Читать книгу "Книжная королева. Путь попаданки"

Понятно, что заберёт себе. Жалко драгоценности, в моё время они имели большую историческую ценность. Если бы их обнаружили. У настоящей, не книжной, королевы Бланки, как написано в мемуарах её убийц, ничего не нашли.

И только я обрадовалась, что дело движется, как в открытое окно влетел огромный серый попугай, сел на подоконник и громко закричал:

– Я всё слышу, всё слышу. Всё расскажу!

И добавил такое смачное ругательство, что у отца Педро покраснели уши.

Глава 5

От неожиданности я чуть не упала с кресла.

Во-первых, я не ожидала увидеть говорящего попугая жако в этом мире. Во-вторых, он ругался так натурально, будто был не попугаем, а заколдованным сапожником.

И в-третьих, это пернатый гад говорил, что всё слышал. Это-то и волновало сильнее прочего. Кто знает, как оно в этом мире, вдруг здесь и попугаи разумные?

– Кто это? Что за птица? – пролепетала я, быстро придя в себя.

– Слышал, что это пернатый нахал его сиятельства герцога Кастра, – пролепетал духовник и на этот раз побелел лицом.

Час от часу не легче!

– Это просто глупая птица! – добавил духовник

– Я Сирус, я умный, глупая девка! – разразился жако, склонив голову набок.

– А я сейчас тебя поймаю, ощипаю и суп себе сварю!

Я схватила полотенце и совсем не по-королевски кинулась на него, как с палицей на врага.

– Я тебе сейчас устрою!

Тут я тоже вспомнила ругательства, и попугай от неожиданности даже приподнял перья на голове.

Едва успел увернуться от моего полотенца и против ожиданий не вылетел в окно, а принялся кружить по комнате. Я, вся горя желанием прибить хоть кого-то, раз мой план снова пошёл по мягкому месту, бегала за ним с таким видом, что духовник перекрестился и пробормотал что-то насчёт Дьявола. Вероятно, думал, что я одержима.

– Закройте окно! – закричала я, пытаясь преградить птице выход.

Духовник ожил, кинулся к окну, и тут же дверь распахнулась. Вбежала Ирен, за ней тот самый великан Хьюго – слуга герцога Каста. Через пару минут вошёл с противной улыбкой и сам герцог.

– Сирус, ко мне лети! – скомандовал он и вытянул руку, на которую тут же уселся, как на жёрдочку попугай.

Покосился в мою сторону, обиженно проклёкал по-птичьи и тут же снова ругнулся вполне по-человечески.

– Что вы обижаете беззащитную птицу, ваше величество? – с насмешкой в голосе обратился он ко мне.

Я заметила, как духовник выскользнул в дверь безгласной тенью, бормоча под нос то ли молитву, то ли проклятия. Больно исказилось его лицо.

Но долго следить за духовником мне было некогда.

Я пригладила растрепавшиеся волосы и ответила, глядя герцогу в лицо.

– Что это за фокусы, ваше сиятельство? Вы подсылаете ко мне следить свою птицу? Во время исповеди?!

Даже не надо было пытаться изобразить гнев, я и так была готова всех разорвать собственными руками.

– Я не подсылал, вероятно, Сирусу стало любопытно посмотреть на новое лицо, вот он и осмелел.

И взглянул на попугая как на любимое животное. Погладил птицу по голове, и тот прокаркал: «Сир-рус хор-р-роший!»

Голос у попугая был резким, как наждаком по стеклу водили.

– Вы получили разрешение обета на свои вышивания, ваше величество? – герцог снова посуровел и посмотрел на меня как на провинившуюся служанку. – Полагаю, вы за этим позвали духовника?

Ага, попробуй сказать «нет».

– В том числе, ваше сиятельство. Но, как я говорила ранее, мне потребуется три дня. Вы же мне дали один. Я не успею.

Гнев мой утих, я всё ещё надеялась, что случится чудо, и я задержусь здесь. Отправлю письмо брату либо через Ирен, либо через духовника. И машина закрутится.

– Хьюго, возьми Сируса, хватит с него полётов на сегодня, – герцог специально не отвечал мне. Обращался к своему слуге, к кому угодно, но игнорировал меня.

Я заметила красное родимое пятно на его шее в виде летящей птицы. Оно было небольшим, скрытым воротником, но всё же когда герцог повернул голову, я его приметила. Надо будет выяснить потом, что за отметина такая!

Знак тёмного мага? Принадлежность определённому дому?

На теле Бланки подобных пятен точно не было.

И пока я об этом раздумывала, герцог выгнал всех слуг, моих и своих, чтобы продолжить мне угрожать наедине.

Надеялся сломить?

– Вашу служанку Ирен удалось выгнать только под угрозой, что пострадаете вы. В наше время сложно найти настолько преданных слуг, ваше величество. Что вы ей посулили?

Он ходил по моей комнате, бесцеремонно разглядывая её небогатое убранство.

Моя обитель, действительно, выглядела так, будто её хозяйка стеснена в средствах. Кроме витражного стекла и кровати с пышным балдахином, в остальном интерьер просторной спальни, она же приёмная, отгороженная ширмой, здесь же будуарная с лакированным комодом и трюмо, видал лучшие времена.

Мебели мало, имеющаяся явно была в употреблении ранее, хоть и сделана из ценных пород дерева и украшена модным птичьим орнаментом.

– Ирен – моя молочная сестра. У нас с ней в этой стране больше никого нет.

Я жестом указала герцогу на стул и села в кресло, расправив складки платья.

– Вам, видимо, известно, ваше сиятельство, что меня лишили слуг, прибывших со мной из дома.

– Это сделано для вашего блага, ваше величество. Я лично порекомендовал его величеству подобную меру, чтобы вам не причинили зла.

– Мои же слуги из родного дома?

– Вы больше не принцесса той страны. Вы королева этой, а интересы стран, бывших союзниками, иногда расходятся, ваше величество.

И снова посмотрел на меня синими глазищами, сверкнул им, прищурился. Замолчал.

Проверяет, буду ли я возмущаться решением короля. Чтобы потом обвинить меня в недостаточной верности короне. Ага, не дождёшься.

Я бесстрашно смотрела ему в лицо. Изучала острые скулы, выразительную линию бровей, губ.

Противник был, пожалуй, даже красив, но от его мужской стати веяло такой тьмой, омутом, в котором недолго утонуть.

Стоишь над тёмной водой, ловишь в ней еле заметные движения неведомых существ, а потом раз – закружилась голова, и тебе конец!

– Вы думаете, что я дурочка? Принцесса правящего дома совсем далека от политики?

Мне так хотелось стереть эту самодовольную ухмылку с лица герцога.

– Я, например, осведомлена, что вы заседаете в Тайном Совете. И ваши помыслы, как и действия, направлены исключительно на благо королевства.

– Приятно удивлён, что вы это понимаете. Тогда не станете обижаться на необходимые меры.

– Вы имеете в виду, что брат мог приказать устранить меня через доверенных слуг? Тогда непонятна ваше распоряжение держать меня в этом Богом забытом месте, – улыбнулась я в ответ.

Что-то такое вспыхнуло в глазах противника и погасло. Я поёжилась, как от мороза.

– Ваше величество, вижу, вы не по годам догадливы.

– Я получила хорошее образование. Королева должна разбираться в политике, если хочет угодить королю.

– Для этого у него есть министры, ваше величество. Долг королевы – рожать здоровых наследников. На этом и закончим политический диспут. Будьте готовы. Завтра после обеда мы выезжаем, ваше величество. Поторопитесь с вышивкой.

Снова последнее слово осталось за герцогом. Я сидела, соображала, что ещё смогу придумать, но идеи кончились.

Что я могла ещё сделать? Надо бы отправить письмо, сделать копии с него, чтобы в случае чего отправить сразу несколько. Может, хоть одно дойдёт до брата-короля?

И меня снова осенило. Почему бы и нет?

– Ваше сиятельство, я хотела бы написать супругу письмо. Сможете сделать так, чтобы оно пришло раньше, чем я приехала?

***

Я вспыхнула, но почла за лучшее промолчать.

Герцог явно хотел вывести меня из себя.

Мы танцевали придворный танец бассе, много позднее он трансформируется в павану. Танец неторопливый, напоминающий придворное шествие. Безо всяких прыжков и вывертов, тут я физически не могла наступить партнёру на ногу. Ну разве что вначале один раз, нечего мужчине, тем более тёмному магу, быть таким неженкой!

– Молчите? Нечего сказать?

– Не хочу давать вам повода для новых насмешек, ваше сиятельство. Вы пользуетесь моей беззащитностью.

– Пока ещё не пользовался, – пробормотал он, посматривая на меня с интересом.

Не любовным, а так, как сытый смотрит на дикую утку – стоит ли зажарить и попробовать, или пусть пока летает. Домашние ещё не все съедены.

– Я умею танцевать, но давно не практиковалась.

Ага, года три точно! Как Бланку заперли в этом месте, так она вздыхала, молилась и вышивала. И читала Святое Писание, находя утешение в обещании будущей жизни.

Теперь они все, все они, кто думали, что от Бланки легко будет избавиться, пожалеют, что недооценили. Меня, попавшую в тело несчастной по ошибке.

– Вы загрустили? Жалко покидать насиженное гнездо?

– Здесь не мой дом, я возвращаюсь туда, где моё законное место, – ответила я, гордо смотря на партнёра.

Ну этот тип несносен! Я с удовольствием взгляну на его лицо и лица фаворитки с королём, когда они увидят, что Бланка добралась до столицы живой и здоровой!

Перед тем как вернуться, прям даже что-то колкое им скажу. Я верила, что в этом моя миссия здесь – спасти королеву. Доставить её к супругу. А там они без меня сладят.

О том, где сейчас настоящая Бланка, я не думала.

Не моё это дело.

А между тем герцог сжал мою кисть и поклонился по завершении танца:

– Тогда тем более непонятно ваше желание задержаться здесь.

– Я просто боюсь перемен и тех, кто их для меня приготовил, – пролепетала я, опуская глаза.

Всё-таки не стоит показывать свой боевой настрой в полной мере. Пусть думают, что я всё та же покорная королева-девочка, живущая вдали от своего супруга и ничего не смыслящая в расстановке сил при дворе.

Герцог довёл меня до стола, где комендант сидел, будто кол проглотил. Бросал на меня умоляющие взгляды через стол и помалкивал.

– Гранд Арарипе, вы, должно быть, счастливы, что его сиятельство избавит вас завтра от тягостного бремени по моему содержанию.

– Что вы, ваше величество! Я был счастлив принимать столь высокую гостью под этим кровом! Жалею, что не смогу насладиться вашим обществом и далее.

– Вы осуждаете приказ короля? – спросила я, радуясь, что верну ему все колкости в свой адрес.

Сейчас комендант побелеет, затрясётся, герцог вцепится в него, как бульдог в кость, просто так, ради смеха, дабы отточить остроту слова, и оба дадут мне время собраться с мыслями.

Впрочем, мне просто хотелось отдохнуть от злословия нового тюремщика. Нам ещё предстоит общая дорога, где я должна ежеминутно быть начеку.

Изменить сюжет прокля́той книги, только я не представляла как, ведь она была написана от лица фаворитки. И сам брат короля и королева почти в ней не фигурировали! Избежать дороги, если не случится чудо, мне тоже не удалось.

Словом, настроение было так себе. Ещё и еда коменданта оказалась пресной и невкусной. Кондитер у него хороший, а повар так себе, немудрено, что Бланка всё худела и чахла в замке Мендоса.

Ужин завершился раньше, чем часы на башне замка пробили девять. Я была этому рада. Сослалась на то, что надо отдохнуть перед дорогой, и отправилась к себе.

– Вы больше никогда сюда не вернётесь, ваше величество. Не извольте беспокоиться. Это я вам обещаю, – прощаясь, произнёс герцог. Он улыбался, но глаза оставались ледяными.

Я понимала, что он имеет в виду. И боялась его ещё больше.

Не вернусь. Конечно, гранд, потому что вы убьёте меня по дороге по приказу фаворитки.

Спала я в ту ночь неважно, несмотря на отвары Ирен, мне всё чудилось, что наёмный убийца подкрадётся среди ночи.

Герцог видел, что я не так покорна, как он ожидал, так к чему ждать подходящего случая? Здесь в моей смерти могут обвинить слуг или коменданта. Мол, не хотели отпускать королеву.

Бред, но мне было так душно, будто кто-то уже накинул мешок на голову. Ирен приходилось подать влажный платок, чтобы я могла вытирать себе лоб и руки. Сплитов пока ещё не придумали, а задействовать кристаллы охлаждения в этом Богом забытом месте никто не считал нужным.

Клопов в постели нет, на том и скажи спасибо!

Я встала и прошла к столу, на котором лежала Библия. Ради развлечения, а первый раз сработало, я загадала желание вернуться в свой мир, и чтобы герцог меня не убил.

Открыла наугад страницу и прочла сверху: «Только Он – твердыня моя, спасение моё, убежище моё: не поколеблюсь более».

Не знаю, как это работает, но похоже на совет – держись, девчонка, герцога. Ищи, как перетащить его на свою сторону.

Удивительно, но как только я получила предсказание, так заснула спокойно.

А рано утром меня разбудили отборные ругательства, доносящиеся с улицы через открытое настежь окно.

Глава 6

– Не лучше ли будет всё рассказать при встрече? – спросил герцог и повернулся ко мне с таким видом, будто подозревал в чём-то.

Например, в том, что я знаю о его намерениях не позволить ненужной королеве попасть к королю.

– В пути может статься всякое, и я хочу изъясниться с его величеством раньше, чем он меня увидит. Вероятно, он уже не помнит, как я выгляжу.

Шпилька не пришлась герцогу по душе, я видела, как он слегка наморщил нос.

– У вас же есть особые каналы быстрой связи?

– Артефактов во дворце нет, если вы об этом, но по дипломатической почте я отправлю ваше послание, ваше величество. Его прочтёт только король.

– И даже вы не заглянете? Впрочем, можете прочесть, ничего предосудительного в нём не будет. Я лишь хочу заранее изъясниться с моим супругом, чтобы подготовиться к радостной встрече.

Я несла чушь. Но у меня была другая мысль: если узнать, как герцог отправляет почту, через кого, можно будет либо подкупить этого человека драгоценностями, либо найти рядом с ним того, кто знает, через кого надо отправлять письма. Чтобы они точно попали к адресатам.

– Хотите, я угадаю, о чём вы думаете, ваше величество?

В глазах герцога заплясали весёлые чёртики.

– Вы думаете, что ваше письмо что-то изменит в расстановке сил возле трона. Тогда скажу, что вы слишком юны и наивны, – продолжил герцог. Он подошёл ближе и внезапно поцеловал мне руку, чего никогда не делал ранее.

И ушёл, посмеиваясь над моими желаниями.

Интересно, в его тёмной душе что-нибудь да всколыхнулось?

Или он даже не предложит мне иной путь, кроме того, изначального? Здраво подумав, я пришла к выводу, что ничего не изменится.

Даже если бы я упала на колени и попросила брата короля оставить меня в живых, позволить уйти в монастырь, он не смог бы мне помочь.

Я должна умереть и быть похороненной в усыпальнице. Или на худой конец, в крупном центре. Только тогда король и его наследники от фаворитки могут чувствовать себя в безопасности. Уйди я в монастырь даже по доброй воле, брат-король и Его Святейшество могут сослаться на то, что меня заставили.

Я недолго оставалась одна: вбежала Ирен и сразу бросилась ко мне с расспросами.

– Сядь и скажи, – приказала ей я после своего краткого рассказа. – Есть у нас возможность бежать? Ну, хоть какая-нибудь?

Это уже было похоже на отчаяние. Но я должна была спросить: добраться бы до границы с Франкией, а там Энрике, который Справедливый, не посмеет дважды убить жену. Даже если Бланку заставят к нему вернуться.

Но по растерянному выражению лица Ирен я поняла, что и этот план в топку. С не меньшим изумлением она смотрела бы на меня, если бы я ей предложила слетать на Марс.

– Отсюда до границы два дня пути на лошадях.

– Я умею ездить в мужском седле.

Отчаянная затея. Я читала в глаза Ирен: а припасы, а охрана? И где взять именно деньги, чтобы нас с ней не обидели, не отняли их и честно оказали услуги?

– Забудь, – махнула я рукой.

Правильно, надо действовать здраво. Нет никакого смысла погибнуть от других причин, а не по воле фаворитки и её приспешников.

В книге, как назло, смерть королевы не упоминалась в деталях. Не доехала. Точка.

– Тогда неси перо и чернила. Буду писать письмо к нашему королю.

Ирен попыталась предупредить, что это опасно. Кто знает, каков он на самом деле? Бланка почти с ним не общалась.

Но я настояла на своём:

«Милостивый государь!

Безмерно рада, что нас ожидает воссоединение. Мне был дан недавно сон, что я могу принести вам много здоровых сыновей. Они прославят династию и укрепят мир в этой стране.

Жду нашей встречи.

Ваша покорная супруга, Бланка де Бурбон»

– То письмо, одну из копий, ты уже отправила? – шёпотом спросила я Ирен.

Та кивнула.

– Через мальчишку, я защитила его от старших пару лет назад. Почитай жизнь спасла, вовремя метнув нож. Он скорее умрёт, чем меня предаст, вижу по глазам.

– И кому он передаст?

– Его на днях отправляют к старшему брату с припасами. Тот моряк на корабле. А корабль идёт во Франкию с товарами. Там на пирсе в городе Брен будет ждать мой брат. Я сегодня же отправлю весть через амулет.

У Ирен был свой личный канал связи с семьёй. Но передать по нему можно было лишь что-то действительно важное. Артефакт в виде перстня с бериллом почти истощился. Подзарядить его здесь возможности не было.

Для того требовался артефактор, а в этом замке таких не водилось. Да и абы кому не доверишься: за нами усиленно следили.

– Вторая и третьи копии пока будут при тебе. По пути что-то да придумаем.

Своё письмо к супругу я передала за ужином герцогу. Комендант устроил прощальный пир в честь моего отъезда. Правда, больше он походил на ужин заключённого, приговорённого к казни.

Герцог бесцеремонно сломал мою печать и пробежал записку глазами.

– Думаю, вы понимали, что я всё равно прочту. Вдруг вы осмелитесь послать проклятие?

– Я светлый маг. Мы не умеем наводить проклятия.

– Знаю. Но в истории бывали случаи превращения. Впрочем, наверное, сказки.

Этот Каста снова буравил меня тёмными глазами-омутами, но с каждым разом выдерживать его взгляд было легче. И прикосновение руки к моей руке, когда герцог пригласил танцевать.

Музыканты у коменданта были самоучками, музыка фальшивила, в комнатах стояла такая удушливая жара, как в бане, но всё это было неважно. Я видела, что герцог хочет что-то сказать мне.

– Если вы и дальше будете вести переговоры за моей спиной, ваше величество, просить у коменданта защиты и помощи, то я сожгу этот замок со всеми его обитателями по обвинению в государственной измене, ваше величество. И заставлю вас смотреть. Потому что смерть всех этих людей будет на вашей совести.

Улыбнулся и добавил светским тоном:

– Вы наступаете мне на ноги, ваше величество. Танцы в вашей родной Франкии не были в почёте?

***

Я накинула ту самую мантию, отороченную мехом горностая. Моё наследство, кстати.

Король был скуп или не считал нужным тратиться на супругу. А кузен не оплошал: снабдил Бланку богатыми дарами и платьями, часть из которых пропала.

Должно быть, фаворитка себе забрала.

Бланке объявили, что они испортились, та и слова возразить не посмела.

У меня возникло желание прибить эту фаворитку при встрече. Надо только дожить до этой самой встречи!

А ругательства, произнесённые птичьим голосом, тем временем становились всё смачнее и витиеватее. Я даже половины из них не слышала ранее.

Выглянула из окна, выходившего в ту часть внутреннего дворика, в которую не захаживали посторонние. Здесь была небольшая лужайка и цветник со скамейками.

И увидела забавную картину: попугай герцога сидел на шесте с жёрдочкой, воткнутых в землю прямо в клумбе, рядом стоял сам герцог и смеясь, подавал ему очищенную ботву от свёклы или от моркови, из окна было не очень видно. И время от времени, когда птица ругалась особенно изощрённо, то и очищенный орех. Вероятно, миндаль. Он был здесь невероятно дорог, не каждый аристократ мог себе позволить такое лакомство.

Поодаль с видом телохранителя или бандита, готового прирезать прохожего, держался слуга герцога, Хьюго.

– Вы специально учите птицу ругаться под моим окном? – крикнула я, не удержавшись от подобной наглости.

Я, может, в последний раз, сплю в кровати, а не под открытым небом, и тут он мне покоя не даёт!

– Ваше величество, я не знал, что это ваше окно.

Герцог сначала закончил кормить птицу, потом повернулся ко мне, слегка поклонился (не привык гнуть спину, ага) и с насмешкой, уже ставшей мне привычной, глазел на скромный вырез моей рубашки.

Только тут я поняла, что наклонилась, и мужчинам снизу видно больше, чем позволено. Особенно в четырнадцатом веке.

– Может, вы спуститесь, ваше величество? Я вас познакомлю, и вы сами убедитесь, что Сирус – птица воспитанная, хоть и может позволить себе лишнее крепкое слово.

– Да он у вас по-другому и не говорит, – проворчала я и захлопнула створки окна.

Ирен, уже стоявшая сзади, вытаращила на меня глаза, будто я собиралась броситься вниз.

– Ваше величество, с вами всё в порядке?

– Хочешь спросить, не сошла ли я с ума? Нет, пока. Не надейся.

Я проснулась в ворчливом настроении. Солнце жарило землю, как огонь сковородку, всё вокруг цвело и благоухало неприлично натурально для книжного романа. И если я вчера ещё надеялась, что меня случайно выбросит в свою реальность, когда засну, то сегодня поняла: бесполезно.

Я книжная королева Бланка де Бурбон. Сегодня герцог Родриго Каста вывезет меня отсюда. И всё. Дело дрянь.

Причин задерживаться здесь далее я не видела. Таких, которые бы заставили герцога оставить меня в покое хоть на день.

– Прикажи собрать вещи, – сказала я, когда Ирен помогла закончить утренний туалет и дошло дело до верхнего платья.

Я выбрала серое, закрытое до самой шеи. У меня почти все платья, кроме парадного, были такими.

Выглядело оно как одеяние мышиной королевы, но я достала жемчужную круглую брошь, очень изящную, из приданого Бланки, и приколола к вороту. Вот, совсем другое дело!

Теперь в моём облике было меньше уныния и больше элегантности. Внешность у Бланки вполне себе харизматичная, вон глазища как сверкают, будто агаты, а овал лица, по сравнению с тем, что я увидела в зеркале в первую ночь своего появления здесь, стал чётче. Из черт ушла природная мягкость и безвольность.

– Скажи, Ирен, при каких обстоятельствах мы виделись с герцогом Каста в первый раз? Я что-то не припомню подробностей, зато он упомянул, что я обозвала его чудовищем.

– Это было на свадебном пиру, ваше величество. Вы пожаловались его величеству, что после преподнесения подарка герцога почувствовали головную боль.

– Что за подарок был?

Ну Бланка! Заблокировала этот период в своей памяти напрочь! Подсовывала мне какие-то благостные картинки идеального венчания.

– Вы не помните?! – ахнула Ирен.

На её лице явно проступило сомнение. Сейчас вообразит, что меня околдовали, надо развеять сомнения и не лишиться единственного преданного союзника.

Я коснулась её руки и попросила сесть.

– Знаешь, я не хотела говорить, да и сейчас боюсь, но с приездом герцога часть моей памяти будто стёрли.

– Это точно, ваше величество. Тёмные маги на всё способны!

Ирен сжала свои маленькие кулачки. Удивительно, как многие верят в то, что тьма обязательно зло!

И никто не задумывается, что герцог действует не по своему почину.

– Так что герцог подарил мне?

– Часы с агатами. Из чёрного вулканита, очень ценные, но вы взяли их в руки и вздрогнули. Сказали его величеству, что от них веет злом, ведь вулканит берут там, где живут языческие племена, далеко за морем. Они не знают единого Бога, поклоняются идолам.

Мы с Ирен как по команде перекрестились. Здесь, в этой жаркой стране, легко прослыть еретиком, если ты не выказываешь достаточного рвения к религии. А на того, кто отвергает Бога, можно за милую душу возложить всё вину. Это тёмному магу можно быть насмешником, его бояться и без того.

И не осмелятся обвинить открыто. До поры до времени.

– А где они?

– Кто знает, ваше величество. После свадьбы я их не видели, а когда нас отправили сюда, то и вовсе забрали добрую часть имущества, – вздохнула Ирен.

Я понимала, что она хотела сказать: я пыталась сохранить, но это было не в моей власти.

– Ладно, я пойду. Меня ждёт герцог. А ты собирай потихоньку наши вещи. И смотри, чтобы слуги не утащили чего.

Я давала поручения и тут же заметила изумление на лице Ирен. Видимо, я опять вышла из образа покорной королевы. Надо срочно придумать правдоподобное объяснение этим переменам

– Я должна поделиться с тобой, но поклянись, что это останется между нами!

Ирен сверкнула тёмными глазами-пуговками, выхватила нож и чуть было не порезала себе запястье в знак клятвы молчания. Мне удалось остановить её.

– Слушай. Я же не выполнила обет по вышиванию для часовни. И мне явилось во сне знамение. Голос сказал, чтобы я исполнила обет по-другому. Стала сильнее и не дала герцогу забрать мой светлый дар.

Придумывала на ходу, но зато Ирен сразу успокоилась. И мы с ней снова перекрестились.

Надеюсь, Бог, если он видит меня, простит за эту ложь. Тут без неё не выжить.

А мне ещё вернуться надо.

– Тёмные маги глазливы, ваше величество. Держитесь там от него в стороне.

Я про себя улыбнулась. Про Ирен тоже говорили, что она легко глазит. Косит один глаз немного, значит, порчена, дьяволом при рождении отмечена.

Я пообещала молочной сестре, что буду осторожна, и отправилась на лужайку, прихватив одну из дам из числа нынешних слуг. Чтобы никто не сказал, что я хожу только с Ирен, чтобы скрыть что-то гадкое.

Здесь репутация была вещью хрупкой, а потеряв её, можно распрощаться не только с короной. Лучше не давать повода фаворитке чернить меня.

Но вскоре я поняла, что опасаться сейчас мне надо вовсе не фаворитку. А того, кто находился безмерно ближе.