Читать книгу "Граф Суворов. Книга 19"

Глава 3

Глава 3

– Ваше величество, к вам Луиза… – выглянув из своего кабинета, сказал Василий с чуть виноватым выражением лица.

– Только её нам тут для полного счастья и не хватало, – вздохнул я, на несколько секунд всерьёз задумавшись, не сказать ли, что занят.

Девушка у нас почти как своя, живёт в том же крыле, что и Линью с Фатимой. Учитывая их штат слуг, можно сказать, что у нас под боком образовалось женское посольство Китая, Германии и… Ашхабада?

Индийского принца, вместе с его наставником Айо, мы поселили в выкупленном для этого доме на берегу Невы. На тренировки они приходили каждый день, что значительно ускорило прогресс у многих. Но конфликт между странами стал явственно виден на холодных отношениях между Линью и Акбара.

Впрочем, неважно. Как-то умудряются жить, поддерживать связи друг с другом и родиной, ходят на занятия и в целом есть-пить не просят. Почти. Хотя денег на содержание охраны и здания в год уходит примерно столько же, сколько стоит построить малый корвет. Но эту проблему проще игнорировать.

Главное – Луиза воспринималась мной как просто подруга и ученица, но при этом не перестала быть принцессой другой державы, со всеми привилегиями и вытекающими из этого проблемами. И игнорировать её запрос на встречу можно, но она, скорее всего, это поймёт. Да только поселив её во дворце, мы тем самым сняли целый ряд процессуальных ограничений.

– Запускай, – махнул я, пытаясь представить, что ещё могла она учудить. В какой-то мере Луиза напоминала мне Машу, вернее, тогда ещё Марию Холодец. Своей целеустремлённостью и прямо декларируемой целью – выйти замуж. Но была в целом значительно мягче и спокойнее.

– Её императорское высочество, герцогиня… – начал было официальную шарманку Василий, как того требовал протокол, но девушка лишь махнула рукой, что было совершенно неожиданно, ведь она сама запросила эту встречу.

– У вас проблемы, ваше величество, – коротко сказала она.

– И тебе добрый день, – ответил я, с мысленным вздохом вспоминая все те свёрнутые окна с отчётами и панорамами с кораблей.

– Я не про юг. Только что брат рассказал мне, что Людовик просит свободный пролёт над Балтикой, – с ходу огорошила меня новостью принцесса.

– Если это попытка привлечь внимание или шутка, ваше высочество, то довольно дурацкая, – холодно сказал я.

– Вы думаете, я опущусь до такого, ваше величество? – глаза Терезы сверкнули, она выпрямила и без того, казалось, прямую спину и выросла на целых… полсантиметра. Как была мне до подбородка, так и осталась, но, учитывая, что я сидел, умудрялась смотреть на меня свысока и метать молнии.

А до меня вдруг дошло, что для Германии передача таких сведений без разрешения императора – почти государственная измена. Хотя я бы поставил на контролируемый слив нужной информации. И всё равно шаг смелый. Чертовски смелый. Который может сказаться на отношении к ней в её семье.

– Прошу прощения, ваше высочество, – чуть поклонился я. – День обещает быть трудным. И что же на их запрос ответил ваш отец?

– Взял время на раздумье и обсуждение вопроса с парламентом, – без утайки ответила Луиза.

– Возможно, я не до конца понимаю его мотивацию, но мне казалось, что ваш отец хочет остаться самостоятельным игроком и лично определять курс государства.

– Не лично, а с советниками, – на всякий случай уточнила Луиза. – Но после объединения и возрождения Римской Империи мы не хотим терять свою независимость и достоинство. Слишком дорого они нам обошлись.

– Значит, решение будет принято не раньше, чем завтра, – кивнул я, вычленив для себя главное. – Благодарю.

– Если вы хотите повлиять на решение, а не просто реагировать на него, действовать нужно прямо сейчас, – возразила Тереза, чуть вздёрнув подбородок.

Такое замечание заставило меня нахмуриться. Я и вправду не подумал о том, что могу как-то изменить решение императора Германии. Но даже если предположить – в голову совершенно ничего не лезло. К счастью, я не один и даже если чего-то не понимаю, всегда могу обратиться за помощью к специалистам.

– Благодарю, ваше высочество. Прошу вас подождать в приёмной минут десять, – сказал я и проводил взглядом девушку, кивнувшую в ответ. После чего набрал несколько номеров. – Маша, можешь зайти?

– Сейчас? – уточнила супруга, в кои-то веки решившая сама уложить дочку. – Хорошо, через минуту.

К тому моменту, как она пришла, я уже включил видеоконференцию с Багратионом и Петром.

– Жаль вас отрывать, но вопрос срочный, – обратился я разом ко всем. – Тереза только что сообщила, что её отцу поступил запрос на проход флота ЕМ над Балтикой.

– Ну, мы к этому готовились, – подобравшись, казал Морозов. – Линкор в полном порядке и может выступать хоть сейчас.

– Решение пока не принято, и разрешение Вильгельм не давал. Пока что, – уточнил я. – Принцесса намекнула, что мы как-то можем на него повлиять, вот только я не соображу, как именно.

– Ты уверен, что она именно об этом намекала? – с усмешкой спросила Мария. – А не о том, что готова ради тебя даже сливать государственные тайны.

– Об этом я и сам подумал, но это всё-таки разные вещи.

– В таком случае стоило бы попробовать организовать переговоры с немцами, – высказал идею Леонид.

– Только вот доверенные дипломаты у нас в Анкаре. А отправлять неизвестно кого нельзя, – покачал я головой.

– Ну так отправьте тех, кому доверяете, – не раздумывая ответил Багратион.

– Одного из вас? А если это ловушка?

– Вы украли мои слова, – улыбнулся Леонид. – Отправлять Петра Николаевича нельзя, он одна из главных ударных сил России. Меня – не стоит. Я, может, и найду общие темы для разговора с их представителем, да только все знают специфику нашей работы и будут воспринимать все мои слова как ложь или манипуляцию.

– Остаются только Мария и я сам, – проговорил я и поморщился.

– Ни у тебя, ни у меня нет должного опыта в переговорах. – неожиданно возразила первая супруга, хотя мне казалось, что она ухватится за эту возможность, чтобы проявить себя. – Мало того, ты, дорогой, ещё и в этикете ничего не смыслишь. И не раз это уже показал на практике. На приёмах это ещё простительно, на официальных переговорах может привести к катастрофе.

– Вряд ли они будут так уж строги ко мне, если хотят дальнейшего сотрудничества, – сказал я, скрестив руки на груди.

– Если бы они были так позитивно настроены, то и переговоры бы не понадобились. Да и самого варианта, при котором они откроют своё небо для прохода флота, просто не возникло бы, – возразила Мария.

– Государь должен заботиться о своём народе, – спокойно сказал Пётр. – Так что император Вильгельм сделает то, что должен, во благо своей страны. Мы же должны показать, что сотрудничество отвечает нашим общим интересам.

– И что мы ему можем предложить? – постучал я пальцем по столу.

– Кроме очевидного? – улыбнулся Морозов.

– Да, с ресурсами всё понятно, не обязательно воевать, чтобы получить ресурсы. Мы можем сделать на них скидку, – предположил я.

– Я имел в виду ваш брак, – хмыкнул Пётр Николаевич. – К слову, принцесса вполне могла передать эту новость именно с целью его ускорения.

– Могла, – поморщившись, кивнул я.

Не скажу, что упорство Луизы мне неприятно. Люблю целеустремлённых женщин, ничего не могу с собой поделать. Но в то же время, у меня одна такая уже есть, и в периоды её плохого настроения приходится либо подправлять ей ауру и энергетический баланс, что не слишком хорошо для её развития, либо терпеть и отстраняться. К тому же Тереза, хоть и живёт с нами, скорее знакомая, чем подруга. А уж на любовь наши отношения тем более никак не тянут.

Да и страсти между нами нет. В этом плане всю мою сексуальную энергию забирает на себя Ангелина, неугомонная и ласковая. А когда копится негатив, мы преобразуем его вместе с Марией.

– Так или иначе, мы можем выслать свои предложения. Ну, скажем, рассмотреть сотрудничество в Балтийском море и ограничение судоходства для третьих стран, – продолжил Пётр. – Возможно, придётся туда же привлекать Норвегию и Швецию. К нашему счастью, они пока в ЕМ не вступили.

– Зато плотно состоят в Лиге Наций и зависят от поставок общества Теслы, – напомнил Багратион-старший. – Если мы создадим такой союз, а на них надавят, он обернётся против нас, и все усилия пойдут прахом.

– А кому война между нами и Османской империей невыгодна? – спросил я, обведя взглядом всех собравшихся.

– Боюсь, ваше величество, что никому, – развёл руками Леонид. – Халифат давно и безнадёжно болен, но при этом достаточно велик. Наземных войск, природных ресурсов и территорий у него довольно. А ослабить нас – значит сделать податливыми и управляемыми. Даже если не захватить, получать всё, что им нужно, значительно дешевле.

– А кому невыгодно, чтобы мы выиграли эту войну?

– Всем, – жёстко ответил Пётр. – Наше дополнительное усиление пошатнёт и без того ослабшую власть европейских домов в Азии.

– Индия, – неожиданно сказала Мария и, когда все повернулись к ней, уточнила: – Им невыгодно наше ослабление. Даже если считать их с Китаем нейтральными, мы уравновешиваем их внешнюю политику. Ослабнем мы, ввяжемся в войну – ЕМ с новыми силами вторгнутся в большую Азию. Это ударит по Индии, а если она совсем потеряет хватку – уже Китай не станет стесняться.

– В результате страну разорвут на куски сразу после нас… – задумчиво проговорил Пётр, а затем кивнул. – Молодец, дочка. Мыслишь верно.

– Но и Китаю наше ослабление не сильно нужно, – после паузы отметил я. – У нас сейчас налажено технологическое сотрудничество. Это Европе нам нечего предложить в обмен на ресурсы, кроме своей пропаганды, а с восточными соседями у нас налажена взаимовыгодная торговля.

– Ну, вы скажете – ничего, – хмыкнул Пётр. – Всё же мы сами – Европа, у нас с ними много связей. И культура, выросшая из античной Греции, и традиции, перенимаемые Романовыми сотни лет.

– Это мы всё можем получить даром, для этого они не нужны. Суда? У нас свои, не хуже. ПВО и БМП? Тоже. Электронику в Европе почти не выпускают, а та, что выпускают – либо чрезвычайно дорогая, либо уступает нашей по качеству. Продукты питания поставляем мы: крупы, мясо… С вводом в строй северных мегатеплиц овощи тоже станут у нас куда дешевле.

– Но есть же ещё бытовая техника, гражданские машины, – заметил Леонид. – То, что нашим автопроизводителям никак не даётся, за исключением премиальных моделей для аристократов. Но их выпускают десятками, а не тысячами.

– Это значит, что надо пнуть Лазарева или вообще выпнуть, если он и с этой задачей не справится, – поморщившись, ответил я.

– Грузовики, в том числе для малых нужд, у нас вполне неплохие, – словно в оправдание министру промышленности заметил Пётр. – Лучше и дешевле европейских.

– Но граждане-то передвигаются в основном не на них, – покачал головой Багратион.

– Ладно, это вопрос не сегодняшнего дня. Всё, что поставляет Европа, мы можем либо заменить своим, либо китайским, либо отказаться без особых потерь для экономики, – решил я закончить пустой разговор, который надо было проводить с главами купеческих гильдий и промышленниками.

– Ну, насчёт автомобилей всё же стоит подумать. В Германии их тоже производят, причём больше, чем в остальных странах Лиги, – напомнил Леонид. – Если рассматривать торговое соглашение, то можно сделать на этом отдельный акцент.

– Это задача на будущее, и с Балтикой она никак не связана, – пожав плечами, сказала Мария. – Просто ещё один факт в копилку хороших отношений.

– Хорошо, впишем как один из пунктов. Но главное – кто и как сможет повлиять на императора. Если бы речь шла о ком-то другом, мог бы возникнуть вопрос, но, учитывая, что мы говорим о Вильгельме, думаю, логичнее всего попросить о помощи саму Луизу, – после короткой паузы предложил я.

– Боюсь, что из этого ничего не выйдет, ваше величество, – покачал головой Леонид. – Даже если она согласится, а этого не произойдёт. Как вы верно заметили, она его дочь и могла бы быть вашим представителем лишь в одном случае – если станет вашей супругой.

– Тогда бы и вопроса не возникло, – кивнул Пётр.

– Так что вам придётся выбрать кого-то другого. И сегодня же. Иначе они смогут педалировать обсуждение в парламенте и принять невыгодное для нас решение, – продолжил Багратион. – При этом должен быть соблюдён как уровень делегации, так и её компетентность, что в наших условиях почти невозможно. Слишком многие сбежали, сидят или мертвы. И часть вины за это лежит на моём ведомстве.

– Потрясающе… – вздохнул я, прикрыв глаза.

В этот момент в дверь постучали.

– Войдите.

– Прошу прощения, ваше величество, но в приёмной ожидают принцесса Линью и принц Акбар вместе с его наставником, – доложил Василий.

– Ну, конечно, – хмыкнул я, враз отбросив переживания и сомнения. – Прошу прощения, господа, придётся перейти только на звук. Позови их всех.

– Всех? – чуть удивлённо спросил Строгонов, но, когда я кивнул, без всяких сомнений вышел в приёмную

Через несколько секунд дверь снова открылась, и в кабинет вошли сразу несколько венценосных особ и Айо. Последний умиротворённо улыбался и без всякого стеснения подошёл к самому дальнему креслу и сел.

Тереза на это чуть вздёрнула бровь, хоть и знала его как наставника принца и признанного мастера, достигшего просветления и бессмертия души. Всё же у неё этикет был в крови, а вот брахман такой мелочью, как церемонии других королевств, не заморачивался. Ведь в этой жизни он понял всё, и что бы ни произошло, уже достроил свою лестницу в небеса.

– Прошу вас, присаживайтесь, – чтобы не развивать неловкую ситуацию, я сделал приглашающий жест рукой. – Похоже, брахман Айо пришёл чуть раньше, чем следовало, но тем самым подсказал мне выход из ситуации.

– Я лишь понял, где моё место в это время, – с улыбкой ответил он, разведя руками. – Пусть остальное решит судьба.

– Ну да, конечно. Если мне нужно будет перейти перевал с разбойниками, их там не будет, – кивнул я, когда остальные сели в подготовленные кресла. – А что насчёт вас, ваше высочество? Или вас позвали с собой?

– Не буду скрывать, мне намекнули, что моё появление будет желательно, – чуть улыбнувшись ответила Линью, к которой я обращался.

– Ох уж мне это провидение… Впрочем, всё верно. Её императорское высочество Луиза-Тереза Бурбон, принцесса Германии, передала мне тревожные новости, которые подтолкнули меня к мыслям о том, что раньше мне в голову не приходило. Долгосрочный союз стран, которым выгоден мир и процветание Российской империи.

Китаянка чуть заметно подняла бровь, ведь мы и так заключили множество соглашений, правда, в основном технологических и торговых. Индус легко и искренне улыбнулся, ведь союз, по которому Ангелы были переправлены на его родину, состоялся всего неделю назад. Но больше всех нахмурилась Тереза.

– И как сосед, который может повлиять на мировую политику, и как поставщик ценных и уникальных ресурсов, и как союзник, который может стабилизировать военный паритет, – продолжил тем временем я, – Россию можно рассматривать по-разному. Но каждый из вас является представителем страны, которая лишь выигрывает от сильной и мирной империи.

– Вы хотите сформировать союз? Сейчас? – удивлённо спросила Ли Линью.

– Альянс, – кивнул я. – Который должен стремиться к сохранению мира. Или, по крайней мере, к нераспространению войны. К удержанию её в строгих рамках.

– Вы же понимаете, что мы не можем заключать столь важные соглашения от имени наших стран? – чуть поджав губы, спросила Тереза.

– Я могу, – легко улыбнувшись, сказал индус. – Перед отлётом отец дал мне такое разрешение. А ваше недавнее честное и благородное деяние в очередной раз доказало правильность этого выбора.

– Увы, не могу сказать подобного о себе, – замявшись, проговорила Ли Линью. – Мне нужно встретиться с Комитетом Благополучного Будущего и получить от них разрешение.

– Я не стану вас торопить, – чуть разведя руками, ответил я. – Но если мы, пусть даже не создадим альянс, а просто договоримся о минимальном сотрудничестве, которое сможет вылиться во что-то большее позднее, то объединим около трети населения Земли, половину военного флота и четверть суши, неподвластной Пожирателю.

– Чего вы хотите от нас? – спросила Луиза, которую мои слова выбили из равновесия, но не заставили потерять самообладание.

– Только того, что вы сделали бы и сами: свяжитесь со своими правителями. Передайте им моё рамочное соглашение и готовность к переговорам для уточнения конкретных пунктов и условий. Если они окажутся заинтересованы, то дадут вам соответствующие полномочия. Ну или пришлют тех, кто ими обладает.

– Это будет несложно, – вновь кивнул индийский принц.

– Мне нужно пару дней для консультаций, и после я смогу дать ответ, рассматривает ли наше правительство такую форму сотрудничества, – сказала китаянка. – Но вы должны понимать, что это должно быть равноценное сотрудничество. Как по вложениям средств, сил и времени, так и по отдаче.

– Уверен, мы сумеем договориться, если захотим этого, – ответил я.

– Ваше императорское величество… а как же прежде заключённые соглашения? – посмотрев мне прямо в глаза, спросила Тереза, явно намекая на союзный договор, подписанный после спасения её семьи в Берлине. Да вот только император чуть ли не подтёрся им в Софии. И я даже не знал, что это: намёк на то, что мы его игнорируем, напоминание о том, что он двусторонний, или…

– У России, и меня лично, заключены соглашения, которые и впредь будут исполняться с нашей стороны полностью. А заключение Евразийского альянса закрепит их и распространит на большее количество стран. Если вы того пожелаете.

– Прежде чем говорить о чём-то подобном, не нужна консультация, – куда уверенней сказала Линью.

– Как я уже сказал, предложение открытое. И время для его принятия и обсуждения у вас есть. Если за то время, пока оно не принято, произойдут какие-то существенные изменения, например, России придётся вступить в войну, мы не будем требовать от вас каких-то действий вне прежних договорённостей.

– Благодарю за уточнение, – с едва заметным облегчением сказала Линью.

– А если прежние договорённости окажутся нарушены или не исполнены в полном объёме? – спросила Тереза, которую явно что-то тревожило.

– В таком случае мы это будем учитывать по окончании боевых действий. А уж что-что, а с Османской империей мы справимся, – спокойно ответил я.

– Особенно если мы начнём более плотно сотрудничать в технической сфере, – улыбнулась Линью.

– И наши одарённые пройдут инициацию в России, – кивнул индус. – Наша подготовка достаточна для получения шестой-пятой ступени, не хватает лишь резонаторов и обучения в ваших академиях.

– Алмазов хватит на всех, – кивнул я, принимая такие условия. В самом деле, если мы разом получим пару тысяч наставников, раскрывших чакру души, я смогу закончить обучение всех передовых отрядов за два-три месяца. Мы даже сможем не считаться с гигантскими энергопотерями для полётов.

– Я передам всё отцу, – чуть склонила голову Луиза.

– В таком случае более вас не задерживаю, ваши высочества. Желаю хороших переговоров, – поклонился я в ответ и, дождавшись, когда они уйдут, посмотрел на качающую головой Марию. – Что?

– Знаешь, дорогой, иногда ты такой толстокожий и слепой, что прямо диву даёшься, – вздохнула первая супруга. – Ты же понимаешь, чего она хотела добиться?

– Более тесного сотрудничества между нашими странами?

– Скорее, между вами двумя, – покачала головой Мария. – Впрочем, какая уже разница. По крайней мере теперь она вовлечена в это всё по самую маковку. Игнорировать просьбу одного императора, сказанную в адрес другого императора, да ещё и в присутствии двух других венценосных особ никто не станет.

– А ещё вы только что начали заключение самого мощного и опасного альянса в истории, – напомнил о себе Пётр Николаевич, и я вновь включил видеотрансляцию.

– Именно, – отозвался Багратион. – Слишком опасного. Боюсь, нам не дадут его заключить никаким способом. Вплоть до того, что начнут войну сразу после объявления о переговорах. А о них узнают, будьте уверены.

– Войну? Не хотелось бы, – поморщился я. – Цель альянса, наоборот, избежать крупномасштабной войны всеми доступными средствами.

– Поэтому орден Ангелов императора будет уничтожать англо-французские суда в воздушном пространстве Индии. Поэтому наш флот стоит в Стамбуле, – с едкой усмешкой перечислил Леонид. – И поэтому вы недавно убили одарённого второй ступени – представителя английской аристократии, учившегося в Лондоне.

– Вы что-то выяснили о моём противнике?

– Это уже не так важно, но да. Абдул Ибн Шамин, наследственный аристократ, чей дед был великим визирем при халифе. Одарённый стихии камня, но это вы, наверное, и сами догадались. Личный ученик принца Уильяма и герцога Йоркширского. Между второй и первой ступенью. Весьма выдающийся юноша. Был.

– И, вероятно, претендовал на роль нового визиря. Только вот не сумел достичь своей цели, – заметил Пётр Николаевич.

– И не смог бы, – фыркнула Мальвина, явно довольная тем, что её муж сокрушил врага.

– Боюсь, это спорный вопрос, ваше величество, – пожал плечами Багратион. – Он не был готов к бою с вами…

– А вот тут я не согласен. Он был готов и ещё как, – прервал я главу внешней разведки. – Он знал мои трюки, приёмы, даже силы. И если бы бой пошёл хоть немного иначе, сейчас мы бы с вами не разговаривали.

– Плохо, – помрачнев, произнёс Багратион. – В таком случае дальше будет куда хуже. Он был силён, с этим никто не спорит. Но между первым и вторым рангом. Не нулёвка. Не вне категорий. А у противника и таких хватает. И после такой угрозы их гегемонии Европейская Монархия вполне может пойти на крайние меры. А со сколькими одарёнными вне категорий вы справитесь? С одним? А с двумя одновременно?

– Даже с одним вряд ли, – честно признал я. – Разве что он будет меня недооценивать.

– Увы, эта наивность осталась в прошлом, ваше величество, – покачал головой Леонид. – И нам всем нужно готовиться к тому, что грядёт.