Текст книги "Дело нашего ума. Понятная книга об интеллектуальной собственности"

С темой авторского права сталкиваются не только родители вундеркиндов и юных звёзд ютьюба. Скорее, это яркие случаи в череде сотен обыденных, таких как: ваш ребёнок принял участие в выставке детского рисунка для фабрики мороженого – и теперь его рисунок украшает одну из упаковок… Что делать? Как разбираться, с кем?

Я рекомендую родителям очень внимательно читать условия таких конкурсов, сопроводительные документы и заключённые договоры и постараться защитить авторские права ребёнка, если они считают, что ребёнок вносит свой творческий вклад в продукт.

Что же касается рекомендаций для бизнеса, то они зеркальны. Если мы как фирма проводим конкурс детского рисунка, посвящённый нашей компании, то, во-первых, для организаторов важно прописывать и чётко понимать основные моменты. Что мы собираемся делать с этими рисунками? Какие права мы собираемся заявлять?

Во-вторых, нужно разъяснить все нюансы и для участников. Если ты собираешься участвовать, то что происходит с твоими рисунками? Как их будут использовать? Будут ли соблюдены твои авторские права? А что насчёт исключительных прав?

Родители детей-участников должны ознакомиться с правилами и подписать все документы. Если это не будет сделано, то юрлицо рискует попасть в потенциальный конфликт, скандал и бурю негативных эмоций, а в самом запущенном случае дело дойдет и до суда.

Затронем ещё одну важную и деликатную тему. В широком смысле, вопрос об интеллектуальной собственности детей – это вопрос об оной же у людей с ограниченной дееспособностью. В самом деле, история науки и искусства знает немало примеров, когда человек, которого можно признать недееспособным, например в силу психического заболевания, занимается интеллектуальной деятельностью. Как видно из примеров с детьми, авторские права в любом случае сохраняются за человеком, создавшим произведение науки или искусства. Это не касается, однако, распоряжения исключительными правами.

Сделки за такого человека совершает опекун, но всё равно он должен учитывать мнение автора. Бывают случаи, что мнение получить невозможно, однако и тогда нужно опираться на предпочтения опекаемого лица и любую информацию от его близких.

Итак, признание гражданина недееспособным не лишает его неимущественных авторских прав, а распоряжаться доходами от его творческой деятельности должен опекун, назначенный судом. Так же как в случае с малолетними творцами, «распоряжаться» – не означает возможность присваивать доходы, а лишь право сохранять их и использовать в интересах подопечного.

Осторожно: Toxic!

12 ноября 2021 года произошло освобождение человека, который провел 13 лет в рабстве, при этом на глазах у всего мира.

Бритни Спирс была официально освобождена от опеки своего отца – Джейми Спирса. Она назвала этот день «счастливейшим в своей жизни». Стоит заметить, что история, полная реальных трагедий, затрагивает множество аспектов: этика опекунства как явления, границы опеки, семейный и рабочий абьюз, экспертиза психического заболевания… Но самый важный для нашей книги аспект – опекунство над творческой личностью.

На протяжении 13 лет Бритни была официально лишена права совершать покупки, нанимать персонал, выходить замуж и беременеть, менять стиль в одежде, менять цвет волос и вообще прическу, водить машину, посещать врачей и даже покидать дом без разрешения. Телефон звезды прослушивался, опекун и его юристы также имели доступ к почте, мессенджерам и социальным сетям. На судебных заседаниях Бритни описывала ситуацию как наносящую ей постоянные, глубокие моральные и психические травмы.

За этот период певица, находясь под опекой, выпустила четыре альбома и провела мировой тур, собравший 130 миллионов долларов. Но всё это время опекуны, включая её отца, контролировали её расходы, коммуникации и личные решения. Характерно, что Бритни было запрещено обсуждать опекунство над ней как в личных беседах, так и в интервью, а также в постах в соцсетях.

Опекунство установили родные Спирс из-за того, что они реально беспокоились о её психическом здоровье 13 лет назад, говорят близкие к певице люди. Проблемы начались там же, где начались деньги и слава. Отказываться от баснословных доходов и, по сути, возможности управлять суперзвездой, никто не желал. Ведь, шутки в сторону, Бритни Спирс известна своей с детства выкованной фантастической работоспособностью.

Например, когда отец пообещал ей снять опекунство, если Бритни «заработает достаточно денег», она провела тур с альбомом Circus в 2009 году, с блеском его отработав. Правда, свободы в итоге так и не получила. Потом были Femme Fatale Tour (2011), Live In Concert (2017) и Piece of Mе (2018) – все, что называется, «платиновые», то есть очень успешные с точки зрения как музыкального контента, так и оформления шоу, а также коммерции.

Параллельно Спирс выступала на частных концертах и церемониях, была в жюри популярнейшего шоу X-Factor, запустила несколько бизнесов, включая парфюмерный, – и её имя стало настоящим брендом.

На одном из судебных заседаний Бритни сказала:

«Мы можем весь день сидеть и рассуждать, что опекунства помогают людям, но, мэм, в тысячах опекунств бывают злоупотребления». Безусловно, история Бритни Спирс – это история со счастливым концом, так как в итоге она вернула себе все имущественные права на собственное творчество и свой бренд, ну и в личной жизни всё-таки добилась счастья, выйдя наконец замуж за своего избранника.

Однако если история чему нас и учит, так это тому, как хрупок бывает талант перед жизненными трудностями и как им легко можно манипулировать и подчинить себе. Это налагает особенную ответственность на всех, кто управляет сделками и доходами авторов – малолетних, несовершеннолетних или, как в случае с Бритни Спирс, признанных недееспособными из-за болезни.

Самое главное, что мы можем дать своим талантливым детям – это поддержка, защита, а также понимание основ работы с интеллектуальной собственностью. Что, разумеется, невозможно без доверительных отношений… Но это вопросы, конечно, не к юристам, а к семейным психологам. В целом, и те, и другие рекомендуют во всех решениях руководствоваться интересами ребёнка, а не своими собственными. Насколько каждый из нас на такое способен? Надеюсь, что многие. Испытание медными трубами считается трудным даже для взрослого – и многократно труднее оно для ребёнка, который не имеет ни опыта ни способности противостоять давлению и соблазнам.

Примеры трагедий с маленькими звёздами музыки, кино, примеры некорректного воспитания из ребёнка «вундеркинда» и «сверхчеловека» учат нас, что талант необходимо защищать, а не эксплуатировать.

Глава 17. От джедайского меча до джедайского мерча. Автор и правообладатель

Речь шла… не о том, чтобы фигня распространялась бесплатно или нет, а о выборе. Если я захочу отдать свою фигню бесплатно, я отдам её бесплатно. Но этот вариант у меня отобрали.

Ларс Ульрих, барабанщик группы Metallica

Песню, написанную Ларсом Ульрихом и Джеймсом Хэтфилдом в 1999 году, готовили к выпуску на CD, шли работы в студии звукозаписи. Основная музыкальная часть была сведена, и группа экспериментировала с разными вариантами вокала. Одна за другой появлялись демозаписи, они слегка отличались звуком и были, в общем-то, ещё сырыми (но также и несли явственный отпечаток всеми любимой метал-группы, от которой мир сходил с ума на стыке 80-х и 90-х прошлого века).

Годы предыдущих музыкальных экспериментов порядком разочаровали фанатов одной из лучших (так, во всяком случае, считают те же фанаты – возможно, и не зря) рок-групп во Вселенной. Но в мае 2000 года обещали триумфальное возвращение к корням. В сингле было всё: величавые басы, проникновенный вокал, берущая за душу сдержанно-мужественная лирика, глубина, энергия и страсть, которые являлись визитной карточкой группы.

Фанаты пребывали в приятном предвкушении. Сингл «I Disappear» собирались сделать саундтреком к набиравшей невероятную популярность кинофраншизе «Миссия невыполнима» – точнее, ко второй части, которую тоже ждали с большим энтузиазмом.

Ранним февральским утром Ларс Ульрих включил радио. Шёл эфир местной калифорнийской радиостанции.

В следующие четыре с половиной минуты Ульрих пережил, что называется, все стадии психологической травмы: от шока до гнева и принятия.

Вот только Ларс, потомок викингов, готовился «принять» не своё поражение, а настоящий бой. Ведь в эфире безвестной радиостанции играла композиция, над которой группа ещё вовсю трудилась в студии!

Интернет тогда был делом новым и медленным, однако музыканты решили бить врага его же оружием. К концу февраля Ларс и нанятые им онлайн-юристы отследили источник слива демоверсии. Песню раздавал бешено популярный сервис под милым названием Napster («Пушистик»). Раздавал он помимо злосчастной новинки и все старые альбомы группы. Причём совершенно бесплатно.

Журналист издания Entertainment Weekly Кайл Андерсон в своей статье 2015 года «Прости меня, Ларс!» вспоминает: «Как любой фанат, я всерьёз ждал выхода «I Disappear», и когда Курт Лодер сообщил, что песня гуляет по Napster, я сразу же побежал к семейному компьютеру, чтобы установить программное обеспечение… Внезапно почти вся музыкальная история оказалась передо мной, и все те альбомы Ramones 1980-х, которые в то время были распроданы, внезапно стали доступны мне бесплатно. Всё, что для этого потребовалось, – это двойной щелчок и терпение монаха – при моем коммутируемом соединении загрузка одной трехминутной песни обычно занимала 40 минут.

«I Disappear» длится 4:26, так что прошёл час, прежде чем я наконец смог включить воспроизведение. В конце концов, это было не совсем возвращение к форме (для Metallica это путешествие началось позже), но это было довольно круто, и я был счастлив получить новый материал от одной из моих любимых групп. Я тогда же решил, что Napster – просто потрясающий».

Потрясающий «Пушистик», на логотипе которого красовался зелёный котик в наушниках, между тем пребывал на пике своей славы и капитализации. Миллионы пользователей. Вся музыкальная индустрия внутри. По сути, технология этой программы сводилась к раздаче музыки от пользователя к пользователю – как сейчас работают торренты. В феврале 2001 года у Napster было примерно 80 миллионов пользователей в месяц (по сравнению с 54 миллионами пользователей Yahoo). На пике своего развития Napster обеспечивал передачу почти 2 миллиардов файлов в месяц и оценивал чистую стоимость от 60 до 80 миллионов долларов.

13 апреля 2000 года Metallica подала в окружной суд США Северного округа Калифорнии первый иск против Napster, в котором обвинила сервис в нарушении авторских прав и рэкете. Ларс сотоварищи оценили понесённый ущерб в 10 миллионов долларов.

Пока юристы Napster совещались и выдавали нахально-хамские пресс-релизы, обещая просто удалить музыку Металлики из раздач, боевые «металлисты» нанесли второй удар.

Несмотря на раздражавшую всех цифровую неграмотность (упомянутый выше Андерсон пишет: «Он казался упрямым и жадным, избалованным, стареющим рокером, не желающим принимать новые технологии»), Ларс и друзья проявили неожиданно острое понимание сути цифрового продукта. Дело в том, решили они, что подобная программа без пользователей – ничто. Значит, мы лишим её пользовательской базы. «Это не вы удалите нашу музыку из вашего сервиса – это мы удалим ваш сервис. Скорее всего, навсегда!»

В конце апреля к офису Napster подъехал грузовик. Рабочие начали деловито выгружать коробки, в которых лежали 60 000 документов. Это были страницы, содержавшие имена пользователей программы.

Нанятая группой компания NetPD выявила ID 335 тысяч пользователей, которые раздавали песни группы, нарушая закон об авторском праве. Metallica потребовала, чтобы все эти пользователи были забанены. В иске также были указаны университеты, которые должны были быть призваны к ответственности за то, что их студенты незаконно скачивают музыку в сети: Йельский университет, Индианский университет и Университет Южной Калифорнии.

Тут-то до всех и начала доходить вся серьезность ситуации. Университеты после подачи иска закрыли своим студентам доступ к серверам Napster. Некоторым студентам грозили отчислением. Другие получили негативные записи в свои характеристики или были отстранены на несколько семестров.

В конечном итоге, сервис Napster потерпел оглушительное поражение: судья назначила штраф, значительно превышавший его финансовые возможности. И самое главное – люди реально начали опасаться им пользоваться. А значит, упала и капитализация.

Оправиться от удара столь блестяще начинавшийся стартап не смог, хотя его основатель – юный гик и восходящая звезда цифрового мира Шон Фаннинг (кстати, по иронии судьбы потенциального убийцу музыкальной индустрии в фильме Дэвида Финчера «Социальная сеть» сыграл музыкант – Джастин Тимберлейк) вполне себе процветает, предусмотрительно войдя в партнёрство с Марком Цукербергом. И вообще, всем, переживавшим за Napster, спешу сообщить: этот тип сих пор является мультимиллиардером. Но его детище, Napster, ликвидировал свои активы после нескольких судебных разбирательств, в том числе с другими исполнителями, такими как Madonna и Dr. Dre. Несколько лет (и несколько мировых соглашений с правообладателями) спустя бренд был по-тихому продан.

Эта история – блестящий пример того, как правообладатель может встать на защиту творческого продукта и как решение бороться до конца может помочь и авторам, и правообладателям.

Шоу-бизнес, увы, изобилует другими, не столь удачными, примерами.

До того как Дени Вильнёв снял успешную экранизацию «Дюны» в 2021 году, другой легендарный режиссёр уже пытался экранизировать не менее легендарные романы. В 1984 году Дэвид Линч поставил свою версию «Дюны», но что-то пошло не так.

Студия уж слишком активно вмешивалась в процесс создания, и Линч не смог убедить продюсеров поддержать его версию фильма. Его трехчасовая версия была сокращена Дино Де Лаурентисом до двухчасового блокбастера. В результате Линч отрёкся от фильма и наотрез отказался вернуться в последующие годы, чтобы воссоздать собственную режиссёрскую версию. Его имя было убрано из титров.

При этом фильм вышел в прокат и даже получил статус культового. И даже фанатам известен как одно из творений Дэвида Линча. От чего же в таком случае отказался великий режиссёр?

Рассмотрим, что такое «автор» и «правообладатель». Обычному человеку зачастую трудно уловить разницу, а она существенно влияет на исходы споров.

Что есть «автор» в представлении закона?

Согласно статье 1257 части 4 Гражданского Кодекса, автором произведения науки, литературы или искусства признаётся гражданин, творческим трудом которого создано, собственно, это самое произведение. Итак, важное свойство автора: им может быть только физическое лицо.

Есть ещё нюанс: лицо, указанное в качестве автора на оригинале или экземпляре произведения, признаётся автором. Если мы открываем книгу, на обложке которой написано: поэт Иванов Иван Иванович, мы презюмируем, или заключаем без других доказательств, что Иван Иванович является автором.

Имеется в законе и понятие «правообладатель». Статья 1229 часть 1 ГК РФ разъясняет нам, что правообладатель – это гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результаты интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации.

Итак, правообладателем может быть как физическое, так и юридическое лицо.

Здесь, казалось бы, всё понятно: авторство первично, и вообще, автор может являться также и правообладателем. У автора изначально возникают все виды авторских прав.

А теперь представьте, что я, владелец ИП Пупкин, заказываю дизайнеру-фрилансеру Геннадию нарисовать мне какое-нибудь произведение, предположим логотип для моего магазина. У Геннадия как у автора возникают авторские права на созданное произведение, а у меня как владельца ИП Пупкин возникают – что? да! – исключительные права. Здесь и начинается путаница.

Чтобы её распутать, вернёмся к авторству. Автор – не просто гордое звание, чтобы впечатлить сына маминой подруги. Авторство подразумевает наличие целого ряда прав. Их можно разделить на две большие группы.

Статья 1269 ГК РФ сообщает нам, что личные неимущественные права автора являются неотчуждаемыми и не могут передаваться вообще никаким способом. Отказ от этих прав юридически ничтожен. Эти права принадлежат автору независимо от имущественных прав и сохраняются за ним даже в случае уступки других прав.

Более того, некоторые права, такие как право авторства, право на имя и неприкосновенность произведения, охраняются бессрочно. После смерти автора и окончания действия имущественных прав, защита этих прав осуществляется третьими лицами.

К примеру, вы можете напечатать книгу с текстом сказок Пушкина, не платя авторских отчислений, поскольку произведения эти перешли в разряд общественного достояния. Однако вы не можете вносить в эти сказки свои собственные строфы или сюжеты. В этом случае вы нарушаете право на неприкосновенность. Неимущественные права – это базовые права личности.

А вот другая группа прав автора называется «имущественные», или «исключительные».

Имущественные права автора существуют, как видно из их свойств, для коммерциализации творчества. Причём коммерциализация может происходить тремя способами.

1. Самостоятельная реализация прав. Например, вы рисуете комиксы и сами продаёте свои работы через интернет-площадки, подписывая их своим именем.

2. Лицензирование – выдача разрешений другим лицам на использование ваших работ. Например, вы рисуете комиксы и становитесь очень популярны. Ваш друг организует фирму по продаже ваших комиксов, и эта же фирма продаёт компаниям, которые печатают принты на футболках, лицензию на воспроизведение ваших картинок.

3. Судебная коммерциализация. Например, вы рисуете комиксы, стали чрезвычайно популярны, организовали собственную мультипликационную студию, где выпускаете анимационные фильмы по своим комиксам. Дети обожают ваших героев – и по всему миру открываются детские кафе, развлекательные парки, бассейны и игровые комнаты с вашими героями. Вы дожидаетесь, когда явление станет массовым, а владельцы этих заведений заработают достаточно денег. А затем нанимаете расторопных юристов и начинаете подавать судебные иски, требуя компенсации.

Эти права можно передавать, продавать, уступать. Можно реализовывать их разными способами, лицензируя или создавая франшизы. Их можно и нужно защищать в судах. Ими могут владеть не только граждане, но и юридические лица.

Вот обладание такими правами и называется «правообладанием».

И ещё одно отличие. Авторство появляется как результат творческого труда. Обладание исключительными правами может появиться не только в результате творчества, но и как результат:

• заказа,

• покупки (переуступки),

• наследования,

• дарения.

Кто победил в звёздных войнах?

У Джорджа Лукаса было нехорошее предчувствие.

Фильм, в который он вложил столько душевных и физических сил, фильм, сценарий которого он, Лукас, переписывал месяцами, – грозил обернуться полной катастрофой. Надо сказать, что насчёт катастрофы студия FOX его заранее предупреждала, да и друзья, кроме лучшего друга Стивена Спилберга, верили в худшее.

«Сценарий написан моей собственной кровью», – жаловался он жене. Шел 1971 год, семья была на мели, он был режиссером единственного полнометражного фильма, имевшего хоть какой-то успех. Срочно нужен был проект, который выстрелит. Лукас собрал волю в кулак и сел за написание собственного сценария. Позже он признается, что сценарист он плохой, ему скорее дано видеть картинку и представлять экшн-сцены, чем внятно всё это изложить. Он мог часами склеивать куски любимых фильмов, стараясь передать свою задумку, как летит в космосе имперская флотилия.

Затея-то была честолюбива – космический вестерн. Но одних картинок мало. Что конкретно будет происходить в сюжете? Кто является героем? И каков его путь? А может, это она? Или целая команда разношёрстных персонажей?

Кстати, о шерсти… Ну вот хорошее же имя – «Чубакка»… Вдохновением стала собака Лукаса – аляскинский маламут по кличке Индиана (потом она подарит своё имя другому культовому герою – Индиане Джонсу).

Лукас буквально заставлял себя писать, прорабатывая персонажей, меняя их, придумывая названия планет, биографии и имена, безжалостно вычёркивая и снова возвращая. Если за день удавалось написать больше четырёх страниц, он считал это огромным успехом. А бывали дни, когда лист в пишущей машинке оставался нетронутым. Это приводило Джорджа в отчаяние.

Как оказалось, Стивен Спилберг был прав, а остальные нет: 25 мая 1977 года фильм «Звёздные войны: Эпизод IV – Новая надежда» мгновенно стал блокбастером, а новости захлебывались от восторженных репортажей. Собственно, из новостей Лукас и узнал, что плохое предчувствие не оправдалось. Друг позвонил ему, отдыхавшему на Гавайях, скорее стремившемуся спрятаться там от предполагаемого провала, и велел включить новостной канал.

Джордж Лукас, леденея от страха, так и сделал: диктор стоял на фоне очереди, заполонившей голливудские бульвары, и рассказывал о невероятной кинокартине, на которую люди просто ломятся толпами.

Надо было ковать железо, пока горячо. Студия хотела срочно снять сиквелы, приквелы и специальный рождественский выпуск. Вот с последним случилась незадача. Лукасу настолько не понравился сценарий и вообще весь результат, что он сгоряча отозвал своё имя из титров.

Однако, увидев бешеную популярность даже такого неказистого продукта, одумался.

На встрече с боссами студии в 1977 году, ещё обсуждая производство первого фильма, Джордж предложил: оставьте мою зарплату как режиссёра – 150 000 долларов (небогато, даже по тем временам). Взамен просил, казалось, немного:

• что он сохраняет за собой все права на мерч, то есть на бренд и на сопутствующие товары,

• что он сохранит права на любые сиквелы.

И вот после того как «Звёздные войны» в одночасье стали хитом, боссы Голливуда и выяснили, что права на всех персонажей и на прибыль от будущих сиквелов принадлежат небольшой компании LucasFilm. Так автор превратился в правообладателя.

Лукас, чьё творение родилось в муках, прекрасно понимал цену каждого термина, каждого имени и каждой фразы из фильмов и был очень последователен в защите своей интеллектуальной собственности. Просто оцените масштаб: с 1977 года LucasFilm получила 205 патентов, владеет 1077 товарными знаками и ещё имеет 3489 зарегистрированных авторских прав.

Один из таких патентов – «Система проецирования взаимодействия с аудиторией» (патентная заявка США, серийный номер 14/596,153) проецирует виртуальный световой меч, который «позволит гостям развлекательного парка «Звёздные войны» отбиваться от виртуального светового меча, как если бы они были в бою». «Система» использует дрон для передачи лазерного света для создания виртуального светового меча. Ко всему прочему, виртуальный световой меч будет включать в себя тактильную обратную связь и характерный гул светового меча, который «позволит пользователям узнать, были ли они поражены световым мечом, и даст им «реальный опыт джедая».

LucasFilm, само собой, зарегистрировала как торговую марку сам термин «Звёздные войны» (регистрационный номер США 1127229). Кроме того, товарными знаками являются многие персонажи культового фильма, включая R2-D2, Дарта Вейдера, Люка Скайуокера, принцессу Лею Органу, Бена (Оби-Ван) Кеноби и Чубакку. LucasFilm использует бренд «Звёздные войны» и связанные с ними товарные знаки в самых различных категориях: одежда, карнавальные костюмы, игрушки, продукты и целые тематические парки. Джордж Лукас и LucasFilm даже получили защиту товарного знака для популярного слова «дроид» – слова, придуманного Лукасом для обозначения R2-D2, C-3PO и других автоматов. В связи с тем что термин «дроид» защищён товарным знаком, компании, желающие использовать слово в шоу или фильмах, теперь должны платить LucasFilm за использование этого слова или готовиться к возможным судебным искам против них.

И конечно, компании принадлежит целый ряд художественных произведений, включая сценарии, звукозаписи и постеры фильмов. Более того, авторскими правами защищены даже слоганы фильмов, а также слоганы (и рекламные синопсисы) ещё не вышедших фильмов! Дело в том, что сам по себе синопсис (краткое изложение сюжета) защитить нельзя, так как он относится к категории идей, а вот рекламный текст как продукт творчества, оказалось, можно.

В общем и целом, киноимперия Лукаса (даже после перехода её в 2012 году под крыло ещё более мощной империи – Disney Company) – одно из величественных явлений современного шоу-бизнеса, и 90% успеха стоит на фундаменте правообладания. Это всё результат не только творческих мучений, но и бизнес-интуиции, и грамотного распоряжения авторскими правами.

В самом широком смысле распоряжаться можно только исключительными правами.

Если человек является автором своего произведения и создаёт его, исходя из собственного творческого порыва, то у него возникают и личные неимущественные права, и исключительные имущественные права, потому что он никому ничего не должен. Он становится полноправным владельцем всех прав. Автор может отдать (подарить, продать) кому-то другому право использования, право на воспроизведение, право на доведение до всеобщего сведения, на публичный показ, право на трансляцию, право на переработку, право на перевод. Но – и это важно! – он не может передать право на имя. Ровно по той же схеме и право на защиту репутации, и право на отзыв всегда останутся у творца.

Иная ситуация, когда есть заказчик, который привлекает автора, чтобы тот что-то сделал. Если у заказчика – внимание! – в договоре прописано, то у него возникают исключительные права на произведение, а у автора возникают только авторские права или авторские неимущественные права. Он признается автором, но он не может распоряжаться этим произведением. Также, если это будет прописано в договоре, он не сможет озвучивать своё авторство.

Тут у многих творческих личностей возникает резонный вопрос, переходящий порой в возмущение: почему это я, дизайнер Геннадий, создавший логотип для ИП Пупкина, не могу обнародовать этот факт, включить логотип в своё портфолио, например?

Ответ юриста вас одновременно разочарует и мотивирует: потому что нужно очень внимательно читать договор и сопутствующие договору документы. Разочарует он тех, кто привык подписывать документы «не глядя», а мотивирует всех – всё-таки надо читать предложенные условия. Дело в том, что заказчику, для соблюдения права автора на имя и при этом снятия с себя необходимости его оглашать, достаточно получить от автора право на анонимное использование произведения.

Нет, из авторов фрилансера Геннадия не вычеркнут, – но да, созданный им логотип будет показан публике как анонимное произведение, владеет которым ИП Пупкин. История не то чтобы редкая.

Как юрист по интеллектуальной собственности я могу с уверенностью утверждать, что все собственники, стремясь стать правообладателями каких-то творческих разработок, приходят ко мне с запросом на максимально жёсткие условия для исполнителей: «Чтобы у нас всё было и нам ничего за это не было».

Очень распространена ситуация, когда крупные собственники бизнеса – госкорпорации, просто корпорации, большие бренды – заказывают какие-то работы подрядчикам, а те, в свою очередь, нанимают творческих исполнителей. Получается длинная цепочка, на конце которой – физическое лицо, творец и автор. И большая корпорация говорит: «А в договоре с подрядчиком я вам запрещаю использовать информацию о том, что вы для меня сделали этот логотип». Естественно, что эту же дефиницию и организация-исполнитель потребует от своих авторов: либо в трудовом договоре, либо в договоре подряда.

Эта надстройка (в виде каких-то обязательств или дополнительных соглашений) пытается понадёжней скрыть след сотрудничества не из зловредности, а чтобы люди не пытались – как говорят юристы корпораций – «паразитировать на известности бренда».

К примеру, компания Wildberries, с которой работает очень много компаний, априори запрещает им рассказывать о сотрудничестве. И только те компании, которые заслужили доверие, получают разрешение. Компания говорит им: да, пожалуйста, можете размещать на сайте, что мы являемся вашим клиентом или партнёром. Таким образом бизнес пытается контролировать свою репутацию. А рассказываю я об этом потому, что именно у меня есть разрешение от Wildberries на то, чтобы я рассказывал, что я с ними работал как юрист по патентному праву и средствам индивидуализации. Вот такой выходит круг взаимных обязательств (и разрешений).

В общем и целом, даже если вам поручат нарисовать новый логотип Apple, далеко не факт, что вы сможете рассказать об этом всему миру и родной бабушке. Ну хорошо, бабушке – на кухне – можно. Все остальные попытки публично прокачать свой имидж и портфолио за счёт крупного бренда могут закончиться разбирательством с юристами.

Вот почему исполнителям стоит заранее хорошо изучить правовые нюансы авторства. И внимательно читать все предложенные на подпись бумаги!

Ну а бороться с последствиями своей подписи… Юристы, конечно, многое могут, но в данном случае лучше заранее устранить собственную лень, неопытность и постоянное желание доказать самому себе, что ты абсолютно самостоятельный. Проще, как показывает опыт, заплатить условные 10 000 рублей юристу – и пусть он по-русски расскажет, что же написано в договоре и чем это чревато!

Ещё одно важное свойство авторских прав – и личных неимущественных, и имущественных – принципиальная неделимость. Давайте рассмотрим, как это воплощается в реальности. Авторов (у книги, патента, песни, картины) может быть сколько угодно, а вот правообладатель (если это юридическое лицо) – только один.

При определении соавторства априори считается, что вклад каждого равноценен. Допустим, вы с другом выпустили фантастическую повесть, подписавшись: Серёга и Мишаня. С точки зрения закона, вы оба являетесь авторами в равной степени. И оба обладаете равным набором прав.

И если с личными правами всё ясно – ни Серёга не может устранить имя Мишани с обложки, ни Мишаня не может опровергнуть участия Серёги в написании, разве что через суд (с очень сложной и запутанной историей доказательств), – то как насчёт прав имущественных? Здесь также действует принцип неделимости права, выросший, скорее всего, из нежелания юристов усложнять свой и без того нелёгкий труд по разбирательствам с авторством и правообладанием.