар был уверен: нечто подобное испытывает каждый из его приятелей. Колян учился в специальной школе, и в организации всерьез решили, что именно там его научили подавлять волю других людей.
– Я об автосервисе.
– Ну?
– Хозяин не хочет платить деньги. Когда мы туда заявились получить должок, он позвал пятерых амбалов и сказал, что признавал только одного Назара, ему и платил. А остальные для него – мелкая шушера.
Колян улыбнулся второй раз, злобно улыбнулся. Хозяину автосервиса эта улыбка не сулила ничего хорошего.
– Так и сказал?
– Да.
– А он знал, от кого ты пришел?
– Разумеется.
– Не знаю, как вам, но мне это очень не нравится. Не люблю, когда меня не уважают. Это всегда связано с финансовыми потерями. Ты узнал, где он живет? – по-деловому поинтересовался Колян.
– Да, – отвечал Стручок, не решаясь опустить глаза. Он почувствовал, что его рубашка прилипла к спине, а пот залил шею.
– Он живет сейчас у подруги.
– Все ясно. Во сколько бывает дома?
– Обычно на работе не засиживается, там у него все отлажено. Где-то часов в восемь приходит.
– В общем, так… Каждый занимается своим делом, а ты, Стручок, со своей пятеркой будь у сквера, что рядом с вокзалом. Оттуда покатим к нему на хату. Ты все понял?
– Естественно, – произнес Захар как можно бодрее.
– Все, расходимся. Встретимся завтра.
* * *
Захар Стручков нервничал всерьез. Еще за два часа до назначенного времени он чувствовал нечто похожее на лихорадку – его то бросало в дрожь, и он покрывался холодным потом, а то вдруг начинал задыхаться от жара. Он решил было сказаться больным, но тут же отбросил эту идею: внезапная болезнь запросто могла сойти за трусость, а непослушных Колян наказывал строго. Стараясь успокоиться, Захар выкурил несколько сигарет подряд, хотя Николай и не поощрял в своей организации спиртного и курева и старался навязать бойцам культ здорового образа жизни. Сам атаман трижды в неделю тренировался в спортзалах – отрабатывал удары на манекенах. Если кто-то из бойцов уклонялся от спортивных занятий, это мгновенно сказывалось на денежном довольствии. Однако от курева мандраж только усилился. Захар руководил звеном из пяти человек – обыкновенная пехота, у которой на уме только «капуста» да бабы. Парни готовы были за тысячу баксов прирезать даже родного папу. Им жилось легко – известно, что отсутствие мозгов облегчает жизнь. А если бы они хоть однажды всерьез призадумались о своей судьбе, то от кошмарных мыслей у них на затылке вылезли бы волосы. Захар посмотрел на парней – беззаботные тупые физиономии. Сейчас он искренне завидовал их толстокожести.
Колян подъехал ровно в восемь, небрежно припарковав темно-синий «БМВ» у обочины дороги. Он вышел из машины в сопровождении Хорька и Угрюмого, шедших на шаг позади него. Захар предупредительно поспешил навстречу, издалека протягивая руку. Колян сдержанно поздоровался с каждым из ребят Захара.
– Готов? – повернулся Колян к Захару.
Стручок почувствовал, как страх скользкой змейкой заполз ему за шиворот.
– К чему? – невольно брякнул он.
– Ты меня разочаровываешь, Стручок. Что значит – к чему? Такое впечатление, будто у тебя что-то с памятью. Хорек! – не оборачиваясь, позвал Колян.
– Я здесь, – услужливо откликнулся Хорек. – Дай ему дипломат.
Хорек передал Захару кейс, который оказался на удивление тяжелым.
Колян хмыкнул:
– Ты не хочешь спросить меня, что в нем?
– Что в нем, Коля?
– Обыкновенный топор. И знаешь, для чего?
Стручок похолодел от страшного предчувствия, но постарался спросить как можно спокойнее:
– Для чего?
– Это орудие убийства, мой друг, – просто ответил Колян. – И воспользуешься им ты. Знаешь почему?
– Почему же?
– Ты создал мне проблему. Вот давай ее самостоятельно и разрешай. Как говорится, нет человека – нет проблемы. Конечно, для этой цели мы могли бы выбрать и более… как это сказать… гуманное оружие. Но мы решили остановиться именно на топоре. Нас должны бояться! А рубленая рана всегда внушает страх. Так ты готов?
Захар уже не волновался – решение было принято. Он отдавал себе отчет в том, что если скажет «нет», то его «пятерка» по небрежному кивку Коляна распнет на скамье своего начальника.
– Да!
– Другого ответа я и не ожидал. Поехали.
Глава 14
ЗАЧЕМ НУЖНЫ ЗВЕРСТВА?
Громовский не стучал кулаками по столу, не бросал в лицо обидных слов, но достаточно было взглянуть на майора, чтобы понять – он взбешен до крайности.
– Зачем тебе понадобились все эти зверства?! – Майор сел на краешек стола и теперь смотрел на Коляна сверху вниз. – Неужели нельзя было разобраться как-то по-другому?! Весь город взбудоражен…
– Значит, по-другому было нельзя, – хладнокровно парировал Николай Радченко. – Мне нужно завоевать авторитет, нас должны уважать, с нами должны считаться.
Громовский перестал размахивать руками. Он вытащил из кармана пачку фотографий и рассыпал их на столе веером.
– Ты посмотри сюда! Каким нужно быть садистом, чтобы кромсать топором череп! Уж на что я навидался покойников, но при виде такой картины у меня аж задница испариной покрылась.
– Мы действовали так с целью устрашения. Он нам не подчинился и получил свое.
– Ну допускаю, что хозяина автосервиса ты грохнул, чтобы наказать, но какого дьявола ты искромсал его подругу? Она что, стояла между вами?
– Так получилось, – Колян испытал нечто вроде неловкости. Так же смущенно выглядит первоклассник, пойманный учителем за руку в тот самый момент, когда он дернул за косичку соседку по парте. – Бабу и в самом деле можно было не мочить. Погорячились. Но пехота как-то разошлась, а потом их этот коммерсант очень разозлил – пробовал сопротивляться, вот и сорвали злость на девчонке…
– И что, по-твоему, я тебе должен сказать? Мол, бывает так, что ли? Ты слишком шумно стал себя вести. Если твои дела пойдут и дальше таким образом, я не смогу прикрывать тебя.
У Коляна появилось большое желание смахнуть майора со стола, как надоевшую муху, но он нашел в себе силы виновато развести руками:
– Не гони волну, начальник, я прекрасно знаю, что тебя тревожит. Считай, что твой кормчий у тебя в кармане. У тебя будет дополнительный шанс припереть его тем, что это деньги не просто паленые, а залитые кровью!
Отношения обоих давно упростились, и Колян не без удовольствия называл своего бывшего начальника на «ты».
Громовский поднялся и внушительно погрозил пальцем.
– Пойми меня правильно, Глухарь, я веду досье не только на нашего знакомого, твоя личная папочка тоже пополняется кое-какими интересными бумажками. Тебя это не страшит? – неожиданно улыбнулся майор. – Если ты сейчас мочишь людей ради авторитета и собственного удовольствия, то когда-нибудь я попрошу тебя сделать то же самое по старой дружбе.
Только глупец мог принять волчий оскал майора за добродушную улыбку. Колян услышал у самого уха клацанье клыков.
– Как-нибудь договоримся.
– Прежде чем устроить в следующий раз вселенскую резню, позвони мне, чтобы я сумел смягчить предстоящий удар.
– Непременно.
* * *
Вождь партии «Новая Россия» встретил Николая Радченко по-дружески. Он хлопал его по плечу, говорил о том, что на подобных патриотах держится Россия, и дважды пообещал собственноручно написать Николаю рекомендацию в партию. Потом Гордеев как-то незаметно завел разговор о том, что для поддержания демократических идей требуются весьма солидные вливания, но тем не менее даже скромные пожертвования частных лиц значительно поддержат движение.
«Умело съехал», – усмехнулся про себя Николай. В правой руке он держал кожаную сумку, в которой лежало пятьдесят тысяч долларов. Еще накануне он переносил в ней оружие, но, даже расскажи он Гордееву об этом, тот не стал бы изводить себя угрызениями совести и спокойно спрятал бы зеленые бумажки в массивный сейф, стоявший в углу комнаты.
Николай помучил вождя еще несколько минут, а потом водрузил сумку на стол.
– Здесь небольшая сумма… пятьдесят тысяч долларов. Очень надеюсь, что эти деньги пригодятся нашему общему делу.
Николай как бы невзначай притронулся к верхней пуговице куртки. В нее был вмонтирован маленький микрофон. В ста метрах от дома в своей машине сидел майор Громовский и с кривой усмешкой записывал излияния Павла Несторовича. Майор был честолюбив и очень тщеславен, ему не терпелось тряхнуть солидной «компрой» перед носом начальства – иного пути к получению очередного звания он не видел.
– Николай, вы даже не представляете, что сделали для нашей партии!
Просторный кабинет Павла Несторовича был сплошь увешан портретами борцов за демократию, и сейчас, как показалось Радченко, они взирали на гостя с особым умилением.
– Именно такими патриотами и будет возрождаться Россия. Так вы готовы вступить в нашу партию?
– Буду счастлив. У меня к вам имеется одна просьба, – слегка замялся Николай.
– Говорите, Николай. Я считаю вас своим другом, а потому готов выполнить любое ваше желание. Так чего вы хотите?
Павел Несторович слегка приподнял сумку и почувствовал приятную тяжесть. «Отец местной демократии» с радостью думал о том, что полученных денег вполне хватит на то, чтобы сменить мебель в коттедже, а вокруг дома установить камеры слежения.
– Я бы хотел – если вы не возражаете, конечно! – стать ближайшим вашим помощником.
– Похвально! А чем вы конкретно хотели бы заниматься?
В просторном кабинете Павла Несторовича Радченко чувствовал себя очень уверенно. Нечто подобное, видимо, испытывал Савва Морозов, когда поддерживал деньгами большевистскую партию.
– Поймите меня правильно, Павел Несторович, я бизнесмен. И мое призвание, – я бы даже сказал – высшее назначение, – всем, чем могу, поддерживать демократию в нашей стране. Но для свободы действий мне нужен официальный документ о том, что я являюсь помощником депутата Государственной Думы.
Такое удостоверение стоило пять тысяч долларов, и Гордеев, пользуясь статусом депутата, сумел набрать около ста помощников. Сумма в итоге набралась нехилая – пятьсот тысяч долларов. Он сумел поменять старую «Волгу» на дорогой джип, выстроил двухэтажный особняк. Сумма в пятьдесят тысяч значительно превосходила установленную таксу, и если бы Радченко пожелал, то Гордеев выписал бы ему с десяток удостоверений помощника депутата.
– Ну разумеется, дорогой вы мой! Через пару дней, после заполнения соответствующих бумаг, вы получите свое удостоверение.
Николая притягивала к себе личность Гордеева. «Депутат» имел внешность рубахи-парня – таких людей охотно принимают в любые компании. Они интересны в застолье, они хорошие собеседники, и если сколотился коллектив из трех человек, то им первым наливают в стакан водки. Женщины хотят иметь от них детей и безропотно отдаются, стоит таким мужчинам лишь моргнуть глазом. Большое будущее для них – почти неизбежность.
Интуиция подсказывала Коляну, что его путь еще не однажды пересечется с дорогой «демократа». На первых порах следовало приручить этого медведя, чтобы в один прекрасный день он не прокусил кормившую его руку. За домом Гордеева Радченко установил наблюдение, и лидер партии даже не подозревал о том, что едва ли не каждое его тайное рандеву записывается на пленку. Интересно, что сказала бы его добропорядочная женушка, если бы узнала, что последней привязанностью Павла Несторовича стала семнадцатилетняя студентка колледжа?
– Можете всегда рассчитывать на мою помощь, Павел Несторович, – Николай постарался придать своему голосу проникновенность.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?