Текст книги "Королевская кровь. Связанные судьбы"
![](/books_files/covers/thumbs_240/korolevskaya-krov-svyazannye-sudby-132742.jpg)
Автор книги: Ирина Котова
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Но что же нам остается? – озадаченно и тихо спросил Мартин. Но Черныш его услышал.
– Приспосабливаться к новым условиям, – ответил маг в звенящей тишине. – Высаживать на кладбищах липы – однако в полную силу работают, как известно, только взрослые деревья. Объявить мобилизацию, патрулировать кладбища и могильники, начинать кремировать трупы вместо их захоронения. Ведь огонь, как мы знаем, – единственное, после чего нежить не поднимается. И, как бы смешно это ни звучало, господа, – молиться. Возможно, духовники помогут установить контакт с Черным и понять, что происходит. Но я бы на это сильно не рассчитывал. В источниках, которые я изучил – а изучил я, поверьте, немало, – нет ни одного упоминания, что это кому-то удалось. Это все, уважаемые коллеги. Копии со статистическими данными будут вам предоставлены. Если есть вопросы – самое время их задать. Да, прошу вас, коллега.
В зале поднялся высокий пожилой маг, взял из рук подоспевшей девушки микрофон.
– Профессор Рани́ Тессельхо́фер, – представился он, – Блакория. Уважаемый Данзан Оюнович, благодарю за наглядные выкладки. Меня интересует, не пробовали ли вы получить информацию у потомков Черного Жреца? Кто, как не они, должен знать, в чем причина грядущей катастрофы.
В зале немного напряглись. Черныш холодно усмехнулся.
– Пробовал, уважаемый профессор, как не попробовать. Однако проблема, как мы знаем, в том, что все линии прямых потомков и близких родственников королевской семьи пресеклись. Вся старшая аристократия, среди родственников которых были Гё́ттенхольды. А только они, полагаю, имели возможность напрямую общаться с изначальной стихией Смерти. Оставшиеся же с более-менее сильной кровью чувствуют тревогу, им легче переносить стихийные скачки на святой земле, дабы не допустить одержимости. И все равно, насколько мне известно, демонические проявления участились. Скорее всего, и повышенная кладбищенская активность, и частота демонических проявлений являются звеньями одной цепи.
К сожалению, темные упорно хранят свои секреты. Но, возможно, – Черныш обвел глазами правительственные ложи, – власть способна настроить их на сотрудничество. Тем более что наверняка на конференции присутствуют легализованные стихийники, имеющие родственные связи с потомками Черного Жреца. Понятно, что это не принято афишировать. Возможно, – добавил он тоном человека, готовящегося бросить камень в лягушачье болото, – есть и те, кто избежал проверок. Но я призываю вас подумать над полученной информацией и, если вы можете пролить свет на происходящее, обратиться в службы безопасности своих стран. Или, – он захлопнул папку, – ко мне, если опасаетесь за свою жизнь. Я полную конфиденциальность вам гарантирую.
В полумраке зала осторожно заозирались, зашумели, пытаясь определить в соседе или соседке потенциальную угрозу. Полыхнули многочисленные поисковые ментальные потоки, тут же рассеянные дежурившими здесь же йеллоувиньскими нейтрализаторами. Почтенный распорядитель конференции многословно призывал гостей к сдержанности и взаимному уважению.
– Вот в такие моменты понимаешь, – с сарказмом сказал Мартин, наклонившись к Алексу, – что все мы – всего лишь сборище суеверных идиотов, недалеко ушедших от ранних веков.
Алекс хмуро кивнул. Он, как и Март, разглядел при прибытии несколько человек с очень слабыми темными родовыми знаками в ауре, практически полностью заглушенными белым сиянием самой ауры, характерным для классических магов. Он недолюбливал темных, но подобная открытость как раз и успокаивала – потомки Черного жреца имели возможность экранироваться, и определить их было практически невозможно, в чем друзья и убедились на недавнем примере. А раз не прячутся – значит, безопасны и легализованы. И им можно только посочувствовать.
Что делать, если ребенок рождается с сильными способностями к магии, но в предках у него были темные? Не расходовать же такой материал, магов и так слишком мало по сравнению с населением планеты. Кровь не заменишь, но ее можно усмирить. И в большинстве случаев это не несет никакой угрозы. Но все равно хорошо, что в зале эти знаки могли разглядеть всего несколько человек – из тех, кто имел достаточно силы, чтобы видеть ауру. Наверное, только он, Март, Вики и сам Черныш. Возможно, царевна серениток, но он не был уверен. Иначе быть бы некрасивым сценам.
Черныш отвечал на вопросы, а Алекс все думал и сопоставлял.
Потомки блакорийской аристократии – те, что выжили в междоусобице, – действительно расселились по всему континенту после падения трона. И пусть сила Черного Жреца в них практически не проявлялась, те единицы, которые обнаружили в себе, помимо родовых способностей, талант к классической магии и хотели спокойно жить и работать, обязаны были заявить о своих корнях в отдел МагКонтроля, проходить ежеквартальные проверки менталистов и регулярно посещать храмы Триединого. Нелегализованного мага, ежели такого обнаруживали, пусть даже он всю жизнь вел себя без нареканий, ждали заключение и запрет использовать стихии. Сурово, но единичные появления одержимых слишком пугали, чтобы относиться к этому легкомысленно. И этот страх, как и понимание того, что какой-нибудь темный может сейчас напитаться энергией под завязку и сорваться, просто витали в воздухе. И тем не менее в словах Черныша был резон. Возможно, задержанные в Рудлоге студенты могут пролить свет на ситуацию?
Алекс решил обязательно побеседовать с Тандаджи – попросить о встрече с арестантами – и снова включился в происходящее.
– Всё, уважаемые коллеги, – резко сказал Данзан Оюнович, – прошу меня извинить, но я и так превысил лимит времени, который выделил себе на участие. Меня ждут дела. Благодарю вас за неравнодушие и надеюсь, что вместе мы найдем способ решить эту глобальную проблему.
Провожали его тоже стоя. Впрочем, он даже не оглянулся, поспешно спускаясь со сцены и выходя из зала.
Свидерский, проследив за уходящей легендой, наткнулся на улыбчивую «бабочку», стоявшую у сцены с микрофоном и бросавшую на Алекса взгляды, не допускающие двойного толкования. Потянулся, покрутил шеей, еще раз оценивающе взглянул на нее. А почему бы и нет?
Рядом понимающе хмыкнул Мартин.
Далее один за другим выступали следующие докладчики. Рассказывали о конкретных случаях появления нежити, показывали записи, фотографии новых, высших видов, информировали о способах уничтожения. Зал потихоньку разогревался, начались громкие споры о видовой принадлежности, о необходимой плотности особей для появления высших. Почтенные профессора разве что за грудки друг друга еще не хватали. Только у магов и ученых поводом для драки может стать фундаментальная проблема.
Нейтрализаторы определенно не справлялись – гостям нужно было дать выход энергии. И наконец распорядитель объявил длительный перерыв.
– Дорогие наши гости, – сказал он невозмутимо, будто перед ним не дышал агрессией многосотенный зал, – в холле для вас накрыты столы, где вы можете освежиться и отведать изысканных кушаний. В правом крыле для вас приготовлены укрепленные залы, если вы захотите померяться силами. Также вас ждет полигон за дворцом. В левом крыле есть комнаты отдыха, и наши девушки с удовольствием проводят вас туда, если возникнет такое желание.
Девушки, стоявшие у сцены и вдоль рядов, смущенно потупились. Гости оживились.
– Ты как? – спросил Алекс у Мартина, глядя при этом на ожидающую его «бабочку».
– Не, – произнес блакориец тоном пресыщенного жизнью старика, – я пас. Пойду хоть поем на халяву. Найду Вики, подразню ее. Мне хватит.
– Не увлекайся, – предупредил друга Свидерский, поднимаясь, и Март хмыкнул ему вслед.
– Вы выбрали меня, Алесянд-сэ? – тонким голосом спросила черноволосая девушка, когда он подошел к ней. – Позвольте, я провожу вас в комнату отдыха?
– Как тебя зовут? – поинтересовался он, заходя за сопровождающей в темное помещение без окон, с тусклым светильником на стене. Обстановка была скудная – да и зачем чрезмерность там, где хватит тонкого матраса на полу да удобств за ширмой?
– То́ко, – сказала «бабочка» с поклоном. Чисто птичка, яркая, цветная, с голосом, похожим на щебетание. – Могу я раздеть вас, сэ?
Она уже скинула свое одеяние, и Алекс внимательно разглядывал ее в полумраке комнаты, пока она аккуратно и почтительно расстегивала ему брюки, баловалась с пуговицами рубашки, стягивала рукава, зайдя ему за спину, и с нажимом гладила по плечам. Касалась острыми коготками живота, ягодиц и бедер, легко кусала за лопатки, скользила вокруг него, прижимаясь всем телом. Тонкая, смуглая в желтизну, с очень маленькой грудью, изящная. И умелая. Очень умелая.
Стихийный хаос устремился к выходу, и Алекс не смог больше ждать: схватил ее, подмял под себя – черные глаза распахнулись широко, из горла вырвался птичий тонкий крик – и начал двигаться, на секунду оглохнув и ослепнув от настолько знакомых и забытых ощущений.
Что может еще так наглядно убедить мужчину, что старческая немощь ему не грозит, как не отзывчивая, чувствительная и послушная женщина?
В огромном холле, обвитом вьюнками, уже стояли накрытые столы, и гости с энтузиазмом голодных обезьян ринулись уничтожать это великолепие. Нежить нежитью, а о насущном забывать не стоит. Барон фон Съедентент не остался в стороне – набрал себе на тарелку остро пахнущей йеллоувиньской еды и отошел, выглядывая Викторию. Она увидела его, замерла в нерешительности, но все же подошла, встав рядом.
– Иногда я сомневаюсь, что мы созданы Творцом, – с ехидством проговорил Мартин, прожевав очередной кусок пряной красной рыбы. – Посмотри на этот зоопарк, дорогая. Чуть всплеск стихии, потеря самоконтроля – и остается только инстинкт. Поесть, подраться и пот… хм.
Он осекся, тряхнул волосами, посмотрел на сердитое лицо подруги.
– Что, тоже с трудом справляешься? – спросил с сочувствием.
Виктория, пожав плечами, отпила немного дынного тоника. Она дышала чаще, чем нужно, чтобы выглядеть спокойной, и темные волосы у корней казались чуть влажными. Точно ведь подерется с кем-нибудь. Или еще хуже.
– Где Алекс? – поинтересовалась она.
– В левом крыле, проверяет местных девушек на прочность, – с язвинкой ответил Март. Глаза Вики полыхнули гневом, и он удивленно хохотнул:
– Кусака, неужто его ты тоже ревнуешь? Только я один, обездоленный, не вызываю в тебе никакого чувства? Не переживай, ты же знаешь, что вне конкуренции.
– Не зли меня, Март, – глухо сказала Виктория, чуть отходя от него.
– Как грозно мяукает этот котенок, – насмешливо произнес он. – Мне очень страшно. Ну хочешь, пойдем к нему, прочитаем нотацию? Или совет дадим какой, а то и покажем класс, а, Вики?
Она вспыхнула, махнула рукой – и его шею захлестнула невидимая удавка, тело дернуло ощутимым разрядом.
– Леди Лыськова хочет подраться? – Мартин изобразил на лице ужас, глядя в сверкающие вызовом темные глаза. – Со слабым и беззащитным мной? Не-е-ет, у меня рука на тебя не поднимется. Я не бью маленьких девочек, Вики. Даже таких злобных, как ты.
– В зал, – проговорила она сквозь зубы и отвернулась, глядя на огромный холл, заполненный их коллегами. – Я тебя вызываю, Мартин.
– В зал, конечно, – согласился он смешливо. – Иначе завтра все каналы покажут, как подрались придворные маги Инляндии и Блакории. Только, умоляю, будь со мной нежной, Вики.
Она старалась. Очень старалась и разошлась не на шутку. Щиты, укрепляющие зал, гудели и стонали от разбушевавшейся волшебницы, а Мартин только посмеивался, раз за разом отбивая атаки. Надо было признать, что Виктория легко бы уложила почти любого из съехавшихся на конференцию гостей. Но не его, конечно. Осыпа́лись искрами огненные Тараны, рассыпались Лезвия, с шелестом проедали его защиту Сети – он даже покачнулся раз или два. Аккуратно, чтобы не навредить и чтобы она точно могла отбить, нападал сам – так, чтобы не заподозрила, что издевается или поддается. В конце, когда Вики уже видимо стала выдыхаться, пропустил удар воздушной Петли, проехавшись спиной по полу, и поднял руки.
– Все, ты меня победила, леди. Сдаюсь и признаю тебя сильнейшей и великолепнейшей!
Виктория стояла, тяжело дыша, и сердито глядела на него – как он поднимается, подходит к ней.
– Все, выплеснулась? – спросил блакориец с удовлетворением. – Теперь спокойна?
Она размахнулась и с наслаждением заехала кулаком ему в подбородок.
– Какой же ты все-таки гад, Март, – сказала она устало и потрясла рукой, чтобы унять боль в пальцах.
– Заслужил, – согласился он весело, трогая ушибленное место. – Хороший удар, Вики. Ну что, пойдем обратно? Я вдруг снова проголодался. Надеюсь, эта толпа оставила нам хотя бы по рисовой лепешке.
Пока приглашенные маги сбрасывали излишки энергии, в правительственных ложах чинно вкушали сытный обед. Майло Тандаджи с удовольствием ел острую лапшу с морепродуктами – кухня Йеллоувиня была похожа на тидусскую, и он чувствовал себя почти дома. Закончив обедать, вышел на террасу на втором этаже – полюбоваться видами Пьента́на и послушать пение птиц. Состояние, несмотря на тревожную информацию, было самым умиротворенным.
– Господин Тандаджи, – раздался позади голос с инляндским акцентом. Он оглянулся – перед ним стоял Дэвид Розенфо́рд, глава Управления госбезопасности Инляндии. Длинный, рыжий, высокомерный, как почти все инляндцы.
– Лорд Розенфорд, – сухо поприветствовал коллегу тидусс. – Чем обязан?
![](i_013.jpg)
Лорд Дэвид Розенфорд
– У меня необычное предложение для вас, господин Тандаджи. – Лорд Дэвид попытался придать голосу любезности. Хотя трудно быть вежливым с главой конкурирующей разведки, чьи агенты не раз добывали секретную информацию. – Его величество Луциус желает встретиться с вами. Это не займет много времени.
Тандаджи помолчал, глядя на чудные сады Пьентана с оживленными шоссе, лентами каналов, россыпью домиков в восточном стиле, кое-где разделенных росчерками вздымающихся небоскребов.
– Есть профессиональная этика, лорд Розенфорд, – наконец ответил тидусс. – Понимаю, какая это честь для меня, и приношу его величеству свои самые искренние извинения, но я не могу рисковать доверием моей госпожи. Удивлен, что вам нужно это объяснять.
Инляндец поморщился, словно делая усилие над собой, и Тандаджи с удовлетворением подумал, что ему еще работать и работать над мимикой.
– Это не политический вопрос, – пояснил Розенфорд, – скорее, частный. Он никак не затрагивает вопросы безопасности Рудлога или Инляндии. И мне даны указания… заинтересовать вас, полковник. Как вы смотрите на то, что мы отпустим Маслякова и Сорина без каких-либо условий?
Теперь уже Тандаджи едва сдержался, чтобы не поморщиться. Позорище, агенты, а попались как дети. За полтора года в инляндской тюрьме, естественно, из них вытрясли уже все, что могли, но на попытки договориться Управление безопасности, возглавляемое Розенфордом, не шло. Вытаскивать их надо, это дело принципа. Но не попасть бы на подставу.
– Я гарантирую, что это будет просто разговор, – сказал лорд Розенфорд, словно подслушав его мысли. – Никакой двойной игры. Слово чести. Естественно, обязательно неразглашение с вашей стороны.
– Без прослушки? – с каменным лицом поинтересовался Майло. – Без записи, попытки ментального чтения, свидетелей, ликвидаторов, группы захвата, последующего шантажа?
– Просто разговор, – с нажимом повторил инляндский лорд. – Что вы ответите?
– Хорошо, – медленно произнес тидусс. – Даю слово, что не буду распространяться об этой встрече. Когда и где?
– Сейчас и здесь, – с видимым облегчением ответил Розенфорд. – Чтобы не задавались лишними вопросами, куда вы пропали из ложи, спуститесь в холл. Там будет ждать девушка в синем йеллоувиньском костюме, расшитом маками. Она проводит вас в комнату отдыха и останется там до конца разговора.
– Идеальное прикрытие, – пробурчал Тандаджи. – А как же «без свидетелей»?
– Она глухая, – невозмутимо ответил инляндец. Тандаджи с иронией глянул на него.
– Поверить вам на слово? Чтение по губам?
– Умеет, – усмехнулся Розенфорд, ничуть не обидевшись, – но она встанет к вам спиной. И наденет наушники с громкой музыкой, чтобы вы были спокойны. До окончания перерыва еще час. Благодарю за отзывчивость, полковник.
Тандаджи подождал, пока инляндец удалится, прошел обратно в ложу и спустился по лестнице в опустевший зал. Из холла доносился гул, как из большого осиного гнезда, и он, выйдя, с недовольством подумал, что всему этому могущественному сборищу не хватает дисциплины.
Девушка, скромно стоявшая у стены, улыбнулась ему профессионально-радостно, поклонилась.
– Ви вибра меня, Мяйло-сэ?
Говорила она четко, глухо, с небольшими паузами.
Тандаджи без лишних слов приобнял ее за талию, укутанную тонким шелком, шепнул на ухо несколько слов по-йеллоувиньски. Сопровождающая даже не вздрогнула. То ли такая выдержка, что отборным местным матом ее не проймешь, то ли действительно не соврал инляндец. Хотя он бы на его месте обманул, не моргнув глазом.
В левом крыле открывались двери, выходили и заходили парочки, и кто-то из магов, узнав его, проводил тидусса недоуменным взглядом. Черноволосая агентша демонстративно забралась рукой ему под пиджак, поглядывала смущенно и томно и наверняка успела уже нащупать и пистолет, и тонкие ножи. А если его ведут на встречу без требования сдать оружие, значит, малышка способна прикончить любого раньше, чем тот подумает угрожать его величеству. «Да уж, – размышлял Тандаджи, глядя на аккуратное девичье ухо и вздернутый носик, – иногда ради дела нужно и пострадать. Может, получится перевербовать ее? Полезная девочка».
Майло всегда имел некоторую слабость к женщинам-офицерам и сотрудницам спецслужб. Никакого влечения, чистое любование, как тонкой и острой осокой у пруда, покрытого розовой рассветной дымкой.
Они прошли к последней комнате крыла, девушка с поклоном открыла дверь, впорхнув в помещение, – и ушла за ширму, оглянувшись лукаво на тидусса, села аккуратно на пол и надела лежащие тут же широкие наушники. Застучали гулкие ритмы – и Тандаджи чуть расслабился: обычный человек не выдержал бы такой громкости.
В комнате никого не было, и Майло, чуть помедлив, присел на приготовленную табуретку. Лицом к сопровождающей – легковерным он никогда не был, а если решит ударить, то придется делать это через венценосного Инландера.
Через несколько секунд открылось Зеркало, и из перехода вышел его величество Луциус собственной высокомерной персоной. Тидусс почтительно встал, поклонился.
– Садитесь, господин Тандаджи, – благосклонно кивнул решивший поиграть в шпионов монарх, сел сам, оглянулся на «агентшу», задумался. Майло терпеливо ждал. – В пятницу знакомый вам виконт Кембритч будет официально объявлен новым герцогом Дармонширом. – Инландер наконец соизволил заговорить. – Но вам это, скорее всего, известно.
Тандаджи вежливо склонил голову.
– Вам также известен непростой характер будущего герцога, – несколько сварливо проговорил Луциус. – У меня есть сведения, что на него в Рудлоге заведено уголовное дело. И дабы делу не был дан ход, виконт периодически работал вашим информатором.
– Совершенно верно, ваше величество, – подтвердил Майло. Официальная легенда звучала именно так.
– И он находился под вашим постоянным наблюдением.
– Да, ваше величество.
– Дело нужно закрыть, – потребовал Луциус. – И уничтожить. Это возможно?
– Конечно, ваше величество, – легко согласился Тандаджи. Можно было поторговаться, но он не стал. Нетрудно уничтожить то, чего не существует.
Монарх Инляндии рассеянно кивнул, словно не сомневался в готовности собеседника угодить ему.
– Для моей страны крайне важно, чтобы Дармоншир был жив, дееспособен и лоялен трону. Шесть лет назад он уехал в Рудлог, и до этого времени его поведение оставляло желать лучшего. Мне не хочется получить во главе крупнейшего герцогства пьяницу, наркомана и дебошира, однако есть государственная необходимость. И именно этой необходимостью продиктована наша встреча. Я задам несколько вопросов, господин Тандаджи. Связан ли Кембритч с какими-либо преступными группировками?
– Нет, ваше величество, – сухо сказал Тандаджи.
– Остались ли у него долги чести, обязательства перед кем-то, кроме Ангелины Рудлог?
– Нет, ваше величество, – повторил начальник разведуправления.
– Женщины? Сердечные привязанности?
– Никого постоянного, ваше величество. – Майло вспомнил запись с камер: как Кембритч заходит в покои к принцессе Марине и выходит из них через некоторое время в невменяемом состоянии, а затем устраивает драку с Байдеком, – но делиться подозрениями не стал. – Были многочисленные короткие связи.
Луциус поджал губы.
– Внебрачные дети?
– Ни одного, – заверил его Тандаджи, чувствуя всю прелесть нахождения на допросе в непривычной для себя роли.
– Зависимость от наркотиков, алкоголя?
Майло поколебался.
– Он не употребляет наркотики уже почти шесть лет. Выпивка регулярна, но я бы не назвал это зависимостью. Нет никаких симптомов алкоголизма. Мозги у него функционируют превосходно.
Луциус удовлетворенно хмыкнул, выжидающе глядя на Тандаджи своими блекло-голубыми глазами. И тидуссу вдруг стало не по себе: хоть и защищен он был от взлома, силы этого потомка Воздуха хватило бы, чтобы выпотрошить всю информацию из его головы.
Майло помолчал и все-таки добавил:
– Если вы позволите, ваше величество… Кембритч – игрок, и игрок азартный. Он испытывает удовольствие от риска, и ограничивать его бесполезно. Поэтому, чтобы держать его в рамках, необходимо подкидывать ему задачи для ума. Сложные задачи. Он не будет никогда бюрократом, он сорвется, если вы усадите его за бумаги или управление герцогством.
Луциус слушал и улыбался тонкими губами. Будто он все это знал и понимал. И получал от этого знания удовольствие.
– Что вы рекомендуете мне, Тандаджи? – спросил он настойчиво.
– Я не смею рекомендовать… – начал Майло, но король оборвал его взмахом руки.
– Оставьте ваши политесы, господин Тандаджи, и ответьте на вопрос.
– Можно подтолкнуть его, чтобы он вернулся к гонкам, – прямо ответил тидусс. – При должном магическом сопровождении это почти безопасно. Или дайте ему должность в Управлении госбезопасности с прицелом на то, что он заменит Розенфорда, когда тот отойдет от дел. Третий вариант – дипломатия, как бы странно это ни звучало применительно к Кембритчу. Он будет получать удовольствие, выигрывая на международной арене. Когда войдет во вкус, конечно. Поначалу придется его переупрямить.
Луциус удовлетворенно кивнул и встал.
– Благодарю вас, полковник. За информацию.
– Рад был помочь, ваше величество, – любезно ответил начальник разведуправления и тоже встал, повернулся. Король прошел мимо него. Тидусс был заинтригован. Разговор фактически ни о чем, странный интерес.
– Зеркало, – тихо сказал Инландер в телефон. Посмотрел на молчащего задумчивого тидусса и вдруг ухмыльнулся. И ушел в открывшуюся поверхность перехода, оставив Майло, с трудом удержавшего каменное выражение лица.
Легкие руки легли ему на плечи, повернули к себе.
– Ты красивий. И сильны, – четко произнесла девушка, глядя ему в глаза. Она развязала пояс национального халата, и Тандаджи не отказал себе в удовольствии поглядеть на тренированное женское тело. Запустил руку ей в волосы – она смотрела прямо и спокойно – и вынул из прически длинную тонкую иглу.
– Саката́н, – удовлетворенно сказал он. Девушка улыбнулась, чуть повела руками – в ладони из широких рукавов выпали полукруглые лезвия, похожие на маленькие раскрытые веера.
– То́рчжи, – произнесла она, демонстрируя оружие. – Будьешь со мной?
– Я люблю свою жену, – покачал головой тидусс и очень по-отечески погладил расстроившуюся маленькую убийцу по голове. – Проводи меня в зал.
Он терпеливо досидел до конца конференции, хотя потраченного времени было жаль. Вполуха слушал докладчиков, до сих пор видя перед собой знакомо ухмыляющегося Луциуса Инландера. И обещал себе, что обязательно поработает при следующих занятиях до-тани над древней тидусской мудростью.
«Знающий все готовься удивляться».
Луциус Инландер вернулся в свой кабинет, поблагодарил помощника придворного мага и, усевшись за стол, с наслаждением раскурил сладкий вишневый «Вишнеро́м». За последний месяц он снова вернулся к пагубным привычкам молодости, но у него было оправдание. Он готовился к смерти.
Докурив, открыл тетрадь для записей и стал аккуратно заносить то, что удалось выяснить. Жаль, что пришлось действовать самому, но что сделаешь, если только ему доступно незаметно определить, врет человек или нет, – особенно если на этом человеке навешана куча защит и блоков, как на начальнике рудложской разведки? Глубже копать было опасно – кто знает этих тидуссов с их практиками и покровительством Желтого, мог бы и почувствовать.
«Сотрудничество с иностранными спецслужбами» – обязательств, подкрепленных магконтрактами, нет. Это хорошо. Не соврал Тандаджи. Хотя бы в этом.
«Связи с преступным миром» – слава богам, избежал, иначе пришлось бы проводить ликвидации на территории Рудлога, а это всегда чревато проблемами.
«Женщины».
По поводу женщин у его величества были свои соображения, оформившиеся после появления Марины Рудлог у экрана операционной. Но рудложский полковник не обманул. Скорее, не сказал всей правды.
Поэтому Инландер ставил на старшую Рудлог. Чем сильнее жена – тем лучше.
«Дети». Точно нет. Вот и отлично. Еще бастардов им и не хватало.
Король Луциус был очень педантичным человеком и, готовясь к уходу, желал оставить страну в идеальном состоянии. Отдать все долги. И просчитать все вероятности. Чтобы все нужные фигуры в нужное время стояли на нужных местах.
Полковник Тандаджи после конференции аккуратно сложил в папку свои записи и пошел на запланированную встречу с ее величеством Василиной.
Королева выглядела очаровательной, но уставшей, и он быстро и коротко рассказал ей об итогах мероприятия, уложившись в какие-то десять минут.
– Я прежде всего планирую проверить и при обнаружении угрозы санировать местное кладбище, – сказал Майло. Ее величество кивнула – выбившаяся из строгой прически кудрявая прядь скользнула по ее шее, и тидусс опустил глаза. – Естественно, со всей почтительностью, моя госпожа.
– Согласна, – ответила королева с горьким юмором. Глаза у нее тоже были уставшие, покрасневшие. – Не хотелось бы, чтобы мой дедушка выполз из могилы в столь неподобающем виде. Делайте все, что нужно, полковник. Это все?
Она подняла руку, словно желая потереть висок, и опустила ее. Нельзя показывать слабость, да.
– Нет, ваше величество, – быстро ответил тидусс, чувствуя себя куда неудобнее, чем в темной комнате отдыха наедине с йеллоувиньской убийцей. – Еще один вопрос. Уже больше недели прошло с момента вашей встречи с представителем драконов в Теранови. Известий от вашей сестры нет до сих пор, хотя диалог должен был стать оперативным и двусторонним.
– Вы считаете, я совершила ошибку? – прямо спросила Василина, глядя на него своими серьезными голубыми глазами.
– Мы должны быть готовы к любому развитию событий, – дипломатично ответил Майло. – У нас есть зацепка. Девушка, любовница одного из драконов, участвовавших в похищении вашей сестры. Мы знаем, что он тайно прилетает к ней, и установить контакт невозможно. Но, если она будет у нас, ему ничего не останется, кроме как пойти на сотрудничество…
– Взять ее в заложницы? – грустно поинтересовалась королева. – А если они завтра прилетят – а мы закрыли возможность диалога попыткой силового давления?
– А если не прилетят? И разве ваша сестра не заложница в Песках? – Тандаджи не хотел давить, но нужно было принимать решение. – Вы просили меня информировать вас о своих действиях, ваше величество, хотя я, простите меня за дерзость, не хотел бы, чтобы вы участвовали в деятельности Управления. Не потому, что хочу скрывать от вас что-либо, а потому, что приходится часто принимать нелегкие и некрасивые решения, а у вас и так много забот.
Она смотрела на него почти с отчаянием, и Майло было ее жалко. Ну почему на троне не тот же Байдек, который дал бы ему свободу действовать без лишних сантиментов?
– Госпожа моя, – сказал он по возможности мягко, – я обещаю, мы обеспечим ей комфортные условия, просто ограничим свободу на некоторое время. И даже выплатим компенсацию, если все разрешится. И, если пожелаете, прежде поговорим с ней, постараемся убедить сотрудничать добровольно.
– Пожелаю, – она качнула головой. – Поступайте как считаете нужным, полковник.
– Благодарю, ваше величество, – с облегчением произнес Тандаджи. – Я могу идти?
– Да, – она вдруг нахмурилась, будто вспомнила что-то. – Господин Тандаджи. Подготовьте мне для просмотра дело Кембритча. Я имею в виду не только историю его сотрудничества с Управлением, но и это тоже. Все его заслуги, проступки и личные характеристики. И, – тут голос ее стал почти стальным, и он тут же вспомнил ледяную бурю, почти заморозившую его в день рождения королевы, – не смейте что-то удалять или скрывать. Вы меня поняли, полковник?
– Да, моя госпожа, – сказал Майло, вставая и кланяясь.
Начальник разведуправления, вернувшись в свой кабинет, покормил уже подросших рыбок. Достал из сейфа, настроенного только на него, пухлую папку с делом дурного виконта, ставшего в один день предметом интереса сразу двух монархов. Пролистал, вспоминая шесть лет совместной работы, хмурясь и качая головой. Ну куда ее величество лезет? Ведь будет оценивать безумного в своей жажде острых впечатлений Кембритча не как профессионал госбезопасности – как обыватель. И как впечатлительная женщина, голова которой все еще забита идеалами, которые рассыплются только после долгого времени, проведенного у власти. И что она увидит? Разве увидит она его героем, поддерживающим безопасность страны? Разве сможет оценить?
Точно нет. Драки, гулянки, алкоголь, гонки, обман, предательство, наркотики, злачные места, шлюхи и порядочные женщины, чередой прошедшие через его постель. И всего несколько строчек после каждого дела с блестящим результатом. На которые вполне можно не обратить внимания.
Он снова вспомнил запись с камер, сделанных в коридоре Семейного крыла, – как будущий герцог наносит визит в покои третьей принцессы, как туда же через некоторое время заходит королева, как снова появляется Кембритч и нарывается на драку. Вспомнил донесения о разгроме в покоях принцессы Марины. И с досадой захлопнул папку.
Нужно быть идиотом, чтобы не догадаться: на этот раз безбашенный виконт замахнулся на рыбку, которая ему не по зубам. И пока он не получит свое – или не расшибет голову, – не отступится. А судя по тому, что королева затребовала досье, – вероятность проигрыша очень велика.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?