Текст книги "Лабиринты мести"

Вику настолько поглотили тёплые яркие волны удовольствия, разливающиеся по телу от каждого прикосновения, что она не сразу заметила опасность. Более того, если бы Марк не отвлёкся, ненадолго оторвавшись от ласк, она бы не задумываясь позволила ему пойти до конца. Лёжа под ним в тёплой воде и обхватив его талию ногами, Вика словно сквозь сон услышала свой голос, с хриплым придыханием умоляющий этого едва знакомого мужчину не останавливаться. Нетерпеливо выгибаясь и прижимаясь к Марку, она осознала происходящее, только когда до неё дошёл смысл собственных слов. Поняв, что сообщила о приёме противозачаточных, следовательно, и готовности принять нового любовника прямо сейчас, Вика резко замерла, а затем с силой оттолкнула Марка и рванула к дому.

Молниеносные сборы, во время которых Марк тщетно пытался извиниться и завести диалог. Трудная и долгая дорога, наполненная душевными переживаниями. И вот она сидит в квартире дяди и тёти, не решаясь ехать домой, напуганная неопределённостью, совершёнными ошибками и самое ужасное – сомнениями.

Анализируя результаты поездки, Вика с удивлением поняла, что переживает вовсе не из-за угрызений совести от интрижки с Марком. Сейчас её тревожило не то, насколько близко она допустила к себе другого мужчину, а собственная неожиданно сильная реакция. Она оказалась такой мощной, что становилось страшно. И это была большая, очень большая проблема. Ведь ей не только понравилось целоваться с Марком, она наслаждалась любовной игрой, которую спровоцировала. И самое ужасное заключалось в том, что дело было вовсе не в симпатии к этому мужчине. Ни его приятная внешность, ни сильное тело не волновали её до тех пор, пока он к ней не прикоснулся. И если она чуть не потеряла голову от поцелуев с неинтересным, ничего не значащим для неё партнёром Йонаса, что будет, когда она останется один на один с Филом? Человеком, которого когда-то боготворила, которого помнила все эти годы, о любви которого мечтала несмотря ни на что? Ей же придётся с ним целоваться, позволять ласкать себя, вновь пробовать на вкус его губы. Придётся оказаться с ним в одной постели, ощущать аромат его тела, упираться руками в твердую грудь…

От нахлынувших воспоминаний о Филе Вика почувствовала такой сильный блаженный трепет и тяжесть в животе, что едва удержалась от стона. Она даже мечтательно улыбнулась, представляя, как приятно будет снова обнять этого красавца, утонуть в бездонной синеве его глаз и обязательно услышать, что он бесконечно скучал и страдал без неё все эти годы.

– Дура, дура, дура! Забыла, что он с тобой сделал? – крикнула она в пустоту, ужасаясь собственным мыслям.

Вика крепко зажмурилась, заставляя себя вернуться в тот день, когда она, избитая и остриженная почти наголо, без денег и вещей была вынуждена идти пешком несколько километров, чтобы добраться до дома, в котором её никто не помнил и не ждал. Однако сегодня эти воспоминания, подпитывающие её ненависть все предыдущие годы, почему-то не производили должного эффекта. Вика то и дело ловила себя на мысли, что никогда ни с кем не обсуждала случившееся, а значит, знала только свою часть истории. Но что, если она что-то упустила? Вдруг Фил тогда искал её и не нашёл? Ведь, кроме её сумасшедшей бабки, никто и понятия не имел, куда она могла бы направиться. Или она просто ищет ему оправдание, потому что на самом деле хочет не отомстить, а вернуть Фила?

– Нет! – визгнула Вика, обхватив себя руками. – Он виноват! Виноват во всём! Он едва не разрушил мою жизнь! Ни о каких чувствах и речи быть не может! Я затащу его в кровать и изображу близость. Но только для того, чтобы пригласить на это зрелище всех участников свадебной церемонии, которых получится. Всех! Его родителей, негодяя брата и невесту. Пускай они тоже примерят на себя ту безысходность и боль, как когда-то я. Считали меня проблемой и угрозой для вашей безупречной семьи, что ж, я с радостью узаконю этот титул.

Вновь ощутив привычные гнев и раздражение при мысли о Филе, Вика успокоилась. Взяв себя в руки, она пришла к выводу, что все её нынешние сомнения и безумные рассуждения – это просто влияние окружения, в котором она находилась последние годы. Дядя, тётя, Костя, они, должно быть, «заразили» её верой в то, что мир не без добрых людей. И только поэтому она ищет хорошее там, где его никогда не было и не будет.

Глава 4

Бросив ключи от своей квартиры на консольный столик в прихожей, Вика устало вздохнула и поплелась в сторону ванной. Костя, так же как и её дядя, должен был вернуться из командировки завтра, так что у неё было время привести и себя и свои мысли в порядок.

– Ого! Что случилось с твоими волосами? – Костя появился из гостиной так неожиданно, что Вика от испуга вскрикнула и прижала руки к груди.

– Почему ты дома? – неуверенно улыбнулась она, стягивая с запястья резинку, чтобы убрать в хвост торчащие во все стороны пакли.

– Закончил раньше и решил сделать сюрприз. Я так соскучился по своей прекрасной невесте. Неделя без тебя – это целая вечность. – Костя притянул Вику к себе и, страстно поцеловав, развернул её в сторону спальни. Уложив на кровать, он начал спешно скидывать с неё одежду, однако Вике от подобного приветствия было не по себе. В любой другой день она приняла бы его с восторгом, но не сегодня. Из-за того, что выглядела как чучело, ведь озёрная вода превратила её волосы в половую тряпку с длинным запутавшимся ворсом. И особенно из-за того, что, прежде чем заниматься любовью с Костей, ей отчаянно хотелось принять душ, который смыл бы и дорожную пыль, и недавние прикосновения другого мужчины. Вика чувствовала себя настолько грязной, что никак не могла расслабиться. Только сейчас она до конца осознала, как много позволила Марку и какой безумной, непоправимой ошибкой это едва не закончилось. Ей казалось, что на её теле не осталось ни одного сантиметра, к которому бы он не прикоснулся, и Вику это ужасало.

– Я скоро вернусь. Мне неловко, я… не очень чистая, – вырываясь из объятий любимого, пробормотала Вика. Однако Костя в ответ лишь крепче прижал её к себе и улыбнулся своей ослепительно-белоснежной улыбкой.

– Никуда ты не пойдёшь! Ты всегда такая красивая, ухоженная и настолько безупречная, что этот неожиданный образ маленькой ведьмочки сводит меня с ума. Я даже рад, что застал тебя врасплох, не расчёсанную, потому что теперь знаю про тебя всё. Ты на самом деле идеальна!

Он хохотнул, глядя на причёску Вики. А она, хоть и не стала больше сопротивляться, принимая его внимание, ощущала себя прескверно. Она ведь чуть не изменила ему с едва знакомым человеком. И ради чего? Ради призрачной надежды оказаться на свадьбе другого, ненавистного ей мужчины? К счастью, умелые ласки Кости очень скоро заставили Вику забыть обо всех её душевных терзаниях, уступая место удовольствию. В его объятиях было так хорошо, уютно и спокойно. Своими словами и действиями Костя словно очистил её тело и душу, приведя к пониманию того, насколько всё вокруг неважно, если рядом есть любимый.

***

– Ну, так что с тобой такое приключилось? Ни за что не поверю, что ты по доброй воле намочила волосы вдали от фена.

Костя заботливо отодвинул для Вики стул, приглашая её за стол и открывая коробки с заказанной из ресторана едой. Вообще-то, чтобы полностью забыть своё недостойное поведение в Финляндии, Вика была решительно настроена приготовить на ужин нечто особенное. Занимаясь любовью с Костей, она освободилась от чувства вины из-за интрижки с Марком, и теперь ей оставалось только успокоить совесть за своё кулинарное предательство. Однако порадовать любимого мужчину изысканными блюдами у Вики не получилось. То ли не желая ждать, то ли жалея свою уставшую невесту, Костя решил этот вопрос по-своему. И когда Вика вышла из ванной, её уже ждала ароматная еда.

– Я упала в озеро, – соврала она, делая вид, что увлечена изучением доставленных блюд.

Обсуждать с Костей своё недавнее времяпрепровождение Вика, конечно, не могла. Однако и держать в себе информацию о поездке тоже была не в силах. Ей очень хотелось поделиться с ним своим душевным дисбалансом, попросить совета, защиты. И потому она решила быть откровенной настолько, насколько это возможно в данной ситуации.

– Ты только не ворчи на меня, но выходные я провела не в Зеленогорске, а в Хельсинки. Просто вы все всегда так нервничаете, когда я куда-то еду, особенно на машине, что я не решилась вам сказать о своих планах. Ты бы отговаривал, а Нина в жизни бы не дала мне «мерседес» Эдуарда, если бы узнала куда я собираюсь.

– Хм. Ладно, – недоверчиво покачав головой, пробормотал Костя. Ему явно не понравились слова Вики, однако он старательно делал вид, что его не задел обман невесты. – Ты сегодня прямо ходячий сюрприз.

Он немного помолчал, видимо, обдумывая как правильнее отреагировать на ситуацию, и, к большому облегчению Вики, выбрал позицию друга, а не строгого учителя.

– А ещё ты, оказывается, очень смелая, раз решилась на такую дорогу на машине Эдуарда, – улыбнулся Костя, целуя Вику в макушку. – Он с ума сойдёт, если узнает. Вспомни, сколько нервов было в прошлый раз. А ведь тогда это была безобидная поездка по магазинам. Ты хотя бы догадалась стереть данные с видеорегистратора? Зеленогорск Эдуард, возможно, сможет переварить, а вот Финляндию… Кстати, зачем ты туда рванула?

– Регистратор почистила! – гордо сообщила Вика, с аппетитом уплетая салат. – А поехала, потому что… Одна моя… старая знакомая из Выборга выходит замуж. Она живёт в Хельсинки, и мы не то чтобы дружим. Но побывать в мире красивых нарядов, тортов и цветов мне полезно. Там подготовка вовсю идёт, это интересно. Правда, съездила я впустую. Свадьба планируется с размахом, мне такое не подходит. Да ещё и ничего купить не успела. Зато умудрились нырнуть в озеро на обратном пути. На границе была пробка. Вот я и решила заехать освежиться, но берег был скользкий, и в результате только время потеряла, так как пробка никуда не делась. Такая история.

– Ладно, – Костя снова немного нахмурился, давая понять, что совсем не одобряет поездку, однако говорить вслух этого не стал. Вместо того чтобы поругать её за безрассудство, он, к удивлению Вики, подсел ближе и, обняв, уткнулся ей в шею. – Я рад, что ты наконец-то начала думать о свадьбе. Мне тоже не близка идея торжества, как ты говоришь, «с размахом». Поэтому предлагаю вот что: как только мы с Эдуардом подпишем договор, я сразу увезу тебя на какой-нибудь тропический остров. Представь – ты, я, пальмы, тёплый песок, коктейли и, если захочешь, тихая свадьба на берегу моря.

– Мне нравится. – Вика отложила приборы и уселась Косте на колени. – Не терпится взять твою фамилию.

– О, так это просто коварный план по смене фотографии в паспорте? Ты поэтому за меня выходишь? – хохотнул Костя, но тут же принял виноватый вид. – В четверг мы с Эдуардом Георгиевичем улетаем в Данию на неделю. Потом, возможно, в Норвегию… Это последняя долгая поездка, обещаю! – быстро добавил он, видя, как Вика надула губки. – Дела почти закончились. Дальше мы с твоим дядей сами по себе. Несколько командировок по паре дней, и я весь твой! Кстати, ты уже решила, как поступишь с работой? Останешься или уйдёшь?

– Не знаю. Сейчас я не хочу об этом думать. Давай сначала определимся с датой свадьбы. – Она крепко обняла Костю и глубоко вздохнула. – Я тоже обещаю, что больше не поеду так далеко одна. Эта поездка была огромной глупостью. Но ты, если хочешь, можешь забрать ключи от моей машины с собой, для подстраховки. Я её в среду забираю из сервиса.

Вика весело улыбнулась и снова вздохнула. Однако на этот раз вовсе не от печали или горечи сомнений, а от блаженного облегчения. Сейчас, в объятиях Кости, она была полна решимости оставить своё прошлое в прошлом. Как он верно отметил, скоро у неё будет новый паспорт, новое имя и новая жизнь.

Глядя в большие голубые глаза своего жениха, любуясь пушистыми ресницами и пухлыми губами, перебирая в руках его светлые, немного вьющиеся мягкие волосы и прижимаясь к крепкому телу, Вика никак не могла понять, с чего она вообще решила, что не будет счастлива, пока не отомстит Филу? Она ведь почти не вспоминала о нём с момента знакомства с Костей. И у неё нет ни малейшего желания думать о старых обидах, когда рядом любимый мужчина.

Снова проанализировав ситуацию, Вика пришла к выводу, что её просто задело известие о свадьбе бывшего парня. Да и то только потому, что она сама недавно согласилась вступить в брак и не хотела, чтобы кто-то ощущал такую же радость, особенно люди, которым она не желала ни добра, ни семейного благополучия.

Впрочем, о поездке в Финляндию Вика вовсе не жалела. Конечно, искать встречи с бывшим, ночевать в доме незнакомого мужчины и флиртовать с ним было неправильно. Однако, как ни странно, это помогло ей не только понять силу своей любви к Косте, но и осознать всю степень нелепости затеи с местью.

«Да Фил уже давным-давно наказан! Мало того, что женится на какой-то серой мыши, неотличимой в толпе от своих блёклых подружек. Так он ещё и ничего не добился в жизни, работая на подхвате в фирме своего папочки», – размышляла Вика, раздосадованная тем, что не догадалась посмотреть на ситуацию под этим углом раньше. Сейчас ей было даже смешно думать о недавних планах. Ведь появиться перед Филом во всей красе и сообщить о своих успехах было бы жестоким шагом. Он всего лишь неудачник, женящийся на глупой заурядности. Тогда как она – яркая красавица, от которой теряют голову практически все мужчины, выбравшая в спутники жизни само совершенство.

Да ей достаточно было просто поговорить с невестой Фила, рассказать о Косте, показать его фотографию, и Ханна сама бы отменила свадьбу, поняв, что её выбор очень далёк от определения «идеальный мужчина». Конечно, Фил был высок, привлекателен и хорош в постели. Однако добавить к этому списку положительных качеств больше нечего. А вот перечислять достоинства Кости можно было бесконечно: под два метра ростом, с прекрасной фигурой, смуглой кожей и выразительными чертами лица – он, в отличие от бездельника Фила, в свои тридцать два уже возглавлял успешную консалтинговую компанию, говорил на трёх языках и даже умел рисовать. Очень красивый, обеспеченный, умный, щедрый, идеальный. Невозмутимый и серьёзный в работе, дома Костя всегда оставался весёлыми и добрым. А уж что до романтики, то здесь жениху Вики просто не было равных.

Они познакомились в бизнес-центре, где располагался офис Эдуарда. Вика тогда поскользнулась на мокром полу вестибюля и разбила себе колено. А подоспевший на помощь Костя, заехавший в здание по делам, как он сам позже признался, в этот же момент был ранен в самое сердце её красотой. Через полгода невероятных свиданий, цветов, подарков и путешествий он сделал Вике предложение прямо на борту авиарейса «Санкт-Петербург – Париж». И хотя тогда она его не приняла, по возвращении с той поездки он уговорил её жить с ним вместе. Недоверчивая и немного напуганная таким стремительным развитием событий, Вика поначалу очень переживала. Она боялась, что подобная спешка может разрушить эти важные для неё отношения. Однако шло время, а их союз становился только крепче и лучше. Так что, когда в начале июня Костя привёл её на крышу Исаакиевского собора, выше смотровой площадки, и, сравнив с обитающими там ангелами, снова спросил о свадьбе, Вика не задумываясь сказала «да».

Правда, поразмышлять о своём новом статусе ей толком не удалось, потому что уже на следующий день её ждали новые эмоции и заботы. Оказалось, что предприимчивый Костя, который, как выяснилось, давно всё продумал, приобрёл для их будущей семьи роскошные апартаменты и даже подготовил к ремонту нынешний дом. Переезд в её небольшую по сравнению с Костиной квартиру, машина как подарок на помолвку, встречи с дизайнером. От всего этого у Вики голова шла кругом. А после очередного скучнейшего разговора с дамой, оформляющей их новый дом, в котором Костя очень серьёзно принялся размышлять, какую из комнат нужно оставить под детскую, Вика решила взять перерыв и заниматься пока только свадьбой. Её безумно утомляли бесконечные обсуждения внутреннего убранства квартиры и постоянный выбор отделочных материалов и покрытий. Прожив бо́льшую часть жизни в крохотной комнатке с низким потолком, Вика до сих пор не очень понимала, зачем людям нужно так много лишнего пространства. Конечно, ей нравились апартаменты дяди, большая уютная квартира Кости и её собственная роскошная евродвушка – щедрый и необъяснимый подарок «родственников». Однако привыкнуть к тому, что во всех этих домах есть комнаты, в которые жильцы почти не заходят, Вике было трудно. Именно поэтому она сухо обозначила своему жениху предпочтительную цветовую гамму в оформлении, чётко дала понять, чего хочет от кухни, и, заявив, что верит в рай в шалаше, пообещала принять участие только в выборе кровати.

К счастью, Костя к её нежеланию заниматься ремонтом отнёсся с пониманием. Впрочем, он никогда особенно не настаивал, если видел, что его возлюбленная не настроена на беседу или не хочет чего-то делать. Вике иногда казалось, что он не лезет ей в душу, боясь случайно обидеть или ранить её чувства. И именно это качество Кости она особенно ценила. Он наверняка знал от Нины кое-какие подробности прошлой жизни своей невесты. Однако не подавал виду и не допытывался до правды, видимо, ожидая, когда Вика сама о себе расскажет. Вот только делать этого она не хотела. Вика понимала, что это нечестно. Она выходит за Костю замуж, и им придётся об этом поговорить. Но спешить не собиралась. Правда, вовсе не потому, что не доверяла или боялась жалости. Вообще-то, ей давно нужен был человек, с которым она могла бы обсудить свои трудные детство и юность. Вика просто не знала, как это сделать. Единственный, кому она однажды полностью открылась, был Фил, и закончилось это плохо. Так что теперь каждый раз, когда Вика набиралась мужества для разговора, в последний момент останавливала себя в суеверном страхе. И переступить эту черту у неё не получалось даже при общении с Ниной. Вика знала, как тётя из-за этого переживает, однако ничего не могла с собой поделать. Усугублялась ситуация ещё и тем, что ей до сих пор было неизвестно, насколько сильно её новые родные вообще осведомлены. По версии Вики, узнать о её существовании чета Ланцовых могла только от бывшей школьной учительницы. Эта милая женщина была единственным неравнодушным человеком, который пытался хоть как-то раскрасить её жизнь. Правда, до сих пор непонятно, почему вообще Нина и Эдуард решили прийти на помощь совершенно незнакомой девушке, приняв как родную. Однако завести с ними подобный разговор, не рассказав всю свою историю, было невозможно. А делиться деталями своего детства Вика не только не хотела, но и боялась. Ей до сих пор было стыдно и неприятно вспоминать где, в каком виде и состоянии её нашли Нина и Эдуард. И хотя Вика знала, понимала, что ни в чём не виновата, холодела от мысли, что эти люди, ставшие ей семьёй, могут её разлюбить, если узнают о ней всё. Именно это и случилось в истории с Филом. До того рокового дня, когда Вика рассказала ему все подробности своей жизни, их отношения можно было назвать идеальными. Они строили совместные планы и даже обсуждали, где будут жить. Однако узнав о семье возлюбленной, молодой и амбициозный Фил, видимо, не захотел или испугался возможных трудностей и последствий.

Так что теперь, нежась в безопасных объятиях Кости, мужчины, который её безумно любит, Вика была твёрдо настроена всё забыть и жить дальше. Месть Филу, глупая интрижка с Марком, сейчас это казалось чем-то далёким и ненастоящим. Недавние сомнения быстро стёрлись из памяти под натиском поцелуев Кости. И, засыпая, Вика думала о том, что все её безрассудные действия имеют под собой очень даже благодатную почву. Ведь, как оказалось, поездка в Финляндию вывела её из равновесия не потому, что она всё ещё неравнодушна к Филу или запала на Марка. Оказывается, все эти так внезапно накатившие эмоции были оттого, что она больше не видела в людях угрозы, не ждала от них боли и предательства, раз смогла так расслабиться в присутствии незнакомца. И вполне возможно, что её недавние попытки оправдать Фила – это не возрождение былых чувств, а признак того, что она наконец-то нашла в себе силы его простить.

Глава 5

Раскачиваясь в удобном шезлонге, Вика рассеянно слушала болтовню Нины о предстоящем вечере. Каждую субботу все окрестные дамы большого элитного посёлка собирались вместе, чтобы обсудить итоги недели, а точнее, перемыть косточки всем, кому было возможно. И именно поэтому Вика глубоко вздыхала, размышляя, чем занять себя в выходные. Сегодня и, скорее всего, завтра тоже её приёмной тёте будет не до спокойных бесед и тихих семейных посиделок. На этот раз эта красивая, высокая, пышнотелая брюнетка удостоилась чести быть хозяйкой вечера, а это означало, что к понедельнику бюджет Ланцовых похудеет на кругленькую сумму. Будучи женщиной восприимчивой и исполнительной, Нина всегда стремилась к совершенству, зачастую перегибая палку, чтобы не ударить в грязь лицом и, как она любила повторять, сохранить репутацию мужа.

– Деньги тянутся к деньгам, – в очередной раз оправдывала она свои неуместные траты. – И если люди будут видеть, что у Эдика всё хорошо и богато, то ему это только на пользу. Инвесторы, партнёры, новые контракты. Ты и я – это лицо благосостояния нашей семьи, и мы обязаны поддерживать его при любых обстоятельствах. Особенно сейчас, когда всё висит на волоске и мы на грани разорения. Хорошо, что Костя уже почти твой муж и относится к делу со всей ответственностью. Это немного успокаивает.

Нина громко вздохнула, подняв глаза вверх, словно собираясь расплакаться.

А вот Вика хоть и ответила тёте утвердительным кивком, едва сдержала улыбку. Конечно же, компании Эдуарда ничто не угрожало. Он нанял Костю как бизнес-консультанта не потому, что испытывал финансовые трудности, а для того, чтобы преумножить свои капиталы. Причём, как поняла Вика, это был крайне взаимовыгодный союз. Ведь в обмен на свои услуги Костя получал не только крупный гонорар, но и новые бизнес-возможности, которыми её дядя был готов щедро поделиться, раз уж они собирались породниться. И всё это как бывший главный бухгалтер фирмы мужа Нина прекрасно знала. Судя по всему, заведя этот разговор, она уже начала репетировать свой сегодняшний образ в котором выставит Эдуарда непотопляемым титаном, а Костю спасителем империи Ланцовых. А это означало, что Вике пора было собираться в путь, пока тётя не вспомнила о предстоящей свадьбе и не принялась выдавать гениальные идеи по поводу её организации.

– Хорошо вам провести время, – улыбнулась Вика, целуя Нину в щёку. – Встречаюсь с подружками, приеду в понедельник, – ответила она на немой вопрос тёти. И, пока та не опомнилась, быстро удрала в дом.

Стоя в очередной пробке душного пыльного города, Вика нервно перелистывала список контактов, пытаясь придумать, чем себя занять. Она ужасно скучала в отсутствие Кости и сейчас была готова на встречу даже с самыми неинтересными знакомыми, лишь бы не сидеть одной в четырёх стенах, рискуя вернуться к опасному самоанализу.

После поездки в Финляндию и неожиданного прозрения прошла почти неделя, и пока что никаких приступов гнева и очередного желания мстить Вика не ощущала. Однако расслабляться и доверять своему спокойствию тоже не спешила. Во-первых, за все эти дни она ни разу не оставалась одна и не имела возможности всё хорошо обдумать. А во-вторых, немалую роль здесь играло отсутствие естественного источника раздражения, потому что, решив покончить с прошлым, Вика в тот же день избавилась от всех приложений в телефоне, где имелась информация о Филе и его невесте. По этой же причине буксовал и вопрос организации свадьбы. Полностью удалять аккаунты Вика всё же не стала, а доступ в интернет через компьютер грозил перерасти в очередную слежку за финскими недругами.

– Ой, да к чёрту! – нервно фыркнула она, сбрасывая звонок, так как последний приемлемый собеседник из всего списка контактов гордо сообщил, что находится за городом и настоятельно советовал последовать этому всеобщему примеру. – Да и что я так переживаю, посижу дома, почитаю про отели, выберу свадебное платье. И даже если зайду куда не нужно, всё равно больше, чем раздражение, ничего не испытаю. Эти дураки небось шляются по магазинам, надеясь, что красивые вещи скрасят их убогий быт. А вообще, попсихую-ка я на них лучше в пробке, чем дома, – проворчала она, заново скачивая одно из удаленных приложений. – О-бал-деть! – протянула Вика, как только взглянула на страничку Ханны. – Вы что, издеваетесь?!

Она нервно усмехнулась и даже тряхнула головой, чтобы прийти в себя, потому что к последнему сообщению невесты Фила, написанному полчаса назад, была добавлена фотография внутреннего убранства известного торгового центра в самом сердце Санкт-Петербурга. Ниже шёл длинный комментарий, восхваляющий Фила, который, по мнению Ханны, был настолько важным и значимым, что ездил по делам за границу. И, конечно же, куча восторженных слов о своём первом путешествии в Россию.

Правда, всё это Вика читала невнимательно, думая лишь о том, что сейчас от Фила её отделяют каких-то пятнадцать, двадцать минут езды.

– Ну держитесь! – победоносно улыбнулась она, разворачивая машину и доставая из сумки косметичку. Все её установки и решения не связываться с Филом были тут же забыты, правда, с корректировкой в плане мести. Конечно, Вика всё ещё не желала влюблённой парочке долгих лет семейного счастья, однако после истории с Марком рисковать своей девичьей честью больше не хотела. Достаточно было и того, что творилось с её сердцем при мысли о скорой встрече с Филом. Учащённый, словно после пробежки, пульс, головокружение и тянущее чувство ожидания. Всё точно так же, как тогда, когда она шла к нему на свидание, понимая, что они впервые будут близки.

«Ох и не повезло же тебе сегодня, дорогой, – вредно усмехалась Вика, пытаясь отбросить нежелательные эмоции и унять внезапно накатившую дрожь. – Мало того, что тебе придётся сравнивать свою бесцветную невесту со мной, так ещё и беситься от мысли, насколько хорошо идут мои дела. А уж я постараюсь преподнести это максимально ярко и с обязательным уклоном на то, что я давно забыла о твоём существовании. Уж поверь, я не только дам понять, что наши прошлые отношения для меня никогда ничего не значили, но и сделаю так, что ты, Фил, почувствуешь себя полным неудачником на фоне идеального Кости!»

Размышляя над этим, Вика ощущала небывалый прилив энергии и злорадной радости. Она ни секунды не сомневалась, что именно сегодня поставит точку во всей этой истории, оставив последнее слово за собой. Теперь Филипп Лайне будет кусать локти, потеряв покой и сон от гнетущей мысли, что упустил шанс связать жизнь с такой девушкой, как она.

Припарковав машину поближе к лифту указанного Ханной торгового центра, Вика сменила балетки на босоножки и величественно направилась к входу, разбивая тишину подземной парковки звонким цоканьем высоких каблуков. Поднявшись сразу на третий этаж, она глубоко вздохнула и принялась внимательно осматривать многочисленных покупателей. По её мнению, влюблённая парочка уже должна была переместиться куда-то сюда. Ведь с момента последней выложенной фотографии Ханны прошло сорок минут, а тратить столько времени на один этаж Фил бы вряд ли согласился. О том, что финские гости могли давно покинуть здание, Вика старалась не думать. Если это так, то кусать локти, потеряв покой и сон от гнетущей мысли об упущенном шансе, придётся именно ей, а это в её планы совсем не входило. Однако пока на её пути не встречался никто даже более или менее напоминающий искомые объекты и, обходя этаж в третий раз, Вика начала не на шутку волноваться.

– Вот сейчас могла бы быть и поактивнее в своём стремлении докладывать миру о каждом сделанном шаге! – теряя терпение ворчала она, обновляя страничку Ханны, на которой, к сожалению, не было никаких изменений. – Ну где же вы шляетесь? – Вика прислонилась к перилам и сосредоточилась на изучении этажа ниже.

– Ты не меня ищешь, красотка? – прогрохотал рядом грубый мужской голос.

– Опять ты? – закатив глаза, фыркнула Вика, отходя от стеклянного ограждения и направляясь к эскалатору. Этот смазливый и чересчур уверенный в себе молодой человек был её попутчиком в лифте, когда она поднималась с парковки. И с тех пор подходил с предложением о знакомстве уже в третий раз, раздражая своим упорством.

– Я повторяю: замужем, не интересуюсь! – рявкнула она, когда он устремился за ней и пристроился рядом.

– Так за мужем или при муже? – продолжал басить парень. Он встал на ступеньку ниже и взял Вику в кольцо, положив руки на движущиеся поручни эскалатора.

– Ты серьёзно? – она раздражённо фыркнула, отодвигая своего назойливого попутчика и игнорируя его попытку помочь ей покинуть подъёмно-транспортный механизм. – Послушай меня внимательно, я не стану… – Вика развернулась к парню лицом, но тут же осеклась и, тихо ахнув, крепко ухватилась за его руку. – Вот чёрт! – еле слышно пробормотала она, спрятавшись за новым знакомым, потому что в этот же самый момент из-за угла появилась пара, встречи с которой она так желала.

Яркий, высокий, красивый Фил настолько выделялся из толпы, что она обратила бы на него внимание, даже если бы не искала. А от вида того, как этот мужчина смотрит на свою спутницу, нежно обнимая за талию, Вике хотелось закричать в голос и, отбросив соперницу, спрятать от неё человека, который так долго владел её душой.

– Эта встреча плохая, очень плохая идея, – пробубнила она, крепче сжимая плечо парня. У Вики было такое ощущение, что её сердце не просто ушло в пятки, а покинуло тело вовсе. Она испытывала что-то среднее между оцепенением и удушьем, словно забыв, как нужно дышать. Сладкие воспоминания о проведённом вместе времени, горькие моменты расставания, страсть, боль, желание, обида. Всё это так перемешалось, что Вика с трудом осознавала окружающий мир. Единственное, что оставалось реальным, это понимание того, что Фил, её Фил, счастлив и любит другую женщину. Причём настолько, что готов на ней жениться. А это означало, что всё действительно кончено, и ей нужно уходить. Ведь если она не в состоянии смотреть на это даже мельком, то о более долгом общении и говорить не приходится. Она проиграла. Проиграла ещё тогда, семь лет назад, и с этим ничего нельзя было поделать. Фил никогда больше даже не взглянет в её сторону, никогда не обнимет и не скажет, как скучал всё это время.