Читать книгу "Хоккейные байки. Захватывающие истории для всех ценителей хоккея"

Дорога на запад

Без игроков из России давно не представить НХЛ. Звезды с Востока есть почти в каждой команде, и отказываться от них в заокеанской лиге не готовы даже по политическим причинам. Казалось, так было всегда.

Из Саратова – в звезды «Торонто»

И это почти правда. Уроженцы Российской империи еще в первой половине прошлого столетия выступали в НХЛ. Первопроходцем считается Валентин Хоффингер, который родился в Одесской губернии в 1901 году, но вырос уже в Канаде.

Впрочем, его карьера в НХЛ получилась недолгой. За два неполных сезона за «Чикаго Блэкхокс» он провел всего 28 игр и отметился только одной результативной передачей.

Зато в 1930-е годы стал тренером сборной Германии на Олимпийских играх. Но в хоккее долго не задержался, большую часть жизни проработал врачом-ортопедом.

А вот Дэвид Шрайнер, который родился в Саратове в 1911 году, в НХЛ считался звездой.

Дэвид тоже в раннем детстве перебрался с семьей в Канаду, в Калгари. Там и познакомился с хоккеем.

Первые пять сезонов профессиональной карьеры провел в клубе «Нью-Йорк Американс» и уже в первом сезоне взял «Колдер Трофи» (приз лучшему новичку сезона).

В 1939 году его обменяли в «Торонто Мейпл Лифс», причем «Нью-Йорк» получил в качестве компенсации сразу пять игроков. Но сделка все равно получилась удачной для «Кленовых Листьев».

За свою карьеру Шрайнер сыграл более 500 матчей в НХЛ, в которых забил 219 шайб и отдал 217 результативных передач.

Дважды, в 1942 и 1945 годах, форвард становился в составе «Торонто» обладателем Кубка Стэнли. После окончания карьеры его включили в Зал хоккейной славы.

«Может ли Иван играть в хоккей?»

А вот из Советского Союза первым в НХЛ уехал Виктор Нечаев. В самый расцвет застоя, когда страной еще правил Леонид Ильич Брежнев, а КГБ был организацией, которой опасался весь мир.

Бывший игрок ленинградского СКА Виктор Нечаев не побоялся бросить вызов целой системе и неожиданно победил, хотя шансов на это практически не было. Его жизнь заслуживает отдельного романа или, по крайней мере, повести.

Впрочем, классики про него уже писали. У Василия Аксенова в «Поисках грустного бэби» ему посвящена целая страница. «Однажды вечером, кажется на Эй-би-си, появился заголовок, от которого я просто ахнул: “Может ли Иван играть в хоккей?” И дальше рассказывалась уникальная история ленинградского игрока Виктора Нечаева, который, женившись на американке, переехал в Штаты и подписал контракт с “Лос-Анджелес Кингз”…»

На самом деле вопрос, может ли Нечаев играть в НХЛ, был не самым наивным, ведь никакой звездой в советском хоккее он не был: так, игрок среднего уровня, звезд с неба не хватающий. Зато его смелости и настойчивости в достижении цели могли позавидовать чемпионы.

На самом деле об этом человеке мало кто слышал и в СССР, он не выступал за национальную сборную, не выигрывал медали чемпионатов мира и Олимпийских игр, за ним не гонялись клубы НХЛ, как за Харламовым или Якушевым, а перед подписанием контракта с «Лос-Анджелес» он пропустил почти два сезона.

И все-таки именно Нечаев стал первым представителем нашей страны, сыгравшим в НХЛ. Причем к этому особо и не стремился.

Родился Виктор в 1955 году в Амурской области. Заниматься хоккеем начал уже в новосибирской «Сибири».

Да, его вызывали в юниорскую сборную СССР, но до официальных турниров дело не дошло. Вроде перспективного паренька хотел приобрести московский «Спартак», но дело ограничилось одной зарубежной поездкой.

А вот в ленинградском СКА, который тогда ходил в аутсайдерах высшего дивизиона, им заинтересовались.

Уговаривать на переезд в город на Неве его приехал Сергей Левин, кинорежиссер по образованию, хоккейный журналист, бывший другом главного тренера Николая Пучкова.

Уже в Америке Левин и Нечаев станут компаньонами по бизнесу, друзьями и даже родственниками (будут женаты на сестрах).

«Склонен к контактам с иностранцами»

В Ленинграде Виктор провел четыре сезона – с 1975 по 1978 год. Мог бы, наверное, и больше, но к тому времени его жизнь катилась уже совсем в другом направлении.

Не отличаясь суперстатистикой, форвард тем не менее постоянно находился на виду у руководства. Потому что обладал уникальной возможностью впутываться в неприятные истории.

Еще выступая за «Сибирь», в 1972 году, в 17-летнем возрасте, он в поездке команды в Финляндию познакомился с местной переводчицей, которая хорошо говорила по-русски.

Вместе они прошли по магазинам, и она добавила ему шесть марок – на покупку пластинок.

Это не прошло мимо нужных глаз, после визита в Суоми в его личном деле в КГБ появилась запись: «Склонен к контактам с иностранцами».

Хотя, правильнее – «с иностранками». Но в любом случае неблагонадежный и почти диссидент.

Игрок был уверен, что эти строчки и сломали ему всю карьеру, поставили крест на сборной. Но объективности ради, в зарубежные поездки с клубами его все-таки отпускали – был в Швейцарии, Югославии…

Зато точно можно сказать, что, насмотревшись жизни за границей, Виктор принял решение покинуть «советский рай».

Как сам признавался, после каждой поездки за кордон уходил в недельный запой – от тоски и безысходности.

А как тогда было возможно легально уехать? Французы в таких случаях говорят: «Шерше ля фам», то есть «ищите женщину». И Виктор начал искать иностранку для фиктивного брака.

Первая попытка вышла неудачной. Ради отъезда в Израиль он сделал «предложение руки и сердца» даме, собиравшейся в Землю обетованную на постоянное место жительства.

Но вышло постановление, что паре влюбленных требовалось прожить вместе не менее двух лет, чтобы получить право на репатриацию.

Хоккейная арифметика

10

Столько очков набрал в одном матче регулярного чемпионата НХЛ форвард «Торонто Мейпл Лифс» Дэррил Ситтлер.

«Чудо» произошло 7 февраля 1976 года. Уже упомянутое достижение форварда «Торонто» стало составной частью другого долгоиграющего рекорда. 7 февраля 1976 года «Кленовые Листья» дома разнесли «Бостон Брюинз» 11:4, а 25-летний центрфорвард хозяев организовал почти все шайбы в ворота голкипера-новичка «Медведей» Дэйва Риза.

Несмотря на форменное издевательство, которое капитан канадцев устроил над бедным вратарем, наставник «Бостона» (а в будущем – эпатажный комментатор) Дон Черри менять его не стал, тот пропустил все одиннадцать шайб и больше в НХЛ не провел ни минуты.

А 10 баллов Ситтлера (шесть голов и четыре передачи) – до сих пор никем не превзойденный улов по итогам одной встречи.

Кстати, это был первый капитанский сезон Ситтлера, также он стал первым хоккеистом «Торонто», достигшим 100 очков за сезон.

С тех пор в НХЛ даже до девяти очков за игру никто не добирался. Максимальный результат – восемь.

Столько набрал форвард «Эдмонтон Ойлерз» Сэм Ганье в 2012 году. В матче против «Чикаго Блэкхокс» он умудрился поучаствовать во всех голах своей команды («Ойлерз» победил 8:4).

Четыре раза Ганье забил сам и четырежды ассистировал своим партнерам. Забавно, что до этого на счету Ганье было всего пять заброшенных шайб в том чемпионате.

Да и вообще он никогда особыми бомбардирскими подвигами не отличался. А тут просто какое-то озарение нашло на хоккеиста.

Пять тысяч долларов – плата за свободу

С мечтой пришлось расстаться, и от обиды хоккеист даже сжег свой паспорт, где стоял штамп о вступлении в брак, сказав в милиции, что украли.

К тому времени его карьера в Союзе шла по нисходящей. Ведущие клубы бунтаря приглашать не рисковали, приходилось мыкаться по командам низших лиг: ташкентский «Бинокор», череповецкий «Металлург», ленинградский «Ижорец», тогда выступавший в Западной зоне Второй лиги СССР. Времени подумать о будущем хватало. И форвард приступил к выполнению плана Б.

Еще на турнире в Швейцарии со СКА он познакомился с гражданкой США Шерил Хэйглер, которая училась на родине в университете. Переписывались, перезванивались, возникла если не любовь, то симпатия, тем более что отважная девушка не боялась приезжать даже в Ленинград.

В итоге хоккеист предложил ей оформить отношения – за денежное вознаграждение. Сказал, что якобы могут отправить служить в Афганистан.

Женское сердце дрогнуло. В 1980 году Виктор и Шерил зарегистрировали отношения в одном из ленинградских загсов.

Разрешение на выезд бунтарь получил еще через полтора года и сразу же отправился в Америку, где в 27 его ждала еще более насыщенная приключениями и событиями жизнь.

С новой супругой, кстати, развелся довольно быстро, отблагодарив за свободу суммой в пять тысяч долларов.

В Америке его встречали криками: «Бей Комми!»

Деньги для него были немаленькие, потому что он не очень понимал первоначально, чем заняться в новой стране. От нечего делать катался с местными ветеранами в любительской «пивной лиге».

От них-то о суровом русском, сбежавшем из «коммунистического ада», и узнал генеральный менеджер «Лос-Анджелеса» Джордж Магуайер. Его сперва поставили на драфт, а потом заключили контракт.

85 тысяч долларов – если играет в НХЛ, и 25 тысяч – в случае выступления за фарм-клуб в АХЛ.

Вероятно, неплохие деньги тогда для Нечаева, с учетом того, что руководству пришлось купить ему даже две пары современных коньков, чтобы он мог начать тренироваться – свои приобрести не мог.

За «Лос-Анджелес» в НХЛ Нечаев провел всего три матча, правда, успев забросить одну шайбу. Руководство «Королей» не устроило, что он заключил только однолетний контракт, да и тренер был им не особо доволен.

В низшей лиге, куда Виктора отправили, господствовал примитивный хоккей «бей-беги». «В клубе “Нью-Хейвен” не было никакого хоккея. На льду просто были головорезы. Бойцы. Они бегали по площадке, просто чтобы сломать меня», – вспоминал потом форвард.

Да, для североамериканцев он был представителем «империи зла». Часто соперники встречали его на площадке криками: «Бей комми (коммуниста)!» Такие же выкрики раздавались с трибун! Никто ведь не знал, что он сам пострадал от «коммунистов».

«Североамериканский хоккей примитивен»

Впрочем, особого восторга и от руководителей «Лос-Анджелеса» и всей НХЛ в целом Нечаев тоже не испытывал. В интервью «Лос-Анджелес таймс» он тогда заявил: «Я мог бы заиграть в любой команде НХЛ. Североамериканский стиль хоккея был на удивление примитивен. Не ожидал такой странной тактики. Просто вбрасывали шайбу и за нее боролись. И все!»

Выступать в условиях бойни на льду и без особой конкретики по новым условиям контракта Виктору не захотелось, и уже в следующем сезоне он перебрался в Германию, где еще год провел в составе «Дюссельдорфа». А затем и вовсе завершил игровую карьеру.

Тем более что и после хоккея его ждала не менее интересная и насыщенная жизнь. Вскоре он еще раз женился. На этот раз по любви.

И сошелся с Сергеем Левиным-Ханли, в прошлом известным советским журналистом, телережиссером, который также эмигрировал в Штаты – через Израиль. Решили вместе организовать большой бизнес, благо с фантазией у этой парочки было все в порядке.

Сперва организовали русское телевидение в Калифорнии – и едва не угодили за решетку, вляпавшись в громкий шпионский скандал. В мае 1985 года бывший игрок СКА был вызван федеральным прокурором для показаний по делу Светланы Огородниковой.

Шпионский скандал

Огородникова, по версии американской стороны, была советской шпионкой (или разведчицей), которая впервые в истории завербовала агента ФБР Ричарда Миллера.

Но, к счастью, самого Нечаева шпионом не признали, он остался только свидетелем. Ведь Огородникова помогала им покупать советские фильмы и распространять их среди русской общины в этом штате.

Затем Нечаев с Левиным занялись организацией гастролей в США популярных артистов из бывшего СССР: Райкина, Понаровской, Пьехи, «Ласкового мая», Карцева…

Далее этот тандем стал исполнять роль агентов для многих звездных хоккеистов из Советского Союза и России, переезжавших в НХЛ.

Достаточно сказать, что сам Павел Буре был восемь лет их клиентом (наравне с американским гражданином) и именно эта троица организовала ему побег из ЦСКА, устроив (по старой памяти) фиктивный брак с американкой.

Через десятилетие начался и обратный хоккейный бизнес – североамериканцы ехали в Россию. И тут Нечаев со своим другом Левиным-Ханли не терялись, помогая своим клиентам, хоккеистам и тренерам из НХЛ, трудоустроиться в незнакомой стране.

С их подачи, к примеру, магнитогорский «Металлург» возглавил канадец Дэйв Кинг – первый подобный случай в истории отечественного хоккея.

В 2007 году компаньона Нечаева не стало. И он сам все реже стал появляться на родине, последний раз на публике его видели в 2012 году.

Источники утверждают, что сейчас бывший бунтарь тихо и незаметно живет с семьей в одном из пригородов Лос-Анджелеса. Но может, мы о нем еще услышим.

Впрочем, его судьба и так удивительна. В СССР он считался неблагонадежным, в Америке – коммунистом. Хотя просто любил свободу!

Хоккейная арифметика

10 минут и 12 секунд

Столько длилась самая длинная смена хоккеиста НХЛ в современный период.

Эта история настолько известна, что уже успела обрасти легендами. 23 февраля 1994 года российский нападающий «Рейнджерс» Алексей Ковалёв провел самую длинную смену в истории лиги.

Главного тренера команды, знаменитого Майка Кинэна, «железного Майка», очень раздражало, что молодой «русский» постоянно переигрывает свои смены, и за пять минут до конца второго периода матча с «Бостон Брюинз» он просто перестал пускать своего «невменяемого» форварда на скамейку.

НХЛ тогда еще не вела статистику игрового времени и смен, но Алексей точно не уходил со льда больше пяти минут игрового времени. Грязными получились все 10. Успел заработать за это время удаление, но и сам реализовал большинство.

«Если посчитать со всеми перерывами, то Ковалёв провел на льду минут 10–12, – утверждал потом Кинэн. – И больше не позволял себе переигрывать смены. Потом уже Алекс мне признавался, что это была самая тяжелая смена в его карьере. Зато он понял свою ошибку и извинился не только передо мной, но и перед всей командой».

В сезоне 2017/18 на этот рекорд покусился Здено Хара – одна из его смен в матче с «Монреалем» длилась 4 минуты 18 секунд. Но словацкого гиганта, капитана «Бостон Брюинз», никто не думал наказывать, он просто без остановки отпахал два меньшинства подряд.

О первых отъездах советских хоккеистов можно писать шпионские романы. Разведка, козни врагов, слежка, погони – там было всё!

Не случайно в эпохальном фильме «Брат-2» отечественный хоккеист в США – один из ключевых героев. У каждого игрока была своя удивительная история, но некоторые запомнились больше других.

Могильный. Первый дезертир

Александр Могильный, как мы уже выяснили, не первый советский хоккеист в Америке, открыл Новый Свет Виктор Нечаев. Но именно Могильный пробил лед и спровоцировал массовый отъезд хоккейных звезд за океан. Для этого ему пришлось совершить побег.

Будучи игроком ЦСКА, то есть военнослужащим в звании младшего лейтенанта, просто так уехать из страны Александр не мог. Только дезертировать.

Что по факту и сделал, сбежав из расположения национальной сборной в Стокгольме, где проходил чемпионат мира – 1989. Кстати, сборная СССР его выиграла.

Как ни забавно, «побег века» был полной импровизацией. Хотя так в жизни обычно и происходит.

Пока Александр катался по льду, на трибуны стадиона, где проходил чемпионата мира, зашел Сергей Фомичев – уроженец Тулы, женившийся на шведке и получивший гражданство этой страны. В будущем – крупный менеджер в нефтяной промышленности…

А тогда предприимчивый Фомичев разговорился на трибунах со скаутами клубов НХЛ и узнал, что те дают любые деньги за трансфер звезд советской сборной.

Американцы, правда, хотели Фетисова или Макарова, но с ними было сложнее. А вот отъезд восходящей звездочки по фамилии Могильный наш герой взялся организовать. И организовал!

От самого Могильного новоявленный хоккейный агент узнал, что тот задрафтован «Баффало Сейбрз», а годом ранее в американском Анкоридже на молодежном чемпионате мира познакомился с Доном Льюсом, скаутом «Клинков».

Фомичев действовал молниеносно: вызвонил Льюса в Стокгольм, несколько дней прятал Могильного в отелях (надо было оформить документы на въезд в США), свел хоккеиста с представителями «Баффало» и умудрился-таки посадить Александра на самолет. В расположении сборной СССР беглеца искали, но не нашли.

Перелетев в США, Могильный оказался без знания языка и в полном одиночестве, поскольку люто боялся коварных агентов КГБ и утечки информации. Если бы она утекла, о хоккее пришлось бы надолго забыть…

Между тем в НХЛ ему доступ был закрыт до одобрения Иммиграционного центра, а там вовсе не рвались одобрять политически скандальный трансфер.

Повезло Александру по принципу «не было бы счастья». По факту его отъезда в СССР было возбуждено уголовное дело, и тут-то он мог с полным правом просить политического убежища. А это совсем другое дело.

В НХЛ Могильный быстро стал суперзвездой и по сей день остается одним из самых успешных россиян в американских лигах.

А во время локаута 1994-го Могильный временно вернулся в Россию. Это после стольких приключений в Стокгольме!

Естественно, никакие агенты КГБ его не схватили и даже вручили паспорт уже новой страны – России.

Однако байки о вмешательствах всех спецслужб мира в судьбу Могильного обсуждались еще очень долго. Если верить бойкой прессе 1990-х, «люди в черном» ходили за игроком по пятам. Разве что на льду оставляли в покое, да и то не факт.

Более того, Могильный поиграл за сборную России, о чем сейчас совсем редко вспоминают. Видимо, потому, что толку от этих выступлений было мало.

На Кубке мира – 1996 суперзвездная российская команда с Могильным, Ларионовым, Федоровым влетела в полуфинале США (2:5) и прекратила выступление на турнире. После этого Александр резко свернул международную карьеру. Возможно, все еще опасался мести суперагентов.

Фетисов. Действовал по закону

История переезда Фетисова куда запутаннее, потому что постоянно обрастает новыми подробностями. Периодически Вячеслав, который сейчас заседает в Госдуме, дает интервью по этой теме, и то одно всплывает, то совершенно другое, а реальная история тем временем все дальше.

Точно известно одно: Фетисов намеревался уехать легально, законно. И выполнил сверхзадачу.

Волокита с отъездом суперзвездного защитника тянулась около двух лет – в 1988–1989. Убегать он категорически отказывался и ждал официального разрешения.

Генеральный менеджер «Нью-Джерси Дэвилз» Лу Ламорелло готов был организовать трансфер. Однако требовалось согласие «Совинтерспорта» – централизованной организации, торговавшей контрактами советских игроков с зарубежными клубами. То есть эдакого государственного агента – мечта, а не работа.

А «Совинтерспорт» отчаянно торговался за контрактный вычет, причем позднее это будут оправдывать благородной миссией – валюту для страны добывали! Фетисова такая постановка вопроса возмущала: выходило, что его по факту продают за рубеж. Идеалист был, что поделать.

И вишенкой на торте оказалась позиция сурового Виктора Тихонова – главного тренера ЦСКА и сборной. Он не желал отпускать ветерана, полезного для тренировочного процесса. С Тихоновым Фетисову пришлось публично поссориться.

Хоккеист дал знаменитое в те времена интервью: «Я не хочу играть в команде Тихонова» для «Московского комсомольца».

В былые времена ему несдобровать, но в годы перестройки за опытного игрока вписались многие партнеры по сборной СССР, поддержав восстание против «тирана».

Да и Тихонов уже был не тот, что раньше. Противостояние с системой закончилось безоговорочной победой Фетисова: ему дали разрешение на отъезд.

Вячеслав Фетисов стал легендой и в НХЛ, и в чемпионате СССР, и в КХЛ успел прославиться, став самым возрастным игроком в истории лиги. Всех победил!

Хоккейная арифметика

11

Столько Кубков Стэнли у Анри Ришара.

В 1955 году 19-летний Анри Ришар был приглашен в тренировочный лагерь «Монреаля». Злые языки утверждали, что это произошло для того, чтобы уважить главную звезду клуба и его старшего брата Мориса Ришара.

У Анри действительно был один большой недостаток – его рост составлял всего 170 см, а вес лишь 73 кг. С такими физическими данными заиграть в НХЛ было непросто даже в 1950-е годы.

Но Ришар-младший брал другим: великолепным катанием, юркостью и очень высокой работоспособностью. Его постоянно сравнивали со старшим братом, но делать это было бессмысленно, так как они оказались совершенно разными.

Морис был снайпером, главной целью которого было забрасывание шайб, в то время как Анри играл на команду, отрабатывая в обороне, и больше создавал моменты для партнеров.

Очень скоро у Анри появилось прозвище Карманная ракета, так как его брата называли Ракетой за очень высокую скорость.

Все свои Кубки Стэнли Ришар-младший завоевал с «Монреалем», последний в 1973-м. Это рекорд, который не побит до сих пор и с вводом потолка зарплат рискует остаться вечным.

Фёдоров. Голливудский блокбастер

До Александра Овечкина в НХЛ не было российских авторитетов, сопоставимых с Фёдоровым. Добрый гений «Детройт Ред Уингз», обладатель сказочно красивого стиля катания, ультрабомбардир, первый европейский обладатель «Харт Трофи».

По сей день североамериканские эксперты нередко называют Фёдорова лучшим российским игроком заокеанской лиги всех времен.

Даже переезд его был голливудским блокбастером. На молодого суперфорварда сразу положил глаз «Детройт», выбравший его на драфте.

В Хельсинки, где Фёдоров был с национальной сборной, вице-президент «Ред Уингз» Джим Лайтс передал игроку ЦСКА письмо с предложением переехать в столицу американского автомобилестроения и подписать контракт. Сергей сильно удивился, но решил не спешить.

На стыке 1989 и 1990-го на рождественские праздники советские клубы совершали турне по Северной Америке – «Химик», московское «Динамо», «Крылья Советов» и ЦСКА. Когда армейцы прибыли в Чикаго, Джим Лайтс устроил для Фёдорова целую многоходовку.

Заказал ужин в отеле, заранее подготовил свитер с фамилией «Фёдоров», предложил контракт как у лидера «Красных Крыльев» тех лет Стива Айзермана и шикарную квартиру с оплатой на три года вперед.

Сейчас это может звучать забавно, ведь игроки НХЛ и КХЛ купаются в деньгах, но тогда все перечисленное звучало как сюжет романтического фильма. Однако и тут Фёдоров решил не торопиться с побегом.

Выехал он только летом 1990-го, воспользовавшись Играми доброй воли в Сиэтле, куда приехали более 1400(!) советских спортсменов.

Игры были летние. Однако хоккейную сборную СССР пригласили для проведения выставочного турнира из нескольких матчей.

После одного из них Сергей тихонько смылся из автобуса, в фойе отеля его ждал с распростертыми руками Лайтс (наконец-то!), и вместе они отправились в Детройт на личном самолете Майка Илича, мультимиллионера, знаменитого владельца клуба.

Как ни странно, в отличие от Могильного, Фёдоров был очень быстро прощен на родине и уже в сентябре 1991-го в статусе форварда «Детройта» сыграл за сборную на Кубке Канады.

А в XXI веке Сергей Фёдоров станет чемпионом мира в составе сборной России, главным тренером ЦСКА и позднее войдет в тренерский штаб сборной России.

Павел Буре: в Америку всей семьей

Приблизительно в те же сроки решился на побег и партнер по звену Фёдорова и Могильного в ЦСКА Павел Буре. Ему на тот момент исполнилось 20.

Тройка Могильный – Фёдоров – Буре должна была стать в отечественном хоккее преемницей звена Макаров – Ларионов – Крутов.

В сезоне 1988/89 Тихонов добавил к первым двум, давно игравшим вместе, совсем юнца Павла – и у них сразу все стало здорово получаться.

Но блеснуть мушкетерским трио на международной арене им почти не пришлось: Тихонов решил не рисковать здоровьем 18-летнего пацана, отпахавшего полный чемпионат Союза и сразу затем чемпионат Европы среди юниоров – на взрослый чемпионат мира его не взяли. Потом сбежал Могильный – и прощай, гениальная тройка!

На Кубок Канады-1991, куда приехал Фёдоров, Буре, в ту пору уже один из лидеров сборной и ЦСКА, тоже не попал.

Тихонов отцепил хоккеиста, потому что тот отказался подписывать новый контракт с московским клубом. Ну и, если честно, ожидал от него побега по примеру бывших партнеров. Как выяснилось, небезосновательно.

Пока сборная СССР билась в Канаде, семья Буре в полном составе отчалила в Северную Америку – тайком от всех.

Операция была тщательно спланирована. Об отъезде не узнал никто – а ведь не только Павел был уже популярен и узнаваем.

Его папа Владимир Буре тоже считался видной фигурой в советском спорте – призер Олимпиады по плаванию. И младший брат Валерий, тоже форвард, подавал большие надежды в хоккее.

Отыскать семейство по ту сторону Атлантики тоже поначалу не могли. О местонахождении Буре не знали (ну или делали вид, что не знают) ни в «Ванкувер Кэнакс», задрафтовавшем Павла в 1989 году, ни в юниорском клубе, куда сватали Валерия.

Шли разговоры, что вся семейка остановилась в Лос-Анджелесе, в доме у одного из агентов Павла Рона Салсера, и не отвечает на звонки. Но уже через пару дней выяснилось, что Буре готовится подписать контракт с «Ванкувером».

Причем мама Павла Татьяна в разговоре с прессой рассказала, что сын планировал отыграть за ЦСКА еще сезон, но ему выдвинули ультиматум – контракт минимум на три года и на Кубок Канады не взяли в наказание. Отсюда результат!

Попутно стало известно, уже со слов отца, что поселились Буре не у агента, а у женщины по имени Джемми, на которой Павел за те несколько дней, что они пребывают в США, успел жениться! И именно на этом факте в дальнейшем Буре выстроил свою «линию защиты».

«Моя поездка за океан прежде всего связана с моей женитьбой, – рассказывал хоккеист в открытом письме, опубликованном в середине сентября советскими газетами. – Я женился на американской гражданке и отказался подписать принудительный контракт с ЦСКА, за что был выведен из состава сборной… Я не связан с клубом и Федерацией советского хоккея никакими контрактными обязательствами. В связи с тем, что теперь несу ответственность за семью и должен ее обеспечивать, то обратился в клуб НХЛ ”Ванкувер“, куда был призван для подписания профессионального контракта».

Но на этом история не завершилась. В отличие от прошлых случаев, когда НХЛ вставала на сторону игроков-перебежчиков, в этот раз президент лиги Джон Зиглер признал истекший контракт Буре с ЦСКА действительным.

Разумеется, «Ванкувер» и агент, объединив усилия, пошли в суд. И тут армейский клуб, понимая, что тяжбу, может, и удастся выиграть, но Буре все равно не вернуть, отправил Зиглеру предложение – они разрешают Буре выступать в НХЛ за компенсацию в 800 тысяч долларов.

Судебное разбирательство длилось всего шесть часов. Контракт практически не обсуждали, но в итоге сошлись на том, что «Ванкувер» выплачивает ЦСКА 200 тысяч, а Буре из своего кармана – еще 50 тысяч (сумма его первого контракта, к слову, составила миллион).

В ЦСКА решили довольствоваться синицей в руке – 250 тысяч лучше, чем ничего.

Ну а Павел через неделю дебютировал в составе «Ванкувера» и вскоре превратился в знаменитую Русскую Ракету – с умопомрачительный скоростью и невероятным дриблингом. И соответствовал этому званию вплоть до завершения карьеры в 2003 году.

Хоккейная арифметика

12

Столько очков набрал за один матч чемпионата СССР дуэт братьев Орловых из московского «Спартака».

В Советском Союзе подходил к концу сезон 1981/82. Практически до финиша ожесточенную борьбу за чемпионство вели три могучих московских «кита» – ЦСКА, «Динамо» и «Спартак».

Впрочем, очередное золото ЦСКА мало у кого вызывало сомнения. А вот борьба за серебро между двумя другими командами шла напряженная до последнего тура.

Немного вперед вырвался «Спартак», которому в последнем матче было достаточно не проиграть еще одним землякам – «Крыльям Советов» – с разницей больше, чем в пять шайб.

Снимая эти, чисто теоретические, вопросы, красно-белые накидали «Крыльям» аж 12 шайб, пропустив в ответ только одну.

Но уникальным матч вышел не по этой причине. Ровно половина этих голов была забита с передач Александра Орлова.

А его брат-близнец Игорь, с которым они играли в одном звене, также набрал шесть очков – хет-трик и три передачи.

12 очков на счету братского дуэта. И кстати, до Александра Орлова никто в чемпионатах СССР по шесть передач за одну игру не делал.

Вернее, теоретически это могло случиться на самой заре отечественного хоккея – но тогда передачи официально еще никто не считал. Только голы.

Малкин: неделя на конспиративной квартире

После Буре от практики побегов отечественные хоккеисты отказались за ненадобностью: между странами-антагонистами началось потепление, лиги тоже узаконили отношения.

Уезжать можно было на законных основаниях, и сразу, кстати, за океан ринулся целый вал сильных игроков. В начале 1990-х одно время только в НХЛ выступало под сто человек, еще столько же в низших профессиональных лигах – АХЛ и ИХЛ.

Но еще один случай все-таки имел место быть уже относительно недавно, в 2006-м. На тот момент восходящая звезда магнитогорского «Металлурга» 20-летний Евгений Малкин уже поставил подпись под новым – годичным – контрактом с клубом.

Но затем передумал и при содействии «Питтсбург Пингвинз», получившего права на игрока на драфте-2004, сбежал из расположения команды на сборе в Финляндии прямо в аэропорту Хельсинки.

Целую неделю игрок провел на «конспиративной» квартире в ожидании американской визы, после чего улетел в США. Откуда по факсу сообщил родному клубу о разрыве контракта.

Федерация хоккея России запретила Малкину играть до урегулирования ситуации с «Металлургом», магнитогорцы подали иск в американский суд, но его проиграли.

После этого эпизода были заключены новые соглашения между конкурирующими федерациями и лигами, стороны согласились уважать контракты друг друга. И пока больше крупных скандалов не возникало.