Читать книгу "Проникновение. Восхождение на трон"

– Минтора…– встревоженным голосом.

– Что это значит?

– Молчи…

Бильют прикрыл рот невесты ладонью, прошептав на ухо:

– Прислушайся ещё раз. В каком направлении он летит?

Но она решила поступить по-своему и чуть слышно стала повторять заклинание за Льяной.

Женщина в плаще обернулась и двинулась в их сторону. Король убрал Анну за спину, шагнув навстречу.

– Он летит к нам! – прошептала она ему в спину. – К нам, понимаешь? Что делать?

– То же, что делала минуту назад. Читай заклинание и моли предков, чтобы они нас защитили! – пробормотал он чуть слышно. Я смогу защитить тебя лишь на время, даже если обе… – Бильют запнулся, оборвав фразу.

– С предками это ко мне…

Будущая королева не расслышала толком последних слов жениха. Она с ужасом смотрела на приближающуюся женщину. Анна признала земную мать по походке. И от этого узнавания стало ещё страшнее. Глаза Марины светились огнём, как у зверя. Она словно не видела, кто стоит перед ней, с шумом втягивая ноздрями прохладный воздух, словно обнюхивая незнакомцев.

– Ма-а-а-м… – испуганно протянула наследница Фливерии, пытаясь вывести ту из гипнотического состояния.

Но Иванова-старшая не реагировала на дочь, а продолжала надвигаться, распахнув полы плаща, словно крылья.

– Мама, очнись! – громко выкрикнула та, вынырнув из-за спины Бильюта.– Это я, твоя Нюта и мне сейчас очень страшно!

Марина остановилась в полушаге от любимой девочки. Сверкающие зелёным огнём глаза поменяли цвет. Она моргнула. Но за секунду до этого, Анна могла поклясться– зрачки матери были вертикально вытянутыми, словно у ящерицы.

Глава 3.3

Огромный дракон, закрыв собой небо, изредка взмахивал крыльями. Сделав круг над дворцом, он развернулся, взяв направление на запад. Будущая королева с изумлением переводила взгляд с невменяемой матери на доисторическое чудовище. Слышать рассказы и видеть вживую – две огромные разницы!

– Нюта, что ты делаешь ночью в саду? – Начала с ходу Иванова, вместо слов оправданий.

– Это же хотела узнать у тебя, – парировала дочь полным тревоги голосом.– Ты была не в себе! Здесь опасно, скорее идём во дворец, – потянула она родительницу, но жених остановил её.

Он бесцеремонно расцепил их руки и встал между родственницами, приказав невесте:

– Отойди в сторону! Находиться рядом с ней сейчас очень опасно.

– Почему? – Анна пыталась отодвинуть живое препятствие, но не смогла даже пошатнуть короля.

Он склонил голову, сверля горящим взглядом будущую тёщу.

– Она Минтора!

– Второй раз называешь это имя, что оно значит? – голос невесты дрожал от возмущения.

– Воскресшая из мёртвых мать древнего дракона! Его проводник в мир людей. Эта женщина слышит, разговаривает с самым мощным носителем магии на планете, да он и есть её живой центр! – Бильют откачнулся в сторону, сам только сейчас осознав, чем ещё обладает Марина. – Она может видеть глазами Вайреля.

– Это правда? – голос Анны сорвался на крик.

Из домохозяйки Иванова-старшая превращалась в грозную личность, которую боятся даже могущественные короли Ийтории.

– Да! – коротко отвечала мать.

– Но когда, почему? – Она была не только напугана, но и растеряна.

Планета меняла землян, переделывая под собственные нужды.

– Голос слышу давно, – Марина тяжело вздохнула. – Я говорила тебе. Поэтому и начала изучать древний язык магов. А поняла, что именно он хочет сказать и увидела с высоты полёта Ийторию уже после смерти.

– Смерти, – удивилась Анна, возразив, – но тебя вернул к жизни Медар?

– Не вернул, а возродил. Как говорила Ильта? Чтоб планета тебя признала – надо на ней родиться!– Она взглянула на небо и, обведя взглядом, погруженный в сон замок, с гордостью произнесла: – Я стала дочерью Ийтории, не потеряв прошлых способностей!

– Что это значит?

Наследница Тоилока пыталась понять, кем стала земная мать.

– Девочка моя, – отвечала та, горько усмехнувшись, словно не радуясь обретённому дару, – я сильнее любого мага на этой планете,– оговорившись,– пока жив Вайрель.

«Так и есть, – согласилась Льяна, – самая древняя магия корнями связанная с планетой».

– И это может стать огромной проблемой…

Договорил за тёщу король.

– Почему? – продолжала пытать Анна. – Дракон один или есть ещё такие?

Марина развела руками, не в её силах ответить на мучившие дочь вопросы.

– Я знаю, что связана с самым древним и больше пока ничего. Он присматривается к нам, изучает, запоминает и лишь потом решит, стоит ли признавать, посвящая в свою жизнь.

– Через тебя?– Анна чувствовала – все от неё что-то скрывают, но не могла понять, что.

– Да! – кивнула дуэнья-мать. И теперь он знает запах дорогих мне людей.

Будущая королева зажмурилась, пытаясь переварить новые сведения о семье. Начинало давить в висках. Она встряхнула головой. Таблетки принимать нельзя, а значит, не стоит напрягать мозг, тем более, что от неё самой ничего не зависит. Всё будет, как будет.

– Идёмте спать, – она обернулась к Бильюту. – Находись я сейчас на Земле – сидела бы в каком-нибудь баре, пропивая с подругами холостяцкую жизнь, а не боролась со страхами.

Он рассмеялся, тесно прижав к себе худенькое тело невесты:

– Находись мы в моём королевстве, готовясь к свадьбе по-настоящему, ты лежала бы без сил после сто сорок пятой примерки свадебных одеяний, королевской мантии, короны и прочего. Обычно обряды бракосочетания и коронации объединяют в один.

Он пальцами приподнял её подбородок и, заглянув глубоко в глаза, пообещал:

– Ты отметишь девичник с подругами на Земле ровно так, как захочешь. Как только уладим конфликт между Альбентом и Фливерией.

– А мама? – Анна не отводила взгляд.

Бильют согласно кивнул.

– Марина Михайловна, если захочет, отправится с нами.

– Теперь не могу, по крайней мере, ещё пару месяцев, – дуэнья взглянула на башни замка, словно ожидая увидеть там того, кто теперь от неё зависит.– Я связана обязательствами с Вайрелем и должна посетить его остров.

– Какие могут быть между вами обязательства? – Нюта не понимала, что происходит рядом с ней в этом мире.

Жутко раздражало нежелание всех говорить правду, постоянные недомолвки и отсылки к магам после венчания. Она оттолкнулась плечами от Бильюта и топнув ногой, потребовала с вызовом:

– Или вы мне сейчас объясняете всё, или никакого замужества не будет! Я возвращаюсь на Землю и там без проблем рожу, выйду замуж и выращу своего ребёнка!

Бильют схватил её за руку и привлёк к себе, не обращая внимания на яростное сопротивление. Он ухватил невесту за плечи и, глядя в глаза, потребовал:

– Ты готова обречь Тоилока на смерть?

– Не-е-е-т… – Заикаясь, пробормотала та, напуганная уже замеченным ранее холодным огнём в голубых глазах.

– Ты ведёшь себя как ребёнок! – продолжал король Корвении. – Думаешь, можешь нашкодить и убежать, предоставляя другим убирать за тобой? – Ноздри тонкого носа выгнулись, губы стали жёсткими, а улыбку сменил оскал усмешки. – Думаешь лишь о себе? И пусть всё травой порастёт?

Анна попыталась вывернуться из захвата крепких рук жениха, но не тут-то было.

– Я скажу тебе раз и навсегда, чтобы больше не возвращаться к этому! – Он ослабил давление пальцев, извинившись. – Меньше всего на свете я хотел бы причинить тебе боль, но отныне ты не властна распоряжаться судьбой дочери Тоилока по собственному усмотрению. Он пошёл на разрыв отношений с Альбентом, объявил войну старому другу. Привлёк меня в качестве союзника на условии брака с тобой.

Бильют не больно тряхнул её за плечи и отпустил, решив, что смог вставить мозги на место, добавив уже вполголоса:

– Твой каприз может стоить жизни отцу! – Он перевёл взгляд на живот Анны: – Не говоря уже о том, что ждёт на Земле малыша, если о нём узнает Матис или демоны, о которых ты говорила. Ни одного шанса, что сможешь оставить его себе! – Он сверкнул глазами, добавив: – Это при условии, что он вообще доживёт до рождения, как и ты сама! Хочешь этого?

– Нет…

Отчитанная, словно ребёнок, дочь двух планет опустила голову, сожалея о неконтролируемом всплеске ярости. Бильют снова привлек её к себе, на этот раз с осторожностью и нежно обнял, шепча на ухо слова. Анна не поняла ни одного из них, но на сердце стало тепло и спокойно. Она уткнулась носом в твёрдую грудь, благодарная за понимание и поддержку и… снова почувствовала сексуальное влечение.

Марина не вмешивалась в короткую ссору будущих супругов. Она полностью была на стороне короля. Не имея права рассказать, что случилось с ней тогда, во дворе родового замка Локсета III, она хорошо понимала его отказ говорить, кем являются короли Ийтории, да и сама Анна. День икс для девочки настанет завтра и дай Бог выдержать её психике сразу множество открытий. Если нет, то и жить будет незачем не только дочери, но и ей самой. Она коснулась плеча ребёнка, добавив от себя:

– Пришло время принять бремя произошедшего. Больше ты не коммерческий директор пусть и большой компании. В твоём подчинении не двадцать пять человек, а многие миллионы.

Нюта не оглядывалась на мать. Она выслушивала наставления молча, мысленно прощаясь с безмятежным прошлым. Слёзы потихоньку текли из зелёных глаз, делая мокрой рубашку Бильюта. Он с нежностью целовал светловолосую голову невесты, готовый отдать за неё жизнь, но не зная, как облегчить принятие нового мира.

– Убьют меня – убьют прошлое нашей семьи, – продолжала Марина, отметая сомнения последних дней, расставляя новые приоритеты.– Убьют тебя или Андрея – погибнет настоящее. Вместе с тобой исчезнет мой внук, а он – наше общее будущее! – Она взглянула в небо, обращаясь к тому, с кем отныне прочно связана, зная, что её слышат: – Я не позволю уничтожить пропуск в вечность семьи Ивановых.

Следующие слова адресовала обернувшейся девочке, стирая пальцами с любимого лица мокрые дорожки:

– Иначе меня не простит твой отец и не придёт встречать на небесах. А я мечтаю увидеться с ним, чего бы ты обо мне не думала!

Глава 4.1

Трубы ревели, барабаны гремели волнующей дробью. Инор и Мльянта ярко светили с лазоревых небес, окрашивая всё вокруг в оттенки тёплого спелого мёда.

Анна осторожно ступала по брусчатке в направлении дворца обрядов, с каждым шагом размышляя о будущем. Ещё чуть-чуть и назад дороги не будет. Развод на Ийтории мог означать смерть одного из супругов. Она встряхнула и вздёрнула головой, гордо выпрямив спину, решительно оставляя прошлое в прошлом.

Длинный шлейф нежно-белого цвета платья поддерживали четверо детей.

Чуть позади шла дуэнья с лицом, лопающимся от гордости. Её девочка таки становилась королевой!

Площадь до отказа забитая подданными королевства Фливерии. Счастливые жители Тайры и окрестных деревень с удовольствием разглядывающие ослепительно красивую невесту и ожидающего её жениха. Выкрики непосредственных детей. Перешёптывания взрослых о мудром решении короля, заполучившего в союзники решительного, могущественного союзника.

Такого масштабного праздника фливерийцы не помнили. Сияющие чистотой улочки, до блеска отмытые витражи, побеленные клумбы. Гирляндами из белых цветов украсили всё что можно. Бочонки вина, медовухи и сбитня выставлены у таверн и лавок. Корзины с овощами, фруктами теснились на длинных деревянных столах. Многочисленная выпечка и разного вида мясо ожидали всех после обряда.

Воздух благоухал пряностями.

Крепкая рука Тоилока поддерживала острый локоть дочери. Она вздохнула. Вот так же мог вести её первый отец, тот, что воспитал, но судьба не зря убрала по одному из родителей в каждом мире. Если в потере матери можно было обвинить Ийторию, то на Земле чужая планета ничего не могла изменить.

– Судьба…– Обречённо прошептала Нюта, вкладывая в короткое слово всё сразу. Укол боли в сердце при воспоминании о предательстве Матиса и тут же тепло в животе. Ребёнок успокаивал мать, словно не она должна будет вынашивать его многие месяцы, а наоборот.

– Что ты сказала?– так же шёпотом поинтересовался отец.

– Ничего, ваше высочество. Тихо радуюсь…

Но разве можно родителей обмануть?

– Поверь, это единственно правильный выход. Бильют – лучший муж, которого бы я тебе пожелал…– Он прошептал, не шевеля губами: – Маги порой ошибаются.

Она кивнула, добавив:

– Я знаю.

Но на сердце легче не делалось. Предчувствие беды или чего–то значимого, что полностью перевернёт её жизнь, витало в воздухе вместе с ароматами трав, используемых Матисом для соблазнения.

Она тяжело вздохнула. И рада бы забыть о предателе, да вот такие мелочи не дают.

– Ничего не бойся, – продолжал отец.– Увидишь много странного, но это и есть твой мир и сущность. А ещё помни, что мы с Мариной всегда возле тебя.

В памяти Анны возникли глаза рептилии матери в момент пребывания рядом с Вайрелем. Она качнула головой. Конечно, ничего удивительного, чего бояться? О себе всё, что можно, она уже знает. Осталось познакомиться с настоящими отцом и Бильютом.

Жених встречал у дверей древнего собора ли, капища ли. Анна ни разу не была внутри. Огромное здание с уходящими вверх ажурными куполами не увенчивали кресты, но уж слишком похожи на храмовые. Витражные узкие окна. Покрытые мрамором, явно свежие ступени добавляли торжественности.

Бильют внимательно вглядывался в бледное лицо будущей жены.

– Мне надо сказать: «Слава предкам!» – с улыбкой прошептала та, –

что ты не передумал в последний момент взять в жёны столь сложную особь?

Он с осторожностью поцеловал кончики ледяных пальцев, парировав:

– Я буду благодарить их, что ты не удрала в последний момент на Землю.

– Если бы знать, как? – рассмеялась Анюта, получив грозный взгляд матери.– В такие подробности меня не посвятили. Побоялись, вдруг не выдержат нервы у внезапно брачующейся.

– Опасения были напрасными?

Осторожный допрос с маской счастливого безразличия на мужественном лице.

– После твоих слов о риске отца –да!– Она опёрлась о руку жениха, отданная в его власть отцом.– Поверь, у меня очень крепкие нервы, и я умею добиваться поставленных целей!

– Какая из них сейчас на первом месте? – Бархатным ровным голосом расспросы о самом важном.

– Обеспечить безопасную жизнь малышу.

– Я умру, но не позволю случиться с сыном плохому.

Вот такая безапелляционность от человека, наделённого властью, к чужому ребёнку, подкупала безоговорочно! Анна с благодарностью взглянула в светящиеся голубым глаза жениха, искренне попросив:

– Давай и ты останешься живым? Ради него,– а через секундную паузу,– и меня!

Губы короля Корвении расплылись в улыбке. Хоть такое, но признание в любви от той, кого сам успел полюбить безмерно!

– Готова? – спросил он и тут же перед ними распахнулись двери, впуская в полутёмное помещение огромного зала.– Ничего не бойся! Я рядом!

Вот эта просьба от отца и жениха начинала пугать сама по себе.

«Чего мне бояться? – думала Анна, разглядывая статуи, изображающие драконов. Что на Ийтории есть даже один живой, она уже знала. Удивить, а тем более испугать её этой «новостью», никому не удастся.– Или после обряда я должна буду славить Вайреля?»

Постепенно глаза привыкли к полумраку, и будущая королева начала различать барельефы на старых стенах. Она с удивлением разглядывала сценки с обниманием и поцелуями девушек и драконов и наоборот. Женщины в окружении детей и небольших дракончиков. Не было ужаса на красивых каменных лицах, только любовь и обожание. Как такое могло быть?

«Зоофилия какая-то…» – мысли выдавали эмоции.

Бильют с улыбкой наблюдал за проявлением чувств на лице невесты. Он словно ощущал раздрай, творящийся в прелестной головке наполовину землянки.

Она внезапно остановилась, заметив не барельеф, а мозаику, слишком похожую на египетскую. Женщина наполовину человек, наполовину дракон. Дева словно выходила из шкуры ящера. Белое тело и синие жилы.

Почти такие же выпуклые, как у неё. «Мечта наркомана» – так Анна всегда называла свои яркие вены, слишком близко прижатые к тонкой, светлой коже.

Она перевела взгляд на руку в почти прозрачной белой перчатке, лежащую поверх закрытой костюмом и плотной перчаткой Бильюта. Пожалев, что не догадалась рассмотреть жениха в постели.

От него не укрылось внезапное волнение будущей жены. Король пропустил тонкие пальцы между своими и тихонько сжал, делясь уверенностью.

Анна, раскрыла рот, но палец у губ жениха предупредил, что сейчас не время для разговоров.

Зелёные глаза метались по каменным лицам молчаливо важных гостей, стоявших по обе стороны от широкой красной дорожки, по которой ступали брачующиеся.

«Потерпи совсем немного…– За долгое время дня прозвучала первая фраза от Льяны.– Я горжусь тобой!»

Анна тоже собой гордилась, несмотря ни на что, да и разве могло быть по-другому? Не на каторгу шла, а за мужа, кем бы он ни был, жизнь и гордость отца спасала. Льстила самолюбию земной матери.

Тоилок был счастлив по-настоящему.

И только Андрей недовольно хмурился, оставленный за тяжёлыми дверями дворца со странной просьбой от матери:

– Сына, присмотри тут за всем и дай вовремя знать, если вдруг заметишь что-то странное!

Отказать не мог, но и понять тоже. Что за тайны творились вокруг его «девочек»?

А может она почувствовала, что брак сестры с Бильютом, младшенькому, прикипевшему к резкому, но понятному ему Матису, не по душе? И мало ли что мог учудить порой порывистый сын?

Человек в длинном одеянии с капюшоном на голове, стоящий перед полусферой, установленной в глубине зала, резко обернулся.

«Медар!»– одновременно подумали Анна и Льяна.

– Главный маг будет нас обручать?– задала невеста вопрос.

– Нет, он здесь для обряда посвящения.

Ответили разом Бильют и мать, подогревая интригу.

Молодую невесту интересовало, кто выступит вместо священника. А ещё в памяти всплыла первая сцена знакомства с наделённым волшебством старцем. Уже тогда он знал, что она станет женой не Матиса, а Бильюта? Почему назвал королевой?

Маг сверлил её холодным взглядом, в который раз пытаясь прочесть мысли той, что через короткое время станет неподвластной воздействию магии.

Анна внутренне усмехнулась. Чем он может грозить дочери могущественных: мага, матери дракона и короля Фливерии, а скоро ещё королеве Корвении. Всего какой-то главный маг? Дочь владыки второй по размеру страны начинала входить в раж. Ей нравилось сложившееся положение вещей. Разве могла она достигнуть подобных высот на Земле? Даже выйдя шальным образом замуж за внезапно овдовевшего Чарльза, ставшего днями номинальным королём крошечной Англии?

Милая улыбка, подаренная Медару, вызвала у того холод по позвоночнику.

Маг вздрогнул, потупив взгляд. Перед ним стояла не просто будущая королева Корвении. Анна – дочь Тоилока, была кем-то более могущественным. Оставалось узнать, кем?

Внимание принцессы притянула к себе немолодая женщина высокого роста, возникшая, словно из ниоткуда, в нескольких метрах от сферы. Кремового цвета холщовые одежды. Строгость и аскетизм в наряде ийторианки смотрелись необычно среди любителей всего пёстрого.

«Монашка!» – решила Аня.И тут же была поправлена Льяной: «Нет, это «Говорящая с предками». Как мама,– запнулась, но сразу исправилась,– Марина».

Не так уж разнились два мира: там ведьмы, здесь маги, там экстрасенсы, здесь «говорящие с мёртвыми». Всего-то и разницы – в летающих ящерах и удвоенных солнцах с лунами.

Шаг за шагом они с Бельютом приближались к совместной жизни. А невеста с каждой секундой становилась уверенней в собственных силах. Будто это место заряжало её энергией.

Король Корвении ощущал, что происходит с будущей женой. Всё, как ему говорили. Она постепенно становилась собой, избавляясь от влияния прошлого. Совсем чуть-чуть и Анна станет одной из тех, кого почитают в Ийтории как богов.

Изгнанники, покинувшие Землю много тысячелетий назад, приняли правила планеты, призвавшей их. У каждого королевства свой артефакт. Центр силы Фливерии находился за сферой.

Анну влекло к нему, она чувствовала исходящее тепло, но рассмотреть, что внутри, не было возможности. Зыбкий, мерцающий туман лизал прозрачные стенки, запертый изнутри.

Желание внезапной горячей волной прокатилось от низа живота будущей королевы до кончиков пальцев рук и ног, вызвав дрожь.

И снова чуть заметная улыбка на губах жениха.

Наконец они остановились напротив «Говорящей с предками» на расстоянии вытянутой руки. Полная тишина. Не колыхались даже одежды.

Сфера приподнялась и отъехала в сторону, обнажив большой кусок исписанного иероглифами матового камня. Он светился изнутри, притягивая взгляд.

Кусочек точно такого же, перевязанного кожаным ремешком, Марина повесила ей на грудь несколькими днями ранее.

Рука Анны потянулась к куску от чего-то могущественного, целого, частичка которого теперь согревала грудь мягким теплом, но была остановлена суровым взглядом «монашки».

Камень расцвёл молочным, а следом чуть розоватым светом и потихоньку начал темнеть.

Бильют с удивлением взирал на невесту, как и все, в начавшем понемногу светлеть зале. Происходило нечто странное, никому не понятное, и это не пугало, а внушало безоговорочную надежду. Между древним артефактом и будущей королевой была явная связь.