Текст книги "Горбуны1.Калашниковы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/gorbuny1kalashnikovy-266557.jpg)
Автор книги: Инга Полякова
Жанр: Политические детективы, Детективы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
Эдам все переживал, что если он съест мясо «тикающих», то у него тоже будет рак. Его врачи убедили, что если он заразится, что вряд ли возможно, то ему опухоль свернут. Он так попытался свернуть «законную» опухоль дочке друга оружейника, но не проскочил.
Вечеринка в пижамах
В середине апреле в один из вечеров с четверга на пятницу американцы пригласили девушек на вечеринку в пижамах.
Вечеринка в пижамах проходила в трехкомнатной квартире, которую снимали американцы. В этой квартире сейчас жили Эдам и Морген. Остальные американцы жили в общежитии.
Квартира Эдама и Морген была на первом этаже блочной белой пятиэтажки в остановке от универа. Блоки-секции были с залитыми разноцветными керамическими кусочками. Пол в квартире был холодный, поэтому везде были тонкие дешевые ковровые покрытия, даже на кухне.
Квартира по сути небольшая, с небольшими комнатами, но хорошо обставленная – новые деревянные двери, стиральная машина – обязательное условие американцев, мягкие диваны, тонкие ковры во всех комнатах, новая плитка в ванной и туалете, со старым широким неплазменным телевизором в зале – американцы в среднем жили лучше, чем посещающие их встречи русские.
На эту вечеринку в пижамах пришли Яся Воронина, Аня Петрилина, Лена Ситокова с подружкой Викой, Лида Дорошина, рыжая, высокая, очень худая и сильно прыщавая, с факультета лингвистики, и, конечно же, маленькая Яна. Потом подходили остальные. Была также блондинка Ира, которую я видела с Дженнифер в баптистской церкви. Беременная Морген с небольшим животиком месяце на третьем-четвертом встречала гостей.
Но не все верили в беременность Морген. Некоторые говорили, Эдам и Морген имитировали беременность, что у Морген рос живот от постоянных запоров, которые она сама вызывала у себя с помощью сухих бубликов и сухарей, периодически ходила в туалет и в эти дни «облегчения» носила подушку или специальную накладку. Беременность Морген была частью легенды семьи Хейсонд. Кто поймет этих американцев-контрабандистов? Зачем они придумали эту беременность и от чего отвлекали внимание?
Первая самая большая комната съемной квартиры – зал. Здесь были белые флизелиновые обои. Эта комната была проходной с угловым тканевым диваном между дверьми.
Над диваном висел красивый светильник «фонтанчик» с хрустальными капельками на концах блестящих желтых «прутиков», выгнутых как падающие струи воды. Двери были деревянные, недавно лакированные и поэтому блестящие, диван мягкий, светло-коричневый, угловой, раскладывающийся, обтянутый тканью, но с узорчатыми фланелевыми подушками. На диване были квадратные подушки с бахромой по краям, светло-коричневые и зелено-желтые, с орнаментом и угловатым многослойным цветком в центре…На обивке дивана были такие же вставки, как и подушки, болотного, желто-папоротникового цвета. На полах красно-зелено-желтое ковровое покрытие с низким ворсом, с большими красными цветами с острыми лепестками и зелено-желто-папоротниковыми листочками. Возможно, зеленый на покрытии был выгоревшим и стал папоротниковым. Из зала дверь вела на балкон.
В комнате стоял журнальный столик цвета ореха из дешевого ДСП. Напротив, типичная советская стенка на всю стену – такие стенки вмещали тонны вещей в советскую пору и так выполняли свою главную функцию… За стеклом только пустые деревянные полки без посуды. Мебель казалась дорогой, но на самом деле была дешевой, как во многих сдаваемых квартирах. Дешевую стенку выдавали облезлые пластмассовые ручки «гвоздиками». Стенка была как бы разделена на две части или состояла из двух секций – часть с нижним комодом и с открывающимися ящиками. В низу стенки с одной стороны были три ряда широких выдвижных полок по две, как у комодов. С другой стороны были два нижних открывающихся ящика с полками внутри, стеклянный пустой буфет над ними и рядом двустворчатый шкаф на двух ящиках. Пленочное покрытие стенки кое-где облазило, оголяя прессованные опилки. Стенка тоже была желто-орехового цвета.
Батарея у стены балкона была спрятана за пластиковой панелью цвета ореха с редкими продолговатыми трехсантиметровыми вырезами…
На ТВ тумбочке в углу был «толстый» японский телевизор с серебристым видеомагнитофоном под ним. На телевизоре стояли большие колонки. На полу недавно лакированный блестящий паркет. Как будто деревянные двери и пол недавно хозяин квартиры сам покрыл одним и тем же лаком.
Морген встречала гостей в свободной белой футболке и черных штанах – она носила только черные брюки, делающие ее огромные бедра визуально уже.
Аня Петрилина – крупная блондинка на полголовы выше меня, с длинными ниже пояса волосами и очень широким тяжелым тазом, толстокостная, я бы даже назвала ее полной. Я до этого видела ее на американских встречах, но ни разу не была с ней в малой группе. Аня с серыми глазами, широким лицом, острым носом, тонким маленьким ртом и низким лбом. У нее был острый подбородок и ярко выраженные скулы. Она, как и я, заканчивала первый курс, но училась на лингвистике в нашем университете. Она училась на договоре и говорила, что была отличницей.
Яся пришла в ярко-бирюзовых бриджах с ромбовидными вырезами в два ряда вдоль внешних сторон ног и белом топе качелями, ее тело была намазано специальным маслом и блестело. Через вырезы на штанах не проглядывали трусы, поэтому я решила, что у нее трусы на липучках… Яся была одета легче, чем все остальные, а я теплее. Яся была одета не по погоде. На мне была черная трикотажная кофта с одним вязаным кружевным рукавом, а другим обычным и серые брюки. На дворе был апрель. На маленькой Яне была короткая юбка в красно-синюю клеточку и белая футболка.
Сначала мы сидели в проходном зале. Американцы угощали как обычно порезанными бананами, апельсинами и крекерами.
Морген развлекала гостей разговорами:
– Эдам начал немного лысеть, – Морген хихикнула, сказав это, как и подобает жене. – Так из-за этого переживает!.. Вчера играл на гитаре… пам-пам-пам, – и Морген как будто взяла несуществующую гитару и стала нажимать пальцами левой рукой на лады, а большим пальцем правой руки дергать струну. Я отметила, что она точно не умела играть на гитаре – ее выдавали неумелые движения и неправильная постановка рук.
Мы делали фото, сидя на диване. Почти у каждого был фотоаппарат, и мы сидели как фотомодели, пока делали одинаковые фотки на разные фотики. И старались смотреть в объектив фотика, на который снимали, что не всегда получалось. Поэтому возникали фото, на которых все смотрели в разнобой в разные объективы, одни смотрели в одни объективы, другие в другие, глаза были в разные стороны. Получались «раскосые» фотографии. В компании Эдама было много «зайцев». И опять много вспышек на разные фотики.
Последней Дженнифер делала фото на «мгновеный» фотоаппарат, он тут же выдавал фотографии – мы в обнимку, я лежу на девчонках, я фоткаюсь с Джен, которая опять выглядит как маленькая девочка. Я с Морген, Дженнифер и Ясей в обнимку на диване, при этом мои глаза полузакрыты и как-то скошены… На фото Морген поставила пластиковый стаканчик между ног. А Дженнифер делала вид, что она маленькая беззащитная девочка.
Дженнифер случайно сделала мгновенное фото, где Морген была задумчивой, стандартно не улыбалась, а просто и равнодушно смотрела в кадр. Я хотела рассмотреть это фото, которое сразу же выдал фотоаппарат и которое проявлялось у меня на глазах, но Морген тут же вырвала у меня эту фотографию, порвала на мелкие кусочки и выбросила.
Меня шокировала ее реакция – она рвала все фото, на которых не улыбалась?
Морген хотела на всех фото получаться только смеющейся. Если кто-то вдруг видел ее неулыбающейся и, не дай Бог, снимал в этот момент, то она теряла адекватность.
…Я видела, как грустила, не улыбалась, жена Эдама. Поэтому по правилам теперь я должны была или умереть… или ослепнуть.
Из зала можно было попасть в маленькую темную комнатку, куда мы пошли красить ногти. Ковровое покрытие здесь тоже было с тусклыми красными цветочками и папоротниковыми крючочками, а диван тоже светло-коричневый.
Я заметила, что и ковровые покрытия, и диваны в обеих комнатах были похожи. Мебель можно было переставлять из комнаты в комнату, не нарушая при этом цветовую гармонию. Мебель и даже ковровые покрытия были универсальны – мебель из одной комнаты хорошо бы смотрелась и в другой. И все комнаты квартиры были в желто-коричнево-папоротниковых выгоревший цветах. Говорили, что у хозяина квартиры был слепнущий больной брат-зверь.
Морген принесла свою черную косметичку с лаками – негритянки в Африке очень любили красить ногти, для них это было в новинку, и Морген думала, что мы, как негритянки, тоже любим. Но для русских это был привычно, и Морген это быстро поняла. Мы расстелили газеты на ковровом покрытии и красили ногти на руках и ногтях в разноцветные цвета. Яна красила ногти вместе с нами, хотя я думала, что ей в ее семь красить ногти рановато. Я обратила внимание, что американцы-мужчины тоже иногда красили ногти на руках и ногах в яркие цвета, особенно часто в синий и черный, по крайне мере так делали Эдам и Майкл, последний собирался в мае уезжать проповедовать в Новой Зеландии.
С новым лаком тоже делали снимки на разные фотики.
Я была в двух комнатах из трех квартиры Эдама и Морген. Их спальню я не смотрела. Может быть, американцы хотели казаться богаче, чем были на самом деле.
Женя Снисарь, новенькая невысокая девушка, и Лида дурачились в американских спальниках, ярко-синем и ярко-бирюзовом. Они залезли в спальники и высоко синхронно поднимали ноги, как гусеницы то в одну, то в другую сторону. Спальники были новые, легкие, блестящие.
На девичник приходили то одни, то другие. Ненадолго заскочили Саша Янченко и Егор. Они громко говорили и смеялись на кухне с Морген, а потом пошли обратно в общежитие к американцам. В это время у мальчиков в общежитии был мальчишник, где главным заводилой был Эдам, наверняка, не обошлось без алкоголя. И Яна с Дженнифер и Ясей тоже были приглашены на мальчишник, немного потусовались с пацанами. Яся уехала ночевать домой. Яна с Дженни собирались в общежитии лечь спать. В квартире Эдама и Морген не хватало спальных мест.
Потом мы играли в твистер. Эдам и Морген любили эту игру, они привезли свое потрепанное игровое поле из Америки.
Мы не спали до трех утра – красили ногти и разговаривали.
Уже поздно ночью я, Аня Петрилина и Лида пошли на кухню пить чай с крекерами – бананов уже не осталось. А Морген с Леной Ситоковой отправились в круглосуточный супермаркет на остановке пополнить запасы фруктов. Лена нужна была Морген в качестве переводчика. На кухне был стол, соединенный с двумя скамейками с двух сторон, тоже из ДСП под дерево. Было много кухонной бытовой техники, что меня опять же удивило и подчеркнуло богатство квартиры.
У меня дома тоже была маленькая кухня. Поэтому небольшая кухня на съемной квартире, немного больше моей, меня не смутила, чего нельзя было сказать об Ане Петрилиной – их маленькая кухня ее удивила, но она сказала, что все нормально, раз много бытовой техники.
После трех мы решили ложиться спать. Нам намекнула переодевшись Морген. Она легла у себя в спальне.
Спальные мешки положили на пол, на их тонкие ковры. Спальник Шерил был темно-синий. Этот спальник был тонкий, но, наверняка, очень теплый. С синтетическим верхним слоем. Около нас бегала Шерил в мальчишеских шортах и белой футболке – она не торопилась ложиться спать.
Меня в спальнике положили в проходном зале. Я ночевала не в пижаме, а в большой майке в спальном мешке неизвестной мне Элен, кто это была и как выглядела, я пока не поняла, она должна была приехать летом. Рядом со мной, только повернув ноги в другую сторону, лежала полная невысокая незнакомая мне адыгейка. Она сегодня пришла впервые и больше на американские встречи не приходила.
Лена Ситокова ложилась спать в фиолетовом атласном комплекте, тонкой майке на бретельках и шортиках. Говорили, что именно Лена Ситокова – эта тот писатель, которого через год ослепит Шерил, или это был просто «плащ» – отвод глаз.
Моя соседка «по полу», ночевавшая в соседнем спальнике на полу, невысокая, но крупная, с коричневыми волосами, с очень широкой грудной клеткой, долго не могла заснуть – все ворочалась – она редко спала вне дома, – встала около шести утра, попила чай на кухне, повозмущалась, какая у американцев маленькая кухня, и уехала на такси домой с Викой. На американских встречах я ее тоже больше никогда не видела. Говорили, что ее «продали» родители за финансы, ей нарастворяли «орангутангов», поэтому у нее «раздуло» грудную клетку, и что она тоже смертница, скоро умрет от рака. «Орангутанги» – вещества, вызывающие набор массы тела, «отяжеление», расширение грудной клетки, «отяжеление» скелета…
Это был апрель. На днях Эдам и Морген еще раз нарушили закон в России – поймали на улице ребенка, мальчика-блондина, закололи снотворным и в ковре отвезли к границе с Казахстаном… У них в гостях часто сидел Байсек. В день вечеринки в пижамах в апреле Байсек как раз принес им золото за похищенного ребенка. Мы веселились в зале, а золото в горшочке стояло на кухонном столе… В это время в окне их кухни мелькал чей-то телефон – кто-то делал видео, как Байсек отдавал Эдаму и Морген золото за ребенка, и записывал их разговор…
Теперь у четы Хейсонд начались проблемы с русскими – наши работорговцы были недовольны, что приезжие хватают наших детей на наших улицах и получают золото, которое могли бы получить они! Свои русские тоже могли бы хватать детей на улицах и получать это золото! Эти американцы продавали наших детей и получали наше золото… В итоге Эдам отдал половину золота за ребенка в общаг Краснодара…
Письмо ку-клус-клану, март 2000
Дорогой, ку-клус-клан! Пишем тебе из далекой России!
Низкий вам поклон в пол. Мы рады знакомству!
Дорогой ку-клус-клан, приезжайте в Россию! Вы нам родненькие! Мы вас ловить не будем! Никогда! Вам у нас можно все и всегда! И не благодарите!
Мы вас понимаем. Вам надо постоянно негриков убивать. Убивайте на здоровье, мы не против! Только за! Зачем вам убивать своих? Убивайте наших! Они нам тоже не нужны! Приезжайте дорогие гости убивать наших негритосиков! Нам их не жалко! Для вас все, что угодно! Милости просим в Россию!
Приезжайте люди добрые ку-клус-клановцы, в Россию убивать наших негритят! Мы вам всегда рады! (И низкий поклон в пол). Ура ку-клус клану!
Мы знаем, что у ку-клус-кланов свои правила, и мы не лезем в ку-клус-кланы. Мы с ку-клус-кланами не связываемся! Никогда! Приезжайте, дорогие ку-клус-клановцы, убивать наших негритят. (Просим-просим!) Ешьте наших негриков! Негритосики-то наши без вас-то никак не умрут! Мы вам всегда рады! (И низкий поклон до земли!) И ни в чем себе не отказывайте! Можете себя не ограничивать! Смелее! Не стесняйтесь! Мы вам мешать не будем! Мы вам во всем поможем! Мы в ваши дела не вмешиваемся. У вас свои правила! У нас правил нет! Ку-клус-клановцы, не стесняйтесь… Приезжайте, гости дорогие, еще в Россию убивать наших негритосиков! Милости просим! Мы ваши дела расследовать не будем! Скажем, собаки умерли, кости и не отличить!.. А негритята пропали без вести! А кости собачьи нашли! Так и быть! Это собачьи. Это не человечьи… А негритят в рабство забрали, поверьте нам… Казахстанцы уже всех берут в рабство – даже негриков! Уже не гнушаются! Им и негры уже нормально! Они-то предпочитают блондинов! Но где мы на них блондинов-то наберемся!
Мы ку-клус-клан не раскрываем! И не расследуем! Не переживайте, спите спокойно! Мы вас не тронем! Накормили негритятками, все сыты и здоровы. Калашниковыми снабдили. Домой отправили! Приезжайте еще! Снабдим негритятами про запас! Чтобы в дорогу не голодали… Сытненькие такие наши негритятки! Полиция не вмешивается. Не переживайте! Негрики, негритятушки! Ешьте наших негритосиков. Приятного аппетита!
Кушайте наших негритосов смелее. Не подавитися! С солью вкуснее! А нужен рецепт маринада, мы вам хороший дадим… И не благодарите!
Не переживайте, все будет хорошо! Мы вам гарантируем!
С полицией все согласовано! Все договорено! Все по пунктам! Ничего лишнего! Эдам лишнего не убьет! А если убьет, не докажите! А мы и доказывать не будем! Не переживайте!
Приезжайте к нам, гости дорогие! Убивать наших негритосиков и воровать наших Калашниковых! Даже если свои не закончились! Мы вам всегда рады! Исконно русское гостеприимство! (и низкий поклон в пол)
Как хорошо в России преступникам живется! И не ловит никто! Приезжайте к нам жрать негритосов! Они не люди, они телята! Мясо на убой! Мы тоже так думаем! Мы для вас негриков разведем!
Жрите наших негритят, не стесняйтесь! Вы ку-клус-клановцы, вам можно все! Россия – рай для ку-клус-клана!
Чтобы вы украли у нас Калашниковых, надо вам поубивать наших негритосиков! Мы вас понимаем! Мы бы тоже так сделали!
Ешьте наших негриков, их, и, правда, от коров не отличить совсем! Зачем нам эти черненькие! Мы беленьких любим! Как и вы! Милости просим к нам каждый год негров жрать! У нас сытненько! Голодать не будите! Россия большая! Негров много! Разведем если что! Все для вас!
Приезжайте к нам, маньяки-убийцы! Мы вам всегда рады!
Ку-клус-клану мы всегда рады! (И низкий поклон в пол!) Все будет хорошо! Не сомневайтесь! Наши негритосики будут вас ждать!
Все договорено с Дажуху Яном Абдуловичем! Если что, обращайтесь к нему! Он вам поможет во всем! Все будет хорошо! Милости просим!
Безопасная для вас полиция России
Именно это письмо-приглашение получил в марте 2000 года Эдам Хейсонд и решил съездить в Россию. Это письмо наделало тогда много шуму. И Ян Абдулович получил много разнообразных ответов и не от ку-клус-клана в том числе.
Один немногословный ответ:
Письмо безопасной полиции России, июнь 2000
Мы согласны. Едем к вам! Ждите! (и низкий поклон в пол). Вот это мы понимаем – исконно русское гостеприимство!
Оружейные бароны Америки
Эдам показал письмо главе ку-клус-клана. Он, правда, нашел пару несоответствий.
– А можно пару вопросов? – Эдам Хейсонд.
– Можно, – Дажуху Я.А.
– Если негров сравнивают с телятами, то почему кости негритят выдают за собачьи, а не коровьи?
– Дело в размере, кости негритят по размеру такие же, как у собак….
«Тогда все в порядке», – решил про себя Эдам.
Потом началась длительная переписка:
– Давайте еще давайте уточним некоторые моменты, – Эдам Хейсонд.
– Хорошо, – Дажуху Я.А.
– А вы Калашниковыми про запас не снабжаете?
– Нет.
– А впрок?
– Нет, но я уточню…
– Все-таки нет.
(А неграми впрок снабжают? – Да зачем тебе негры? Негры и у нас есть, а Калашниковы только у них.)
– А вы нас прямо в аэропорту снабите негритятками и Калашниковыми?
– Нет.
– Тогда мы еще подумаем…
– Так мы думали, вы нас сразу снабдите негритятами в аэропорту и дадите связку Калашниковых? Или нам их еще искать надо?..
– Не… Все по правилам.
– Тогда мы обратно поедем! И мы еще будем думать!
Потом получили мы сдержанный ответ из далекой Америки следующего содержания:
Здравствуйте, россияне! (и тоже низкий поклон в пол!)
Спасибо за ваше приглашение… Если зовут, нельзя отказываться! Если вы настаиваете, то мы, конечно, приедем поубивать ваших негритят и воровать ваших Калашниковых. Россияне, мы рады вашему гостеприимству и принимаем ваше приглашение. Согласно нашим правилам мы будем убивать негров каждые два-три месяца… По количеству Калашниковых мы еще договоримся! Не можем удержаться, чтобы негров ваших не поубивать! Мы едем к вам все, мы готовы ехать! Если вы нам так рады, ждите! Спасибо за чисто русское гостеприимство!
Ваш ку-клус-клан
– Едет к нам ку-клус-клан во главе с Эдамом Хейсондом, значит, есть наших негритосиков и воровать наших Калашниковых! – говорил важный генерал Александр Яну Абдуловичу.
– Хорошо! – ответил Ян Абдулович. – Все по плану.
И пришли к нам другие ответы:
– А вы всем, простите, Калашниковых дарите?
– Нет, только американскому ку-клус-клану…
…– А вы маньяков и убийц тоже жертвами снабжаете и ловить отказываетесь? – И ответ был:– Нет! Мы занимаемся только ку-клус-кланом и смотрим, как тюрьма ведет себя, когда там сидит кто-то из ку-клус-клана. Эдам Хейсонд нашей тюрьме родненький! – И пописал тот ответ Ян Дажуху. – Ой как жалко. А мы так надеялась, что вы и маньяков не ловите.
– Нам и своих хватает, спасибо… А вы, простите, кто?
– Я каннибал Гедрон…
– Ой нет! Спасибо, не надо! Вас мы точно не приглашаем. Извините! Но будем иметь вас в виду!
И вся полиция лежит в инфаркте:
– Эдам нам родненький! Ни хрена себе у нас родня! Самый страшный убийца, насильник, каннибал и людоед нам родненьким стал! Так нет бы он русским был, нет, он же американец! Мы уже с американскими убийцами сроднились и не выпускаем их из страны… Эдам Хейсонд нам родненький! Ку-клус-клан нам родненький! Какой ужас!
А Дажуху Ян Абдулович даже упал с кровати на пол лицом вниз… – А мы всех маньяков и убийц будем родней называть? – Нет, только самых страшных!
Это было в 2000 году, а в 2003 Эдам Хейсонд с женой впервые пересек границу России…
Эдаму так понравилось в России, что он даже подумывал, чтобы переехать сюда навсегда! Мы решили, что это обдумаем! Всем маньякам будем вид на жительство давать!
Майкл
После очередной американской встречи я зашла в столовую, белое здание около стадиона…
Майкл стоял в столовой в двух метрах от меня, смотрел на меня, как будто немного смущаясь. Он держал в руках толстую книгу в темно-синей твердой обложке… Я нечасто видела его на встречах – он хотел иметь как можно меньше отношения к Эдаму и его делишкам. Я в этот день неплохо выглядела: длинные распущенные волосы, длинные штаны по щиколотку Виолетты Генриховны с разрезами впереди до колен. Виолетта Генриховна отдавала мне некоторые свои вещи, которые ей были уже малы.
Майкл мялся на одном месте… Рядом боком стояла Шерил ко мне в профиль, смотрела на Майкла и как будто с ненавистью и злостью сказала ему: - Ты знаешь, она не будет здесь через год, – имея в виду меня…
Как я поняла, этот Майкл был тем типом мужчин, который нравился Шерил, и она его слегка ко мне приревновала. Мне показалось, что Шерил сильно хотела выйти замуж и размножаться.
Говорили, что Майкл «тикал» и должен был скоро умереть, но я неуверенна. Через неделю Майкл уехал в Новую Зеландию, и я его больше никогда не видела. Вовремя он уехал… Перед отъездом он много своей крови оставил для Эдама. Его «спидозную» кровь Эдам хранил в холодильнике в полимерных контейнарах-пакетах.
Итак, я попала в тусовку американцев-простестантов. Они летом ждали своих друзей-американцев. Из их штата Колорадо приезжала еще группа на лето…
– Среди верующий есть один американец, – рассказывала мне Шерил. – Он кстати, приедет этим летом. Он очень странный. Он всем рассказывает о своей «маленькой жене». И как будто видит будущее с ней… Ну, он такой высокий… -Шерил показала уровень на голову выше себя.
Дженнифер тоже рассказала мне о «странном американце».
– One of them is very strange, weird 15, – сказала мне Дженнифер, – у него горб (He is a hunchback. Do you know this word?.. Ты знаешь это слово? Он ездит по миру. Ищет свою жену. Этим летом он будет в России.
Этого слова я тогда не знала, и кто же едет в Россию, так и не поняла. А жаль.
Когда по американской тусовке прошел слушок, что в Россию едет горбун, многие перестали ходить на встречи. От греха подальше, как говориться. Или же испугались бандитов-контрабандистов…
Знакомые девчонки потом, конечно же, рассказали мне, что летом приедет американский горбун. Но почему-то это не вызвало во мне никаких опасений. Надо было рассказать родителям, но я не была очень откровенна дома…
«Колорадские» американцы
В конце мая – начале июня приехала новая партия американцев из Колорадо. Эдам сам встречал новую группу в аэропорту. Русские их не встречали. Нас не пригласили. Партия новоприбывших состояла из семи человек – достаточно немногочисленная. Они совершали если не кругосветное путешествие, то посещали несколько стран. До этого были в Китае. Они говорили, что сами еще студенты, приехавшие на месяц на каникулы. А потом они должны были отправиться путешествовать по Европе.
В группе была девушка-азиатка Сулгвин, темнокожий и прямоволосый Райли, высокий Джейк, невысокий смуглый парень, который назвался Эдамом, тезкой мужа Морген, лидера этой группы американцев, Анна, Элен и Элисон.
Мне казалось, что среди американцев есть только одна Дженнифер. Или одна Элен. А теперь я даже привыкала, что, как среди моих знакомых есть несколько Кать или Вик, так и среди американцев может быть несколько Дженнифер, Майклов или Эдамов…
«Летние» американцы приехали на месяц-полтора в Краснодар. Они путешествовали на летних каникулах. Все новоприбывшие американцы были верующими баптистами-протестантами, как они говорили…
И среди них наверняка были серьезные контрабандисты оружия…
Штат Колорадо вообще был центром оружейного бизнеса, слово «Колорадо» ассоциировалось с колорадскими жуками. А форма, тень жука чем-то напоминала тень человека с оружием, мечами и автоматами, спрятанными за спину.
Все «новенькие» говорили, что учатся в вузах, но в Америке высшее образование стоило очень дорого, поэтому, скорее всего, большинство из них просто закончили школу, а нам пускали пыль в глаза. Они хотели быть как мы, ведь мы все в американском клубе получали высшее образование.
Впервые новую группу я увидела на одной из встреч. Они сидели среди русских на скамейках в несколько рядов, а потом по столикам и, как предыдущие, вели «малые группы». Сейчас я ходила в американский клуб меньше – началась сессия, зачеты и экзамены. Не могу сказать, что я кем-либо заинтересовалась или кто-то произвел на меня впечатление из «новеньких».
Как говорили новые американцы, они все были из одного штата Колорадо и хорошо знали друг друга. Многие учились в одном вузе и ходили в одну церковь – протестантскую. Все они были верующие.
С новыми американцами я мало общалась. Напряженная сессия. Я тогда мало ходила на встречи.
К Дженнифер тогда тоже приехали родители, и она проводила им экскурсии по городу и тоже сейчас в американском центре появлялась мало.
– Папа в самолет взял разговорник, – рассказывала мне Джен, – и пока летел в самолете в Россию, учил русские разговорные выражения. Когда он прилетел, он уже знал несколько фраз, – Дженни явно гордилась отцом.
– Русские по нам одним будут судить по целой нации американцев, поэтому мы должны произвести хорошее впечатление. – Я подумала, что Дженнифер серьезно относилась к поездке в Россию и что она «зрила в корень». Кстати, эту же фразу я уже слышала от Джессики, американки Виолетты Генриховны. Родителей Дженнифер я ни разу не видела.
– Они такие взрослые, – сказала о Дженнифер и Шерил одна моя одногруппница, которую потом отчислили с первого курса. Она случайно столкнулась с ними на «пяточке», у нашей факультетской доски объявлений. Американки выглядели как наши ровесники благодаря минимуму косметики, простоте одежды, пуританскому образу жизни и определенной наивности, которой обладали все верующие. – Да, им всем уже по двадцать три-двадцать четыре. – Про эту одногруппницу говорили, что она тоже, как Шерил, «чернокнижник».
Еще весной в американской тусовке появилось одно новое лицо – Женя Снисарь. Она училась на геофаке, но хорошо знала английский. Это была невысокая, моего роста или ниже меня девушка тоже первого курса, с овальным лицом, выпуклыми щеками, небольшими глазами и яркими бровями. Она была хохотушка. У нее была красивая улыбка и большие ровные зубы. Чертами лица она чем-то напоминала хомячка. Она часто смеялась, была веселой и смешливой и любила анекдоты. У нее было крепкое телосложение, маленькая грудь и ровные ноги, «как бычок». Потом она коротко подстриглась и стала напоминать мне мальчика. Говорили, что ее мама убила раком какого-то мальчика за «деньги». И в дочери теперь видела этого убиенного ребенка…
Итак, среди новоприбывших был один горбун… Но меня это почему-то абсолютно не беспокоило. Я даже не знала, кто из них горбатый. На первый взгляд горб не был заметен.
Fucking yankees
Сейчас я была занята по учебе и редко ходила на американские встречи. Но в одну из сред я заглянула в клуб на первом этаже Интернет-центра, мы посмотрели известный американский боевик – большинство фильмов, который я видела по ТВ, были американские.
Новые американцы сидели на скамейках, перемешавшись с нами.
Эдам сказал, что теперь появились «утки»…
– Fucking yankees16 наступают, – сказала его словами Морген.
Фраза «Fucking yankees» означала, что этим американцам все-таки русские полицейские давали отпор, внедряли «засланных казачков». Fucking Yankees были Яся и Саша Янченко… Сашина фамилия тоже по-английски начиналась с «yan». Эти американцы любили скрытые смыслы. Эдам говорил, что теперь «летят утки».
– Don’t worry, Adam! Be happy!17 – сказала Элен, невысокая полная американка, которая сидела в одном из первых рядов.
– Yasya, what are you doing here? You don’t speak English… at all…18 – Эдаму не нравилось теперь, что Яся ходит на американские встречи.
– Я тоже хочу учить английский, – громко возмущалась Яся. – Разве это запрещено!
Эдаму переводил Саша.
– Учить английский? Яся, are you kidding?19
Но Саша говорил, что в американский клуб могли ходить и те, кто английский не знал, а только учил. Эдам где-то проконсультировался, а на следующей встрече сказал Ясе:
– Я узнавал! Ты можешь ходить! Это не запрещено. В клуб ходят и плохоговорящие… – И Эдам опять уткнулся в свои бумаги…
Яся – подсадная утка… Она сотрудничала с полицией. Саша тоже… Роли заранее были определены…
Эдам сегодня был в черных туфлях, в которых были вставки из кожи негритенка, которого он убил в Америке. Его знакомый шил обувь из такой кожи. А у Морген были такие перчатки, со вставками из кожи негритят. – Они берут кожу со спины обычно для обуви…. А вот этот кусочек с живота. Вот хороший мастер, хорошо кожу обработал. – Эдам считал, что приятно носить обувь из кожи врагов, созданных рабами. Знаете, как это влияет на негров в округе.
…Из домов Америки ушло счастье – они убивали негров пачками, устраивали судные ночи… Негров косили целыми семьями. Вы хотите убивать себе подобных и жить долго и счастливо? Это вещи несовместимые! Счастье американцев не положено! Ну не положено им счастье! Надо прекращать жрать людей!..
Потом выступал Эдам. Он представил новоприехавших американцев одного за другим. Мы все им хлопали. – My friend! Bro! Rather tall! – сказал Эдам, показывая на высокого американца по имени Джейк, который был на полголовы выше Эдама и даже вышел на сцену.– He is looking for his little wife. She even can be in this room… Yes, yes.. Girls, he is still free…20 – «Bro» было сокращением от «brother», брат. Кто-то из новоприехавших американцев мог стать Эдаму братом… по контрабанде… Остальные американцы не выходили на «сцену», вперед, а просто сидели на скамеечках или стояли в толпе, поднимали руку и махали нам.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?