Текст книги "Паутина Темноты"
![](/books_files/covers/thumbs_240/pautina-temnoty-263948.jpg)
Автор книги: Инга Риис
Жанр: Ужасы и Мистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 41 страниц) [доступный отрывок для чтения: 12 страниц]
Глава 7. Мастер
Подворье Мастера, как и у моего деда, да, впрочем, и многих других частных домов моего времени, было разделено на две части: переднюю и заднюю. Передняя предназначалась для повседневных хозяйственных нужд, через нее вносили воду и дрова, входили в дом с улицы. А позади дома, частенько отделенные невысокой загородкой, высаживались деревья и кустарники. Плодовые и не только. Яблони и вишни соседствовали с акацией, черемухой и сиренью. Что бы там ни говорили о прагматизме социалистического строя, родичи наши и о духовных потребностях не забывали. У деда моего любимым местом отдыха была скамейка, которую он смастерил прямо под белой акацией. Они там, с бабушкой, теплыми вечерами сидели и пели песни. И хорошо выходило!
Маленькому саду Мастера пришлось совсем нелегко в отсутствии хозяев. Большая часть плодовых деревьев засохла, но высоченная акация цвела, назло всем невзгодам. Да, еще одно, корявое и кряжистое, деревце было покрыто редкими, бело-розовыми, цветами. Под ним-то, на голой земле и сидел, скрестив ноги, Мастер. Подойдя поближе, я поняла, что деревце не было яблоней, цветы его были больше похожи на сливу. Да, и юноша, сидевший передо мной, не был похож на того Мастера, к которому я привыкла.
Черты лица, определенно, принадлежащие выходцу из среднеазиатских республик, были более тонкими и изящными чем те, что я помнила, перо времени почти не оставило на нем следов, иссиня-черные волосы лежали легкой волной. Тело тоже было более легким, но на нем отчетливо прорисовывался мышечный каркас. И в позе лотоса он сидел совершенно непринужденно. То ли предшественник Мастера был не чужд восточным практикам, то ли Мастер, сам, за прошедший с его возвращения месяц, времени даром не терял.
После наших сегодняшних разногласий с Хорьком, я лучше могла понять беспокойство нашего наставника о перспективе возобновления контактов с семьей. В прошлой жизни Мастер был значительно старше Розы и, определенно, доминировал в их взаимоотношениях. А теперь ему предстояло убедить свою жену не только в том, что внутри этого юного тела – именно он, но и в том, что он, по-прежнему, достоин выбирать для них путь. Я смутилась, вспомнив свою вчерашнюю, резкую, отповедь. Однако я, до сих пор, была уверена в своей правоте, а еще отчаянно нуждалась в его советах. И мне было непонятно, почему он никак не реагировал на наше приближение.
Кирилл с Хорьком нерешительно остановились в нескольких шагах от Мастера, видимо, решив дождаться его возвращения в реальность. Меня же снедало смутное беспокойство. Я тихонько подошла, почти вплотную, к дереву и потянулась к цветущей ветке. Она была тонкой, но удивительно корявой, кора на ней трескалась и шелушилась, однако, на самом кончике трепетало несколько полупрозрачных цветков. От моего прикосновения их лепестки осыпались и медленно полетели к земле, распространяя вокруг себя нежный аромат. «И смертью своей дарить наслажденье!» – вспомнился мне вольный перевод одного японского поэта. И пришло название цветка, о котором он писал. Сакура. Но в наших местах ее не сажали, здесь чаще встречался другой родственник обычной сливы.
– Мирабель! – невольно воскликнула я, вспомнив название этого деревца.
И в следующее мгновение вздрогнула всем телом, потому что глаза Мастера открылись. И дело было не в том, что это были глаза другого человека, а в том, что в глазах этих не было души. Они были не просто темными, как у всех азиатов, все то, что было радужкой, занимали неестественно расширенные зрачки, они смотрели в пространство, ничего и никого не замечая. Там была та самая Темнота, из которой я, так недавно, выбралась. И которая не желала отпускать меня, старалась вернуть при любом удобном случае. И сейчас она тоже тянула меня в себя, туда, где заблудился Мастер.
Для того, чтобы это осознать, мне понадобилось пару ударов сердца. А затем я рухнула на колени, схватилась за ладонь своего наставника и сжала ее, что было силы.
– Вернись, Мастер! – отчаянно выкрикнула я, чувствуя, как жизнь его ускользает у меня сквозь пальцы. – Не смей бросать нас здесь, одних!
Юноша пошатнулся, и на мгновение мне показалось, что он упадет навзничь. Я вцепилась другой рукой в его обнаженное плечо и сильно встряхнула. Тело было безвольным, там не только Мастера, там никого не было! Глаза, в которые я смотрела, начали медленно закрываться. Ну, или мне так показалось! Осознание того, что еще несколько мгновений и Мастер уйдет от нас навсегда, придало мне сил. Я надавила на болевую точку возле шеи и снова крикнула, вложив в призыв все свое отчаяние:
– Вернись, ты нужен нам! Ты нужен Розе! Ты не имеешь права, снова, бросить ее на произвол судьбы!
Не знаю, что уж тут сыграло главную роль: то ли острая боль, то ли имя его любимой женщины, но глаза Мастера снова широко распахнулись, и в них мелькнула искра узнавания. Еще пару мгновений я чувствовала, что мой учитель балансирует на грани бытия, а затем он глубоко вздохнул и прошептал:
– Да, искушенье было слишком велико! Но от тебя никуда не деться, ни на этом свете, ни на том!
– А сбежать от любимой, женщины, по собственной воле, было бы предательством! – чуть слышно прошептала я в ответ и увидела, как кровь бросилась ему в лицо.
Я поняла, что угадала, и с досады скрипнула зубами. А затем, гораздо громче, чем раньше, добавила:
– Ты, почти совсем, ушел из тела, но предыдущего хозяина в нем не появилось, это я тебе со всей ответственностью заявляю!
Мастер, молча, кивнул головой. Я бросила ему спасательный круг, и он за него ухватился. И мне это не понравилось. Раньше наш наставник никогда не стыдился своих решений и поступков. Или, во всяком случае, не боялся за них отвечать. Лица, подбежавших к нам, Хорька и Дока были весьма обеспокоенными. Я же продолжила говорить, давая Мастеру время, прийти в себя:
– И мое утверждение не голословно! У меня есть одно интересное семейное наследство, своего рода дар. Не помню, говорила ли я о нем Кириллу в последние часы своего прошлого существования, но обычно я не любила о нем распространяться. Я всегда знала о близкой неизбежности смерти живого существа, оказавшегося неподалеку, чувствовала его точку невозврата, до которой есть смысл бороться за его жизнь, а после которой усилия уже тщетны. В детстве я, неоднократно, проверила это на животных, но родственники мне не верили. Все, кроме прабабки. Я оказалась ее наследницей. И бабушка Аганя предостерегала меня от близкого контакта с умирающими людьми, утверждая, что я могу уйти следом за ними, если буду пытаться остановить. Старушка обещала, со временем, научить меня лучше управляться с даром, но уговаривала немного повзрослеть. Она так и не успела, толком, обучить меня, ей было уже девяносто восемь, а мне всего десять, когда она скоропостижно скончалась.
Я с невеселой усмешкой посмотрела в глаза Доку и напомнила:
– Я чувствовала, что с Волком что-то не так! Но он усиленно дистанцировался от меня, в последний месяц своей жизни, хотя, в его присутствии, меня постоянно одолевали мысли о близкой смерти. Но я списала это на нервы, расшатавшиеся из-за противостояния с группой Инесс. И еще, я очень хотела бы знать, что за препарат ты ввел ему в день перед моим отъездом? Резкое улучшение его состояния совсем сбило меня с толку!
Действительно, в ночь перед моим отъездом Алекс, который последние дни почти с кровати-то не вставал, нашел в себе силы не только убедить меня в своей правоте, но и стать моим первым мужчиной.
Кирилл печально посмотрел на меня и ответил:
– Я ввел ему очень мощный стимулятор, по его просьбе. Алекс очень не хотел, чтобы ты была рядом, когда он будет умирать. И изо всех сил пытался выслать тебя подальше из города. Лекарство сожгло его последние резервы. Но парень боролся до самого конца.
Я задумчиво кивнула:
– И это тоже сбивало меня с толку! Волк, определенно, не хотел уходить, он очень надеялся на перерождение! И это тоже накладывало свой отпечаток. Видимо, я уже тогда могла чувствовать, что душа нащупывает пути ухода в иной мир, а настрой на борьбу и уверенность в победе размывает это ощущение.
Пока я, таким образом, рассуждала, Мастер, с некоторым трудом, поднялся с земли и начал разминать затекшее тело. Он автоматически выполнял разогревающую гимнастику, мышцы упруго перекатывались под кожей его голого торса. Я невольно поймала себя на мысли, что, вряд ли, найдется женщина, которая не сочла бы его весьма привлекательным образчиком мужского пола.
– А мой сегодняшний опыт доказывает, что прежние души покинули наши нынешние тела окончательно. И не собираются в них возвращаться, – сказал он, закончив упражнение.
– Но и мы в них держимся не очень прочно! – недовольно отметила я.
А затем, снова, рассказала об утреннем происшествии.
Мастер хмуро слушал меня, но постепенно на его лице возникала заинтересованность. Наставника зацепила возникшая проблема, он не мог отказать в помощи ученику.
– Однако хочу заметить, – вмешался Кирилл. – Проблема произвольного ухода возникает только у вас, двоих! Ни у меня, ни у кого-то другого, из нашей компании, подобной проблемы не возникало. Поэтому смею предположить, что причина в вашей психологической конструкции, а не в способе возвращения. Хотя, как только я сумею добыть необходимое оборудование, сразу займусь исследованием наших тел и поиском, объединяющих эти тела, особенностей!
– А мне придется-таки, прямо сегодня, начать обучать Рысь контролю своего душевного равновесия! – тяжело вздохнул Мастер.
Я тоже вздохнула, но с облегчением, когда Мастер брался решить задачу, он не сворачивал на полпути. Некоторый запас времени у нас появился.
– Только, давайте, начнем после завтрака! – попросил Хорек, поглаживая забурчавший живот. – Если уж у меня живот подвело, то у Инь, и вовсе, сил нет ни на что.
– Тогда пойдемте в дом, соберем чего-нибудь поесть, – согласился Мастер.
– А я Че проведаю! – добавил Док.
– А я дойду-таки до дощатого строения в другом конце двора! – заявила я и незаметно кивнула Алексею, приглашая последовать за мной.
Нам срочно необходимо было поговорить.
– У Мастера серьезная проблема! – заявила я, после того, как мы, по очереди, посетили вышеупомянутое заведение.
– О какой именно ты говоришь? – невольно нахмурившись, спросил Хорек.
– Наставник не просто, на время, ушел в мир душ, он не собирался оттуда возвращаться! – мрачно сообщила я, поглядывая в сторону дома. – Я вовремя успела зацепиться и выдернуть его оттуда. В другой раз могу и не успеть, или сил у меня на это не хватит!
Лицо Алексея, на глазах, покрывала смертельная бледность.
– И ты думаешь, что это из-за проблем с семьей? – с трудом выдавил он из себя.
– Почти уверена! – тяжело вздохнув, ответила я. – Во всяком случае, проблем со здоровьем я у него не чувствую, я не зря об этом разговор заводила. Остается надеяться, что он меня правильно понял и постесняется сбежать из тела, в ближайшее время. Но если Мастер решил, что для его жены лучше, чтобы он, и вовсе, не появлялся снова в ее жизни, то я не сумею долго его здесь удерживать. И это притом, что я полностью уверена – наш наставник ошибается в своей оценке ситуации! Ведь, я так поняла, что Роза так и не вышла замуж после его смерти?
Алешка задумчиво кивнул:
– Она неплохо устроилась у своих дальних родственников в Татарстане. На данный момент времени, Роза – довольно известный тренер. Она ведет несколько разнонаправленных групп, преподает как женщинам, так и подросткам. Сейчас очень модно увлечение всякими восточными практиками и философскими течениями, поэтому в деньгах она не нуждается. Даже помогает тем, кто в сложной жизненной ситуации оказался. Но жить предпочитает в одном доме с сыновьями, другой, личной, жизни у нее нет. А вот, они – совсем другое дело. Эти парни не только не были рады, увидеться с учениками своего отца, но и не одобряют стремления своей матери к благотворительности. О чем и сообщили нам в довольно резких выражениях.
– А с ней-то вы разговаривали? – поинтересовалась я.
– В том-то и дело, что не получилось! – пожаловался Алешка. – Мы нашли ее спортзал и выяснили, что Роза на какой-то международной конференции, в Москве. И решили поговорить с ее детьми, я этих пацанят очень неплохо знал, в свое время. А разговора не получилось!
– А Розу вы не дождались! – заключила я, задумчиво покусывая губу.
– Она только через три дня приезжает, – сообщил Хорек. – А мы не хотели Че одного, надолго, оставлять.
– Неладно получилось! – согласилась я, но затем встряхнула головой, принимая решение.
– Придется срочно исправлять ситуацию! – решительно заявила я, глядя ему в глаза. – Ты должен поехать в Казань и привезти сюда Розу, даже если придется засунуть ее в мешок и привязать к мотоциклу! Возьми с собой не только Кота, а еще и Дина, для поддержки.
На лице Хорька мелькнуло понимание, идея ему, явно, понравилась. Однако он не преминул указать на еще одно обстоятельство:
– Дин вам тут нужнее! Мы с Димкой собирались его за сестрой Че послать, он с их семьей всегда в хорошем контакте был. Надеюсь, что Дин сумеет ее к встрече с Алексом, осторожно, подготовить. И дальнейшие контакты наладить.
– Тогда возьми кого-нибудь, из вновь прибывших, им пора уже во внешнем мире осваиваться. Соболя, например. У этого парня самому командовать не очень хорошо получается, зато исполнитель он – великолепный, над приказами особо не раздумывает, – немного подумав, предложила я.
– Насколько я помню, Соболь – это тот парень, что погиб в цыганском дворце, защищая тебя? – переспросил Хорек. – И ты не боишься снова посылать его в бой?
– В тот раз мы, оба, прекрасно понимали, чем рискуем! – довольно резко ответила я ему. – И собственно говоря, я за него не пряталась! Мы преследовали одну цель и были на все готовы для ее осуществления. И насколько я успела понять, убеждений своих парни не поменяли, несмотря на все произошедшие перипетии!
– Я, вовсе, не хотел осуждать тебя! – запротестовал Алексей. – И вполне доверяю твоему суждению о членах стаи!
Тут он осторожно коснулся ладонью моей щеки и провел пальцем по скуле, где раньше был шрам от кастета.
– Мне очень радостно сознавать, что наша знаменитая ведущая вернулась, не изменившись! По меньшей мере, внутренне! – тихо промолвил он. – Меня всегда восхищала твоя способность принимать непростые решения, в то время, когда другие колебались и взвешивали варианты!
– Я не боюсь брать на себя бремя ответственности! А быстрота, зачастую, спасает многие жизни! – серьезно напомнила я. – В тот раз, мы с Соболем не сумели прорваться. И Хану не повезло. Зато из молодежи, как я поняла, почти никто не пострадал. И вы не просто выжили, вы сумели понять, какие непростые игры ведутся в нашем мире. И я надеюсь, что многие, в дальнейшем, стали осторожнее!
– Стали, но не все! – заметил Хорек, смущенно почесывая в затылке. – И я, все равно, рад, что ты вернулась прежней. Это дает возможность взглянуть на себя со стороны, вспомнить, какими мы были в юности.
– А я рада, что ты, по-прежнему, веришь в меня и мои решения! – с чувством ответила я. – Но, тем не менее, хочу, чтобы ты одергивал меня, если я слишком отрываюсь от реальности. Обидно было бы промахнуться, из-за недостаточного понимания сегодняшней обстановки.
– Пока что – все в пределах! – ободряюще улыбнулся Хорек.
– Тогда не откладываем эту операцию в долгий ящик! – посоветовала я. – И Мастеру – ни слова!
Хорек согласно кивнул и предложил:
– Полностью согласен! Но сначала – завтрак!
И, схватив меня за руку, бегом, потащил в дом. Временами, в нем проскальзывал все тот же, порывистый и жизнерадостный, пацаненок, каким я знала его в начале нашего знакомства.
Кухня в доме была расположена так же, как и в других подобных домах – непосредственно рядом с сенями. Там я увидела Мастера, в некоторой растерянности стоявшего перед столом, на котором были разложены небольшие пакетики различной крупы. А чуть дальше – Барсука, взвешивавшего на одной широкой ладони три картофелины, а на другой – луковицу. И на его лице тоже читалось унылое разочарование.
С усмешкой покачав головой, я подошла к столу, окинула его взглядом и заявила:
– Если с едой туго – будем варить кулеш!
Затем отобрала у Мишки луковицу и пояснила:
– Прабабка моя такое блюдо готовила из различных остатков. Горячо и быстро. Тут я у вас пшенку вижу, картошка есть и лук. Постное масло тоже, небось, имеется. А если Мастер у себя в огороде какую-нибудь пряную зелень найдет, или, хоть, молодую лебеду отыщет – и вовсе, вкуснотища получится!
Просветлевший лицом Мастер выдал мне масло и сковородку, а затем убежал в садик за домом. Выбрав самую большую, эмалированную, кастрюлю, определенно сохранившуюся в доме с советских времен, я отдала ее Барсуку и велела вымыть во дворе. Алексей вызвался почистить картошку, я взялась за лук.
Когда из сада вернулся наш наставник с букетиком одичавшей петрушки и зеленых перышков чеснока, в кастрюле булькала вода с картошкой и пшеном, а на сковородке скворчал лук. Тут я ему и рассказала, что подобное блюдо в Поволжье готовили в голодные годы в деревнях, и не только. Клали в котел любые корнеплоды, лук и остатки какой-нибудь крупы. И всю зелень, которую удавалось собрать. Особенно выручала сныть, лебеда и крапива. Варили до загустевания и делили на всех присутствующих.
– В Узбекистане, где я, с семьей, в детстве жил, – рассказал в ответ Мастер, – похожее блюдо имеется. Только варят его из риса и маша, крупы типа чечевицы. И тоже на большую компанию, например, если соседи и друзья собираются, пристраивать к дому новое помещение для молодоженов.
Вслед за Мастером появились и Док с Соболем, унюхавшие запах еды. Кирилл попробовал горячее варево, обжегся и начал разглагольствовать о пользе простой, народной, пищи. Остальные парни разве что не подпрыгивали от нетерпения. Готовящаяся еда сделала этот старый дом уютным и почти родным. Я встряхнула головой, отгоняя воспоминания, сложно было надеяться, что через столько лет мог сохраниться дом моих деда с бабушкой. Дом Мастера сохранился лишь потому, что стоял на отшибе и за ним его ученики присматривали, помаленьку, да бродяг из него гоняли.
Выбрав наиболее целую миску, я наложила в нее кулеш и понесла в спальню к Че. Еще на подходе, я услышала рокочущий низкий голос Дина. Прислушавшись, я поняла, что друзья оживленно обсуждали, предложенный мною, план.
Войдя в спальню, я подивилась, насколько лучше выглядел мой бывший связной. То ли лекарства Дока подействовали, то ли наш план вызвал у Дмитрия прилив оптимизма, но дела у него, явно, шли на поправку. Облегчение и радость, написанные на лице его названного брата, подтверждали мое предположение. Дин сидел рядом с постелью друга, на облезлом табурете, и только древняя конструкция и качественное дерево позволяли этому предмету мебели выдерживать столь массивного постояльца.
Второй связной, некогда, вместе с Че приписанный к нашей стае, всегда отличался высоким ростом и крепким телосложением, позволявшим ему не только легко управляться с тяжелым мотоциклом, но и, запросто, закидывать меня не только на заборы, но и на крыши одноэтажных домов. Теперь же, передо мной был настоящий великан, один их тех, про кого говорят «косая сажень в плечах». Тяжелая кожаная, мотоциклетная, куртка только усиливала впечатление, как и копна длинных, кудрявых, черных волос, почти не тронутых сединой. А на футболке, обтянувшей могучую грудь – неизменный Дин Рид. Так же, как у Димки – Че Гевара
.
Пока я, стоя в дверях, думала, куда удобнее пристроить миску, Дин унюхал запах горячей еды и обернулся в мою сторону. Светлая, по-детски счастливая, улыбка озарила его мужественное лицо.
– Ты сотворила настоящее чудо, Рысь! – горячо воскликнул Дин, вскакивая с табурета. – Че совсем на поправку пошел, глядишь, скоро и о мотоцикле вспомнит!
– Ну, уж и чудо! – смущенно пробормотала я. – И не только моя это заслуга, но и Дока. А ты лучше табурет с пола подними, а то мне миску горячо уже держать!
– Лекарства – лекарствами, но главное, в таких случаях, духом воспрянуть! – покачал головой Дин, принимая из моих рук тарелку. – А мой брат, буквально, фонтанирует новыми идеями!
– В жизни главное – иметь цель! На своем собственном опыте проверено, – согласно кивнула головой я. – А пути осуществления отыщутся. Сейчас, для Димки, главное – сил быстрее набраться. И с сестрой своей отношения уладить!
– А ты уверена, что Волк на вашу идею согласится? – недоверчиво поинтересовался Дин, пристраивая своего друга повыше на подушках.
– Абсолютно! – твердо заявила я. – Алекс ужасно переживает из-за создавшейся ситуации и пойдет на все, чтобы ее как-то исправить. Да, и вторая часть плана придется ему по вкусу!
– Согласен! – кивнул Дин, помогая Че водрузить тарелку на самодельный сервировочный столик, установленный на кровати. – На самом деле, ваше возвращение – слишком странная история, чтобы не докопаться до ее причин.
– И мы должны понять, что или кто отбирает жизни у молодых ребят! – жестко добавил Че.
– Док тоже обещал заняться этим вопросом, особенно его медицинской стороной! – сообщила я.
– Хорошо, что он тоже в нашей команде! – удовлетворенно вздохнул Че, пробуя горячее варево.
– Вот только, можем ли мы ему, полностью, доверять? – поинтересовался Дин, памятуя прошлую службу Кирилла в конторе.
– А то! – криво усмехнулась я. – Док, нынче, с нами в одной лодке – это во—первых. Он тоже занял чье-то чужое тело. И судя по количеству имущества, человек это был не простой. Кириллу, определенно, не справиться без нашей помощи, он совсем не хочет обратно, в Темноту. А кто-то этого хочет, и даже очень. А во-вторых, его терзает научное любопытство, Док всегда был охоч до всего необычного. А еще, он не такой уж плохой человек, просто, служил не тем хозяевам. И не совсем по своей воле, это я еще до своего ухода успела узнать.
– Действительно, с конторой – только свяжись! Один коготок увяз – всей птичке пропасть! На своей шкуре успели убедиться! – теперь уже на лице Че появилась мрачная усмешка.
– Только давайте, не будем, прямо сейчас, этот вопрос обсуждать! – потребовал Хорек появляясь в дверях. – А то у всех аппетит пропадет! Кому – как, а Че и Рыси необходимо хорошо питаться. А если вы тут еще минут пять просидите, то парни весь кулеш съедят и кастрюлю вылижут!
С этими словами он схватил меня за руку и поволок обратно в кухню.
Мы еще не успели окончательно расправиться с кулешом, как возле дома послышалось рычание мотоцикла, а затем в кухню вошел Волк с большой спортивной сумкой на плече.
– А я—то переживал, что вы тут голодные сидите! – с некоторым разочарованием промолвил он, оглядывая парней, увлеченно выскребавших разнокалиберные тарелки с кулешом. – И специально в круглосуточный магазин за едой заехал.
С этими словами он поставил на подоконник сумку и начал выгружать оттуда разные банки и полиэтиленовые упаковки. Ребята радостно взревели и с новыми силами набросились на еду.
Мне же Алекс передал довольно большой сверток и сказал:
– А это – для тебя, новая экипировка! Она тебе, определенно, больше нынешней понравится.
Я отставила в сторону опустевшую миску и развернула цветастый пакет. Только за него, в семидесятые, я, на толкучке, выложила бы приличную сумму денег, а теперь, судя по всему, он служил простой упаковкой для джинсов. Благодарно чмокнув Волка в щеку, я кинулась переодеваться.
В пакете находились не только нормальные, синие, джинсы, почти подходящие мне по размеру, но и довольно странная, трикотажная, рубашка, похожая на две футболки, одетые одна на другую. Причем рукава одной были короче, чем у другой. И новая, легкая, куртка с капюшоном. Алекс даже про носки не забыл, яркие, в полоску. И маленькие женские трусики. Единственное, что я всегда носила из нижнего белья. Переодевшись, я собралась было вернуться на кухню, чтобы вымыть посуду, но услышала из спальни Че встревоженные, мужские, голоса. Предположив, что парни уговаривают Алекса, я решила к ним присоединиться.
В той комнате, помимо Волка и Че, обнаружились и Мастер с Доком.
– Вот, эта одежка тебе больше подходит! – одобрительно воскликнул Че, первым увидевший меня в дверях. – Так большая часть современных тинэйджеров ходит!
– Кого-кого? – удивилась я, не сразу определившись с незнакомым словом.
– Он говорит о школьниках старших классов, – перевел мне Волк, уже освоившийся с новым слэнгом. – Причем, таким образом одеваются как мальчишки, так и девчонки. И если тебе еще и волосы перекрасить, то вполне за пацана сойдешь, телосложение вполне позволяет.
Я поняла, что они уже обсудили мое нежелание быть узнанной.
– Немного странно, но – сойдет! Главное сейчас – не выделяться из толпы, – кивнула я и озвучила появившуюся, во время переодевания, мысль. – Где ты столько денег добыл? И еда, и джинсы, явно, импортные!
Я прекрасно помнила, что на «толкучке» американские джинсы этой фирмы стоили в пять раз больше моей стипендии.
– Не так уж дорого это теперь стоит, ведь джинсы не Америка производит, а Китай. А еще, братья с Лисом в квартире Дока потайной сейф нашли, – криво усмехнувшись, сообщил Алекс. – А Лис с Котом, за ночь, сумели его вскрыть. И обнаружили там довольно много наличных денег, и наших, и чужих. И целую кипу документов. Мы еще не со всеми разобрались, но предшественник Кирилла был очень успешным бизнесменом, совладельцем одного из местных банков и обладателем крупных пакетов акций самых разнообразных компаний.
– И как мне до этого добраться? – невесело усмехнувшись, поинтересовался Док. – Я, ведь, не только положения дел не знаю, но и подпись-то воспроизвести не смогу!
– С этим, я думаю, тебе тоже Лис сумеет помочь! – попытался успокоить его Че. – Парень у нас, с младых ногтей, электроникой увлекается, перед ним ни один компьютер не устоит. И в базах данных милиции порыться сумеет.
– А еще люди, теперь, просто обожают в интернете все, про себя, рассказывать, – ехидно заметил Волк.
– Где-где? – задавая этот вопрос, я уже начинала чувствовать себя полной идиоткой.
– Не переживай, Инь! – взглянув на меня, добродушно усмехнулся связной. – Волк здесь за месяц сумел освоиться, и ты быстро все нагонишь!
Наш разговор был прерван звуком подъезжающего мотоцикла, а затем обеспокоенным, женским, голосом, время от времени, прерываемым рокочущим басом Дина. Я осознала, что не видела его за завтраком, судя по всему, он решил, не дожидаясь разговора с Алексом, привезти сюда Майю. По лицу Волка я поняла, что и он это осознал. Алекс вскочил с табурета и отошел под прикрытие полуоткрытой двери. Почти сразу, в комнату ворвалась невысокая черноволосая женщина и кинулась к кровати, на которой лежал Че.
– Что с тобой, Димка? И где ты был так долго? Я уже и не знала, где еще вас искать! – вырвался у нее горестный вопль. – Дин мне пытался что-то рассказать. Про какой-то прыжок с моста в воду. И где Сашка?
Женщина заметила столик на кровати и прошептала, словно не желая признать очевидное:
– Неужели, у тебя опять отказали ноги? А что с моим сыном?
– Он жив, Майя! – не глядя на сестру, ответил Че, ложь давалась связному с явным трудом. – Но он ничего не помнит после, нашего с ним, падения в реку.
– Но где же он? – в голосе его сестры прорезались истерические нотки.
Че указал рукой ей за спину. Майя обернулась и, мгновенно вскочив, бросилась на шею к Алексу. Она покрывала его лицо поцелуями, плакала и смеялась одновременно. По лицу Волка мне было понятно, каких усилий ему стоит держать себя в руках. Потеряв родителей, будучи еще совсем юным, парень с тех пор дистанцировался от проявления нежных, родственных, чувств. Вот, и сейчас он осторожно отодвинул от себя женщину и, продолжая придерживать ее за плечи, тихо промолвил:
– Я, и в самом деле, ничего не помню из прошлой жизни, Майя! Даже ваше лицо!
Та вздрогнула всем телом, но отчаянно затрясла головой и срывающимся голосом предложила:
– Пойдем, скорее, домой, и ты там все вспомнишь!
Алекс печально улыбнулся и покачал головой:
– Я уже был там, и это не помогло! Я даже имени своего не помнил, пока Дин мне его не назвал, после того, как помог нам с Дмитрием из воды выбраться и сюда добраться. Я поэтому и не хотел с тобой встречаться, надеялся, что память, потихоньку, вернется. Но пока что – все тщетно! Я ничего не помню ни о прошедших событиях, ни о связывающих нас чувствах!
Пока он говорил, женщина всматривалась в его лицо. И вдруг, обмякнув, осела на пол. Вероятно, почувствовала, что он говорит правду. К Майе сразу кинулись Мастер и Док.
– Я говорил, что ничего хорошего не выйдет! – мрачно пробормотал Алекс, глядя, как они хлопают ее по щекам и растирают ладони.
– Она, так просто, не отступится! – покачал головой Че. – Я не призываю изображать чувства, которых нет, но будь с ней немного помягче.
– Ты сможешь, Алекс! – прошептала я, пожав его руку. – Помни, что для нас это – очень важно!
А затем выскользнула из комнаты. Пока Мастер был занят с Майей, мне надо было успеть объяснить Соболю его новое задание.
Мне пришлось не только спешно все объяснять своим друзьям, но и переселить их к Доку в квартиру, под предлогом обследования, чтобы кто-нибудь не проболтался до отъезда в Казань. А затем, Кирилл предложил и Че с сестрой перебраться в его благоустроенный пентхаус, чтобы ему проще было проводить лечение нашего связного. Благодаря недюжинной силе Дина, легко переносившего на руках своего названного брата, перемещение от машины Кирилла до его же квартиры, под покровом ночи, прошло легко и почти незаметно.
Майя, оказавшаяся квалифицированной медсестрой, была для Дока надежным подспорьем. Благодаря интернету и помощи Лиса, Кирилл сумел быстро оборудовать в одном из кабинетов двухэтажного пентхауса почти полную копию своей прежней лаборатории и по уши ушел в работу.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?