Текст книги "Капкан для провинциалки"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kapkan-dlya-provincialki-103564.jpg)
Автор книги: Фредди Ромм
Жанр: Современные детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 34 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Андрей замялся.
– Почти всё хорошо, только Любе пришлось стрелять в одного мерзавца, киллера, который покушался на неё, она его легко ранила и почувствовала себя плохо…
Таня ахнула:
– Какой кошмар! Пусть немедленно едет домой, отдыхает! Ты ведь её отпустишь?
– Уже отпустил! – радостно заверил Андрей. – Я сейчас немного поработаю ещё и приеду, ладно?
– Конечно, мой хороший! Мы все ждём тебя! Приезжай поскорее!
Андрей разъединил и вздохнул. Надо надеяться, «поскорее» получится…
Он спустился на улицу, сел в свой старый верный синий «БМВ», включил зажигание и нажал на педаль газа, прикидывая, как найти место пожарища. Наверное, там должен подниматься дым… Он проехал к предполагаемому месту, не зная, что почти этим же путём сначала сюда, а затем обратно ехал и Вован. Да, вон там дым поднимается, как же туда проехать? Пожалуй, вот здесь… Ага, следы проехавших машин – не пожарные ли? Точно – стоят, только что закончили тушить…
Андрей проехал к пожарным и вышел из машины:
– Я вам не помешаю, если осмотрю место, где горело? – деловито поинтересовался он.
– А кто вы? – не без недовольства в голосе заговорил один из пожарных – видимо, старший.
– Я – частный детектив! – Андрей предъявил удостоверение. – Предполагаю, что пожар был вызван действиями преступника, который избавился от машины.
– Очень на то похоже, – кивнул пожарный, внимательно изучая взглядом сначала удостоверение, а затем и самого Андрея. – Машина обгоревшая там действительно есть. Ладно, подойдите, поглядите, мы уже практически закончили.
Андрей прошёл к изувеченному остову «Жигулей». Машина покрылась копотью, и не сразу удалось определить, что когда-то она была серая. А номер есть? Да, худо-бедно видно… Андрей подумал немного и набрал номер:
– Алло, Антон! Как у тебя дела?
– Работаем помаленьку, – сдержанно ответил Лебедев, и Андрей мысленно выругался, но вслух произнёс.
– Ты уже знаешь о пожаре в лесу в Бескудниково?
– Пожар? – с интересом отозвался подполковник. – Нет, не знаю. А что, ты напал на какой-то след?
– Возможно. Ты бы не мог пробить в ГИБДД следующий номер автомобиля? Серые «Жигули»… – Андрей присмотрелся и назвал номер.
– Можно попробовать. А что это за автомобиль?
– Я предполагаю, что киллер, убивший двойника Абу-Салема, а скорее всего и его самого, как раз на этом автомобиле скрылся, а затем избавился от него.
– Хорошо, спасибо. Это всё?
Андрей вздохнул:
– Антон, а ты не мог бы держать меня в курсе расследования? Так сказать, на основе взаимной выгоды.
В трубке наступило молчание, и Кароль даже подумал, что Лебедев разъединил.
– Понимаешь, Андрей… – медленно, словно взвешивая каждое слово, заговорил Лебедев. – Не так мне просто сливать тебе информацию. У нас это не принято.
– Но мы с тобой ведём одно расследование! Если ты меня будешь держать в курсе, мне легче вести свою часть, тогда и ты быстрее получишь результат!
– Да, это, конечно, так, – неуверенно ответил подполковник. – Ладно, Андрей, я подумаю, что можно сделать. Это всё, что ты мне хотел сказать?
– Нет, не всё, – сдерживая раздражение, заговорил Андрей. – Как ты понимаешь, киллер ушёл отсюда не пешком. Я думаю, взорванный автомобиль был угнан, а насчёт того, в котором он сейчас, чёрт знает. Этот парень ранен, засветился, и теперь его работодатели наверняка хотят избавиться от неудачника. И тогда одно из двух: либо он дурак, и тогда завтра-послезавтра мы найдём его труп, либо он сейчас рвёт когти из Москвы. Последнее ему непросто, с его-то ранением, но не исключено, особенно если он приезжий.
– Если приезжий, отправится к себе домой.
– Сомневаюсь, там его может ждать засада. Скорее всего, поедет в какое-то нейтральное место, где сможет подлечиться и отлежаться.
– С пулевым-то ранением?
– Сам понимаешь – это вопрос денег, к тому же ему ничего не стоит убить врача, оказавшего помощь.
– А вы с Любой можете его опознать?
– Вряд ли, он был в тёмных очках. Но попробовать можно.
Наступила непродолжительная пауза.
– Хорошо, Андрей, спасибо. Теперь вот что: твоя Аня подписала признание в убийстве, скорее всего, ложное, после чего была похищена или бежала.
Кароль подскочил на месте:
– Что?! Как это похищена – из СИЗО?
– Не совсем. Эти умники, здешние следователи, повезли её в суд, чтобы решить вопрос о психиатрической экспертизе, вот по дороге всё это и случилось. А ещё раньше в Аню стрелял снайпер – когда она ещё была во дворе СИЗО.
– Что?! – заорал Андрей. – Да что такое творится? Следователи разучились обеспечивать безопасность арестованных?
– Разучились, что поделать. Успокойся, Андрей, я надеюсь, Аню мы найдём живую и здоровую. Только вот что странно: на ноже, которым было совершено убийство, её отпечатки пальцев.
– Перенесли с помощью клейкой ленты, – понемногу успокаиваясь, возразил Кароль.
– А такое делается?
– Да, я тебе статью перешлю.
– Хорошо. Правда, у меня другая версия: нож захватили на кухне у Ани, когда забирали её с бульвара.
– Возможно, – пробурчал Андрей. Желанная информация, ради которой он позвонил Лебедеву, оказалась слишком странной и обильной, и теперь сыщику требовалось время, чтобы её переварить.
– Ладно, Андрей. Ты сейчас чем займёшься – погонишься за киллером?
– Не знаю, – вздохнул Кароль. – Меня дома ждут. Новый Год на носу, если ты не забыл.
– Да, точно, тут обо всём позабудешь. Ну, счастливо тебе! С Наступающим! Хорошо отпраздновать!
Аня
При виде незнакомца в жутковатом наряде, Аня негромко вскрикнула и вжалась в сиденье, словно надеясь, что милицейская машина ей поможет.
– Ну, Анна Абу-Салем! Идёшь или нет? – недовольно выкрикнул неизвестный.
– Кто вы такой? – сдавленным голосом выговорила женщина. Ничего хорошего от людей, останавливающих и взламывающих милицейскую машину, она не ожидала.
– Тебе это незачем знать! Идёшь?
Аня ничего не могла отвечать, она только отшатнулась в угол тесной камеры на колёсах и закрыла лицо скованными руками. Незнакомец зло выругался по-арабски и, грубо схватив пленницу за цепь наручников, рванул к себе. Аня вскрикнула от боли и шагнула вперёд, подчиняясь. Через секунду она оказалась на морозе, но не успела ощутить холод, как её втолкнули в полутёмный автофургон. В шею что-то кольнуло, и всё вокруг поплыло. Последнее, что отметило угасающее сознание женщины – как её укрыли чем-то тёплым.
Вован
Уже наступила темнота, но ночное небо было свободно от туч и в нём ярко сияли луна и звёзды, словно напоминая людям, что на свете есть вещи поважнее, чем гонка, суета, обман друг друга и головоломные интриги в интересах невидимых владык, столь ничтожных перед мощью Вселенной. Вован перевёл дух и затормозил, прислушиваясь к себе. Последние часы он продержался на амфетамине, но всему есть предел. Кажется, вот это клиника…
Шатаясь, он вышел из автомобиля и прошагал в здание. Дежурная в белом халате, сидевшая у входа, посмотрела на него испуганно:
– Вам чего, гражданин?
– Помогите! – прохрипел Вован. – Я ранен! В меня стреляли!
– Да-да, сейчас! – деловито закивала дежурная. Теперь, когда выяснилось, что неизвестный визитёр нуждается в помощи, а не собирается угрожать, к ней вернулась профессиональная уверенность. Вован опустился на ближайший стул, расслабляясь после бешеной гонки по вечернему шоссе. Просто чудо, что всё получилось: не нарвался на ментов, бензина каждый раз хватало до очередной заправки, а главное – амфетамин не подвёл, не дал заснуть или потерять сознание за рулём. Теперь, после всего минувшего, наваливалась чудовищная усталость, и голод напоминал о себе: с раннего утра – ни крошки во рту!
Полусонный, он безропотно проследовал в процедурную, где врач осмотрела его рану и отдала распоряжения медсестре, а та протёрла спиртом, зашила, наложила какие-то лекарства и перевязала, а затем сделала уколы.
– Вы слышите меня, больной? – врач деловито потрогала Вована за правое плечо. – Через два дня на перевязку, обязательно! Рана навылет, лёгкая, неопасная, но могло быть заражение!
– Да-да, обязательно, – пробормотал Вован, преодолевая сонливость.
– Где в вас стреляли?
– Не помню… Возле какой-то деревни…
– Вы сможете рассказать милиции, где это было?
– Нет…я ехал задумавшись, вышел из машины подышать воздухом, и вдруг – выстрел…
– Два выстрела, – поправила его врач. – Вторая пуля попала рядом с первой. Тоже навылет. Вам повезло, легко отделались.
– Да-да, два выстрела, навылет, – покорно кивнул Вован, мечтая, чтобы болтливая дура поскорее отпустила его. Женщина вздохнула:
– Хорошо, идите. Будьте осторожны и внимательны на дороге! Счастливого пути!
Вован, пошатываясь, вышел из процедурной, спустился вниз. Теперь скорее – прочь отсюда! Здесь, в Ингушетии, пулевые ранения – обычное дело, и всё же не стоит попадаться на глаза милиции. В машину, быстро, принять ещё таблетку, продержаться теперь уже совсем немного – до ближайшего ресторана, гостиницы, что тут на карте обозначено…
Два часа спустя Вован вздохнул в блаженстве, ложась в постель в гостиничном номере, вспоминая сытный ужин в ближайшем ресторане. О том, что сегодня он убил двух человек, о крови на его руках, об изуродованном лице второй жертвы Вован и не вспоминал – не впервой, и сколько таких ещё впереди.
Люба
– Вот я и изменила своим принципам! – улыбнулась Люба, возвращаясь из душа. – Не хотела приводить тебя домой, пока не развелась, а вот…
– Ничего страшного! – с готовностью заверил Олег, с жадностью глядя на любимую женщину. В одном полотенце и лёгких тапочках, с распущенными мокрыми волосами, Люба казалась сейчас самой прелестной и желанной на свете, а её лукавая улыбка почему-то напомнила Зелинскому Джоконду, хотя где там натурщице великого художника до этой стройной, изящной красавицы. – Обещаю, что буду вести себя тихо и не разбужу Сашу!
– Как я непоследовательна! – вздохнула женщина. – Ведь развожусь с мужем из-за его измен, а сама…
– Любовь моя, оставим это! – тихо произнёс Олег, мягко обнимая Любу. Он привлёк её к себе, снял с неё и отложил в сторону полотенце, затем мягко опрокинул на постель и прижался губами к её груди.
– Любимый, хороший мой! – тихо вздохнула молодая женщина. – Я уже ничего не соображаю! Знаю только, что люблю тебя больше жизни! Бери меня сейчас же, и будь что будет!
Она обхватила руками майора милиции, и их губы слились в жарком поцелуе.
Она лежала на большой кровати в комнате, слабо освещённой ночником. Вован неслышно подошёл поближе и вынул из кармана пару наручников. Рыжая красавица не почувствовала, как он приковал её запястья к изголовью. Только когда он сдёрнул одеяло, она проснулась и негромко вскрикнула.
– Помалкивай лучше! – усмехнулся Вован, поигрывая пистолетом. – Ты здорово стреляешь, рыжая! Не забыла – сейчас моя очередь пустить пулю?! – он коснулся дулом груди пленницы, сдвигая её ночную рубашку.
– Не надо! – тихо и жалобно произнесла она, испуганно следя за движением смертоносного оружия. Не отвечая, Вовал положил пистолет рядом и вынул ещё пару наручников.
– Позаботимся о твоих красивых ножках! – подмигнул он пленнице и приковал её щиколотки. – А теперь, детка, займёмся самым интересным…
Он забрался на кровать и начал раздеваться, но в этот миг его верный пистолет вдруг повернулся, подскочил на месте, оказался перед лицом хозяина и выстрелил. Вован дико закричал… и проснулся.
– Фу-у! – негромко произнёс он, успокаиваясь и ощущая холодный пот по всему телу. – Померещилось. Температура, наверное. Но, детка, я хочу однажды с тобой встретиться, и чтобы в остальном действительно вышло именно так. Теперь уже наяву.
Таня
Ночью ударил морозец, выпал свежий снег, и теперь гулять во дворе дома, где жила семья Кароль, было одно удовольствие. Таня и обе её дочки сразу после завтрака решили предаться этому блаженному занятию. Муж с утра уехал в агентство, но пообещал, что к вечеру вернётся. Поскольку вчера он, хоть и не без труда, выполнил это своё намерение, Таня рассчитывала, что и сегодня Андрей поужинает в кругу семьи. Лёгкий морозец приятно, освежающе пощипывал лицо, с неба падали редкие снежинки, шагах в тридцати впереди Зайка и Люся лепили снежную бабу, и настроение молодой женщины было великолепно.
Однако безмятежно-праздничное настроение Тани быстро рассеялось, сменилось напряжённым вниманием, когда во дворе появился незнакомый толстяк с большой собакой, которую сразу спустил с поводка. Таня шагнула вперёд, сняла с плеча сумочку и запустила туда руку, нащупывая газовый пистолет. Так и есть: доберман внезапно прекратил обнюхивать ближайший столб и понёсся к детям. Зайка и Люся бросили игру и испуганно уставились на стремительно надвигающееся чудовище. Однако всего лишь короткое движение тонкой материнской руки, выстрел – газовый заряд ударил в тротуар и забрызгал слезоточивой жидкостью морду пса. Тот жалобно взвизгнул и кубарем покатился назад, тряся мордой, словно ошпаренный.
– Ты что делаешь, мерзавка? – заорал толстяк и, подняв в правой руке металлическую цепь, как оружие, двинулся на молодую женщину. Таня собралась было угостить газовой порцией не в меру пылкого обожателя друзей человечества, но в этот момент какой-то парень, высокий и на вид сильный, подбежал к собачнику и схватил его за поднятую руку.
– Не сметь оскорблять женщину! – зычным голосом закричал неожиданный защитник. – Убирайтесь вон, негодяй!
Собачник внезапно обмяк и съёжился под этим могучим напором, свистнул своему повизгивающему псу, и оба быстро удалились прочь со двора. Защитник величавой походкой подошёл к Тане:
– Не волнуйтесь, девушка! Больше он не посмеет вас обидеть!
Таня сдержала смех. Не так уж она нуждалась в этой неожиданной защите, хотя, конечно, приятно. Гораздо хуже, что в поведении как собачника, так и защитника прослеживалось нечто наигранное: их обоих молодая женщина видела впервые, появились они как-то до странности вовремя, и их поведение походило на небольшой спектакль под названием «Спаситель приходит на помощь прекрасной даме». Ни дать ни взять – Супермен, который точно знает, когда и где появиться. Однако явных оснований для подозрений не было, и Таня ответила вежливо:
– Спасибо, вы меня очень выручили.
– Меня зовут Виталий! – с готовностью отозвался «Супермен». – А вас?
– Таня. Вы живёте в нашем доме?
– Да, я вчера снял здесь квартиру! – радостно отрапортовал Виталий и махнул рукой в сторону подъезда, из которого полчаса назад вышли Таня и её девочки. Молодая женщина сдержала вздох огорчения: Виталий сразу попал в небольшую ловушку, расставленную ему женой и помощницей детектива: даже не спросил, какой из здешних домов для Тани «наш». Так что можно не сомневаться: злополучный собачник и его пострадавший пёс – не более чем второстепенные участники спектакля. В лучшем случае, Виталий хочет познакомиться с ней, Таней, при романтических обстоятельствах, как, по словам Любы, поступил Амир, когда ухаживал за Аней. И что – он до сих пор не знает, что объект его интереса замужем? Или намеревается соблазнить домохозяйку, мать двоих детей? А возможно ещё худшее объяснение: это знакомство для Виталия – не более чем предлог для сближения с семьёй Кароль. С какой целью? Однако вслух Таня произнесла нечто совсем другое:
– Очень приятно, соседями будем.
– Не пригласите на чаёк? Я, знаете, сегодня не завтракал.
Брови Тани удивлённо поднялись: на изголодавшегося бомжа Виталий совсем не походил, да и комбинация с собакой и её хозяином наверняка обошлась в круглую сумму. Остаётся единственное объяснение: новый знакомый хочет проникнуть в квартиру семьи Кароль, да так жаждет, что готов форсировать события. Если бы Таня поверила в его искренность, она бы согласилась, что завтрак со спасённой дамой – вполне достойная награда для Супермена. Но фальшью-то прямо разит… И как тут быть? Сразу отшить «героя», тем самым показать, что его игра раскушена, или пойти на риск, впустить в свой дом незнакомого человека, прямо говоря – подозрительного? Уж лучше первое…
– Мы, простите, недостаточно знакомы, – стараясь быть вежливой, ответила она. – И, чтобы не было двусмысленности, сразу уточню: я замужем, у нас двое детей, – она взглядом указала на девочек, которые уже забыли про свой недавний испуг и с увлечением вернулись к игре.
– О, это вы меня простите! – лучезарно улыбнулся Виталий. – Я просто неправильно выразился! Хотел спросить – позволите пригласить вас в ресторан? Сейчас или когда вам угодно!
– Не поведу же я детей в ресторан! – невольно усмехнулась Таня.
– Да-да, я снова неправильно выразился, имел в виду другое! Я тут видел кафе за углом – что, если мы туда заглянем? Я уверен, для ваших девочек там тоже найдётся что-нибудь привлекательное!
Кафе «Улыбка» за углом направо, действительно, было аккуратным и ухоженным, и заглядывать туда время от времени с детьми было приятно, однако Виталий уже фактически прямым текстом признавал, что ситуация с собакой была подстроена с целью знакомства. Как быть? Просто отшить назойливого кавалера? А если он в другой раз пойдёт на более жёсткие меры? Может, подыграть ему, чтобы раскрыл свои планы? В конце концов, парень уже получил прозрачный намёк, что на романтическую связь рассчитывать не приходится. Ко всему прочему, визит в кафе накануне Нового Года более чем уместен, девочкам наверняка понравится.
– Хорошо, – натянуто улыбнулась Таня. – В кафе пойти можно. Хотите прямо сейчас?
– Если можно!
Таня кивнула и подошла к девочкам:
– Заинька, Люсенька, нас приглашают в кафе! Как вы на это смотрите?
– Ой, здорово! – пискнула Зайка.
– А пирожные будут? – сходу выразила свой интерес Люся.
– Будут! – заверила мама. – Твои любимые, с кремом!
– Хочу пирожные!
Мать, девочки и их новый знакомый направились к кафе. Таня рассеянно отвечала на нейтральные вопросы Виталия и размышляла, чего он добивается. Они прошли в кафе, оставили верхнюю одежду на вешалке при входе и расположились за одним из столиков в глубине. Таня поправила причёску и села лицом к входу, чтобы держать в поле зрения оставленную одежду. Посетителей почти не было, и к гостям сразу подошла улыбающаяся хозяйка заведения, симпатичная женщина лет пятидесяти:
– Что хотите покушать?
Хозяйка кафе пыталась подражать ресторанному «Что желаете заказать?», это не получилось, зато выглядело добросердечно, по-домашнему. Таня ободряюще посмотрела на дочерей:
– Что возьмём?
– Ты обещала пирожные с кремом! – тоном, не допускающим возражений, напомнила Люся. – И хочу чай!
– Два эклера, пожалуйста! – пояснила заказ дочери Таня. – И чаю!
– А мне – шоколадное мороженое! – улыбнулась хозяйке кафе Зоя.
– Мне, пожалуйста, минеральной воды! – присоединила свой заказ молодая мама.
– А я хочу бифштекс с картошкой, а ещё кофе! – заявил Виталий. Таня смутилась: судя по заказу, её новый знакомый действительно сегодня ещё не завтракал, а значит, чересчур подозревать его не следует. Как только хозяйка отошла от столика, Таня на всякий случай произнесла:
– Виталий, как вы понимаете, наше знакомство может быть чисто дружеским.
– Разумеется! – радостно улыбнулся молодой человек. – Таня, вы не представляете, как мне приятно сидеть рядом с вами! Просто сидеть и видеть вас!
Таня смутилась: она сознавала свою привлекательность для мужчин, а восхищение Виталия было приятно, и молодой женщине становилось неудобно за свои подозрения.
– Правда, наша мама самая красивая? – с интересом разглядывая незнакомца, спросила Зайка.
– Правда! – с готовностью кивнул Виталий. К столику подошла улыбающаяся хозяйка, она несла заказы. Диалог на некоторое время прервался: Виталий демонстрировал неподдельный аппетит, Зоя и Люся брали с него пример, а Таня не торопясь отпивала маленькими глотками воду и размышляла, как себя вести с новым знакомым. По всему выходило, что его интерес к ней чисто романтический, да ещё и платонический, парень не претендует на многое. Но всё-таки… зачем он подстроил фокус с собакой? Не проще ли найти незамужнюю девушку? Как себя вести, если он решит развить знакомство, в какой момент остановить?
Таня вздохнула: быть красивой, притягательной для мужских сердец не так просто. Не хочется портить жизнь парню, но с другой стороны – что плохого в чисто дружеских отношениях с бескорыстным поклонником?
Аня
Голова была словно ватная, но других неприятных ощущений Аня не испытывала. Сознание возвращалось постепенно, словно осторожно напоминая молодой женщине, что пора просыпаться. Аня открыла глаза и первым делом посмотрела на свои руки, которым вчера пришлось так нелегко. Наручников не было. Молодая женщина огляделась: она лежала на раскладушке под открытым небом, свинцово-хмурым и безрадостным. Дул сильный ветер, но холодно не было. Вечернее платье – единственная память о радостной и беззаботной жизни, которую она вела ещё позавчера – сильно истрепалось, испачкалось и местами протёрлось. Послышался странный шум. Аня подняла голову и не сдержала негромкий возглас при виде, метрах в ста впереди, моря, на котором гуляли буруны. Она опустила ноги, оглянулась и заметила небольшой самолёт, рядом с которым хлопотали двое бородатых мужчин в комбинезонах. Поодаль возвышалась гора, ближе к вершине которой угадывалась среди туч снежная шапка. Только теперь до молодой женщины дошло, что под её ногами бетон взлётно-посадочной полосы.
– Где мы? – слабым голосом спросила она, но мужчины были увлечены работой и ничего не ответили. Однако женщина уже сама догадалась, что находится не в России. Тепло так, как в Смоленске даже летом редко бывает. Видимо, какая-то южная страна… И что же – сюда привезли её, Аню, бесчувственной, в нарушение всех международных законов? Конечно, по российским законам, ей положено сейчас находиться в тюрьме или в психушке, но такая странная замена скорее тревожит, чем радует.
– Я хочу есть! – произнесла она слабым голосом, тщетно пытаясь привлечь к себе внимание. Её спутники – если это они привезли её сюда – не обращали на свою пленницу никакого внимания, и это беспокоило Аню не меньше, чем таинственная южная страна, где она оказалась. Женщина поднялась со своего ложа и, чуть пошатываясь, направилась к мужчинам.
– Я хочу есть! – настойчиво повторила она, всем своим видом давая понять, что на этот раз проигнорировать её не удастся. Бородачи обернулись к ней.
– Потерпи, – с сильным акцентом произнёс один из них. – Скоро получишь еду.
– Где мы находимся?
– Не задавай лишних вопросов, женщина. Скоро узнаешь.
Аня смутилась и шагнула назад, не зная, как теперь быть, а её собеседники вернулись к обсуждению какой-то поломки. До Ани дошло, что они говорят между собой по-арабски. Она открыла было рот, чтобы продемонстрировать своим не слишком галантным спутникам владение этим языком, как вдруг одна мысль остановила её. «Постой-ка… Они же не знают, что я понимаю их… Зачем это афишировать? Пусть они при мне высказываются не стесняясь. Ой, а вдруг они всё про меня знают? Откуда? Амиру я говорила однажды, что владею арабским, но с ним мы всегда общались по-русски… И потом, он же не рассказывал обо мне этим людям? И вообще, арабский у нас только начался факультативом, два урока пропущены из-за болезни преподавательницы, а я занималась самостоятельно – по учебникам и в лингафонном кабинете. Нет уж, лучше придержать язык, говорить с ними только по-русски».
Аня вернулась на раскладушку, стараясь не подавать виду, но теперь чутко прислушиваясь к беседе мужчин. К сожалению, ей, только недавно начавшей учить арабский, было понятно далеко не всё. Судя по услышанному, поломка была незначительная, её уже устранили, но вылетать немедленно не стоило из-за тревожной метеосводки. Аня пришла к выводу, что люди, похитившие её, располагают здесь, на этом берегу, небольшой авиабазой, нечто вроде перевалочного пункта на пути из России… куда? Аня тщетно прислушивалась к беседе, пытаясь уловить знакомые названия. Многие слова были незнакомы, они могли означать что угодно, но вряд ли речь шла о той стране, куда предстояло добраться.
Андрей
Кароль глубоко вздохнул, встал из-за компьютера и пошёл налить себе чаю. Информация об Амире Абу-Салеме, которую детектив нашёл в Интернете, была обильна, но крайне противоречива. Непонятно даже, был ли тот исламистом или тяготел к левому светскому панарабизму в духе покойных Насера и Саддама Хусейна. Оставалось принять к сведению всё это море информации и дезинформации и действовать исходя из разных вариантов, вплоть до взаимоисключающих.
Когда детектив вернулся со стаканом чая на место, зазвонил телефон:
– Привет, Андрей! – послышался голос Лебедева. – Какие новости?
Подполковник ФСБ был верен себе – если звонил, то чтобы получить чужие сведения, а не поделиться своими.
– Да какие новости, – туманно ответил Андрей. – Смотрел сейчас данные по Абу-Салему, ты всё это наверняка знаешь. Только не понимаю, исламист он или нет.
– Андрей, не рассуждай шаблонами. Среди высокопоставленных арабов-мусульман не так много настоящих исламистов. Люди живут в своё удовольствие, вытворяют что хотят, а свои шалости прикрывают цитатами из Корана, и окружающие думают, что это от избытка религиозного усердия. По-моему, и Абу-Салем такой.
– Да, наверное, – вздохнул Андрей. Объяснение Лебедева выглядело самым правдоподобным. – Со сгоревшей машиной разобрались?
– Да, ты прав, она была в розыске. Ума не приложу, чем занимаются ребята из ГИБДД: у них под носом три дня шнырял туда-сюда угнанный автомобиль, и хоть бы хны! А какого-нибудь работягу на «копейке» десять раз остановят, чтобы у него аптечку проверить. А если бы этого гада удалось взять на угнанной машине – ты себе представляешь, что было бы?!
– Не думаю, что это принесло бы нам победу, – охладил Кароль эмоции собеседника. – Не забывай, какой у него профиль деятельности. Кроме того, у меня впечатление, что организация, с которой мы столкнулись, довольно мощная, и там наверняка не один этот киллер. Просто застрелили бы его, как Аню пытались… кстати, о ней новостей нет?
– Пока нет. Впрочем… – подполковник сделал короткую пауза. – Выяснилась небольшая деталь: на позавчерашней презентации они с мужем задержались допоздна, причём на Абу-Салема, то бишь двойника, никто не обратил внимания, зато на Аню смотрели очень многие, и не только мужчины.
Андрей хмыкнул:
– Думаю, кукловодам этого дела для того и понадобилась Аня, чтобы двойник с нею где угодно бывал, сам не привлекая ничьего внимания.
– Логично, – согласился Лебедев. – Но вот что интересно: настоящий Абу-Салем был убит не сразу, а сначала усыплён, и произошло это за полчаса до того, как Аня с мужем уехали с презентации!
Андрей ахнул от неожиданности:
– Это что же получается: у Ани чистое алиби?!
– Безусловно! А этих балбесов-следователей с их дурацкими методами надо гнать в шею!
– Не сердись на них, Антон. У них не такая зарплата, как у нас с тобой.
– Гм… Ты за себя говори, а я тоже не миллионер.
– Короче, у Ани не было мотива для побега? Экспертиза в любом случае подтвердила бы её невиновность?
– А вот тут я не уверен. Если Аня играет в этом деле более значительную роль, чем нам с тобой кажется, то алиби могло быть частью большого, хитрого плана. Хотя и я склоняюсь к мысли, что она невиновна.
– Однако в любом случае, её нужно объявлять в розыск. Как преступницу или как пропавшую без вести?
– Второе, разумеется. Даже если она сознательно играет с нами, нужно показать, что мы во всё поверили. Теперь вот что: в одной квартире на Юго-Западной обнаружен труп с пулевым ранением в области сердца. Убитый – Сергей Геннадиевич Горохов.
– Да?! – вскинулся Андрей. – А не родственница ли эта пуля тем, которые вчера выпустил подранок Любы в неё и в меня?
– Проверяем. Я почти не сомневаюсь, что совпадёт.
– А если нет – вот будет интересно… У Горохова случайно нет лёгкого пулевого ранения в области левого плеча?
– Нет, этот Горохов вообще безобидная личность, кормится случайными заработками.
– Если они не прикрывают связи с бандитами!
– Выясним это, – сдержанно ответил Лебедев и покашлял. – Ладно, Андрей, я так понимаю, это пока всё?
– Да, – с неохотой ответил Кароль. Было неприятно, что обильной информации для собеседника не нашлось, ведь это означало, что в другой раз Лебедев будет не столь словоохотлив.
Аня
Откуда-то послышался зловещиё гул. Ане вдруг показалось, что земля уходит из-под ног. Молодая женщина вскрикнула и опустилась на бетон, едва не теряя равновесие. Горизонт словно ходил ходуном, очертания горы теряли отчётливость, со склона покатились большие камни, гулко ударяясь. Один из таких камней налетел на твёрдый выступ и раскололся надвое. Послышался испуганный возглас одного из тех мужчин, которые возились у самолёта.
– Землетрясение! – закричала Аня. Она постаралась взять себя в руки: толчки понемногу успокаивались. Но…
Молодая женщина с беспокойством посмотрела на море: говорят, землетрясение может вызвать большую волну. Ане показалось, что море уходит от берега, обнажая дно, большие камни, заросшие водорослями…
– Цунами! Идёт цунами! – закричала она своим спутникам и вскочила на ноги. Те с недоумением посмотрели сначала на неё, затем друг на друга. Один из них произнёс что-то непонятное.
– Бежим скорее на гору! – воскликнула Аня. Она хотела подать пример, но на шпильках было неудобно – она присела и сняла босоножки.
– Бежим! – снова крикнула она и бросилась к горе босиком по тёплой бетонной дорожке.
– Куда ты бежишь, женщина? – услышала она, но не стала оборачиваться, только крикнула:
– Посмотрите на море!
Её спутники заругались по-арабски, но затем Аня услышала стук их подошв по бетону. А вдруг ложная тревога, никакого цунами не будет? Всё равно, лучше опозориться, чем рискнуть жизнью…
Дорога шла вверх под нарастающим уклоном, бетон под ногами быстро перешёл в сухую землю, и бежать стало труднее. Послышался звук, напоминающий тот рокот, который издаёт самолёт, когда заходит на посадку, только гораздо громче. Аня оглянулась, переводя дыхание: нет, не ложная тревога – с моря величаво надвигалась иссиня-чёрная волна, увенчанная белоснежными барашками пены. Она вовсе не казалась высокой, просто странно – шла единой стеной от горизонта до горизонта. Один из бородачей отставал, он оглянулся назад, испуганно закричал и прибавил ходу. Волна неторопливо приближалась к берегу и росла на глазах, звук опускающегося самолёта трансформировался в рёв прибоя, исходящий словно отовсюду. Аня стряхнула с себя гипноз великолепного и жуткого зрелища надвигающейся катастрофы и помчалась, что было сил, мечтая об одном – чтобы на пути оказалось поменьше острых камней и колючек.
Удар волны о берег – словно морской великан рассерженно кричит на всех, кто пытается убежать от гибели. Не думать об этом, не задерживаться, скорее вперёд… Они поднимались по пологому склону горы, и молодая женщина решилась снова оглянуться: взлётно-посадочной полосы и стоящего на ней самолёта уже не было видно, всё затопило разгневанное море, и белая пена колыхалась повсюду, словно суша исчезла. Фронт пены быстро продвигался, вода поднималась, до неё оставалось метров тридцать. Аня ощутила прикосновение брызг, как будто море хотело схватить беглянку. Хватит смотреть – вперёд, вверх, те двое уже поднялись выше, бегом – вслед за ними…
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?