Читать книгу "Стихи древнегреческих поэтов. Поэтические переложения"

 
Брось свою девственность!
Что ты с ней носишься?
Ты не найдешь никого для себя,
Кто бы любил тебя
Больше, чем я!
А за порогом Аида давно
Жизни не видно, и в «кельях» темно.
Нас ожидают лишь кости да прах.
Так что сдержи свой прижизненный страх.
Нам бы – на встречу предпринять движение?
Только живым ведь дано наслаждение.
 

Поэтические переложения стихов Леонида Тарентского

 
В Феспиях8282
  Феспии – город в Беотии.


[Закрыть] чтут
Одного только бога Эрота.
Здесь признают за любовь
Одного лишь Эрота,
Того!
Что изваял им когда-то
Великий ваятель, Пракситель.
Феспы ревнивые
Больше не чтят ни кого.
 
 
А вот Пракситель
Эрота познал у возлюбленной
Девушки Фрины.8383
  Фрина – знаменитая гетера, возлюбленная Праксителя.


[Закрыть]
И изваял его точно таким,
Как однажды, на счастье, познал.
Просто увидел
И просто создал.
 
 
И преподнес изваяние дивное
Фрине, гетере любимой,
Как подношение страсти,
Высокой и светлой любви.
Так вот Пракситель
Прославил предмет своего обожания,
Так вот и выразил нежные чувства свои.
 
 
Нам остаётся теперь
Этим всем любоваться,
Осознавать и, как все, —
Наслаждаться.
 

(Пеннорождннная)

 
Киприду вставшую, близ Кипра,
Из воды
И мокрую ещё от влажной пены.
Не написал. Нет-нет! О, Апеллес!8484
  Апеллес – знаменитый древнегреческий живописец.


[Закрыть]
Воспроизвел! Анадиомену.8585
  Анадиомена – «вышедшая из моря», или «пеннорождённая».


[Закрыть]
 
 
Воспроизвел её,
Как будто бы живой!
Во всей великой Ойкумене8686
  Земля, заселённая людьми.


[Закрыть]
Творения такого больше нет,
Как эта – «Вставшая из пены»!
 
 
Во всей пленительной красе!
Она воздела к верху руки,
Чтоб выжать волосы свои.
И взор её – нет слаще муки,
Сверкает страстно. Грудь кругла
И кожа свежая бела.
 
 
Афина с Герою судачат
И к Зевсу все обращены:
«О, Зевс-отец, мы видно вскоре
Все будем ею побеждены».
 

 
Россыпи звезд
И божественный облик Селены8787
  Селена – богиня луны. Или просто – луна.


[Закрыть]
Огненный Гелий8888
  Сокращённое имя Гелиоса.


[Закрыть]
Восходом своим затмевает всегда.
Так и толпа песнопевцев,
Бледнеет в сравнении близком с тобою,
Солнце-Гомер!
Ты сияешь один, как звезда!
 

 
Мрачный служитель Аида,
Дай место и мне – Диогену.8989
  Диоген – древнегреческий философ – киник. Он был аскетом (очень крайней формы).


[Закрыть]
Я заплачу так, как надо,
За этот печальный провоз.
Вот моя кладь —
Эта лёгкая сумка, и фляга,
И старое ветхое платье,
И этот обол,
Как оплата, за твой перевоз.
 
 
Всё с собой захватил!
Ничего я живым не оставил!
Только память о том,
Как когда-то я в жизни той жил.
Я кого-то учил,
А чему-то и сам научился,
В бочке жил
В том же пифосе я и почил.
 
 
Я при жизни носил
Обветшалое грубое платье,
В своей жизни аскета,
Богатств никогда не стяжал,
Но за то я всегда повсеместно,
Да и ежечасно,
Даже днем с фонарем,
Человека искал!
 

Поэтические переложения стихов Симмия

 
Сын Софилла, Софокл!9090
  Великий древнегреческий поэт-драматург.


[Закрыть]
Сын трагической музы в Афинах.
Ты, блиставший когда-то в театре,
Великой и яркой звездой.
 
 
Был нередко увенчан ещё
И плющом ахарнийским на сцене,
Где цветущая ветвь дополняла
Триумф золотой.
 
 
Спи создатель немеркнущих,
Дивных тех, Вакховых хоров.
Пусть в земле тебе будет
Твой вечный покой.
Ты бессмертным останешься здесь,
В своих книгах
И драмах бессмертных.
И пусть память твоя
Вечной славой летит над землей.
 

 
Плющ! Расти на могиле Софокла
И вейся!
Рассыпай свои кудри
Зеленых и цепких ветвей.
Пусть растут там и розы,
Пускай и лоза винограда,
Пусть поёт на могиле его соловей.
 
 
Он науке служил!
И служил ей всю жизнь,
Неустанно!
Сладкозвучный певец
И прекрасный великий поэт.
Ты создатель великих трагедий
В большом изумительном театре.
Жрец своих пиерид
И таких же прекрасных харит.
 

 
«Здесь лежит Аристокл…»,9191
  Настоящее имя Платона – Аристокл. Платон – это прозвище.


[Закрыть]
Что был назван когда-то Платоном.
То бессмертный Софокл,
Было время, при всех пошутил.
И назвал Аристокла, по доброму,
Просто «Широким», (иными словами, Платоном).
Так навечно, он этим вот прозвищем,
И не желая того, наделил.
 
 
Вы спросите кого-то сейчас —
Интересно, а знает ли кто Аристокла?
И скорее всего, про такого никто не слыхал.
А Платона, конечно же,
Многие знают сегодня,
Знают даже про то,
Что он сделал и что написал.
 
 
«Здесь лежит Аристокл…»
Поклонитесь ему непременно!
Он был «всех превзошедший!»
«Божественный! Славный!». Ещё!
Он стяжал в своё время великую славу.
(Это древние греки!) А мы?
Ну, а мы, как всегда, – ничего.
 
 
Грустно? Холодно?
Да, несомненно!
Может в этом, наверное,
И небольшая беда.
Ну, а общем и целом…
Такие дела, Господа!
 
 
Ученый древности, учитель мудрецов!
Всех превзошедший мудростью и славой.
Почетнейший среди всех праотцов!
Подвёл нас этот вот, шутник лукавый!
 
 
Мало кто знает, что он – Аристокл.
И даже ученые часто гадают:
«Вроде бы… Кажется… Он Аристокл…»
А виноват – тот проказник Софокл!
 

Поэтические переложения стихов Диоскорида

 
Сводят с ума меня губы,
Прекрасные алые губы.
Сердце, как молот, стучит
От дышащих нектаром уст.
 
 
Взоры – искры огней!
Под крутыми, как крылья, бровями.
Эти взоры – силки!
Это сети для наших очей.
 
 
Мягкие, полные формы
Красиво изваянной груди!
Глаз услаждают всегда нам сильнее,
Чем почки цветов…
 
 
Хватит дразнить
И тиранить красот описанием!
Слов недержание – это забава шутов!
А приговор тем,
Кто много болтает таков:
«Умный молчит, как подпольная мышь.
А для болтливых – Мидасов камыш.»9292
  Мидас – царь Фригии. В музыкальном состязании между Паном и Аполлоном, присудил первенство – Пану. Разгневанный Аполлон наделил его за это ослиными ушами. С тех пор Мидас прятал свои уши под фригийской шапкой. Мидасов цирюльник, узнав эту тайну и боясь её проболтать, вырыл ямку в песке и высказал тайну туда: «У царя Мидаса ослиные уши» и засыпал её. На этом месте вырос камыш и он своим шелестом рассказал всем эту тайну.


[Закрыть]
 

 
Я – Феспид!9393
  Феспид – поэт и актёр, родоначальник трагедии.


[Закрыть]
Я дал форму трагической песне!
Я на сельские игры —
Привёл этих юных, прекрасных харит!
Было в Греции некогда
Сельское Вакхово действо.
Я же сделал театр,
Где лишь логика действо вершит!
Драма действом в спектакле
Сама управляет…
Время вечно течет…
А грядущее… Что сохранит?
Что-то впрочем домыслит,
Додумает, может и переломает…
Что моё, то моё! И надеюсь я,
Разум его сохранит!
 

 
Что Феспид изобрел —
Эти сельские игры и хоры.
Это ярче развил
И создал в совершенстве – Эсхил!9494
  Эсхил – Отец трагедии, он ввёл в театральную технологию практически все сценические элементы, существующие и ныне.


[Закрыть]
Всё, что есть и теперь
В современном действительном театре,
Он тогда ещё, там, на заре,
Всё предвидел и предвосхитил!
 
 
И в создании действа он был – демиург!9595
  Демиург – мастер, творец, созидатель.


[Закрыть]
И как реформатор, и как драматург.
Театр совершил с ним великий рывок.
И даже не ясно, как он это смог?
 
 
Стихи его были, как будто грубее,
При чтении, текст вроде и не играл.
Однако, когда, – то ложилось на певчие хоры?
То тут вот – на сцене, текст и оживал!
 
 
И хоры звучали, как песни в дубравах!
Потом, набирая могучий размах,
Стремились оттуда на вольную волю,
И в кодах9696
  Кода – заключительный раздел в музыкальных произведениях, закрепляющий главную тональность и обобщающий всё предыдущее музыкальное развитие.


[Закрыть] звучали, как гром в небесах!
 
 
Звенели ручьями и в реки вливались,
Торжественно вдруг обретали покой…
И вроде сюжет до смешного простой!
Но лучшие свойства свои проявляли…
Эффект от стихов был примерно такой!
 
 
Театр изменил! Он его перестроил!
По сцене теперь – колесницы пошли!
Он ввёл декорации, и механизмы,
И новые действа в театре пошли!
 
 
Театр до него,
Как о нём ты не думай, —
Всего лишь вместилище древних хоров.
А он его сделал не просто Театром —
«Великим Театром!»
Несметность даров
Несёт он доныне всем тем, кто готов
Театру внимать, и смеяться, и плакать,
Смотреть представления, переживать,
И просто в общении быть человеком.
И в недрах сообщества —
Разум искать!
 
 
Эсхил был велик, и безумно талантлив,
В делах театральных, и мощен, и строг.
Своим современникам он и казался,
Как будто он был среди них – полубог!
 

Поэтические переложения стихов Алкея Мессенского

 
В роще тенистой,
В далекой и тихой Локриде,9797
  Область в древней Греции.


[Закрыть]
Нимфы, нашедшие труп Гесиода,9898
  Один из первых известных древнегреческих поэтов, автор поэм «Труды и дни» и «Теогония». Прославлял крестьянский труд.


[Закрыть] сошлись.
И родниковой водою
Омыли его на прощанье.
Камень могильный воздвигли,
И с тем они, и разошлись.
 
 
Позже могилу его
И парным молоком оросили,
С примесью меда,
Собравшись вокруг пастухи,
В честь сладкозвучных стихов,
Гесиода – большого певца и поэта.
Так похоронен был автор
Истории древних богов!9999
  Гесиод впервые написал «Теогонию», то есть родословную богов.


[Закрыть]
 
 
Имя его и теперь не забыла планета.
Рано познал вдохновение он
От божественно-искренних слов.
И, как поэт, он безмерно дружил с небесами,
Много сложил он при этом прекрасных стихов,
Много и песен для лиры сложил сладкозвучных.
Лира звучала средь шумных пиров…
Где пировал наш любимец богов!
 
 
В роще нашли… Родниковой омыли…
Волки над трупом наверное выли…
Над одиноким любимцем богов…
Видно, имел он ещё и врагов!
 

 
Я ненавижу игривого бога Эрота,
Он же по сути своей —
Ненавистник всех наших людей!
Он ведь лукаво, без спроса,
Пускает стрелу в человека.
И именно он – зачинатель
Различных проказ и затей.
 
 
Как мы на это должны отвечать?
Может награды ему раздавать?
Да и нужна ли за это награда…
Гнать от людей его попросту надо!
 

 
Да, Эпикрат!
Ведь не только тебя и кентавра100100
  Имеется ввиду кентавр Эвригион, упившийся
  на свадебном пиру лапифа Пирифоя, из фессалийского мифа о кентаврах и лапифах.


[Закрыть]
 
 
Вино погубило!
Там, на пиру, у Филиппа,101101
  Имеется ввиду Филипп III Македонский.


[Закрыть]
Тогда ещё Каллий102102
  Эпикрат и Каллий – поэты, отравленные на пиру у македонского царя Филиппа III.


[Закрыть] ушёл на тот свет.
Вам бы поэтам
Поменьше вином увлекаться…
Там ведь, тогда, вам Филипп
И послал этот «царский привет»!
А доказательств там – полный букет!
 
 
В общем в Хароны103103
  Харон – перевозчик душ умерших в загробный мир.


[Закрыть] тогда,
Этот злобный Филипп записался!
Ты, Эпикрат, постарался бы
И переслал с того света «привет» —
Чашу «вина», как достойный «ответ».
 
 
Выпил до дна, вот такого «вина» —
Тут же тебе от него и хана!
Словом, мгновенный, достойный «ответ».
И превосходный прощальный привет!
 

 
Без похорон и без слёз,
Мы лежим вот на этом кургане!
Мы – фессалийцы,
Погибшие в этом бою!
Тит Фламинин104104
  Тит Квинкций Фламинин – римский полководец, он наголову разбил войска Македонского царя Филиппа III.


[Закрыть]
Привел к нам, сюда,
Италийцев большие когорты.
Здесь мы и стали на битвы стезю —
Жизнь положили, и юность свою!
 
 
Здесь же устроил разгром легион —
Македонской фаланге!
Он, легион, превосходство своё в том бою —
Хорошо показал!
А царь Филипп с поля боя бежал боязливо,
Он и фалангу свою на разгром тот отдал!
 

Поэтические переложение стихов Антипатра Сидонского

 
Где краса твоя прежняя,
Город дорийцев —
Коринф величавый?105105
  Коринф был действительно разрушен римлянами в 146 году до н. э. и в течение ста лет не восстанавливался.


[Закрыть]
Где же стены твои
И тех башен огромных венцы?
А где роскошь твоя?
И дома, и богатые храмы?
Мореходы, философы и мудрецы?
 
 
Были потомки Сизифа!106106
  Сизиф – легендарный основатель и первый царь Коринфа.


[Закрыть]
И славные стройные жены.
Были мощные силой,
И статью – стальные мужи.
Бедный Коринф!
От тебя и следов не осталось!
Змеи в руинах живут
Да вверху веселятся стрижи.
 
 
Всё сломала война,
Древний город в ничто превратила!
Лишь бессмертные дочери
Древнего бога морей
Горько рыдают в руинах седых – Нереиды.
С ними тоскует ещё иногда и папаша Нерей,
Древний и добрый владыка морей,
В час, когда им подвывает Борей.107107
  Северный ветер.


[Закрыть]
 

 
Видел я стены твои, Вавилон!
Да! В них разъедутся две колесницы!
Я и гигантскую статую Зевса,
Что в дивной Олимпии, знал.
Да и дворец Семирамис,
Доныне мне снится!
 
 
Видел я Гелия статую ту, что в Родосе,
И пирамиды в Египте я тоже видал.
Был у великой и славной гробницы Мавзола,
Словом, я все чудеса на земле повидал.
 
 
Вот я увидел твой храм, Артемида, в Эфесе!
Здесь только понял я, что наконец-то и чудо пришло!
Понял, что главного я до сих пор и не видел.
И наконец-то, мне с этим, вот здесь, повезло!
 
 
Стены! Колонны! Могучий портал!
Да! Я такого ещё не видал.
Всё не имело такого величия,
Всё не имело такой высоты,
Всё не имело такой красоты.
 

 
Кто перенес твой Парфенон109109
  Здесь название Парфенон употреблено как общее название храма богини-девы и не имеет ничего общего с храмом богини Афины.


[Закрыть]
С того Олимпа, Артемида?
Ведь прежде находился он
Не здесь! Не на земле Кариды.110110
  Здесь Каридой названо древнее царство Кария, на Западном побережье Малой Азии.


[Закрыть]
Среди заоблачных небес,
Среди божественных чертогов
Был прежде он. А ныне здесь.
Теперь у нас – к нему дорога!
 
 
Ты поместила в свой Эфес,111111
  Эфес – древнейший город в Карии.


[Закрыть]
Тот дивный храм, семи чудес,
Как лучшее, из лучших, чудо!
Он знаменит теперь повсюду!
И этим славен наш Эфес.
 
 
Ты любишь город свой великий,
Что копьями так знаменит.
И ионийцев тоже любишь,
Их рать всех недругов разит.
 
 
И кажется – мощней Олимпа,
Эфесский храм твой на земле.
Он составляет твою гордость
И как магнит манит к себе!
Всех тех, кто тянется к тебе.
 
 
Это упорных деяний итог!
Твой несравненный великий чертог!
 

 
Скорую смерть
Предвещают астрологи мне.
Все говорят, что мой путь уж предречен.
Может и правы они?
Ты, Селевк,112112
  Кто такой Селевк неясно, возможно кто-то из потомков династии Селевкидов, но это – предположение.


[Закрыть] будь так добр, подскажи!
Может в скорбный Аид
Уж мой путь обеспечен?
И настала пора, мне сдавать рубежи?
 
 
Только я не грущу,
Что Аид посещу…
Наконец-то я там, даже Миноса113113
  Минос – знаменитый легендарный царь, правивший в Кносе, на Крите (лабиринт, минотавр и т.д.), создатель морской державы.


[Закрыть] встречу!
Да и ты не грусти,
Всех знакомых прости
И запомни – ход времени, всё-таки, вечен!
 
 
Буду пить до конца,
И быть может напьюсь.
Если ранее где, до того, не убьюсь.
Ведь дороги иной
Мне в Аид не найти.
А для нас, ты поверь,
Нет иного пути!
 
 
Ведь вино для таких,
Кто к Аиду идёт,
Как для путника конь —
Кровь быстрее течёт.
Нужен в жилах огонь,
Чтобы к цели прийти.
А туда, на тот свет,
Тоже нужно дойти!
 
 
Ко всему, что сказано —
Маленькая толика!
Тяжелы они, конечно,
Беды алкоголика.
И понять их тоже можно,
Тех, кто катится в Аид…
Заливают дрянь в утробу…
И пускай их бог простит!
 

Поэтические переложения стихов Филодема

 
Ярко свети нам, Селена,
Двурогая странница ночи.
В окна высокие
Взор свой лучистый бросай.
И озари своим блеском Каллистион,
Деву прекрасную!
Да и лучей своих
Ты от неё – не убирай!
 
 
Зреть влюблённых на ложе
Никто здесь тебе не мешает,
Ты счастливыми нас,
Увидав в этот час, назовёшь.
Когда в окна, сюда,
Дивным светом войдёшь.
 
 
И тебя, не однажды,
Твой Эндимион,
Красотою манил!
Так прекрасен был он!
Ты спускалась к нему с высоты и одна
Возле грота стояла, желаний полна.
И тебе не мешал
Зевсом посланный сон,
Так прекрасен был юный
Твой Эндимион!
 

 
Лампу, немую сообщницу тайн,
Напои и уйди, Филенида!
Масляным соком олив,
Напои и уйди поскорей.
Ибо Эроту противно
Свидетеля видеть живого.
Да уходя, за собою запри
Понадежнее дверь.
Ну целуй же теперь!
Ну целуй же теперь меня, Ксанфо!
Тихо всё за окном,
Непроглядный и чёрный покров!
Так узнаем же сколько даров
Нам послала сегодня богиня?
Нашей нежной любви
И конечно, до самой зари!
 

 
Я не гонюсь за венком
Из шикарных левкоев.
И за миррой Сирийскою
Я не гонюсь.
 
 
Я не гонюсь
И за пеньем тягучим,
Под звуки кифары,
Да и за крепким хиосским вином114114
  Вино с острова Хиос.


[Закрыть]
Тоже, знаете, я не гонюсь.
 
 
Может это и важные вещи вас?
Видно, попросту,
Разные вкусы у нас!
 
 
И на шумных пирах,
Никогда я, друзья, не бываю!
В общем, не для меня,
Эти бурные страсти
И пыл ненасытных гетер.
Может быть это всё —
И не лучший пример.
Извините меня – это не для меня,
Не хочу такой жизни я даже и дня!
 
 
Увенчайте-ка лучше меня
Вы венком из весенних нарциссов!
И шафрановой мазью натрите
Все тело моё поскорей!
Нежной флейтой ласкайте мой слух
И вином Мителены поите…
 
 
Я скажу вам тогда,
Что вот это – житьё!
И всё это навеки, конечно, – моё!
Тогда с юной дикаркою ложе любви,
Разделил бы и я, дорогие мои!
 
 
Утончённая фигура!
Что сказать?
Губа – не дура!
Что касаемо вина…
Тут дорога ведь – одна!
Мителена иль Хиос…115115
  Имеются ввиду вина из этих мест.


[Закрыть]
Всё одно! Какой вопрос?
Если пьёте регулярно,
То в итоге – красный нос!
 

 
Первую деву
Я в Паросе встретил.
Звали её, оказалось, Демо.
 
 
Деву из Самоса
Боги послали,
Имя её тоже было Демо.
 
 
Третью я в Наксосе девушку встретил.
Вы не поверите, имя – Демо!
И не успел распрощаться и с этой,
Тут же четвёртая тоже Демо!
 
 
Мойры на небе, когда я родился,
Дали мне имя моё – Фило-Дем.
Как мне от этих Демо открутиться?
Что же мне делать, вот с этим, со всем?
 

 
Ножки!
А тайные прелести тела?
Боже! Да я же навеки погиб!
Шея! А грудь? Эти нежные плечи!
А этот вот дивный, манящий изгиб…?
 
 
Руки! О, Боже! Да есть ли сравнение?
Брови вразлёт! А ланиты – огонь!
Что же, что римлянка? Что здесь такого?
Это моё! Так что лучше – не тронь!
 
 
Что мне тут ваши, все эти, слова?
Ваша хула или ваша хвала?
Вот, Андромеда, – была эфиопкой!
Девушка с тёмною кожей была…
А наш Персей, победивший Медузу,
(Он ещё Чудище в схватке убил!)
Так он красотку свою, Андромеду,
Спас, и женился, и крепко полюбил!
 

Поэтические переложения стихов Мелеагра Гадарского

 
Спишь ты, мой нежный цветок,
Зенофила!
Мне бы сойти на тебя
Сном бескрылым,
На колдовские ресницы твои,
Чтобы никто не посмел подойти!
 
 
Даже и тот, кто и Зевсовы очи,
Сном замыкает
Среди бархатной ночи.116116
  Речь здесь идёт о Гипносе – боге сна.


[Закрыть]
Тоже не смел никогда подойти.
Я бы тогда смог покой обрести.
 

 
Вот левкои цветут!
Распускается яркий, красивый,
Влагу любящий,
Нежный нарцисс золотой.
Засеребрился поток молодой,
Звонкий, с весёлой, прозрачной струёй!
 
 
Вот зазвенели под солнцем цветы,
Зазеленели на склонах кусты…
И создана для любви Зенофила
Вся расцвела, как весенний цветок.
Что ты смеёшься, журчащий поток?
 
 
Что вы кичитесь весенним убором —
Эти луга, и леса, и поля?
Краше всех вас – Зенофила моя!
Да и судья, среди вас, только я!
 

 
Что ты утро, враждебное мне,
Неожиданно встало над ложем?
Лишь пригреться успел
На груди у прекрасной Демо.
День грядущий!
Как нынче ты мне ненавистен!
И как жаль, что мне ночь
Повернуть вспять, увы, не дано!
 
 
Лишь однажды – Зевсу с милой,
Как-то ночи не хватило!
Он рассвет остановил —
И назад поворотил!
Я вот тоже был бы рад,
Утру дать приказ – назад!
Но ведь я не базилевс,
Да, простите, и не Зевс.
 

(Второй вариант)

 
Утро враждебное мне!
Что ты тихо так всходишь над миром?
В час, когда тот, другой,
Возлежит у Демо на груди!
Когда я с ней бывал —
Ты всходило, намного быстрее.
Ты спешило пораньше меня осветить,
Нашу радость прервать, и быстрей разбудить.
Я обидел тебя? Что ж ты против меня!
 

 
Мать небожителей, Ночь!
Об одном я тебя умоляю,
Об одном лишь прошу,
Ты же спутница наших пиров!
Если кто-то другой
Обладает моей Гелиодорой —
Да погаснет их лампа.
А он, пусть, как Эндимион!
Возлежит неподвижно,
В свой сон погружен.
 
 
Какая страсть! Какая ревность!
Весь мир безмерно потрясён!
Неужто женщин не хватало?
Вот, древнегреческий пижон!
 

 
Кубок налей, и опять!
И опять назови дорогую!
Гелиодора!
С вином это имя смешай!
Мне на голову, вы —
Хоть вчерашний венок положите!
И никто мне о милой
Мечтать не мешай!
 
 
Мне напомнит венок,
О чудесном вчерашнем событии.
Изумительной влагой
Чудесных мастей.
Это память о встрече с любимой моей,
Я сегодня с тоской вспоминаю о ней!
 
 
Он дарить будет мне
Аромат незабвенной любимой,
Посмотрите! По розе слезинки текут!
Она плачет со мною
О милой подруге…
Тот венок возвратит мне покой и уют.
 
 
Вот сюда, на чело!
(Хоть с венком повезло!)
Где мой мир и покой?
Ведь она не со мной!
 
 
Манит мир и покой?
А она не с тобой?
Так женись на нормальной —
И песенки пой!
Кто тебя заставляет гетеру любить?
Ведь она же должна Афродите служить!
А уж если влюбился? Так не голоси!
Это крест твой по жизни – его и неси.
 

 
Винная чаша сегодня безмерно ликует!
К ней прикасались уста Зенофилы моей!
Если чаша могла бы сомкнуть её губы с моими —
Она выпила б душу мою,
Я проник бы тогда в душу к ней!
Стал бы ненужным источник речей…
Да и погасло бы пламя свечей,
В час единения с милой моей!
 

 
В Сирии – Тир, окружённый водою,
Кормильцем был нам, в молодые года.
В Гадаре сирийском я и народился,
Тут имя мне дали, как всем, и всегда.
 
 
Родные назвали меня Мелеагром,
Хорошее имя… Былые года…
Примерно вот так я и появился,
И в жизни моей загорелась звезда!
 
 
Отца моего называли – Эвкратом,
А мама, Мениппа, – одна из харит.
Она свою жизнь прослужила в театре.
И путь мой, по жизни, – в театре лежит.
Я вырос на сцене, средь милых харит.
 
 
Я в жизни – сириец!
Сириец – от предков.
Нам Аттика наша – отчизной была.
Из общего Хаоса мы появились,
У нас всё здесь общее – Боги… Дела…
 
 
Чудесная мысль! И в ней нету вреда.
Вот старость болтливая – это беда!
Она и источник всех каверз, и бед…
И скоро я буду Аидов сосед!