Текст книги "Мои путешествия"
![](/books_files/covers/thumbs_240/moi-puteshestviya-88575.jpg)
Автор книги: Федор Конюхов
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
26 апреля 1988 года
Цель нашего пути достигнута, мечта каждого участника экспедиции осуществилась – мы наконец ступили туда, куда шли и еще будут идти многие путешественники. Три месяца мы шли по белому безмолвию. Временами тишину нарушал своим завыванием ветер. Иногда раздавались мощные раскаты, где-то или возле нашего лагеря трескался лед, происходило трошение. Однако чаще царила великая ледяная тишина, нарушаемая только скрипом наших лыж и дыханием.
В 11 часов 20 минут (время московское) советский и канадский флаги были водружены на северном географическом полюсе.
Солнце ходит по кругу, время стоит. Это очень сложно – разобраться во времени. Мы находимся в той точке, где все меридианы встречаются, несколько шагов в сторону – и ты уже переходишь из южной части земли в противоположную, из ночи в день, и наоборот. А год состоит из одного только дня и одной только ночи. И если бы сейчас не было солнца, то прямо над головой мы бы видели Полярную звезду. Север, восток, запад – в этой точке их не существует, во всех направлениях только юг.
Вокруг полюса торосы имеют довольно обычный вид. Смотришь на эти льды, и будто ничего не изменилось в ледяной равнине Севера, которая окружала нас на протяжении всего пути. Отсутствие всяких признаков жизни, холодное серое безмолвие. Ни одного темного места, где бы глаз мог отдохнуть от бесконечной белизны. Невольно страх овладевает тобой, когда представляешь пространство Ледовитого океана. И нашу экспедицию, маленькую точку, которая чертит извилистую линию через это белое безмолвие. И сколько еще придется сделать шагов, чтобы лыжи уперлись в твердую землю канадского острова Вортхан.
Когда я подошел к Северному полюсу, мое сердце наполнилось благодарностью к нему. Путешествие через океан научило меня рассчитывать только на свои силы и побеждать самого себя. Трансарктическая экспедиция потребовала не только физических сил, но и душевного равновесия, и терпения.
Первая российская автономная экспедиция «Арктика» к Северному полюсу
Старт 4 марта 1989 года с архипелага Северная Земля, остров Шмидта[22]22
Остров в архипелаге Северная Земля (Россия), в Карском море. Административно относится к Таймырскому Долгано-Ненецкому району Красноярского края. Расположен в северо-западной части Северной Земли. Самый удаленный от материка остров архипелага. Лежит обособленно, каких-либо малых островов рядом нет.
[Закрыть]Экспедиция достигла Северного полюса 6 мая 1989 года
Переход длился 64 дня
Руководитель экспедиции: Владимир Чуков
Состав экспедиции:
помощник руководителя экспедиции, штурман Валерий Лощиц, радист Юрий Егоров, второй штурман Сергей Печенегов, художник Федор Конюхов, кинооператор Александр Выхристюк, фотографы Андрей Подрядчиков и Леонид Сафонов, метеоролог Александр Рыбаков, завхоз Татьяна Чукова, врач Владимир Петлах, ремонтник Василий Жуковский, ответственный за выполнение научной программы Владимир Онищенко
Экспедиция под руководством Владимира Чукова[23]23
Чуков, Владимир Семенович (род. в 1946 году) – профессиональный путешественник. Президент экспедиционного центра «Арктика» Русского географического общества. Организовал и руководил более чем 30 экспедициями в Арктике и Антарктиде. Первый человек в мире, четырежды автономно (без какой-либо помощи извне) на лыжах достигший Северного полюса. Почетный полярник, заслуженный мастер спорта СССР, выдающийся российский путешественник, генеральный директор Фестиваля великих путешественников.
[Закрыть]
«4 марта 1989 года. Наконец все в сборе. Церемония прощания завершена. Взваливаем рюкзаки на плечи, цепляем к поясам санки, делаем первые шаги, постепенно вытягиваясь в длинную цепочку. За спиной слышны хлопки ракетниц, громкие возгласы – пожелания удачи, хорошей дороги, победы. Но все это вскоре растворяется среди белого безмолвия, слышны только скрежет лыж на жестких застругах, грохот санок, переваливающих через ледяные барьеры, да завывание ветра…»[24]24
Чуков В. Журнал «Вокруг света», № 1 – Москва, 1990.
[Закрыть]
15 апреля 1989 года
Прошли одну ходку – 1 час 15 минут. Я отстал, шел последним.
09:25. Вышли на вторую ходку. Погода теплая, градусов 30 мороза. Шли в синтепоновых легких куртках. После второй ходки в 10:40 съел одну галету. Сил очень мало, еле плелся.
После третьей ходки остался кусочек сахара и маленький кусочек сухаря. Вчера вечером разделили шоколад – одну плитку на двоих на целый день. Но я так хотел есть после ужина, что всю свою пайку съел сразу. Ужин скудный был – вермишель на воде, завтрак тоже – жидкая гречневая каша.
Скудный обед16 апреля 1989 года
Прошли три ходки. Еще одна – и обед. Я дежурю. Готовить буду жидкий гороховый суп, чай с двумя ложками заварки.
Ужин не порадовал. Саша Выхристюк приготовил манку, ну что такое жидкая манка, когда целый день работал, как вол?!
Гостеприимная Арктика17 апреля 1989 года
10:00. Прошли одну ходку за 1 час 10 минут. Дорога неплохая, правда, иногда встречались трещины, но они все были проходимы. Я шел и вспоминал книгу «Гостеприимная Арктика», написанную канадским путешественником[25]25
Полное название – «Гостеприимная Арктика: рассказ о пяти годах в полярных краях», англ. The Friendly Arctic: The Story of Five Years in Polar Regions) – книга канадского полярного исследователя Вильялмура Стефансона, в которой описывается Канадская арктическая экспедиция под его руководством 1913–1918 годов. Впервые опубликована в нью-йоркском издательстве Макмиллана в 1921 году с предисловием экс-премьер-министра Канады Роберта Бордена.
[Закрыть]. Здесь, в Арктике, мы не встретили ни одного зверя, а он описывал, что питались они только мясом убитых животных. А нам так хочется есть.
Все нервные, потому что голодные. Я уже точно решил, если Богу будет угодно, то на следующий год пойду на Северный полюс в одиночку. Но важно правильно подготовиться.
Прошли еще две ходки. На второй преодолевали гряду торосов, в ногах чувствовалась вялость, нехватка калорий. Я все время думаю о еде, а до полюса еще очень долго, дней 20–25.
20:55. Последняя стоянка, и через час будем ставить палатку.
День был сегодня очень плохой. Температура минус 20, а я мерз, сыро как-то и неуютно. Солнца совсем не было. Валера переживал, ему надо было брать координаты, а он не мог без солнца.
Кровь на морозе быстро застывает24 апреля 1989 года
Сегодня исполнился ровно год, как мы – команда во главе с Дмитрием Шпаро – достигли полюса. Я молчу, не хочу дразнить парней. Все они очень ревниво относятся к экспедиции Шпаро, в которой я участвовал. Сейчас мы отстаем от прошлогоднего результата Шпаро на два градуса, это где-то 12 дней пути.
Первая ходка прошла без приключений. Впереди ледяные дебри, совсем не видно прохода – одним словом, хаос. Будем пробиваться – больше ничего не остается.
10:30. Закончилась вторая, очень тяжелая ходка. Много битого льда, разводья с открытой водой, неровности. По курсу не шли, а просто выбирались из этого района.
Еще в начале ходки я услышал крик Володи Чукова: «Федя!» Обернулся – кто-то лежит на льду. Быстро сбросил рюкзак, отцепил от пояса нарты и, не снимая лыж, побежал назад. У меня было такое чувство, что кто-то провалился под лед. Когда подбежал, увидел, что поднимается Саша Рыбаков. Он упал, сзади по голове его ударил рюкзак, и Саша лбом грохнулся об лед. Со лба у него текла кровь, но на морозе быстро замерзала. Я предложил перебинтовать голову, Саша отказался.
Погода портится, солнце заходит за тучи. Если будет «белая мгла», то в таком сложном для ходьбы месте нам придется очень тяжело.
На третью ходку затратили 1 час 5 минут. Остановились в 11:45. Солнце затянуло тонкими тучами. Снег синий, как синька, дорога начала улучшаться, но еще петляет между одиноко стоящими заснеженными торосами.
Все парни устали, еле плетутся. Саша Рыбаков и на этой ходке упал прямо на ровном месте. Василий Жуковский говорит, что у него в груди что-то давит. Валера Лощиц, наш штурман, тоже ослаб и идет все время последним. Я смотрю на всех и думаю, кто первый сдаст. Ясно одно, что все мы не дойдем до полюса, кого-то потеряем.
13:15. Дорога неплохая, хотя много снежных надувов. Валера Лощиц начал развивать свою теорию, что он не голодный – не чувствует голода, так как желудок уже не вырабатывает желудочный сок. Андрей Подрядчиков и Вася Жуковский уснули прямо на снегу. Сережа Печенегов сильно страдает из-за обмороженных пальцев на правой ноге, да у него и лицо обморожено тоже.
Валера подготавливает теодолит для «взятия солнца», чтобы узнать наши координаты. Володя Чуков ремонтирует примус – он у нас быстро засоряется из-за плохого бензина.
![](i_007.jpg)
По тонкому льду. Из цикла «Мои друзья по риску»
Черный день28 апреля 1989 года
«Вы меня не звали и не ждали, а я вот пришла». Умер Саша Рыбаков. Не суждено ему было дойти до полюса. Из его тетради я сделал себе новый дневник. Саша мне обещал, что сам сделает, но не успел – смерть на это ему времени не отпустила.
16:00. Погода будто чувствует покойника: солнце спряталось, стало пасмурно и неуютно. Восточный ветер порвал лед на мелкие куски. Недалеко от палатки прошла трещина. Все спят. Парням безразлично, что творит природа. Они сильно устали. За палаткой лежит мертвый Саша Рыбаков. Я выходил посмотреть, чтобы его тело не унесло на обломке льдины. Глянул на его закоченевшее лицо и почувствовал: даже мертвому холодно. Укрыл Сашу пуховой курткой.
Стоим, не двигаемся из-за смерти Саши Рыбакова. Ждем вертолет, который заберет мертвого Сашу и двоих больных. Володя Чуков распределяет каждому из нас их снаряжение. Нас осталось семеро, вес рюкзаков будет по 35–38 килограммов. Это тяжелая нагрузка для ослабевшего организма.
А что такое Северный полюс, стоит ли за него отдавать жизнь? Это просто точка, в которой воображаемая ось вращения Земли пересекает ее поверхность. Располагается в центральной части Северного Ледовитого океана. Глубина здесь превышает 4000 метров. Круглый год тут дрейфуют мощные многолетние льды. Средняя температура зимой – около минус 40, летом – обычно около нуля.
Только вперед30 апреля 1989 года
11:30. Прошли две ходки ровно по 1 часу. Дорога отвратительная, много воды. Шли не по курсу, то на запад, то на восток, только не на север. Яркие солнечные лучи изредка пробиваются сквозь тучи и освещают хаотическую картину, похожую на место, где только что прошло землетрясение. Нарты тяжелые, застревают в торосах.
Прошли третью ходку за 1 час 5 минут. Дорога плохая, но впереди просматривается улучшение. Дай Бог до обеда выйти на хорошую льдину. Ко мне подошел Володя Чуков и пожаловался, что в последнее время ему в голову лезут плохие мысли. Я ответил, что наши мысли должны быть заняты только тем, куда мы идем.
Из письма Федора Конюхова Бренду Боди[26]26Боди, Бренд – канадский путешественник, друг Ричарда Вебера. В 1986 году принимал участие в Американской полярной экспедиции по достижению полюса на собачьих упряжках без авиаподдержки.
[Закрыть]
«Я долго не сообщал тебе о своих путешествиях и планах. 4 марта этого года я в составе спортивной лыжной экспедиции «Арктика» стартовал с острова Шмидта к Северному полюсу. Нас было тринадцать человек, мы поставили перед собой принципиальную задачу – полная автопилотность группы, отказ от каких-либо вспомогательных транспортных средств, включая собак и авиаподдержку. Протяженность маршрута 1000 км. Вес груза каждого участника экспедиции – до 80 кг (40 в рюкзаках и 40 в нартах).
Находились в движении до 10–11 часов чистого ходового времени ежесуточно. Не было ни одного дневного отдыха на протяжении всего маршрута. В начале пути встретилась большая открытая вода и много битого льда.
После 22 дней тяжелой работы трое из нас тяжело заболели от большой физической и ходовой нагрузки. Их пришлось вывозить на большую землю самолетом. В конце апреля заболели еще 3 участника, один из них умер в ходе работы на льду.
6 мая 1989 года мы пришли на Северный полюс.
На протяжении всего маршрута я вынашивал мысль о достижении этой точки в одиночку. И вот сейчас, после завершения экспедиции, принял окончательное решение пойти к полюсу один, планирую старт на март 1990 года».
Первый в истории России одиночный поход на лыжах к Северному полюсу
Старт 3 марта 1990 года с мыса Локоть, остров Средний
Финиш 9 мая 1990 года
Время в пути – 72 дня
Одиночный поход к Северному полюсу
Соревнование со льдом15 февраля 1990 года
Собираясь в одиночный поход на Северный полюс, я отдавал много времени и сил подготовке снаряжения, питания, навигации. На физическую тренировку времени не оставалось. Я понимал, что могу рассчитывать только на свой полярный опыт и собственные силы. И еще я надеялся на «шестое чувство» и на Господа Бога. Я знал, что за эту дерзость могу поплатиться жизнью.
Каждый, кто решится идти к полюсу, должен знать границы своих возможностей, предельные нагрузки на сердце. А еще надо верить в свой успех и предназначение, что именно тебе суждено дойти до макушки земли.
Если взять расстояние по карте, то от мыса Арктический, что на архипелаге Северная Земля, до географического полюса 980 километров. Но это по прямой, а мой путь будет куда длиннее. Ведь на маршруте наверняка встретятся поля торосистого льда, широкие каналы открытой воды. Я буду попадать в районы, где до самого горизонта тянется лед толщиной всего в 3–5 сантиметров. Под весом человека он трескается. Если я решусь пройти таким опасным районом, то это будет гонка без остановки, соревнование со льдом, расходящимся прямо за задниками лыж. И неизвестно, кто выиграет это состязание.
![](i_008.jpg)
Белое безмолвие
Два светила5 марта 1990 года
Третий день, как я на маршруте к Северному полюсу. Утром проснулся в 06:00, включил буй Коспас[27]27
Коспас-Сарсат (Cospas-Sarsat) – международная спутниковая поисково-спасательная система, разработанная для оповещения о бедствии и местоположении персональных радиобуев и радиобуев, установленных на судах и самолетах, в случае аварийных ситуаций. В разработке и вводе в эксплуатацию спасательной системы принимали участие СССР (в дальнейшем Россия), США, Канада и Франция. Советская часть системы – Коспас (Космическая Система Поиска Аварийных Судов), иностранная – Sarsat (Search And Rescue Satellite-Aided Tracking).
[Закрыть], чтобы в Москве знали мои координаты. Сварил кашу: гречка, орехи, изюм и два кусочка оленьего языка. Ел без аппетита. Настроение плохое – уж очень далеко отнесло меня от основного маршрута. Чувствую, что впереди много воды.
В 07:00 вышел на связь с островом Средний. Радист Дима Серов сообщил, что у них все хорошо, и пожелал хорошей лыжни. Начал собираться в дорогу. Убрал антенну, снял палатку. В ней сломались дуги, и теперь ее очень тяжело ставить.
В 09:00 вышел на маршрут. На горизонте показалось красное солнце. Тихо, ветра нет. Небольшой морозец – минус 27. Дорога сносная, старые торосы засыпаны снегом. Я начал изучать их строение и направление, вспоминая прошлые походы. Только изучив строение торосов, застругов, трещин, можно безошибочно выбирать дальнейший путь. Это все придет ко мне со временем.
Шел с наслаждением. Рюкзак и нарты тяжелые, но тащил их с приподнятым настроением. Посмотрел направо на расплавленный диск солнца и удивился: два светила – одно ниже, другое, точно такое же, выше. Хотел остановиться и зарисовать, но понял, что солнце отражается в воде. Я даже не заметил, как подошел к кромке льда, и передо мной открылся без единой льдинки до самого горизонта океан. Волн нет, от воды поднимается пар, и в нем колышется солнце.
Я всего ожидал, но только не этого. Мне захотелось кричать и просить Всевышнего, чтобы он помог. Такой воды я еще не видел в Арктике. Направо и налево до бесконечности – чистая ото льда вода.
Долго стоял я и любовался этой красотой, забыв, что она мне враждебна. Потом отошел метров на сто от кромки льда, сбросил рюкзак и отстегнул нарты от пояса. Вдали, примерно в километре, увидел айсберг, возвышающийся над остальными. Решил оставить вещи, налегке взобраться на него и посмотреть, что творится вокруг. На лыжах отправился к нему. Прошел половину пути, увидел старые следы белого медведя. Видимо, он путешествовал здесь два-три дня назад. Вспомнил, что не взял с собой карабин, фальшфейер. Все мое оружие осталось на нартах. Пришлось вернуться. Положил в карман фальшфейер, на плечо набросил карабин.
С севера шли темные тучи. Они начали закрывать солнце. Я спешил к айсбергу, чтобы успеть посмотреть, что меня ждет впереди. Казалось, он недалеко, но чем дольше я шел к нему, тем дальше и дальше было до него. Я остановился, по компасу засек направление на свои вещи, чтобы потом найти их в торосах. Наконец добрался до глыбы, поднимавшейся на 10–12 метров от ровного льда.
К воде голубой айсберг спускался крутым склоном, а с моей стороны был пологим. Снял лыжи, воткнул их задниками в снег, повесил на них карабин. Выдалбливая ножом ступени, взобрался на самую вершину айсберга. Передо мной открылся прекрасный, но безрадостный для меня вид: путь к полюсу отрезан водой. Погода тихая, так что долго придется ждать, когда закроется эта полынья.
Метрах в двадцати от айсберга плавала нерпа и с любопытством смотрела на меня. Наверное, хотела спросить, что я делаю в ее владениях.
Нашел удобное место, с которого можно было наблюдать за водой и видеть, когда она начнет смерзаться. Знаю, что близко к открытой воде лагерем стоять нельзя, но не хочется уходить далеко. Может, на горизонте появятся льды.
14:00. Я никак не могу успокоиться. Надо бы лечь в спальник и поберечь силы и тепло, а я все время хожу вдоль воды с карабином. Возле моего берега живут три нерпы. Вернее, наоборот, это я остановился возле их берега.
Солнце в дымке, белая луна висит на востоке. Тишина такая, что в ушах звенит. Сам себя успокаиваю, что я же этого хотел – испытания в Северном Ледовитом океане. Да и не может быть все время так. Рано или поздно должно что-то измениться. Может быть, все-таки подует ветер и льды закроют полынью? Палатку поставил выходом на север, чтобы чувствовать, когда подует ветер с этого желанного для меня направления.
Путь труден10 марта 1990 года
С утра мела поземка. Ночью плохо спал, кашлял. Вышел на маршрут в 09:30. Спина болит. Чтобы рюкзак был легче, переложил радиостанцию на нарты. Шел и думал, что я уже старый, чтобы так много тащить на себе груза. Да и третий год подряд ходить к Северному полюсу – это уже слишком. Наверное, это мой последний поход на макушку земли, если все завершится хорошо, займусь яхтами.
Холодно!15 марта 1990 года
Холодно, мерзнут ноги. Дорога торосистая до самого горизонта. Когда идешь в одиночку по прогибающемуся тонкому льду, то невольно думаешь, что будешь делать, если лыжи проломят его соленую серую корку, и ты вместе с рюкзаком и нартами начнешь опускаться в холодную воду океана?
Как не везет!19 марта 1990 года
Как мне не везет! Встретилась на пути трещина. Небольшая, но перейти невозможно. И обойти тоже тяжело из-за окружающих ее торосов.
Вперед прошел четыре минуты[28]28
Здесь имеется в виду географическая единица измерения широты и долготы. Одна минута широты равна морской миле, или 1852 метрам. Одна минута долготы может иметь разную величину – от 0 до 1852 метров.
[Закрыть], но на восток дрейфом отнесло на целый градус. Что-то тяжело даются мне километры: торосы, трещины, бесконечные завалы битого льда! Порой хочется плакать от отчаяния. Но что могут дать слезы? Сам выбрал такую жизнь и такой путь.
Остановился лагерем в гиблом месте – возле трещины. Вокруг торосы. Если ночью начнется подвижка, то мне придется худо. Впрочем, я и не помню, чтобы у меня была хотя бы одна хорошая ночь. Вчера пурга занесла мое жилище. Пришлось среди ночи выползать и откапывать его, чтобы снег не сломал дуги палатки. Сегодня пурги нет, но слышу, как трещит лед. Это значит, будет его подвижка.
Греет только работа28 марта 1990 года
Никуда не двигаюсь, а ветром меня приблизило к полюсу. Пурга очень сильная, я еще не видел такого ветра в Арктике за время путешествий. Боюсь за палатку, чтобы ее не порвало.
22:00. Пурга стихает. Вышел на связь с базой на острове Средний, мне передали, что ветер идет большим фронтом, значит, пурга может возобновиться.
Мой товарищ Миша Поборончук напомнил по рации, чтобы я не двигался после пурги, следовал заповеди Наоми Уэмуры: надо выждать, пока не станет видно трещин. Сейчас ночь, но светло. Надо ложиться спать, но в сырой, холодный спальник не хочется заползать.
Перед сном читаю молитву Ангелу-хранителю: «Ангеле Христов, хранителю мой святый…»
Удачные дни29 марта 1990 года
Два дня не шел, стоял лагерем. Между тем меня отнесло на 14 минут[29]29
Расстояние, приблизительно равное 26 километрам.
[Закрыть] на север. Вызываю по рации базу острова Средний. Идут помехи, слышимость плохая, в наушниках треск – аж уши ломит.
Температура – минус 20, идет мелкий снег. Видимость плохая – «белая мгла». Остановился на ровном льду. У меня с базой договоренность, что в 14:00 выйду на связь. Время есть, готовлю чай.
Какой суровой бывает Арктика и какой может становиться доброй и красивой! Снег прекратился, выглянуло солнышко, ветер стих. На северо-западе небо голубое, и так красиво, что я счастлив, что нахожусь здесь. Вот только есть хочется – желудок заглушает мое счастливое настроение.
Тяжело быть одному в Арктике: такой большой простор давит, нервы в постоянном напряжении, да и работа выматывает. Иду и думаю, что же там, за торосами? А там снова торосы и снова работа до посинения. Перетаскиваю по очереди то нарты, то рюкзак. Хочется быстрее двигаться вперед, но больше десяти минут[30]30
Расстояние, равное приблизительно 18 километрам.
[Закрыть] в течение дня я еще не проходил.
Примус что-то стал плохо гореть, начал пользоваться запасным. Жалею, что в Японии купил только три примуса, надо было пять.
Ловлю базу, но идут помехи. Радист что-то передает, но не могу разобрать.
Погода хорошая была сегодня, прошел несколько трещин. Видел, как парит на западе. Там, наверное, большая вода, от нее поднимается пар. Температура к ночи понижается до минус 25. Сделал ревизию продуктов. Надо экономить, но не сильно: голодным далеко не уйдешь. Здесь, в Арктике, греет только работа, а чтобы работать, надо есть кашу – простая, но истинная формула путешественника.
Вот и каша поспела, от нее исходит тепло, приятно держать голыми руками горячую кастрюлю. Дай Бог, чтобы ночь была спокойной, чтобы не пугали раскаты лопающихся льдин или скрип снега под лапами белого медведя.
Меня сносит на запад!5 апреля 1990 года
Погода неважная, барометр падает, солнце светит, но оно в тумане. Сегодня, наверное, будет плохой день, чувствую это и по льдам – они шуршат. Это как перед штормом – льды начинает ломать. Где-то бушует пурга. Сегодня я, наверное, мало пройду. Преодолеть бы сегодня хотя бы минут семь[31]31
Расстояние, равное приблизительно 13 километрам.
[Закрыть]. Я отстал от своего графика на целый градус. По плану я уже должен быть на 85‑м градусе. Таким образом, я подошел бы к полюсу 5 мая.
Остановился на ночевку на час раньше – сил больше нет идти. Завтра, если получится, выйду на час раньше и тогда смогу идти по 10–12 часов в сутки. А то устаю и к вечеру чувствую себя плохо. Даже поставить палатку хорошо не могу, а резать снежные кирпичи совсем нет сил. Так что надо менять график движения.
Сегодня на пути встречалось много разломов. Тяжело было перебираться через движущиеся льды: челноком перетаскивал через них то рюкзак, то нарты. Правда, к вечеру появились небольшие поля. Минут по тридцать я шел хорошей дорогой. Но потом снова как заберешься во льды и минут по сорок из них выкарабкиваешься.
Включил «Магеллан»[32]32
Прибор спутниковой навигации.
[Закрыть]. Он поймал только один спутник, а для определения точных координат надо три. Передал по рации на остров Средний сообщение для Миши Поборончука: «Когда будешь лететь ко мне сбрасывать на парашюте продукты, не забудь для «Магеллана» пальчиковые батарейки».
Грею этот прибор над примусом и жду, когда он покажет координаты. Батарейки замерзли. На табло горит указатель, что надо заменить питание, а у меня нет запасных батареек.
К счастью, «Магеллан» наконец-то поймал три спутника, включился компьютер для обработки координат и показал мое местонахождение: 84°48’ с.ш., 95°29’ в.д.[33]33
С.ш. – «северной широты», в.д. – «восточной долготы».
[Закрыть]
Ой-ой-ой! Как меня несет на запад!
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?