Читать книгу "Нарисованный мир"

Глава 5

День выдался жарким. Уже к полудню воздух сделался душным и вязким. Парни спасались от нестерпимого пекла, практически не вылезая из океана. Была у них и ещё одна забава: они выливали друг на друга воду из корзин и хохотали, сгибаясь пополам от избытка чувств. Хитрость здесь заключалась ещё и в том, что донести воду так, чтобы она не вылилась вся, было довольно сложной задачей. Наигравшись и облившись с ног до головы, развесив одежду сушиться на ближайших к берегу ветках, они разбрелись кто куда. Я же сидела на берегу у самой кромки океана и пыталась вылепить что-нибудь, похожее на замок, правда, получилось у меня совсем как в известной песенке: «сделать хотел грозу, а получил козу»… Замок скорее был похож на кривоватую пещеру со множеством дырочек.

Через некоторое время рядом со мной оказался Никита и, бросив быстрый взгляд сверху вниз на моё творение, протянул кокос с пробитым отверстием вверху.

– Кокосовый коктейль, – представил он с улыбкой. – Ты должна это попробовать.

– Отказавшихся топят в океане?

– Нет, их кормят насильно.

С этими словами он уселся на песок рядом со мной и протянул кокос.

Я вздохнула и прикоснулась губами к шершавой поверхности. На вкус молоко оказалось довольно приятным, и мне пришлось признаться:

– Вкусно. Даже не ожидала.

– Ну так! Не бойся, травить тебя здесь никто не собирается, мы всё это уже на себе опробовали.

– А если бы это оказалось несъедобным? – спросила я не столько из любопытства, сколько для проформы. – Как можно есть то, о чем не имеешь никакого представления?

– Пока целы, – беспечно пожал плечами Никита.

– Э-эй, на берегу! О чем вы там шепчетесь?

Мы обернулись одновременно.

– Делюсь секретами выживания, – хмыкнул парень.

Костя плюхнулся на песок с другой стороны от меня и мечтательно протянул:

– Сюда бы хоть с десяток дикарей… Повеселили бы.

Я бросила на парня удивленный взгляд. Шутит он, что ли? Но спросить не о чем не успела, так как в этот момент рядом оказался и Влад, перехвативший инициативу в свои руки:

– Как насчет футбола?

– С ума сошел? – снисходительно взглянул на него снизу вверх Костя.

Влад, казалось, не собирался усаживаться рядом с нами и лениво смотреть, как утекает время. Он выхватил из моих рук пустую скорлупу кокоса, бросив между дел:

– Допила? Спасибо, это нам ещё пригодится. Ну что, парни? – он взглянул на меня и добавил, – И девушки тоже. Если хочешь, присоединяйся.

– Пожалуй, воздержусь, – покачала головой я, но Костя уже тянул меня за руку.

– Никаких «воздержусь». Можешь любого из нас выбирать себе в команду. Только я, пожалуй, обуюсь, прежде чем играть. Не хочу остаться без пальцев на ногах в семнадцать лет.

Я смотрела на этих ребят и никак не могла поверить, что они – преступники. Хоть и не убийцы, а всё-таки нарушители закона, самовольно врывавшиеся в жизнь граждан и вносящие туда хаос.

Зло всегда было для меня чем-то абстрактным и очень далёким. А вот так, лицом к лицу…

Однако сейчас это ничуть не мешало мне бегать с ними по пляжу и пытаться отбить почти расколовшуюся скорлупу кокоса. На этом острове мы оказались равны: обычные подростки, попавшие в непонятный мир и объединенные общей целью – выбраться отсюда.

Через какое-то время я окончательно расслабилась и забыла про собственную неуверенность, придуманные внутренние границы, мешающие мне быть самой собой и смеяться в полный голос, когда этого хочется. Чтобы со мной сейчас не происходило, я всё ещё жива. И сделать себя счастливой под силу лишь мне самой. Ну, может быть, не без помощи этих парней с отличным чувством юмора, которым они заражают (и заряжают) и меня.

Где-то я слышала фразу, которая замечательно вписывалась в мой сегодняшний день: «В мире есть только одна неразрешимая проблема – смерть человека. Пока он жив, всё поправимо». Раз мы как-то попали на этот остров, значит, есть и обратная лазейка, нужно просто найти её. Я разузнаю у ребят как можно больше и, может быть, все вместе мы сможем что-то придумать. Я почти не сомневалась в том, что именно так всё и будет, а пока… Пока я в первый раз в жизни играла в футбол и получала от этого ни с чем не сравнимое удовольствие.

***

Когда я выглянула из шалаша, было очень светло, однако солнца на безупречно голубом, безоблачном небе не было видно. Определить время здесь было невозможно. Сейчас могло быть как раннее утро, так и поздний вечер.

Я глубоко вдохнула и уловила множество запахов. «Так пахнет тропический лес», – отметила про себя, на миг закрывая глаза и представляя себя отважной амазонкой, покоряющей мир.

На самом деле всё обстояло совсем иначе: это мир испытывал меня на прочность. И пока я весьма сомневалась, что у меня получится выдержать этот экзамен с достоинством.

Недалеко от шалаша мирно спали Никита, Костя и Влад. Стараясь не шуметь, я прошмыгнула на берег и вошла в воду. Стоя по колено в водах океана, я глядела вдаль, и казалось, что волны уносят меня прочь, что я плыву… Нет, лечу! Отважившись, я распахнула руки как крылья и вдохнула всей грудью тёплый солёный воздух. Таких потрясающих эмоций я не испытывала уже очень давно. Здесь бы писать картины или сочинять стихи, восславляя красоту мира. Момент был не просто потрясающим, а ещё и вдохновляющим. Хотелось замедлить время и насладиться гармонией, которая царила внутри и снаружи. Это случалось так редко! Я чувствовала себя свободной, невесомой. Я смотрела на медленно качающиеся волны, на ложащиеся на поверхность воды лучи солнца, и мне хотелось остаться в этой идиллии.

После, выбравшись на берег, я лежала и смотрела на голубое, без единого облачка, небо. Бескрайнее. Бездонное. Прекрасное.

Высоко-высоко в небе парила незнакомая птица. Она казалась мне маленькой точкой, кружившей в воздухе. Интересно, видела ли она меня со своей высоты?

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем парни проснулись и показались на берегу. Костя, словно прочитав мои мысли, которые я, конечно же, не рискнула бы высказать, заявил:

– Здоровый сон – залог успеха. Завтракать будешь? Есть бананы, есть финики, кокосовое молоко… К вечеру, возможно, будет рыба.

Я выбрала бананы и получила целую связку, штук десять.

– Это на раз? – усмехнулась, удерживая завтрак обеими руками.

– Ага. До завтра поедим – пойдем снова.

Осилила я только четыре, после чего задала пришедший в голову вопрос:

– А дожди здесь бывают?

– Ещё какие! – отозвался Влад. – Сама увидишь. В это время лучше всего сидеть где-нибудь в надёжном укрытии. А так как поначалу у нас его не было, думали, попросту не выживем. Они здесь не только сильные, но и жутко холодные.

Всё, что я знала о тропических дождях, было основано на просмотренных в детстве фильмах компании ВВС. С одной стороны, мне хотелось увидеть это воочию, да и немного влаги в такую жару не помешало бы. Но с другой, перспектива вырисовывалась слишком рискованной. Как долго здесь идут дожди? Насколько они холодные? Может ли затопить целый остров? Что делать во время тропических ливней? Целыми днями сидеть в шалаше? Мысленно перебрав массу различных вариантов, я пришла к выводу, что лучше бы пока всё оставалось как есть. А от жары, в конце концов, может спасти вода океана и прохлада пресного родника.

– Хочешь, я покажу тебе ещё одно место? – спросил очутившийся рядом со мной Никита.

Я взглянула на него и кивнула. Сколько здесь ещё интересных мест? Может быть, даже таких, о которых не знают ребята.

Никита неспеша шёл по берегу, краем глаза наблюдая за мной. Я это видела, но вида не подавала. Впереди виднелось несколько пальм, а за ними… Едва мы миновали зелёные заросли, как оказались на скалистом берегу.

Легко взбежав наверх, парень подал мне руку, помогая подняться.

Было по-утреннему свежо. Ветер разгонял по небу редкие пылинки-облака, и те медленно отползали, уступая место безоблачной синеве.

Я зажмурилась и подставила лицо ветру. Несмотря ни на что, этот остров обладал каким-то магическим свойством заглушать ненужные мысли, прогонял отчаяние и вселял веру в лучшее. То, что вряд ли найдешь в большом шумном городе. Здесь же всё просто дышало свободой и счастьем. Наверное, именно это чувство и называют вечностью. Когда не бежишь за временем, не думаешь о сиюминутных делах и проблемах, когда твой мозг полностью отключается, а тело расслабляется, и остается только это – единение с миром.

Никита шутливо толкнул меня в плечо, и я притворно-недовольно возмутилась:

– Эй!

Он засмеялся и без разбега прыгнул в океан, шипящий солёными брызгами. Затем показался над поверхностью в нескольких метрах от того места, где нырнул. Вода серебряными каплями блестела на его ресницах – я не видела, но мне так казалось. Тёмные волосы легли гладкой мокрой копной назад.

Он наблюдал за мной несколько секунд, после чего крикнул:

– Прыгай.

Я отрицательно мотнула головой, понимая, что на свете всё ещё есть вещи, на которые я никогда не решусь. Прыгнуть вниз с высоты в пять метров? Ни за что.

Никита засмеялся и поплыл дальше, медленно разводя руками, словно наслаждаясь этим купанием. Я смотрела на него, и улыбка невольно расползалась по лицу. Мне казалось, что Никита догадывается об этом, и что в его действиях присутствует некая картинность. Однако это не имело никакого значения – вид, который открывался мне, с небольшим дополнением в виде этого парня, стал только лучше.

Я подумала о том, что Никита наверняка производил впечатление на девушек раньше, когда находился в реальном времени. И он вряд ли страдал отсутствием осведомленности о том эффекте, который так или иначе производил на слабый пол.

Вода плескалась вокруг его плеч, и когда он плыл, широко разводя руки в стороны, по поверхности океана вокруг бежала рябь мелких волн. Я почти без стеснения наблюдала, как он исчезает под водой и снова показывается на поверхности.

Присев на тёплые камни, я вытянула ноги, откинула голову назад и закрыла глаза. Лучи ласкали обращённое к солнцу лицо, тепло от скал согревало кожу и навевало дремоту. Я могла бы провести здесь несколько часов подряд и не заметить прошедшего времени.

Приоткрыв глаза, чтобы ещё раз полюбоваться на плывущего в океане парня, я осмотрелась, но… Его нигде не было видно.

Я осторожно приподнялась и осмотрела мерцающую поверхность океана. Никита исчез. Я зажмурилась, словно от этого могло что-то измениться, но всё осталось по-прежнему. Всё внутри меня сжалось от неприятных предчувствий. Может ли быть такое, что Никита каким-то образом вернулся в реальность или попал в другую? Я пыталась убедить себя в этом, но что-то внутри меня говорило о том, что на этот раз вряд ли виновата сверхъестественная сила.

Может быть, он решил пошутить? Выбрался на берег и спрятался в зарослях, пока я сидела, закрыв глаза? Но как я могла не услышать этого?

Я ждала, надеясь, что парень вот-вот вынырнет из воды или выпрыгнет откуда-нибудь из укрытия, откуда наблюдал за мной всё это время. Я судорожно искала вокруг хоть какой-то признак его присутствия, с каждой секундой всё больше ощущая приступы паники.

– Никита! – закричала я во весь голос.

Ответа не последовало.

Он не мог задержать дыхание на столь длительное время.

Воздух с трудом проходил сквозь лёгкие. Я не знала, что делать. Бежать к парням и… И что? Как я скажу им, что произошло? А вдруг это правда, и Никита… Нет, нет, это не может быть правдой. Он хорошо плавает и… Господи, что же делать?!

– Никита! – снова выкрикнула я, слыша в своем голосе нотки отчаяния. Никогда ещё мне не было так страшно. Оказывается, страх за кого-то другого бывает гораздо сильнее, чем за себя самого.

Мысли мелькали в голове с бешеной скоростью. Как долго человек может находиться под водой? Где я видела его в последний раз? Сколько времени потребуется, чтобы позвать ребят и вернуться сюда? Смогу ли я отыскать его и оказать необходимую помощь самостоятельно, если нырну со скал прямо сейчас? Но, Боже мой, пять метров – это же так высоко, и так страшно…

Этого просто не могло случиться…

Нельзя больше тратить время на пустые размышления! Нужно что-то делать! Я сделала шаг вперёд, набрала в грудь побольше воздуха и прыгнула вниз.

Отфыркиваясь от воды, попавшей в глаза и нос, я огляделась. И что теперь?

Я была близка к отчаянию, когда парень неожиданно вынырнул из-под воды прямо передо мной. И выглядел он при этом отнюдь не бледным и растерянным, а довольным, с привычной улыбкой, которую я не раз успела поймать на его лице за эти дни.

Удивление и облегчение вырвались наружу из моих легких с громким выдохом.

– Никита! С тобой всё в порядке? Ты пробыл под водой… Несколько минут, по меньшей мере, – всё это я выпалила на одном дыхании, едва сдерживая слёзы.

Я не могла скрыть изумления. Неужели люди могут задерживать дыхание на такое количество времени? И что он делал всё это время под толщей воды?

Выйдя из оцепенения, я подплыла ближе и едва удержалась, чтобы не схватиться за его мокрые плечи и таким образом убедиться, что он на самом деле жив.

– Как ты это сделал? Я думала, ты утонул!

– Я просто плавал, – улыбнулся он.

Просто плавал? Он ещё может шутить?

– Ты спрыгнула со скалы, – констатировал он, и его улыбка стала ещё шире.

– Что?

Его глаза остановились на моём лице, и он повторил:

– Ты спрыгнула со скалы. А я думал, ты струсишь.

Я кивнула, чувствуя, что какое-то странное чувство внутри, похожее на смущение, разрастается внутри меня. Интересно, если бы он узнал, что я действительно боюсь высоты и спрыгнула только потому, что намеревалась спасти его, хоть и не знала, как, что бы он сказал? Однако проверять это я была не намерена.

– Пожалуй, нам пора обратно, – стараясь успокоиться и убедить себя, что теперь всё в порядке, произнесла я.

Я злилась, но меньше всего мне хотелось показывать ему это.

– Постой, – Никита резко вскинул руку и коснулся моего плеча. – Знаешь, как ещё мы поняли, что это не тот мир, к которому мы привыкли?

Я не ответила, но мой удивлённый взгляд говорил сам за себя.

– Я не задерживал дыхание под водой. Я дышал также свободно, как и на поверхности. Мы можем проводить там любое количество времени.

Я в изумлении смотрела на него, пытаясь сложить очевидное и услышанное воедино. Теперь всё становилось понятным, но никак не желало укладываться в голове. Это не тот мир, который я знаю! Этого не может быть на самом деле!

– Как у тебя это получается? – выдавила я.

– Я думаю, и у тебя получится. Знаешь, какой тут красивый подводный мир. Ты должна сама это увидеть!

– Что? Нет! – воспротивилась я, но Никита уже схватил меня за руку и тащил за собой.

Паника вернулась, накрыв меня с новой силой.

– Не бойся. Я буду рядом. Если что-то пойдёт не так, мы тут же вынырнем. Но, поверь, оно того стоит.

– Стоит того, чтобы умереть?

– Ты не умрешь. Чувствую, твоя очаровательная улыбка сведет с ума ещё не один десяток парней.

На секунду я замерла. Что? Что он сказал? Моя очаровательная улыбка… сведёт с ума?

«А тебя?» – хотелось спросить мне. Но я лишь улыбнулась, глядя на спину парня, который уже готовился к погружению. Он обернулся, и его выражение лица было прежним – спокойным и даже серьёзным.

– Готова? Давай вместе на счёт три. Не бойся.

Я набрала в грудь побольше воздуха и взглянула на небо. Вдруг это последний раз, когда я вижу небо, пусть и не над родной Москвой?

– Раз…

Сумасшествие! Я вот так просто доверяю почти незнакомому парню, который уверяет меня, что под водой можно дышать? А вдруг это ловушка? Вдруг им нужно убить меня, чтобы выбраться?

– Два…

Но ведь он сам только что пробыл под водой по меньшей мере несколько минут и не умер.

– Три, – вместе с ним выдохнула я, и, закрыв глаза, погрузилась в воду.

Глава 6

Мы долго спускались на самое дно. Удивительно, но под водой я чувствовала себя также уверенно, как и на суше. Этого просто не могло быть!

Когда я открыла глаза, первое, на что обратила внимание – как изменился цвет воды. Он стал насыщенно-синим, не таким, как на поверхности.

Никита ловко расталкивал воду руками, и я следовала за ним, стараясь не отставать. Когда мы наконец достигли дна, я едва не ахнула. Но выражение моего лица обо всём говорило.

Мне хотелось выкрикнуть: «Я вижу дно океана!» Но я сомневалась, что под водой можно говорить.

Конечно, я знала, что в толще воды живут миллионы живых существ, но никогда особенно не интересовалась подводным миром.

Для меня словно открылась ещё одна, неизвестная прежде грань мира, полного таинственных и удивительно-прекрасных открытий. Мне казалось, что я наблюдаю за подводным миром в каком-нибудь новом кино-формате, где можно погрузиться в нереальный мир настолько, что уже и не отделить, где правда, а где картинка. Правда, о том, что я участник, а не наблюдатель, свидетельствовали бросающиеся врассыпную рыбки, навстречу которым я плыла и к которым протягивала руки. Как же много их было вокруг! И какие они все разные, яркие, большие и совсем маленькие, сочетающие в своем окрасе цвета, не поддающиеся словесному описанию.

Я ещё не привыкла к глубине, ведь это были мои первые шаги под водой. Первое время я постоянно оглядывалась на Никиту, чтобы убедиться, что он рядом, но вскоре расслабилась, полностью погрузившись в этот новый, неизведанный мир.

Вот впереди возникло небольшое подводное скальное образование, покрытое разноцветными мягкими на ощупь кораллами. А откуда-то из-под скалы одна за другой выплывали яркие жёлтые рыбки с голубыми разводами в области плавников и хвоста. Я замерла, стараясь не испугать их и подольше полюбоваться прекрасными творениями природы. И спустя какое-то время мне удалось установить необходимый контакт с подводными жителями – они уже не пугались и не стремились поскорее спрятаться, поднимая со дна муть. Они были забавными и любопытными. Одна маленькая оранжевая рыбка даже коснулась моей руки, проплывая мимо, и совсем не испугалась. Я радовалась каждому новому встреченному на пути океаническому обитателю, словно ребёнок, впервые открывающий для себя мир. В принципе, так оно и было. Подводный мир я действительно открывала для себя в первый раз. Мне никогда не доводилось плавать с аквалангом, да и вообще, бывать у океана, не говоря уж о том, чтоб оказаться под его водами.

Я любовалась разноцветными кораллами, которые создавали на дне причудливые заросли, зелёными водорослями, опутывающими камни, другими неизвестными мне растениями, обильно покрывавшими дно океана.

Заметив возле себя Никиту, я обратила внимание, что он машет руками, пытаясь мне что-то объяснить. По взмаху его руки я поняла, что нам пора наверх.

Покидать это потрясающей красоты место ужасно не хотелось, и я скорчила недовольную гримасу. Парень улыбнулся, виновато пожал плечами и показал на пальцах, что у нас есть ещё пять минут.

Я чувствовала себя русалкой и немножко Золушкой, которой подарили шанс на мечту, но ограничили время. Я чувствовала, что вернусь сюда снова. Я дала себе слово, что повторю это путешествие. Может быть, даже вместе с Никитой.

Мы вынырнули совсем не в том месте, откуда начали наше погружение на дно океана. Оглядевшись и привыкнув к свету, я обнаружила, что мы почти у той части берега, откуда я всегда смотрела на океан, неподалеку от шалаша.

Неспеша выбравшись на берег, я перевела дыхание, прежде чем произнести то, что чувствовала внутри – меня переполняла благодарность за те счастливые мгновения, что только что подарил мне этот парень. Он открыл для меня ещё одну грань того мира, который по-прежнему остаётся для человека почти неизведанным. Это казалось фантастикой, но для меня ненадолго стало самой настоящей явью.

– Спасибо тебе. Мне кажется, что я побывала в сказке. Разве такая красота может быть наяву?

– Наяву всё гораздо ярче и удивительнее, чем мы можем себе представить! У природы столько чудес, что людям никогда не познать их все, и уж тем более их нельзя объяснить, – с легкой улыбкой, едва тронувшей губы, изрёк парень, наклоняя голову вниз и запуская руки в волосы, словно пытаясь высушить их.

Я занялась тем же: насколько смогла отжала волосы и подняла голову к небу, вдыхая воздух, по которому успела соскучиться под водой.

– Какие ещё чудеса здесь случаются? – задала я вопрос.

– Не знаю. Может быть, что-то и есть, но мы не в курсе.

– А как вы узнали об этом? О том, что здесь можно дышать под водой?

– Когда я плавал, у меня свело ногу судорогой, и я стал тонуть. Парни были на берегу, а я заплыл слишком далеко и понял, что сглупил, не рассчитав своих сил.

– И что ты стал делать?

– Тонуть.

– Не смешно.

Я хотела толкнуть его в плечо, но он поймал мою руку, и это странно сказалось на моём сердце.

– Я правда стал погружаться в воду, параллельно пытался как-то привести в чувство онемевшую ногу, но тут ещё эта паника, которая вывела меня из равновесия… Короче, погрузился с головой под воду, и когда в лёгких уже не осталось воздуха, вдохнул. И удивился, потому что в детстве у меня был подобный случай, я пошел на дно, и отец вытащил меня, выловил за ноги и заставлял долго откашливаться. Я помнил те детские ощущения и чувство страха, и эту воду внутри, которая не даёт дышать, а тут всё было как-то иначе. Я мог дышать, и… это было странно и вместе с тем радостно, потому что вместо того, чтобы прощаться с миром, я приоткрыл для себя его новую сторону. Когда я рассказал парням, они не поверили – так же, как и ты. Потому что мы привыкли жить в определённых условных границах, строго очерченных и с детства вдолбленных в наши головы. Это можно, это нельзя. Это хорошо, а вот это плохо. Это есть, а этого не существует, и исключений здесь быть не может. Если ты не такой как все – это неправильно, значит, дело в тебе, и ты должен стремиться быть таким же, как остальные. И всё в таком духе. Но кто сказал, что как все – это правильно? Что мы знаем о настоящем мире? Вот ты верила, что есть какие-то другие миры? Что можно попасть… я не знаю, в картину? В это место, в котором мы сейчас находимся, где нет ночи, где ты – лишь персонаж, если можно так выразиться? Ведь этот мир – он существует лишь на картине, нарисованный. Но, выходит, он есть. Ведь мы тут. И мы живы. И сколько ещё неизвестного вокруг, о чем мы даже не догадываемся, зато строим из себя «Мистеров-всезнаек» и пытаемся уложить всё в одно целое, структурировать, объяснить научными терминами и доказать. А есть вещи, которые не поддаются доказательствам. Они просто есть, независимо от того, верим мы в них или отрицаем их существование.

Я слушала Никиту, вдохновенно повествующего о том, что он пережил и что думает по этому поводу, и мысленно соглашалась с ним. Он ведь прав, но для того, чтобы понять это, нужно остановиться на миг и задуматься. А этого мы, люди, делать ой как не любим.

Мы продолжали неспеша идти по кромке берега сперва в одну сторону, затем обратно, изредка перебрасываясь ничего не значащими фразами. Я чувствовала внутри так много, но не смогла бы передать это словами. Я боялась расплескать это – всё то, чему стала свидетельницей, тот детский восторг, который наполнил мою душу. Но Никита и сам это видел – всё это время он был рядом и чувствовал если не то же самое, то нечто похожее. Мне хотелось подольше сохранить в себе эти чувства, а потому скучные фразы казались лишними и громоздкими.

Уже дойдя до того места, где утром я наблюдала за полётом высоко в небе неизвестной мне птицы, Никита замер, а потом побежал вперед, оставив меня стоять в растерянности и недоумении. Пробежав несколько метров, он присел на корточки, а через короткое время вернулся, бережно держа в руках маленькую морскую черепашку, помещающуюся в его ладони.

– Смотри.

Я осторожно коснулась указательным пальцем её панциря.

– Какая крохотная!

– Хочешь подержать? Возьми, – с доверчивой улыбкой произнёс парень и осторожно передал мне живое существо, которое вело себя на удивление спокойно.

– Давай опустим её в воду. Я читала, что когда черепашки вылупляются, они сразу же устремляются в воду.

– Давай, – улыбка не сползала с его губ и отражалась на моем лице.

Я не могла избавиться от ощущения безграничного веселья и легкости, создаваемой внутри то ли от атмосферы на острове – океанический воздух, тропический лес, живая природа и всё такое, – то ли после посещения нереального подводного мира, который вдруг стал чуть ближе. А может, от этого парня, в компании с которым мне было очень легко и хорошо, как будто мы были знакомы гораздо дольше, чем несколько дней.

Отпустив маленькую странницу в воду, я несколько секунд смотрела в то место, где она только что была, и вот уже и следа от её присутствия не осталось. Затем, поднявшись на ноги, я вдруг, движимая неизвестным мне прежде или слишком хорошо забытым чувством беззаботности, легонько толкнула Никиту и крикнув: «Догоняй!» – побежала по мокрому песку.

Он бросился следом, раскинув в стороны руки, захлебываясь ветром и смехом.

Он бегал гораздо быстрее меня, но я не собиралась сдаваться так быстро и, позволив ему приблизиться и чуть-чуть насладиться триумфом, мгновенно отпрыгнула в сторону и, обогнув его, помчалась в обратном направлении.

Я бежала, не оборачиваясь, стараясь не смеяться и сосредоточиться на скорости, но это было так трудно. К тому же меня постоянно подмывало оглянуться и посмотреть, насколько он далеко от меня.

И вот Никита схватил меня, прижимая к себе спиной и поднимая над землёй.

– Попалась!

Я повернула голову, чтобы взглянуть на него, и едва не задохнулась от неожиданности. Его лицо было так близко… Его глаза… Его губы…

Несколько секунд мы стояли и смотрели друг на друга, словно завороженные. А потом почти одновременно поспешили отстраниться.

Мы молча сидели на берегу, на расстоянии вытянутой руки, обдуваемые тёплым и солёным океаническим ветром. Мы оба молчали, всё ещё чувствуя смущение от неловкого момента. А я всё не могла избавиться от прежнего ощущения, когда мы стояли, прижавшись друг к другу, и делились теплом.